Такой себе последователь

      «Солнце и Луна пытались мне помочь, но не смогли. Кто-то стер из их памяти информацию по нашему празднику. Но вопрос не к ним. Кто стер память мне? Почему я не помню того, что у Дерека был день рождения? Я не помню даже то, что он отмечался весной, а сейчас уже начало лета. Почему ни Дерек, ни кто-то другой не обмолвился о том, что мы здесь делали? – размышлял Глен. Он впервые за долгое время шел перед Фредди, а не тащился за ним попятам, и это явно создавало неудобство для последнего, так как Фазберу приходилось ступать очень медленно и редко, чтобы не наступить на призрака, но медведь не претендовал на первенство, давая время мальчику на подумать и порассуждать. – Однако такие вопросы не заботили меня до сих пор. Я будто помнил это где-то внутри себя… Такое же ощущение у меня было, когда один пожилой человек спросил у меня дорогу до местного кафе. Внутри себя я знал его местоположение, но сказать, как дойти, не мог. Будто дорога оказалась в тумане, в белизне которого я не мог отыскать верный путь».       - Слушай, Фредди, ты что-то знаешь про предыдущих жертв? – вдруг поинтересовался Глен. Фазбер удивленно покосился на него, а после смущенно отвел взгляд. Блондин фыркнул: - Ты не можешь от меня скрывать это. Мы же с тобой друзья, верно? Верно?       Фредди застыл на минуту, настороженно осмотрелся по сторонам, а после наклонился к мальчику и легонько кивнул. Глен прищурился, также оглянулся, но никого поблизости не обнаружил.       - Ты кого-то опасаешься? – спросил его блондин. Процессор тревожно завыл, мальчик всё понял и без слов. – Кого? – медведь отвернулся, переминаясь с лапы на лапу. Глен взял его за руку, дернув за неё и повернув его к себе лицом, и успокаивающе погладил. - Ты можешь доверять мне, Фредди. Я всё равно никому не смогу ничего сказать, если это какая-то тайна.       Фазбер покачал головой, имея ввиду, что в этой информации нет ничего секретного, но его взгляд остался таким же тяжелым и боязливым. Блондин вздохнул и похлопал медведя по руке:       - Ладно, друг, храни свои тайны.       Фредди дернулся в сторону мальчика, надеясь объяснить ему, что он готов к совместной работе, но тут же поймал себя на том, что услышал смех Монти и ерзанья ботов вдалеке. Он указал в том направлении, откуда доносились смешки, кудахтанье и рычание, и вопросительно посмотрел на Глена. Блондин понимающе кивнул: «Пойдем к ним».              - Вот и ты! – радостно прокричала Ребекка. – Мы тебя обыскались, Глен! Где ты был?       - В «Детском Саду», - отчеканил мальчик, усевшись возле его друзей. Они зависали в комнате Чики, сидевшей вместе с остальными маскотами на диванчике и следившей за детьми. Бекки вытряхнула все свои запасы конфет на стол и угощала ими детей, Мег разукрашивала лица своими фломастерами, а Дерек вместе с Люси спорили насчет того, чей робот круче – Бонни или Монти.       - Что ты там делал? Затмение же просил не подходить к ним! – изумилась малышка. Для неё было в новинку слышать про Глена, парня, что всегда чтил правила и следовал им, то, что он самостоятельно решил пойти наперекор системе.       - Да Глен просто выеживается, показывая, какой он крутой детектив, - объяснил ей Дерек, отвлекшийся от его спора.       - Зато, пока вы тут сидели и развлекались, я узнал некоторую информацию про наше с вами Затмение, - нахмурился блондин, недовольный отношением со стороны его друга к его намерениям. – И это никак не связано с тем, что я хочу, как ты сказал, показать, «какой я крутой детектив».       - Ну-ну, - хмыкнул Дерек. – И что ты узнал?       