Странствие маленькой Тени.

9

  - А сестричка Кэйа старая? - Нет. Я поняла, к чему ты ведешь. Дурочка - домоседка, не любит выходить из дома. - А сестричке не нужно заниматься? - Ну она же лучница. Руки, плечи и спина – вот, что для них в приоритете. А ноги нахер не нужны. Точность отрабатывает здесь. Все в твою знакомую, госпожу мишень. Хочешь в свой второй выходной позаниматься? - Ну давай. – Юкаге спрыгнул с тумбы. – Давно хотел спросить, а что это за оружие? Оно совсем не похоже на все остальные. На стене висел обитая деревом металлическая труба с длинным фитилем. - А это... Это пищаль. – ухмыльнулась Хельга. – Печальное напоминание о том, что эра мечей и топоров подходит к концу. - А почему? - А как ты думаешь? - Да я даже не знаю, как им сражаться! - А, точно. – Хельга сняла с пьедестала оружие. - Засыпаешь порох в дуло, утрамбовываешь, теперь пуля. Вот такой вот свинцовый шарик, тоже в дуло. Здесь вот на ложе есть платформа, куда еще нужно подсыпать пороха. А затем остается лишь черкануть по нему тлеющим фитилем. И бабах! – крикнула она, что аж мальчик ненароком дернулся. – Происходит выстрел. - То есть это как арбалет? - Намного опаснее арбалета! Как только они приживутся в армии, холодному оружию можно будет сказать: «Адью». Ладно, начнем. Юкаге оживился, подобрал свою рапиру и выбежал на улицу. - Тренировка будет недолгой. Не хочу видеть долго твою рожу и в свои выходные. - Эй! - А ну! Раз-два-три! Раз-два-три! Хельга сделала отточенную серию выпадов и уколов, Юкаге защищался. - Нападай! Раз-два-три! Боцман! Выпад! Хорошо! Все, иди. - Эй! Мы же всего несколько минут занимались! - А я говорила, что недолго – это больше пары минут? – состроила надменную рожицу девушка. – Давай, шуруй! Мальчик с обиженным выражением лица поплелся, раскидывая по пути недавно скошенную траву. Его отвлек звук удара топора. Голем рубил дрова на заднем дворе. Со все еще не угаснувшим недовольством Юкаге наблюдал за методичной рубкой. - Ранение? – спросил голем. - Нет. - мальчик попытался сделать нормальное лицо. - Что ты делаешь? - Рубка дров. - Зачем? - Заготовка на зиму. - Я помогу! – заявил мальчик и потащил дрова в поленницу, стоящую рядом. Голем продолжительно смотрел на мальчика, но ничего не сказал. - Как у тебя дела? - Хм. Не имею понятия, что ответить. Пропуск вопроса. - Ну как ты себя чувствуешь? Что произошло в последнее время? - Големы не умеют ничего чувствовать. Рубка дров, поддержка надлежащего состояния зданий и ограждений, закупка продовольствия. - Ты ходил в деревню? Почему ты не рассказывал мне! - Прежде подобных вопросов не задавалось. Мальчик почесал у себя за затылком. - Ну да, и то верно. - Юкаге, отойди. Тебя может задеть отскочивший фрагмент древесины. Мальчик отпрыгнул от голема. - Ну, я побежал! Удачи, дядя голем. - Удачи. – сказал голем и озадачил не только мальчика, но и самого себя. Юкаге ничего не сказал, а лишь улыбнулся. Улыбка была одна из тех, что сияет при самом радостном событии. - Хм. Странно. – голем некоторое время просто стоял, обрабатывал, что произошло. Но вскоре вернулся к рубке деревьев.  «- О, прекрасная Теодора – молвил Амадей. - Я предлагаю вам руку и сердце...» - А что это значит? - Поймешь, когда чуть-чуть подрастешь. - Эй! Я взрослый, я даже знаю слова взрослые. - Да, знаю я, какой ты взрослый. Полчаса в углу аж простоял! - Вот видишь! Сама признаешь, что я взрослый. Выкладывай! - Мило. – Кэйа ткнула в надутую щечку мальчика. - Предложить руку и сердце, просить руки и сделать предложение в принципе значат одно и то же. Если девушка согласится, то это будет значить, что мужчина женится на ней. Так делают влюбленные друг в друга люди. Ты же, думаю, знаешь, что такое