EDO 2103: имакагами

персонажи: Тика, Маки; Рю ► ау; Отряд 10-4 не выбирается из «Тэнгоку». Закура Тика — умная девочка. Она — наследница побочной ветви клана Сенбонзакура, человек, работающий с компьютерными системами так близко, что впору сменить глаза на аугментацию и не мучиться; но она действительно умная девочка, а потому знает цену родным органам и собственному организму и не гонится за хромовым бессмертием. Здоровье — важнейший ресурс современности. Нет ничего важнее душевного и физического совершенства в мире, где каждый второй ребенок чем-то болен. Маки, ее глупый жених, этого не понимает. Тика на него не злится. Он оперативник «Макаи-Мед», его голова занята совсем другими мыслями. В нем столько хрома, что иногда она всерьез опасается, что его ударит кибер-психоз, но у Маки в голове гуляет ветер, и никакие недуги его не касаются. Конечно, иногда по работе ему достается, но корпоративная страховка покрывает все, даже восстановление шрамов. Маки из тех с придурью, что их оставляют, но Тика убеждает его в том, что будущему члену столь влиятельного клана необходимо выглядеть соответствующе — то есть, кожа должна быть чистой, без следов грязной работы. Честно говоря, Тика беспокоится за Маки. Она умная девочка, а он — с придурью, и у них немного разные взгляды на жизнь. Маки не боится опасностей, он умелый мальчик, но каждый раз Тика беспокоится: особенно если его задевают. Ее жених может быть сколько угодно умелым мастером, но если судьба того захочет — с миссии он не вернется. Она правда верит Хошино-сан, их главе, честно-честно, но Эдо жесток и не терпит тех, кому везет слишком долго. Она раз за разом пытается уговорить жениха уйти из отряда, работать с ней, в безопасности, но у Маки ветер в голове, и он бодро заверяет ее, что все обойдется. Страшные ощущения преследуют Тику в тот день, когда Маки отправляется на новую миссию тоже. Он точно также заверяет ее, что все будет славно. Улыбается, сверкает глазами. Их новое задание — брошенный небоскреб на окраине, о котором она разыскивает информацию довольно быстро; Сеть не терзает ее долгими поисками. Логово мусорщиков, людей без айди. Там живут те, кто давно переходит черту, и ее жених вместе с отрядом радостно прыгают в раскрытую пасть дракона, потому что так им говорит корпорация, потому что того желает заказчик. Это ошибка. Тика хочет убедить Маки, что ему нельзя соглашаться, но до него уже не дозвониться — ави «Маки-Мед» входит в территорию проклятой башни Тэнгоку. Она не знает, что происходит внутри. Это остается тайной за множеством печатей. Корпорация скрывает провал, как и их наниматель, но их менеджер связывается с Тикой и очень вежливо просит явиться в башню «Макаи-Мед» для подписания документов. В ее голосе лишь формальная учтивость, но Тика четко слышит между слов — Вам не понравится. Она влетает в больницу так быстро, что, кажется, пугает охранных ботов. В указанном кабинете рядом с ней сидит юная девочка, та самая, из дурацкой рекламы лапши, про которую Тике рассказывает Маки, ее лицо — каменная маска спокойствия. Им двоим подробно объясняют об Инциденте, не называя конкретных имен, но Тика умеет давить связями, а потому приоткрывает немного больше, чем предполагается. Башня Тэнгоку пережевывает и выплевывает своих незваных гостей. Хозяин этого злачного места злится, вмешательство корпорации идет вразрез с его планами, и он насылает на крохотный отряд всю свою армию. Что-то идет не так, и их ловят. Ах, какая жалость, вещают им двоим с той певичкой, но Тика едва слышит эти слова, мы ничем не могли им помочь. Что-то про территориальные ограничения и уровень подписки клиента… Ах, как жаль, как жаль. Властитель Тэнгоку оповещает о своем гневе довольно изящно. Присылает отрубленные пальцы, на каждого, а вместе с ними — как подарок, символ своего гнева — одного из отряда. Живого, но в ужасающем состоянии. Пытки, слышится Тике, его калечат до неузнаваемости — тем самым нарекая больше никогда не отправлять в это место никого под страхом аналогичной судьбы. Девочка-айдол уходит, забирая коробку с пальцем себе; Тика направляется вглубь помещений, в медицинский отсек. Пытки настигают ее глупенького Маки. Ее Маки калечат, убивают в нем все человеческое, оставляя лишь комок плоти и крови. Вряд ли он когда-нибудь оправится, вещают Тике, придется проводить множество операций. И даже если удастся восстановить былой облик, пусть заменив что-то хромом, ментальное здоровье не вернуть никогда. Никто не говорит ей этого, но Тика слышит немое «в таком состоянии проще сдохнуть», отчего злится. В палате их оставляют одних. Он сипло дышит, в его теле еще теплится жизнь. От былой красоты не остается и следа, нет больше светлых красивых волос, но она не видит ничего из этого — все скрыто под плотным слоем бинтов и трубок, и Тика может лишь гадать, что там скрывается. Весь хром из него выдирают, и променявший былое здоровье на стальное бессмертие Маки теперь — не более чем калека. Отцу это не понравится, ему не нужен такой жених, но Тике плевать на его мнение, на весь белый свет. Она лишь аккуратно садится рядом и замирает. Словно каменное изваяние, смотря на своего бедного Маки с придурью, который становится жертвой собственной самоуверенности и чужого гнева. Ошибка. Ужасная ошибка. Если бы только она отговорила его раньше. Но лицо Тики — маска спокойствия, ни единого мускула не дрожит. Где-то в глубине Тэнгоку продолжается охота. Танэгасима зол. О, он просто в бешенстве. Потешное зрелище. Чем дольше продолжаются эти догонялки, тем сильнее выматывается сам властитель башни, но нет, еще держится: не объявляет о мире, пытается вытравить крысу. В какой-то момент это становится настолько рутинным, что, кажется, местным бандитам уже совсем не в кайф за ним бегать, но их гонят вперед, как послушных собак. Там же их и настигает конец. Такое, кажется, называют партизанством. Маленький человек против большой армии. Но Танэгасима совершает ошибку, он недооценивает гостей, ну, одного гостя — и упускает момент, когда тот дает деру. Объявлять новый локдаун не в его интересах, не по понятиям, что-то вроде того. Повлияет на его вшивую репутацию, ведь как так, великий Танэгасима не может поймать одного корпората в недрах своей башни. Поэтому тот просто патрулирует первый этаж так, что таракан не проскочит, а наверху ведет охоту. Но адаптироваться легко. Взломал терминал тут, там; коллеги оставляют ему достаточно простора для импровизации предыдущими действиями. Оружие добыть легко: оно поступает с новыми охотниками, и в скором времени его становится даже некуда девать. Логова (целый добрый десяток) располагает между перекрытиями, использует мелкого говнюка Ситиро, что ноет, но следует указке — свободы-то ему тоже хочется. Сигареты тут, впрочем, дерьмо собачье. Но особо не выберешь. Рю глубоко затягивается. Изгибает губы в плотоядном оскале, когда слышит внизу чужие голоса: явились, новые охотники. Давно он не обновлял боезапас. Танэгасима совершает два просчета, и оба кусают его за задницу до сих пор. Вот и посмотрим, что кончится раньше: его люди или терпение. С этой мыслью Рю камнем ныряет вниз, обнажая клинок. Сталь, принадлежавшая Момидзи, сверкает в полумраке раскаленным огнем.