Свадебный переполох

      Ван Ибо сразу понял, что их с Сяо Чжанем встреча неслучайна. Что она знаковая, судьбоносная, поворотная.       Его гей-радар сработал, как надо. Ибо тогда конкретно завис и не ощущал, как Сонджу тыкал его в бок, чтобы не пялился так. А он не мог отвернуться.       Он сразу заметил, что Сяо Чжань тоже подпал под влечение, но если Ибо направленно покорял танцами, трюками на доске и прочими умениями, то Сяо Чжань очаровывал неосознанно. Просто будучи тем, кто есть, не используя ухищрений. Ибо втрескался в него с первого мгновения, как увидел, хотя никогда не верил, что такое возможно.       А раз подобного не случалось прежде, значит, это особенное.       За следующий день Ибо лишь укрепился во мнении, что хочет проводить с этим человеком каждую свободную минуту, окружать его любовью и заботой. Что вполне объяснимо оформилось в желание связать с ним свою жизнь.       Мама с детства твердила: «Выбирай спутника жизни с умом, не решай на горячее сердце». А что Ибо сделал?       Почувствовал «своё». Именно так он и сказал Исюаню, когда тот осторожно поинтересовался, не слишком ли Ибо торопится, не совершает ли ошибку.       Ибо был уверен на тысячу процентов. И не собирался уступать ни одной сотой.       Когда Сяо Чжань запел, цепь замкнулась. Всё встало на свои места, выстроилось чётко, как на параде планет. Мелодичный и нежный голос самого неземного человека обтекал и сглаживал, как вода, и в то же время обладал достаточной силой, чтобы пробивать стены. Его голос притягивал, заставлял с трепетом внимать. Искры дискошара, попадая на стройную фигуру, придавали ей сияющий ореол, невозможно было оторвать взгляда… Да и не хотелось.       Жестикулируя, Сяо Чжань прикрыл глаза, а после обернулся и протянул руку Ибо. Тот далеко не сразу вслушался в текст, а когда понял, что он подходил им идеально, то река его чувств вышла из берегов.       Поддавшись порыву, он потащил Сяо Чжаня прочь из зала, чтобы совершить самый безумный поступок в жизни. И самый правильный.       Проснулся Ибо на удивление легко. Просто открыл глаза и понял, что больше не хочет спать. Такое случалось крайне редко, поэтому пренебрегать подобным подарком судьбы не стоило. В постели он был один, вопреки вчерашним желаниям. Он не сердился, что Сяо Чжань его «продинамил», в конце концов, он и сам устал и вырубился, стоило коснуться головой подушки.       Ибо проверил, не было ли новых сообщений, умылся, оделся, и задумался: спуститься на завтрак или дождаться Сяо Чжаня, когда в дверь забарабанили.       Как оказалось, завтрак явился к нему сам.       Сяо Чжань, причёсанный, но ещё слегка сонный, в простой футболке, отельных шлёпках и мягких флисовых брюках, затараторил с порога:       — Привет! Прости, что вчера задрых, как тварь! Я не слышал, как ты стучал, и звонков — тоже, телефон так не вовремя разрядился! Мне правда очень стыдно! Как я могу загладить…       Ибо не выдержал, втащил его в номер и захлопнул дверь.        «…свою вину» Сяо Чжаня растворилось где-то в сладком слиянии их губ.       Целоваться они начали как дорвавшиеся люди. Как те, кто обещал друг другу целый мир ещё вчера, но остановился из-за обстоятельств. А сейчас наконец-то было можно.       Вспыхнувшее безумие обожгло губы, осталось сладким покалыванием на языке. Сяо Чжань целовался дерзко и невинно одновременно, прижимался худым твёрдым телом, и оно, словно глина, обретало мягкие и покатые очертания в бережных руках Ибо. Сяо Чжань льнул, обтекал все выступы, как вода острые рифовые скалы. Ибо чувствовал его тазовые косточки и выпуклость ниже пояса.       Ощутив давление на напряжённый член, Сяо Чжань охнул, разомкнул поцелуй, глянул совершенно пьяно, а после притёрся сильнее. Ибо успел заметить поплывший контур губ, прежде чем снова достиг дна океана. Таинственного и притягательного. В ушах взревела кровь, сердце застучало в горле, на макушку надавила толща воды, а вдохнуть стало невозможно. Вот это он понимал «доброе утро».       — Через сколько у тебя самолёт? — выдохнул Ибо ему в губы.       Он оторвался всего на мгновение, чтобы проглотить слюну и коротко вдохнуть. Сердце колотилось так, что вся комната пульсировала. Солнечный свет проникал через не зашторенные окна, проливался белым на кровать, простыни на которой словно светились. На них очень не хватало распластанного и обнажённого Сяо Чжаня.       — Через «мы успеем закончить начатое». Какого хрена ты настолько одетый? Ты должен был спать! В трусах, а для экономии времени — без, — заворчал тот в перерывах между быстрыми поцелуями, шаря по футболке и пытаясь вытащить её из джинсов.       — Кто же знал, что у меня будет голодный утренний гость? — Ибо лизнул ключицу, а после чуть не задохнулся, потому что Сяо Чжань таки нашёл подступ к его обнажённой коже и, задрав футболку, застыл, заворожённый «кубиками» пресса.       — Вау! — выдохнул он, и в голосе отчаянно слышалось довольное: «это всё моё!».       От его плотоядного взгляда у Ибо по спине побежали мурашки. И самое странное, что даже если Сяо Чжань захотел бы его съесть, он не стал бы сопротивляться.       Но тот явно страдал от другого вида голода.       Стаскивая с Ибо футболку, он оставил его застрявшим в горловине и звонко рассмеялся. Выпутавшись, Ибо оборвал его смех, сметая губы, пока его самого закручивало сумасшедшим влечением. Прижался обнажённой грудью, и от жара его кожи тонкая футболка на Сяо Чжане по ощущениям растаяла, как снег. Руки сжали худую спину и стекли вниз, на мягкую флисовую ткань домашних брюк. Ягодицы под ними должны быть не менее приятными на ощупь. Точно попав под помрачение, Ибо запустил руки под резинку брюк, а под ними… сюрприз, не оказалось белья.       — У меня были далеко идущие планы, — воскликнул Сяо Чжань, утыкаясь носом Ибо в щёку.       Полный удовольствия стон прозвучал так музыкально, что мурашки станцевали на коже брэйкданс. От этого голоса можно было сойти с ума. Ибо ещё в караоке замыслил протестировать вокальный талант Сяо Чжаня в постельных делах.       Руки обдало жаром, когда он сжал упругие половинки. Нет, они определённо были мягче и нежнее любой плюшевой ткани. Погладив, он слегка приподнял их, словно хотел забросить Сяо Чжаня на себя. Тот снова застонал и вцепился в его плечи.       — Правда? Расскажи про них ещё… — ответил Ибо, прикусывая и тут же отпуская кожу на шее.       — Планы? Они, ну… — горячо выдохнул Сяо Чжань ему на ухо, а после подрагивающими кончиками пальцев спустился по груди, — большие… — променад закончился аккурат на ширинке Ибо.       Узкая ладонь накрыла отчётливый бугор, конечно, не полностью, куда ей. Но уже сам вид тонкой красивой руки на самой выдающейся во всех смыслах части тела завёл до умопомрачения.       — Мне нравится эта твоя привычка всё планировать, — сказал Ибо и не узнал свой голос. Извечно хрипловатый, сейчас он звучал особенно глухо и ломко. Потому что был заглушён сердцебиением, задавлен ощущениями.       Ибо приспустил брюки Сяо Чжаня и через зеркало увидел, как соблазнительно резинка очертила округлые ягодицы. Член Ибо под маленькой ладонью с усиленным рвением начал рваться в бой.       — Сейчас-сейчас, — словно успокаивая норовистое животное, Сяо Чжань ласково погладил его через ткань.       Улица дышала зноем, нагревая комнату. Пора было включать кондиционер, но невозможно было отвести от Сяо Чжаня ни глаз, ни рук… После того, как дорвался.       В номере приятно пахло свежим бельём, но приход Сяо Чжаня перебил его. Он звучал дымом костров и раскрытым на палящем солнце ароматом луговых трав. Дымная горечь оттенялась едва уловимыми цветочными нотками. Ибо уткнулся в длинную шею и вдохнул полной грудью, про себя решая, что готов сойти с ума от Сяо Чжаня прямо сейчас. В конце концов, когда ещё терять голову от любви, как не в двадцать три года?       