Be Kind, Rewind

      Стараясь не отставать от Робин, которая бежала рядом, Эдди тяжело выдохнул, лёгкие и горло обжигал холодный воздух. Он почувствовал неприятное першение и закашлялся. Эдди надеялся, что какой бы изнаночной дрянью он ни дышал всё это время, она не нанесёт непоправимого вреда; его лёгкие и без того были в дерьмовом состоянии из-за привычки курить.       Они бежали вдоль кромки леса, все шестеро пытались ступать как можно легче и тише, пока мчались между лозами и толстыми корнями. Ноги Эдди горели от напряжения, мышцы начинали протестовать после этого короткого отчаянного спринта, но он продолжал бежать; ребята изо всех сил пытались успеть добраться до запланированной точки входа до того, как Стив приступит к следующей части их плана.       Эдди споткнулся, но тут же попытался восстановить равновесие, пока ноги несли его всё дальше в темноту. Боже, Стив. Каждый удар его сердца отзывался именем Стива, которое звенело в голове Эдди до тех пор, пока не стало всем, о чём он мог думать. Стив. Стив. Стив. Стив.       Теперь дыхание Эдди стало частым; он не мог сказать, было ли это из-за бега или из-за паники, которая начала подниматься внутри него. Образ Стива, стоящего рядом со своим Бимером в одиночестве, отпечатался в сознании Эдди, преследуя его по мере того, как каждый шаг уносил его всё дальше и дальше. Эдди почти готов был развернуться и рвануть назад, и чёрт бы с этим планом. Всё, что у Стива было для защиты - это бита с гвоздями и один из самодельных огнемётов Эдди; его нахер разорвут в клочья.       Группа замедлилась и, наконец, остановилась перед, на первый взгляд, ничем не примечательным участком ограждения вдоль задней стороны Лаборатории. После того, как Эдди остановился рядом с ребятами, его дыхание и не думало замедляться. Руки начали мелко дрожать, он прижал ладони ко рту, пытаясь успокоиться. Он почувствовал, как кто-то крепко сжал его плечо и развернул, поворачивая его лицом к Робин, которая смотрела на него с щемящим беспокойством на лице. — Эдди, чувак, тебе нужно сделать глубокий вдох, — прошептала Робин, обеими руками мягко сжимая его плечи.       Эдди резко тряхнул головой и крепко обхватил запястья Робин. — Я должен вернуться, Робин, я должен. Не могу поверить, что мы просто оставили его там. Какой жопой мы думали, когда решили, что это хорошая идея — оставить единственного человека, который нихера не помнит одного? — Думаешь, я могу думать о чём-то, кроме этого дерьма с момента, как мы начали бежать? — Лицо Робин исказило отчаянное, словно окаменевшее, выражение. — Боже, Эдди, он, блять, мой лучший друг, и он в одном неверном шаге от того, чтобы быть съеденным заживо, — Её ногти начали врезаться в его плечи, хватку смягчала лишь одежда.       Эдди начал дёргать себя за прядь волос, тупая боль давала ему возможность сосредоточиться. — Бакли, ты не помогаешь, — прошипел он, чувствуя, как от беспокойства начинает кружиться голова. — Извини, извини, — сказала Робин, глубоко вздохнув. — Я пытаюсь сказать тебе, что мы просто должны доверять плану Нэнси, хорошо? Это полнейший отстой, я знаю, но это было лучшее, что у нас было, Эдди. — О, да, просто доверимся плану, — пробормотал Эдди, глядя в землю. — Супер-мега утешительно, спасибо. — Эй, — голос Робин звучал серьёзным, — Стив самый быстрый из нас. Ещё он самый спортивный; если бы кто-нибудь из нас остался с ним, мы бы его только задерживали, так? — Робин потянулась и аккуратно убрала руку Эдди от его волос, позволив издёрганной пряди упасть на лицо. — Кроме того, вы с Джонатаном оба истекаете кровью; ты был бы в гораздо большей опасности там, чем Стив. С ним всё будет в порядке, Эдди, окей? — Робин звучала так, словно пыталась убедить в этом себя не меньше, чем Эдди.       Эдди открыл рот, готовый спорить о том, почему он должен был вернуться, и почему он нужен Стиву, когда в воздухе пронёсся вступительный гитарный риф «Voulez-Vous» группы ABBA, заставив его сердце содрогнуться от паники. — Блядский Боже, мы опоздали, — выдохнул Эдди, ледяной страх медленно стекал по его спине. — Да, хорошо, ты совершенно права. Со Стивом все будет в полном, сука, порядке, ни единого волоска с него не упадёт, — Голос Эдди сорвался, когда он почувствовал, как его горло сжалось от страха.       Лицо Робин отражало его ужас, она убрала руки с его плеч, скользнув одной вниз по его руке и хватаясь за его ладонь, пытаясь найти немного комфорта в этом простом прикосновении. — Сейчас нам просто нужно сосредоточиться на плане, Эдди.       Она потянула его к забору, оставляя позади безопасное укрытие деревьев. Нэнси уже была на месте, орудуя парой кусачек, быстро разбираясь с сетчатым забором, отделявшим их от Лаборатории. — Хорошо, — начала Нэнси, как только вся группа присоединилась к ней, — мы подождём, пока появится Стив, а затем идём внутрь. Если его не будет дольше пяти минут, мы вернёмся и найдём его.       Глаза Эдди тут же оказались прикованы к циферблату часов, следя, как зелёные, люминесцентные цифры насмехаются над ним, не меняясь ни на минуту. Он мысленно отругал себя за то, что у него нет механических часов; хотя определять по ним время было сложнее, Эдди, по крайней мере, мог бы считать секунды. Он смотрел на своё запястье, пока вся вселенная вокруг растягивалась на целую вечность, и только отдалённая мелодия «Voulez-Vous» и звук кусачек Нэнси подтверждали течение времени.       Последняя цифра, показывающая минуты, мигнула с шестерки на семёрку. Эдди почувствовал, как сжался его желудок, и он снова пожелал, чтобы время шло быстрее. Было тошнотворно ощущать ту чудовищную разницу между его бегущими мыслями и медлительностью окружающего мира. Ужасные образы мелькали в его голове один за другим, словно он щёлкал детский игрушечный фотоаппарат. Стив, лежащий на земле в ошмётках своих же внутренностей. Стива, который бежит к ним, сбивает на землю демопёс. Стив, зависший в воздухе, его конечности согнуты в тошнотворных, неестественных углах, а глаза лопнули и вытекли из глазниц. Он мог слышать ужасный треск костей, эхом отдающийся в его голове, настолько отчётливо, что он почти поверил, что это происходит прямо перед ним. Эдди делал резкие вдохи сквозь зубы, всё ещё не сводя глаз с этой дурацкой, долбанной цифры.       Семёрка лениво моргнула, превратившись в восьмёрку, числу, которому было безразлично отчаяние Эдди. — Ну давай, давай, давай, — прошептал Эдди, тряся запястьем, как будто это заставило бы цифру поменяться, — Где ты, блять, Стив? — Почувствовав, как Робин наклоняется, чтобы посмотреть на часы, он быстро взглянул на неё, — Где он, блять, Робин? — Прошло всего несколько минут, Эдди, — Её взгляд не отрывался от часов на его левом запястье, рука продолжала сжимать правую ладонь Эдди. — Даже Стив не мог пробежать полмили за две минуты. — О, Боже, — простонал Эдди, решив, что число восемь было его самым нелюбимым числом на свете. Остальные ребята собрались вокруг него и Робин, и уставились на циферблат, смотревший на них в ответ. — Почему он не может бежать быстрее? Он не может просто умереть, только не после всего этого, он просто не может.       