Возвращаясь, впусти

Подкараулить Кэйю так, чтобы он был один, оказывается не так просто. Он постоянно с кем-то — Дилюк даже нехотя признает, что знает не всех его спутников и спутниц. А ведь он собирает информацию со всего города, как жадный старьевщик — всякий хлам. Возмутительно. В конечном итоге он решает пойти более или менее простым путём. Узнаёт наконец его новый адрес. Нет, конечно, внутрь входить он совершенно не собирается. Это перебор. Просто перехватит Кэйю перед порогом, когда будет возвращаться, и поговорит с ним. Дилюк приходит к нужному дому уже после заката. Альберих еще в таверне — благо, проверить наличие его синей макушки за стойкой дело нетрудное. Рагнвиндр решает воспользоваться случаем и осмотреть это место хотя бы снаружи. Не сильно много информации. К квартире Кэйи ведет отдельная лестница на второй этаж. Одинокое окно зашторено. Ну да, наш каэнриец предпочитает спать в полной темноте, я и забыл. В Дилюке почему-то вдруг просыпается какое-то детское озорство — стыд какой — и он сдвигает немного, но заметно один из цветочных горшков, что стоят у первых ступеней лестницы. И прячется в темноте между домами напротив. Интересно, обратит ли внимание. Это вообще его цветы? Он у нас что, теперь цветами увлекается? Обхохочешься. Пока он ждет, он разглядывает дверь. Почему она выглядит так, будто ее пару раз пытались вышибить с петель? И вот этот след на двери — это вроде как от того, будто ей саданули о перила лестницы, распахнув с размаху. Хотя это могло появиться еще до того, как Кэйа снял эти комнаты. Задумавшись, он не сразу замечает подступающий звук шагов. Альберих оправдывает его лучшие ожидания. Оказавшись достаточно близко, чтобы увидеть чуть изменившуюся в конфигурации композицию из горшков, он замирает буквально на секунду, еле различимо. Затем непринужденно достает ключи, так же непринужденно и якобы случайно их роняет рядом со ступенями, явно пользуясь этим маневром, чтобы лишний раз оглядеться: Дилюк прямо чувствует скользнувший по себе взгляд. А ты стал очень подозрительным. Так как нервировать Альбериха перед разговором в его планы не входит, Дилюк сразу делает шаг из темноты. Кэйа выпрямляется, на губах играет привычная полуулыбка. Всё еще ни о чем не говорящая. - Ого. Немного неожиданно. Господин Таинственность окончательно увлекся слежкой за людьми? Ты даже не представляешь насколько, фыркает про себя Дилюк. Дурацкий Альберих. Они только пересеклись, а он уже дважды ощутил… Смутный призрак веселья, что ли. А Дилюку отлично известно — для него это теперь гость редкий. Трижды дурацкий Альберих. Кэйа тем временем вопросительно склоняет голову: - Что такое, у мастера Ночи есть ко мне еще какие-то вопросы? Подозрения? Я мог бы показать отчеты, которые отдаю Джинн… но боюсь, что я опять забыл сделать парочку, - улыбка становится издевательской. Дилюк на секунду почти злится, но вспоминает, из-за чего Альберих выдает ему все эти уколы. Остывает. Правда, заготовленные слова всё равно перемешиваются в голове. Потому замирает. Кэйа сверлит его голубым глазом. - Я не знал тогда, что кто-то из рыцарей пострадал. Это совпадение, - наконец произносит Рагнвиндр, отвечая взглядом на взгляд. Лицо Кэйи не меняется, он молчит. Затем пару раз лениво хлопает в ладоши: - Браво. Это почти тянет на извинение. Не знаю, как удостоился такой чести, - он пинком ноги поправляет злосчастный горшок. Дилюку бы злиться на эту язву, но он почему-то опять внутренне фыркает от этого жеста. Третий раз за вечер. Селестия, да что с ним