Сяо Чжань не выказал дискомфорта оттого, что его так беспардонно оголили сзади, он рывком, словно хотел оторвать, высвободил пуговицу джинсов, расстегнул замок. Ибо показалось, что всё тело пронзили молнии, а ворчание замка отозвалось раскатами глубоко внутри, где эпицентром грозы, несомненно, было его сердце.       — Чэнг-чанг… Я, конечно, вчера уже наощупь понял, что не разочаруюсь, но не настолько… — добравшись до его члена, Сяо Чжань ахнул. Взвесив его, он с восторженным испугом понял, что длины ладони не хватает, чтобы уместить целиком. Пальцы надавили сверху, нежно погладили шёлковый ствол, чуть оттянули кожу, открывая гладкую влажную головку. Ибо затрясло.       — Всё нормально, гэ… Не обязательно же… полностью. Или можно обойтись руками… — прежде чем заговорить, пришлось тяжело сглотнуть и пережить потрясение от дерзких прикосновений. А ещё затоптать внутреннюю похоть. Как бы ему ни хотелось проникнуть в Сяо Чжаня, стоило уважать его желания.       — Размечтался! Конечно, это значительно превосходит мои планы и… о боже, возможности, — Сяо Чжань откашлялся и покосился на Ибо. — Но отказываться от задуманного я не собираюсь.       Он опустился на пол так стремительно, что Ибо не сразу понял, что уже не обнимал тонкую талию, не гладил прохладную спину и выступающие лопатки под свободной футболкой. Сяо Чжань стёк вниз своим потрясающим телом, встал перед ним на колени и чувственным поцелуем прижался к головке. Гроза внутри набрала силу, Ибо чуть расставил ноги, сожалея, что не дотягивался до стен, что не мог упереться в них ладонями. Они словно нарочно удалялись, дразнили, проверяя, насколько его хватит. Похоже, ненадолго. Потому что по губам Сяо Чжаня вязко размазалась смазка, которую буквально выплеснул его отвердевший до предела член. А ведь всё только началось.       И судя по его напору, Сяо Чжань не собирался проигрывать в этой битве.       Его язык лениво очертил круг, оставив влажный след. Потом ещё раз, и ещё… Ибо кончиками пальцев опирался на его плечо и уже не дышал, а хрипло сопел, подвергнутый самой ужасной и сладкой пытке. Желанное было так близко и так далеко…       Сяо Чжань поднял взгляд. Тёмный, пронзительный, он ловил в сети и не позволял отвернуться. Головка члена улеглась в лодочку языка. А потом, как по гребню волны, скользнула в глубину. Ибо штопором ушёл под воду, окутанный мурашками.       Сяо Чжань будто нарочно готовил так много слюны. Его рот оказался горячим и мокрым. Сосать он принялся ритмично и быстро, словно прочитал в мыслях, как Ибо любит. Член влажно блестел, по телу расходилась рябь удовольствия. Ибо запрокинул голову и, не контролируя силу, крепче вцепился в плечи. Сяо Чжань недовольно замычал.       Но нет, Ибо не собирался давить и направлять, его и так растаскивало от горячих мыслей, как его пальцы могли бы сжать жёсткие волосы на затылке, как вибрация стонов ударила бы молнией в крестец, как во рту Сяо Чжаня стало бы нестерпимо тесно, когда член Ибо неожиданно выплеснулся бы в горло. Сперма потекла бы по губам, оставляя белёсые потёки на подбородке, закапала на футболку и на пол, между разведённых ног, где разместилось неудовлетворённое желание Сяо Чжаня.       Нет, ни в коем случае нельзя было так делать, ведь тот и так старался на свой максимум. Заглатывал глубоко как мог, и в густых ресницах уже притаились бриллианты слёз. Красиво, как зажёгшиеся на небе первые звезды.       — По-моему ты сейчас кончишь, — сипло произнёс Сяо Чжань, мягко скатываясь с члена. — Отступаешь от плана?       — Ты меня в него так и не посвятил, — укоризненно отозвался Ибо. Он действительно не знал, как далеко собирался сегодня зайти Сяо Чжань, когда ворвался к нему в номер, такой горячий и смелый. Но Ибо был готов следовать его желаниям, куда бы те не завели.       Сяо Чжань ухмыльнулся, а после хватился за пояс джинсов Ибо и поднялся, надавливая так, что швы затрещали.       — Я отсидел ноги. О, мои бедные колени! Нужно попить добавки с коллагеном, — вздохнул он, морщась. — А насчёт плана… Попробуй догадайся.       