Напряжение в группе резко возросло, когда восьмёрка превратилась в девятку, а быстрый темп «Voulez-Vous» заставил их ещё больше напрячься. Кровь Эдди бурлила от беспокойства, желание бежать обратно к машине становилось всё более и более острым. Каждая секунда ожидания могла стать секундой, когда Стиву могла понадобиться помощь. Что, если они подождут пять минут, а потом обнаружат Стива захлёбывающегося собственной кровью, он испустит последний вздох, а его глаза потускнеют как раз в тот момент, когда они прибегут, чтобы спасти его? Эдди вечно будет преследовать мысль о том, что они могли бы спасти его, если бы просто принимали лучшие решения.       Эдди передумал; девять было бесконечно худшим числом, чем восемь. Он неохотно повернул голову, чтобы посмотреть на Робин, не желая упустить момент, когда число моргнёт, отсчитывая течение времени. — Робин, — прошептал Эдди, его прерывистый тон заставил её поднять голову и поймать его обеспокоенный взгляд. — Робин, я так и не сказал ему. Он умрёт ничего не зная, не понимая, Робин. — Эдди, — ногти Робин впились в кожу на его запястье, — Стив уже бежит сюда, ясно? Он не умер, он не ранен, он в порядке, — Она сочувственно нахмурилась. — Ты собирался поговорить с ним позже, верно? Ты ещё успеешь. Дай ему время добраться сюда, а потом уж мы начнём сходить с ума.       Взгляд Эдди снова метнулся к часам. За то короткое время их разговора девятка превратилась в ноль. Изображение стало расплывчатым, когда его глаза начали наполняться слезами. — Четыре минуты, — голос Эдди охрип. Он попытался откашляться. — Четыре ебучих минуты. Стив уже должен быть здесь.       Эдди чувствовал, как к горлу подступает желчь, обжигающая пищевод. Он отвернулся от группы лицом к лесу; мёртвые, серые деревья с их голыми тонкими ветвями, похожими на гротескные конечности, вызывали у него мурашки по коже, но это было лучше, чем видеть растущую жалость на лицах его друзей. Он был просто конченым придурком, раз решил подождать и не говорить Стиву; всё потому, что он боялся, что его чувства оттолкнут этого Стива. Оказывается, ничего никогда не меняется; в каждом таймлайне, измерении или вселенной Эдди Мансон всё также оставался сраным трусом.       Варианты бесконечно тянулись в голове Эдди, показывая ему, что случилось бы, если бы он сказал Стиву, что любит его. Была ли Робин права? Вспомнил бы Стив, если бы Эдди просто проглотил свой страх и покончил с этим? Стояли бы они сейчас сражаясь бок о бок, когда Стив отбивался бы от демогоргонов с опытом, а не с интуицией? Стиву определённо было бы лучше вспомнить. Эта мысль сбила Эдди, как многотонный грузовик; если Стив сегодня умрёт, то в этом виноват только Эдди.       Что-то мокрое упало на руку Эдди, испугав его. Он медленно поднёс руку к лицу, чувствуя, как по его щекам текут тёплые слёзы. Он даже не понял, что начал плакать; осознание этого только добавило новых слёз. Эдди моргнул несколько раз, прочистив глаза достаточно, чтобы разглядеть циферблат, как раз вовремя, чтобы увидеть, как ноль мигает и превращается в острую, неумолимую единицу.       Сердце Эдди болезненно запнулось и замерло, фокус сузился до этой единственной цифры, а мир вокруг него растворился в фоновом шуме. Пять минут. Прошло пять минут, а Стив так и не появился. Эдди почувствовал где-то глубоко внутри, что Стива больше нет. Он мёртв. Остался позади из-за глупого, на коленке сделанного плана, который даже не сработал. — Я просто… не могу отделаться от мысли, что это может быть последний раз, когда я разговариваю с тобой.       Воспоминание о словах Стива отозвалось эхом в голове Эдди, возвращая его к тому моменту, когда он в последний раз посещал Стива в его сновидении. Эдди по глупости верил всем сердцем, что снова увидит своего Стива. Что это неизбежно, гарантированно, что они воссоединятся, что снова будут вместе. Он был хреновым дураком.       Он сделал глубокий, судорожный вдох, пытаясь вырваться из урагана мыслей. Оставалось ещё незаконченное дело; им всё ещё нужно было пробиться через Лабораторию и закрыть Врата. После этого Эдди нужно будет убедиться, что с детьми всё в порядке, что никто из них не пострадал. У Эдди перехватило дыхание; дети. О, Боже, Дастин. Эдди должен будет сказать парнишке, что Стив погиб, и всё из-за него. Вспоминая, как тяжело Дастин перенёс смерть Эдди, он мог только представить, что Дастин испытает сейчас; Стив значил для Дастина больше, чем кто-либо на свете, включая Эдди. Это заставило его пожелать, чтобы он оставался тем, кто умер, просто чтобы избавить мальчика от боли. — Эдди? — Маленькая рука аккуратно коснулась его спины, Нэнси встала рядом с ним. — Эдди, дыши вместе со мной, хорошо? — Её ладонь двигалась маленькими успокаивающими кругами между его лопаток.       Эдди покачал головой, ткнул запястьем ей в лицо, показывая ужасную единицу, тускло светившуюся в темноте. — Прошло пять минут, Уилер, — прохрипел Эдди, — Стив мёртв.       Он уронил руку, и она безвольно мотнулась рядом. После того, как он произнёс эти слова вслух, он почувствовал себя странно опустошённым, ничего больше не желая, кроме как лечь на землю и ждать, пока демопсы неизбежно найдут и его. Это то, что чувствовал Стив, когда умер Эдди? Он помнил тот мёртвый взгляд, которым смотрел Стив, когда оставался один; теперь Эдди понял почему. — Дерьмо, — выдохнула Нэнси, её голос сорвался. — Ладно, ладно, значит, мы вернёмся и убедимся, что Стив в безопасности, — Её шепот становился всё более паническим. — Он будет в порядке…       Нэнси оборвала себя, когда они услышали шум в лесу. Что-то бежало в их сторону, бежало быстро. Эдди завозился со своей зажигалкой и аэрозолем, поднимая их перед собой, пока Нэнси передёрнула затвор своего дробовика, ожидая того, кто приближался к их группе.       В тот момент, когда Эдди собирался распылить баллончик, Стив вывалился из-за деревьев с выражением дикого ужаса на лице. Эдди почувствовал, как подгибаются его колени, когда колоссальная волна облегчения обрушилась на него; ему едва удавалось держать себя в вертикальном положении. Стив остановился прямо перед ребятами, наклонившись, упираясь ладонями в колени, и попытался перевести дыхание. — Вот дерьмо, — выдавил Стив, хрипя. — Я никогда в жизни так быстро не бегал, — Он схватился за рёбра, поморщившись. — Пиздец, это было ахереть как страшно. Я никогда не сделаю что-то подобное снова.       Не говоря ни слова, Эдди сунул части своего огнемета обратно в карманы и схватил Стива за плечи, притягивая в сокрушительные объятия. Эдди уткнулся лицом в шею Стива, чувствуя ошеломляющее утешение от учащенного сердцебиения, которое он чувствовал в груди Стива.       