Часть 5
23 сентября 2022 г., 01:52
Молли смотрела на то, как обнимались девочки, пытаясь унять отчего-то занывшее сердце. Это была не просто радость встречи — они были будто вернувшиеся друг к другу родные люди. Женщина сидела в гостиной, молча ожидая, пока дети наобнимаются и обменяются новостями. До Молли доносились только отдельные фразы: «Аленка сорвалась», «странный какой-то» и «не могу вспомнить».
— Мама, — обратилась к Молли ее дочь. — Папа Ма… то есть Луны ведет себя как заколдованный, ты не могла бы посмотреть?
— Можете называть друг друга, как привыкли, — с грустью улыбнулась женщина, понимая и не понимая девочек. Она поднялась, пройдя в комнату, где сидел связанный Ксено.
— Вспомнила! — радостно закричала кудрявая девочка, как ее назвали — Гермиона. Или Аленка — так девочки называли ее промеж собой. — Это похоже на чары «трех домов»! Так они в книжке назывались!
— Тогда Фините это не снимет, — задумчиво проговорила много повидавшая женщина, направляясь к камину. — Возможно, в Мунго… Я приведу целителя, а вы пока Омут Памяти приготовьте.
Через несколько минут приглашенный целитель подтвердил диагноз, забрав Ксено. По мнению колдомедика, нужно было от недели до месяца, чтобы восстановить мужчину, на это время Луна считалась под опекой миссис Уизли, что девочку не взволновало, а Молли устраивало. Попросив дочку выложить свои воспоминания в Омут и показав, как это делается, Молли погрузилась в артефакт, ожидая увидеть школу, но Лерка немного ошиблась, и женщина теперь узрела…
Она смотрела на то, как две совсем юные девушки в незнакомой форме, с какими-то знаками на груди, обнимают младшую, одетую сестрой милосердия, причем одной из этих двоих была сама Молли. А потом… Потом ночной вылет, прожектора, «почему молчат зенитки?». И страшные птицы сзади… Поникшая, мертвая девчонка — женщина это очень хорошо видела — и огонь, сжигающий ее на фоне приближающейся цистерны. Молли просто выпала из артефакта, хватая ртом воздух. Она сидела на полу и не могла надышаться… То, через что прошла доченька — било мать в самое сердце. Потом уже женщина нашла в себе силы вернуться к артефакту, чтобы просмотреть школьную жизнь. Внимательно прослушав разговор, Молли поняла, что Альбус задумал какой-то глобальный обман, в котором жертвой падут дети, и вот это уже приводило женщину в бешенство.
— Аленка, давай посмотрим твои воспоминания из дома? — предложила Машка, которую что-то в рассказе сестры царапало.
— Давай, — сразу же согласилась кудрявая девочка, потянувшись за палочкой. Вытянув нити, она только прижалась к Маше, что было не так просто сделать, потому что беловолосая девочка была мельче Аленки. — Вот только я боюсь…
— Идите все вместе, — мягко улыбнулась Молли Уизли. — Если можно, то и я не откажусь.
— Думаю, можно, — кивнула Аленка, а потом помолчала, но не решилась рассказать, взглянув на Валерию.
— Ее пытали фашисты, мама, — правильно поняв взгляд сестры, объяснила рыжая девочка. — Поэтому для нашей сестренки все непросто.
— Пытали… Совсем малышку? — увидев, как Гермиона смотрит на Джинни, женщина не выдержала, принявшись обнимать девочек. Все было, как в Первую Магическую, тогда Пожиратели тоже мучили маленьких детей, медленно убивая их так, что на тела потом смотреть было страшно, и вот эта девочка пережила такое… Головы опустились в Омут Памяти.
— Аленка, ты зря сорвалась, — заметила Машка, когда просмотр закончился. — Тебя не хотели бить, послушай еще раз интонации. Да и ремень вряд ли с угрозой лежал.
— Ой… — кудрявая девочка поняла, что совершила ошибку. — Что теперь будет?
В этот момент в окно влетела белая сова, направившаяся сразу к Аленке. Сильно удивившаяся девочка потянулась за пергаментом, а Машка на правах хозяйки дома угостила птицу мясом. Кудрявая девочка всхлипнула раз, потом еще раз и вдруг тихо-тихо заплакала, опускаясь на пол. Она читала пронизанные теплом строки письма, а перед глазами стоял амбар. Тот самый прогоревший амбар.
