***
Когда они вернулись к дому Стива, Эдди, спотыкаясь, переступил через порог; только хватка Нэнси на талии удерживала его от падения лицом вниз. Стив бесцеремонно скинул кроссовки, затем повернулся к группе. Всё ещё дуясь, Стив отказывался смотреть кому-либо в глаза. — Наверху справа есть гостевая спальня, — монотонно произнёс Стив. — Комната моих родителей напротив от неё. В шкафу в коридоре есть одеяла и всё такое для тех, кто ляжет на диванах, — Стив указал на гостиную. Затем он повернулся и начал подниматься по лестнице, ни разу не обернувшись. Эдди вздрогнул, когда несколько мгновений спустя услышал, как хлопнула дверь спальни Стива. Несколько мгновений ребята стояли, молча глядя друг на друга. Веки Эдди опустились, почти полностью сомкнувшись. — Кровать, — пробормотал Эдди, заставляя ноги двигаться вперёд. Он потянулся, чтобы схватить Макс за плечо, когда проходил мимо неё, таща девочку за собой в гостиную. — Не хочу быть один сегодня ночью. Макс просто понимающе кивнула. Она вцепилась в Лукаса, увлекая за собой и его. Нэнси начала действовать, с легкостью найдя шкаф в прихожей. Она бросила каждому постельное бельё. Эдди, Макс, Лукас и Эл решили лечь на пол, расстелив одеяла и прижавшись друг к другу. Эдди зарылся в мягкий хлопок наволочки под щекой; это было похоже на рай. Когда Майк и Дастин устроились на диванах, Эдди почувствовал, как Нэнси устроила свою импровизированную кровать на полу рядом с ним, повернувшись так, что их спины прижались друг к другу. Эдди почувствовал, как из него мгновенно вытекает напряжение. Когда Макс прижалась к его груди, а Нэнси к его спине, Эдди быстро погрузился в спокойный сон, впервые за долгое, долгое время.***
Эдди проснулся от звона посуды на кухне. Потягиваясь, Эдди на мгновение закрыл глаза, наслаждаясь чувством пробуждения после ночи без сновидений. Пошарив руками вокруг, Эдди сделал вывод, что остальная часть его выводка щенят уже встала, оставив его одного в гнезде из одеял. Зевнув, Эдди открыл глаза, тут же вздрагивая от неожиданности. С сидения дивана над ним навис Дастин, его глаза светились жгучим желанием докопаться до истины. — Ты собираешься теперь рассказать мне, почему ты умер? Ты проспал всю ночь, так что не пытайся слиться, — он скрестил руки на груди, выжидающе подняв брови. — Господи Иисусе, Хендерсон, — простонал Эдди, протирая глаза. — Я буквально только что проснулся. Ты ждал, пока я встану, чтобы поймать меня на месте или типа того? — Дастин схватил его за руку, заставляя принять стоячее положение, и потащил в более укромный угол гостиной Стива, Эдди наконец смирился с упрямостью мальчика. — Я даже не знаю, почему ты спрашиваешь, чувак. Я умер. Конец истории. — Окей, во-первых, — Дастин поднял указательный палец, — никакой не конец истории, Эдди. Ты буквально был чёртовым призраком, а теперь снова жив, так что… это не очень-то похоже на конец. Во-вторых, — Дастин поднял ещё один палец, — я слышал, как Нэнси вчера вечером сказала тебе поговорить со мной. Я спросил её об этом, и она попросила меня вместо этого спросить тебя. Дастин почти подпрыгивал на месте, мальчик смотрел на Эдди с чем-то, очень похожим на восхищение, в глазах. Эдди мог поклясться, что на долю секунды они с Дастином будто снова оказались в Изнанке, на крыше его трейлера. Эдди покачал головой, возвращая мысли в настоящее. Ну конечно именно Нэнси направила Дастина к нему; она настаивала на том, чтобы он как следует поговорил с ним и Стивом. Эдди надеялся, что ему не будет слишком больно, когда Дастин неизбежно его не