Скучала по мне?

Бар "Кан" славился и своим казино. Подпольным, естественно. Оно находилось в подвале самого здания. Туда допускали только по карте, которой у меня, разумеется, не было никогда. А вот у Юльки, похоже, она была. - Юлия Волкова здесь? - робко обратилась к вышибале - здоровому мужику в черном костюме и темных очках. Он кашлянул: - А ты не будешь пиздеть? - Мне это не надо, уж поверь. Я просто как сопровождающая дамы, имя которой назвала. Она тут? - Сейчас, сейчас, крош. Ты не кипятись только! Он ушел, поселив во мне отвращение к своей персоне. Какая я тебе, нахер, крошка? Крошки на столе от хлеба! А у меня есть имя и уменьшительно-ласкательных прозвищ я не потерплю от совершенно незнакомых мне мужиков! Он вернулся через минуту с Юлей под руку. - Ты звони, если чё! - обменявшись поцелуями с этим верзилой, Юля взглянула, наконец, на меня. - Ой, Ленка! Спасибо, что приехала! Она еле стояла на ногах, потому пришлось подпереть её и так идти. По ступенькам, едва не упав, ведь её тело ей совершенно не служило в тот момент. Затем идти до машины точно так же. Мои руки от такой "ноши" почти онемели, обещая отвалиться в скором времени. - Лен, а ты ведь хорошая баба-то! Почему только мужика никак не можешь найти? Я резко дала по тормозам и, схватив её за воротник куртки, крикнула прямо ей в лицо, устав сдерживаться: - ДА ПОТОМУ, СУКА, ЧТО ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! ТЕБЯ Я ЛЮБЛЮ!!! И ТЫ НИКАК ЭТО НЕ МОЖЕШЬ ПОНЯТЬ, ПРОСТО ИЗДЕВАЯСЬ НАДО МНОЙ, ЗНАЯ, ЧТО Я ТОЧНО ПОВЕДУСЬ НА ТВОИ МАНИПУЛЯЦИИ. ЗНАЯ, ЧТО Я ЧУВСТВУЮ!!! ТЫ ПРОГИБАЕШЬ ПОД СЕБЯ ЧЕЛОВЕКА, И ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТО В ПОРЯДКЕ ВЕЩЕЙ ВСЁ! В НОРМЕ! ТАК ВОТ НЕТ, ДОРОГУША МОЯ, НЕТУЖКИ!!! Я НИКОГДА. НИКОГДА, СУКА, НЕ ПОЗВОЛЮ БОЛЬШЕ ТАКОЙ ДЫРЕ БЕЗГОЛОВОЙ КАК ТЫ МЕНЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ И НАВЕРНЯКА РЖАТЬ С МЕНЯ СО СВОИМИ МУЖИКАМИ, С БАБАМИ ИЛИ КЕМ ТЫ ТАМ МУТИШЬ, БЛЯДСКОЕ ТЫ ОТРОДЬЕ! ПОНЯЛА МЕНЯ? Брюнетка сидела, видимо, мигом отрезвев. И в её глазах читался даже страх. Дикий страх моего состояния. Я орала, как ненормальная. Просто потому, что больше не могла держать себя в руках и позволять такое к себе отношение. Даже ей. Всхлип, еще один всхлип и - ура, истерика. Она ревела, заходясь. Что-то пыталась сказать мне, как я поняла. Объяснить. Только мне эти объяснения уже были до задницы. Просто надо было оставить её ночевать, а утром выкинуть в свободное плаванье. Со всеми её манипуляциями, со всеми просьбами и прочим дерьмом. Я больше не могла. После того, как эта дура успокоилась, мы дошли молча до дома и так же молча залегли спать по разным комнатам. Так всем было лучше. Гораздо лучше. Особенно - мне.