не так сегодня? Ладно, когда-то Кэйа действительно был… его идеальным дополнением. Когда они начинали говорить друг с другом, речь начинала литься сама собой. Дилюк сразу становился в два раза красноречивей и живей, Кэйа — моментально находил ответ на любые его слова, а вспышки догадок озаряли его чаще обычного. Но вот это осталось в прошлом. Хватит об этом думать. - Я действительно не хотел тебя задеть тогда, - отвечает Рагнвиндр, отметая мысли в дальний угол своей черепушки. - Опустим те моменты, когда ты ХОТЕЛ меня задеть, так и быть, - тон Кэйи вдруг сменяется на более вкрадчивый. - Но знаешь, хорошо, что ты здесь. Потому что у меня к тебе тоже есть пара вопросов. - Ко мне? - Дилюк ощущает, как его брови сходятся на переносице. - Представь себе, - Кэйа плавно очерчивает полукруг и оказывается сбоку от Рагнвиндра, наклоняется и почти шепчет на ухо. - Например, есть ли у тебя объяснения, почему за тобой уже два дня следят Фатуи? Дилюк с трудом удерживается от того, чтобы дернуться. Это наконец произошло. Наконец. Наконец. Внутри все загорается огнем. И тревогой, потому что он не заметил. А Кэйа заметил. Это мало того, что нечестно. Это просто… опасно и беспечно с его, Рагнвиндра, стороны. Кэйа делает шаг в сторону – красиво, точно вальсирует – и небрежно кивает в сторону лестницы. - Думаю, нам стоит пообщаться в более уединенной обстановке. Почтишь подлеца своим визитом? - странно, но улыбка выглядит так, будто в ней есть ноты испуга. Испуганная улыбка. Бездна раздери, только у Кэйи может такое быть. Его ассортимент улыбок пересчитать бы и в каталог внести. Пусть эта будет под номером шесть, окей, ладно? Просто число в голову пришло. Шестерка похожа на сжавшегося в углу человека. Дилюк молча кивает и ступает за Кэйей по ступеням. Как только за ними захлопывается дверь, Рагнвиндр тут же отчеканивает: - Знаешь, я не стал говорить этого на улице, но вообще-то тебя это дело не касается. Альберих игнорирует его фразу, сбрасывает накидку и проходит вглубь. Дилюку ничего не остается, как последовать за ним, оглядываясь по сторонам. Тут… пустовато. Комнаты выглядят необжитыми. Грязи нет, но в вещах много… хаоса. Дилюк, например, не представляет, почему вот эта стопка книг нашла своё место среди посуды. А подушке, наверное, не место в ванной. Кэйа выдает Дилюку стул — ага, и до этого момента он лежал на шкафу, всё логично. А сам садится в кресло у окна и складывает руки домиком. Рагнвиндр чувствует, как от него веет усталостью, хотя лицо бесстрастно. - А я обычно не говорю такое гостям, но мне немного хочется тебя ударить, - он прикусывает губу. - Дилюк, я говорю с тобой о слежке не из праздного любопытства. И даже – тут тоже можешь уняться – не из сердобольного человеколюбия, желания вторгнуться в твое личное пространство и помешать самостоятельно о себе заботиться. - Не надо трогать мои желания, - мигом вспыхивает Дилюк, устраиваясь на стуле. Кэйа вдруг смеется: - А ты всё такой же взрывной под этой оболочкой, какая приятная новость! - Нашел чему радоваться, - Рагнвиндр шипит сквозь зубы. А чего ты ожидал? Что он забудет? Если сейчас другие и считали, что Дилюк Рагнвиндр — очень сдержанный молодой человек, скупой на эмоции, это было не совсем так. В детстве и юности его огненный Глаз Бога выглядел чуть объяснимей для окружающих, но тоже казался странным нередко: Дилюк ведь да, солнышко, но слишком мягкое для огня… Ага, солнышко. До поры до времени. Он всё равно был склонен к вспышкам… злости. Гнева. Ярости. Особенно когда видел… Ну