Ибо обхватил его, принялся страстно целовать, опутал руками и утащил в комнату. Он даже не смотрел назад и, наткнувшись тыльной стороной коленей о кровать, повалился на неё вместе с Сяо Чжанем. Тот вскрикнул, а у Ибо в животе от невесомости взвихрились маленькие ураганы. На какой-то момент он испугался собственной беспечности, вдруг он каким-то образом промазал, и позади окажется не матрас, а жёсткие рельефы мебели. Одно дело рисковать собой, другое — Сяо Чжанем. А это недопустимо!       В кровь выплеснулось достаточно адреналина, прежде чем спину наконец охватило мягкое одеяло. Оно пахло цветущим хлопком, и по ощущениям Ибо опрокинулся на облако. Они с Сяо Чжанем стукнулись лбами, ошарашенно уставились друг на друга и рассмеялись. Конечно, Сяо Чжань сразу же стукнул Ибо в грудь, а тот попытался дотронуться до покрасневшего пятнышка на совершенном лбу. Сяо Чжань подался вперёд и впился зубами в пальцы. А когда Ибо зашипел от боли, расхохотался.       — Боже, какие мы придурки! — воскликнул Ибо, пытаясь укротить безудержный смех.       — Мы? Ты не обобщай, — хохотал Сяо Чжань. — Я вижу только одного.       — Какое совпадение! Я тоже.       Сяо Чжань состроил удивлённые глаза, потом сердитые, а после они и вовсе превратились в щёлочки. Он так очаровательно выглядел, когда заливался высоким глупым смехом, что Ибо порывисто перевернул его на спину и впился в растянутые в улыбку губы. Сяо Чжань успокоился довольно быстро и уже через мгновение открылся для долгого и чувственного поцелуя.       Ибо не представлял, как их хватило так надолго. Кажется, он терзал губы Сяо Чжаня вечность, расцвеченную длинными раскатистыми стонами, а тот ёрзал и порывисто жался к нему всем телом. Это точно не было зрелым плодом воображения?       Ибо оторвался от спелых губ, определённо оставив на них часть своей души, и сжал Сяо Чжаня через брюки. Под мокрой тканью тот предсказуемо оказался налитым и твёрдым. И настолько истомившимся, что Сяо Чжань немедленно вздрогнул и шумно задышал. Как же он хотел уже чего-нибудь! Обдав Ибо шальным взглядом, он тяжело уронил затылок на постель и раскинулся на простынях.       — Если я наконец сниму с тебя штаны… — Ибо неукоснительно проделал это, спуская ткань по бесконечно длинным ногам, — … переверну на живот…       С этим проблем тоже не возникло. Вот только резинка, слишком сильно впившись в плоть, оставила широкий зигзагообразный след. Ибо немедленно наклонился и приник к нему губами. Сяо Чжань взбрыкнул под ним и согнул ноги, чуть не засветив пяткой Ибо в ухо. Задетая пушистая прядь колыхнулась, но угроза миновала.       Ароматная кожа на вкус показалась ванильной, как любимое мороженое. А алые зигзаги — клубничным сиропом, щедро сдобрившим податливую плоть. Ибо захотелось укусить пышную ягодицу, лизнуть…       Вместо этого он, нарочно надавливая, забрался сверху. Прижатый к матрасу Сяо Чжань застонал и заёрзал, укладываясь поудобнее. Ибо приподнялся, навис над ним, задел влажным кончиком смуглую ягодицу и рукой пристроил член между.       — …и войду. Я буду следовать твоему плану?       Ощутив, как в него упёрся член, Сяо Чжань выгнулся в пояснице.       — Он ещё спрашивает. Конечно, будешь… А-ах!       Вязкой влаги на кончике хватило, чтобы слегка смазать вход и толкнуться внутрь не на сухую. Ибо задумал всего лишь подразнить, взбудоражить, завести. Головка соскользнула со сморщенного входа, слишком крупная для маленького отверстия. Сяо Чжань непременно должен был это знать, но почему-то, уткнувшись лицом в одеяло, завёл руки назад, положил ладони на ягодицы и раздвинул их.       Ибо чуть не оглох от рёва крови в ушах. Он сглотнул, стараясь не сильно выпасть из момента, и заворожённо взирал на напряжённые длинные пальцы, на красивые жилистые руки. Металлический браслет золочённых часов звякнул. Он был отрегулирован свободно, и запястье в обхвате выглядело изящным и тонким.       — Нет, давай-ка по правилам. — Ибо мотнул головой и отступил к шкафу.       Мальчик он был запасливый, личное время любил проводить с комфортом. Поэтому по выработанной привычке вылил смазку из флакончика на ладонь, а не на пальцы.       — Щибаль… — выплюнул он.       — Что такое? — Сяо Чжань заинтересованно глянул из-за плеча, обнаружил недоразумение, а после перевернулся на бок, наблюдать, как этот болван выкрутится.       Ибо не нашёл лучшего способа, чем перехватить себя и провести по стволу парой размеренных движений.       Сяо Чжань подавился воздухом, расслабленная поза сменилась напряжённой, а кадык дёрнулся к подбородку, забился там, как пойманная в ладони бабочка. Сяо Чжань откликнулся томным стоном, бархат его глаз засиял удовольствием, ощущая исходящую от Ибо вулканическую сексуальную энергию, но когда Ибо отпустил себя и собрался приблизиться, протестующе вскинул руку:       — Э, нет! Стой! Сделай так ещё, — попросил он, снова сглотнув, и добавил жалостливо: — Пожалуйста.       Невозможно было оставить без внимания его просьбу, проигнорировать безумный, неистовый взгляд. Это и правда походило на сумасшествие, ведь прежде никто Ибо о таком не просил, но читаемое с лица восхищение побудило его переступить через мимолётную неловкость. Последний стыд выгорел, и Ибо принялся дрочить себе под одобрительный стон Сяо Чжаня. Тот подобрался ближе, как укрощённая змея. Хотя змея сейчас находилась в кулаке Ибо, привычно хорошо скользя.       Сейчас всё воспринималось чересчур остро. Ибо заводился от того, как Сяо Чжань смотрел, как облизывал пересохшие губы. Когда он потянулся за бутылочкой смазки, Ибо ещё ничего не подозревал, и буквально подавился воздухом, когда блестящие пальцы исчезли за узкой спиной, мягко провалившись в жаркую глубину.        Сяо Чжань закусил губы и на мгновение прикрыл глаза, а после распахнул и глаза, и губы. Его взгляд скользнул с кисти Ибо по напряжённому предплечью на рельефный пресс, безволосую грудь и горошинки сосков, по длинной шее на губы, а потом снова нырнул вниз, чтобы разглядеть, как хорошо, точно поршень, ходил в ладони твёрдый член. Ибо не любил красоваться и думал, что привык к восхищённым взглядам, бросаемым на него, пока он танцевал на сцене, однако к урагану в глазах Сяо Чжаня оказался не готов.       Ибо бросил взгляд вниз, чтобы оценить, что же так зажигало Сяо Чжаня. По стволу расходились волны смазки, вены припухли и налились. Если Ибо продолжит, вернее, если Сяо Чжань продолжит возбуждать его взглядом и разрабатывать себя пальцами, то Ибо точно долго не продержится. Он всего на мгновение почувствовал, что теряет контроль, колени разъехались, в голове стало гулко и пусто. Ибо снял руку с члена и задышал часто и загнанно. Чуть не упустил, проклятье.       — Это было бесстыдно и красиво, — произнёс Сяо Чжань, всё ещё не отрывая взгляда от тяжело покачивающегося между ног члена. — Не знаю, что больше…       — Я знаю. То, что ты делаешь, — Ибо подобрался и легонько толкнул Сяо Чжаня в плечо, опрокидывая на спину.       Тот выгнулся и закусил зубами родинку. Ибо запустил под него руку и нащупал костяшки находящихся глубоко внутри пальцев. Настала очередь Ибо длинно сглотнуть. Он перехватил мокрые тёплые пальцы, заменил своими. Глубоко вдохнул, потому что по ощущениям проглотил сердце.       От мысли, что сейчас он возьмёт Сяо Чжаня, застучало в висках. Он не знал, как переживёт то, как в нём горячо и влажно, как тесно и скользко. Такого Сяо Чжаня хотелось иметь не переставая, поэтому Ибо медленно расширил его ещё одним пальцем и накрыл губы своими, выпивая готовый сорваться стон. Тот немедленно упал в желудок и защекотал стенки.       Ибо целовал его, продолжал работать запястьем, как вдруг Сяо Чжань охнул и выгнулся очаровательной дугой.       — Умираю, как хочу тебя, — охнул он, и Ибо лизнул дрожащие губы, перехватил Сяо Чжаня другой рукой и завалил на себя, чтобы было удобнее растирать найденную магическую кнопку.       Больше Сяо Чжань не говорил, только мычал и дрожал. Остервенело кусал губы, а потом жадно проходил по ним языком. Целовать его было всё равно, что есть щедро приправленную перцем пищу. Ибо обожал её, но никогда не мог справиться с остротой. А сейчас не мог справиться с Сяо Чжанем. Не верилось, что это правда происходило с ним.       Когда Сяо Чжань в очередной раз впился Ибо в плечи, он заметил подогнанный ободок брелока на безымянном пальце.       — Ты не передумал выйти за меня?       — А? — Сяо Чжань распахнул глаза и принялся тереться об него, сильнее размазывая смазку по животу. — Как-то странно передумать, когда во мне твои пальцы…       Ибо тут же мстительно согнул их.       — Я серьёзно…       — Ван Ибо, у тебя совсем крыша поехала? И не оправдывайся, что от меня. Мы репетируем брачную ночь, должен же я знать, на что согласился. Приступай уже к делу!       Надо же, даже голос повысил! Этот робкий и неловкий парень, который раскраснелся после первого поцелуя, сейчас буквально пылал, становясь невероятно требовательным и капризным в постели. Но Ибо он нравился любым.       В Сяо Чжане было слишком горячо, стенки казались чересчур тонкими и нежными. Ибо вынул пальцы, скользнул рукой по верху спины. Коротко стриженные волосы на затылке приятно покалывали. Ибо надавил, поймал расфокусированный взгляд и нежно поцеловал Сяо Чжаня в губы. Тот наконец-то высвободился, слез с него и встал на колени.       — Эй, ты настолько не хочешь меня видеть? — воскликнул Ибо.       Что-то в груди кольнуло. Тонко, как иголочка. Но тут же отпустило, когда он увидел смущённую улыбку.       — Боюсь, тогда я поставлю рекорд. Я не настолько тороплюсь на самолёт.       Ибо кивнул и приподнялся. Пальцы словно примагнитило к разработанному входу. Погладив покрасневшие, слегка припухшие края, пальцы скользнули на нежную кожу промежности и мягкий мешочек яиц.       — Я буду… — начал Ибо, но стандартная фраза раскололась.       Нежен? Осторожен? Груб? Не сдержан? Буду трахать, пока не отключишься? Буду ласкать, пока не кончишь?       Все слова казались искусственными.       В ушах зашумела кровь, когда Ибо смазал себя поверх презерватива и перехватил трепещущие бёдра.       — Обещаю, я буду… — сглотнул он, снова пытаясь оформить желаемую мысль, как Сяо Чжань его перебил:       — Собой, Ибо! Просто будь собой. Я ведь уже согласился. На что угодно, лишь бы с тобой… — ахнул он, когда окрылённый его словами Ибо начал движение внутрь.       Ложбинка между ягодиц блестела от избытка смазки. Когда Ибо попытался втолкнуть широкую головку в узкое отверстие, то излишки геля вязко стекли на яички. Придерживая себя, он туго проваливался в податливое тело, неспешно отвоёвывая пространство. В первые мгновения Сяо Чжань подбирался, а после шире расставлял ноги. Ибо казалось, его член сожмётся в гармошку, так сильно собралась на нём кожа.       Тем не менее, когда он оказался внутри на треть, Сяо Чжань даже расслабился и отвёл руки. Ибо подался назад и снова мучительно медленно двинулся вглубь. Положив ладонь на изгиб идеальной поясницы, потянул к себе Сяо Чжаня. Тот чуть расставил колени, отчего пятки сомкнулись. Перекрещённые худые лодыжки выглядели изумительно, волосатые голени нисколько не портили великолепия картины.       Вот только произведения искусства не выражались так грязно. Когда Ибо вошёл на большую часть, Сяо Чжань, исторг весь поток корейского мата, которого наслушался вчера от них с парнями. Его ягодицы покрылись мурашками, Ибо самого пробрало от сладкого ощущения горячей тесноты. Медленно входя, он весь взмок. А ещё старался крепко и бережно придерживать Сяо Чжаня. Не впиваться до боли, не сжимать до синяков.       