Стив был жив. Несмотря ни на что, он был здесь, перед Эдди, после того, как в одиночку отвлекал от них стаю демопсов. Эдди хватал ртом воздух, изо всех сил пытаясь контролировать свои эмоции; он снова заплакал, облегчение от того, что он держал Стива в руках, было слишком сильным, чтобы сдерживать его в груди.       Стив нерешительно поднял руки, отвечая на объятия Эдди, чувствуя себя с каждой секундой всё комфортнее и комфортнее, пока он не вцепился в Эдди с таким же отчаянием. — Мансон, — пробормотал Стив, — ты… ты плачешь? — Он звучал недоверчиво, как будто не мог поверить в то, что слышал. — Ага, чувак, — фыркнул Эдди. — Естественно, блять, я плачу.       Наступила секундная тишина, пока они оба прижались друг к другу, утешаясь тем фактом, что они вместе. — Почему? — наконец спросил Стив, звуча так, будто он действительно не знал, почему Эдди плачет у него на плече.       Эдди отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть Стиву в глаза. — Потому что я думал, что ты умер, Стив. Я не знаю, что бы я делал, если бы демопсы добрались до тебя. Если бы я нашёл тебя, разорванным в… —Эдди проглотил эти слова, не желая давать им жизнь. Он увидел, как глаза Стива расширились от удивления, как будто он не ожидал, что кого-то в группе волнует, что он был в опасности. Эдди стиснул зубы, набравшись храбрости, как только мог; он собирался исправить свои ошибки и рассказать всё Стиву, к чёрту последствия.       Когда он открыл рот, чтобы позволить каждому несказанному слову наконец вылиться на свет, Стив уже говорил. — Вот дерьмо, демопсы, — выдохнул Стив, и на его лице появилось испуганное выражение. — Нам нужно идти; “Gimme! Gimme! Gimme!” уже начала играть, и я думаю, что одна из этих тварей последовала за мной в лес.       Как только Эдди переварил услышанное, он оттолкнул Стива за спину, встав между ним и любой угрозой, которая могла исходить от линии деревьев. Все мысли о признании разом покинули его голову, пока он всматривался в кромку леса в поисках опасности. — Через забор! — Эдди услышал, как Нэнси шипит на ребят. — Давайте, пошли!       Эдди почувствовал, как Стив схватил его за запястье, потянув назад, к ограждению. Бросив последний взгляд, он повернулся и побежал, следуя за Стивом, последние пару шагов к сетчатому забору. Остальная часть группы уже проскользнула через дыру, которую вырезала Нэнси; Эдди видел, как их затенённые фигуры пересекают мощёную парковку у основания Лаборатории Хокинса.       Эдди толкнул Стива вперёд себя, следуя за ним только после того, как Стив целиком оказался по ту сторону. Они побежали, пытаясь догнать остальных, их тяжёлое дыхание издалека сопровождала песня ABBA. Он увидел ребят, стоящих вместе у стены Лаборатории, в тени которой они приютились; все пятеро жестами призывали Эдди и Стива поторопиться, отчаянно размахивая руками, словно это могло заставить их бежать быстрее.       Эдди и Стив врезались в шлакоблочную стену Лаборатории, тяжело дыша от страха и напряжения. Все посмотрели на Нэнси, которая кивнула, её лицо скривилось, когда она выставила перед собой дробовик. Молча приказав остальным следовать за ней, Нэнси побежала вдоль стены Лаборатории, оставаясь в относительной безопасности тени.       Перед тем, как отправиться за Нэнси, Робин повернулась к Стиву и быстро, яростно обняла его. — Я пиздецки рада, что ты не умер, Стив, — прошептал Робин, крепко сжимая его. Отстранившись, Робин стрельнула в него взглядом. — Попробуешь здесь умереть, и я воскрешу тебя, чтобы снова убить, понял? — Она опустила руки, одарив Стива колкой ухмылкой, затем повернулась и побежала за остальными, Стив и Эдди следовали за ней по пятам.       Ноги Эдди горели, пока он бежал вдоль лаборатории в полусогнутом положении, пытаясь вести себя как можно незаметнее. Его глаза были сосредоточены исключительно на затылке Стива, всего в нескольких футах от него. Стив продолжал оборачиваться каждые пару ярдов, встревоженные взгляд встречался с глазами Эдди, но через секунду пропадал с облегчением.       Он протянул руку, касаясь пальцами тыльной стороны ладони Стива. — Я ещё здесь, Стив, — прошептал Эдди. В ответ Стив быстро сжал пальцы Эдди, так, словно убеждал себя в реальности присутствия Эдди. Через мгновение рука Стива появилась снова, более надежно устроившись в ладони Эдди. Эдди покраснел, радуясь, что в темноте никто не сможет увидеть, насколько он взволнован из-за того, что Стив просто держит его за руку.       Они повернули за угол.       Перед ними простиралась другая сторона периметра Лаборатории, устрашающая своей длиной, которую им нужно было пройти; глядя в темноту, казалось, что она постоянно удлиняется, как будто они просто застряли, идя вдоль этой стены до конца вечности. Эдди мог видеть въездные ворота на длинную подъездную дорожку на невероятном расстоянии впереди них. Он сглотнул; если демопсы собирались атаковать, они должны были нанести удар в передней части Лаборатории. Он надеялся, что ABBA отвлечет их на достаточно долгое время, чтобы они проскользнули незамеченными.       Группа быстро двигалась под покровом тени, украдкой вглядываясь в неясный чёрный пейзаж, окружавший их. Каким-то образом расстояние между ними и передней частью Лаборатории сократилось; Эдди почти убедил себя, что они никаким образом не выживут.       ABBA все ещё плыла по воздуху, приглушаемая зданием, которое стояло между ними и Бимером. Воздух вокруг них казался неподвижным, спёртым, как будто сама земля затаила дыхание в ожидании. Это напряжение заставляло Эдди нервничать.       У Эдди покалывало в затылке. Он мотнул головой, лихорадочно оглядываясь; такое ощущение, что за ними наблюдают. Он видел только черноту. Когда он вглядывался в бесконечную тьму, казалось, что она смотрит в ответ.       Они повернули за угол.       Прямо впереди Эдди мог видеть вход, выступавший в конце креста, в форме которого было построено здание. Это подтолкнуло его вперёд, дав силы не обращать внимания на кричащие мышцы и продолжать бежать в полуприседе.       Они были в сотне ярдов.       Пятьдесят.       Двадцать пять.       Кровь Эдди похолодела, когда он услышал низкий щёлкающий звук позади себя. Он споткнулся, ноги замедлились от страха, рука Стива всё ещё настойчиво тянула его вперёд. Взгляд Эдди был прикован к тени, которая растянулась позади них; чем больше он вглядывался в темноту, тем больше фигур двигалось в ней. Он быстро моргнул, пытаясь сосредоточиться. Щелканье раздалось снова, на этот раз справа от него. Когда его голова закружилась, ему показалось, что он увидел вспышку белой плоти, прежде чем тьма поглотила её. В этот раз Стив уловил рычание и с трепетом огляделся. — Это был… — Стив не закончил свой вопрос, позволив ему повиснуть в воздухе между ними. — Ага, — выдохнул Эдди, громко сглотнув.       