Возвращаясь, впусти

Дилюк в бешенстве. Ему едва хватает выдержки дожить этот вечер, но когда дверь таверны закрывается за последним посетителем, а Чарльз уходит в служебное помещение на третьем этаже — он едва не сползает на пол, шипя, как масло на сковородке. Этот… этот человек… здесь, в Мондштадте. Как он посмел сюда заявиться самолично? Ворковать тут за его стойкой с Кэйей? Хочется кого-нибудь загрызть. Чарльз возвращается, и Дилюк берет себя в руки. Они занимаются обыденным: уборка, подсчет прибыли, проверка запасов на завтра, заготовка ингредиентов. Пока руки заняты делом, Рагнвиндр в своих мыслях уходит далеко. Ему срочно нужно уничтожить этот чертов Глаз, пока эти ублюдки до него не добрались. Сейчас он спрятан в тайнике в горах, и Дилюк не знает, насколько это надежно. Можно ли вычислить его по энергетике? Если да, не надежней ли носить его с собой? Но если на него нападут — не будет ли это слишком рискованно? Эти два обормота из Фатуи ничего не знали. А вот Черный человек должен обладать нужным уровнем доступа. Стоит ли ему в таком случае напасть первым и вытащить из него всю душу, всю информацию и отправить прямиком в бездну после этого? Дилюк вдруг резко выпрямляется, глядя куда-то в пространство. Черный человек появился в городе сразу же после… его разговора с Кэйей. Мог ли тот… Грудную клетку стискивает металлическим обручем. Так-так. Спокойно. Надо подумать. Отрезок времени был маловат, чтобы Альберих успел передать весточку кому-то в Снежной, а тот успел бы добраться в Мондштадт. Или шансы были? Либо он вообще стартовал сюда не из Снежной, а из Ли Юэ, например. А затем Кэйа приводит его в Долю Ангелов и показывает — вот, мол, тот самый Рагнвиндр… А письмо от Альбериха было прикрытием или ловушкой… Нельзя было ему ничего рассказывать. Дилюк чувствует себя отравленным. - Мастер Дилюк? Он вздрагивает и выплывает из своих мыслей. Чарльз смотрит на него вопросительно и немного взволнованно: - Всё в порядке? Вы выглядите утомленней обычного. - Всё хорошо, Чарльз. Просто тяжелый день, - тяжело выдыхает Дилюк, потирая пальцами в перчатке переносицу. Они закрывают таверну и расходятся: Чарльз в свою квартиру в городе, а Дилюк медленно выходит за ворота города. На удивление тихо вокруг, только слышно стрекотание насекомых. Тьма ложится на плечи. Если Кэйа играет на стороне Фатуи, ситуация становится очень опасной. Судя по обрывкам разговора, что он слышал, Альберих — сопровождающий Черного человека на время пребывания в Мондштадте. Специально? Если Дилюк нападет, он будет того защищать? Что за история с Эрохом, почему они его обсуждали? Кэйа стал агентом вместо него? Больно до тошноты. Недоверие царапает глотку изнутри. Дилюк спускается к каналу и садится на берег. Глядит на свое отражение в ряби. В злости швыряет ком земли так далеко, как может, глядя на расплывающиеся круги на воде. Валится на спину прямо в траву и смотрит на звездное небо. Даже ночью душно, как в духовке. Как же он устал. Просто невыносимо. Правда в том, что он не справляется. Но выйти из игры уже нельзя. Придется сделать как обычно: наступить себе на глотку и идти до последнего. Он лежит еще несколько минут и встает на ноги. Глаз Тьмы нужно забрать и носить с собой. А Черного человека — заставить всё рассказать и убить. *** Следующие несколько дней похожи на смазанный сон. Он неотступно ходит по городу за Черным человеком, лишь изредка отвлекаясь на те дела винокурни, что ждать не могут. Он почти не спит. Он выследил всех людей, которые тоже принадлежат гвардии и лишь представляются купцами и сопровождающими. За ним следят в ответ. Один раз пытаются устроить ловушку. Отдайте нам Глаз тьмы, господин, говорят они. Мы тогда вас не