да, несправедливость. Просто он умел и умеет очень долго эти вспышки вынашивать. И выплескивать только рядом с совсем близкими. Тогда, разумеется, Кэйа входил в число этих людей. А сейчас он рядом с кем должен их выплескивать? С хиличурлами? - Конечно, я радуюсь, - тем временем вырывает его из мыслей Кэйа. Дилюк недоуменно хлопает глазами, а тот улыбается, и в этот раз более искренне. - Приятно, что хоть что-то в тебе уцелело. И такое - тоже. Это звучит… неожиданно, и Дилюк теряется от этих ноток теплоты в голосе. - Мы говорим не об этом, - грубовато обрывает он собеседника. Искорки в глазу Кэйи гаснут, и на секунду Дилюку становится очень жаль. Будто случайно разбил что-то очень красивое, уничтожил, ногой на бабочку наступил. - Ты прав, - тон Кэйи становится деловитым. - Так что насчет слежки? - Да, я знаю, что так должно было произойти, - вздыхает Дилюк. - И да, это всё ещё тебя не касается. Кэйа выдает очередную разновидность улыбки — с ноткой раздражения и снисхождения: - Уважаемый мастер Дилюк. Еще раз. Я спрашиваю вас, о гордость клана Рагнвиндр, не как частное и ужасно неприятное лицо. А как капитан Ордо Фавониус. Раз уж с меня по какому-то жуткому недосмотру этот титул не сложили. И причина моих расспросов в том, что, бездна раздери, ситуация может быть опасна. Допустим, мы почему-то забываем о вашей личной безопасности – хотя не вижу к тому причин – но есть еще другие жители города, а они, в отличие от одной личности с очень темными плащами, не способны… - Я выкрал у Фатуи новый прототип Глаза порчи, - прерывает его несносную тираду Дилюк. Честное слово, он решился на откровенность минимум наполовину из-за того, что не способен больше это выносить. Может, есть еще пара причин. Но он не уверен. Кэйа с тонким присвистом откидывается назад в кресле, глаз слегка округляется. Дилюк злорадно отмечает, что он действительно потрясен. - Ты сделал что..? - неверяще протянул Альберих, потирая виски. - Что слышал. - Дилюк, ты… Ты… Нет, просто объясни мне, на что ты рассчитывал. Что тебя не найдут? - Напротив. На то, что меня найдут, я и рассчитывал. Кэйа роняет лицо в ладони и издает стон: - Пресвятые. Подштанники. Барбатоса. Он выныривает из ладоней и впивается требовательным взором в Дилюка: - Так. Прежде чем мы вообще куда-либо продолжим. Эта заварушка в Снежной, также широко известная в узких кругах под красивым названием “Алая ночь”, твоих рук дело? Когда, я бы сказал, состав Фатуи и еще пары связанных организаций весьма резко сократился к утру? Теперь очередь Дилюка округлить глаза: - Я удивлён, что ты об этом эпизоде знаешь. - Я удивлён, что ты проделал это один и вышел оттуда живым, - Кэйа немного дергаными движениями лезет в карман, вытаскивает сигареты и закуривает прямо в комнате. Даже не спросив разрешения. Хам невоспитанный. - Мне теперь не привыкать, - мрачно щурится Рагнвиндр. Губы Кэйи кривит еще одна усмешка, и в его лицо он не смотрит. Выпускает струйку дыма. - Потрясающе. Надеюсь, на Царицу ты не покушался. А то мы с Розарией слегка расстроимся, если вот это превратится в пустую стекляшку, - он нервно смеется и подбрасывает в воздухе крио глаз, ловко ловит. - Ладно, шутки в сторону, - лицо становится кристально-холодным. - Почему ты ушёл с этим твоим… прототипом именно в Монд? Не боишься, что Черная гвардия натворит тут дел? - Ты и про гвардию знаешь, - Дилюк начинает нервничать и покусывать губу. Кэйа оскорбленно хмыкает: - Я вообще знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Но ты не ответил на мой вопрос. - Потому