Дьявол не спит. С кем попало.

Архитектура школьных коридоров в темное время суток поражает своей красотой, но не успев уделить этому должное внимание, пробегаю пролет за пролетом. Ночная прохлада окутывает разгоряченное от бега и злости тело, обдувая его свежим ветерком. Я стремглав несусь в свою комнату, желая запереться и наконец дать волю эмоциям. «Вы исключены»— фраза прокручивается в голове, будто заевшая в магнитоле кассета, бьет по вискам и заглушает биение сердца. Перманентный страх и злость сменяют отчаяние и головная боль. Ком, стоящий в горле, душит все больше, а глаза начинают слезиться, замыливая обзор. Еще пару поворотов и вот она — моя комната. С громким ударом захлопываю дверь и облокачиваюсь на неё спиной. Пытаюсь успокоить дыхание и обдумать все, что произошло за последние десять минут. Отойдя от двери, я наконец снимаю до ужаса неудобные туфли и иду в направлении шкафа. — Допустим, — начинаю размышлять вслух. — Нас не исключат, потому что по факту мы ничего не нарушили. — Вздыхаю с облегчением и начинаю расстегивать платье, чтобы сменить его на ночнушку. Мысли в голове путаются от переизбытка эмоций. — Когда проговариваешь всё вслух, становится в разы проще. Закончив с платьем, вешаю его в наш с Мими шкаф и иду в душ, чтобы окончательно прийти в себя. В ванной снимаю белье и настроив поток теплой воды, захожу в кабинку. Прохладные капли стекают по лицу и немного приводят в чувства, унимая головную боль и снимая напряжение от произошедшего. Мысли начинают складываться в более-менее логическую цепочку. Достав с полки любимый гель для душа с запахом меда, начинаю распределять его мочалкой по телу. Дрожь в руках всё равно не проходит, как и легкие отголоски страха. Слова Люцифера заставляли задуматься. Он хотел меня, ну а я что? Тела людей проходят полную регенерацию после попадания на небеса и не думаю, что демон был бы подходящим кандидатом на роль «первого мужчины». Грубость в словах и действиях невольно наталкивала на мысли, что в постели он тоже отдает предпочтение схожей модели поведения. Всё это усугубляли слухи о том, какой он «зверь» и о том, что «после ночи с ним не то что сидеть трудно, а даже ходить». Да что уж там, у меня и при жизни опыта особо не было. Куда уж там до его любовниц. Поток мыслей прервал хлопок входной двери и взволнованный голос соседки: — Вики? Ты где? — В душе, подожди пять минут. Смыв остатки пены с тела и остановив воду, наконец покидаю кабинку. По привычке тянусь к махровому полотенцу, вытираю остатки влаги с тела. Утягиваю полотенце на груди и иду к раковине, чтобы закончить подготовку ко сну. На чистку зубов и укладку волос в высокий хвост уходит не больше пяти минут. И вот: я стою перед дверью в ванную и настраиваю себя на допрос от соседки. — Главное — сохранять спокойствие, — шепчу под нос и открываю дверь. Не сразу замечаю в сумраке комнаты Мими, что уселась на своей постели, сложив руки на груди. — Ты с ним целовалась? — в голосе соседки трудно было не расслышать раздражение с ноткой обиды. Пропускаю вопрос мимо ушей и подхожу к шкафу, чтобы достать чистое белье. Беру первые попавшиеся белые кружевные трусики и надеваю их под полотенцем. Затем, предварительно развернувшись лицом к шкафу и спиной к соседке, откидываю влажную ткань в сторону, чтобы надеть ночнушку. — С кем? — пытаясь изобразить непонимание, приподнимаю бровь и иду в сторону кровати. — Не строй из себя дурочку, Вики. Ты целовалась с Люцифером? — А, — опускаюсь на кровать, принимая сидячее положение. Ночная прохлада заставляет меня укутаться в одеяло. — Ты про случай в коридоре? — А были и другие случаи? — раздражение подруги от того, что я увиливаю от ответа, набирает обороты. — Да, — решаю больше не мучить её. — Были, — запинаюсь. — Точнее был. — Откидываюсь на подушки и пытаюсь закрыть глаза, надеясь, что Мими закончит допрос. Но это не срабатывает. Бестия перемещается со