Danse Macabre

— Что ты здесь делаешь в такую рань? — раздается сварливый голос позади. Как всегда очарователен. — И тебе доброе утро, — Итер продолжает смотреть вдаль, прекрасно узнавая Сяо лишь по голосу. — То же, что и ты. Проверяю окрестности. Пытаюсь успокоить себя иллюзорным ощущением контроля над ситуацией. Бегу от кошмаров. — Я думал, ты учишься на журналистике, а не на психологическом. — Я живу с человеком, помешанном на психологии. С кем поведешься и прочее, и прочее. Невольная ухмылка появляется на его губах, пока слева от него в поле зрения появляются чужие крепкие руки, цепляющиеся за парапет балкона, — и не холодно ему щеголять в апреле в своих тонких черных футболках? Сам Итер кутался в безразмерные худи, — через мгновение уже профиль Сяо появляется перед ним. Он кивает, и на этом их шутливый приветственный диалог заканчивается перед лицом суровой реальности, преследующей их по пятам. Причем в прямом смысле, судя по вчерашней погони в духе Тома и Джерри. — Ты так и не ответил мне, что ты здесь делаешь. Сейчас очередь Альбедо стоять на стреме. — Не могу заснуть, мучали кошмары. — Он видел город в огне, статую неизвестного божества, наблюдающую за ним сверху, и далекую фигуру неизвестной женщины, вызывающую такой пылающий гнев, что Итер не испытывал никогда в жизни. — Когда я вышел подышать свежим воздухом, Альбедо выглядел так, будто вот-вот упадет здесь замертво. И, учитывая, что я все равно больше не засну, я решил взять его смену пораньше. — А эти твари? Сяо кивает головой вперед, на площадку, где еще вчерашним вечером четыре часа подряд пялился белокожему ублюдку в глаза, играя в гляделки. Увлекательное занятие. — Исчезли, с восходом солнца. Очень мило с их стороны, ибо у меня не было никакого желания смотреть на них в hd качестве. Сяо задумчиво мычит, стучит кончиками пальцев по бетонной поверхности. Задумчивый и прекрасный в этот ранний час. — Есть идеи, что делать дальше? Итер покачал головой. — Ни одной. Он хмурится, после чего утыкается носом в ладони, пряча лицо. Тяжелый вздох невольно вырывается из него — напоминание, что он лишь напуганный обычный мальчишка, никогда прежде не сталкивающийся ни с чем подобным. — Думаю, нам стоит это обсудить всем вместе, — Итер бросает быстрый взгляд на наручные часы, отмечая, что сейчас лишь половина седьмого утра. — Возможно, ребята уже проснулись. Альбедо и Сахароза всегда были жаворонками. Сяо кивает, и этого достаточно для Итера, чтобы развернуться, собираясь направиться в коридор, как чужие пальцы смыкаются на его предплечье, не давая осуществить задуманное. — Погоди. — С любопытством обернувшись, он кинул вопросительный взгляд на Сяо. Страх затрепетал в его груди, а интуиция тоненько затрещала, сообщая своему владельцу, что ему нужно срочно уйти. — Вчера, в том лесу. Ты хотел что-то сказать до того, как тебя прервали. Что это было. Ох. Ох. Ну конечно, он зацепился за это. Итер был бы идиотом, если серьезно подумал, что сможет улизнуть от этого разговора безнаказанным. Вот и вся натура Сяо, большую часть времени скрытая за фасадом безразличия. Но когда ему что-то нужно? Он напирает с упрямством танка, сносящего все на своем пути. — Эээ – очень информативно тянет он, отчего интенсивность во взгляде Сяо лишь увеличивается, заставляя парня тревожно сглотнуть. Пару мгновений он молчит, скрещивая руки и тревожно стучит подушечками пальцев по плечу, размышляя. Сяо заслуживал правды и нормального диалога, однако- А, к черту. — Ты мне нравишься, — прямо говорит он, с опаской смотря в чужие глаза. Он ожидает, что Сяо обрадуется. Возможно, улыбнется чуть-чуть, хотя бы уголками губ, однако тот лишь изящно выгибает бровь. — Но? Блять, ну почему он такой внимательный? — Но я не могу различить, дружеская это симпатия или, ну, что-то большее. Нет, не так, не совсем верно, всегда около, на грани, но даже и близко не то, что нужно. Он не знает, как обличить в слова тот противоречивый клубок эмоций, кипящих в нем при виде Сяо. Тишина длится несколько мгновений, ощущаемая, как гребанная вечность, заставляя Итера нервничать с каждой секундой все больше и больше. — Ты встречался с несколькими людьми на первом и втором курсе. Медленно, вдумчиво говорит Сяо, словно безмолвно спрашивая: «Ты меня за идиота держишь?» Ну, справедливо, он встречался с другими людьми, однако никогда не любил их. И именно поэтому он не может сейчас решиться. Потому что помнит залитые слезами печальные глаза, их громкие слова, разбрасывающиеся обвинениями, которые он принимал с тихим смирением, не в силах опровергнуть их. “Я не чувствую, что ты любишь меня”, “Я тебе вообще нравлюсь?”. “Я не могу так больше. Итер”, “Тебе просто нравится играться с чувствами людей, да?”. Он ни за что не позволит себе разбить Сяо сердце. Видимо, Сяо замечает безмолвную печаль на его лице, ведь вторая его рука с силой опирается по другую сторону парапета, запирая Итера в капкан чужих рук. Пряча и защищая от всего остального мира. Итер с удивлением взглянул на руки, заключившие его в кольцо, после чего прикоснулся уже своими по обе стороны чертовски красивого лица Сяо и весело проворковал: — О, кто это тут такой грозный? Выражение лица Сяо было кислым, словно он только что съел лимон. — Прекрати. В ответ Итер молча прислоняется своим лбом к чужому и ласково трется об него носом. Он больше чувствует, чем видит, как парень смягчается в его руках. Невысказанная нежность, столь редкая для них, окутывает их, словно мягкий плед. Им так не хватало этого все эти дни – смущенные, неловкие, полные невысказанных слов и обид. — Я выбрал тебя. Почему ты не можешь выбрать меня? — в голосе Сяо звучит тоска, заставляющая чужое сердце сжаться от боли. Итер открывает рот, но его мгновенно перебивают. — Не отвечай. Мне не нужна твоя жалость. Даже близко не планировал, хочет сказать Итер, но он знает, что Сяо не поверит, так что позволяет разговору утечь, словно песок сквозь пальцы. Пару мгновений они молчат, наслаждаясь тем спокойствием, что дарят в компании друг друга. — Я знаю, это жестоко. Мне правда жаль. Но… еще немного времени? Сяо в ответ молча кивает, и это все, что ему сейчас нужно.