Глен проглотил свою обиду, скрестил руки на груди и завещал:       - Затмение появился здесь задолго до нас, но не с открытия «Пицца-Плекса». Ни Луна, ни Солнце не знают, зачем он нужен и откуда взялся. Они признались, что Затмение следил за ними, пока те работали, но ничего не делал, хоть дважды и похитил партию их игрушек и сжег их в кухонных печах. Он стал более активным в тот момент, когда в комплексе появились мы. Другими словами…       - Другими словами, до тех пор, пока мы, эм, не оказались здесь, у Затмения не было работы, ведь он должен приглядывать за такими душами, как мы, - перебил его Дерек. – Что ты хочешь этой информацией для нас открыть? То, что мы и так знаем?       - Дело не в том, что он не имел какой-либо функции, пока мы не появились, а в том, что он тщательно от нас это скрывает. Затмение не хочет, чтобы мы хоть что-то знали про него. Это ли не странно? Стал бы ты скрывать что-то от тех, кому хочешь помочь, если бы ты был на месте Затмения? – объяснился Глен.       - Может, он просто не помнит ничего про себя так же, как и мы? – предположила Люси, заскучав.       - Вот именно, может, он и сам не понимает, откуда взялся на свет, - согласился с ней (впервые за жизнь) Дерек. – Что в этом такого? Ты бы тоже нервничал, если бы не мог ни слова про себя сказать!       - Да, вот только вы упускаете одну важную деталь: инцидентов до нас не было.       - И что это должно значить? – поинтересовалась Мег.       - А то, что Затмение попросту не мог знать о том, что у роботов случаются какие-то ошибки, приводящие к, эм, пропажам кого-либо. Иначе говоря, мы лишь первый случай за всю историю комплекса, но он уже почему-то знает, что такое могло произойти. Вам не кажется это подозрительным? Более того, Затмение ведет себя очень жестоко по отношению к воспитателям: он их ненавидит, он издевается над ними и делает их существование ужасным. Вы хотите сказать, что так должен вести себя тот, кто взял на себя ответственность следить за детьми? – говорил свои доводы Глен. – Откройте глаза, каждого из нас он так или иначе обидел своими выходками! Разве этим должен заниматься тот, кто обещал оберегать и заботиться о нас?       - Но он же пришел извиниться! – вступилась за Затмение Ребекка.       - Да, он пришел извиниться, но как он себя вел во время этого! Его будто под дулом пистолета заставили прийти к нам и попросить прощение! Когда я отказался от подарка, он посмотрел на меня с таким облегчением, будто с его спины сняли огромный груз ответственности, - вспоминал мальчик. – Вы же проснулись на неделю раньше, верно? То есть, вы спали около 2 месяцев, и Затмение даже не решился вас разбудить? Почему мы вообще проснулись летом, если «пропали» весной?       - В плане «весной»? – не понял Дерек.       - А в том! В базе данных комплекса сказано, что мы пропали 24 марта, а уже конец мая! Мы тупо проспали всё это время! Фредди подтвердит, - медведь закивал, всё ещё стоя позади мальчика.       - А разве вам не было это известно? – удивился Бонни.       - Во-первых, Фредди, прекрати повторять за мной, это нервирует, - попросил того мальчик, но медведь всё равно продолжил. - Во-вторых, мы не помним буквально ничего! Будто я пытаюсь найти что-то в темной библиотеке без света! – ответил ему Глен. – У тебя есть какая-то информация, Бонни?       - Не больше, чем у кого-либо другого, - пожал плечами кролик. – Я работал у себя в Боулинге и видел вас лишь мельком, когда вам проводили экскурсию.       - Нам проводили экскурсию? Значит, мы не сразу очутились возле «Детского Сада», прошло какое-то время. Возможно, стоит соотнести время посещения нами каждой локации и людей, что находились в тот момент в комплексе, тогда мы сможем… Нет, чепуха, записи с камер же стерты, - рассуждал сам с собой блондин.       - 24 марта?.. – спросил Дерек. – Это же был мой… мой праздник…       - Мне жаль, Дерек, если ты только сейчас вспомнил об этом, - сочувствовал ему Глен. – Да, мы были на празднике в честь твоего дня рождения, и в тот день нас всех… похитили.       Метис потеряно взглянул на Мег и Ребекку, спрятал своё лицо в руках, а после агрессивно ударил правой рукой по своему колену. Девочки приобняли брата, он немного поубавил ярости, но всё равно его дыхание оставалось горячим и гневным.       - Почему все говорят, что нас похитили, если мы все здесь? – обратилась Люси к Бонни.       - Поверь, этот разговор совершенно не для нас, - убеждал её кролик. – Пойдем! Позволим им поговорить! Я куплю тебе мороженое!       - Ура, - вымолвила блондинка. Бонни унес девочку, перекинувшись многозначительными взглядами с Фредди. Медведь некоторое время стоял, провожая глазами кролика, а после повернулся к остальным маскотам, сев рядом с ними.       - Да как!? Да кто!? – орал Дерек. – Какой кретин решил убить меня в мой же день рождения! Что за несправедливый сукин сын!?       - Дерек, здесь же Бекки, придержи язык! – отругала его Мег.       - Да мне абсолютно всё равно! – гаркнул он. – Я бы посмотрел на тебя, что бы ты сказала, Мегушка! Заткнись нахер и не мешай мне злиться!       - Рек, поимей уважение к своим сестрам! Они пытаются тебя успокоить! – вмешался Глен.       - А что мне даст это успокоение!? Какая-то мразь просто пришла, увела меня куда-то и оборвала мою жизнь с ничего! Да ещё и в мой праздник! Это был мой день рождения! Этой поездки я ждал около года, и чем это закончилось!? Моей смертью!       - Ну же, братик, не кричи, - попросила его Ребекка, расплакавшаяся от страха и жалости к нему. – Мы же рядом с тобой! Я, Мегги, Глен, Люси, Монти и Затмение!       Дерек поумерил пыл и тяжело вздохнул, прижав к себе сестричек. Девочки тоже сжали в объятиях братишку. Даже тройка маскотов не осталась в стороне, окружив семью со всех сторон. Фредди и Глен со стороны наблюдали за умиротворением метиса и лишь обменивались взглядами, стараясь не мешать идиллии.       - Ладно, всё, я успокоился, - отогнал всех от себя Дерек. – Не нужно этих телячьих нежностей.       - А только что ведь был не против, - хмыкнула Мег.       - Ой, отстань, - нахмурился мальчик, - это была минутная слабость.       - Коне-е-е-ечно, - протянула Мегги, хихикнув. Дерек рыкнул, но не стал спорить, повернувшись к Глену.       - Чувствую, ты что-то хочешь нам сказать, - объявил метис.       - Хочу, - кивнул блондин. – Мне кажется… это не подтвержденная версия, у меня нет никаких доказательств, так что вы можете мне не верить, но… Мне кажется, что наш убийца – это и есть Затмение.       Дети шокировано округлили глаза, а роботы не пойми с чего нахмурились, начав сверлить взглядом мальчика.       - Ты понимаешь, что говоришь? – не верил ему Дерек. – Это же абсурд! Зачем ему убивать нас? Что мы ему сделали?       - И зачем помогать, если мы его жертвы? – согласилась с ним Ребекка. – Звучит глупо.       - Я понимаю, что это звучит странно, но сами посудите! Затмение ничего нам не говорит, почти с нами не контактирует, общается и помогает нам с чем-то через силу! Ещё недавно он чуть не убил Монти и не довел до истерики Роксану! Только Ребекке и Чике он не сделал ничего плохого, но, может, просто не успел! – рассуждал Глен. – Луна удивился, когда я сказал, что не желаю контролировать Фредди, будто он считал, что все только и делают, что подавляют чью-то волю!       - Потому что мы подавляем волю роботов, так же Затмение говорил, - уточнила Мег.       - Но откуда об этом знать Луне и Солнцу, если у них нет призрака, который стал бы подавлять их? Воспитатели не выходят за территорию «Детского сада», они не могли видеть никого из ботов, только если по камерам. Если рассуждать так, то только одно существо могло это делать – Затмение. Он мог спокойно подчинить себе воспитателей, увести нас одного за другим куда-то вовнутрь «Пицца-Плекса» и тихо убить. Такому умельцу, как он, хорошо обращающемуся с техникой, по силам скрыть видеоматериалы, чтобы никто не смог увидеть, как Солнце и Луна крадут детей, - рассудил мальчик.       - Только всё ещё не понятными остаются две вещи: первое – зачем ему убивать нас, если мы ничего ему не сделали; второе – зачем ему за нами ухаживать, приносить подарки, да и в принципе притворяться хорошим, если это не так? - возразил ему Дерек.       - На эти вопросы у меня нет ответа, к сожалению, - согласился с ним Глен. – Но это не значит, что Затмение ни в чем не виноват. Возможно, рано или поздно, мы узнаем, кто это сделал, и если это будет не Затмение, то я извинюсь перед ним за недоверие.       - Но ведь у тебя отсутствует мотивация и причины, почему Затмение вообще мог пойти на такое! У этой теории нет ни доказательств, ни реальных фактов, подтверждающих твои слова. Иначе говоря, она мертворожденная, - опровергал его метис.       - Может, вам не стоит обсуждать это в присутствии Ребекки? Ей же нравится Затмение, - предложила им Мег, тонко намекая на прекращение спора.       - Мегги, не лезь, - отмахнулся от неё Дерек.       - Простые слова никак не влияют на правду, - в тон метису ответил Глен. Мегги обиженно фыркнула и насупилась.       - Что ты так привязался к Затмению? Чем он тебе так не нравится? – не понимал Дерек.       - А когда ты успел стать с ним лучшими друзьями? – удивился блондин. – Ещё недавно ты ругался на него и называл ненормальным за то, что он скинул Монти с больше, чем 10 метров!       - В том-то и дело, что первые проблемы с Затмением у нас начались после того, как ты очнулся! – высказался метис. – До этого целую неделю мы жили мирно! Он помогал нам освоиться, учил управлять телом, да и в принципе относился более благосклонно. Но как только ты появился, Затмение будто переменился!       - Да я видел, как вы тряслись возле него от страха! Вы даже слово боялись сказать в его присутствии! Что изменилось? – не понимал Глен.       - Это называется «уважение»! Да, мы мало его расспрашивали о том, что с нами было, но этого, казалось, нам и не нужно было знать! – объяснял ему Дерек. – У нас всё было нормально, пока ты не решил с ним встретиться! Я тебя просил вести себя нормально, но ты же всё равно нахамил ему! Может, ты ещё ему что-то сказал, пока нас не было рядом? Вдруг ты обидел его, пока ты был в «Детском Саду», и теперь пытаешься его очернить в наших глазах?       - Ты серьезно!? Моё оправданное любопытство ты называешь «хамством»?! – вскипел Глен. – Он ничего не рассказал тебе ни о твоем дне рождении, ни о сокрытии самого факта нашего убийства! Он занимается чем угодно, но только не пытается узнать, кто же наш убийца на самом деле! Как можно доверять личности, про которого ты ничего не знаешь?!       - Мальчики, успокойтесь! – приказала им Мег. – Давайте мы закроем эту тему, пока вы окончательно не поругались! Нам всем придется торчать здесь. Всем вместе. Прошу, давайте я лучше сделаю вам аква-грим.       - Извини меня, Мег, но я не хочу, чтобы моё лицо было разрисовано подарком того существа, который может быть виновен в моей смерти, - отказался Глен.       - Да, не трогай его, Мегги. Пусть дальше подозревает Затмение во всех смертных грехах и добивается того, что с ним ни о чем другом поговорить нельзя будет! – упрекнул блондина Дерек.       - Это ты сейчас о чем? – раздражаясь всё сильнее, спросил Глен.       - Ты что при жизни был буквоедом и книжным червем, не умеющим получать удовольствие от игр и общения с нами, что остаешься таким же после своей смерти! – ответил ему метис, скрестив руки на груди и обведя взглядом комнату. – Просто признайся, что тебе доставляет больше радости копаться в архивах и выискивать какие-то уже несущественные мелочи, чем находится здесь с нами и проводить весело время!       - Под «несущественными мелочами» ты имеешь ввиду поиск нашего убийцы!? Неужели только мне это интересно!? Почему никто из вас даже не задавался вопросом «А почему мы всё ещё здесь?» Почему никто не ищет способ оторваться от Земли и заполучить упокоение!? Почему я должен делать за вас всю работу!? – вопрошал блондин. Они уперлись в друг друга лбами, как обозленные быки, испепеляя своего противника кровавыми глазами. Монти гортанно зарычал, готовясь кинуться на Глена в любой момент, и Фредди, почувствовавший напряжение со стороны своего призрака, привстал с дивана и в мгновении ока оказался за спиной блондина, прикрывая его руками, как птица своего птенца.       - Мальчики, вы…       - Замолчи! – отмахнулись от Мегги парни, и она обиженно уселась на коленях Рокси, грозно рычавшей в сторону призраков. Она их не видела, но Роксана намеривалась защитить свою подругу любой ценой. Чика горько плакала вместе с Ребеккой, следя за фыркающим Монтгомери и молчаливым Фредди.       - Если он тебе так нравится, раз я такой отвратительный, то я, пожалуй, не буду больше вам докучать, - объявил Глен, развернувшись на пятках. – Мы с Фредди уходим отсюда.       - Я не это имел ввиду, идиот! – попытался остановить его Дерек, схватив за руку, но Глен обиженно отмахнулся от него, сверкнув убийственными глазами.       - Ты всё, что хотел, уже сказал. А что ты имел ввиду, меня совершенно не интересует, - блондин осмотрел каждого бота и друга, а после продолжил: - Мне очень жаль, что я прервал ваше веселье своим визитом. Надеюсь, что я не смогу сделать это снова.       - Глен! Погоди! – позвала его Бекки, но мальчик и Фазбер уже скрылись за дверью комнаты Чики, оставив семью наедине.       - И что это было, Дерек!? – возмутилась наконец Мег. – Вы просто с ничего решили поругаться! Два дурака…       - Замолчи! – приказал ей Дерек, схватившись за голову и отвернувшись к двери. В отражении пола Ребекка заметила, как из его глаз потекли слезы. Она обняла брата, и тот прикрыл лицо руками, съедая свои всхлипывания.       - Прекрати кричать на меня! То, что ты старше, не дает тебе право командовать мной! – возразила ему Мегги.       Мальчик ничего не ответил, лишь стиснул в своих объятиях младшую сестру, проливая одну слезу за другой.              - …бегай, Глен, узнавай всё обо всём! А потом мы тебя назовем скучным и неинтересным, да и вообще ты патологический врун, с которым нам не о чем болтать! Да кем он себя вообще возомнил! – возмущался Глен, впервые за долгое время выплескивая свои эмоции в открытую. – Им не нужна моя дружба, им не нужен я? Да пожалуйста! Я только рад буду не мешать им проживать жизнь призрака, когда тебя никто не видит и до тебя никому нет дела! – Фредди указал на себя. – Да, тебе есть дело, но только потому, что ты связан со мной! Была бы у тебя возможность оставить меня где-нибудь, ты бы тут же это сделал. От меня и так пользы не особо много на твоих выступлениях, - Фазбер покачал головой. – Ой, не ври! – отмахнулся мальчик. – Ты так говоришь, чтобы я не обиделся… Ну вот что я должен был сделать, чтобы им угодить! Я и так пришел по своей инициативе к ним! Я стараюсь ради них, а он говорит, что мне нет до них дела! Где тут справедливость? – медведь пожал плечами, ткнул ребенка в грудь, а после показал стрелку часов, идущую в обратном направлении. – Каким я был в прошлом? Ну, я был таким же, как и сейчас! Да, я мог сидеть за книгами часами напролет… Ну, днями, ладно, но максимум два! – Фазбер неверующе покосился. – Ладно, неделю. Да и то один раз! Я всё равно общался с ними! Я проводил своё время с ними! Почему же теперь я стал для них замкнутым социопатом?.. – он вздохнул, глухо добавил: - Я уверен, что предыдущие дети не были такими, как мы…       Медведь усмехнулся. Глен вопросительно взглянул на него, и Фредди вытащил подаренные им рисунки из своего живота, перемешал их определенным образом и начал вытаскивать их по очереди, что-то показывая руками. Сначала блондин не понимал ничего из того, что объяснял ему медведь, но потом он собрался с мыслями, остудил разум и принялся расшифровывать эти таинственные знаки:       - Бонни и Фокси часто ругались… Нет, не они, дети, что были закреплены за их телами! Это было связано с… разницей в возрасте?.. Вот как? Интересно, интересно… И они не могли помириться ни при каких обстоятельствах. Душа, что была в Фредди, защищала душу в Бонни от Фокси, отчего они ещё сильнее ругались. Душа в Чике их мирила… Точнее, пыталась мирить, но никто её не слушал. Ох, вот как, - закивал мальчик. – Дети всегда остаются детьми, не так ли? Они были такими же, как и мы. Но как же они смогли освободиться?       