вспомнит. — Чёрт возьми, ладно, — фыркнул Эдди, закатывая глаза и готовясь к худшему. — Тут не особо много чего можно рассказать, окей? Мы с тобой отвлекали внимание, чтобы держать жутких летающих тварей подальше от остальных. Они преследовали нас, ты перебрался в безопасное место, я отманил их от тебя. Я просто… не успел, — Эдди пожал плечами, избегая зрительного контакта с Дастином, не желая видеть безразличие его глазах. — Ты умер… чтобы спасти меня? — Голос Дастина был тихим, резко отличаясь от его тона всего минуту назад. Эдди лишь снова пожал плечами, пристально изучая плюшевый ковер у своих ног. — Почему? Услышав прерывистое дыхание Дастина, Эдди обеспокоенно поднял глаза. Глаза Дастина были широко раскрыты, и он смотрел на Эдди с уязвимостью, которая была редкостью даже для его версии мальчика. То, каким маленьким казался Дастин, сбивало с толку; Эдди привык к Дастину, который занимал всё пространство в комнате, к тому, что его было слышно везде, где бы он не находился. До этого момента Эдди никогда не видел, чтобы Дастин был так похож на ребёнка, каким он должен был быть. Эдди сглотнул, готовясь вернуть такую же уязвимость в ответ. Это было сложно; Эдди предпочитал прятаться за хриплым юмором и язвительным остроумием, держа других на расстоянии вытянутой руки, чтобы спасти себя от неизбежной боли. Но Дастин заслужил это, заслужил знать, насколько Эдди дорожил им. — Почему? — начал Эдди, намеренно глядя Дастину в глаза. — Хендерсон, "почему" было самым простым решением в моей жизни. Ты этого не помнишь, но мы с тобой шутили, что совсем не герои. Это была чёртова ложь, потому что ты, Дастин Хендерсон, настоящий, блять, герой. Ты мой герой, потому что ты верил в меня, когда никто больше не верил. Ты боролся, чтобы защитить меня, когда практически никто этого не делал. Ты, блять, смотрел на меня и видел меня, когда всем остальным было насрать, — Эдди чувствовал, что был на грани слёз. Он продолжил, всё ещё глядя на Дастина слезящимися глазами. — Мне ахереть как больно сейчас быть рядом с тобой, потому что ты, по сути, мой младший брат и ты не помнишь меня. Но я так рад, что увидел тебя в этом возрасте, потому что ты ни черта не изменился, — теперь Эдди плакал, слёзы текли по его лицу, голос становился выше, когда он выдавливал слова. — Ты такой настоящий, что можно с ума сойти. Это одна из вещей, которыми я восхищаюсь в тебе, Дастин; ты бы сделал абсолютно всё для своих друзей. Я имею в виду, Господи, ты собирался рискнуть всем, чтобы спасти Уилла прошлой ночью! Никто, никто, блять, так не предан, как ты, Хендерсон. Дастин шмыгнул носом, слёзы начали катиться по щекам. Эдди протянул руку и схватил Дастина за плечо, отчаянно желая обнять ребенка. — Ты намного лучше меня, Дастин. Вот почему я умер, спасая тебя. И если бы мне пришлось сделать это снова, я бы ни черта не изменил, ясно? Не позволяй этому дерьмовому миру заставить тебя подчиняться ему, потому что ты намного лучше такой, какой ты есть. Никогда, блять, не меняйся, Дастин Хендерсон. Обещаешь мне? Сквозь заливающие глаза слёзы Эдди увидел, как лицо Дастина побледнело и исказилось будто от боли. Серебристые дорожки слёз на его щеках сияли на бледной коже, свет из окон отражался от них. Эдди крепче сжал ладонь на плече Дастина, маленькое семечко надежды начало расцветать глубоко в его груди. — Дастин, ты в порядке? — Дастин не ответил, Эдди затаил дыхание и стал ждать, наблюдая, как Дастин изо всех сил пытался осмыслить то, что сказал Эдди. Через мгновение, которое показалось Эдди часами, он увидел, как новые слёзы потекли по лицу мальчика. Затем Дастин тяжело вздохнул и без предупреждения резко наклонился вперёд, выплёвывая вчерашний ужин на ноги Эдди. Безумная радость и липкое отвращение боролись внутри Эдди, когда он потрясённо уставился вниз. — Что за херня, Хендерсон? — сказал Эдди, совершенно сбитый с толку. В ответ Дастин снова согнулся пополам, обхватив руками живот. В панике Эдди повернулся в сторону кухни и закричал, срывая голос. — Кто-нибудь, принесите сюда блядское ведро!***