***

Когда они спускаются в общую столовую, немного сонные и голодные, их встречает уже проснувшиеся Сахароза с Альбедо, ведущие милый диалог за завтраком. В комнате витает веселая и романтическая атмосфера, а когда в очередной раз Сахароза хихикает, в ответ на фразу Альбедо, Итер тянет: — Мы вам не помешали? И в ту же секунду атмосфера рушится, как карточный домик. Эти двое мгновенно тушуются, отводя глаза в сторону, и Итер не глупый, он очень даже понимает, что это не та атмосфера, что бывает между друзьями и определенно не та, что была у них несколько дней назад. «Что за чертовщина?» Он внимательно переводит взгляд с девушки на парня, осторожно подходит ближе, пока Сахароза рассыпается в сбивчивых объяснениях, а взгляд Альбедо матовый, в ту же секунду мертвый, уносится куда-то прочь. Ни мягкие солнечные лучи, льющиеся с окна, ни родная компания друзей, ни относительное спокойствие ситуации не могут согреть возникший холод между ними. Напряжение в Итере лишь растет. Что-то было не так. Как щекочущая мысль на границе сознания, жужжащая муха, которую не можешь словить, колющая деталь во внутренней части свитера. Раздражает. — Окей, хорошо, это ваши дела, ребятки, я не лезу. Итер миролюбиво улыбается, заваривает себе кофе, не сводя глаз с Альбедо, причем столь показательно, что Сяо хмурится, а Сахароза нервно озирается от него к Альбедо. Тот, в отличие от остальных, не показывает никаких признаков дискомфорта. Жаль. — Как Люмин? — переводит тему Итер, с улыбкой смотря на девушку. Этим утром он видел ее силуэт, заходивший проведать сестру. Она также не выглядит отдохнувшей, что не было удивительно, учитывая все их обстоятельства. Ей бы не помешал хороший сон и душ. Двумя руками девушка обхватывает горячую кружку с какао, грея замерзшие кончики пальцев, пока ее спрятанные за оправой очков янтарные глаза задумчиво смотрят вниз. Этого внешне не видно, и если бы они не были знакомы столь давно, Итер бы не заметил, однако — она в смятении. Им так и не удалось нормально поговорить за последние два дня, все время в спешке, в страхе за свою жизнь. Что она думает обо всем происходящем? Заметила ли тоже, что что-то не так? Чувствует ли надвигающуюся бурю? — Пока не очнулась. — Сахароза слегка недоуменно хмурится и делится мыслями. — Мы видели ее всего лишь позавчера. Однако она выглядит совсем по-другому. Итер кивает, усаживаясь за стол и тоже принимаясь за завтрак. От его глаз вчера также не ушли эти изменения. — Да, это странно. — Как и все здесь. — Подает наконец голос Альбедо. Слегка помятый, чего никогда не ожидаешь от всегда одетого с иголочки Альбедо. Ни следа от его обычного собранности и еле заметного флера изящества. Итер пожимает плечами, в то время как Сяо возвращается к насущной теме. Складывает руки на столешнице, нависает над сидящими и зыркает серьезными глазищами исподлобья. — Надо обсудить дальнейший план действий. Если мы здесь застряли на какое-то время, надо тщательно осмотреться. Возможно, найдем какую-то информацию или подсказку, чтобы выбраться отсюда. Сахароза кивает. — В библиотеке или кабинете должны быть какие-то архивные записи. — Да, и я вчера видел какую-то неприметную дверь, которую мы не успели обследовать. Хочу посмотреть, что там. — Сяо задумчиво тянет, после чего кивает каким-то своим мыслям. — Разделимся в группы по двое. — Я иду с Альбедо! — Итер наконец отрывается от тщательного намазывания тоста джемом и мгновенно встревает, заслуживая на себе несколько странных взглядов: удивленный от Сахарозы, напряженный от Альбедо и недоверчивый от Сяо. — Хорошо, — медленно тянет Сяо, его пронзительный взгляд пришпоривает Итера насквозь, он бессловесно говорит «поговорим об этом позже», на что тот тянет губы в безмятежной улыбке, — тогда мы с Сахарозой проверим ту странную дверь, а вы — кабинет. Он небольшой, должны быстро управиться. «Все будет окей. Разве ты не знаешь меня?» «Как раз потому что знаю, я и беспокоюсь.» — И можем после встретиться в библиотеке, чтобы обсудить, что нашли и еще поискать информацию там, — задумчиво добавляет Сахароза. — Изучение книг оттуда займет много времени, поэтому чем больше людей решили бы взглянуть, тем лучше. Альбедо с Итером кивают, после чего переглядываются. — Еще один день для развед.отряда~, – напевает Итер, из-за чего Альбедо закатывает глаза с таким видом, словно не может поверить, что с этим человеком идет на важное задание. Плохое предчувствие лишь растет.

