В объятиях Силы

Асока не смогла ответить себе почему она так сделала и отчего вид Баррисс, сидящей возле Энакина так ее обозлил. Ведь вроде бы она не любила его, по крайней мере, еще недавно, согласилась на свадьбу от отчаяния. И знала, что Баррисс, в отличие от нее, Скайуокера давно любит, но так в чем же дело? Надо было отдать его ей и мирно уйти, но Асока не смогла, так ей стало вдруг неприятно от того, что к ее жениху кто-то прикасался. Неужели и у нее стали появляться чувства? Вряд ли это еще та самая любовь, но что-то похожее точно. Тогрута думала об этом, когда вышла из палаты Энакина, откуда ее час спустя выпроводила целитель. — Миссис Нэлли, прошу вас, позвольте мне остаться с ним, — молитвенно сложила руки на груди Асока, глядя в глаза женщины слезливым взглядом и от волнения забыв ее фамилию — Я должна быть с ним, возле него, ведь только тогда он будет в порядке. Однако целитель, хотя и посмотрела на нее сочувственно, но сказала серьезно и непреклонно: — Я все понимаю, Асока, ты переживаешь за своего любимого и не хочешь оставлять его, только позволить быть с ним круглые сутки я не могу, поймите правильно, Энакин пережил серьезное происшествие, покушение на свою жизнь, его чуть не убили, а это ужасный стресс, вылечить который может только покой и отсутствие любых переживаний, даже приятных, как это не прискорбно. — Вот именно! — подняла вверх указательный палец Асока, горячо поддерживая данное наблюдение — Это ужасно тяжело, знать, что кто-то желал тебе смерти и помочь в этом может поддержка того, кому он нужен, кто любит и хочет видеть живым, в нашем случае это я! Взгляд Нэлли сделался совсем теплым, чувства Асоки и ее желание помочь жениху явно растопило ей сердце. Она сама была еще очень молодой и прекрасно понимала как это бывает. Вот только данное обстоятельство не отменяло профессиональных знаний и понимания того, что значит состояние пациента и что прежде всего важно его здоровье. О чем и сказала Асоке, стараясь быть как можно мягче: — Ты права, Асока, психологическая помощь безусловно очень важна, только и о физическом состоянии забывать не следует, а оно к сожалению пока не слишком хорошее, ранение было серьезным и чтобы организм справился с ним нужно время, сама понимаешь, чтобы не лопнули швы необходимо лежать и как можно меньше двигаться, в том числе разговаривать, ведь если он встанет и начнет размахивать руками, то все пойдет прахом и придется начать сначала, а если будет кровотечение, то он может даже умереть, не думаю, что ты к этому готова. — Нет, конечно же, никогда! — испуганно пискнула Асока, подумав на секунду о том, что это сбывается — Я все сделаю как вы просите, только бы Энакин остался жив! Только бы снова вернулся! — Я тоже сделаю для этого все, ты можешь мне довериться! — сказала Нэлли уже совсем тепло и погладив Асоку по голове, отпустила ее, сама заходя в палату к Энакину. Асоке пришлось пойти по коридору и спуститься по лестнице вниз. Но сразу пойти в храм она не смогла, казалось нужно было сделать что-то еще. И для начала решила пойти в буфет, чтобы подкрепиться, все же драка с Баррисс потрепала ей нервы и несмотря на то, что они с Энакином сейчас поели у тогруты вновь проснулся аппетит. А вспомнив Баррисс, девушка вновь непроизвольно сжала кулаки. «Ну и тварь же!» — прошипела она мысленно — «Посмеет еще сюда явиться! Пинками выкину отсюда и миссис Нэлли скажу, пусть так же сделает, мелочь, а приятно!» — И с кем это мы воюем? — услышала Тано за спиной приветливый голос и следом на плечо ей опустилась тяжелая, но мягкая и теплая рука — Здравствуй, Асока, ты как поживаешь? Тогрута обернулась и легкая улыбка коснулась ее губ. Надо же, на ловца и зверь бежит. — Канцлер Органа, — сказала она таким же тоном — Приветствую, не ожидала увидеть вас здесь. — Я должен был прийти раньше, — ответил ей Бэйл — Но, сама понимаешь, дела не отпускали, вырвался наконец, решил прежде зайти сюда, на голодный желудок такие беседы не ведутся. Асока