своей кровати на мою и кладет руку поверх одеяла, поглаживая коленку. — Расскажешь? — спрашивает спокойным, более тихим тоном. — Тут нечего рассказывать, — открываю глаза и, глядя на неё, продолжаю: — Он сам меня поцеловал что тогда, что сегодня. — Между вами что-то есть? — теперь в её тоне присутствовал интерес. — Я не знаю, — тут не слукавила. Ведь действительно не знала, что ответить на этот вопрос, хоть в голове не раз себе его задавала. — А сама ты как думаешь? Скинув одеяло с груди, я придвинулась ближе к дьяволице. — А что мне думать? — я начинала злиться то ли на себя, то ли на него. — Сначала Люцифер помогает мне на задании, выслушивает истерику после встречи с отцом. Потом подпускает ближе, рассказав о любимом месте, — я почувствовала, как в уголках глаз начинают собираться слезы. — Целует меня… — Тише, уже ночь. Разбудишь всех, — Мими сплела наши руки в знак поддержки. — Затем обжимается на глазах у всех с другой, — прошептала на выдохе. — Ну, тебе он вроде тоже достаточно чести оказал. Не каждый день увидишь Непризнанную на коленках у сына Сатаны. — Она подбадривающе толкнула меня в плечо. — Так что произошло в коридоре? — Сама не поняла. Он буквально набросился на меня и, прижав к стене, — я начала понемногу краснеть, — Сказал, что хочет меня. — Подожди, — Мимм подсела еще ближе ко мне. — Хочет в каком плане? — Ну, его ширинка, упершись мне в бедро, красноречиво объяснила в каком. — Ну нихрена себе «тут нечего рассказывать». Ну а потом? — Потом, в том же пролете нас прервали, ну, точнее поймали. Фенцио грозился исключением, но по сути, мы ничего не нарушили, так что… — Стоп, — она перебила меня, не дав довести мысль до логического завершения. — Значит, прервали… — многозначительная ухмылка соседки не предвещала ничего хорошего, — А ты хотела, чтобы он взял тебя прямо в коридоре? Хотя да, это было бы в его стиле. — Мими, прекрати пороть ересь. — Ну а что? Жаркий и быстрый перепихон еще никому не вредил… — мои глаза округлились и это не ушло от внимания подруги. — Сладкая, ты чего? Подумаешь, ну пошалили бы немного. Было бы, что в старости вспомнить. — Как у тебя всё просто. — А зачем всё усложнять? Он ведь хотел этого, как и ты. Ты ведь хотела? — Не знаю… — я опустила глаза, накручивая локон на палец. — У меня тут никого еще не было. — Оу, — она удивленно вскинула брови. — Ну с этим посложнее будет. Ну, на земле ты ведь не теряла времени зря? — Ну, как сказать… — Шепфа, Вики, только не говори, что ты умерла девственницей. — Ну нет, все не настолько запущенно. Незадолго до смерти у меня был парень, но он слился после первого раза. Сказал, что ничего не выйдет. — Вот мудак, ну ты не переживай, первый блин всегда комом. — Не то чтобы я переживала… — звук от распахнувшегося окна прервал на полуслове. Мы с дьяволицей тут же развернулись к источнику звука и замерли в испуге. — Кто там? — Мими первая отошла от шока. — Выходи, придурок. — Это я придурок? Этот бархатистый голос я узнаю из тысячи. Люцифер стоял на подоконнике, но секундой позже спрыгнул на пол, закрывая за собой окно. — Ну и что ты здесь забыл? — И тебе привет, малышка Мими. — Замучила совесть и ты решил извиниться? — язвительно поинтересовалась я. — Именно так. Мими, не оставишь нас с Непризнанной? — дьяволица вскочила с постели и уже собиралась ретироваться, но потом, будто осознав что-то, наклонилась ко мне и прошептала на ушко: — Ну, дерзай. Теперь вам никто не помешает, — чмокнув в щеку, подруга побежала в сторону двери, добавив лишь грозным тоном: — Если обидишь её, то пожалеешь. И я не побоюсь твоего статуса, — после этого скрылась в дверном проеме. Угроза в лице Мими вызвала у Люцифера лишь смешок. Его смех был таким же бархатистым, как и голос. Напоминал мурлыканье кота. В любой другой ситуации я бы улыбнулась ему в ответ, но сейчас он вызвал у меня лишь раздражение. Скинув с себя одеяло, я подошла к окну, чтобы закрыть