***

Место странным образом очаровывало и отталкивало одновременно. Сейчас, при утреннем свете и в более спокойной обстановке, Сахароза смогла как следует рассмотреть особняк, находя в нем интересные черты. Она знает, что это не тот случай, чтоб радоваться нахождению здесь, но почему-то этот особняк успокаивал ее и давал чувство покоя. Словно бы она вернулась в свой старый дом. То чувство, что никогда не могла дать съемная квартира в верхнем Ист-сайде, в котором она родилась и выросла. Она обвела взглядом трещины, свидетельствующие о старом возрасте этого места, странные пятна краски, словно кто-то случайно махнул кисточкой с краской, шершавые стены, в некоторых местах с истончившиеся от чрезмерного количества прикосновений. Этот замок очевидно был когда-то обитаем. Здесь были тихие истории, о которых она уже навряд ли когда-либо узнает, свои тайны и загадки. Ее всегда очаровывали старинные вещи: безмолвные сокровища, готовые поделиться своим внутренним миром, только если ты к ним присмотришься и будешь обращаться с нежной осторожностью. Странным образом это напоминало девушке ее саму. — Итак, ты и Итер, да? Сахароза не часто прибегала к поддразниваниям, но почему-то наедине с Сяо, – такому же интроверту, как и она сама, – она могла себе это позволить. — Ты и Альбедо, да? — мгновенно передразнил тот в ответ, заставляя Сахарозу густо покраснеть и отвести взгляд. — Нет-! Мы не-! Я имею в виду-! Разумеется, он заметил те странные взгляды и ее изменившееся поведение, да? — Можешь не оправдываться, — продолжал он спокойным голосом, в котором, лишь прислушавшись, можно было уловить нотки веселья. — Альбедо знает? — Нет, — она покачала головой. — Это... недавно. Я сама еще не до конца понимаю, что это. Сяо понимающе кивнул и ободряюще сжал ее плечо в качестве поддержки. Не то чтобы она надеялась на нечто большее. Он всегда лучше показывал свои эмоции действиями, чем словами. — Если тебе нужно будет с кем-то поговорить или совет, то ты знаешь — я всегда рядом. И продолжил путь дальше, спускаясь по ступеням на первым этаж замка, оставляя Сахарозу позади задумчиво кусать губы. Теперь, когда она сказала это вслух, это звучало... обыденно. Не так ужасно, как в ее голове. Нормально. Обычная влюбленность, которая бывает у всех девчат. Она мысленно кивнула себе и поспешила за Сяо следом. — Не думай, что я не заметила, что ты плавно увел тему от тебя с Итером. На мгновение его шаг сбивается, но затем он пожимает плечами, как ни в чем не бывало. — Между нами ничего нет. — И тебе это не нравится. Изначально это была лишь шутка, но когда складка меж его нахмуренных бровей становится глубже, а в глазах мелькает нечто, чему она не может дать название, — она понимает. Погодите-ка- Ох, черт. Возможно, она недооценила глубину его чувств — О боги, он тебе правда нравится. Ты влюблен. Как давно? Сяо небрежно пожимает плечами. — Последний месяц? Год? Два? С нашей первой встречи? Не уверен. — Он знает? На пару мгновений наступает пауза: громкая, звенящая, напряженная. — Да. Кусочки пазлов наконец складываются в ее голове в единую картину. Их странное напряжение, молчание, неловкие взгляды. Теперь это объясняет их странное избегание друг друга. Она знает, что там было что-то еще. Нечто большее, о чем Сяо не говорит. Также, как и Сяо заботился о ней, так и она испытывала почти сестринскую привязанность и заботу. Ей хочется обнять его и прошептать, что все будет хорошо, однако она знает, что Сяо, каким бы уязвимым он не выглядел, будет против этого. Всегда тяжело принимающий заботу, принимая ее за слабость. — Не могу поверить, что вы, ребята, ни разу не упомянули об этом. И ты никогда не хотел? Не знаю… Взгляд Сяо устремляется вдаль, тоскующий и нежный, словно перед мысленно взором он вновь смотрел на Итера. — Это неважно, — он покачал головой. — Даже если он не ответит мне, я все еще остаюсь его другом и хочу заботиться о нем. Сяо бросает эти слова так небрежно, словно они не имеют значения. Это было так похоже на него: отдавать себя любимым людям с самоотверженностью смертника, вкладывать всего себя и заботиться до последнего вздоха так, словно это ничего не стоит. — Но Итер в последнее время так привязан к Альбедо. Ты не думаешь?– — Нет. Он не выглядит влюбленным. Он выглядит… — Одержимым какой-то идеей, – заканчивает Сахароза за него, и Сяо кивает. Ее немного беспокоила тревожная зацикленность Итера на Альбедо. Она замечал, как тот не спускал с него глаз, словно пытаясь что-то выследить, выцепить что-то важное, заметить упущенную деталь. Что же ты заметил, Итер? Сяо ведет их по коридорам первого этажа дальше. Особняк не особо большой, но они путаются, еще не привыкшие к нему, из-за чего приходится разворачиваться и идти в другом направлении. — Что там находится, как думаешь? Может, кладовка? — Навряд ли. Выглядело так, будто кто-то специально хотел спрятать эту дверь. — Однако Сяо и его чуйка на опасности слишком редком подводила, чтоб они верили в этот исход. — Пришли. В очередном неприметном коридоре, глядя в стену, уверенно произносит Сяо. Лишь приглядевшись, можно заметить каемку двери, которую очевидно хотели скрыть, закрасив проход и для уверенности сверху добавив слой обоев. — Отойди, — говорит он ей, отчего она мгновенно отходит на пару шагов назад, чтоб в следующую секунду в дверь с силой врезалась нога Сяо. Благо, хлипкое, старое дерево быстро поддается, распахиваясь перед гостями. — Итак, что тут у нас? Сяо без доли сомнений заходит первым. Сахароза медлит, по-прежнему мысленно молившаяся, чтоб это была кладовка, однако, когда наконец собравшись с духом она заходит следом, осматривая ту быстрым взглядом, лишь чувствует, как ее сердце охватывает паника. Разумеется, это была не кладовка.