любовь? - Конечно! Любовь – это набор биохимических процессов, протекающих в нашем организме! Кэйа была сбита с толку, услышав такое от Юкаге. Она прищурилась и продолжительно смотрела на мальчика. - К-кто тебе такое сказал? - Дядя голем! Он умный! - Думаю, голему и правда виднее, но не стоит думать так сложно! - А ты меня любишь? – неожиданно спросил мальчик. - К-конечно! – Кэйа обняла его покрепче. Юкаге не мог понять игры счастья и сомнения на ее лице. Девушка закрыла глаза, казалось сейчас расплачется. - А я тоже женюсь на тебе, как в книжке? С тяжелым выдохом Кэйа открыла глаза. Девушка отстранилась, отводя взгляд. - Если вырастешь хорошим мальчиком... - Вырасту, как ты? А сколько тебе лет? - Младшая у нас. Скоро восемнадцать. - Как хорошо, значит до тебя я быстрее всего дорасту! Ты тогда, ну это... Не старей! – на миг мальчик призадумался. - А почему ты тогда не бегаешь с нами по утрам? Сестричка Хельга говорила, что это нужно делать пока ты не постареешь. - Ну... Я в доме лучше себя чувствую... – Кэйа старалась не смотреть на мальчика, теребя в руке край рубахи. - Почему? На улице же там здорово! Она не ответила, лишь погладила Юкаге по голове. Тоска открыла самую старую и болезненную рану на ее сердце. - Да... – уголками губ улыбнулась девушка, затем встала. - Думаю, на сегодня можем закончить. Больше она ничего не сказала, оставив мальчика наедине со своими мыслями. Она будто бы выкачала все счастье из сердца Юкаге, не зная почему, он расстроился. - Чем озадачен, воробушек? - Почему сестричке Кэйе в доме лучше? Гулла тяжело вздохнула. - Если подумать, то единственный раз, когда ты видел ее на улице – это, когда мы ехали сюда на лошадях... – Ты довольно наблюдателен и сообразителен, да? Я, Фрея и Кэйа жили в одном городе, Каркасоне. До того, как покинули его, мы не были знакомы, но я могу предположить, какой жизнью она жила. Одной из известнейших семей города были Дель Ролигдеммы, ее семья. Гулла замерла, не хотела развивать историю. Но глядя в печальные ищущие хоть какого-то ответа глаза, глядя на ерзающие руки, она продолжила. - Восемь лет назад Каркасон был сожжен дотла, а вся семья Ролигдеммов убита. Мальчик напряженно сглотнул. Плохое настроение ухудшилось еще сильнее, ничто до сего момента не тревожило его так сильно. Его дыхание сбилось, участился пульс. Ручки сжали полы рубахи так сильно, как позволяло маленькое хрупкое тельце мальчика. - Встретили же мы ее три года назад, когда ей было пятнадцать, вытащили из лап бандитов. Кто теперь узнает, что за эти пять лет с ней было... Мурашки пробежали по спине, перелившись в неудержимую дрожь. Слезы начали капать. Сначала одна, затем вторая, третья. - Она очень травмирована, возможно она вылечится, когда повзрослеет. Регенерация богов способна и не на такое... Гулла стихла. От состояния Юкаге ее сердце обливалось кровью. Но иного исхода она не видела. «Хоть и позже, но он бы все равно узнал» - думала она. Воительница отвернулась, не хотела видеть его слезы. - И не только она... – тихо слетело с ее губ. - Но кто же так жесток? – дрожащим голосом спросил Юкаге. - Как тебе, дорогой, сказать... – на миг она замолчала. - Демоны. Мальчик застыл, лицо замерло в одном единственном ужасающем положении, и лишь глаза бешенно дрожали. Одинокие большие капли слились в небольшие ручейки. Он склонил голову, смотрел в пол. Не выдержав темного злого давления, что душило его, он бежал. Бежал так быстро и так далеко, как мог. Не глядя вперед, он бежал, чтобы скрыться в самом дальнем уголку тьмы, чтобы самый громкий звук тонул и не доходил до него. Голем догнал его, не дал бежать дальше. Ничего не говорил. Тишина и неистовый рев напарника. Юкаге обнял его очень сильно. Безутешно заревел.