Странствие маленькой Тени.

10

  213 год седьмой эпохи человечества. Восточная Сахалигнея.   По лесу тихо ехала кибитка. Страх и ужас, словно мантия, покрывали ее.  - Что с нами будет? Хочу домой... – единственные мысли детей. - Нужно бежать... – прошептал мальчишка лет семи рядом сидящим детям. Его голову покрывали естественные для Востока антрацитовые волосы, и, несмотря на возраст, полностью черные глаза уже сменились взрослым красным цветом с вертикальными зрачками. Поверх волос виднелись прорезающиеся аспидные рожки. – Как только следующая ночь встанет, побежим. - Д-да куда бежать-то нам? Нигде не примут... – также шепотом спросила маленькая демоница с пепельными волосами. Ее чернее тьмы глаза дрожали от неизвестности. Она прикрывала крошечными ручками свои растущие рожки. По другую сторону плеча взрослого мальчика сидел еще более молодой ребенок. Своими угольными глазками он пристально смотрел на взрослого мальчишку и внимательно слушал, о чем шепчутся они, пытаясь вникнуть в суть разговора. - Не важно, нас и так не ждет ничего светлого, если даже останемся! - Блатик Исао, мы смозем убезать? – обратился младший из них. - Конечно, все будет хорошо, мы обязательно вернемся домой. Ночью мы сбежим. – попытался погладить он черноволосого малыша. Исао закрыл глаза и спокойно стал выжидать. – Святоши еще не так далеко уехали. - Х-хорошо... Надеюсь, что все получится. – дрогнула девочка. Солнце спряталось за горизонт, день сменился ночью. Исао толкнул девочку и маленького мальчика. – Пора. Их руки и ноги закованы в кандалы, стараясь не бренчать ими, они аккуратно вылезали из повозки. Первой вылезла девочка, которая помогала снизу малышу слезть. Сверху в кибитке сидел Исао и держал его за руки, а затем слез сам. Они продвигались очень тихо, как тени, что даже мыши их не почуяли. В доме, рядом с которым была припаркована телега, было очень шумно. – Да они смеются над нами! Даже караула никакого нет. Но они похоже успели заехать в какой-то город... Харука, иди сзади, я пойду спереди, Юкаге, пойдешь по середине. Оба кивнули. Построившись в линию, они обеспокоенно искали спасительный выход. Двадцать минут безрезультатно бродили они по городу. Проверяли каждый переулок, каждый закуток. - К-как думаешь, они заметят, что м-мы пропали? – встревоженно спросила Харука. Девочка нервно смотрела по сторонам, вздрагивая от каждого звука. Исао кивнул. – Рано или поздно. Мы должны торопиться! Кромешная тьма скрывала не только трясущихся от страха детей, каждая улочка, каждый уголок скрыт ею. Тьма убегала только в упоре от стен. Редкие еще непогасшие свечки в фонарях помогали не сбиться с пути. Еще десять минут они слонялись по узким улочкам эльфийского города, пока наконец не смогли подойти к городским стенам. Большие дубовые ворота всегда закрываются на ночь, но в них есть небольшая дверца – последняя надежда, на которую уповал Исао. Но стража не дремала, двое сидели у ворот, играли в карты. – Нам нужно подойти к воротам незамеченными как можно ближе. А когда я крикну, то мы побежим. Поняли? - Да, братик! – кивнул Юкаге. Незаметно для стражников дети приближались к воротам, подобрались в упор. Свет фонарей не пугал тьму, где они стояли. Исао готовился к самому важному и страшному за всю его жизнь. Слегка уняв дрожь, он кивнул остальным. Он бросил камень далеко от ворот. Громкий стук в тишине поднял стражников из-за стола, они пытались хоть что-то рассмотреть в глухой и непроглядной союзнице детей. Исао подбежал к дверце, отворил засов. Юкаге и Харука нырнули в нее. - Эй! Смотри! Бегут же! – кричал стражник. – Буди всех! - Тревога! – Сколько сбежало? – спросил высокий светлоголовый бог. - Трое, сир Корнеил. Семь лет, черные волосы. Шесть лет, пепельные волосы. Пять лет, черные волосы. Раздраженный бог массировал переносицу. - Словить! И привести живыми... или мертвыми. Позабыв об усталости и изнеможённости, дети неслись по полю, свернув с дороги. Прямиком в густой лес, Сахалигнею. Ворота города отворились, а из них вышло трое белых всадников. Будто бы силы света вторгаются во владения тьмы, чтобы изгнать ее из мира. Стук копыт и гогот коней подгонял детей бежать без оглядки. – Вон они, по полю бегут! – крикнул Корнеил. – Схватить беглецов! Харука и Исао почти забежали в лес, запыхавшийся Юкаге заметно от них отставал. - Ну же! Давай, еще чуть-чуть! – наконец дрожь захватила и Исао. Он тревожно метал глаза по всему полю, с всадника на всадника. И вот один уже почти настиг его. Длинная рука в белом металле тянулась за маленьким демоном. Но лошадь его сбилась с пути – Исао и Харука из последних сил бросали камни в нее, один из кусочков попал прямиков в глаз светлого скакуна. Встав на дыбы, он скинул всадника и убежал прочь. - Беги быстрее! – истошный крик надорванного голоса Харуки отражался эхом от могучих деревьев мирового леса. Другой всадник стремительно сблизился с девочкой, застал ее врасплох. Лишь хруст тонкой бледной шейки от мертвой хватки света был слышен в поле. - Блять! – раздраженно процедил через зубы всадник. - Плевать! Забирай тело, потом выпотрошим ее! С каждой секундой надежда уходила все дальше и дальше во мрак. Исао смотрел в большие заплаканные глазки своего младшего товарища, ужас предстоящей участи пожирал паренька изнутри. – Юкаге! – замялся он. - Беги, я задержу их! Исао толкал малыша, чтобы тот не останавливался, не поворачивал назад. – Слушай меня! Обязательно выживи! Слышишь? Юкаге не мог ничего произнести. Все тело предательски онемело, и лишь ноги сами собой уносили мальчика. - Каков храбрец! Корнеил медленно приближался к Исао. За красивым резным лицом скрывалась злая личина. За голубизной глаз, подобных безбрежному океану, скрывалась бездонная яма желчи и презрения ко всему демоническому роду. Все в этом человеке было обманчиво обворожительным. - З-зачем вам Харука! Оставьте ее! - Нет, мой маленький друг. Любой труп - это ценный материал, тем более, если это демон. – мефистофельская улыбка расплылась по его лицу. – Ваши хвосты идут на производство самых дорогих хлыстов и канатов, ваши зубы и рога самые прочные материалы из существующих, а ваше мясо самое вкусное из всех живых существ... Мальчик пятился назад, не отводя взгляд от своего мучителя. Споткнувшись о выступающие еловые корни, Исао рухнулся на землю. Последним, что увидел Юкаге – как к Исао тянется горящая светом рука. Благодаря старшему мальчику Юкаге смог убежать достаточно далеко, чтобы оставить преследователей позади. После чего упал без сознания где-то средь густого леса. Пока лучи солнца не заставили его проснуться. Первым же, что он увидел перед собой был серый невиданный ранее грузный силуэт.  

