Странствие маленькой Тени.

36

В пещере образовалось затишье перед тем, как разгорелась битва со снежной бестией. В затемненной пещере, освещаемой лишь тусклыми фонарями, загромыхали свистящие пули. Куролиск закрыл голову своими большими крыльями, которые навряд ли позволяли летать чудищу из-за большой массы тела, откормленной у тракта. Пуля пробивала крылья, густой пух и оперенье покрылись брызнувшей кровью. Тот закряхтел, забулькал. Через миг своей куриной лапой он поднял снежную завесу, она закрывала обзор воинам. Из белой дымки вылетела зеленая масса прямиком в Гретту. Хельга быстро закрыла товарища щитом, который был обречен расплавиться от кислоты. Кэйа выстрелила прямиком открытое мягкое брюхо бестии. Чудище завопило. Гретта окончательно устала постоянно перезаряжать мушкет, поэтому вытащила лук. ока куролиск оправлялся к нему подбежали Фрея, Ингрид и Гулла, нанеся по уколу в крылья. Хоть их и сложно пробить стрелами, но копье проходило, как нож в масло. Белая бестия взвыла и, как ошпаренная, понеслась по пещере, пытаясь задеть своим клювом и хвостом хоть кого-нибудь. Она побежала на безучастного голема, и это было ее самой главной ошибкой – голем быстро изменил позицию и нанес мощный удар, походивший на биение кузнечного молота по наковальне. Монстр потерял равновесие и упал наземь. Ближники ринулись в атаку и наносили удары по сломленной бестии, однако тварь не сдавалась. Она неприятно заверещала, закрутившись, пыталась сбить длинным мощным уже неприспособленным к полетам хвостом с ног приблизившихся валькирий, но ничего не получилось. Еще сильнее вереща, куролиск забрызгал во все стороны кислотой со рта. Одной капли хватило, чтобы, попав на лук, она расплавила его часть, и оружие надвое сломалось в руках Гретты. - Охуел? – вскипела валькирия и, выхватив копье из рук Хельги, невероятно быстро сократила дистанцию с бестией и нанесла неистовый удар в левую глазницу куролиску. - Э бля! – ошарашенная Хельга осталась на месте. Гулла бежала добивать бестию. Но ловким движением хвоста куролиск бросил женщину в Гретту. Освободившись из захвата, он понесся к выходу. Даже полностью искалеченный он бежал быстрее света. Заляпанный кровью, кокатрикс встал и завопил. И вопль этот валил на колени каждого в пещере. Крик был настолько громким, что ледяное убежище затрясло. Куски льда падали с потолков, стены обсыпались огромными трещинами. - Бежим! – скомандовала Ингрид. Только валькирии выбежали, как пещера полностью обвалилась. - Убежал... – цыкнула Ингрид. - А мы могли его убить, - скрестила рука на груди Гретта, – если бы кто-то не лез. - Это ты щас про меня? - Ну а ты видишь кого-то еще, из-за кого добыча сорвалась? - Успокойтесь. - Нет, миссис-молчать, не успокоюсь! – ее хрипение становилось все более и более громким. - Мне надоело делать всю работу самой, и чтобы какая-то старуха мне мешала! Другие воительницы нахмурились. Косо посматривали на возмущающуюся русую валькирию. - И это ты тут, дорогая моя, всю работу делаешь? – Гулла тоже разошлась. - Все время бока пролеживаешь, хоть раз бы помогла по дому! И ее смеешь права качать? - Я сказала, успокойтесь! - неожиданно громко сказала Ингрид, расцепив Гретту и Гуллу. Мальчик спрятался за големом и тихо посматривал за разгорающимся конфликтом. - Сейчас, миссис-молчать, я полностью права! - Нет. Гретта смахнула руку предводительницы. - Ну и ебитесь вы в очко со своей грязнокровкой тогда сами! Оглушительным криком, поддерживаемый рокотом обвалившейся пещеры, Гретта закончила. Она грубо бросила мушкет в снег и с высшей степенью недовольства на лице ушла прочь. - И иди, непутевая! Меньше проблем будет! Ингрид сжала руку на плече Гуллы. Гневно хмурилась она, смотря на обеих воительниц. - Да что за цирк вы тут устроили! – выкрикнула Хельга. Она побежала вслед за Греттой. - Добивайте уродца! Я верну ее! - Юкаге, иди за ней. - Х-хорошо. – не перечил он разгневанной Ингрид. Волчик бежал впереди, по запаху только ушедшей, но уже исчезнувшей из виду, валькирии. Он пару раз спотыкался и падал в снежную ванну, вскоре все его полосы покрыла белизна. - И чего ты начала весь этот цирк! Мальчик услышал гневные слова Хельги в гостинице и, притаившись, слушал их разговор. Гретта сидела на кровати. - Да потому что это несправедливо! – Гретта подняла голову на рыжую валькирию. – Все любят и уважают Гуллу! «Я люблю тебя, тетя Гулла!», «Хороша, мать!» Просто