***

— Сюда, — говорит Альбедо, открывая дверь комнаты. Дошли они быстро. Альбедо шел впереди него, петляя меж коридоров с уверенностью человека, проведшего тут не один день. Как полезно иметь эйдетическую память, с легкой завистью подумал Итер. Кабинет небольшой, и, пожалуй, именно такой, какой ожидаешь от старинного поместья в сердце норвежских лесов: книжные полки во всю стену, крепкий деревянный стол в середине, стул, потухший камин, огромное зеркало во всю стену, видимо, чтоб поднимать чувство собственной важности хозяину дома- Боковым зрением Итер уловил какую-то тень, похожую на руку, что тянулась к нему. Мгновенно обернувшись, его взор уловил восхитительное ничего, заставив своего обладателя нахмуриться. Показалось? Итер пожимает плечами, обещая себе подумать об этом позднее и возвращаясь к насущной проблеме. Его рука ласково огладила край стола, пока глаза внимательно осматривали обстановку. Все выглядит так, будто здесь совсем недавно были люди, вот-вот вышедшие из комнаты за пару мгновений до того, как туда вошли парни. Его пальцы плавно ощупывают пустой стол, заглядывают в полки, находя бесполезные безделушки, в то время как на самой нижней полке одиноко лежал блокнот. Любопытно. В отличии от него – озирающегося, словно стараясь одним взглядом охватить все пространство, Альбедо с бесстрастным видом подходит к ближайшему стеллажу и начинает лениво листать первую попавшуюся книгу. — Ты тихий сегодня. Не так. Он тихий вообще. Иррационально Альбедо вызывал стойкое чувство неправильности. Никаких гипотез, ироничных высказываний, внимательного интереса к окружению. Ничего. Что-то было не так — и это, наверное, самая частая его мысль за последнее время. — Извини, много мыслей. Итер кивает, лениво листая странички блокнота. Он может это принять. Правда. Он понимает. Однако кто бы объяснил это его разбушевавшейся интуиции, которая прямо таки вопит “бей или беги”. Нахмурившись, из-за возрастающей головной боли — черт, даже анальгина с собой не было — он внимательнее взглянул на блокнот в своей руке, вдумчиво пролистывая его. Походило, честно говоря, на записки сумасшедшего. «Призраки прошлого, неупокоенные, преследуют меня здесь…» «Это место, о Архонты, проклято небесами. Как мне выбраться отсюда?» «Я видел его сегодня. Они выглядят, как ты, думают, как ты и имеют все твои воспоминания» Последнее особенно заинтересовало Итера. Это стоило взять на заметку. Далее следовали расплывчатые, полные паники мысли — Джоэль, искатель приключений, судя по записи на обложке, — и кто знает, насколько им можно верить, однако прочесть все же стоило. И, — Итер бросает быстрый взгляд на Альбедо, — желательно наедине. — Что-то нашел? Итер захлопнул дневник — браво, Итер, ни разу не палевно — и пожал плечами. Голубые глаза замечают блокнот в его руках, и на мгновение Итеру чудится, что в его взгляде мелькает узнавание, после чего он становится злее и интенсивнее. На всякий случай он отводит руку за спину, а второй хватает первую попавшуюся книгу с полки, открывая ее и стараясь увести тему. — Нет, ничего интересного. Давай постараемся как можно быстрее просмотреть книги, иначе мы тут до вечера будем сидеть. И для достоверности с очень увлеченным видом открыл ее на рандомной странице. Какие-то теории, мысли, факты, подписанные неким ученым из Сумеру — это что, название секты? — страницы были проиллюстрированы спешно, не очень аккуратно, но для того, чтобы уловить суть, этого более, чем хватало. Какие-то символы, похожие на элементы. Сразу же выделялись снежинка, похожая на лед. Пламя. Что-то, похожее на крылья. Электричество? Синий круг. Зеленое сердце. И желтый ромб. Отлично, Итэр вообще перестал, что здесь происходит. Но среди них нашлось и кое-что интересное. Золотая звезда в оформлении круга. Было в ней нечто притягательное, знакомое, но почти позабытое. Словно возвращение в родной дом. Головная боль лишь продолжала расти, вызывая почти невыносимые боли. Сжав зубы, Итэр схватился за голову одной рукой, по-прежнему желая прикоснуться к чертовой звезде. Сбоку раздался обеспокоенный голос Альбедо, однако Итэр не сумел разобрать ни слова. Слабеющие пальцы дрожащим прикосновением коснулись печати звезды. Короткая вспышка, словно от замыкания электричества, и следом- Что-то вновь мелькнуло перед глазами. В этот раз сильнее, словно удар тока, бьющий по всем рецепторам чувств. Светлые волосы, обагренные кровью. Сломанный меч на обугленной земле. Чувство бездонного отчаяния. Лихой огонь поглотил его за секунду, он не успел ничего сделать. Ему нужно бежать. Что-то важное гонит его вперед, заставляя передвигать неподвижные ноги дальше. Его кто-то ждет, он кому-то нужен, и ошибка в этом плане более, чем фатальна. Резкий рывок — картина смазывается-, огни, город, крики, тяжесть меча в руке. – Итер! Звенит чей-то голос, родной, до боли знакомый, однако в него вплетается ещё чей-то. Резонируют между собой, сплетаются, словно нити. Итэр медленно открывает глаза, видя перед собой Люмин, а следом на него накладывает напряженное лицо Альбедо. Он хмурится и пару раз моргает, дабы привести картину в статичное состояние, после чего наконец садится. Когда он успел упасть? Голова раскалывалась, словно изнутри огромный молот сотрес колокол сознания, и теперь он звенит, отражаясь в висках. На секунду боль становится сильнее, и вместо привычного Альбедо возле него стоит юноша, как две капли воды похожий на него, но в то же время абсолютно иной: синяя рубашка, шорты, высокие ботфорты. Подобный, но неуловимо другой. Царственная изящность осталась той же, но в голубых глазах от человечности сильно меньше. Матовые, изучающие, – мутная вода озера, застывшая в неестественной форме. Его руки обхватывают чужие плечи, разворачивая лицом к себе, желая убедиться в действительности происходящего. Итэр напряженно вглядывается в чужие черты лица, однако в следующий миг на него смотрит привычный Альбедо в своем бежевой жилетке и темных оксфордах. Немного удивленный столь резким движением и недовольный легкой болью от пальцев Итэра. Ее взгляд автоматически скользит к чужой шее. «Где твоя отметина?», — хочет спросить он, после чего ловит себя на этой абсурдной мысли. У Альбедо никогда не было никакой отметины на шее. …верно? – Что случилось? Голосовые связки сипят, словно ими не пользовались несколько лет, а не пару минут. — Ты схватился за голову, а потом свалился и перестал отвечать. Пару раз Итер моргает, и все перед его глазами меняется, возвращаясь. Он вспоминает вспышки картин перед его глазами, похожие не то на сон, не то на воспоминания. Что, черт возьми, это было? Лишь осознание книги, валяющегося теперь на полу, ее странной картины, заставило Итэр вспомнить былые события: поездка в Норвегию, сломанная машина, лес с его странным туманом и постоянное призрачное ощущение чужого присутствия. Не призрак сна, не порождение больного мозга или галлюциногенных веществ. — Задумался, — отвечает он с натянутой улыбкой и встает с пола, небрежно подходя к стеллажу с книгами и возвращая ту на место. Даже если он чувствует спиной недоверчивый взгляд, то мастерски игнорирует его. Блокнот с описанием странных двойников все еще покоится в его руках, но ее содержимое спрятано от чужого взора. Почему-то описания местных доппельгангеров сильно напоминали Итеру Альбедо. На периферии мелькнула мысль: что, если это не он? Или же это какая-то тварь, принявшая облик и голос его друга? В Until Dawn такое было. Что-то не так с Альбедо или же с ним? — Это напомнило мне, как мы познакомились. Тоже библиотека, коллекция книг. Я тогда грохнулся со стремянки, и ты поймал меня, как диснеевскую принцессу. Альбедо весело фыркнул. — Да, верно. Ты был таким неуклюжим тогда. Итер посмотрел на него и растянул губы в улыбке, не коснувшейся его глаз. — Ага. “Если бы нам что-то угрожало в особняке, то оно бы уже успело напасть.” — так он сказал тогда, да?