тронем, говорят они. Дилюк не сжигает их заживо только потому, что не хочет привлекать внимание к собственному существованию. Иначе Снежная устроит дипломатический скандал из-за гибели своих людей. Так что он просто отделывает их так сильно, как выходит, и сбегает. Продолжает искать момент, чтобы выловить Черного человека на приватную беседу. Но единственный момент, когда это кажется реальным — ночевки в отеле, который нашпигован охраной по самое не балуйся. То есть тоже не особо реально. Кэйа ходит рядом с гвардейцем как приклеенный. Разве что в номер с ним не заруливает. Ведет себя рядом с ним свободно и раскованно, как всегда. Шутки шутит. Что не говорит примерно ни о чем: ни в его пользу, ни против. Дилюку так сильно хочется залезть к нему в голову, что аж пальцы зудят. Я не хочу, чтобы ты оказался предателем. Иначе мне точно придется тебя убить, Альберих. На этот раз никаких полумер не будет. Я сделаю это, руки не дрогнут, не стоит беспокоиться. Но после… Ах, проклятье, он думает вообще не о том. Зато ему приходит в голову интересная мысль. Не только ты, Кэйа, умеешь играть в игры. *** Просидеть в подсобке Доли Ангелов — выбранном месте встречи — ему приходится несколько часов. Дилюк терпеливо ждет, попутно заполняя документацию, до которой у него теперь с трудом доходят руки. Спать хочется нечеловечески. Наконец в дверь стучат. Два быстрых удара, один спустя паузу. Их условный стук, которым они пользовались еще детьми. Сердце Дилюка застревает где-то в горле. Он игнорирует этот факт и открывает. Кэйа кошкой вползает в полумрак, взъерошенный и с серьезным взглядом в комплект к извечной полуулыбке. Сразу присаживается на одну из бочек: - Ох, встреча тет-а-тет, какая честь для меня, - мурлычет он, скрещивая руки на груди. - Простите, мастер Дилюк, что заставил ждать. Не могу оставлять гостей наедине. Рагнвиндр изучает его так тщательно, как может. Не то чтобы это могло ему помочь. Кэйа врёт слишком хорошо, когда ему надо. - Так ты знаешь, с кем ты ходишь по Монду? - коротко интересуется он. - С Черным человеком, полагаю. Спасибо, что подтверждаешь мои догадки, - фыркает Кэйа. - А ты радостно бегаешь за нами своим черным полуночным хвостом. Артефакт в надежном месте? Удалось разузнать что-то для его уничтожения? Дилюк ограничивается тем, что неопределенно ведет плечами. Кэйа выразительно закатывает глаз: - Ах да. Забыл, что мы тут наслаждаемся ароматом атмосферы недомолвок. Знаешь, сказать мне, что ты хотел, всё-таки придется. Или ты хочешь, чтобы я угадал? Он язвительно улыбается. Дилюк игнорирует его улыбку и его подколы. - Помоги мне заманить его в ловушку, - отрезает он. - Мне нужно с ним… поговорить. В другой ситуации Рагнвиндр не стал бы о таком просить — вовлекать кого-либо вообще теперь не в его привычках. Но… Держи друзей близко, врагов — еще ближе, а если непонятно, кто это, вообще сожми за горло и не отпускай. Ты замешкаешься? Ты попробуешь меня отговорить? Что ты сделаешь? Лицо Кэйи приобретает оттенок задумчивости. Он переводит взгляд куда-то на стеллажи. - Что-то мне подсказывает, что ты не планируешь, чтобы он эту беседу пережил, - спустя несколько секунд приоткрывает он губы. - А это значит, что надо заранее придумать, как объяснить гибель гражданина Снежной в Мондштадте под моим сопровождением. К тому за мной-то тоже приглядывают. Он вдруг резко поднимает голову, впивается взором своего льдисто-голубого глаза в Дилюка: - Этот твой прототип. Он опасен или прямо вот ОЧЕНЬ опасен? - Второе. Альберих невесело улыбается: - Я так и подумал. Знаешь, наверное, стоит с тобой пооткровенничать — хоть ты и ведешь себя как омерзительно скрытная лисица, Дилюк. Последние полгода ходит очень нехорошая