Эдди поспешил вниз по лестнице, откидывая с лица влажные волосы. Хотя он не хотел расставаться с Дастином, пока тот вспоминал, принять душ было совершенно необходимо; хоть Дастину и удалось удержаться до того, как Нэнси подбежала к ним с большой алюминиевой миской, Эдди чувствовал себя отвратительно, отчаянно нуждаясь в том, чтобы помыться, поэтому он сразу удалился в гостевую ванную Стива. От волнения у Эдди болезненно сжался желудок, он перепрыгнул последние несколько ступеней, громко приземляясь на пол, и наконец пробежал последние несколько футов до гостиной. Дастин сидел на диване, обняв Лукаса и Макс. Когда Эдди вошёл, Дастин поднял голову, и на его лице расплылась ликующая улыбка. Он лихорадочно вырвался из объятий ребят и бросился к Эдди. Эдди широко раскинул руки, ухмыляясь ещё шире. — Хендерс-ох! — Радостный возглас Эдди оборвался, когда Дастин врезался в него, выбивая воздух из лёгких. Руки Дастина были похожи на капкан, сжимавший Эдди с удивительной для ребёнка силой. Эдди рассмеялся, покачиваясь из стороны в сторону, и его собственные руки обвились вокруг плеч мальчика. Эдди чувствовал, что парит в воздухе, на сердце стало легче, чем когда-либо. Это наконец случилось. Дастин наконец вспомнил. И всё, что требовалось от Эдди, это вытащить голову из задницы и по-настоящему поговорить с ребёнком. Эдди покачал головой, щёки заболели от того, как сильно он улыбался. Он был должен Нэнси Уилер чёртову корзину с фруктами за то, что она вбила в него немного здравого смысла. Когда Дастин отстранился, Эдди увидел новые слёзы, навернувшиеся на его глаза, Дастин уставился на его лицо, как будто не мог поверить, что Эдди настоящий. Улыбка парня стала ласковой, Эдди схватил Дастина за плечи и открыл рот. Прежде чем он успел сказать хоть слово, Дастин отпрянул назад и сильно ударил Эдди в плечо. — Пиздец, Хендерсон, ауч! — Эдди вскрикнул, неверяще глядя на Дастина, лицо мальчика горело от возмущения. Эдди сердито потёр руку, на которой скорее всего скоро появится синяк. — За каким хером ты это сделал, говнюк? — Серьезно?! — заорал на него Дастин, обиженно подняв брови. — Ты буквально умер у меня на руках, козёл! А теперь у тебя хватает наглости спрашивать, почему я тебя ударил? — Чувак! — ответил Эдди, начиная злиться. Если это то, как Дастин собирался реагировать после всего, через что Эдди прошёл за последние несколько недель, он мог просто вернуться назад к забвению. — Признаю, моя ошибочка, но я действительно имел в виду всё, что сказал, Хендерсон; я бы не изменил ни одной чёртовой детали, окей? По мере того как голоса Эдди и Дастина становились всё громче, Эдди заметил, как Стив и Нэнси осторожно вышли из кухни и теперь стояли в дверях и смотрели, как они продолжают кричать друг на друга. Нэнси прислонилась к дверному косяку, наблюдая за их разговором грустным взглядом. Стив, с другой стороны, смотрел широко раскрытыми глазами то на одного, то на другого, на лице застыло растерянное выражение, которое, казалось, приклеилось к парню намертво. — Моя ошибочка? — Голос Дастина