что только здесь его можно уничтожить, - признается Рагнвиндр. - Это я точно знаю. Но ещё не знаю, КАК. Рассчитываю выяснить это в процессе. Отлично, прошло минут пятнадцать с момента, как он переступил порог. И он умудрился всё Кэйе вывалить. А тот даже — кажется — не применял никаких своих штучек для выведывания чужих секретов. Как там говорят? Болтун – находка для шпиона. Достаточно буквально, ха. Кэйа покачивает головой, делая ещё одну затяжку: - То есть ты даже в город вернулся не потому, что… - голос вдруг резко скачет, Альберих откашливается и выдыхает дым. - Неважно. И что собираешься делать? Какой план? - Я и так рассказал тебе явно больше, чем стоило, - раздраженно выдыхает Дилюк. - Это неважно. Теперь ты знаешь причину и знаешь, что это коснется только меня. И я планирую разобраться с этим как обычно. - В одиночку, - механически кивает Кэйа, наконец туша проклятую сигарету. Вскакивает на ноги и потягивается плавным движением. Дилюк буквально на секунду застревает на нём взглядом. Силуэт на фоне окна кажется точеным. - Что ж, господин Полуночный герой. Мой внеплановый опрос подошёл к концу, а ваши неловкие извинения за недавнюю ситуацию, думаю, тоже исчерпаны, - Кэйа вообще не любезно указывает рукой в сторону выхода из комнаты. Дилюк, вспыхивая, поднимается со стула. Почти добирается до входной двери, когда Кэйа вдруг настигает его сзади и окликает: - Дилюк. Если ты вдруг надумаешь поделиться планом. Если тебе понадобится помощь. Вспомни, что я тебе не враг, - интонации в голосе звучат странно, и Рагнвиндр оборачивается. Кэйа стоит, замерев, расставив руки в стороны и уперев в стены коридора. И совсем, ни капельки не улыбается. Это кажется важным, и Дилюк не знает, почему. - Я не считаю тебя врагом, - тихо выдыхает он. И уходит. *** На следующий день Дилюк, сомневаясь, всё же идёт в таверну. Надо быстрей разобраться со следящими за ним людьми, но те ведут дела очень осторожно. Пару раз Рагнвиндр действительно затылком чувствует наблюдение, но не выходит не то что подобраться к соглядатаям поближе — даже однозначно их определить становится проблемой. Так что пока лучше не нарушать свои привычки и не выдавать тем самым себя. - Еще немного вина, мастер Дилюк? - мурлыкающий голос почти над ухом, от которого Дилюк едва ли не подпрыгивает. Кэйа сегодня весь такой сладкий, тягучий, как карамель. Наверное, сказывается то, что это уже… бокал десятый, серьезно? Взгляд в расчетную тетрадь говорит именно об этом. Чарльз, стоящий до него за стойкой, обезумел? - Ну уж нет, - отрезает Рагнвиндр, глядя в сверкающий голубой глаз. Кэйа разочарованно кривит губы: - И мы никак не договоримся? - невинное хлопанье ресницами. - Если ты начнешь торговаться, окажешься снаружи раньше, чем успеешь произнести “сэр Кэйа ведёт себя как пьяное чудовище”, - Дилюк поджимает губы. - Это короткая фраза. - Твой путь будет еще короче. Вечер только наступил, разве ты не должен быть при исполнении? - Рагнвиндр хмурится, а Кэйа, наоборот, сияет в ответ на этот вопрос: - Возможно. Если бы я не заставил одну банду слить мне информацию про другую банду, сделав за меня всё необходимое. - И это повод гордиться? - Почему нет. Я не люблю делать лишнюю работу, мастер Дилюк. Кроме того, - ироничная усмешка, - так редко могу посмотреть на тебя в дневном обличии… - Пошёл прочь от стойки, - Дилюк ощущает, что у него буквально дергается бровь. - А то точно окажешься за дверью. Кэйа расплывается в коварной улыбке и молча – удивительно – ускользает за свой столик. Там, что