Свадебный переполох

      Остаток вечера для Сяо Чжаня прошёл как в дурмане. Он почти не слушал ведущего, был рассеян к соседям по столику и чуть не пролил вино на скатерть. А всё по тому, что его взгляд почти не отлипал от Ибо. Отвлечься даже на свадебный торт удалось с трудом. Сяо Чжань не заметил, как прикончил его: на языке остался мятный привкус крема и ягодной желейной прослойки.       Ибо тоже разделался со своим куском в считанные мгновения. Он так часто и подолгу оглядывался, что можно было заработать защемление шеи. Сяо Чжань, безумно польщённый таким вниманием, тщетно пытался перестать думать о том коротком, но пылком поцелуе. Уши, щёки, шею, да и всё остальное нестерпимо пекло, стоило предположить, что они, возможно, продолжат завтра… Или даже сегодня?       Сердце забилось в опасении и предвкушении. Сяо Чжань глотнул чая, поймал губами ломтик лимона. Хоть тот и оказался тонким, как бумага, но, даже оттенённый чайным вкусом, оказался на редкость кислым. Сяо Чжань скривился, а спасением стала солнечная улыбка Ибо. Он сочувствующе качнул головой, волнистая чёлка повторила движение, и Сяо Чжаню полегчало. Он не мог налюбоваться на буйный румянец на круглых щеках, хотелось поцеловать их, вжаться носом в скулу и вдохнуть аромат парфюма. Сяо Чжань не успел распознать его. Мята и амбра? Вербена и мускус?       Дайте ему ещё пару секунд, он справится с задачей.       Однако надежды не осуществились. После того, как уехали молодые, вечеринка свернулась. Гостей тут же рассадили по машинам и мини-автобусам. Сяо Чжань надеялся, что они с Ибо поедут вместе или хотя бы в один отель. Но для танцевального бэнда «UNIQ» был заказан персональный минивэн, а Сяо Чжаня затолкали в авто с двумя тётушками. Вяло кивая на рассказ, который завела госпожа Чжан, Сяо Чжань поглаживал тыльную сторону кисти, которой незаметно коснулся Ибо, сходя с крыльца. Минивэн уехал в противоположную сторону, увозя с собой неистовое желание Сяо Чжаня оказаться там, куда бы в итоге он не приехал. Лишь бы с Ибо.       Казалось, он не уснёт до утра, так и будет наблюдать через окно, как светлеют небеса, но переполненный эмоциями и свадебными блюдами, вырубился за пару минут.       Сяо Чжань не поставил будильник, но его разбудил звонок администратора. Сюань Лу и Цао Юйчэнь заблаговременно заказали для него эту услугу.       Пробормотав что-то неразборчивое в ответ, Сяо Чжань откинул одеяло и сел на постели. Гораздо приятнее было бы проснуться от звонка Ибо или хотя бы сообщения, но они не обменялись вичатами. Конечно, ещё лучше было бы проснуться от прикосновений нежных губ или требовательных рук….       По телу прошла волна предвкушения, осев внизу живота, где, собственно, уже всё было напряжено после ночи. Все эти сладкие грёзы вполне могли сбыться вчера, если бы Сяо Чжань положил болт на свою гордость, благочестие и доброе имя. Но он ведь такой правильный, и, после самого первого в своей жизни раза, секс на первом свидании не практиковал. Однако с Ибо хотелось отступить от всех правил. Создать свои собственные.       Несмотря на количество выпитого вчера, голова была ясная. Сяо Чжань зевнул и расслабленно потянулся, когда прилетело сообщение от Сюань Лу:       «Жди нас через час в холле. Целую. Твоя цзецзе».       Сяо Чжань быстро выпутался из одеяла и помчался в ванную.       Он думал, что соберётся гораздо за меньшее время, казалось бы, чего там собираться? Душ он принял минут за семь, быстро высушил волосы, а всё оставшееся время страдал над гардеробом. Вернее, его отсутствием. Собираясь на свадьбу, он побросал в чемодан первые попавшиеся вещи, не предполагая, что придётся наряжаться. Откуда ему было знать, что он встретит свою судьбу?       Со стоном проигравшего он отбросил в сторону толстовку. Вещи, прежде идеально подходящие друг другу, сейчас совершенно не сочетались. Свитшот вместе со свободными брюками казался пижамой. В таком наряде только мусор выбрасывать, а не приличным людям на глаза показываться.       В итоге Сяо Чжань остановился на узких джинсах и светлой рубашке в тонкую полоску. Белый верх, чёрный низ, почти классика. Чтобы немного исправить впечатление он закатал рукава, а потом остервенело расправил обратно. Зачем притворяться тем, кем не являлся? Если он интересен Ибо, то любым, так ведь?       Когда он с колотящимся от волнения и быстрого бега сердцем вылетел в холл с пятиминутным опозданием, его уже ждал эскорт из двух вместительных кроссоверов. Вся честная компания тоже была здесь и весело гомонила. Сюань Лу в бриджах и белоснежной тунике, подвязанной кожаным пояском, придерживала шляпу с широкими полями и жмурилась на солнце. В ушах мерно покачивались кольца-серьги, а бордовая помада эффектно затемняла губы.       Цао Юйчэнь не отводил от супруги взгляда. Одетый в однотонную футболку и бриджи песочного цвета, с перекинутой через плечо сумкой он смотрел на Сюань Лу с такой нежностью, что вокруг могли расцвести сады. Он придерживал её ладонь, ласково поглаживал пальцы. Особенно тот, что с кольцом.       Вместе молодая пара смотрелась гармонично и стильно, как с рекламного буклета. Причём, рекламировать они могли, что угодно: одежду, аксессуары, чёрный блестящий «Chery» позади, или что-то и вовсе отстранённое.       «UNIQ» тоже были тут. Слишком активные и весёлые, они не могли устоять на месте, и казались размытыми пятнами: яркие рубашки и футболки, шорты и бриджи, цветные пряди в волосах, блестящие аксессуары.       Сяо Чжань всего на миг потерялся во всём этом многоцветье, а после его взгляд словно раздвинул пространство. Ибо стоял в центре круга, как в раскрытой чаше цветка. Сейчас в нём с трудом можно было узнать ухоженного аристократичного красавца, коим он предстал вчера. Однако этот свежий дерзкий образ шёл ему не меньше.       Джинсовая жилетка поверх белой футболки градиентом переходила от голубого до тёмно-синего. Голени Ибо в свободных бриджах казались слишком тонкими и гладкими. На них и правда оказалось не так много волос, и в Сяо Чжане немедленно проснулся исследовательский интерес. Задачей номер один стало выяснить, везде ли у Ибо так.       Кисти тот держал в карманах и с трудом в них помещался. Это уже становилось фетишем номер… сколько? Сяо Чжань сбился со счёта.       Волосы Ибо сегодня не уложил или делал это в спешке. Они не были стильно разделены, и чёлка покрывала весь лоб, придавая Ибо ещё более мальчишеский и разбойный вид. Рыжеватые на солнце пряди, слегка завиваясь, опускались до самых глаз. Из аксессуаров, помимо серёжки в ухе, прибавился ряд цепочек на шее.       Сяо Чжань уже успел расстроиться, что оделся слишком неподходяще для прогулки, но бриджей, а тем более шорт, в его гардеробе отродясь не водилось. Однако Ибо развенчал его опасения. Его взгляд окатил огненным штормом, и Сяо Чжань вспыхнул, ещё даже не покинув кондиционированной зоны. Раздвинув друзей, Ибо решительно шагнул к нему, но Сюань Лу заметила брата первой:       — А вот и наш Чжань-Чжань! — она подплыла и снова, как вчера, обхватила его за локти. — Как тебе спалось?       — Прекрасно! Спал как убитый, даже снов не видел. Здесь хороший воздух.       — А ты думаешь, почему я сбежала из Пекина? Тут я распрощалась с бессонницей, — заговорщически подмигнула ему Сюань Лу и убрала на спину тяжёлые длинные волосы.       — А я думал, из-за меня, — надулся Юйчэнь.       — Ты вне конкуренции, — Сюань Лу тут же развернулась к нему с очаровательной улыбкой.       Ибо использовал момент, пока они воркуют, чтобы подойти и пожать ему руку.       — Доброе утро! Ты и правда прекрасно выглядишь. Свежо.       — Какая неприкрытая лесть, Ван Ибо! — беззлобно хмыкнул Сяо Чжань, пытаясь продлить соприкосновение ладоней ещё хотя бы на мгновение. — Свежо по утрам я перестал выглядеть лет пять назад.       — Заметь, ты это сам сказал, — Ибо приподнял бровь, а потом таки отступил, пропуская вперёд крепкого парня с беспорядочной каштановой копной.       — Секрет вечной молодости прост: нужно быть влюблённым, — бодрым голосом отозвался тот и протянул руку. — Привет! Меня зовут Ким Сонджу. Я не представился вчера, и за это парни всю дорогу отчитывали нас с Исюань-гэ.       Высокий, с виду серьёзный Чжоу Исюань тоже оказался рядом.       Сяо Чжань, не без смущения, пожал протянутые руки. О нём говорили вчера? С языка чуть не сорвался ряд уточняющих вопросов, но между ним и Ибо всё ещё было достаточно шатко. Они только-только перекинули верёвочный мост между своими берегами, и ещё даже не постелили доски. Он сам, к примеру, далеко не сразу признался друзьям, и, хоть его поняли и приняли, он не смел подставлять Ибо, открыто демонстрируя свои быстро крепнущие чувства.       Однако взгляд, как сорвавшуюся конную колесницу, невозможно было удержать. Ибо старательно делал вид, что сказанное не имело к нему отношения. Вот только кончики ушей заалели, а язык несколько раз настойчиво скользнул по губам. Сяо Чжаню тоже захотелось пить. От столь завораживающего действа в горле пересохло. Слова могли обмануть, тело — нет. От подобной невольно выданной честности у Сяо Чжаня замолотило сердце. Он уже успел поверить, что больше никогда не испытает таких сильных чувств.       — Итак, куда едем сначала? — спросил Сынён. — Вы что-то говорили про парк аттракционов?       — Вообще-то просто про парк, — ответил Юйчэнь, — но идея мне нравится, почему бы и нет? Никто же не против?       Возражений не поступило. Сяо Чжань сто лет не катался на каруселях и в принципе желанием не горел, однако не стал портить веселье. Он ведь мог пригодиться, как кинооператор, поснимать, как визжат другие.       — Прямо сразу кататься? Я хотела показать гостям парк Лунного озера. Может, аттракционы и пляж отложим до вечера? — вступила Сюань Лу.       Юйчэнь задумался. Хотелось угодить и жене, и друзьям. Пока они спорили, Ибо незаметно подошёл к Сяо Чжаню.       — Ты завтракал?       — Нет, я по утрам обычно не завтракаю, — беспечно улыбнулся тот, однако его желудок сегодня выступил против него, издав почти неприличный звук.       К счастью, его услышал только Ибо. Он кивнул, словно другого и не ожидал, и беспардонно вторгся в оживлённое обсуждение:       — Может, перекусим для начала? Как-то не улыбается шастать на пустой желудок.       — О, кто-то снова спал, как сурок, и не успел на завтрак? — усмехнулся Юйчэнь.       — Ты не представляешь, с каким трудом мы его добудились! — хмыкнул Вэньхань, а Ибо шикнул:       — Скакали втроём по моей кровати! Притащили бы пожрать, я проснулся бы быстрее!       — Вообще-то, я не отказался бы от кофе, — поддержал Ибо Юйчэнь.       — Тогда едем на озеро, там много ресторанов на берегу, — предложила Сюань Лу.       — По коням! — обрадовался Сынён и первым шагнул к автомобилю.       Но не успел он открыть дверцу, как его окликнул Ибо:       — Сынён, давай ты поедешь в другой машине. Чжань-гэ, думаю, будет интереснее поехать с сестрой и…       — Гэ скучно с нами? Разве мы недостаточно весёлые? — ахнул Сынён.       Он заговорил слишком резко, и тихое «…и мной», сказанное Ибо, услышал только Сяо Чжань. И был благодарен, что Ибо запихнул его в салон, потому что уши запылали.       — Ты слишком много говоришь. Как тебя вообще дома терпят? — заявил Ибо Сынёну, быстро шмыгнул следом за Сяо Чжанем и захлопнул дверь.       — Эй, а ты куда? Бросаешь друзей, предатель! Эй, Исюань-гэ, полегче! Ибо, я с тобой теперь не разговариваю! — Пока его уводил Исюань, Сынён разорялся и обогащал лексикон окружающих меткими выражениями на корейском.       Оказавшись в салоне, Сяо Чжань не успел отодвинуться, поэтому Ибо мало того, что уселся на его кисть, так ещё и вынужденно прижался жарким и твёрдым телом. Сердце заколотилось, как чёртов отбойный молоток, и Сяо Чжань не сразу додумался освободиться.       — Извини, иногда он драма-квин, — повинился Ибо.       Несколько прядей на его лбу уложились заманчивыми завитками, Сяо Чжань словил акцент сначала на тёмных глазах, потом на слишком ярких на светлой коже губах. От них тянуло ледяной свежестью мяты и прожаренным миндалём в горьком шоколаде. Похоже, Ибо сменил заправку электронной сигареты. Целоваться захотелось так, что губы закололо. Ибо ведь мгновение назад сидел на его руке своей шикарной задницей.       Сяо Чжань, утопая в его глазах, всего на мгновение позволил себе пофантазировать о том, что было бы, останься они одни в машине. Как отдались бы голодной страсти поцелуев, ощутили плавящий жар ладоней, какую нетерпимость проявили бы в обращении с мешающей одеждой и насколько бы стало всё равно, останутся ли следы на коже.       У этой модели авто оказался достаточно вместительный салон, на широком заднем сидении можно было улечься вместе. Хотя Сяо Чжаня больше привлекала двухэтажная конструкция… Кровь мгновенно устремилась вниз живота, и, чтобы предотвратить это, он отодвинулся. В этот момент Сюань Лу как раз взглянула на них через зеркало заднего вида.       — Всё нормально? — спросила она с улыбкой. Юйчэнь сел на место водителя и уже заводил мотор. Пока Сяо Чжань пытался справиться с голосом и ответить более-менее без палева, Ибо его выручил:       — Да, поехали. — И отвернулся к окну с отстранённым видом. Точно не он мгновение назад взглядом раздевал и раскладывал Сяо Чжаня на автомобильном сидении. Вскоре тот обуздал эмоции и был способен поддерживать непринуждённый разговор.       Парк Лунного озера оказался поистине уютным и живописным. Сяо Чжань и не ожидал, что прямо в центре достаточно шумного, хоть и не сравнимого с Пекином, города окажется настолько умиротворённый уголок. Казалось, тут всё дышало стариной: мосты, переброшенные через узкие каналы, каменные лестницы и скульптуры, беседки и храмы. Сяо Чжань подумал, что хотел бы увидеть этот парк вечером, в мягком электрическом свете фонарей. А ещё лучше осенью. Осенью в парках всегда особая чарующая атмосфера.       Местных и туристов было предостаточно. Издалека они увидели комплекс Тяньи. Библиотека встречала вогнутым скатом крыши, увенчанным драконами и прочими мифическими существами. Золотая отделка на чёрном фасаде смотрелась богато. Заходить на территорию комплекса они не стали, а расположились у озера, под ивами, неподалёку от лодочной станции, где от воды заманчиво тянуло холодком.       Ещё не все расселись, как Ибо уже вышел из кафе с двумя тарелками еды. Одну поставил перед Сяо Чжанем.       — Эй, а нам? — снова завёлся Сынён, позабыв о том, что некоторое время назад пообещал не разговаривать с Ибо.       — У меня всего две руки. Идите и забирайте, я на всех заказал.       Сяо Чжань, покраснев, как начинка первого съеденного им танъюаня, подумал, что друзья Ибо что-то подозревают. Он раскусил клейкий рисовый шарик, прожевал красную фасоль и с удовольствием облизнулся.       — Вкусно? — спросил Ибо и, дождавшись восхищённого взгляда, подцепил танъюань из своей тарелки и переложил ему: — У меня со свининой и капустой, попробуешь?       Сяо Чжань чуть не подавился. Подозрения почти сразу получили веское подкрепление. Ему было приятно, что за ним ухаживают, но неловко от того, что на виду у сестры и её супруга. Он ещё не знал ничего об их мнении, вдруг он слишком плох для Ибо? Стар, скучен, неинтересен? Да и друзья Ибо могли не принять его, Сынён, к слову, очень своенравный, и готов биться за внимание Ибо.       Что ж, чем больше он думал, тем меньше ел. Отложив на время мысли, Сяо Чжань с подачи Ибо попробовал ещё и сладкий вариант клейких шариков: с имбирём и сиропом, а после — рисовый пудинг с османтусом.       Ребята завели разговор о всякой ерунде, а Сяо Чжань вдруг заметил, что мочка правого уха Ибо тоже когда-то была проколота.       — Как ты порвал ухо? — спросил он, глядя на рассекающий мочку заживший шов.       — Что? — распахнул глаза Ибо. — Ах, это. Неудачный опыт, так скажем.       От того, как он почти стыдливо прикрыл ухо, Сяо Чжань, конечно же, подумал о неприличном: слишком страстный партнёр, слишком жаркий секс…       — По лицу вижу, насочинял что-то далёкое от правды, — Ибо мгновенно интерпретировал застывшее выражение лица Сяо Чжаня. — Я сорвал серьгу, когда свалился с доски. Тогда я только начинал, сейчас я гораздо лучше катаюсь, — он тут же выпятил грудь, и Сяо Чжань понял, чего Ибо стеснялся: показать себя перед ним несовершенным.       — Покажешь? — спросил он почему-то приглушённо, словно делал это их секретом.       — Конечно, гэ! Watch me! — Ван Ибо просиял и в мгновение ока умчался.       — Куда-то это он? — опешил Сонджу, глядя вслед удаляющейся спине.       Сяо Чжань пожал плечами, но ответ обнаружился спустя пару минут.       Раздался характерный звук шуршания колёс по асфальту, и в поле зрения показался Ван Ибо. Удостоверившись, что его появление не осталось незамеченным, он тут же сделал несколько разворотов в качестве разогрева, а после подпрыгнул вверх. Скейтборд остался под ногами, словно прилип. Ибо повторил трюк для закрепления, а после остановился.       — Вау, сейчас что-то будет! — ахнул Сынён, но Сяо Чжань и сам уже это понял.       Щёлкнув задней частью доски, Ибо оттолкнулся и взял разгон. Буквально через мгновение скейтборд оторвался от земли и полетел через ряд ступеней. Сяо Чжань испугался так, что вскочил на ноги, чуть не перевернув стол. Воображение нарисовало страшную картину неудачного падения, разбитые в кровь локти и колени, содранную кожу и, дай бог, если обойдётся без сломанных конечностей… Однако колёса приземлились на асфальт чётко, а Ибо, ловко маневрируя, развернулся и просиял.       — Уши откручу… — прошептал с облегчением Сяо Чжань.       — Гэ, не переживай так, Ибо офигенно катается! — гордый другом, расцвёл Сынён. — Всё время, когда не танцует, тренит на доске.       Сяо Чжань сел и залпом допил кофе, даже не почувствовав вкуса. И чего он вообще перепугался? Ибо удавалось всё, за что он брался. Талантов у этого мальчишки оказался целый вагон. Сяо Чжань не мог отвести взгляда от его ног. Они лишь с виду казались тонкими, сейчас же напрягшиеся мышцы завораживающе красиво вырисовывались под кожей. Сяо Чжань выдохнул, смиряясь с наваждением.       Продемонстрировав ещё несколько заковыристых фигур, Ибо вернул доску одолжившим её подросткам. Глаза у парней горели восторгом. Друзья встретили Ибо поощрительным улюлюканьем. Тот же смотрел только на Сяо Чжаня.       — Ну как? — буквально потребовал он ответа.       — Похоже, ты только что нехило смотивировал тех пацанов, — ответил тот. — Очень круто, хоть и опасно.       — Да, гэгэ так перепугался, что пришлось спасать тарелки, — начал Сынён. — Вэньхань, ты чего толкаешься, тебе места мало?       Довольная лыба Ибо могла разогнать тучи в хмурый день. Он уселся на стул с гибкостью жаждущего ласки кота, толкнул Сяо Чжаня носком ботинка, а после прижался коленом к бедру. Сяо Чжань списал это на случайность.       После они снова гуляли в парке, но, видя, что молодёжь жаждет чего поинтереснее, Сюань Лу повела их в торговый район.       — Раньше здесь был храм городского Бога Нинбо, а теперь это рынок, где можно прикупить всяких мелочей по выгодным ценам.       Здесь пахло специями и запечённой говядиной в кисло-сладком соусе. Сяо Чжань любил такие уютные улочки в старых кварталах. И пусть сейчас тут сновало полно людей, он совершенно не смущался. Каблуки мягко стучали по выложенной брусчастке. Ступая в потоке, Сяо Чжань старался незаметно задевать пальцами кисть Ибо. Если тот не успевал раньше. Отчего с лица не сходила совершенно глупая и счастливая улыбка.       Ну точно подросток на первом свидании. Он уже и забыл, когда так робел в последний раз, но истомившееся без любви сердце сейчас заходилось от волнения.       Внезапно улицу огласил хип-хоп трек. Ибо достал надрывающийся телефон и принял вызов. Он остался на улице, а остальные двинулись в продуктовый магазинчик. Сяо Чжань сиротливо обернулся на пороге, и Ибо, даже увлечённый разговором, поймал его взгляд и кивнул.       Сяо Чжань поднялся по ступенькам, опираясь на деревянные перила. Ему нравились такие небольшие заведения. Все товары лежали на полках в строгом порядке, а те, на которые назначили скидку, лежали в больших плетёных корзинах в центре зала. В хорошо кондиционируемом воздухе пахло лавандой.       Взяв из холодильника минеральную воду без газа, Сяо Чжань расплатился и поискал глазами разбежавшихся. Сюань Лу выбирала сладкую воду, Юйчэнь — сигареты, из-за высокого стеллажа слышались громкие голоса мальчишек.       — Это господин Пак звонит! — воодушевлённо начал Сынён. — Сюань-гэ, ты же тоже слышал, как Ибо поздоровался?       Сяо Чжань больше ничего не хотел и уже раздумывал пойти на выход, вдруг Ибо закончил разговор, и можно побыть наедине, как резко заинтересовался леденцами от кашля. Внезапно стало очень сложно выбрать из такого многообразия!       — Да, похоже, господин Хань дал добро, — ответил Исюань.       — Чёрт, это же фантастические новости! Мы вернёмся в Корею! Я жесть как соскучился!       Сяо Чжань чуть не выронил леденцы с мёдом и лимонным соком из задрожавших пальцев. Корея? Ибо уедет в Корею? И их отношения закончатся, толком не начавшись? Вот уж поистине курортный роман: влюбился в первый день, расстался во второй. На таких скоростях Сяо Чжань ещё никогда не встречался.       Так значит, Ибо изначально не имел серьёзных намерений? И затеял всё развлечения ради? Ну, а на что, собственно, он, наивная душа, надеялся? Он слишком скучен, чтобы заинтересовать такого крутого парня. Если только «этим самым», но разве уж такая проблема найти кого-то на ночь?       Сяо Чжань больше не слушал, как парни предавались ностальгии по родному городу, как вспоминали прогулки и развлечения цветущей молодости. Он мгновенно возненавидел и господина Пака, и Корею с ни в чём не повинными жителями, и самого главного виновного…       — Это для меня? Спасибо за заботу, — раздался за спиной знакомый низкий голос. Сяо Чжань обернулся и нахмурился на сияющее лицо Ибо. — Эй-эй! Полегче! Ты же ещё не купил. Вот это силища, Чжань-гэ, надо же! У меня через шесть лет такая же будет?       Усмехаясь, Ибо один за одним разжал пальцы, смявшие в кулаке картонную пачку леденцов. Ещё и это! Прекрасно.       — Вот сам и расплатишься. Тебя кстати друзья ждут. С новостями, — бесстрастно выдал Сяо Чжань и быстрым шагом спустился по ступенькам. Перед тем, как толкнуть дверь в жару, он уловил растерянное выражение лица Ибо и почувствовал, что перегнул, но обида была слишком яркой и сильной. Слишком… детской.       Он не успел сделать и десяти шагов, как кто-то налетел на него со спины. Сяо Чжань попробовал вырваться, но чёрта с два получилось. От Ибо было не легко отделаться, и Сяо Чжань в очередной раз подумал, какой он наивный, если захотел от него сбежать. Просто за ним никогда никто не бежал после ссоры, какой бы незначительной она ни была, и сейчас он даже не подумал сопротивляться.       — Ибо… куда ты меня? Эй! — голосил он, пока тот, будто клещами вцепившись в локоть, тащил его под низко склонённые ветви рододендрона.       — Так, а теперь рассказывай по порядку и вкрадчиво, — Ибо развернул его к себе, но не отпустил. Посмотрел исподлобья. — Что опять с моими друзьями? Они что-то сказали?       Сяо Чжань приготовился до последнего стоять на своём, доказывая, что всё прекрасно, радужно и весело. Он чувствовал себя бутылкой шампанского, из которой вот-вот выбьет пробку, однако, когда пальцы Ибо перестали давить на локти, а мягко загребли кожу, всё раздражение смыло пенной волной.       — Да нет, — пожал он плечом. — Вернее, да, но не мне….       — Сяо Чжань, пожалуйста! — Ибо легонько его тряхнул. — Я не умею читать мысли. Если ты что-то надумал, я не смогу на это ответить, пока ты не скажешь. Просто спроси меня. Что бы это ни было, я всегда отвечу честно.       Сяо Чжань хотел надуться, но у Ибо был такой обеспокоенный вид, что он устыдился. Но просто… Просто ему до смерти не хотелось, чтобы…       — Ты уезжаешь в Корею?       — Чего? — удивился Ибо.       — Ребята говорили про некоего господина Пака…       — Так ты поэтому раздухарился? — усмехнулся Ибо и, кажется, вздохнул с облегчением. — Да, скорее всего, мы поедем в Корею, но всего на несколько выступлений. Господин Пак давно хочет переманить нас, но долгосрочный контракт у нас с китайским агентством, и уходить мы не собираемся, как бы Сонджу и Сынён не скучали по Сеулу. Конечно, они обрадовались, кто бы не обрадовался. Но не переживай, это ненадолго. Я обязательно вернусь. Кстати, можешь поехать со мной…       Пока говорил, Ибо нежно поглаживал костяшки его кистей, а Сяо Чжань пропустил момент, когда его ладони оказались в плену. И хоть ему не хотелось высвобождаться, прекраснее было бы подойти ближе, обнять крепче и оставить все предрассудки за спиной, но кругом были люди, и если Ибо плевать хотел на безопасность, Сяо Чжань ещё не утратил инстинкта самосохранения. Он мягко высвободил кисти и покачал головой.       — Вряд ли получится вырваться с работы. Я вчерашний-то день урвал с трудом, отпуск у меня только через месяц, так что я… просто буду ждать. Извини, что навёл панику.       — Напротив, мне приятно. Значит, тебе не всё равно, и ты, как и я, серьёзно настроен, — лицо Ибо осветилось неземной по красоте улыбкой. — А насчёт поездки что-нибудь придумаем. Расскажи мне уже о своей работе. Всё обо мне, да обо мне, а мне, между прочим, тоже интересно, чем ты живёшь.       — Будь о чём рассказывать, я бы уже это сделал. У меня, по сравнению с тобой, очень скучная и размеренная жизнь…       — А ты не сравнивай, — перебил его Ибо. — Каждый человек уникален. Плевать, что ты не умеешь делать «инди-грэб» на доске или не берёшь высокие ноты, зато ты умеешь что-то, о чём другие только мечтают.       — Вообще-то, высокие ноты я как раз беру, — заметил Сяо Чжань, но на миг появившееся горделивое выражение сменилось смущённым, когда взгляд Ибо вспыхнул восторгом: — На самом деле это несерьёзное увлечение, мне просто нравится петь. Я брал несколько уроков вокала, чтобы не ударить в грязь лицом перед друзьями в караоке. А теперь они отказываются идти туда со мной, потому что я запою их до смерти, — рассмеялся он, а взгляд Ибо внезапно стал строгим.       — Никогда не поздно начать заниматься всерьёз тем, что искренне нравится. Караоке-бар будет включён в сегодняшнюю программу. Эй, Юйчэнь! — окликнул он выходящего из магазина друга, и Сяо Чжань даже не успел поймать Ибо за руку. — Смена планов! Давайте вместо пляжа поедем в караоке-бар.       — Вместо пляжа? — удивился Юйчэнь. — Но ты же так рвался покататься на гидроциклах.       — Было дело, — склонил голову Ибо. — А теперь хочу в караоке. Отложим гидроциклы до другого раза.       «До какого другого?» — Сяо Чжаню хотелось спорить до хрипоты. Но сквозь зной летнего дня он ощутил странное тепло, сумевшее тронуть его сердце. Ибо поступился своими желаниями ради него. И так счастливо улыбался, словно исполнилась его долгожданная мечта. Как Сяо Чжань мог возражать?       — А что, замечательная идея! — улыбнулась Сюань Лу и бросила лукавый взгляд на брата. — Мне тоже нравится! До пляжа ехать довольно далеко, а мы уже добавили незапланированные аттракционы. Такими темпами с моря мы будем возвращаться глубокой ночью.       — Что ж, хорошо, — кивнул Юйчэнь. — Караоке, так караоке, как скажете.       