***

Шум неспешного разговора доносится до библиотеки задолго до того, как туда вваливаются Альбедо с Итером. Никто не умер, никого не съели, никто не пропал, и учитывая все обстоятельства, можно считать это небольшой победой. Сяо откладывает книгу обратно на полку — все равно ничего полезного, — и переводит взгляд на входную дверь, куда как раз входят ребята. Альбедо что-то с улыбкой рассказывает, пока Итер смеется над какой-то историей, но Сяо знает, как он выглядит, когда смеется по-настоящему. Как его глазами сверкают светом тысячи солнц, а улыбка готова отогреть любое сердце. Сейчас этого нет. Недавний разговор не выходит у Сяо из головы, а вкупе с тем, что он видит перед собой, сомнений лишь больше. Он обещает обязательно поговорить с Итером на эту тему, но перед этим- В следующую секунду его смеющийся взгляд устремляется к Сяо, и что-то в золотых глазах загорается. Что-то неосязаемое, едва заметное, скрытое в морщинках, образующихся в уголках его глаз, более широкой, на этот раз искренней улыбке. Сяо чувствует, что дышать будто бы становится легче. Вопреки всему, с чем они здесь встретились, Итер продолжает сиять подобно солнцу. Возлюбленный самой судьбы и богини светы. Сотканный из солнечного света и звездного сияния. Ну разве мог Сяо не полюбить его? — Нашли что-нибудь? — спрашивает он с нахальной, озорной улыбкой, и Сяо хочется неимоверно стать частью того света, что он излучает. Он ненадолго сбрасывает с себя свой скучающий снисходительный вид, сменяя его на что-то похожее на веселье. — Оружейную, — с явным довольством в глазах улыбается он. Итер раздраженно стонет. — Я знал, что у вас дела будут поинтереснее. — О, тебе бы там понравилось – подает наконец голос Сахароза, поднимая голову от книги, в которую вновь ушла с головой. — Острые мечи, луки. Я чуть не умерла от страха. — Что-то полезное? — вскользь интересуется Альбедо, подходя к Сахарозе и выгружая наконец на стол перед ней книги, которые он нес в руках. — Нет, сплошь ненужное старье. — пожимает плечами Сяо. — Там были преимущественно старые вещи. Вроде мечей, луков. Даже если он нашел кольт, спрятанный у него теперь за поясом штанов, то вы ничего не докажите. Глаза Сахарозы в ответ на такое богатство перед ней опасно загораются, и она мгновенно хватает первую книгу, жадно пробегаясь по ней глазами. Сяо мгновенно понимает, что на некоторое время она вновь потеряна для внешнего мира, и поворачивается к Итеру. — Вы? — Я нашел какой-то дневник местного обитальца. Навряд ли что-то интересное, но я хочу глянуть повнимательное. Да всякие фэнтезийные книжки. Самые интересные мы принесли сюда, но- не знаю. Звучит, как бред, но в нашей ситуации я бы не спешил быть таким скептичным. Сяо кивает. Его взгляд пробегается по корешкам книг. Некоторые вообще похожи на сказки, но даже ему любопытно будет пробежаться по ним взглядом. Тем временем Итер продолжает: — Где, говоришь, эта оружейная? Тоже хочу сходить туда. Альбедо склоняется к Сахарозе, нависая на ней сверху, его рука медленно, почти интимно ложится на ее плечо. Большой палец медленно гладит чужую кожу круговыми движениями, вызывая в Сяо детское желание отвернуться от чего-то столь интимного. — Зачем тебе? — вскользь уточняет Сяо, продолжая следить глазами за парочкой. Сахароза немедленно отрывается от книги, переводя взгляд на Альбедо. Вся краснеет, гулко сглатывает, что-то спрашивает тихим шепотом, в ответ на что получает загадочную улыбку уголками губ. Что-то не так. Альбедо… не интересуют люди. По большей части. И подобное открытое проявление флирта почти дикость с его стороны. Он даже не взглянул на содержимое книг, лишь ленивым взглядом мазнул по ним так, будто это обычный мусор. Чутье внутри него наконец поднимает нос, ведя по воздуху. Кажется, Сяо начинает понимать Итера. — Для самообороны. Мало ли, оружие нам точно пригодится. Отвести Итера к оружейной и заодно узнать о его мыслях звучит заманчиво. Они не виделись всего какое-то время, но вопросов накопилось немало. Его взгляд обращается к окну, где виднеются деревья древнего норвежского леса. Однако ему нужно проверить свою догадку, и если остальные узнают, куда он направляется, то абсолютно точно не дадут ему это сделать. — Сахароза покажет тебе дорогу, — в итоге медленно произносит Сяо.— Мне нужно кое-что проверить. Итер внимательно смотрит на него пару секунду, отыскивая что-то в янтарных глазах, и, видимо находит, согласно кивая головой. В конце концов, у них у обоих есть мысли, с которыми они пока не готовы делиться. «Я доверяю тебе. Будь осторожен» «Ты тоже»

