В объятиях Силы

Асока решила дойти до медкорпуса пешком. Было время собраться с мыслями и подготовить себя к встрече. Энакин скорее всего уже не спит и ждет ее. И кто знает, может он хочет, чтобы поцелуй повторился, а она… Готова ли, хочет ли… И нужно еще подумать над личностью убийцы, разговор с Райо кое-что все же дал помимо моральной поддержки. Например, уверенность, что Лакс точно не мог быть виновен, не такая психика у него, чтобы выстрелить в человека, даже если он сильно ему не нравится. Скорее уж просто подойдет и поговорит. Даже киллера нанять ему не под силу. Скорее он бы пошел к маме и просто начал бы жаловаться. Но мамы у него нет и некому помочь. Возможно канцлер видел больше, но к нему пока не подойти. Еще надо бы поговорить с теми джедаями, что были возле балкона когда произошел выстрел. Кто же там был? Асока плохо сейчас помнила, но, вроде бы, несколько молодых Рыцарей и падаванов, Феррус точно был, его надо сперва найти. Но нет, прежде всего к Энакину. Прежде Асока зашла в магазин, что встретился дорогой, решив порадовать Скайуокера. Вспомнила, как однажды в детстве, во время очередной встречи они с Энакином они вечером сбежали от старших на берег озера. Дождались когда Оби-Ван и Пло Кун удалятся по своими делам, Энакин кивнул Асоки и они по-тихому вышли из дома, за спиной у него был какой-то сверток. Они шли по тропинке через лес, не опасаясь хищников, которые не тронули бы в этот час. Асока и сегодня помнила аромат хвойных деревьев, шорох травы под ногами, солнечный свет, проливавшийся сквозь ветки. Лиричное настроение тогда охватило семилетнюю тогруту и она запела своим чистым детским голосом шилийский гимн, который недавно выучила, а Энакин неожиданно подхватил его. Она тогда подумала, что так же будет и через много лет, когда они станут взрослыми и поженятся как условились. Ведь оба этого хотят. И так хорошо тогда стало Асоке как никогда. Она непроизвольно взяла Скайуокера за руку и он сжал ее пальцы, легко и бережно. И посмотрел на нее так по-особенному, что Асока, несмотря на возраст, поняла, что то, что она тогда почувствовала - правда, что это навсегда. А потом лес неожиданно расступился перед ними, явив взору небольшое озеро, окруженное с одной стороны зарослями стрел камышей, у подножья, окруженные овальными листьями, росли белые и желтые лилии. С другой стороны была узкая полоска песка. На ней дети и решили устроиться. Асока расстелила полотенце, что несла с собой, а Энакин развернул сверток и там оказался целый каравай хлеба, несколько ломтиков копченого и варенного мяса, кусок сыра и бутылка с лимонадом. Все это оказалось невероятно вкусно и оказалось съедено в ближайшее время. Потом решили искупаться и вода в озере ласково приняла обоих в своим объятия и доплыли до середины, пока не выдохлись и обратно плыли уже медленнее. А когда вылезли, то на берегу увидели двух Магистров в крайней степени недовольства. Оказалось, наглые падаваны стащили и съели их ужин. Асока улыбнулась, возвращаясь в дни своего детства, когда все было так просто и понятно, когда не было ревности и злых людей, способных выстрелить в кого-то из них. — Уважаемая, вы будете платить? — грубоватый голос вывел тогруту из сладких воспоминаний. Оказалось, она уже минут пять с улыбкой на лице стоит возле кассы в магазине, до этого набрав на автопилоте все то, что любил Энакин. — А да, извините, — смущенно произнесла Асока, доставая кредитную карту — Сколько с меня? Когда же расплатилась, Тано собрала все в пакет и вышла из магазина под странными взглядами остальных покупателей. Пакет был не особо тяжелым и Асока без труда дошла с ним до медкорпуса и сказав дроиду-регистратору куда она идет, направилась к палате, не обратив внимание, что дроид сказал: — У него сейчас есть посетитель. Видимо решила, что это кто-то из Ордена решил выразить сострадание и пришел навестить раненого товарища. И в общем не ошиблась, посетитель и правда был из Ордена. Когда Асока с осторожностью открыла дверь палаты, то увидела весьма неприятную картину. Энакин еще спал, а рядом с ним, на том самом кресле, где с утра сидела Тано, с самым наглым видом восседала Баррисс. И с нежностью глядя на спящего, гладила его по небритой со вчерашнего дня щеке. Горячая волна злости и чего-то крайне неприятного и мерзкого прошлась по всему телу Асоки, заставив лицо вспыхнуть, а глаза метать молнии. Руки самовольно сжались в кулаки. Да как она смеет эта нахалка, совсем уже потеряла совесть. Захотелось растерзать ее, прибить, чтобы мокрого места не осталось. Пускай умом Асока и понимала, что вести себя так нельзя и с больнице нужно соблюдать тишину, чтобы не беспокоить больных, она ничего не могла поделать со своими нервами. До того противна ей была эта сцена и столь отвратительна в один миг стала Баррисс. И не владея больше собой, Тано со злым криком бросилась на Оффи и резко схватив за плечи, сдернула со стула. — Как ты поспела сюда явиться, дрянь? — задыхаясь от ярости, шипела Асока — Какое право ты имеешь касаться моего жениха? Руки тогруты крепко держали плечи мириаланки, та попробовала вырваться, но Асока держала крепко, а Баррисс заявила ей в лицо: — Мое право в том, что я была с Энакином все эти годы, а ты пропадала неизвестно, где! Оффи изловчилась и попыталась пнуть Асоку по колену, но та ловко подсунула ей ногу и Баррисс согнулась пополам. — Однако все эти годы Энакин любил только меня, а на тебя он плевать хотел, пусть ты и рядом! — выплюнула Асока с презрением. — Он был бы моим, он полюбил бы меня, если бы не ты! — так и взвилась Баррисс, кусая Асоку за руку, но тогрута увернулась и зубы щелкнули в воздухе. — И не мечтай об этом, мерзкая завистница! — сказала Тано ей — Ты никогда не была ему нужна и не будешь, иди отсюда по-хорошему, не то я тебя вышвырну. — Как бы не так, — запальчиво воскликнула Баррисс — Свалишь отсюда ты, но прежде я обломаю твои отвратительные рога и эти кишки, что висят из твоей тупой головы! Баррисс вскинулась и попыталась схватить Асоку за лекку и монтраллы, Асока толкнула ее в живот, та плюхнулась на пол и оттуда дернулась в сторону, хватая тогруту за тунику и рванув на себя. Асока ударила ее по руке и отодвинула ногой, наступая ей на руку. Баррисс взвизгнула и толкнула Асоку, она едва удержалась и чуть не вылетела в коридор, задев спиной дверь. Это и услышала медсестра на посту, она подошла к месте сражения и гневно поинтересовалась: — Что вы тут устроили, извольте объяснить? — Это дрянь явилась сюда без приглашения, — быстро ответила Асока. — Невесте не нужно приглашение, чтобы видеть своего жениха, — спокойно парировала Баррисс. На это послышался голос Энакина, что проснулся сейчас и догадавшись о произошедшем, сказал: — Баррисс, тебе лучше уйти, я сейчас не настроен разрешать скандалы, желаю видеть рядом только близких, Асока, с с тобой ничего не случилось? И по этому вопросу, сказанному заботливым тоном, полным любви и нежности, Баррисс поняла как нелепо выглядит и поспешила уйти прочь, не оставляя надежды еще вернуться. .