был невероятно высоким; если бы Эдди не злился, он бы подумал, что это было забавно. — Мне пришлось смотреть, как ты умираешь, буквально держать тебя на руках, и всё, что ты можешь сказать, это моя ошибочка?! — Я не буду извиняться за то, что защищал тебя, Дастин! — Эдди увидел, как на глазах Дастина выступили злые слёзы. Чувство вины начало грызть его внутренности, когда он вспомнил опустошение на лице мальчика после его смерти; образы того, как парнишка плачет над его мёртвым телом, как он кричит, когда Стив перебрасывает его через плечо, его мёртвый взгляд, когда они уходят от трейлера Эдди, один за другим сменялись в его памяти. Эдди обхватил ладонями лицо Дастина и попытался вытереть слёзы с его щёк. — Я не собираюсь извиняться за то, что защищал тебя, — повторил Эдди, глядя на Дастина, тот открыл рот, чтобы перебить его, — но… мне очень жаль, что я причинил тебе столько боли. Я просто… — Эдди сглотнул, его горло сжалось. — Я не мог допустить, чтобы ты пострадал. Я уже говорил тебе; ты намного лучше меня. Дастин снова ударил его в то же самое место, заставив руку вспыхнуть от боли. Слёзы всё ещё текли по его лицу. — Да пошел ты нахер, чувак, — всхлипнул Дастин. — Не говори так о себе, Эдди. — Эй, следи за языком! — рявкнул Стив, заставив всех повернуться к нему. Он выглядел потрясённым, лицо вытянулось от удивления, как будто слова сорвались с языка Стива без разрешения. Дастин перевёл взгляд на Стива. — С тобой я поговорю позже, Харрингтон. Даже, блин, не сомневайся в этом, — пригрозил Дастин, указывая пальцем на Стива и хмуря брови. Лицо Стива скривилось, всё его тело на мгновение заметно вздрогнуло. Его глаза метались между Эдди и Дастином, лицо становилось всё бледнее с каждой секундой. Через мгновение Стив судорожно вздохнул. — Извините, — пробормотал Стив, прежде чем развернуться и убежать на кухню. Нэнси бросила извиняющийся взгляд в сторону Эдди и повернулась, чтобы догнать Стива. Эдди позволил взгляду задержаться на теперь уже пустом дверном проёме, чувство разочарования захлестнуло его с головой. Были моменты, в которые Эдди готов был поклясться, что Стив готов был их вспомнить; точно так же, как у Лукаса, Нэнси и Дастина, лицо Стива бледнело, и он выглядел так, словно его вот-вот стошнит. Дальше этого дело не шло. Стив всегда оставался прежним, никогда не прорываясь достаточно, чтобы стать его Стивом. Несмотря на то, что он так и не вспомнил, Эдди всегда чувствовал небольшую искру надежды, согревающую его грудь каждый раз, когда видел реакцию Стива. И каждый раз это, казалось, разбивало сердце Эдди всё сильнее, углубляя трещины, которые медленно разрывали его на части. Внимание Эдди вернулось к Дастину, когда мальчик ударил его в третий раз снова в то же больное место. — Окей! — Голос Эдди снова сорвался на крик. — Почему со мной до сих пор обращаются как с боксёрской грушей? Это уже пятый раз, когда меня бьют за последние полтора дня, Иисусе. — Ты не обращал на меня внимания, — надулся Дастин, его взгляд отзеркалил взгляд Эдди. — Я хочу, чтобы ты пообещал, что больше не будешь жертвовать собой ради меня. — Не могу, Хендерсон, — ответил Эдди, готовясь к дальнейшим возмущениям. — Я позволю Демогоргону добраться до меня, прежде чем он утащит кого-нибудь из вас, сопляков, — Он протянул руку и положил ладонь Дастину на голову, слегка улыбнувшись, когда ребёнок легко это позволил. — Я не собираюсь умирать в ближайшее время, Дастин, хорошо? Если вы остаётесь вне опасности, у нас не будет никаких проблем. Сжав губы в тонкую линию, Дастин выдохнул через