шторы, не забыв задеть его плечом. — Милая комнатка, — начал демон. — Ты серьезно пришел об этом поговорить? — Дай мне настроиться, я не люблю извиняться. — Не извиняйся, мне то что? — Шепфа, Непризнанная, успокойся. И почему ты такая упертая? — Недалеко от тебя ушла. — Перестань вести себя как ребёнок. Просто выслушай меня, — выдохнув, подошел к окну и развернул меня лицом к себе. — Это была лишь маленькая шалость, я даже не думал тебя подставлять, — мягко вложил мою ладонь в свою, и придвинул ближе к стене. — Как у вас тут всё просто, — вытащила руку из захвата. — Захотел — поцеловал, захотел — оттолкнул. — Я, — он взял меня за подбородок, заставив поднять голову и посмотреть в глаза, — Не хотел, чтобы так все получилось. Согласен, что перегнул палку. — Извинения приняты, а теперь проваливай. Он усмехнулся, попытался подойти ближе, но, выставив руку вперед, я опередила его. Люцифер сжал мою ладонь и переместил на свою талию. Медленно опустил взгляд, чуть задержав на слишком откровенном вырезе, затем вернул его к лицу. — Чего тебе? — Сексуальная ночнушка, взяла с Земли? — Ты издеваешься? — попыталась вновь его оттолкнуть, но демон проделал то же самое и со второй рукой. — Чего ты хочешь от меня? — Разве я недостаточно ясно выразился часом ранее? Люцифер приблизился на слишком опасное расстояние и запах парфюма сразу ударил в нос, заполняя легкие. Как же великолепно он пах… Дыхание демона опалило кожу лица и я мгновенно почувствовала табун мурашек, пробежавших по спине, а бабочки в животе начали танцевать ламбаду. Жар его тела будто передался мне, из-за чего я опять покрылась румянцем. — Тебя хочу… — прошептал демон, облизав нижнюю губу. То, как открыто он говорил о своих желаниях в комбинации с близостью его тела, заставляли краснеть еще больше. Я попыталась снова опустить взгляд, но Люцифер не дал, мягко удержав за подбородок. Руки, покоившиеся на его талии, слегка сжали рубашку. — Ты боишься меня? — Люцифер немного отпрянул, попытался увеличить расстояние между нами, но я лишь сильнее приблизилась к торсу демона, резко притянув к себе. — Нет, — выпалила, глядя прямиком в рубиновые омуты. — Тогда я задам встречный вопрос — Чего хочешь ты, Непризнанная? — он наклонился, оставляя между нашими губами минимальное расстояние. — Чтобы я ушел, — коснулся носом моего, — или остался? — Я хочу… — осеклась, сглотнув слюну и с новыми силами продолжила: — Поцелуй меня. Ему не нужно было повторять дважды, и демон мгновенно переместил одну руку ко мне на талию, а другую на затылок. Резко притянул и впился губами в мои. Стон наслаждения слетел с уст, нарушив тишину в комнате, стоило только ощутить его страстные, безумно горячие губы. Воспользовавшись этим, демон тут же запустил язык в мой рот. Это был жадный, очень развязный поцелуй. Он облизывал, оттягивал, покусывал мои губы, а я отвечала с той же страстью. Люцифер провел ладонью от талии до бедра, сжав его, вызвав еще один вздох. Короткими и влажными касаниями прошелся от уголков губ до уха, прикусил мочку, слегка оттянув. Россыпью поцелуев чередующихся с укусами, стал покрывать шею. Я остро чувствовала, как возбуждение растет, а влажное пятно на трусиках становится больше. Пьянящая близость горячего тела демона, страсть и пылкость движений затуманивали рассудок, оставляя место лишь желанию. — Ах, — запустив руку в его мягкие, черные как смоль волосы, стала их оттягивать. — Что же ты делаешь? Он прорычал, но не прекратил терзать шею, не упуская ни сантиметра кожи, и все сильнее сжимал бедро. Люцифер плавно переместив руку на ягодицу, подбросил меня в воздухе, заставив обвить свой торс ногами. Я опять стала чувствовать, как бугор в его штанах твердеет и увеличивается в размере. — Исполняю твоё желание… Неторопливые, обжигающие поцелуи осыпали ключицы. Зубами он зацепил лямку ночной рубашки, стал стягивать вниз. Вся сжавшись, я резко замерла в ступоре. Подняв