Молли рванулась к девочке, как-то очень легко подняв Гермиону на руки, хотя кудрявая Аленка была уже тяжеловатой и длинноватой, но сумев как-то свернуться на руках женщины в клубочек, она плакала. Прочитав то, что было написано на пергаменте, Молли просто качала девочку на руках, даже не пытаясь успокоить.
— Не надо, Джинни, — остановила женщина дочь. — Ей это очень надо, пусть выплачется. А ты напиши ее родителям, мы прибудем часа через два к ним домой.
— Хорошо, мама, — согласилась Лерка, переглянувшись с Машей. — Только и мы пойдем.
— Конечно, доченька, — улыбнулась женщина. — Ведь вы же сестры.
***
Получившие ответное письмо Грейнджеры переполошились, решив поскорее отправиться домой, но к ним присоединились и Петунья с Гарри. Женщина просто попросила, а мальчик смотрел так, что отказать ему не решились. Автомобиль помчался в обратном направлении. От всех новостей Эмму трясло, нехорошо было и переосмысливающей прошлое Петунье. Только Гарри, не понявший, какую бомбу взорвал, волновался за Гермиону, сидя как на иголках. Эмма, чтобы успокоиться, расспрашивала его о школе, чувствуя, как волосы пытаются занять вертикальное положение. Петунью, узнавшую, что за последнее время этот зеленоглазый мальчишка дважды выжил просто чудом — другого слова не было — трясло уже крупной дрожью. Они встретились перед домом. Глядя на то, как рыжая женщина опекает троих девочек, и как дети держатся друг за друга, мистер Грейнджер понял, что ситуация может оказаться еще страшнее. А вот миссис Грейнджер уже точно знала, что им, взрослым, неизвестно почти ничего, потому что в глазах трех девочек не было детства. В них была стальная воля и готовность идти на бой. В двенадцать-тринадцать лет. Видеть подобное было страшно для матери, да и для врача-психиатра. Перед Эммой Грейнджер стояли дети войны. — Доченька, я никогда не коснусь тебя и пальцем… — заговорил Марк. — Ремень мне давит на живот, и я его просто отложил! Ну, хочешь, я его сожгу? — Не надо, папа, — улыбнулась Аленка, перед глазами которой таяли картины прошлого. — Мне уже объяснили, что я слишком сильно отреагировала. — Но ты же не просто так отреагировала? — расположившись в гостиной и отпивая чай, поинтересовалась миссис Грейнджер. — Значит, есть что-то… — она запнулась. Из глаз дочери на нее смотрело что-то очень страшное. Что-то, чему не место в глазах детей. Миссис Уизли тяжело вздохнула, достав какую-то посудину, похожую на миску. — Покажи им, малышка, — очень ласково попросила рыжая женщина. — Они должны понять, ведь они твои родители. Такого Эмма не видела никогда. Одно дело — телевизор, пусть даже самого лучшего качества, совсем другое — своими глазами видеть, как в одночасье ребенок становится сиротой, как пытается выжить, как… Мужчины и женщины в лесу, ласково относящиеся к девочке, и раненые… — Это партизаны, — прокомментировала Лера, потому что Аленушка не пошла, оставшись с Машей. Кудрявая девочка не хотела этого видеть, просто совсем не хотела. — Они дрались с проклятыми фашистами везде, где могли… — Это… Вторая Мировая? — тихо спросил мистер Грейнджер. — Господи… — Сейчас вы увидите, почему нашей сестренке нельзя даже угрожать… этим, — горько произнесла девочка, и они действительно увидели, вывалившись из артефакта просто потому, что ноги не держали. Взрослые люди плакали, не в силах уложить в сознании увиденное. — Миона, доченька… — потянулась к девочке Эмма, будто мгновенно растерявшая свой профессионализм. В переселение душ она не верила, а вот в галлюцинации… Только вот такие галлюцинации вполне способны сломать психику. Женщина целовала дочь, заливая ее слезами, прижимала к себе, и понемногу Аленка отмерла, обняв… маму. — В мире Магии так бывает, — вздохнула Молли, думая, как бы объяснить родителям то, что произошло. — Когда люди находятся на грани жизни и смерти, они могут прожить жизнь другого человека. Из совсем другого времени. Эти три девочки прожили свою жизнь в очень страшном времени. И эта жуткая война пришла с ними и сюда… А вот