ни за что! А стоит ей обосраться – все спускается с рук! Гретта яростно ударила по шкафу, пробив дверцу. Опустила голову и закрыла глаза. - А я выкладываюсь на все сто! На все двести пятьдесят на каждой охоте! И никто никогда не сказал нахуй никому ненужной Гретте: «Молодец, ты так хорошо все сделала!», «Отлично, ты победила такого сильного противника!» Но зато каждый раз я слышу от все тех же все там же: «ленивая», «нехозяйственная», «разбалованная», «непутевая». А мы на минуточку охотницы на ебаных чудовищ, а не клуб одиноких домохозяек! - Да никто тебя ненужной не считает! Да нам бы в яме лежать без тебя! Гретта вновь посмотрела в обеспокоенные переливающие изумрудом глаза Хельги. Лицо русой валькирии опечалилось. - Легко тебе это говорить! Тебя тоже все любят! Рыжая валькирия присела и обняла подругу. - «Хельга такая хорошая!», «Хельга то, Хельга се!» С каждым словом лица Гретты становилось все печальнее и печальнее. Ее глаза заблестели. - А у меня ничего не получается! Ничего, за что бы я ни бралась! - Что за бред ты несешь? - Игра на пианино, скрипке и другой ерунде, рисование, верховая езда, науки... Кому нахуй нужно все это дворянское дерьмо? Кому? У меня не получается ничего, что связано с домашним очагом! Ничего, блять! - Но ты же помогаешь Ингрид с пчелами! - Это единственное, что у меня не выходит из рук вон плохо! Гретта прижалась к груди Хельги. Горький плач эхом раздавался в головах. Рыжая валькирия щекой коснулась макушки подруги. - Все в порядке, все хорошо... Хельга хлопала по спине Гретты. - Можешь выходить, мелкий черт. – пробубнила в грудь Гретта. Грустный и зеленый Юкаге зашел в комнату. - И давно ты меня заметила? - С самого начала. – ответила за нее Хельга. - Ты застал меня в самом жалком виде. - Гретта поднялась, постепенно вытирала слезы. Вернувшись в Айсвейн, Ингрид доложила о смерти кокатрикса ярлу. Отрапортовав, они покинули теплую комнату Бальдра. На выходе взгляд Гуллы пересекся со взглядом Гретты. Русая валькирия подошла к ней. - Прости... Гулла, что накричала на тебя... – опустив глаза, сказала она. Гулла не ответила. - За грязнокровку прости, за все... Гретта исподлобья глянула на старшую валькирию. Та со все еще недовольным лицом смотрела на нее. - Хорошо, я прощаю тебя. Гретта. Хельга и Юкаге с облегчением смотрели за всем со стороны. Наконец расслабившись, мальчик с Волчиком побежал в крепость. К своему новому другу, Магнусу. Еще более молодой мальчик пытался погладить собаку, но та рычала и лаяла в ответ. – Волчик! Нельзя лаять на Магнуса! - П-привет! – робко поприветствовал Магнус вернувшегося мальчика. – Ты закончил? - Ага! Мы не оставили этой тварюге ни единого шанса! Юкаге задорно рассказывал своему младшему товарищу про все. Разумеется, большее из сказанного было додумано. Как говорила Хельга, и чему мальчик покорно поддакивал: «Хорошую историю можно и приукрасить.» - Блин, так здорово! Я т-тоже хочу стать таким же сильным, как вы! - Магнус жестом подозвал ближе Юкаге. - Мне нельзя никому не говорить, но вот, когда я вырасту, меня батька в Тирэнский университет наставит, представь себе! – тихо сказал он. За спиной у сына ярла раздалось чье-то кряхтение. – Именно. Никому не говорить. Советник Бальдра, Яков, вытянувшийся стрункой и согнув руки за спиной, свысока смотрел на сына ярла. На его лице было некоторое недовольство. - П-прости, Яков... – виновато опустил голову Магнус. Лицо советника подобрело и его слегка больное и уставшее лицо украсилось легкой улыбкой. – Ничего страшного, думаю, одному другу все же можно. – он перевел взгляд на Юкаге. – Я верю в нашего отрока, Магнуса. – советник положил руку на плечо мальчика, тот поднял голову. – У тебя все получится. Магнус улыбнулся. – Думаю, тебе нужно отправляться домой. – вновь перевел взгляд на истида он. - А... Точно! – он выбежал из комнаты. – Еще как-нибудь увидимся! – вернулся мальчик к двери, а после уже точно ушел к валькириям. Бальдр вышел на заснеженную лестницу крепости. - Сани уже ждут вас, святые. Где вы оставили лошадей? - В Скьегвейне. - Хорошо, еще раз спасибо за работу! Внезапно у двери свалился запыхавшийся стражник. Его лицо было очень бледным, как пейзажи Айсвейна, а со лба ручьем стекал холодный, как воды города, пот. - Г-господин Бальдр! – Чего? - Т-там! – жадно глотающий ледяной воздух стражник показывал пальцем за город. – Там Ф... Ф-ф... Фенрир!