затуманенный от вожделения взгляд, демон вопросительно выгнул бровь. Слегка отстранившись, Люцифер прошептал: — Что-то не так? Опустившись на ноги, я поправила лямку и мягко оттолкнув его, направилась в другой конец комнаты. Удержав за запястье, он не дал отойти ни на сантиметр. — Мне повторить вопрос, Уокер? — от соблазнительного шепота не осталось и следа, голос оставался мягким, но с нотой раздражения, — Да что с тобой происходит? Я не знала, что ему ответить. С одной стороны, я безумно жаждала близости в этот момент. С другой — страх и непреодолимое чувство дежавю не давали расслабиться и отдаться с головой чувствам. Я прекрасно понимала, что для меня секс имеет куда большее значение, чем для него. Но боялась, что он поступит так же, как бывший недобойфренд. Или еще хуже — посмеется над моей неопытностью и просто уйдет. Собрав все за и против, сжав свободную руку в кулак, я решила пойти на опережение и оттолкнуть первой. — Ничего, — выдохнула, закрыв глаза, попытавшись остановить подступившие слезы и ком, что встал в горле. — Думаю, тебе лучше уйти…

***

Сказать, что я был в шоке — значит не сказать ничего. Еще пять минут назад она умоляла меня о поцелуе, жадно отвечала на каждый из них. Буквально плавилась в руках, стонала от каждого прикосновения, хватала за волосы и терлась о давно неспокойный пах. Возбуждение Уокер было настолько явным, что уверенность в её насквозь промокших трусиках была стопроцентная. Но стоило только приспустить бретель белья, как вмиг девчонка переменилась. Что-то было явно не так. Пока я раздумывал над произошедшим, Непризнанная выскользнула из рук, вернувшись на край кровати. Не медля ни минуты, я решил подойти к ней. Присел на корточки и, взяв ее ладони в свои, медленно начал растирать костяшки. — Что случилось? — как можно спокойнее поинтересовался. Я видел неуверенность в её глазах, смешанную с еще не до конца ушедшим возбуждением. Тому подтверждением были хорошо заметные через тонкую ткань ночнушки твердые соски. Нервно покусывая губы, она пыталась избежать моего взгляда. — Не столь важно, — на выдохе ответила Уокер. — Если я спрашиваю, значит важно, — уткнувшись подбородком между слегка разведенных коленей, взглянул в глаза, пытаясь найти в них ответы на вопросы. — Я слушаю. — Ты ведь не отстанешь. — Подняла свои голубые, немного влажные от слез глаза. Сняв блок, Непризнанная позволила проникнуть в ее мысли и воспоминания. Я увидел достаточно. Вики не отталкивала меня, а лишь испугалась, что я могу посмеяться над ее невинностью. Это, безусловно, удивляло, ведь девчонка обладала до невозможности соблазнительными формами. Да и была совсем не глупа. — Непризнанная, — попытался улыбнуться как можно более искренне. — Серьезно, как так вышло? — Не знаю, — Вики подняла глаза на окно. — Просто до этого ни с кем не хотелось… — До этого? — приобняв за бедра, я поднялся чуть выше. Склоняясь к лицу, прошептал прямо в губы: — А сейчас? — Хочу, я хочу, но… — прошептала девчонка, задевая мои губы своими. — Но? — я не отрывал от нее взгляда. — Но боюсь оплошать. Двинулся вперед, я лишь подразнил коротким поцелуем. Подхватив под коленки, я перекинул Непризнанную в лежачее положение. Забрался на кровать, предварительно сняв ботинки, и навис над хрупким телом. — Не думай ни о чем. Расслабься и доверься мне. — Хорошо. Снова прильнул к слегка опухшим от поцелуев губам, на этот раз более чувственно и Вики поддалась. Слегка посасывая, не спешил углублять поцелуй. Кончиками пальцев провел от ушка до ключиц, запуская мурашки по телу. Услышав сладкий и протяжный стон, я воспринял это как знак и проник в приоткрытый ротик. Наши языки переплелись, делая поцелуй более требовательным. Руки Уокер легли на мои плечи, а ноготки впились в кожу, пока только через рубашку. Малышка развела колени и я решил пристроиться прямиком между ними. От соприкосновения моей возбужденной плоти с её, я едва