С новым приливом сил они вдвоём бросились ко входу в Лабораторию, забыв про любую осторожность и скрытность. Эдди заставил ноги двигаться быстрее, толкать его дальше, пока впереди Джонатан распахивал дверь Лаборатории. Ладонь Стива всё также сжимала его собственную, хватка была сильной настолько, что из кончиков пальцев пропала чувствительность; Эдди подумал было опустить руку Стива на случай, если им обоим придётся отбиваться, но лишь вцепился в неё крепче.       Уилл, Робин и Джонатан протиснулись внутрь. Нэнси стояла рядом с проходом, готовая разрядить свой дробовик в любого, кто появится из темноты вокруг них. Эл стояла рядом с ней, напряженно глядя, как Эдди и Стив неслись к ним.       Эдди увидел, как Нэнси резко обернулась к чему-то справа от него, мгновение спустя она выстрелила. Когда она закричала, Эдди уже дотянулся рукой до талии Стива. — Берегитесь! — закричала Нэнси и сделала ещё несколько выстрелов.       Эдди резко потянул Стива вниз, и они оба с глухим стуком упали на землю. Острая боль пронзила предплечье Эдди; он чувствовал металлический запах свежей крови, от которого у него скрутило желудок.       Лёжа на земле Эдди чувствовал щёлкающее рычание демопса, который был почти над ними, вибрации становились все сильнее и сильнее по мере приближения неминуемой опасности. Эдди зажмурился в ожидании, его руки сжались вокруг Стива, словно тиски.       Справа от него раздался болезненный визг. Эдди открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как над ним и Стивом пролетает демопёс, до них донёсся слабый запах протухшей плоти. Когда он упал на землю в нескольких десятках ярдов, Эдди повернул голову и увидел Эл, стоящую с протянутой рукой и убийственно тяжёлым взглядом.       Дрожащими руками Стив подхватил Эдди за неповрежденную руку, пытаясь поставить его на ноги. — Пошли, Мансон, — голос Стива дрожал от паники, — нам нужно двигаться, сейчас.       Эдди завозился, пытаясь встать на ноги, Стив делал то же самое. Они замерли, пригнувшись, а низкий щелкающий рык продолжался.       Медленно, один за другим, из-под покрова тьмы, окружавшей Лабораторию, вылезали демопсы; тот, которого Эл отшвырнула в сторону уже мчался, чтобы присоединиться к своим собратьям. Они медленно расхаживали взад вперёд, их плавные движения напоминали движения тигров, которых Эдди однажды видел в зоопарке Индианаполиса.       Эдди быстро сосчитал. Пять. Пиздец. Не утихающий инстинкт, который чувствовал Эдди, был правильным; их заманили в ловушку, и все они должны были здесь умереть.       Внезапно один из них бросился на парней; Эл закричала, выбрасывая руку, останавливая тварь в прыжке. Движение вывело их двоих из ступора, заставив снова попытаться встать на ноги.       Что-то резко дёрнуло Эдди за ногу. Руки Стива рефлекторно сомкнулись вокруг туловища Эдди подмышками, и они вдвоём снова рухнули на землю. — Что за херня… — взвизгнул Эдди, почувствовав ещё один резкий рывок за лодыжку. Он выскользнул ниже из хватки Стива, тут же хватаясь за его куртку до побелевших костяшек. Его раненая рука пульсировала от напряжения.       Стив отчаянно тянул Эдди назад, пытаясь удобнее перехватить его в своих сокрушительных объятиях. Лёжа с лицом, вжатым Стиву в грудь, Эдди почувствовал, как ноги Стива сомкнулись вокруг его поясницы, фиксируя их двоих на одном месте. Нелепо, но Эдди мог думать только о том, что ему очень даже хотелось бы снова оказаться в этом положении, но в абсолютно другой ситуации.       Он едва мог дышать из-за того, как крепко Стив держал его. Эдди поднял глаза, встретив встревоженное выражение лица Стива. — С каких пор у Демогоргонов появился сраный телекинез?! — Голос Эдди сорвался в визг, когда ещё один резкий рывок оттащил его и Стива на несколько футов от входа в Лабораторию. — О, блять, Господи Боже, — бормотал Эдди, и от охватившего его ужаса начиная запинаться. — Не отпускай меня, Стив, не смей, нахер, отпускать. — Я держу тебя, я держу тебя, Эдди, — голос Стива звенел отчаянием и решительностью, и каким-то образом он усилил хватку. — Я не отпущу тебя, обещаю, — Стив повернул голову, чтобы посмотреть на остальную группу. — Помогите! Нам нужна сраная помощь! — отчаяние сделало его громче, чем Эдди когда-либо слышал.       Ещё один яростный рывок утащил их дальше на пару футов, и от силы рывка в бедре Эдди что-то щёлкнуло. Он застонал, боль пронзила его правую ногу; он лишь надеялся, что она не была сломана. На этот раз давление телекинетического притяжения не исчезло, теперь оно постоянно пыталось отделить Эдди от Стива.       В ужасе Эдди почувствовал, как дюйм за дюймом начал съезжать вниз по телу Стива, руки трястись от усилия. — Стив, Стив, я соскальзываю, — в отчаянии затараторил Эдди, — блять, блять, блять, я соскальзываю!       Единственным ответом Стива была попытка подтянуть Эдди выше и не выпустить при этом. Прижимаясь лицом к животу Стива, Эдди чувствовал его сумасшедше быстрое дыхание.       Давление на ногу усилилось, отчего его бедро вспыхнуло острой, жгучей болью. Словно в замедленной съёмке Эдди увидел выражение паники на лице Стива, когда он выскользнул из его рук, давление, наконец, стало настолько сильным, что Стив не мог его удержать.       Руки внезапно схватили его предплечья, пальцы больно впились в кожу. Раненая рука горела, как будто её и вправду подожгли, свежая кровь капала с бинтов, которые сжимал Стив. Собственные руки Эдди нашли опору на запястьях Стива, сжимая их так, будто от этого зависела его жизнь.       Натяжение на ноге Эдди снова усилилось. Он чувствовал себя канатом, застрявшим в середине турнира, в котором нельзя выиграть. Возможные исходы промелькнули перед его глазами; либо победит демопёс, либо его разорвут надвое.       Стив напрягся, откинувшись назад, пытаясь удержать Эдди. Его ноги шарили по земле, пытаясь найти хоть что-то, на что можно было упереться, чтобы подтянуть Эдди обратно. Внимание Эдди сузилось до лица Стива, всё остальное отошло на второй план. Демопсы, звуки сражения с ними ребят, даже жгучая боль, которую он чувствовал; всё это не имело значения.       Странное чувство меланхолии охватило Эдди, когда он смотрел, как Стив борется за его жизнь. Эдди знал, что это бесполезно; демопёс победит, в этом не было сомнений. Но Стив продолжал боролся, отчаянно цепляясь за Эдди, как будто не мог допустить и мысли о том, чтобы отпустить его.       Эдди был крайне удивлён, если не сказать больше. Это был Стив, который ненавидел его всего три дня назад. Это был Стив, который думал, что Эдди заботит только другая версия его самого. Это был Стив, который думал, что Эдди пытается его стереть. И всё же, его взгляд прикован к Эдди, выражение такого сильного страха застыло на лице Стива, что у Эдди перехватило дыхание.       