В объятиях Силы

Магистр Оби-Ван Кеноби заметно нервничал. Многое произошло в его жизни и жизни Ордена за последние десять лет, так сразу и не расскажешь, сколько всего было. Война недавно окончилась, три года до этого длилась, много товарищей в ней потеряно, никогда этого не забыть. Да и Орден стал уже не тем, что был прежде, изменились многие правила, например, если раньше его адепты и мечтать не могли о создании семей, то теперь, в связи с большими потерями, это стало едва ли не необходимостью, закрепленной на законодательном уровне. Хотя, что уж говорить, ещё и раньше, до войны, этим правилом многие были недовольны, да отменить не удавалось, приходилось тайком браки заключать и бегать к своим возлюбленным, отрывая время между заданиями. А Совет милостиво делал вид, что не в курсе этого, при этом каждый из него думал, как бы самим побыстрее сбежать, чтобы скорее придаться любви наедине со своей второй половиной. Тайной, но от этого не менее дорогой и любимой. Оби-Ван и сам, что уж греха таить, не раз пользовался такой возможностью, если выпадала такая, особенно когда в женском внимании нет недостатка. Но сейчас мысли были не об этом, а о том, что совсем скоро Магистру предстоит встреча с его старым товарищем, которого тот не видел со времен Войны. В их падаваны не виделись и того дольше, поскольку учителей отправляли на разные концы галактики, тем более, что ученик самого Оби-Вана закончил обучение значительно раньше и уже к началу Войны клонов стал самостоятельным Рыцарем. Наверное, лет десять уже ребята не виделись, а ведь между тем договор наставников никуда не делся. Хотя и не официальный был, но тем не менее если его не соблюсти, могла пострадать честь мундира, а сейчас, уже через недолго, двое бывших учеников должны были встретиться. Кеноби вспомнил ту давнюю их встречу, совпавшую со знакомством. Хорошо было тогда, ни о какой войне тогда и речи не было, Оби-Ван и Магистр Пло Кун тогда встретились на Шили - родной планете ученицы второго, на которой те проводили большую часть времени, считая, что так обучение пройдёт комфортнее для малышки, бывшей в раннем детстве слабой и болезненной. Пло долго не решался перевезти её на Корусант, да и сейчас делал это нечасто, но теперь, в связи с подготовкой к посвящению в Рыцари и грядущим совершеннолетием, Магистр решил окончательно переселить юную тогруту в Храм джедаев. Но тогда об этом не было и речи и оба учителя вели мирную беседу под сенью большого хвойного дерева, что разрослось во дворе домика, где жили учитель и ученица. Поговорили обо всем, о новостях на Корусанте, о положении в сенате и даже об успехах своих падаванов, которые в этот момент были предоставлены сами себе. При этом почти взрослый, по меркам Ордена, тринадцатилетний Энакин искоса, но с интересом поглядывал на семилетнюю Асоку, что смущённо отводила взгляд, показывая этим свою независимость и недюжинное самолюбие. Но всё равно было заметно, что эти взгляды приятны ей и хочется ответить на них такими же. Потом всё же подошли друг к другу, представились, Оби-Ван запомнил даже, как Асока смешно выговорила фамилию Энакина, мало того, что она тогда слегка картавила, так ещё и буквы перепутала. - Как ты сказал тебя зовут? - спросила она, с трудом сдерживая смех - Скайрокер? Ужас, что это за имя такое? - Сама, чем лучше? - парировал Энакин, сам почти открыто улыбаясь - Шпилькой тебя назвать надо было, а не Асокой, мелкая и тощая, а что это из головы торчит? Энакин даже протянул руку, чтобы потрогать едва сформировавшиеся монтраллы Асоки. Он никогда прежде не видел тогрут и ему было интересно, как они устроены. Но та не дала этого сделать, а отскочив на несколько шагов, победно скорчила ему рожу и показав язык, побежала по полю, Энакин - за ней. Да так увлеклись своей погоней, что не заметили небольшого озера, бывшего на окраине поля, возле опушки хвойного леса. В результате бухнулись туда с разбегу и с криком выскочил юи на траву, вода в ту пору была холодной, ведь купальный сезон пока не наступил. Но на этот ребятня не успокоилась и Асока, пользуясь тем, что Энакин отвернулся, подошла и толкнула его в спину. Скайуокер этого не ожидал и бултыхнулся, когда же та подошла, чтобы позлорадствовать, жестоко отомстил, незаметно схватив за ногу и утянув за собой в ледяную воду. Правда на этом их неприятие закончилось, потому, что они привыкли к воде и теперь прыгали туда по очереди. Однако, веселье оборвалась ровно в момент, когда наставники заметили его и вытащив обоих из воды, схватили в охапки каждый своего и потащил к дому, где велев тотчас же снять с себя мокрое и завернувшись в плед, сесть возле костра. Так они долго сидели рядом, прижавшись друг к другу, согреваясь теплом костра и вели свою беседу. Потом, как только обмохли и наставники разрешили им выйти, принялись за свои игры, в большинстве своём шумные и подвижные. Бегали друг за другом, устраивали бои на импровизированных световых мечах и катались на местных ездовых зверях. В пылу одной из таких игр, Скайуокер неожиданно подошёл к Оби-Вану и наклонившись почти к самому его лицу, сказал, краснея и смущаясь: - Магистр, а можно мы с Асокой поженимся, когда подрастем? Кеноби сказал тогда с иронией: - Да пожалуйста, вот вырастешь и сразу обручим. Потом же, когда Энакин снова присоединился к своей юной подруге, Оби-Ван обратился к Пло Куну уже серьёзно: - Мой падаван хочет жениться на твоём? Как нам быть теперь? Может прямо сейчас брачный контракт придумаем? - Сперва надо узнать, хочет ли мой падаван выйти за твоего, - с кажущейся иронией произнёс Пло и подозвал Асоку, чтобы спросить у неё - Малышка, скажи, а ты хочешь замуж за Энакина, когда подрастёшь? Тогрута при этих словах выпрямилась, приосанилась, потом подняла взгляд и посмотрела на учителя прямо и открыто, как всегда, когда дело касалось желаемого ею. И сказала, заливаясь ярким руманцем и сияя горящими от возбуждения глазами: - Да! Хочу! Очень! Сильнее всего! Магистры переглянулись с улыбкой и пожав друг другу руки, сказали почти хором, глядя на обоих падаванов: - Что ж, так сему и быть! И вот, прошло десять лет с тех пор и пускай никакой юридической силы та договорённость не имела, но дело чести её исполнить оставалось существовать. Поэтому сейчас Кеноби должен был сказать Энакину, что Асока возвращается и теперь их мечта должна осуществиться. Вроде бы, ничего этому не должно помешать, наоборот даже, учитывая изменения в Кодексе. Только вот Баррисс... Хотя, что эта Баррисс ему, так, детская привязанность, не более того. Обучались вместе, знакомы с детства, много времени проводили на войне, вот и привыкли друг к другу. Ничего серьёзно, как привыкли, так и отвыкнут. Это же несерьёзно всё, настоящими были только общие миссии и совместные бои да тренировки. Остальное так, детская привязанность, не более. Так думал Оби-Ван, а Баррисс считала иначе.