не взвыл. Вики извивалась подо мной, постанывала и терлась, возбуждая все больше. Губы Уокер сводили с ума своим вкусом: она то кусала, оттягивая нижнюю, то проходилась по ней кончиком языка, зализывая место укуса. Это срывало крышу, мне безумно хотелось взять её во всех возможных позах и отыметь так, чтобы она дрожала от наслаждения в моих руках, кончая раз за разом. Хотя головой я понимал, что нужно действовать аккуратно. Эта Непризнанная вызывала смесь заведомо противоречивых эмоций. Не хотелось просто трахнуться, а потом уйти восвояси. Нет, хотелось чего-то больше, чем просто физической близости. С ней мне впервые захотелось ванильного секса с объятиями после. Я медленно очерчивал манящую своими округлостями грудь, большим пальцем задевая чувствительные горошины сосков. Она выгибалась мне навстречу, всем своим видом молила о более активных ласках. С трудом оторвавшись от пухлых губ, я опять взглянул в затуманенные похотью глаза и попытался опустить бретельку. — Позволишь? — Мг, — она соблазнительно закусила губу, — Прошу… Стон Вики был таким жалостливым и просящим, а голос охрипшим. Я опустил одну лямку, затем вторую, потянул сорочку вниз, открывая себе вид на сочные груди. Они были в меру большие, такие, что идеально помещались в ладонь, с розовыми ареолами и аккуратными, соблазнительно твёрдыми сосками. Хотелось как можно быстрее сжать их в руке, поцеловать, облизать, приласкать. Вдохнуть аромат вожделения, ощутить вкус. Это зрелище в совокупности с моими грязными фантазиями о горячем, молодом теле, так нуждавшегося в ласках, заставили член болезненно дернуться в штанах. От моего пристального взгляда щеки Уокер опять покрылись румянцем. Она попыталась прикрыться, но вовремя опомнилась и с вызовом посмотрела в глаза. — Нравится? — она сместила руку с моего плеча себе на шею. Кончиками пальцев провела от ключицы до сосков, прикрывая глаза от наслаждения. — Неплохо, — ухмыльнувшись, я вернул руку Непризнанной обратно. — Но в моих ладонях они смотрятся гораздо лучше, — снова опустившись к лицу, наконец сжал в руке горошину соска между средним и указательным пальцем. — Не находишь? — Ах… — тихий стон и откинутая вверх голова подтверждали, что я все делал правильно. — Да… Продолжай… Наклонившись к груди, наполнил легкие запахом возбужденной энергии. Глядя прямо в голубые омуты, обвел кончиком языка контур ореолов и оставил короткий обжигающий поцелуй на верхушке соска. — Ах… Люци… Я целовал, облизывал, посасывал их. С левой проделывал то же самое. Малышка извивалась, терлась о меня, хныкала от желания. Даже через слои одежды чувствовалось, насколько влажной и горячей была её плоть. Сжимая мои плечи, пыталась стянуть рубашку. Нехотя оторвавшись от вздымающейся от ускоренного дыхания троечки, я полностью стянул сорочку. Теперь только маленькие кружевные трусики скрывали наготу Уокер. Она сразу же потянулась ладошками ко мне, пытаясь раздеть. Пуговицы неизменно черной рубашки никак не хотели поддаваться дрожащим рукам. Мягко сжал их, отводя в сторону. — Тш-ш-ш. Я сам. Медленно стал расстегивать одну за другой, открывая по кусочкам покрытую чернильными узорами грудь. Уокер смотрела на меня с восхищением и довольно улыбалась. Откинув рубашку, я опустился на пятки между разведенными коленями, еще раз осматривая тело Вики. Не сильно ущипнув за оба соска, провел дорожку от груди до низа плоского животика, останавливаясь лишь у границ кружева. Как бы спрашивая, всё ли в порядке, вопросительно посмотрел на неё. Получив одобрительный кивок, продолжил вести от лобка прямо к изнывающему бугорку. Накрыл его большим пальцем. Медленными круговыми движениями стал растирать. Опять захныкав, Непризнанная пятками толкнула меня в ягодицы, пытаясь придвинуть ближе. — Ну же, пожалуйста. Я хочу тебя. — Нет, малышка. Ты ещё не готова. Я возьму тебя только после того, как ты кончишь. Нагнувшись к трусикам, я вдохнул пряный