нередко, толпится куча народа. Рыцари и не только. Альберих бросает на стол мору и выхватывает стакан у одного из мужчин: - Перекупаю! Теперь это моё! Выходка вызывает всеобщий смех. Дилюк закатывает глаза. Демонстративный. Хитрый. Любыми путями получающий свое. Вычурный. Буквально кормящийся чужим вниманием. В любом другом человеке Дилюк бы это презирал. В Кэйе он это… Он не додумывает мысль, отвлекаясь — вынуждая себя отвлечься — на проверку остатков алкоголя. Он мог бы расспросить Кэйю, кто за ним следит. Раз уж тот заметил. Но он пока не готов. Через час ловит себя на мысли, что, может, и хорошо, что не расспросил. Потому что рядом перепивший Кэйа за стойкой, слегка покачиваясь и слишком бурно жестикулируя, пересказывает двум юнцам новости о том, что скоро планируется небольшая облава на банду мошенников. Слишком подробно, учитывая, что те не рыцари. Надеюсь, про Фатуи даже пьяным трепать не станет, мрачно отмечает Дилюк. В очередной раз окидывает таверну взглядом, пытаясь понять, есть ли сейчас кто-то в ней, кого он не знает. Ответ — всё еще нет. Хреново. Через еще полчаса Дилюк, осматривая зал, обнаруживает Кэйю дремлющим лицом в стойку. Отводит взор чуть в сторону, ощущая странную горечь внутри. В юношестве Кэйа не перебирал с алкоголем. Никогда. Думает, подойти и растолкать сейчас или оставить это дело до закрытия – но вдруг замечает боковым зрением, что Альберих распахивает глаз, когда того трогает за плечо Хоффман. - Ушёл наконец? - спокойно выпрямляется Кэйа и невозмутимо разминает плечи. Вязкость и расторможенность вмиг покидают его движения. - Ну, ты понял. Если в информации от лавочника начнёт фигурировать озеро, значит, этот парнишка и есть наш загадочный информатор, - негромко сообщает, глядя куда-то себе под ноги. - Только не отнекивайся так топорно, как в прошлый раз, ради архонтов, - синий глаз выразительно закатывается, а Хоффман смущенно хмыкает. Кэйа вскакивает на ноги совершенно без усилий, будто не заливался алкоголем последние несколько часов. Взгляд блестит азартом, от него пышет энергией. Разве что ноздри не раздуваются, как у лисы на охоте. Обращает на секунду взор на Дилюка, отвешивает ему кивок с ухмылкой и выскальзывает из таверны. Отличное представление, Альберих, признаю, отрешенно думает Рагнвиндр. На секунду снова хочется разозлиться, мысленно обвинить. Вот ты какой. Хитришь, юлишь и манипулируешь. Это твоя суть? Перед мысленным взором встает призрак смуглой спины — кровавая полоса по одной половине и молочный шрам по другой. Разозлиться не выходит. Так или иначе, свои странноватые таланты Кэйа сейчас использует именно на пользу городу. А ведь легко представить, что при других обстоятельствах Альберих руководил бы какой-нибудь бандой или занимался иными делами потемней. Не то чтобы у него совсем не было морали, нет. Просто он всегда предпочитает заниматься тем, что ему нравится. В отличие от дисциплинированного и ориентированного на нормы Дилюка. Повезло, что сражаться и раскусывать чужие тайны Кэйе подходит как никому. И повезло, что его близкие люди… и те, которые такими были…что они в основном связаны с Ордо в прошлом или настоящем. Ради близких Кэйа действительно всегда был готов идти на многое. Дилюк провожает последних посетителей, возвращается навести порядок. Вдруг видит на своих расчетных книгах под стойкой белый конверт, которого там точно не было. Еще до того, как открывает, знает, как будет выглядеть рассыпанный по бумаге почерк. Кэйа решил не дожидаться, пока Дилюк попросит помощи.