Их руки чуть соскользнули, кровь сделала предплечье Эдди слишком скользким, чтобы его можно было крепко держать. — Стив, — голос Эдди сорвался, — Стив, я не могу, я не могу.       Глаза Стива расширились, когда он покачал головой, пытаясь удобнее перехватить окровавленную руку. — Не смей, блядь, сдаваться, Эдди, — голос Стива был низким, смертельно печальным.       После этих слов Эдди почувствовал, как его память возвращается к тому сну, где его Стив требовал от Эдди почти того же самого. Казалось, прошли годы с тех пор, как он в последний раз видел свою версию Стива. Эдди сжал челюсти и усилил хватку; Эдди должен был выжить, он должен был. У него всё ещё была надежда, что Стив вспомнит; он хотел быть рядом, когда он это сделает. — Стив, — сказал Эдди, выдавливая слова сквозь стиснутые зубы. — Я должен… я должен тебе кое-что сказать.       Стив снова покачал головой, глаза заблестели от слёз. Сердце Эдди разбилось на тысячу осколков, увидев выражение лица Стива. — Ты говорил, что скажешь мне, когда всё будет закончено, — взгляд Стива вспыхнул упрямостью. — Ничего ещё не закончилось.       Эдди втянул воздух, его бедро пульсировало в такт сердцебиению, боль стреляла в ступню. — Оглянись вокруг, чувак, — отчаянно сказал Эдди, — думаю, я, можно сказать, почти закончился. — Иди ты нахер, — возразил Стив, злой и решительный. — Ты не умрёшь, Эдди.       Его снова дёрнуло в сторону, в результате чего раненая рука Эдди выскользнула из руки Стива. Эдди вскрикнул от боли, когда резкое движение толкнуло его бедро, а левая рука безвольно повисла на земле; он больше не мог двигать ей. — Просто позволь мне сказать тебе, — взмолился Эдди, желая, чтобы Стив заткнулся и позволил ему признаться. Он не хотел, он не мог умереть, не сказав Стиву, что он чувствует. — Нет, — раздраженно ответил Стив. — Пошёл ты, Харрингтон, — Эдди всхлипывая рассмеялся, — я просто, блять, я просто...       Нечеловеческий яростный крик прервал Эдди. Казалось почти сверхъестественным то, как он эхом отдавался в пространстве вокруг них. Давление вокруг как будто увеличилось в десять раз, отчего у Эдди заложило уши. На пугающий момент Эдди застыл на месте в нескольких дюймах от земли, рукой всё ещё цепляясь за Стива. Он не мог даже дышать, мир вокруг них замер, эхо этого крика звенело в ушах.       Стена невидимой силы появилась вдоль всего правого бока Эдди, обтекая его, как будто подстраиваясь под форму его тела. Он чувствовал, как она росла и росла, становясь сильнее, напряжение вокруг становилось всё выше. Кожа Эдди покрылась мурашками от ожидания, он боялся момента, когда эта сила, что защищала его от давления, будет разбита.       С почти комичным хлопком давление исчезло, и Эдди и Стив отлетели на несколько ярдов. Эдди сильно ударился о землю, зрение помутнело, когда боль в бедре молнией пронзила позвоночник. Задыхаясь, Эдди изо всех сил старался не блевануть, почти теряя сознание от боли.       Следующим, что он увидел, было нависшее над ним искажённое паникой лицо Стива, его губы шевелились. Эдди ничего не слышал из-за гулкого стука сердца в ушах; он просто смотрел на губы Стива, даже не пытаясь прочитать, что Стив пытался ему сказать.       Стив встряхнул его, заставляя Эдди сконцентрироваться. — Что? — пробормотал Эдди, несколько раз моргнув, пытаясь сфокусироваться.       Руки Стива обхватили лицо Эдди, он наклонился ближе. — Ты можешь идти? — голос Стива звучал приглушенно, словно их разделяла толща вода.       Эдди поморщился при мысли о том, чтобы потревожить бедро. Он покачал головой, наслаждаясь ощущением рук Стива на своих щеках. — Нет, чувак, не думаю.       Стив вскинул голову, глядя куда-то вдаль. Эдди наблюдал, как Стив сжал челюсти, мышцы заметно напряглись, когда Стив принял решение. Он решительно нахмурил брови. — Прости, но это будет чертовски больно, Эдди. — Что ты… — это всё, что смог выдавить Эдди, прежде чем Стив сунул одну руку Эдди под спину и вторую под колени, повозился секунду, и затем встал, прижимая Эдди к груди. Эдди судорожно вздохнул, когда его бедро прострелила боль, а желудок снова сжался в судороге. Эдди сглотнул; ни одного чёртового шанса, что он вывалит свой завтрак прямо на Стива.       Вспышки боли пронзали его ногу, когда Стив побежал; Эдди попытался сосредоточиться на лице Стива, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы отвлечься от агонии, охватившей его тело. — Не знал, что ты такой сильный, Стиви, — пробормотал Эдди, наслаждаясь тем, как вспыхнуло лицо парня.       Глаза Стива быстро метнулись вниз, недоверчивый взгляд нашёл глаза Эдди, прежде чем снова сосредоточиться на кочках под ногами. — Что? — фыркнул Стив, лицо всё ещё было красным. — Ты вот-вот пронесёшь меня через порог, как хренову невесту, чувак, — ответил Эдди, ухмыляясь. Боль заставляла его ослабить свои запреты, позволяя выбросить осторожность на ветер. — Мог бы для начала пригласить меня на ужин, здоровяк.       Стив запнулся на его словах, на ходу покрепче перехватывая Эдди. — Боже, Эдди, ты не можешь просто взять и сказать кому-то это дерьмо, чувак.       Эдди уронил голову Стиву на плечо. — Ты не просто кто-то, Стив, — Дразнящий тон исчез из голоса Эдди, заставляя его чувствовать себя абсолютно беззащитным, как будто он позволял Стиву увидеть самые сокровенные части своего сердца.       Он услышал, как Стив сглотнул, когда они наконец пересекли дверной проём и вошли в холл Лаборатории Хокинса. Пока Нэнси и Джонатан начали баррикадировать дверь всем, чем могли найти, Стив осторожно усадил Эдди на пол, прислонив его к стене для поддержки.       Стив опустился на колени рядом с ним, руки беспомощно метались над Эдди, словно он не знал, что с ними делать. Робин, Уилл и Эл собрались вокруг, все с тревогой смотрели на них.       Эдди встретился взглядом с Эл и улыбнулся ей. — Классно уложила этих сволочей. Полный разъёб.       Эл скривила рот в попытке не заплакать. — Я причинила боль тебе и Стиву тем, что сделала. — Эй, — тихо сказал Эдди, серьёзно глядя на неё. — Без тебя мне было бы гораздо хуже, ясно? — Где ты ранен? — спросила Нэнси, когда они с Джонатаном присоединились к группе. — Моё бедро, — Эдди указал на верхнюю часть правой ноги. — Я думаю, может быть это, э-э, вывих? — При этой мысли Эдди поперхнулся, — Иисусе, простите, я не силен во всём этом медицинском дерьме. Тошнит даже думать об этом.       Робин опустилась на колени рядом со Стивом, который смотрел на Эдди с напряженным выражением лица. Она осторожно положила руку на колено Эдди. — Как думаешь, ты сможешь пошевелить ногой? Типа, приподнять её вообще, хоть на дюйм?       Эдди скривился, собираясь с силами, чтобы пошевелить ногой. — Дерьмо, — Эдди резко втянул воздух, медленно поднимая ногу с пола. Жгучая боль мгновенно вытянула все силы, и его нога снова упала на пол. Когда пятка коснулась пола, толчок отозвался в бедро, и из горла Эдди вырвался болезненный стон. — Это очень хорошо, Эдди, — похвалила Робин успокаивающим голосом. — Я не думаю, что это вывих; если бы это было так, ты бы вообще не смог двинуться.       