обрадовалась неожиданной компании и предложила присоединиться. Ей и так нужно было поговорить с канцлером, но думала, что это непросто будет устроить, ведь запросто к такому человеку не пройти. А тут сама судьба пришла на помощь. И они вместе отправились к стойке раздачи. Буфет медкорпуса не изобиловал особыми разносолами, все же ассортимент был ориентирован на пациентом. Но все же нашлось то, что понравилось обоим, Бэйл и Асока взяли пюре из какого-то белого овоща с большой котлетой из нерфа, по небольшой миске овощного салата с маслом и стакану ягодного компота. После чего сели за стол у окна. — Асока, ты как себя чувствуешь? Отошла от происшествия хотя бы немного? — повторил свой вопрос Органа, когда первый голод был утолен. — Не очень хорошо, господин канцлер, — честно призналась Асока — От этого не отойдешь быстро, этот кошмар еще долго будет мне снится, но Энакину сейчас намного хуже, он там совсем один, ему плохо, он терпит сильную боль, а я ничем не могу ему помочь, даже сидеть с ним разрешают только недолго. — Таковы правила, Асока, — с пониманием сказал Бэйл — И потом это временно, вот станет ему получше и сможешь посещать в любое время. Когда я был ранен и тоже лежал в санчасти, ко мне даже жену пускали только на полчаса и то не каждый день. — Скажите, а вы о чем хотели с Энакином поговорить? — перешла Асока к сути дела. — Честно сказать, планировал выразить сочувствие, — ответил ей канцлер — И спросить правда ли он считает Лакса виновным, а то у меня сильные сомнения на данный счет. И потом, я видел, что у Лакса в тот день не было никакого оружия, он почти все время был на моих глазах. Асока почувствовал как к лицу прилил жар, а руки слегка затряслись в предвкушении чего-то действительно важного и едва сдерживаясь, чтобы не закричать, она поинтересовалась: — А что вы видели тогда? Лакс пришел на помолвку вместе с вами? Райо сказала, что он явился позже всех вас. — Ну не совсем так, — покачал головой Органа — В тот день у нас было совещание, Лакса там не было, он пришел уже после него, сидел у себя, настроение подавленное как мне показалось. Все время молчал, слова не вытянуть, спрашиваю, он долго не реагирует потом ответит невпопад, я понял все и старался его не трогать. Я даже не думал, что на помолвку пойдет, но в последний момент присоединился и ехал с нами на спидербусе. Сел в самый хвост и всю дорогу молчал, в окно смотрел. — В руках что-то было у него? — задала Асока наводящий вопрос, ведь такую винтовку в кармане не спрячешь. — Нет, ничего, — ожидаемо ответил Органа — Потом весь праздник простоял у стены, даже не ел ничего, Райо звала за стол, но он не услышал. Смотрел на остальных, будто искал кого, только не нашел, видно, совсем расстроился. Дальше этот выстрел был и все побежали вниз, к балкону. — То есть, Лакс пошел туда уже после выстрела? — уцепилась за его слова Асока. — Да, только первым побежал к дверям, — добросовестно припомнил канцлер — Ближе всех стоял. Наверно и увидел все раньше других. — Выходит, это и правда не Лакс? — спросила Асока то, что в душе и так знала. — Скорее всего нет, — сказал уверенно Органа — Но в любом случае я расскажу полиции о том, что видел, а прежде поговорю с самим Энакином. Решив, как и когда они пойдут в полицию, Асока отправилась в храм, а Бэйл поднялся наверх, чтобы пойти к Скайуокеру. Дорогой он никого не встретил, приемные часы окончилось, но он думал, что для представителя власти целитель сделает исключение. Только когда уже шел по коридору, Органа увидел одного из медиков, что шла, низко опустив голову, только из-под белой шапочки виднелся хвостик темных волос. Невысокая, щуплая, в белом стерильном костюме, она шла быстро, почти бежала. И видно так торопилась, что задела Бэйла плечом. И бормотнув извинение, продолжила идти. Органа пожал плечами и пошел дальше. Решив не заглядывать в кабинет целителя, направился прямо к нужной палате и открыв дверь туда, опрометью бросился на поиски дежурного целителя.