***

— Ты не замечала ничего странного за Альбедо в последнее время? Напрямик спрашивает Итер, когда они после долгих уговоров все-таки идут в оружейную, старательно пытаясь подавить нервозность. Его взгляд мечется по стенам очередного коридора, а пальцы выстукивают сумбурный ритм в ожидании ответа. Не то чтобы Итер и Сахароза не ладили, скорее не особо контактировали. Ее лучшая подруга была его сестрой, его лучший друг был лучшим другом и ей, и прочее и прочее. Находились постоянно в одном кругу друзей, однако слишком разные личности, мировоззрения, увлечения. Ни одного из них это не тяготило. Но сейчас это может сыграть против него. Золотистые глаза девушки неуверенно смотрят на него. Она тушуется и, видимо, его собственная нервозность передается и ей, из-за вся ситуация накаляется до предела. — Нет, не думаю, — наконец подает голос, на что Итер задумчиво мычит, и становится еще более беспокойным. Будучи честным, это не то, что он хотел услышать. — К чему ты ведешь? Итер останавливается посреди прохода, смотря прямо ей в глаза и стараясь передать всю серьезность ситуации. Радужка глаз потемнела, а выражение лица стало мрачным. С таким видом редко говорят о хороших вещах. — Я думаю, это не Альбедо — не стал увиливать он. Сахароза неверяще распахивает глаза и смотрит на него так, словно он окончательно чокнулся. Возможно, ему не стоило так сразу сбрасывать бомбу на нее, а плавно подвести, но- Вообще, слова – не его конек, и за него больше выражали мысли действия. Так что, увы. Девушка несколько раз открывает, а затем вновь закрывает рот, так и не найдя ответа. Тишина затягивается, и Итер хмурится. — Шутка! — резко вскрикивает он, поднимая руки вверх, заставляя Сахарозу вскрикнуть, а потом облегченно выдохнуть. — Правда? — Нет, я просто хотел разрядить обстановку. — Итер пожимает плечами, и даже если Сахароза неверяще смотрит на него, как на идиота, его это слишком веселит, чтоб он жалел о своем действии. Однако следом тяжелый вздох невольно вырывается из него, а предательские нотки обиды вплетаются в голос. — Ты мне не веришь. Он не хотел, чтобы это звучало так обвинительно, но не может справиться с эмоциями. — Нет, я не-! – она тревожно поднимает на него взгляд, очевидно не желая задеть. Ее руки повисают в воздухе в неуверенности. Но вспыльчивость Итера родилась очевидно первее него, из-за чего он раздраженно выдыхает, разворачивается и уходит дальше — Конечно. Не важно. Забудем об этом разговоре. — Погоди! — девушка мгновенно устремляется за ним, хватая его за открытую кожу предплечья, и в ту же секунду восклицает — Ты горишь! На что в ответ Итер бормочет: «Ну, это объясняет постоянные головные боли». Ее рука ласково прислоняется к его лбу и судя по тревожной складке меж ее бровей, дела у него не сахар. От ее заботы ему мгновенно становится не по себе за ту вспышку раздражения, что он позволил себе несколько мгновений ранее. В этом странном месте с его видениями и странными монстрами, он стал намного беспокойнее. На него не похоже так поддаваться плохим эмоциям. — Пошли сходим до комнаты, а следом сходим в лазарет, где ты отдохнешь. — Она знает этот взгляд. Упрямый, упертый, вечно лезущий на передовую, не подумав. — Итер. Я учту твои слова, но давай остановимся и понаблюдаем. Не лезь наражжон, не подумав. Ее голос полон искренней заботы, не оставляя ему выбора. — Ага. — смиренно говорит он. Но даже сам в это не верит.

***

Лес был… живым. И если бы он действительно был человеком, то Сяо назвал бы его последним мудаком за то, что втянул всех его друзей в эту сомнительную заварушку. Сяо пригнулся, прислушиваясь к звукам. По-прежнему глухо: ни звуков птиц, ни шелеста ветра. Это была мертвая, неприятная тишина кладбища за мгновение до того, как что-то нападет на тебя из тьмы. Поступь незаметно стала глуше, абсолютно бесшумной. Рука автоматически нащупала в кармане заряженный кольт, пока вторая вытащила из ботинка нож. Если какая тварь решит напасть на него, Сяо будет готов. Ну, хотя бы частично. Он сомневается, что против тварей это поможет, однако, когда он увидел лежащий спрятанный среди остального хлама револьвер, рука сама потянулась и спрятала его за пояс брюк, пока Сахароза не видела. Из шести зарядов, в магазине осталось лишь четыре добротные пули из серебра. В нынешней ситуации Сяо склонен считать даже эту малость – милостью. Солнце светило сквозь листву, освещая дорогу и окружение. Белый барьер вокруг особняка тоненько трещал, напоминая о их единственной защите, однако Сяо прошел мимо него, смело ступая навстречу опасностям. Его путь шел дальше, сквозь массивные столбы деревьев, где-то глубже к сердцу леса. — Алатус, — прошептал чей-то голос, заставляя Сяо нахмуриться. Ага, да, та самая причина, почему Сяо, словно самоотверженный придурок вообще отправился в лес. — Какого черта? — пробормотал Сяо себе под нос. Это даже не было его именем, так отчего же… отчего же его так тянет узнать правду? Еще когда они с Итером ранее стояли в лесу, прикурив сигарету, он услышал этот зов, и с тех пор тот не оставлял его ни на минуту, раздражая. Если бы он не проверил, то определенно сошел бы с ума. Он хочет пойти спокойно, внимательно осматривая местность, но чем ближе он к источнику голоса, тем более беспокойным становится. Собственное терпение бурлит внутри него, подстегивая двигаться с каждым шагом все быстрее и быстрее. Найти-найти-найти. Словно загнанный зверь он бежит дальше, пытаясь отыскать причину этого блядского голоса. Где ты? Ну же, давай, где ты? Он чувствует себя пойманной рыбкой, чья умелая рука настойчиво дергала его за невидимый крючок. Угроза для собственной жизни воспринималась удивительно отдаленно: нужно найти место, чтоб поспать; нужно разобраться, что происходит; нужно обеспечить безопасное место. Нужно-нужно-нужно, все превратилось в список задач и решений, отчего Сяо сам удивлялся собственному хладнокровию. Страха за жизнь, переживаний, беспокоящих обычных людей не было. — Алатус. Голос звучит то дальше, то ближе, заставляя Сяо петлять меж деревьев. Тропинки не было, лишь собственное чутье да эхо призрачного голоса, который даже не факт, что звучит не только в его голове. Он оборачивается, отслеживая взглядом замок. Несмотря ни на что, он не планирует далеко отходить от местного барьера. Короткая разведка, просто проверить, возможно, он найдет какую-то зацепку– Еще до того, как разум осознает, чье-то присутствие позади заставляет Сяо мгновенно обернуться. В этот его настойчивое видение стоит прямо перед ним. — Алатус. Ритуальные одежды, золото глаз, божественная мудрость, с которой можно лишь родиться. Знакомый голос, знакомое лицо, знакомый взгляд. Наконец Сяо нашел источник голоса. Однако вопреки ожиданиям никакой радости встреча не принесла, лишь первородный ужас наполнил все его тело. Рука стиснула нож крепче.