Поэтому двигаться начал Сяо Чжань. Сначала неспешно, лениво, потом всё быстрее. Даже тихими его стоны звучали сочно. Сопротивление постепенно спало, и стенки, недавно так плотно обхватывающие, поддались уже легче и впустили глубже. В один умопомрачительный момент Ибо вдавился в Сяо Чжаня яичками и напряжённым животом. Он собирался наращивать темп постепенно, но Сяо Чжань немедленно запросил ещё и быстрее, и Ибо толкнулся снова, сходя с ума от наплыва ощущений.       Как же щедро его одарила судьба!       Сяо Чжань отзывчиво охнул, подался назад, раскачиваясь вокруг вставленной в него оси. Ибо скользнул ладонями по выдохнувшей испарину пояснице. В ушах шумело, перед глазами двоилось от пряного удовольствия. Запах дыма и цветов стал сильнее, и Ибо принялся растирать влажную гладкую кожу, чтобы опьянеть от такого Сяо Чжаня окончательно. Ему хотелось любить его на каждом сантиметре огромной кровати. Отчего он ускорил амплитуду, впился пальцами в косточки таза и использовал их как рычаги, помогающие надевать на себя его узкую задницу.       С каждым толчком он непроизвольно двигался резче, окутанный всё большим жаром. Сяо Чжань на звонкой прерывистой ноте загрёб ладонями простыни и потянул, обнажая бежевый матрас с вышитыми на них контурами пионов.        Его затылок блестел от пота, лопатки очертились яснее, когда он прогнул спину. Ибо чувствовал каждое погружение острой вспышкой удовольствия. Он замедлился, чтобы перевести дыхание, потому что в груди теснило. Но Сяо Чжаню смена темпа пришлась не по нутру.       — Прощайте, колени, — выдохнул он и упёрся ими в матрас.       Подняв голени, он захватил пятками ягодицы Ибо, а после завёл руку за спину и уронил его на себя. Ибо выставил руку, чтобы задержаться, но плотно просел в него, губами врезался в макушку и поцеловал мокрый от пота, сладкий затылок.       — Оказывается я собираюсь выйти замуж за парня без тормозов, — пробормотал Ибо ему на ухо, пережидая сладкий шторм внутри. Бёдра и живот свело от наслаждения, член оказался в тесном плену. Нутро Сяо Чжаня сжималось и пульсировало, можно было даже не двигаться, по телу и так расходились яркие волны.       — Пытаюсь соответствовать, — сдавленный его весом, проговорил Сяо Чжань, поджимая плечо. А потом и вовсе заёрзал, пытаясь столкнуть Ибо с влажной спины. — Жарко…       Ибо укусил его за ухо, а после приподнялся. Сначала он раскачивал бёдрами, оставаясь глубоко внутри, а после задвигался в полную силу, звонко шлёпая о ягодицы. Напряжённое, как пружина, тело жаждало разрядки. Сяо Чжань крупно и часто дрожал, но встречал ритм одобрительными всхлипами. Ибо вбивался в него всё сильнее, подгоняя их совместный оргазм. Распахнутые губы Сяо Чжаня, розовый румянец и влажный блеск тёмных глаз под встрёпанной чёлкой на покрытыми бисеринками пота лбу завершили для Ибо виток. В ушах зазвенело, когда волна удовольствия прошла через их тела, спаивая их воедино. Ибо расслабленно обрушился на мокрую спину, но соскользнул на бок.       Однако не смог удержаться, развернул Сяо Чжаня к себе и припал губами к шее.       — Эй, хватит! Дай передышку, — Сяо Чжань под ним забился, как будто через тело пустили ток. Ибо тоже ощущал всё на пике, слишком чувствительно. Он быстро расправился с использованным презервативом, но даже кончив, не чувствовал удовлетворения в полной мере. Хотелось ещё ласкать Сяо Чжаня. Трогать, обнимать, целовать.       — Передышка тебе не светит, — усмехнулся он, ныряя вниз и вжимая губы в паховую складку. Густые волосы на лобке защекотали нос, запах спермы смешался с терпкой сладостью дыма, накрывшего луговое разнотравье.       Ибо не удержался и лизнул опадающий член, вбирая на язык ещё один уникальный вкус своего будущего супруга.       — Если ты продолжишь, мне придётся поменять билет на вечерний рейс, — замучено простонал Сяо Чжань.       — Отлично, значит, полетим вместе, — заявил Ибо, берясь за дело усерднее.       — А ты умеешь уговаривать, — хмыкнул Сяо Чжань, опуская ладонь ему на макушку и заставляя взять в рот солоноватый член.       Ибо не смог ответить, что он много чего умеет и много чему научится.       Ради своего будущего мужа.