Нэнси впечатлённо посмотрела на Робин. Та покраснела, заметив взгляд Нэнси, и пожала плечами. — Я хотела стать врачом, когда была маленькой; возможно, я немного зациклилась на анатомии. — Окей, замечательно, — пробормотал Эдди, всё ещё пытаясь отдышаться. — Я всё равно не думаю, что смогу идти. — Я могу помочь, — немедленно предложил Стив, его взгляд напрягся, встретив взгляд Эдди. — Ты можешь опереться на меня или типа того, но я доведу тебя до Врат. — Ты можешь двигаться, Эдди? — спросила Нэнси. — Слишком опасно оставаться здесь дольше.       Эдди резко кивнул, ухватив протянутую руку Стива. Тот обвил рукой его талию, надежно придерживая парня, и положил правую руку Эдди себе на плечо. Эдди покраснел, когда Стив схватил его правую руку, крепко сжав для поддержки.       Эдди сделал один пробный шаг вперёд, чувствуя как его бедро протестующе кричит от боли. Когда он попытался перенести свой вес, нога подогнулась под ним, и он тяжело завалился на Стива. Стив тут же поймал его, удерживая в вертикальном положении. Эдди опустил голову, позволяя волосам закрыть лицо, чтобы скрыть смущение. — Не думаю, что это сработает, — пробормотал Эдди, сгорая от стыда. Он не смел взглянуть на Стива. — Думаю, тебе снова придётся тащить меня, если мы хотим идти быстрее.       Не говоря ни слова, Стив наклонился и подхватил Эдди под колени, поднимая его на руки, пока тот не оказался снова прижатым к его груди. Стив на мгновение покачнулся, привыкая к весу Эдди, затем кивнул группе. Нэнси кивнула в ответ, затем жестом пригласила Эл взять на себя инициативу.       Группа устремилась в Лабораторию, оставляя позади коридор за коридором, каждый из которых выглядел точно так же, как предыдущий. Внутри лаборатории Эдди нервничал; было что-то необъяснимо угрожающее в окружающей обстановке, даже в её Изнаночной версии; хотя на всех поверхностях каждого коридора были лозы и мусор, помещения все равно казался слишком чистыми. У Эдди мурашки шли по коже.       После нескольких минут бега они так и не наткнулись ни на одного Демогоргона. Эдди нервно посмотрел на Стива, кусая губу, размышляя, стоит ли нарушать молчание. — Это странно, да? — спросил Эдди чуть громче шепота, глядя, как Стив вопросительно смотрит на него. — Лаборатория пустовата.       Стив наморщил лоб. — Что ты имеешь в виду? — Ну, это последнее подземелье, — ответил Эдди. Увидев замешательство Стива, Эдди закатил глаза и улыбнулся. — Хреновы Подземелья и Драконы, Стив. Если бы я прогонял такой сценарий со своей кампанией, я бы засунул по толпе плохих парней и монстров в каждый сраный коридор этого места, вплоть до того момента, пока они не достигли бы Финального Босса в конце, — Он сделал паузу, прислушиваясь к безобидной тишине, воцарившейся в Лаборатории вокруг них. — Я беспокоюсь о том, что охраняет Врата, если в Лаборатории больше нет никого для поддержки. — Я не понял большую часть того, что ты только что сказал, — прошептал в ответ Стив, глядя вперёд, следуя за Эл всё глубже в недра Лаборатории, — но я думаю, что понял, что ты имеешь в виду. И что нас ждет в конце нашего, э-э, нашего подземелья?       Эдди сглотнул. — Векна, — выдохнул он, слишком напуганный, чтобы произнести имя громче.       В ответ Стив крепче прижал Эдди к груди и заставил свои ноги двигаться быстрее.

***

      Минуты проносились, пока группа продолжала спускаться всё глубже в подвалы Лаборатории Хокинса, одна лестница кончалась, за ней сразу начиналась следующая. Эдди совершенно перестал понимать, где они бегут, и был крайне рад тому, что Эл точно помнила, где находятся Врата. Они по-прежнему не встретили ни одного Демогоргона, что заставляло Эдди ещё сильнее опасаться их неизбежного прибытия к Вратам.       И вот Эл замедлила ход, остановившись, когда они все повернули за ней за угол. Перед ними была, на первый взгляд, самая обычная дверь; Эдди никогда бы не подумал, что за ней скрывается портал в другое измерение. С каменным холодным выражением лица Эл шагнула вперёд и протянула руку, заставив дверь распахнуться внутрь, пропуская ребят.       Зал был большой и, словно, целиком сделанный из бетона, с чем-то вроде жёлтых поручней вдоль стен. Эдди лишь скользнул взглядом по этим мелочам; его внимание было приковано к Материнским Вратам, которые занимали всю длину стены.       Пока группа осторожно входила в помещение, Врата мерцали тусклым красным светом, и как будто пульсировали. Толстые лозы, растущие из портала, достигали всех углов комнаты, и до Врат невозможно было дотянуться, не наступив на них. Нити мокрой слизистой плёнки натягивались через затянутый кожей вход, капая вязкой жидкостью на землю под ними.       Эдди шарил глазами по комнате, выискивая Векну, Демогоргона или любого другого адского монстра, которого это измерение могло натравить на них. Ничего не найдя, он взглянул на Нэнси, видя, что она пришла к такому же выводу. Она кивнула вперёд, бросаясь к Вратам, остальные следовали за ней.       Стив нерешительно сделал пару шагов вперёд, его руки начали трястись от напряжения, пока он нёс Эдди. — Эй, Стив? — позвал Эдди, сжимая плечо парня. — Ты в порядке?       Глаза Стива панически метались по комнате. — Да, я в порядке, — ответил Стив дрожащим голосом. Эдди это не убедило; хватка Стива была достаточно крепкой, и Эдди знал, что позже найдёт на себе несколько лишних синяков. Он чувствовал, как быстро вздымается и опускается грудь Стива, выдавая его тревогу. — Нам просто нужно добраться до Врат, Стив, — напомнил Эдди, пытаясь намекнуть Стиву двигаться быстрее. Он увидел, что Уилл уже пробрался на другую сторону. — Как только мы пройдём через них, мы дома, чувак.       Глядя, как Джонатан начал пробираться через Врата, Эдди почувствовал, как в его груди закипает головокружительный смех. Здесь не было никого, чтобы остановить их. Векны не было поблизости, чтобы помешать им сбежать. Они сделали это, они добрались. Широкая ухмылка расплылась у Эдди на лице; с ними всё будет в порядке, и всё это собачье дерьмо, вся боль и страдания, причинённые Изнанкой, подходили к концу.       Стив остановился всего в нескольких ярдах от портала. Эдди снова повернул голову к Стиву, открывая рот, чтобы спросить, что происходит. Секунду спустя, он уже падал, болезненный вскрик сорвался с губ, когда он ударился об пол. — Ебучий Иисус, Стив! — закричал Эдди, глядя снизу на парня. Когда ожидаемых извинений не последовало, Эдди внимательно посмотрел на Стива. — Стив? — Нет ответа. Эдди схватил Стива за ногу и попытался встряхнуть её, тщетно надеясь вывести Стива из транса. — Стив.       