Под колпаком ведьмы

      — Ты не думаешь, что она расстроится больше из-за того, что ты врёшь?       Я моргнула, уставившись на подругу после её слов. Она глядела с совершенной серьёзностью и беспокойством. Я не понимала этого.       — Я не вру. Я просто не говорю всего.       — Я не об этом…       Это я, как ни странно, понимала. Но вот как подобрать слов, чтобы объяснить, что всё нормально… как перейти к тому, что подобные действия — правильные с моей точки зрения. Я ведь понимала, что она всё равно не поймёт и не примет этого полностью.       Выдохнув сквозь зубы, я пододвинула кружку к центру стола и взяла чайник.       — Ничего?       — Да, конечно.       Она подставила и свою кружку поближе, чтобы мне не пришлось тянуться на другую сторону стола. Надо было раньше предложить чай, но я была слишком увлечена историей.       Расстроится ли она, что я врала? Конечно. Если она узнает об этом. А она узнает об этом. Просто если правда всплывёт наружу сейчас, то это превратится в катастрофу, с которой я совладать не смогу.       — Лучше она расстроится потом.       — Если ты так считаешь…       Она обречённо вздохнула. Понимала, что меня не переубедить, а потому всё же согласилась отпустить ситуацию. Согласилась подыграть мне в этом молчании. Я была ей невероятно благодарна, но совершенно не знала, как это выразить, а потому спешно сменила тему.       Всё равно, я сама расскажу, когда придёт время. Тогда, когда я буду уверена, что у неё всё в порядке. Или некоторое время спустя. И после этого пусть обижается, злится, возмущается. Пусть воротит всё, что её душе будет угодно. Я всё приму.       А пока что стоило залечь на дно. Не подавать особых причин для подозрений. Вести себя, как обычно.       На телефоне сработал будильник. Я выключила его до того, как зазвучала музыка, но из-за вибрации, прошедшейся по столу, неизбежно дёрнулась. Надеюсь, не слишком заметно. Выгляжу как невротик… это же правильное слово, чтобы описать такое?       — Мне надо идти…       Я грустно процедила сквозь зубы, боязливо поднимая глаза.       — Да, конечно. Спасибо, что пришла.       Она сияла. Я почувствовала, как внутри полегчало, но решила не показывать это жестами. Забрала пальто с вешалки, надела его, бросила ещё несколько шуточек. Мы, с улыбкой до ушей, обнялись на прощание. Когда я вышла из кафе я ещё раз помахала подруге рукой, наблюдая, как та доставала ноутбук. Ей нужно было доделать отчёт, и я очень не хотела её отвлекать.       Не хотела напрягать её.       Доставая наушники из кармана, выбирая плейлист для прослушивания, я безуспешно пыталась отвязаться от её вопроса. Почему то, что я делаю — неправильно? Я не дурю никого на деньги. Я не лгу ради забавы или грязного белья, которое могла бы высыпать после на публику. Всё, что я делаю — пытаюсь уберечь своих близких от того, что непременно ранит их.       Пытаюсь уберечь себя от их отчаяния.       Нет, конечно, нельзя постоянно плавать во лжи. В конце концов, это не приведёт ни к чему хорошему. Заврёшься, выдашь себя или, чего хуже, сломаешь себя своей же ложью. Но и честность не всегда принесёт спокойствие. Она может сделать хуже.       Неспроста ведь есть выражение «ложь во благо».       Светофор на переходе моргнул, сменяясь на красный. Я застыла, выключая будильник и проверяя, сколько времени осталось до электрички.       В какой момент человек задумывается о том, что можно обмануть окружающих? Как он учится лгать? Это ведь почти что актёрское мастерство, только в повседневности. И вообще, что сложнее, солгать или сказать правду?       А с какого момента я научилась лгать?..       Фигура рядом дёрнулась, из-за чего я сделала шаг вперёд, почти наступая на зебру. В последний момент я отшатнулась назад, понимая, что свет всё ещё не сменился на зелёный. В правом ряду промчался автомобиль. Спустя ещё несколько секунд, после смены сигнала на светофоре я наконец перешла на другую сторону дороги и помчалась к метро.       Оставшись по ту сторону перехода, босая девушка ещё долго сверлила взглядом мой затылок.