***

«Я наткнулся на это место случайно. Желая пересечь пепельное море, я брел среди лесов и полей. В какой-то момент я почувствовал, что все вокруг меня неуловимо изменилось. Границы времени стерлись в этом месте, я бродил не то дни, не то часы, пока не наткнулся на этот дом. Меня встретила темпераментная женщина. От нее я узнал, что в доме больше никого нет.

Какое странное место.

Но когда я прогуливался поздней ночью, в стенах коридора мне повстречалось нечто. Я встречал разный чудовищ во времена своих путешествий, но это.. Кожа слезала с него, подобно шкуре змеи, а сам он менялся с хриплыми рыданиями, пока не обратился в человека. Я знал эту внешность — он принял облик моего сына.

Но я знал, что это не может быть он.

Следом он обернулся и посмотрел прямо на меня.

В его глазах не было ничего человеческого.»

— Чего ты хочешь? — появляется из угла Альбедо. Итер захлопывает пожелтевшие листы блокнота, убирая тот в сторону и чувствуя наконец подобие умиротворения. Сахароза ему не верит, а времени искать Сяо, пытаться что-то доказать ему, — у него нет. Каждая секунду, что они тратят на разбирательства, в это время, Альбедо, возможно, отчаянно нуждается в помощи. И Итер не простит себе пропущенное время. Если он ошибся, да, ладно, он признает свой косяк и извинится. Но если он прав. Если он прав, он нахрен вырвет глаза ублюдку. Прикончит собственноручно за то, что посмел тронуть его друга, и, Итер клянется, лучше бы с ним было все в порядке. Видимо, что-то такое и сам Альбедо видит в его глазах. Ощетинивается, невольно принимает защитную стойку, готовясь к нападению, смотрит исподлобья так, что не будь у Итера нервы не в порядке – испугался бы. — Мелочь. — Итер улыбается уголками губ. — Помнишь, я спросил тебя про нашу первую встречу? — О, да. Насчет встречи в библиотеки. Альбедо и сам слегка расслабляется, улыбаясь. Напряжение слегка спадет с его плеч, в то время как сам он небрежно облокачивается поясницей о стену коридора, в которой они стояли. — Нет, никаких проблем. — Итер небрежно отмахивается от его слов, его жесты легкие, нарочито дружелюбные, нарочито небрежные, нарочито безопасные. — За исключением того, что никакого падения и близко не было. Пусть Сяо, Сахароза и Альбедо познакомились случайно, благодаря счастливому случаю, что касается Итера, то он сам к ним подошел на перемене, сверкая дружелюбной улыбкой и придумав идиотский предлог про статью. Сейчас же та самая дружелюбная улыбка мгновенно сползает с его лица, словно глубокие воды водопада, бьющиеся о камень. Итер переводит серьезный взгляд , смотря ему прямо в глаза. — Кто ты? И где настоящий Альбедо? “Альбедо” тоже больше не улыбается.