Он стоял совершенно неподвижно, не замечая лежащего у его ног Эдди. Эдди почувствовал, как всё внутри него сжалось от страха, наблюдая, как Векна уже в третий раз завладевает при нём чьим-то разумом. — Эл! — вскрикнул Эдди, увидев, как веки Стива беспорядочно дергаются. — Робин! Нэнси!       Эдди увидел, как они резко повернулись к нему, остановившись на мгновение, чтобы оценить ситуацию, их лица исказились от страха. Быстро подбежав, Нэнси и Робин остановились рядом с Эдди и Стивом, а Эл осталась стоять в нескольких футах от них. Эдди видел, как девочка достала из сумки рацию и бандану. Она уселась на пол, включила волну, которая передавала белый шум, повязала бандану на глаза, скрестила ноги и замерла.       Эдди перевёл взгляд на ребят, стоявших над ним. — Встать, помогите мне встать! — затараторил Эдди, беспорядочно размахивая руками, чтобы привлечь к себе внимание. Нэнси схватила его за руки, поднимая на ноги с удивительной силой. Не обращая внимания на кричащую боль в бедре, Эдди встал перед Стивом и схватил его за плечи. — Стив, ну же, чувак, не позволяй ему сделать это с тобой, — умолял Эдди, его голос смешивался с голосами Робин и Нэнси, когда они разными словами просили Стива об одном и том же. — Не слушай Векну, во всём том дерьме, что он тебе говорит, нет ни единого слова правды, обещаю!       Он тряс Стива за плечи, отчаянно желая, чтобы тот очнулся. Разум услужливо подкинул ему воспоминание о той ночи в его трейлере, ночи, которая, казалось, была целую жизнь назад, когда Векна убил Крисси прямо у него на глазах, оставив Эдди собирать осколки здравомыслия в одиночестве в лодочном гараже своего дилера. Он не мог не вспомнить тело Крисси, парящее в воздухе, прижатое к потолку, её конечности ломались, как ветки. Звук, её дробящихся костей, всё ещё преследовал Эдди, всё ещё звенел в глубоко в его голове; мысль о том, что образ Стива может присоединиться к этим воспоминаниям, поднял желчь к горлу, побуждая Эдди к действию.       Он ударил Стива по лицу, почти не чувствуя себя виноватым из-за красного отпечатка ладони, расцветавшего на щеке Стива. Нэнси, пораженная этим звуком, протянула руку и схватила его за запястье, не давая Эдди снова ударить Стива. — Это не сработает, — тонкие пальцы Нэнси сжали его запястье. — Нам нужна его любимая песня, Эдди. — Блять, я не знаю! — Эдди начал паниковать, прокручивая каждый разговор со Стивом с тех пор, как он вернулся в 83-й. — Всё, что я знаю, это то, что ему нравятся ABBA и сраный Брюс Спрингстин, окей? Каждая ебучая песня которая нравится Стиву, еще, сука, не существует. — Эдди, его кассеты с ABBA, — Робин схватила Эдди за плечо. — Вы слушали какую-то конкретную песню, которая могла бы сработать?       Эдди вспомнил тот неловкий момент в машине, когда Стив и Эдди едва могли просто разговаривать друг с другом. — Мы слушали «Our Last Summer». Вы знаете слова?       Робин и Нэнси с мрачной решимостью кивнули. Эдди откашлялся и взмолился Богу, кому угодно, кто его слушал, что пения их троих будет достаточно, чтобы вернуть Стива.       «I can still recall our last summer»       Их голоса были разрозненными, далёкими от гармоничного звучания. Тон Нэнси был единственным, который хорошо подходил для такой песни; тон Эдди был слишком тяжёлый, чтобы хорошо звучать, а Робин просто не могла попасть в мелодию. Тем не менее, они продолжали, надеясь, что Стив услышит их и узнает, что они здесь и борются за его возвращение.       «I still see it all»       И Эдди помнил. Калейдоскоп воспоминаний начал собирать в его голове цветные картинки, показывая Стива из 1986го года, моменты, которыми Эдди даже не подозревал, как дорожит. Стив, испуганно уставившийся на разбитую бутылку, прижатую к его горлу. Стив мягко закатывает глаза, глядя на выходки Дастина у Скалы Черепа. Стив бросает этот чёртов жёлтый свитер Эдди в лодке. Стив перегнулся через его плечо в фургоне, лицо в нескольких дюймах от его собственного. Стив умолял его оставаться в безопасности, не быть героем, глаза широко раскрыты, когда он бессознательно оглянулся на Эдди в последний раз.       Стив плачет над его джинсовым жилетом. Стив цепляется за него в своём сновидении, отчаянно скучая. Стив достает из бумажника фотографию Эдди. Стив лежит рядом с ним на кровати, почти соприкасаясь носами. Стив пропускает «Гнев Хана», чтобы посмотреть «Весёлую компанию». Стив краснеет, после того, как Эдди поцеловал его в щеку.       «Walks along the Seine, laughing in the rain» На удивление Эдди, на этом череда воспоминаний не закончилась. Разум показал ему растерянный взгляд Стива из другого конца столовой. Стив бьёт Томми по лицу, защищая Эдди. Выражение, как будто он вот-вот вспомнит, которое почти не сходило с его лица. Стив нерешительно соглашается попробовать снова, глядя на запутанные рождественские гирлянды. Стив стоит над Демогоргоном, подняв биту в праведной ярости. Стив соглашается на кодовое имя их отряда только для того, чтобы Эдди было приятно. Взгляд Стива, полный опустошенного страха, когда он думал, что Эдди умрёт. Стив прижимает Эдди к груди.       «Our last summer, memories that remain»       Дыхание Эдди сбилось от осознания; где-то между всеми этими событиями он успел полюбить и этого Стива. Он был таким невероятно глупым, думая, что этот Стив будет так уж сильно отличаться от его Стива; они были одним и тем же человеком, имели одни и те же ценности, одни и те же особенности. И Эдди влюбился в каждого одинаково.       В ужасе Эдди заметил, как ноги Стива начали отрываться от пола, и увеличивающееся пространство между ним и полом наполнило Эдди необъятным, первобытным страхом. Он бросил песню, едва заметив, что Робин и Нэнси продолжают петь, и обнял Стива за плечи, тщетно пытаясь удержать его на месте.       Робин и Нэнси присоединились к нему, каждая вцепилась в одну из рук Стива, передавая ему свой вес. Робин практически прекратила петь; её охрипший от паники голос выдавливал отдельные слова, пока она пыталась подавить всхлипы. — Стив, Стив, пожалуйста, чувак, — умолял Эдди, уткнувшись лицом парню в шею. — Что бы он ни говорил тебе, это неправда, — Эдди вспомнил их спор у Бимера, который показал ему, кем именно был Стив Харрингтон в основе своей сущности. — Боже, Стив, ты не бесполезен, ясно? Ты намного лучше, чем ты о себе думаешь, чувак. Намного лучше.       Эдди почувствовал, как его собственные ноги начали отрываться от пола, пока Стив продолжал подниматься; он позволил своим рукам соскользнуть с шеи Стива, решив вместо этого схватиться спереди за его куртку. — Блять, Стив, послушай меня! — Эдди ударил Стива в грудь. — Послушай меня, Стив. Я никогда бы не стёр тебя. Я бы не смог. Я знаю, ты думаешь, что наш Стив намного лучше тебя, но вы с ним один и тот же человек. У него просто было больше времени, больше опыта, чем у тебя, Стив, вот и всё.       