Под колпаком ведьмы

      — Ты ничего не забыла?       Я приподняла бровь, чуть наклоняя голову, но не отрывая глаз от него, копаясь в своей памяти. Вроде нет. Я же сделала всё, что должна была по учёбе, меня ни о чём не просили. Что же я могла забыть?       — Вчера было 7 ноября.       Ах. Понятно. Это про неё.       — Ты же помнишь, что она уже в возрасте. А люди в возрасте — они во многом как дети. Очень эмоциональны…       И что? Я должна закрыть глаза? Заткнуться и улыбаться так, как будто всё в порядке? Демонстрировать любовь, которой и капли не осталось?       — Пока она здесь, нельзя упускать возможность поговорить. Если не сделать этого, будешь жалеть потом, но может стать поздно.       Жалеть?       А она жалеет?       Ни капли. Она никогда не считала, что была неправа. Единственными, кто заблуждался, были мы. Ты. Мама. Сестрёнка.       Я.       Она приезжала время от времени. Я всегда так ждала её, но сейчас я не помню, почему. Что конкретно заставляло меня так радоваться? После тех событий я не могу думать об этом в положительном ключе.       Я не могу отделаться от раздражения, когда думаю о ней.       Ради неё я хотела стать флористкой.       Врачом.       Рано выйти замуж.       Потому что она всегда говорила об этом так радостно и с таким восторгом.       Но почему-то я не помнила её грубого, безразличного поведения в сторону мамы. Твою ругань с ней. По какой-то причине я закрывала глаза даже на её споры с сестрой, где она выходила победителем просто в силу «опыта своих лет». Как жаль, что они буквально говорили одно и то же, но она просто не желала признавать свою неправоту в мелочах. Что она могла ошибаться.       Я о многом хочу поговорить с ней, действительно.       Почему её доброта вдруг оказалась ложью? Была ли эта доброта ложью? Если нет, то как она могла любить внучку — меня — и ненавидеть свою невестку — мою мать? Я — это не только ты, пап. Сейчас я знаю, что я во многом похожа на маму. Больше, чем я думала раньше. В таком случае, она должна ненавидеть и меня. Ведь я — её копия.       У меня ком в горле застрял.       — Я не хочу с ней общаться после того случая.       — Я понимаю. И я говорил ей об этом…       Тогда почему сейчас ты спрашиваешь меня? Ты ни черта не понимаешь. Я изо всех сил пытаюсь не возненавидеть её, но я не могу. Я пытаюсь любить воспоминания о детстве, в которых всё было хорошо, но они трещат по швам от осознания, что там всегда было что-то не так. Что всё, что я любила, было чёртовой многослойной ложью, поддерживаемой вами всеми.       Я буду жалеть, если я продолжу общение. Я буду жалеть, если я узнаю правду о том, что она чувствовала к нам всем. Если я услышу это из её уст, тогда у меня не останется причин хранить те детские счастливые воспоминания, в которых всё было хорошо. В которых я всё ещё любила её.       Мама терпела. Ты закрывал глаза. Сестра минимизировала взаимодействие с ней, потому что всё внимание перешло на меня, как на самую младшую. Кошка её не любила. Я должна была догадаться. Животные ведь чувствуют «хороших» людей. Но я тоже решила остаться слепой.       Вы заставили меня заткнуться, потому что ваши плохие отношения не должны затрагивать меня.       Вы не дали мне выбора.       Ты продолжаешь лишать меня его.       Я чувствую ладони на своих плечах и смотрю под ноги. Босая девушка стоит совсем близко ко мне.       Ну точно.       Как я могла забыть.       Ты же уехал в том году. Ты ни черта не слышал, что она устроила.       Ты понятия не имеешь, каково это, в свой собственный день рождения слушать, что ты мог умереть. Вы все знали об этом, и никогда не рассказывали мне. Вы не рассказывали мне об этом, хотя это напрямую касалось меня. Да, это было задолго до того, как я могла что-то осознать, но это, чёрт возьми, я. Это моё прошлое. Я давно начала замечать, что на мой день рождения была какая-то тема, которую вы старались не поднимать. Невероятно. Вы не могли просто подобрать день, чтобы поговорить со мной? Вам нужно было дотянуть это до того, чтобы она в разгар праздника со своей колокольни, со своим «опытом работы» и общения с людьми сообщила мне, мол, внученька, я была уверена, что ты не выживешь.       Это был мой день рождения.       Мой день рождения.       Но тебе неважно. Всё, что тебе нужно — чтобы я продолжала играть роль хорошей внучки и прилежной дочери.       Чтобы твоя совесть была чиста.       — Я позвоню ей.       Как жаль, что мы изжили себя.