запах возбуждения. Мокрое пятно на боксерах становилось больше от осознания, что Уокер такая разгоряченная и влажная от моих ласк, сейчас лежит подо мною и, буквально, умоляет взять её. Оставив короткий поцелуй на пульсирующем клиторе, а затем на лобке, вцепился зубами в краешек трусиков, стал стягивать их со стройных ножек. Щеки покрылись румянцем и Непризнанная смущенно прикрыла рот ладошкой. — Твой запах сводит меня с ума, Вики, — впервые за сегодняшнюю ночь назвал девушку по имени. — Интересно, какая ты на вкус. Раздвинув ножки шире, впервые за все время, увидел её полностью обнаженной. Складочки блестели от влаги, а набухший клитор слегка подрагивал. Рука машинально потянулась к нему. Двумя пальцами провел от входа до лобка, распределяя соки. — Черт, какая же ты мокрая, малышка, — ниточка из вязкой прозрачной жидкости тянулась от киски к моим пальцам. Поднес их к губам и, подмигнув Уокер, погрузил в рот, пробуя её. — М-м-м, а на вкус ты еще лучше. Но этого мне чертовски мало. Удобно устроившись между разведённых ножек, подул на разгоряченное лоно, а затем провел языком по влажным от смазки складочкам. Малышка вздрогнула от неожиданности и попыталась свести колени, лишая меня возможности довести ее до, возможно, лучшего оргазма. — Даже не думай, — прорычал прямо в промежность, слегка прикусывая нежную кожу внутреннего бедра. — Я все равно их разведу. Раздвинув пальцами губки, вобрал в рот клитор, слегка посасывая. Стал водить напряженным кончиком языка от входа до самого лобка, пытаясь найти место, где ей будет приятнее всего. Изогнув спину и громко всхлипнув, Непризнанная яростно схватилась за мои волосы, придвинув еще ближе. Облизав указательный палец, стал кружить им у входа, подготавливая малышку. — Расслабься, не сжимай мышцы. Аккуратно ввел, но лишь на одну фалангу, не прекращая при этом ласкать бугорок. Девчонка застонала громче, но этот стон был наполнен лишь наслаждением. Палец входил все глубже, а она податливо пускала меня внутрь. Вскоре погрузился полностью, заставив её, на мгновение, сжаться. — Ты как? — поинтересовался, оторвавшись от сладких ласк её соблазнительного и неискушенного тела. — Немного непривычно, но терпимо. Усмехнувшись, вернул все внимание клитору с более жадными ласками. Стал всасывать, щекоча верхушку кончиком языка, после, почувствовав что она максимально расслаблена начал неспешные движения пальцем. — А так? — Замолчи и продолжай, — за пару секунд и стоны сменились короткими всхлипами и громкими вздохами. — Хватит, пожалуйста, я уже сейчас… — Не прекращу, пока ты не кончишь. — Не могу… Перестань… — Черт, малышка, твоя киска такая сладкая и мокрая сейчас. Хочу видеть, как ты содрогаешься от моего рта. Не лишай нас обоих такого удовольствия. — Извращенец! Гортанный стон раздался на всю комнату. Уокер затряслась, сжимая в себе мой палец тугим кольцом, а голову коленями. Схватила за волосы, пытаясь оттянуть. — Дьявол, Люцифер. — Да-а-а. То, как ты стонешь мое имя на пике — дороже всех комплиментов. — поднявшись, я демонстративно стер соки лишь с уголков губ и подбородка. Приблизился и жадно впился в, пересохшие от всхлипов, губы, давая почувствовать свой вкус. — Спасибо, это было очень приятно. Но мне кажется, что на тебе слишком много одежды, — она провела ноготком по прессу к самому члену, который буквально дымился, после сжала его в ладошке. От прикосновений столь нежных и маленьких ручек уже можно было кончить. — Не надо меня дразнить, Вики. Если я сейчас кончу, то потом тебе будет несладко. Мне придется очень долго насаживать тебя на себя, чтобы получить разрядку. — Ты ужасный пошляк, — Уокер мило хихикнула. Сняв штаны, я откинул их в сторону, предварительно достав из заднего кармана защиту. Приняв сидячее положение, Непризнанная все также продолжала меня дразнить мягкими поглаживаниями. Стала осыпать поцелуями мой живот, проводя языком от пупка до границ белья. Просто безумно хотелось ощутить мягкие губки и юркий язычок на жаждущем внимании органе, но я прекрасно понимал, что так мы точно не дойдем до самого главного. — Ч-ш-ш… Тормози, дьяволица. — Я что-то сделала не так? Разве ты не хочешь? — Я безумно хочу опробовать твой ротик и обязательно это сделаю. Но давай не все сразу. Приспустив боксеры, ее глаза округлились. Наконец-то мой член почувствовал долгожданную свободу. Блестящий от смазки, он мгновенно отпрыгнул к пупку. — Ого, — провела ручкой по всей длине: от основания до головки, очертив её большим пальцем по кругу. — Ты играешь с огнем, Уокер. Перестань и иди ко мне. Я вновь прижал Непризнанную к постели. Припал к груди ртом, пытаясь отвлечь от стояка, который упирался в её бедро. Рукой стал стимулировать клитор, то зажимая его между пальцев, слегка оттягивая, то массируя круговыми движениями. Вики изогнулась и откинула голову, зажав рот рукой. Дотянувшись до презерватива, зубами разорвал фольгу и раскатал по длине. Она была настолько влажной, что можно было запросто обойтись без смазки. — Расслабься, прошу тебя. Я постараюсь сделать все, чтобы тебе понравилось — Просто войди… Я больше не могу. Провел головкой от клитора до входа, подразнив то ли её, то ли себя. Вернулся к губам, стал мягко целовать. Взяв член за основание, я начал потихоньку входить. Уокер текла как водопад, поэтому головка вошла плавно и мягко. Малышка впилась ногтями в плечи, простонав в губы. Стал входить в желанное лоно сантиметр за сантиметром, пока полностью не оказался внутри. Потом вернулся к стимуляции пульсирующего бугорка, чтобы облегчить неприятные ощущения. Непризнанная сжала меня тугим кольцом, и если бы не многовековые тренировки, то я кончил бы в тот же момент. — Ах, Шепфа, какой же ты большой. — Перестань меня так сильно сжимать, Вики. Мне и так тесно в тебе. — Можешь начинать. Выждав еще пару секунд, я начал двигаться. Каждое движение давалось с трудом, такая узкая она была. Со временем толчки давались легче, а стоны становились громче. — Не нужно так сексуально стонать. Я тоже не железный. Медленные точки сменились резкими, а нежные успокаивающие поцелуи — на жадные и мокрые. Сжав мои ягодицы, она задавала нужный темп. — Нет, так не пойдет. В постели главный я. — Люци, пожалуйста, ускорься… — Тише, а то я тебя отшлепаю. Всё таки, решил послушаться, ускорив темп до привычного мне. С хлюпающим звуком вбивался в податливое лоно, рукой сжимая мягкие груди. Уокер ласкала слух своими тихими стонами на ушко. Шептала, как ей хорошо. Я же еле сдерживался, чтобы не застонать самому. Понимая, что на грани, юркнул рукой между складочек. — Ах, я сейчас… — Не смей, — толчок, — кончать, — более глубокий толчок, —раньше меня. — Не могу… Ослушавшись, она затряслась всем телом, сжав меня в влажные тиски. Совершая последние фрикции, я громко рыкнул и кончил, впившись губами в её шею. Выйдя, откинулся на спину рядом, притянув Непризнанную к себе. Мы лежали вместе около минуты, пытаясь перевести дыхание и наслаждаясь моментом. Не мог припомнить, когда в последний раз мне было так легко и хорошо. С Вики все ощущалось по-другому, по-новому. Она, действительно, была особенной. — Я не сделал тебе больно? — Нет, все было замечательно. Спасибо тебе. — За что? — удивленно устремил на неё взгляд. — За то, что был нежен. — Это была единоразовая акция. В следующий раз такого не повторится. — А ты хочешь повторить? — И не один раз… — сняв презерватив, я выбросил его в мусорку около кровати. — Не переживай насчет исключения. Я все решу. — Мягко поцеловал её лоб. — Мне пора, Мими скоро вернется. А ты поспи. Встав с постели и одевшись, я не смог удержаться от того, чтобы не шлепнуть по сочной попке рукой. Открыв окно, я еще раз взглянул на довольную физиономию Непризнанной. — Увидимся в башне. — Вали уже. Усмехнувшись и подмигнув ей, я раскрыл крылья и прыгнул в холодные объятия ночи.