почему они были на грани жизни и смерти, мы узнаем через полчаса. Вам в Мунго нельзя, поэтому мы постараемся вернуться быстро. — Х-хорошо… — с трудом расцепившаяся с дочкой Эмма пыталась осознать, что ей только что сказали, а Молли взглянула на Гарри и, поманив его пальцем, прижала к себе, обняв остальных детей. Взявшая в Мунго групповой порт-ключ, женщина не собиралась никого спрашивать — ни Дамблдора, ни самого Министра. Через мгновение они оказались в больнице. Петунья обняла миссис Грейнджер, и следующие полчаса женщины просто рыдали, а мистер Грейнджер пытался найти решение. Решение все не находилось, поэтому мужчина поднял трубку телефона, набрав номер телефона, что дали ему на самый крайний случай. Даже жена не знала, кем был когда-то скромный доктор. И вот наступил момент, заставлявший воспользоваться этим самым номером. — Дежурный, — откликнулась трубка спокойным мужским голосом. — Назовите дополнительный номер или код доступа. — Шесть, четыре, два, два нуля, один, девять, — будто бросаясь с разбегу в холодную воду, быстро подиктовал мистер Грейнджер. — Грейнджер, альфа два. — Какая помощь вам нужна? — поинтересовался тот же голос, став более напряженным. — Консультативная пока, — объяснил Марк, думая о том, что все как-то очень странно завертелось. — Через полчаса консультант будет у вас, — ответил дежурный, сразу же разорвав связь. Теперь оставалось только ждать. «По крайней мере мы узнаем, что можем», — вздохнул мужчина, только что давший сигнал тревоги в очень специфическое место.***
Обратившаяся к целителю Сметвику Молли ожидала неприятных последствий, но не такого скандального результата. Сначала решили обследовать девочек, для чего тем нужно было полностью раздеться, поэтому Гарри было необходимо подождать за ширмой. Было заметно, что дети друг друга не стесняются, что заставило целителя поднять бровь, а вот потом он построжел, сильно нахмурившись. — Мисс Грейнджер и мисс Лавгуд находились в стазисе не менее пяти месяцев, — проговорил он. — Это должно было убить девочек. Вы мне сейчас скажете, кто это сделал, или я вызываю аврорат. — Лишним не будет, — тяжело вздохнула женщина. — Вы сами понимаете, кто в школе мог погрузить детей в такой вариант стазиса. — Давайте посмотрим рыженькую, — пожевал губами мужчина, взмахнув палочкой, и замер. Его руки едва заметно дрогнули, а потом палочка замелькала очень быстро. — Заключение я вам дам, но если это все тот же человек… — Что с ней, целитель? — напряглась Молли, медленно зверея. — Империо и довольно широкий спектр пыточных. Как она выжила?! — недоумевающе спросил целитель. — Да и с девочками… — Значит, вот как… — прошипела озверевшая, но все еще держащая себя в руках, женщина. — Давайте мальчугана посмотрим, — устало предложил целитель, видя, как моментально оделись девочки. Нужно было извещать аврорат, потому что такие вещи, да против детей… Но аврорат подчинен Визенгамоту, а руководит этим органом известно кто. Гиппократ смотрел на Гарри Поттера, понимая, что если он откроет рот и озвучит то, что видит, то его скорее всего в результате убьют. Тягаться с Великим Светлым было просто страшно. Поэтому мужчина отвел Молли в сторону, очень тихо объяснив ей, что нашел. — Миссис Уизли, это некромантия, — как мог коротко объяснил целитель. — Мальчишку просто убьют, да и нас всех. — Что вы предлагаете? — поинтересовалась сильно побледневшая женщина. — Учитывая, что его формальный опекун — Дамблдор? — хмыкнул колдомедик. — Попробуйте на континенте. Где-нибудь, где нашего Светлого не любят. — Вот как… — Молли понимала, что целитель просто так паниковать не будет, значит, ситуация действительно была сложной. А у нее еще и старшие дети… Значит, они все в опасности. Покинув больницу, женщина пыталась придумать, как защитить детей — и не могла. Надо же, некромантский ритуал, да еще и, по-видимому, незавершенный… Оставить девочек с Грейнджерами тоже было немыслимо. Целители боятся Дамблдора. Аврорат ему подчинен по сути своей… Выхода просто не было.