Стив поднялся ещё выше, теперь Эдди не мог дотянуться до его торса. Тогда он вцепился в ногу Стива. — Всё, что мы любим в нашем Стиве, есть в тебе. Боже, Стив, разве ты не видишь, как мы заботимся о тебе? Разве ты не видишь, как чертовски сильно мы все любим тебя? — Горло Эдди пересохло от крика, пока Стив продолжал исчезать из его досягаемости. Робин и Нэнси всё ещё пытались петь, отчаяние заставляло их голоса потерять любое подобие мелодии.       Он беспомощно наблюдал, как Стив завис в воздухе, его руки и ноги безвольно свисали по бокам. Перед глазами Эдди проносились изображения Крисси, Патрика и Стива, одно за одним, мелькая всё быстрее и быстрее, пока Эдди не мог больше различать, на кого он смотрит. Дыхание становилось быстрее, короче, застревало в дыхательных путях, не наполняя лёгкие. Как будто что-то сжало его горло; у него начала кружиться голова, грудь горела, пока он старался побороть приступ паники и не развалиться на части, пока они не достигнут другой стороны Врат. — Стив! — Эдди закричал, пытаясь заставить Стива услышать его из темноты своего подсознания. — Не делай этого со мной! Не заставляй меня смотреть, как ты умираешь, Стив! Ты должен сражаться, ладно? Так разъеби его, пожалуйста, Стив!       На мгновение повисла тишина, конечности Стива начали подрагивать. Эдди наблюдал, как они напряглись, сгибаясь под неудобными, болезненными углами. Боже, ему хотелось отвести взгляд; Эдди едва мог уснуть после того, как увидел, как поломало Крисси, и если это будет Стив… Это будет преследовать Эдди всю его жизнь. Он не мог увидеть это, он никогда больше не сможет закрыть глаза с этим зрелищем, выжженным на его сетчатке, но он не мог оторвать глаз. Он смотрел на Стива, висевшего в воздухе, в тошнотворном ожидании следующего ужасного момента.       Громкий треск эхом разнёсся по помещению.       Правая нога Стива была сломана и выгнута наружу под неестественным углом. Эдди зажал уши руками, выкрикивая имя Стива в агонии, звук резонировал внутри него. Тем не менее, его глаза были прикованы к пустому лицу Стива; если он видел, как Крисси умирает от рук Векны, он не отвернётся и от него.       Эдди почувствовал, как вся надежда покидает его, видя, как дёргаются остальные три конечности Стива. Сейчас или никогда, решил Эдди про себя; кажется, что если он хочет, чтобы Стив знал, это может быть последний раз, когда он сможет ему это сказать. — Стив, — мягко сказал Эдди. Он не знал, слышит ли он его, но всё равно продолжил. — Я знаю, что говорил, что скажу тебе кое-что, когда всё закончится, но… оглянись вокруг, чувак, — Эдди надрывно усмехнулся. — Кажется, всё и вправду, нахер, кончено сейчас. Я просто… меня поражает, что ты считаешь себя кем-то, кого нельзя полюбить, Стив, потому что ты полная противоположность. Дастин и дети безумно тебя любят. Нэнси и Робин любят тебя.       Эдди глубоко вздохнул, вытирая слезы с глаз; он хотел ясно видеть Стива в его последние минуты. — Блять, Стив, я люблю тебя. Типа, люблю-люблю, чувак. Я думал о том, каким дерьмовым был для меня весь этот месяц, я, блять, вообще умер, а потом я понял, что сделал бы это снова, пережил бы каждый пиздец, который за это время произошёл, потому что это привело бы меня к тебе, — Он снова глухо усмехнулся, рыдания грозили вот-вот вырваться из груди. — Ты - мой финал, Стив. Это ты. Если ты умрёшь, то заберёшь меня с собой, чувак, потому что я больше не знаю, как быть собой без тебя рядом.       Эдди поднял руку; кончики его пальцев почти не доставали до подошвы ботинка Стива. Грудь болезненно защемило от потребности прикоснуться к Стиву в последний раз, ощутить жар под кожей, стук его пульса, ещё раз, прежде чем потерять его. Это было всё, чего он хотел; последнее желание. Мир был достаточно жесток, чтобы отказать ему в этом. — Пожалуйста, — голос Эдди был чуть громче шепота, — Стиви, не оставляй меня. Ещё рано.       Эдди едва вздрогнул, когда сзади раздались крики, полностью сосредоточенный на том, чтобы в последний раз увидеть лицо Стива. Крики были сверхъестественно громкими, сбивая с толку своей силой, они звенели по всему залу, заставляя покрывающие его лозы трястись и дрожать, а некоторые пытались уползти подальше от источника. Краем сознания Эдди понял, что один из криков звучал прерывисто, словно исходил из рации, лежавшей у ног Эл.       После того, как крики стихли, наступила тишина, вся комната затаила дыхание в ожидании следующих действий Векны. Казалось, мгновение растянулось на вечность, пока, наконец, мир вернулся к жизни в бешеном потоке звуков и движений, и Стив упал вниз.       Он ударился об пол, как тяжеленная тряпичная кукла; его голова склонилась набок, глаза были закрыты. Эдди бросился вниз рядом с ним, не обращая внимания на адскую боль в бедре, и отчаянно похлопал Стива по щекам, пытаясь разбудить. — Давай, Стив, очнись, — бросил Эдди, неистово желая увидеть, как Стив посмотрит на него.       Чьи-то руки подхватили его подмышки и с силой оторвали от распростёртого тела Стива. Он яростно извивался, пытаясь вернуться к Стиву, чтобы убедиться, что тот жив. — Отпусти меня, нахер! — закричал Эдди, отбиваясь от удерживающих его рук.       В поле зрения появилась Нэнси, выражение её лица было непоколебимым в своём упрямстве. Она схватила его за руку и положила на свои плечи, заставляя его оставаться прижатым к ней. — Врата, Эдди. Мы идём к треклятым Вратам.       Он попрыгал на одной ноге за Нэнси, когда она начала двигаться, чтобы не свалиться лицом в пол. Он еще раз дёрнулся в сторону и увидел, как Робин и Эл начинают тащить Стива за собой, он не сводил глаз с пустого лица парня. — Робин, — завопил Эдди, — он жив, да? Скажи мне, что он, блять, жив, пожалуйста. — Эдди, он в порядке, — закричала ему в ответ Робин, отчаянно пытаясь поднять как можно больше мёртвого веса Стива. — Полезай через ебучий портал!       Еще несколько прыжков, и они были на месте, перед Материнскими Вратами. По-прежнему стоя лицом к Стиву, Эдди чувствовал пульсацию энергии позади себя, похожей по ритму на сердцебиение. Мягкое красное сияние окружало пространство вокруг, купая Нэнси рядом с ним в этом свечении. — Иди, — сказала Нэнси, взмахнув рукой. — Я помогу донести Стива, но тебе нужно выбираться отсюда, Эдди.       Эдди раздраженно покачал головой. — Я уйду, когда Стив будет на другой стороне, и ни одной блядской минутой раньше, Уилер.       Нэнси тяжело вздохнула через нос, глядя на него снизу вверх. — Мне очень жаль, Эдди, но ты не оставил мне другого выбора.       Эдди открыл было рот, чтобы спросить её, что она имела в виду, когда Нэнси упёрлась руками ему в грудь и толкнула. Застигнутый врасплох, Эдди почувствовал, как падает спиной вперёд через Врата, покрытая слизью и лозами плёнка порвалась, когда гравитация сделала своё дело.       Последним, что он увидел, прежде чем несколько пар рук начали вытаскивать его с другой стороны, была Нэнси, бросившая на него извиняющийся взгляд, затем повернувшаяся, чтобы помочь девочкам.