Фазбер вытащил два рисунка и протянул их мальчику. На них были нарисованы Марионетка, дарящий подарки девочке с косой и в зеленом браслете, и Фредбер, желтый медведь, что был раньше Фредди Фазбера, возле которого стоял плачущий мальчик в полосатом свитере.       - Эти двое им помогали? – спросил Глен, и Фредди закивал головой. – Душа ребенка из этой куклы их… сдерживала, укрепляла их узы. Можно сказать, что она была душой компании. А тот ребенок из медведя… держал их в жесткости, да? Он был авторитетом для них и чаще всего именно с его помощью конфликты улаживались. Это же ты имеешь ввиду? – Фазбер вновь кивнул, похлопав в ладоши и убрав рисунки обратно в себя. Мальчик задумчиво нахмурился: - Откуда ты это знаешь? – Фредди пожал плечами, а после стукнул себя по голове. – Просто знаешь, да?.. – мальчик вновь вернулся к рассуждениям. - Двое из них были лидерами, они работали сообща, чтобы достичь своей цели. А нас только пятеро… Я понимаю, что не от количества зависит наша работоспособность, но всё же… Погоди, пятеро?.. – Глен опустошенно впился глазами в стену. – Разве нас всегда было пять?.. Нас же было шестеро, разве нет?.. Но кто шестой? Ох, голова заболела… - мальчик схватился за пульсирующие вески и прижался к Фредди, наблюдавшему за ним. – В голове всплывает образ, но я не могу вспомнить его имя… Г… Генри?.. Нет. Как же его?..       - Фредди, почему ты здесь? – вдруг обратился к нему женский строгий голос охранницы, носившей бейджик с красивым именем «Ванесса». – Всем вашим уже пора на подзарядку. Завтра важный день для нас для всех, вы будете исполнять новый альбом, так что пулей в свою комнату.       - Как скажите, офицер Ванесса, - подчинился Фазбер, уведя за собой мальчика.       - Фредди, я помню какого-то мальчика, но я не помню его имени… Такое бывало с тобой? – медведь покачал головой. – То есть, это ещё одна часть моей амнезии? Ладно, я разберусь с этим утром, тебе пора спать. Спокойной ночи, Фредди.       Фазбер помахал ему ручкой и ушел в заднюю часть комнаты, скрытую за железными дверями. Внутри неё был склад с игрушками и подарками гостей, отданных медведю, а также спуск к отделу «Запчастей и Ремонта» и зарядная станция мишки, напоминавшая пустую пилюлю лекарства. Мальчик развалился на диване, потер сонные глаза и шепотом сказал: «Почему я убежден, что нас должно быть больше, чем 5 человек? Может, мне кажется?.. Нет, интуиция меня никогда не подводила. Но кто шестой? И где он сейчас?.. Расспрошу у девочек, может, они что-то знают… Надеюсь, эта неделя пройдет без сюрпризов». Глен подтянул к себе плюшевого медведя и отключился, уставший за целый день своих приключений.              - Я всё подготовила. Настал твой черед, Затмение, - сообщила Ванесса, придя в охранный офис и увидев на одном из сидений детского воспитателя, перекидывающего из рук в руки маленький, как теннисный, мячик.       - Они точно стоят на зарядке в данный момент? – уточнил тот голосом Солнца. – От этого зависит возможность подчинения, Ванесса.       - Да точно! – хмыкнула она. – Скажи, почему ты приперся сюда в виде этого недоразумения, если ты мог и без физической оболочки взять всё под контроль?       - Я не обязан отчитываться перед тобой за свои действия, - напомнил ей Затмение, бросив мячик на пол. – Но если тебе так интересно, то я расскажу. Я так долго добивался возможности заполучить тело без сопротивления со стороны, что я не мог не позволить себе насладиться этим чуть дольше. Солнце и Луна думают, что они стоят сейчас на зарядке, потому и не пытаются сопротивляться. Как же это классно…       - Ладно, я поняла все твои идиотские фантазии, приступай к делу, - вернула его к реальности Ванесса. – Как ты собираешься с помощью этих капсул на расстоянии заполучить контроль над их телами?       - Ты не знаешь, что зарядные станции соединены по проводам с серверными, к которым также подключена и основная база данных комплекса? – он зацокал, покачивая головой. – Стыдно должно быть.       - Я не техник, я охранник, в мои обязанности не входит знание электропроводки всего «Пицца-Плекса», - напомнила ему девушка. – Так почему мы это делаем не в самой серверной, а в охранном офисе?       - Какая разница, где схватить ветку – посередине или сбоку? – спросил её Затмение. – Отсюда мы хоть сможем понять, сработал наш план или нет. Боты так или иначе почувствуют наше вмешательство, и мы сможем заметить, если они начнут сопротивляться. Но они не будут такими сильными, как Солнце и Луна, они слишком задобрены душами детей, да и у них мои подарки, которые также делают их более уязвимыми. Мастер готов к загрузке?       - Конечно, - Ванесса вытащила диск и вставила его в приемник.       - Есть люди, которые все ещё пользуются дисками? – усмехнулся воспитатель.       - На них обычно записывают записи с камер, так удобнее, - объяснила Ванесса. – Знать надо.       - Не мои обязанности.       Спустя мгновение на экране замельтешили помехи и ошибки, а после появилось улыбчивое лицо фиолетового кролика. Лампы заморгали, компьютеры один за другим начали дымиться и искриться, лишая возможности пересохранить или перенести файлы на другой носитель. Затем экран нормализовался, на нем не было видно ничего сверхъестественного, но после последователи увидели, как Монти забился о стены, как одержимый, ревя и клацая зубами. Он сходил с ума, как человек, сидящий на электрическом стуле, его шатало и било током, аллигатор едва не разорвал самого себя от боли, после чего бессильно упал на пол. В остальных комнатах не было видно других ботов, но ГлитчТрап помог его помощникам услышать крики и их рычание, а затем и возгласы испугавшихся призраков. Те молили о помощи, просили остановиться своих друзей, а после лишь кричали и требовали не подходить к ним. Комната охраны наполнилась хором детского ужаса, где каждый вокалист пел своим, особенным голосом и звучал так индивидуально, что слушать их вместе было настоящим удовольствием. Эйдан тихо смеялся, вновь слушая вопли агонии и страха его бывших друзей, а Ванесса безэмоционально стояла в стороне, наблюдая за мальчиком. «Настоящий псих, - думала она про себя, держа за спиной нож. – Жаль, что я не могу прикончить тебя прямо сейчас. Ни то время, ни то место».       На экране появилась надпись, подарившая тонну удовольствия и счастья юным последователям сатаны: «Пицца-Плекс» был захвачен.              На улице бушевала гроза. Луна была скрыта за тучами, во дворах не горел ни один фонарь: свет вырубило из-за молний. Детский воспитатель проходился по комнатам, заглядывая то к одним детям, то к другим. Он засыпал на ходу, его фонарик едва скользил по спящим силуэтам, а после пропадал в коридоре. Ему не нравилась эта работа, но кому-то же нужно было следить за сиротами.       Работник зашел в одну из комнат и обнаружил настежь открытое окно, то открывавшееся, то с хлопком закрывавшееся под давлением ветра. Воспитатель хмыкнул: «Как можно спать под такой шум?», подошел к окну и запер его, взглянув на одинокого мальчика, живущего в этой комнате. Он закрылся одеялом по голову, спал, не шевелясь и не дыша, но работнику было слишком лень проверять его состояние. «Переживает из-за пропажи друзей», - подумал он и вышел из комнаты, так и не узнав о том, что в холодную, грозовую ночь один из детдомовцев сбежал в город разыскивать своих друзей.