***

Альбедо мысленно пообещал себе никогда не соглашаться на сомнительные поездки Итера, особенно с подачи Эйдзо. Во-первых, то, в какой он ситуации сейчас находился, не подходило ни под одно определение «комфортный кемпинг». Во-вторых, он чувствовал себя немного вымученно, поэтому вредничал. Говоря про ситуацию Альбедо мягко преуменьшил отвратительное положение, в котором оказался. Неизвестный дом посреди леса Норвегии и странные существа, утаскивающие посреди ночи в неизвестный подвал. По крайней мере, Альбедо надеялся, что это подвал. Ему было немного стыдно за тот немужественный крик, который он издал на балконе. В его защиту, существо действительно было ужасающим. Даже природное любопытство Альбедо к неизвестному не умаляло его ужаса. Итак, его вырубили и бросили в этом… месте. Не менее странном, чем все, что было до этого. Любопытно, что существо не съело его, не убило, а просто оставило его здесь. Однако видит Господь, лучше бы существо его убило. Здесь темно, холодно и сыро. В этом месте нет стен или потолка. Пустое безмерное пространство, окутанное туманом. Альбедо не знает, провел он здесь день, пару часов или же месяц. Границы времени смазываются, оставляя пугающую дезориентацию. Но помимо этого, оно подкидывало ему видения. И черт бы с ними, если бы помимо этого это место не питалось его негативными эмоциями. С каждым негативным чувством, место высасывало из него жизнь. — Альбедо! — прозвучал чей-то голос. Он знал. Конечно, он знал его. В детстве Альбедо никогда не боялся страшных сказок. Он знал, что самые опасные монстры всегда принимают человеческий облик. Данное место действовало хитрее, чем Альбедо ожидал. Оно не мучало его физически, – оно психологически давило. — Старший братик Альбедо… Неизвестная маленькая девочка умирает у него на глазах. Ужасно. Неминуемо. Альбедо не может даже оказать ей первую помощь, так как он еле может встать с места, вынужденный быть безымянным наблюдателем. У девочки светлые волосы, скрывающие в себе солнце, очаровательная красная шапочка и в цвет ей одежда, которая так хорошо скрывает кровь с раны. На несколько мгновений Альбедо мог бы притвориться, что все в порядке, и она не ранена, если бы ее не рвало кровью прямо у него на глазах, пока он заверял малышку, что все хорошо, хотя черт возьми, во всей ситуации не было вообще блять ничего хорошего. — Братик Альбедо, почему так больно? Когда боль наконец прекратится? — Кли… Определенно, любая маленькая девочка, умирающая на его глазах, вызовет ужас. Однако здесь есть еще нечто иное. Альбедо не знает ее, а потому не может объяснить тот леденящий ужас, холодящий его сердце. Это не должно было быть так больно — однако болит так, словно грудную клетку пришпорили надвое. Эти чувства есть, и их никак не унять, и Альбедо с тоской думает, что эта боль — не от вытягивания из него сил. Тут что-то глубже. С каждой секундой ее шепот становится все тише. Она так близко, в трех метрах от него, Альбедо чувствует, как что-то горячее стекает по его лицу, но у него нет времени понять, что это. Его руки дрожат, не то от боли, не то от внутреннего отчаяния, однако он все же заставляет себя приподняться. Каждое действие отнимает намного больше сил, все тело Альбедо онемело от странной парализующей боли. Словно он стал единым сгустком боли, и каждое движение лишь усугубляло положение. Это не то, что может выдержать спокойно обычный человек, и уж точно не изнеженный студент из Германии. Он лишь желал продолжать исследования в университете, познавать новое, общаться с малым кругом друзей. Как он вообще умудрился оказаться в такой ситуации? Его тщедушное тело еле ползет по полу — ноги отчего-то не двигаются, — пока он не подходит вплотную к телу девочки. Прижимает, баюкая в своих объятиях, прислоняется своим лбом к ее, заполошно шепчет: «Нет, нет, нет» — единым словом, безостановочно, испытывая такое колоссальное количество отчаяния, что на пару мгновений Альбедо ощущает себя парализованным от боли и страха. А затем это происходит. Боль, бьющая по всем нервам. Альбедо знал это еще в первый день, когда он, только очнувшийся, метался по комнате, пытаясь отыскать выход, когда отчаянно пытался докричаться до помощи – если он хочет выжить, ему нельзя позволять себе негативные эмоции. — Хватит, пожалуйста, хватит, прекратите- «Больно, больно, как же больно, вырвите мне сердце, заберите душу, но, молю, заберите эту боль» Однако все это меркнет, выносится за границы сознания, оставляя белое марево боли. Альбедо искренне надеется, что потеряет просто сознание, он лишь хочет избавления от боли и страданий, но это было бы слишком милостиво для него. Он прячет лицо в ладонях, дабы мир никогда и не за что не увидел. Его плечи содрогаются, а лицо жжет от влаги — словно прикоснулись раскаленным железом. Он теряет счет времени, скрючившись на бетонном холодном полу в позе эмбриона, пытаясь убаюкать свое тело. Когда он открывает глаза в следующий раз, девочка исчезает, как и все видения до нее, оставляя противный осадок в душе. Альбедо знал, что это лишь галлюцинации, и все же не мог избавиться от ощущения потери чего-то важного. Кем она была? Почему казалась такой важной? Зато появляется другое видение. — Наконец, теперь я займу это место. Его точная копия. Его лицо, его волосы, его телосложение — абсолютно все идентично. Торжествующая ухмылка сияет на его лице, вызывая злость. Кто-то другой, не он, но его идентичная копия, словно он смотрит в зеркало, возвышается над ним, замахиваясь мечом. На периферии сознания отчего-то мелькают воспоминания, как он с родителями смотрел фильм о короле Артуре, там как раз бы такой же меч. Как глупо. Его сейчас убьют, а он думает о подобных вещах в такой момент. Вновь кто-то хочет занять его место, отнять у него радость рождения. Он знает это чувство. Оно ускользает за его пределы внимания. Что это? Где он его чувствовал? Чем больше он злится, тем более бессильным ощущает себя. Он не был против умереть, если это спасет мир от него, однако напрасное жертвование жизни никогда не было про Альбедо. Однако его полностью истощенное тело отказывается двигаться, а привычная боль вновь бьет по нервным окончаниям, подобно разряду электричества. Это место добилось своего. Альбедо пуст. В нем больше не осталось ничего от его души. Она истончилась, забранная в чужие жестокие руки. Пустая оболочка, у которой нет причин двигаться или жить. Сосуд. Не человек. Однако именно в тот момент, когда это место забрало у него все до капли, не оставив в его жизни ничего, когда Альбедо думает, что это его конец — осознание вспышкой загорает где-то на подкорке сознания – он наконец понимает. О, ну конечно. Это всегда было так просто. Мысль похожа на чувство нового гениального открытия, однако на самом деле, он знал это всегда, просто не замечал. Ему, что даже не был человеком, что был создан искусственно, у которого и души нет. Разве ему вообще позволены такие эмоции? — И как я мог быть так глуп? — смеется про себя Альбедо. Он поднимает взгляд. Больше он не собирается отсиживаться здесь.

***

Мир так прост. Есть две самые важные точки — горящие, словно звезда, ослепительные и неминуемые — и великая оглушительная пустота между ними. Когда-то было начало. Великое королевство, парящее в небесах. Белоснежный замок, принц и принцесса, множество верноподданных, а также болезнь, пожирающая все на своем пути. Когда-то был конец. Круг замкнулся, и начало стало концом. Белоснежный замок остался белоснежным замком. Чума стала катаклизмом. А множество верноподданных — незнакомцами, от вида которого щемило сердце так, что становилось больно. Она не замечает, в какой момент хлесткие ветки становятся горящими зданиями, под аккомпанемент сотканного реквием из печали и смертей. О славная, милая Каэнриах, думает Люмин с грустной тоской. А потом картина меняется, как меняется картина калейдоскопа неосторожным движением руки. Резкий спад или смена, она не знает, но единственное, четким клеймом на подкорке сознания – ее брат, Итер, оставшийся где-то извне. Его нет по правую сторону, теперь там пустота, невыразительная черная дыра. Она помнит это губительное ожидание длиною в вечность. Словно мороз по коже. Холод, струящийся внутривенно. Онемение всего тела. Она так скучала по нему все эти пятьсот лет, не в силах понять, что произошло? Где он? Он все еще жив? Боги, пожалуйста, хоть бы он был все еще жив. Отчаяние захватывает ее с головой, перекрывая доступ к кислороду. Ей нужно собраться и продолжить путь. Ей нужно спасти Каэнриах Ей нужно не дать их славному королевству погибнуть. Ей нужно успеть- Ей нужно- Люмин просыпается.