нос и кивнул, выглядя абсолютно несчастным. Эдди слегка притянул Дастина поближе, и его сердце согрелось, когда мальчик нетерпеливо обхватил руками его торс, прижавшись лицом к его груди. Эдди слегка наклонился и уткнулся носом в кудри Дастина, в кои-то веки не прикрытые кепкой. — Прости, что разозлился, — голос Дастина был приглушён. — Я просто… очень скучал по тебе, Эдди. — Я знаю, приятель, — ответил Эдди, сжимая Дастина чуть крепче, чувствуя себя в большей безопасности рядом с мальчиком. — Я тоже скучал по тебе, — Они остались в таком положении какое-то время, находя утешение друг в друге, наконец, имея возможность просто находиться рядом. — Хочешь узнать кое-что смешное? — спросил Эдди, нарушая молчание. Почувствовав кивок Дастина, Эдди продолжил. — Я был уверен, что ты никогда меня не вспомнишь. Типа, я не имел достаточного значения, чтобы спровоцировать то, что вернёт тебя обратно, — Эдди рассмеялся. — Это глупо, я знаю. Пиздец как глупо, — Эдди старался говорить беззаботно, но сильная тоска, которую он чувствовал с тех пор, как вернулся, просачивалась в тон, окрашивая его голос печалью. Дастин отстранился, чтобы посмотреть на него с совершенно серьёзным выражением лица. Эдди инстинктивно сгорбился, чувствуя себя слишком уязвимым под взглядом Дастина. — Это не глупо, Эдди, — тихо сказал Дастин, широко раскрыв глаза, словно пытаясь заставить Эдди поверить ему. — Мне жаль, что мне потребовалось немного больше времени, чтобы вспомнить, но это не значит, что ты не важен для меня. Ты один из моих лучших друзей, Эдди, окей? — Руки Дастина вцепились в футболку Эдди, сжав ткань в кулаках. — Я люблю тебя, чувак. Никогда не забывай об этом. Эдди снова обнял Дастина, прижимая его к сердцу. Слёзы вновь потекли по его лицу; Боже, его настолько переполняло облегчение, что казалось, у него вот-вот разорвётся сердце. Эдди зарылся лицом в кудри Дастина, позволив слезам исчезнуть в волосах. Маленькая логическая часть Эдди всегда знала, что Дастин заботится о нём; он постоянно видел это в восхищении в его глазах, в волнении, когда он стоял рядом с Эдди, в его упорном отказе верить, что Эдди был убийцей. Было так невероятно трудно заглушить большую, гораздо более громкую часть сознания, которая твердила ему, что он был тем, кого легко заменить и забыть, тем, кто не может быть любим. Услышав, как Дастин снова произносит эти слова, хотя Эдди уже слышал их раньше, он почувствовал, что впервые с тех пор, как вернулся, может дышать. Об Эдди заботились, его любили, по крайней мере, Дастин. Эдди мог легко, счастливо жить с этим дальше. Эдди широко улыбнулся, прижимая Дастина к себе. — Я тоже тебя люблю, Дастин, — прошептал Эдди, чувствуя, как руки мальчика сжимают его в ответ. — И не беспокойся о Стиве, — мягко сказал Дастин. — Ты важен для него тоже. Он просто упёртый, окей? Эдди почувствовал, что краснеет от слов Дастина, задаваясь вопросом, насколько откровенным он был, что Дастин уловил его переживания. Он вздохнул, взъерошивая несколько прядей на затылке Дастина. — Окей, — выдохнул Эдди, мысли застряли на Стиве. — Я поговорю с ним, так же как с тобой. — Хорошо, — ответил Дастин, довольный от мысли о возвращении их Стива. — Да, хорошо, — повторил Эдди, вспоминая все те моменты, когда ему казалось, что Стив что-то вспоминает. Это будет его последняя попытка; если Стив не вспомнит его после их разговора, Эдди понятия не имел, что он будет делать дальше. Разговор должен был пройти идеально. Эдди не мог всё проебать в этот раз. Боже, он надеялся, что не проебёт всё в этот раз.