Сяо Чжань просигналил сестре: «Предательница!», но та и виду не подала:       — Садись, скорее! Следующая остановка — парк аттракционов.       — Слишком варварский способ для того, чтобы избавиться от ещё не до конца переваренной еды, — буркнул Сяо Чжань, залезая в авто и пристёгиваясь.       — Да брось, это же здорово!       — Сказала та, которая боялась кататься в детстве на качелях.       — Ну, всё меняется. Сейчас у меня есть тот, кто возьмёт за руку, когда страшно, — Сюань Лу улыбнулась через зеркало заднего вида и слегка приподняла брови.       Сяо Чжань понял. Что ж, похоже, он постепенно терял контроль над своим секретом. Не без участия Ибо. Откровенно говоря, это смущало, но с другой стороны… без поддержки друзей тяжело. Надо же кого-то звать на свадьбу.       Сяо Чжань мстительно рассмеялся про себя. Конечно, он утрировал. Но заграбастать себе Ибо со всеми потрохами хотелось просто нестерпимо.       Юйчэнь перехватил руку Сюань Лу, легонько сжал пальцы. Они посмотрели друг на друга, и Сяо Чжаню открылось таинство единения душ. Когда всё вокруг переставало существовать для двоих влюблённых. Завораживающе прекрасное чувство, которое ощущали даже непричастные. Интересно, когда они с Ибо залипали друг на друга, окружающих тоже сносило волной?       Ибо заметно оживился, когда авто покатило в центр развлечений, оказалось, что он давно не был в таких местах, банально не успевал из-за работы. Сяо Чжань тоже давно так не «отдыхал». Как он уже успел убедиться, от Ибо было не так-то просто отделаться, когда тот чего-то хотел. А сейчас он захотел узнать, чем таким прикрывался Сяо Чжань, чтобы не развлекаться. Поэтому всю оставшуюся дорогу Сяо Чжань рассказывал, как «интересно» клепать макеты. Собственно, о работе он говорил немного и быстро перешёл на другие темы: бытовые мелочи, искусство, литературу.       Поймав через зеркало заднего вида одобрительный взгляд сестры, Сяо Чжань понял, что они с Юйчэнем давно слились из обсуждения, предоставив их с Ибо друг другу.       Он сразу почувствовал себя неловко. Давно он уже так не расслаблялся, чтобы не замечать ничего вокруг. К счастью, они уже выруливали к парку.       Ещё издали они увидели колесо обозрения, деревянные подмостки «американских горок» и другие высокие аттракционы. Вытянутая дуга раскачивала «ракету», с сидящими в ней в два ряда людьми. Ноги несчастных болтались в воздухе, когда конструкция переворачивалась. Сяо Чжаня затошнило, он поспешно отвернулся, но тут же натолкнулся взглядом на карусель свободного падения. С другой стороны галера «переживала шторм», вертясь вверх дном.       — Водички, гэ? — Ибо помотал перед его лицом бутылкой с ярко-оранжевой жидкостью, и Сяо Чжань отчаянно замотал головой.       Собравшись, они вошли в ворота. Людей тут было предостаточно, как туристов, так и местных, в кассу и на все карусели образовались солидные очереди.       — Ох, мы так весь день тут проторчим, — расстроенно протянул Сонджу. — Давайте тогда выбирать самое крутое, ну или где меньше всего людей.       Такая карусель и правда нашлась. На концах длинной, более пятидесяти метров перекладины были закреплены парные кресла. Спиной друг к другу могли сесть всего четыре человека. Конструкция была устроена так, что сидения раскачивались вперёд-назад до определённого уровня, пока перекладина вращалась на большой скорости. Кто-то с карусели кричал, что обронил мозги, девушка на другой стороне вопила, не переставая, и её крик смазывался, когда она проносилась мимо. Естественно, мальчишки захотели прокатиться.       — Вот это адреналин! Давайте сюда! — зазвал всех Сонджу.       — Восторг-восторг! Хочу! — вторил ему Сынён.       — Тогда я пойду за билетами, — отозвался Юйчэнь. — На всех брать, я так понимаю? Лу-Лу, ты согласна?       Сглотнув, та кивнула, и последняя надежда Сяо Чжаня растаяла.       — Я пас! — поднял он руку. — Это слишком для меня.       — Диди, испугался? Ты же никогда не боялся кататься на качелях, — подколола его цзецзе.       — Почему нет? Крутой же аттракцион, сверху наверняка офигенный вид! — Вэньхань, вероятно, пытался подбодрить, но добился прямо противоположного эффекта.       — Ни за что и никогда! — категорично выпалил Сяо Чжань и отступил от заграждения. Голова закружилась уже просто от того, что он смотрел снизу вверх, руки похолодели, а тело бросило в жар. Если он сейчас не побледнел, как призрак погибшего воина, тогда он не Сяо Чжань. — Может, лучше, пока вы катаетесь, я займу очередь на «американские горки»?       Похоже, этой фразой Сяо Чжань бросил народу вызов. Уговаривать его принялись буквально наперебой.       — Там же как раз ровное количество мест. Вся карусель будет наша! А так придётся подсаживать левого чувака!       — Как насчёт испытать себя?       — Да просто зажмурься и всё!       — Даже если всё пойдёт плохо, можно блевать прямо сверху.       — А если со мной? — вдруг во всем этом гвалте прозвучал вкрадчивый голос.       С Сяо Чжаня стёк водопад мурашек, когда он взглянул в глаза Ибо. И все слова про то, что тот не понимает, что предлагает, утонули в неистребимой серьёзности. Ибо говорил уверенно и непоколебимо.       — Давай сделаем это вместе, гэ? Можешь держать меня за руку, если будет страшно, — сказал он, протягивая раскрытую ладонь.       Рядом одобрительно хмыкнула Сюань Лу и подтолкнула Юйчэня к кассам, просигналив ему что-то глазами. Остальные парни тоже как-то сразу отступили и оставили уговоры строптивого одному человеку. Пожалуй, единственному, кому это могло удастся.       Сяо Чжань покосился на протянутую ладонь, потом на адскую конструкцию.       — Ибо, ты только посмотри… Меня же там расплющит, — сказал он тише обычного, но уже без особого рвения спорить.       — Не расплющит. Ты мне доверяешь? — спросил Ибо, чуть тряхнув кистью.       Сяо Чжань обернулся на остановившуюся карусель и сходящих с неё, будто пьяных, людей. Озорной ребёнок в глубине его души рвался туда и ликовал от предвкушения, а серьёзный вдумчивый взрослый качал головой.       — Тебе — да, а вот этому механизму — не очень. Да и себе… Мне кажется, я уже вырос из подобных развлечений.       — Я позабочусь о тебе. Всегда буду рядом, обещаю, — Ибо чуть склонил голову. — В болезни и здравии, в богатстве и бедности, в старости и… в чём там, я забыл?       Сяо Чжань удивлённо распахнул глаза. А потом расхохотался.       — Я тебя… стукну сейчас!       — Гэ, ну я правда забыл, как дальше… — засмущался Ибо.       — Не было там таких слов! Причём здесь вообще…       Сяо Чжань не мог успокоиться. Хохотал безудержно, до слёз, и Ибо принялся ему вторить. Пусть свадебная клятва оказалась не к месту, но смех помог расслабиться и преодолеть страх. Когда Сяо Чжань в следующий раз посмотрел на аттракцион, ему и правда захотелось себя испытать. Почему бы и нет, чёрт побери? Тем более было что-то в искрящемся взгляде, чему хотелось верить. И Сяо Чжань верил.       Что всё преодолеет, если рядом будет Ибо.       Он хлопнул по протянутой руке и пошёл следом, затерявшись ладонями в карманах. Юйчэнь вернулся с билетами и первыми отправил рассаживаться мальчишек. Сяо Чжань с улыбкой наблюдал, как шумно и озорно те занимали кресла. Даже строгий Исюань не мог сдержать эмоций. Карусель запустилась, поднимая их на самый верх, чтобы села следующая партия.       — Гэ, тут так клёво! Не бойся! — вопил сверху Сынён.       Сяо Чжань помахал ему, и страх снова вернулся. Но Ибо, словно почувствовав приближение новой волны паники, обхватил его за плечи и втащил на подмостки.       — Я рядом… — шепнул он.       Сяо Чжань кивнул, споткнулся на спуске, прошёл два метра до карусели как по битому стеклу, а потом рухнул на сидение, не чувствуя ни рук, ни ног. Ибо помог ему пристегнуться, и, ощутив давление защитной скобы на грудь и плечи, Сяо Чжань немного расслабился. Хотя сердце уже начинало набирать обороты. Сюань Лу с Юйчэнем сели спиной к ним и тоже прошли процедуру пристёгивания.       Когда до запуска оставались считанные минуты, Сяо Чжань снова забеспокоился.       — Может, ещё не поздно уйти? — он подёргал защиту, но её уже зафиксировали.       — Поздно. Ты теперь мой, Сяо Чжань, не сбежишь, — сказал Ибо, наклонившись к нему, насколько позволял сдерживающий механизм.       — Какие заявления, Ван Ибо! Вообще-то я ещё не согласился с тобой встречаться! — буркнул Сяо Чжань.       — Ещё? — Ибо чуть не подпрыгнул на сидении. — То есть ответ однозначно положительный, дело только во времени?       — Дело в предложении, которого я ещё не получил, — фыркнул Сяо Чжань.       Ибо чуть склонил голову. Его взгляд стал пристальнее, он словно раскрытую книгу читал Сяо Чжаня, а тот совершенно не мог ничего скрыть, ещё и сам переворачивал страницы, на который было жирно выведено: «Я потерял голову от Ван Ибо».       — Ты получишь, — серьёзно проговорил тот, — обязательно. Я готов предложить тебе гораздо больше…       В этот момент карусель сдвинулась с места. От неожиданности Сяо Чжань схватился за колено Ибо. Не за сдерживающую скобу, у которой крепёжная ценность, казалось бы, выше, а за человека, который дарил ему ощущение безопасности.       — Так ты согласен со мной встречаться? — Ибо мгновенно накрыл ладонь на своём колене и потянул их сцепленные кисти себе за пазуху.       — Ибо, сейчас не самое подходящее время и место для подобных…. А-а-а… разговоров. — Сяо Чжань дёрнул, было, руку к себе, но карусель плавно двинулась вверх, и пальцы сами собой впились в ладонь Ибо ещё крепче.       — Идеального времени и места не существует, нужно пользоваться тем, что есть. Действовать здесь и сейчас. Так что? — Ибо придвинулся ближе, насколько мог, как собирающийся атаковать змей.       Он не смотрел ни по сторонам, ни на удаляющуюся землю, его взгляд намертво приковался к сосредоточенному лицу Сяо Чжаня. Тот же старательно прислушивался к тому, как поскрипывал подъёмный механизм.       — Ты невыносимый, — закатил он глаза на мгновение, но так закружилась голова. — Чёрт бы тебя побрал! Согласен! Да-а! — закричал он, потому что карусель, пройдя высшую точку, понеслась вниз.       В животе защекотало. Сидения так резко дёрнуло вперёд, что показалось, будто они сейчас на полной скорости врежутся в землю. Сяо Чжань с трудом подавил крик на очередном витке и сильно сжал ладонь Ибо.       — Жаль, я не могу поцеловать тебя прямо сейчас, — сказал тот, как показалось Сяо Чжаню, чересчур громко, но позади визжала Сюань Лу, а внизу, а нет, уже наверху — восторженно вопили мальчишки, и Сяо Чжань в кои-то веки перестал бояться.       — Наверстаем! — бросил он, и тут же закричал снова, когда сидение мотнулось назад, переворачивая его почти вверх ногами, оттого, что перекладина наращивала движения.       Ему хотелось проклясть тех, кто придумал этот адский механизм, и одновременно поблагодарить, потому что он никогда прежде не испытывал таких смешанных и ярких ощущений. Его переворачивало головой вниз то вперёд, то назад, пока он летел высоко над деревьями, над целым парком. Но лица, деревья, асфальтовые дорожки и фрагменты аттракционов смазывались и рассыпались, как хаотичный калейдоскоп. Щекотка в животе не проходила, и от того эйфория накрывала тело, делая его лёгким, воздушным, эфемерным.       Места страху просто не осталось.       Карусель немного замедлилась, но Сяо Чжань рано подумал, что это всё. Пару мгновений спустя она завертелась в обратном направлении.       Ибо провёл большим пальцем вдоль его кисти, обозначая, что он здесь и всё будет хорошо. И это случайное прикосновение на обострённом от ощущений теле отозвалось бурными мурашками. Для того, чтобы пережить «бабочек в животе», не обязательно взбивать коктейль из внутренних органов. Достаточно просто взять за руку понравившегося человека.       Сяо Чжань погладил пальцы Ибо в ответ, а смесь адреналина и восторга заставила его закричать, не сдерживая эмоций. Ловя ветер, бьющий в лицо и в грудь, он на полную прочувствовал ощущение полёта, свободы и вседозволенности. Тошнота? Кажется, была, но терпимая. Некогда было отвлекаться, когда Сяо Чжань взмывал в небо, парил без крыльев. Но не падал, потому что его крепко держали за руку.       Когда карусель начала замедляться, Сяо Чжань вскрикнул уже с недовольством. Ему хотелось ещё. Он с огромной неохотой высвободил влажную ладонь.       — Ты как? — спросил Ибо.       Глаза у него сияли, лицо раскраснелось от ветра, а волосы разметались, уложившись в новом, совершенно очаровательном порядке.       — Это было круто! Но я не уверен, что жив, — сказал он, когда Ибо и техники расстёгивали удерживающие ремни.       — Давай проверим, — усмехнулся он и больно ущипнул Сяо Чжаня за бок.       — Эй! — тот ответил, рефлекторно выбросив кулак вперёд. — Я предпочёл бы другой способ. Тот, о котором ты говорил наверху.       Накричавшись вдоволь, он высвободил солидную долю сковывающего напряжения. Поэтому чувствовал себя сейчас смелее и безрассуднее обычного. Временно свободным от всех предрассудков. А раз так, стоило пользоваться. Провоцировать и соблазнять.       Сяо Чжань медленно облизал губы, хотя мог и не намекать. Ему правда хотелось сейчас целоваться. Жарко, жадно, неистово. До новой щекотки в животе, но уже от возбуждения.       Сяо Чжань изогнул уголок губ и придавил томным взглядом, в котором искрилось коварство. Ибо за секунду поменялся в лице. Конечно же, он всё понял и широко распахнул глаза. Ему как будто стало тяжелее дышать, лицо порозовело. Словно приворожённый тёмной энергией он качнулся к Сяо Чжаню, но позади раздался голос Юйчэня:       — Офигенно, да? Сяо Чжань, ты нормально? Теперь на «ракету»?       — Добить меня решили? Ни за что!       Однако он пошёл. Столкнулся с Ибо на выходе, вжался в него сильнее, чем положено, мазнул рукой по бедру. Ибо посмотрел на него дурным взглядом, тоже будто случайно провёл по талии, а когда рядом было полно народу, до хруста сжал пальцы.       «Ракета» стала новым испытанием для Сяо Чжаня. Его ноги болтались в воздухе, пока «космический корабль» без окон и дверей, болтался на высоте, проверяя вестибулярный аппарат пассажиров. Сяо Чжаня спасало то, что они с Ибо незаметно для всех соприкасались пальцами. А потом он, кажется, проорал голос на «свободном падении», так, что Ибо подступил и сказал ему на ухо:       — Оставь немного для караоке, или хочешь, чтобы до смерти запел тебя я?       Сяо Чжань моргнул и перевёл на Ибо ничего не соображающий взгляд. Низкий голос с искрами хрипотцы пробрал его до костей. Что Ибо ни сказал бы, это было просто набором звуков. Сяо Чжань кожей ощутил истинный смысл. Голос прокатился по шее, хотя могли бы пальцы, жадные, нетерпеливые. Сяо Чжаню хотелось, чтобы Ибо запел его до смерти или что он там предлагал, и голоса должно хватить спеть ему особую песню. Своими стонами.       Он сжал ладони в кулаки и откашлялся. Ибо удовлетворённо кивнул и отошёл, как ни в чём не бывало. Этот раунд остался за ним, но Сяо Чжань не собирался сдаваться.       До «американских горок» он дошёл уже на ватных ногах, но там на очередном вираже его рука легла на бедро сидящего рядом Ибо. Скользнула наверх и надавила на пах.       — Ой, прости, я случайно, — выкрикнул Сяо Чжань, тут же отдёргивая руку.       Ибо смерил его таким взглядом, что тот обрадовался, что они пристёгнуты. Иначе расплата ждала бы его немедленно. В виде того самого, до чего он дотронулся, между его высоко задранных бёдер. На адреналине ему показалось, что он переоценил размеры. Но подтвердить догадку не удалось: Ибо немедленно прикрыл полой жилетки набирающее силу возбуждение. Сяо Чжань с чувством выполненного долга поднял руки вверх, когда вагонетка закручивала «мёртвую петлю».       Когда он сходил с аттракциона, то руки уже так дрожали, что он выронил портмоне и нагнулся подобрать. Он не ожидал, что Ибо впечатается в него сзади, а чтобы не свалить с ног, схватит за бёдра. Сяо Чжань явственно ощутил все твёрдые выпуклости тела Ибо. Естественно, это было подстроено, хотя голос звучал почти искренне:       — Ох, гэгэ, извини. Ты в норме?       Сяо Чжань понял, что если они продолжат игру, то всё закончится видео на «Bilibili». Такими, где они беззастенчиво сосутся в ближайших кустах.       — Нет, не в норме, — заголосил он нарочито громко. — На ногах не стою! Боги, как душно, у меня перед глазами всё расплывается! — пошатнувшись, он расстегнул несколько пуговиц на рубашке, обнажая грудные мышцы. Голод в глазах Ибо перешёл на запредельный уровень. — Цзецзе, я так устал. Можно я посижу в машине? Там холодок.       — Совсем как в детстве, да? — Сюань Лу мягко улыбнулась и потрепала его по голове. Прохладные пальцы коснулись лба, тыльная сторона кисти прижалась к пылающей щеке. — Да ты весь горишь! Юйчэнь, дай ему ключи, пусть посидит под кондиционером. Мы ещё буквально на паре аттракционов прокатимся, потом поедем в караоке.       «Не торопитесь!», — хотел сказать Сяо Чжань, но просто кивнул, а потом растерянно завертел головой.       — А в какую сторону идти? Что-то я забыл дорогу. Ибо, ты случайно не помнишь?       — Помню. Пойдём, провожу, — охотно отозвался тот, вцепляясь ему в плечо.       — Помянем кондёр, — бросил им в спину Сынён. — Он точно перегреется. Ай, Сонджу, чего меня щипаешь?       Сяо Чжань сделал вид, что не услышал, и, конечно же, ничего не затеял. Он обернулся и, расплывшись в широкой улыбке, замахал остающимся.       — Актёрским мастерством ты случайно не увлекаешься? Я почти поверил, — отозвался Ибо, глядя как Сяо Чжань твёрдой походкой пошёл в правильном направлении.       Тот лишь скосил на него глаза.       — Ты о чём? Я просто устал. Слишком много людей вокруг.       — Я прекрасно читаю между строк, Сяо Чжань, — кивнул Ибо и чуть наклонившись, сказал тише: — Я тоже мечтаю остаться с тобой наедине.       Сяо Чжань не ответил. Но он на удивление совсем не смутился факта, что друзья всё поняли. Эти аттракционы, переплетённые пальцы, жаркие ладони на коленях, сводящие с ума взгляды его раззадорили. Хотелось скрыться от всех хоть ненадолго, спрятать Ибо и оставить его только для себя. Откуда-то со стороны заиграл ремикс на «I just want you» Оззи Осборна, и Сяо Чжань, повернув голову, одними губами пропел строчки припева.       