***

  Юкаге продолжал реветь самыми горькими слезами. - Ранение? - Д-дядя голем, а... а я... злой? – шмыгая, спросил мальчик. - Хм. Не имею понятия, что ответить. Плач мальчика никак не утихал. С каждой секундой становился все громче. - Почему ты считаешь себя злым? - П-потому что я демон... - Люди делят все на добро и зло. Добро и зло – это лишь оценочная категория. Мальчик отпустил голема, посмотрел на его пустую голову, на два зеленых огонька, имитирующие глаза. - Н-но я же демон... - Вид не имеет отношения к поступкам, которые совершает индивид. Демоны не рождаются с предрасположенностью ко злу. Боги не рождаются с предрасположенностью к добру. Никто не рождается с какой-либо предрасположенностью. Все могут стать теми, кем захотят. Юкаге непродолжительно подумал над сказанным, ручейки вновь вернулись к каплям, чтобы и вовсе исчезнуть, оставляя за собой сухие следы на щеках. - Т-тогда я не злой? Голем смотрел прямо ему в глаза. - Големов создают дриады. Человека создает сам человек. Шмыгнув пару раз, Юкаге улыбнулся самой яркой и самой радостной улыбкой из всех, что были когда-либо. Странное выражение лица, будто бы радуга после, казалось, неутихающего ливня. - Иди домой. Мальчик попытался обнять своего спутника, но он никогда не замечал, что ручки его слишком коротки. Голем впервые за все их путешествие сделал то же самое, он обнял мальчика в ответ. И хоть голем – лишь холодные кусочки камней, скрепленные магией, этот миг для Юкаге был самым теплым и радостным в жизни. - Мой дом там, где есть ты. Я люблю тебя, дядя голем! Мальчик медленно повернулся и ушел. Голем долго смотрел в спину удаляющегося силуэта своего маленького друга. «Любовь? - проскочило в его вычислениях. - Что же это такое?»