Похоже, в своих провокациях он дошёл до предела, потому что внутрь салона Ибо его буквально затолкал. Но Сяо Чжань немедленно выбрался с другой стороны. И вовсе не потому, что горячие ладони облапали его задницу. А потому что…       — Подожди, включим кондиционер. Тут душно, как в гробу.       Он открыл машину и сел на место водителя. Завёл мотор, запустил кондиционер, обернулся. Ибо ждал его, развалившись на заднем сидении. Выдержки у Сяо Чжаня не осталось, и он перетёк назад прямо через проём между сидениями, благо пространство позволяло. Он ведь ещё раньше оценил вместимость автомобиля.       И верно, когда Ибо принял его в объятья, они почти с комфортом уместились на сидении.       — Я соскучился. — Ибо ласково потёрся носом о его щёку.       — Хватит терять время, они скоро вернутся. Поцелуй меня, — потребовал Сяо Чжань и боднул Ибо головой, а тот улыбнулся ему в губы и впился зубами в нижнюю.       Сяо Чжань ему ответил. Так бурно и страстно, что голова закружилась сильнее, чем на горках. Чувство «бабочек в животе», которое посетило его на аттракционах, вернулось, однако, чтобы их вызвать, не потребовалось адских виражей, достаточно было тёплых влажных губ, напористо прижавшихся к его. Когда язык Ибо упруго толкнулся ему в рот, заставляя принять сладость поцелуя, в животе одновременно запорхала тысяча прекрасных насекомых. От неистовой щекотки Сяо Чжань застонал и прижал ладонь к животу.       Их языки тёрлись друг о друга ритмично, мокро и так сладко, что голова поплыла за несколько секунд. Порывистые нетерпеливые поцелуи быстро стали глубокими и мокрыми. Ибо отзеркалил его стон, прихватил влажными губам язык, лаская своим, и Сяо Чжань запылал, весь целиком, от макушки головы до пальцев ног. Он будто сам стал бабочкой, и за спиной во всю ширь раскрылись невидимые крылья.       Прав был Сынён, сгорая от страсти, Сяо Чжань почти не ощущал гуляющих по салону холодных потоков. Потому что дышал, всей грудью дышал запахом Ибо. Тот пах ветивером и мятой. Сухой пряный аромат перетирался со свежим и возбуждал все нервные окончания в теле. Большая ладонь легла на затылок, и Сяо Чжань шире распахнул губы, растворяясь в чувствах без остатка, тая как сахар, превращаясь в тягучее и эфемерное.       Он судорожно сжал плотную джинсовую ткань жилетки и весь словно превратился в оголённый нерв. Напряжение внизу живота набирало силу и требовало внимания. Просто остановиться на поцелуях казалось верхом абсурда. Они почти неистово набрасывались друг друга, но хотелось больше тактильного контакта. Пальцы Ибо нырнули в расстёгнутый ворот рубашки на ключицы. Из петли вылетела ещё одна пуговица.       — Лучше снизу, — охнул Сяо Чжань и высвободил рубашку из брюк.       Его собственные ладони тут же поползли под футболку Ибо, на кожу напряжённого живота. Как только он коснулся сосков, Ибо невольно навалился на него, и Сяо Чжань перестав соображать, ударился о стекло затылком. Голова совсем уплыла, а животом он ощутил, что Ибо тоже возбуждён до пьяна. Жаркая ладонь каким-то образом оказалась на пояснице Сяо Чжаня и нырнула ниже. Когда и кто ослабил ремень его брюк? Этот фрагмент напрочь выпал.       — Вообще-то я не занимаюсь сексом на первом свидании, — заметил Сяо Чжань, пока принимал вертикальное положение. Он тяжело дышал и использовал минутку на то, чтобы перевести дух.       — А мы на свидании? Я думал мы празднуем свадьбу, — захлопал глазами Ибо.       У него были безумно густые длинные ресницы. И невероятно глубокий цвет радужки.       — Не сбивай меня, я как раз хотел сказать, что собираюсь изменить привычкам, — ответил Сяо Чжань и перед тем, как наброситься на сочные, блестящие от слюны губы, увидел, как довольно улыбнулся Ибо.       Жажда набрала новый виток, когда рука Ибо спустилась с живота и сжала его между ног. Сяо Чжань простонал, раскрывая бёдра и дёргая «молнию» вниз. Адреналиновый шторм напрочь смыл стыд, потому что его пальцы тоже потянулись к бриджам Ибо, пытаясь нащупать застёжку. Но Ибо внезапно прижал его пальцы к животу.       — Давай сначала я, а ты следи за воротами. Будет стрёмно, если застанут, как мы дрочим друг другу.       — Лучше, конечно, застать тебя с членом во рту, — скривил губы Сяо Чжань.       Да, Ибо говорил дело, Сяо Чжань просто хотел кончить. Жадность до удовольствия плавила тело, и Ибо это понимал. Сяо Чжань постарался обуздать чувства. В конце концов, он взрослый и сознательный, а не какой-нибудь влюблённый школьник.       — Спасибо за подсказку. Я как раз хотел спросить, как тебе хочется, — улыбнулся Ибо, склонился к его ширинке и повозился там. Сяо Чжань замер, когда тёплое дыхание коснулось головки члена, а мокрый язык длинно скользнул вдоль ствола.       — Быстрее, — задрожал он и направил Ибо.       Тот кивнул и продемонстрировал очередной свой талант: способность возносить на седьмое небо за несколько секунд. В тишине салона отчётливо слышались чмокающие влажные звуки, сбитое дыхание и сладкие стоны. Сяо Чжань периодически бросал взгляд через стёкла на выход из парка, а после растекался от блаженства от умелого языка и губ Ибо.       Сяо Чжань качнул бёдрами, чтобы сесть ниже, потому что задница уже затекла, и вошёл глубже в податливое горло. Он чуть не вскрикнул от того, как это оказалось приятно — оказаться сжатым тугими стенками. Нижняя часть тела запылала, а вскинутый на него пьяный взгляд сильнее разбередил душу.       — Можно? — спросил он, потеребив волосы на затылке.       Ибо прикрыл глаза, обозначая согласие, и расслабил горло. Сяо Чжань зарылся пальцами в волосы, перебрал их и надавил на макушку. Двигая бёдрами снизу, он старался не переходить предел и тщательно следил за реакцией Ибо. Твёрдый ствол скользил по влажной спинке языка в узкое горло чертовски хорошо, а покорность Ибо сводила с ума. Сяо Чжань смотрел на трепещущие ресницы, не отрываясь, и умирал от умиления. Тяжёлый камень упал в живот, а напряжение охватило целиком, от корней волос до кончиков пальцев.       — Ибо… — прошептал он и обильно кончил ему в рот, чуть оттянув за пряди, чтобы тот не подавился. А потом поднял взгляд и похолодел… — Щибаль! — выкрикнул он первое, что пришло в голову, и пихнул Ибо в плечо. — Цзецзе! Они идут!       Ибо тут же скользнул в противоположный край салона, схватил бутылку и залил ядрёную оранжевую жидкость в глотку, пока Сяо Чжань в панике приводил себя в порядок. Страх быть застигнутыми мешался с не до конца сошедшим удовольствием. Он поспешно сунул член в штаны, но чуть не сорвал «молнию», когда пытался наскоро её застегнуть. Потом настал черед расстёгнутых пуговиц, и те совершенно не хотели попадать в петли.       Ибо наблюдал за ним с усмешкой, и Сяо Чжань позавидовал сначала тому, что ему всего и нужно было, как прополоскать рот и пригладить встопорщенные волосы. А потом его накрыло стыдом. Ведь это он не увидел сестру раньше. Он потерял контроль, растворяясь в ощущениях. Он оставил Ибо неудовлетворённым.       Вероятно, у него был слишком виноватый вид, отчего Ибо снова всё понял.       — Не переживай об этом. У нас будет полно времени.       — Мы вернулись! Ох, как тут у вас холодно, — поёжилась Сюань Лу, садясь вперёд. — Не замёрзли?       — Мы и не заметили, нам было жарко, — ответил Ибо с невинной улыбкой, а Сяо Чжань чуть не поперхнулся.       Он отвернулся к окну, потому что не мог притворяться перед сестрой, наверняка, она всё поняла. Та с улыбкой достала из сумочки освежающее средство и распылила на лицо. По салону тут же поплыл аромат малины.       — Итак, следующий пункт нашей развлекательной программы — караоке.       Сяо Чжань откинулся на сидении и с лёгким беспокойством посмотрел на сгущающиеся сумерки. Этот насыщенный впечатлениями день медленно подходил к концу, но Сяо Чжаню не хотелось, чтобы наступало завтра. Завтра самолёт, суета большого города. Рутина и одинокая квартира. Обязательства. Контролирующие каждый шаг родители и требовательный босс. Хотелось верить, что магия чувств не закончится, но когда они с Ибо увидятся в следующий раз? Как надолго? Что будет с ними дальше? Хотелось определённости. И вместе с тем не хотелось ничего решать. Вжаться бы лбом в плечо Ибо и застыть в моменте.       Сяо Чжань ощутил себя сегодня смелым и свободным. Сумасшедшим и любимым. Поэтому мысли в голову потекли сами собой. Что если помечтать, как они с Ибо будут жить вместе? Что в чётко структурированном порядке Сяо Чжаня появится элемент хаоса в виде Ван Ибо? Вместе со всеми его безумными увлечениями? И это ничего, что утром, опаздывая на работу, потому что ночью было слишком сладко, он будет спотыкаться сначала о неаккуратно скинутую мотоциклетную экипировку, а потом — о скейтборды, сваленные в коридоре. Что будет вопить, когда наступит на «лего». Что придётся готовить в разных кастрюлях и гораздо больше. Что он искусает все губы, переживая за Ибо, гоняющего на треке, и безумно много ревновать, когда тот уедет на гастроли.       Не важно. Это всё составляющие прекрасной семейной жизни. Их жизни.       — Всё в порядке?       Вопрос Ибо прозвучал так неожиданно, что Сяо Чжань сразу обернулся. И быстро качнул головой, делая вид, что повлажневшие глаза и полученный обеспокоенный взгляд никак не связаны.       — Да, я просто… Немного задумался. Становлюсь сентиментальным с возрастом.       — О, гэгэ! Я смотрю, тебе нравится пополнять семейный бюджет.       Сяо Чжань пожал плечами и отвернулся к окну, за которым уже зажглись фонари. Сердце в груди забилось быстрее. Сказанное Ибо так прицельно попало в его ощущения на тот момент, что ещё сильнее захотелось, чтобы это сбылось. Сяо Чжань смотрел, как в порту, заставленном разноцветными контейнерами, огромные краны разгружали суда, а мысли снова уносили его в уютный уголок.       — Юйчэнь, сходи вместе с Ибо, забронируй залы, — сказала Сюань Лу, когда они припарковались и покинули салон. — Диди, можно тебя на пару слов?       Вот и настало время для серьёзного разговора. Что она сейчас скажет? Отругает за то, что поддался чувствам? Она ведь наверняка поняла, чем они занимались в машине. Заметит, что родители Сяо Чжаня никогда не примут Ибо? Или, что ещё хуже, что у них нет будущего? По тысяче причин. Но даже если люди разные, если у них не сходятся увлечения, но они безумно хотят быть вместе, разве это не даёт им шанс?       — Я ещё не поблагодарила тебя за то, что ты вопреки всему приехал поддержать нас с Юйчэнем, — улыбнулась Сюань Лу, обхватывая его кисти тёплыми ладонями. — Мы это очень ценим, поверь.       — Цзецзе, ну чего ты? Будь счастлива, несмотря ни на что. Не оглядывайся на чужое мнение. Я безумно счастлив видеть вас такими влюблёнными. Я и Ибо так сказал.       Собственно, зачем он сказал это сейчас, Сяо Чжань не понял. Вырвалось само собой. Просто Ван Ибо, этот дерзкий мальчишка, уже пустил в него корни и не собирался покидать мысли.       — О, вижу, вы поладили. — Сюань Лу тут же зацепилась за обронённую фразу и улыбнулась шире. — Мне нравится Ибо, он добрый и открытый мальчик. Здорово, что вы подружились.       О, это «дружба», какой бы «крепкой мужской» она ни была, за день уже набила Сяо Чжаню оскомину, поэтому он не стал притворяться перед сестрой.       — Мы не друзья, цзецзе. Мы… решили встречаться.       — Ибо ещё и очень напористый, да? Божечки, я так за вас рада! — рассмеялась она. — Молодец, что не упустил своё!       — Ну, я пока не знаю, что из этого получится, — смущённо пожал плечом Сяо Чжань.       — Как это «не знаю»? Мы с Юйчэнем сразу заметили, как вы с Ибо запали друг на друга. Про таких, как вы, говорят «пара, созданная на небесах».       — Про каких «таких»? — надулся Сяо Чжань. — Про геев?       — Да нет же! Про влюблённых, кто идеально подходит друг другу. Не сомневайся, нет ничего такого, что нельзя преодолеть вдвоём. Просто будь счастлив без оглядки на чужое мнение.       — Эй, это мои слова!       — Твои, — склонила голову сестра. — Но ты забыл применить их к себе. Не позволь чьим-то дурным мыслям, в том числе своим, разрушить то светлое, что между вами зарождается.       Сяо Чжань вздохнул.       — Ты права. Я постараюсь. Очень сильно постараюсь ради этих отношений.       — Вот и славно, — Сюань Лу кивнула и обняла его. — А теперь мне пора.       — Что? В смысле — пора?       — Я ужасно устала. Голова разболелась. Юйчэнь, спасибо! — она приняла у вернувшегося супруга бутылку воды и сделала пару маленьких глотков. — Диди, ты не сильно расстроишься, если мы вас покинем? Завтра, обещаю, мы приедем проводить тебя в аэропорт.       — Что ж. — Сяо Чжань вздохнул. То, что Сюань Лу их покидала, было ещё одним тревожным звоночком, что этот день заканчивается. Прекрасный день, подаривший ему ворох потрясающих впечатлений. — Конечно, отдыхай, увидимся завтра.       — Вот только до отеля тебе придётся добираться самому. Ибо может поехать с мальчишками, а вот тебе…       — Не волнуйтесь, я позабочусь о нём, — раздался за спиной твёрдый голос. — Сяо Чжань в надёжных руках.       — Какие самонадеянные заявления, Ван Ибо, просто для того, чтобы вызвать такси! — воскликнул тот, хотя ему было приятно. Пусть день заканчивался, он возьмёт от него максимум. Караоке? Он будет петь до хрипоты и уснёт прямо на столе.       — Всего лишь констатация фактов, гэгэ.       Они проводили Юйчэня и Сюань Лу и вошли в арендованный караоке-зал. Уютный диван полукругом обнимал столик, на котором уже в изобилии разместились напитки и закуски. Дискошар рассыпал по стенам разноцветные блики, по большому экрану бежала строка. Вэньхань пел, причём хорошо, ладным мальчишеским голосом.       — Ну наконец-то. Чего так долго? — спросил Исюань.       — Сюань Лу устала. Они с Юйчэнем уехали, — сообщил Ибо, усаживаясь за столик и пододвигая Сяо Чжаню бокал. — Я взял на себя смелость заказать на свой вкус. Позволишь?       Что Сяо Чжань должен был позволить, когда бокал уже холодил ладонь, а сладкий вкус кока-колы, смягчённый можжевеловой терпкостью джина, растекался на языке? Наверное, всё, что угодно. Ведь разноцветные искры от дискошара плясали в бездонных глазах Ибо, превращая его в волшебное существо. Слишком прекрасное, чтобы быть реальным.       — Сяо Чжань, с тебя штрафная песня. Что будешь петь? — спросил Исюань, протягивая пульт, но его снова перехватил Ибо.       — Я выберу для тебя. Можно?       Сяо Чжань кивнул. Он согласился бы, даже будь у того сейчас в руках направленный на него нож. Его тянуло к Ибо со страшной силой, хотелось втиснуться языком между сочных пухлых губ, коснуться светлой кожи, разлёта густых бровей, ощутить на кончиках пальцев трепет смоляных ресниц, а в животе — «бабочек». Снова и навсегда. Сделать это прямо сейчас, при всех, чтобы окончательно присвоить Ибо себе одному.       Чтобы отвлечься от очаровывающей магии Ван Ибо, Сяо Чжань сделал большой глоток напитка, взял микрофон и поднялся. Со всех сторон раздались подбадривающие возгласы, когда он запустил песню. Вряд ли Ибо знал, что выбрал одну из его любимых, но душу грело, что он угадал. Сяо Чжань запел с удовольствием. Так, словно хотел коснуться сердец слушателей. Или одного единственного слушателя.       Чувства полились сами. Радость, восхищение и… любовь. И пусть слишком рано, пусть стремительно, хотелось поверить в невозможное, хотелось петь для Ибо сейчас и всегда. Сяо Чжань развернулся и посмотрел ему в глаза.       Сверкающие искры дискошара скользили по поджарой фигуре, бликами отражались в глазах, перенося Сяо Чжаня в глубины космоса, в самое сердце Млечного пути, где хотелось коснуться недостижимой звезды, окунуться в её свет, который вопреки всем законам окажется тёплым, а не холодным. Потому что с Ибо хотелось создавать свои законы. Следовать велению сердца. Выбрать правильное и сиять всё ярче, перестав наконец быть одинокой звездой.       Кажется, Сяо Чжань жестикулировал, он не помнил, но на последних строчках простёр руку в сторону Ибо. Тот всю песню не отрывал от него взгляда, но тьма помещения путала, не позволяя прочесть его намерения, чувства и желания, поэтому когда Ибо вскочил с места и сгрёб его кисть в охапку и после потянул на выход, Сяо Чжань удивлённо охнул и чуть не выронил микрофон.       — Гэ, мне нужно сказать тебе кое-что важное! — заявил Ибо и обернулся к друзьям: — Продолжайте пока без нас, мы скоро.       Сяо Чжань едва успел отдать микрофон Исюаню, как уже оказался в коридоре, а потом — в соседнем зале. Здесь вместо дискошара висела вычурная люстра и обстановка подходила больше для новобрачных: белоснежные кресла и диваны, собранная занавесь перед сценой, горящий заставкой караоке-бара экран. Точно, этот зал должен был достаться Сюань Лу и Юйчэню.       — Теперь нам точно придётся всё рассказать парням, — Сяо Чжань почесал затылок и глазами указал на до сих пор сцепленные руки. — Ты так резко меня выдернул.       — Извини, — Ибо тут же отпустил его. — Я объяснюсь с ними, не переживай.       — Да я не за них переживаю, — мотнул он головой. — Так о чём таком срочном ты хотел поговорить? Что-то случилось?       — Случилось, — с серьёзным видом заявил Ибо. — Мы случились, Сяо Чжань. Я больше никому тебя не отдам! Я хочу, чтобы ты был только моим!       — Ибо, я понимаю и разделяю твои желания, и хоть мы тут и одни, но за нами наблюдают. Видишь камеры? — Сяо Чжань стрельнул глазами в ключевые для обзора углы.       — Не в этом смысле «моим». Хотя одно другому не мешает, — Ибо сглотнул, чем выиграл себе пару секунд для подготовки. — Я имел в виду… моим мужем.       — Чего? — Сяо Чжань моргнул и наклонил голову, вероятно, чтобы лучше слышать.       — Знаю, это несколько неожиданно, но я не шучу. Ты выйдешь за меня?       Сяо Чжаню всё ещё казалось, что ему послышалось, или что коктейль сработал как-то очень на его желания. Он хотел было рассмеяться, но Ибо смотрел так въедливо и строго, что просто не получалось свести всё к шутке, которой по сути это предложение и не являлось. Ибо делал его на полном серьёзе.       Сердце предательски споро забилось. От предвкушения и радости. Глупое, сначала нужно было разделаться с разумом и моральными терзаниями.       — Ибо, подходить к решению таких вопросов нужно осознанно. И уж точно не наспех, в зале караоке-бара, — он собирался обойти Ибо, но тот сцепил пальцы чуть выше локтя.       — Сяо Чжань, не беги от чувств ко мне. Я ведь знаю, что они есть. Что ты хочешь быть со мной, — он почти умоляюще заглянул ему в глаза. — Я уже говорил, что не существует идеального места или времени. Есть только здесь и сейчас. Есть только мы. И я в тебя по уши влюблён! Это не прихоть и не шалость. Я… сейчас, подожди! — Ибо отпустил его, огляделся, словно что-то искал, хлопнул себя по карманам.       — Ну вот, а говоришь не прихоть, — хмыкнул Сяо Чжань, когда в пальцах Ибо мелькнул круглый металлический обод… брелока для ключей.       Но сердце уже сбивалось с ритма. Он понял, что Ибо прав, чёрт побери, прав во всём! Что не важно, золотое ли это кольцо или пластиковый ободок от бутылки, брелока, да хоть запечённое кольцо кальмара! Важны чувства, с какими его предлагали. Важны чувства, какими на него ответят.       — Это пока. Но у нас будут настоящие кольца, и свадьба реальная, а не понарошку. Мы же уже всё обсудили: интерьер, гостей, наряды, меню, музыку. Забыл?       — Ты… ты… — Сяо Чжань вытянул в сторону Ибо палец и погрозил, но не нашёл, чем парировать. Ведь всё правда так и было. Ибо расспрашивал, как хотелось Сяо Чжаню, а тот, не подозревая такой прямолинейности, и само собой не ожидая получить предложение руки и сердца не то, что на второй день знакомства, но когда-либо в жизни, искренне и честно рассказал все желания.       — Не тот палец, гэ! Давай сюда безымянный, — расплылся в улыбке Ибо, чувствуя, как медленно, но верно поддаётся Сяо Чжань, а тот немедленно спрятал руку за спину, словно ему уже насильно надевали кольцо.       — Ты провёл меня!       — Нет, всё было честно. Иногда даже слишком прямо. Я всё запомнил! Всё будет в точности, как ты хочешь.       — Да, но не официально! Ты забыл, где мы живём? Я не собираюсь переезжать на Тайвань или туда, где разрешено.       — Всё будет легально, насколько это возможно. И тебе не придётся ничего менять. Только кое-что прибавится, — самодовольно ухмыльнулся Ибо.       Чувствовал, этот гадёныш чувствовал, что Сяо Чжань тянулся к нему всем естеством, умирал, как хотел сдаться безрассудству. Или напротив, принять самое взвешенное и правильное решение в своей жизни? Внутри от желанных слов поднялся шторм.       — Но мы знакомы два дня! Ты сейчас на эмоциях, и я боюсь… что ты пожалеешь потом, — закусил губу Сяо Чжань.       — Никогда, — категорично мотнул головой Ибо и незаметно для камер погладил его кисть кончиками пальцев. И от этого лёгкого прикосновения через тело Сяо Чжаня словно пустили ток. Мурашки проскочили по спине, ногам, а следом — что-то тяжёлое, плотное, сметающее, только другим путём, камнем падая в живот. — Чувствуешь это? Ты так реагируешь на меня, потому что я твой. Мы созданы друг для друга, разве ты ещё не понял? Два дня или два года, какая разница, если это навсегда!       У Сяо Чжань уже сбилось дыхание, сердце стучало молотом где-то в висках, а во рту пересохло. Ибо творил что-то немыслимое с его телом, едва его касаясь. Его голос проникал и обволакивал, кажется, изнутри. Сяо Чжань снова взглянул в его глаза и не мог отвести взгляда. Весь день он мечтал заграбастать себе Ибо, и когда тот реально это предложил, испугался. Потому что… слишком быстро, слишком неправильно? Слишком, что?       — Ну так что, Сяо Чжань? Ты согласен стать моим мужем?       Все сомнения внезапно растаяли под властью жадного взгляда. Под лаской осторожных пальцев, под магией завораживающего голоса. Ибо облизал губы, его кадык дёрнулся, а где-то внизу звякнули ключи, но Сяо Чжань не опустил взгляда.       — Я так хочу тебя поцеловать, — признался он. — Не будь здесь камер…       Взгляд Ибо наполнился довольной сытой тьмой.       — Это можно принять за «да»?       — А что мне терять? — рассмеялся Сяо Чжань, поднимая кисть. — Где там твоё кольцо?       Холодок металла, дрогнув, скользнул по пальцу. Сяо Чжань сжал кулак, захватывая тяжёлую связку ключей в ладонь.       — Сразу с приданным, да? От чего они вообще?       На глазах почему-то стало мокро. Другие их кисти сцепились намертво, жаркие, влажные, дрожащие.       — От моего сердца, — быстро сказал Ибо. Его глаза сияли, сам он весь превратился в трепещущий нерв. Казалось, ещё мгновение — и набросится с объятьями и поцелуями. От Ибо можно было ждать чего угодно, но теперь появился ещё один переменный фактор — Сяо Чжань не знал, чего ждать от себя. Поэтому…       — Поехали ко мне в отель, — сказал он, быстро облизывая губы.       — У меня есть идея получше, — сказал Ибо и распахнул дверь.       На него тут же свалился Сынён, на Сяо Чжаня — Вэньхань, а Исюань чудом поймал Сонджу. В проходе быстро образовалась куча мала. Эти засранцы нагло подслушивали!       — Что ж, одной проблемой меньше, — вздохнул Ибо. — И рассказывать не надо.       — Да мы просто мимо проходили, — начал, было, Сонджу, как его перебил Сынён:       — Да всё мы слышали. Хватит уже меня затыкать! — отмахнулся он от Исюаня. — И вот, что я тебе скажу, Ибо! Только попробуй обидеть гэ, будешь иметь дело с нами! Ты должен хорошо о нём заботиться, понял, засранец ты мелкий?       — Это я-то засранец мелкий? — рассмеялся Ибо.       Сяо Чжань раскрыл рот. Он думал, что мальчишки сейчас накинутся на него с миллионом претензий, он не ждал, что достанется Ибо, а его безоговорочно примут.       — Поздравляю! — К нему подступил Вэньхань и деликатно поклонился. Следом — остальные. Сяо Чжань кивал, ощущая себя как во сне. Сынён и вовсе кинулся ему на шею, вопя, что скоро будет гулять ещё на одной свадьбе.       Это походило на странное помешательство, но сейчас, когда вокруг шумели мальчишки, Сяо Чжань посчитал, что будет нормальным, если он бочком-бочком протиснется к Ибо и сожмёт его наконец в объятьях.       И когда его спину стиснули в ответ, а в шею вжался тёплый влажный нос, Сяо Чжань поставил этот сумасшедший день на паузу.              * * *              — Я позвоню, — Ибо махнул рукой, и такси покатило по улицам, увозя Сяо Чжаня в отель.       Лучшая идея, посетившая Ибо, заключалась в том, чтобы снять номер в отеле Сяо Чжаня. К счастью, свободный нашёлся всего этажом выше. Это, конечно, было формальностью, Сяо Чжань надеялся, что ночь они проведут в одной постели. Расставаться не хотелось ни на мгновение, но Ибо нужно было собрать вещи, а Сяо Чжань безумно устал. Пока Ибо едет, он примет душ и немного отдохнёт. Не факт, что удастся потом.       Сяо Чжань надавил на «помолвочное» кольцо, подгоняя под размер пальца. Когда они отцепили его, то рассыпали все ключи по полу — колечко оказалось несущим. И сохранило свою функцию, только теперь крепко держало жизнь Сяо Чжаня.       На что он согласился? Спонтанно, на эмоциях. Наверное, сошёл с ума. Вытянув руку, он присмотрелся к узорной полоске. Выглядело живо и интересно, подходило к часам. Но самое главное — заставляло сердце петь от радости. Смеяться от счастья.       Едва переступив порог номера, Сяо Чжань отправился в душ. Он не знал, насколько далеко у них с Ибо всё зайдёт, и на всякий случай решил подготовиться.       Спустя продолжительное время, он вышел в гостиную. Ноги гудели. Дизайнеры не привыкли столько ходить, поэтому Сяо Чжань опустился на кровать, помассировал колени и бёдра. После раскинулся на постели, как звезда, и прикрыл веки, решив подремать несколько минут. Он всё равно услышит, как Ибо постучит или позвонит.       Уснуть? Никогда! Не после того предложения, какое он сегодня получил. Не после согласия, которое дал. Он же весь кипел эмоциями!       Когда Сяо Чжань в следующий раз открыл глаза, то по-прежнему был один в комнате. Он прислушался, но никаких посторонних шумов не было. Сяо Чжань сел на постели, не понимая, что его разбудило. Тело казалось тяжёлым, голова — подозрительно ясной. Он покосился на телефон, быстренько его сцапал, и некоторое время не мог понять, почему не появлялась заставка. Экран не загорался. Этот чёртов кусок пластика в хлам разрядился!       Сяо Чжань взглянул на наручные часы и обомлел. В смысле девять утра? Это шутка?       Дьявол разбери! Сяо Чжань быстро прокрутил в голове весь корейский мат, которому научился вчера, вскочил и заметался между окном и тумбочкой, где лежала зарядка. Раздвинул тяжёлые шторы, впуская солнце. А заодно явил себя миру. Пояс халата развязался, полы распахнулись. У Сяо Чжаня были долго идущие планы, поэтому под ними, конечно же, ничего не оказалось. Благо в окнах напротив не было наблюдателей. Сяо Чжань немедленно задёрнул шторы и бросился к тумбочке.       Телефон включался ужасно долго. Пока не показал шесть пропущенных и сообщение:       «Ох, и крепкий у тебя стал с возрастом сон, гэ! Я в номере «1823». Загляни, как проснёшься. Целую тебя! Ибо».       Сяо Чжань обречённо вздохнул. Он снова всё про…спал!       Или не всё? Он проснулся рано, до самолёта было ещё полно времени, и плевать, что вещи не собраны. Он уже подумывал поменять билет на вечер, лишь бы провести больше времени с Ибо. На ходу сбрасывая халат, Сяо Чжань наскоро переоделся в футболку и домашние брюки, наспех причесался и вылетел за дверь.       Навёрстывать упущенное.