информация о том, что Снежной нужно что-то в Мондштадте. Что возможно, она развяжет конфликт. И ты мне, разумеется, ни слова не скажешь, но по твоему поведению я начинаю думать, что этот твой прототип может иметь к этому отношение. Я прав? - он вопросительно склоняет голову. - Ты прав только в одном — что я не буду отвечать - хмурится Дилюк. Кэйа пытается провоцировать его в ответ? Или искренне хочет поделиться информацией? Альберих устало вздыхает: - Действительно, на что это я рассчитывал, - он спрыгивает с бочки. - Мне нужно время подумать. И будь добр, береги свою шкуру до этих пор. - Я способен о себе позаботиться, - Рагнвиндр скрещивает руки на груди. Кэйа дарит ему обаятельную улыбку: - Не сомневаюсь. Особенно после того, как однажды утром часть делегации пришла на завтрак в таком состоянии, будто из них пытались сделать стейки. Увидимся. Он выскальзывает наружу, оставляя Дилюка в раздумьях. Сам разговор мало что ему дал, ожидаемо. Согласие помочь ни о чем не говорит: Кэйа может согласиться для отвода глаз, а сам составить план так, чтобы пойманным в ловушку оказался Дилюк, а не Черный человек. Ничего. Дилюк подстрахует себя. Зато теперь он сам контролирует ход событий. И если Кэйа — не предатель, то у него есть хороший помощник. А если предатель — ему придется подстроиться под планы Дилюка, провалиться и умереть. *** Спустя два дня Дилюк сидит на дереве, подвернув под себя ногу. Закат продирается через ветки, крася розовыми бликами зелень. Где-то рядом тревожно кличут чайки, он видит краем глаза их размытые силуэты в небе. Рагнвиндр спокоен и сосредоточен, как хищник на охоте. В принципе, именно так он себя сейчас и чувствует. Сердце ровно бьется в груди, а в голове — блаженные чистота и пустота. Он просто ждет. На тропе, которую он стережет, слышатся шаги. Дилюк вмиг настораживается, щурит глаза и прислушивается. - …так что не думай соваться к горам. Хоть бы рыцари разобрались с этой напастью! Рыцари никогда не разбираются с напастями, критично думает про себя Дилюк, сбрасывая с себя напряжение. Всего лишь пара охотников. Он уже видит их силуэты, на одном юнце — смешная шапочка с пером, другой держит в ладони пригоршню ягод и жадно их забрасывает в себя. - Таких монстров и не было никогда, - жалуется первый, почесывая висок. Они идут прямо под его укрытием и не замечают ничего. Дилюк доволен: значит, выбрал место хорошо. - Ладно бы слаймы да попрыгуньи… А тут уже вторая неведомая зараза на неделю! Что им там на этой горе, намазано, что ли? - Ой, пропащее дело. Потеряли мы милость архонта-то. Вот и прут всякие твари сюда. - Да полно говорить такое! Вот из-за таких, как ты, и происходит… всякое! - Да неужели?! Дилюк провожает их взглядом, слушая затихающую перебранку, хмурится. Рефлекторно проверяет карман на груди, ощупывая лежащий там округлый предмет. Есть у него одна версия, что это за гора фигурировала в рассказах да почему туда лезли монстры. Нехорошая. Неужели они реагируют на этот прототип? Теперь он забрал Глаз себе. А если он будет носить его с собой в город, они и туда полезут? Час от часу не легче. И где, проклятье, его цель? Лично он с Кэйей так и не виделся больше, не считая взглядов на маячующую синюю макушку, брошенных с крыш во время слежки. Зато на следующий вечер после разговора ему пришла записка с временем и местом и каллиграфически красивой буквой К внизу листа. Место Дилюк одобрил. Глуховатое, пожалуй, только что охотников и встретишь. А путь сюда можно списать на маршрут до расположенного неподалеку храма Тысячи ветров. И — интересно, знал об этом Кэйа или нет, но Дилюк знает — совсем рядышком здесь есть один очень интересный провал в холме. Прячься туда — не найдут и за год, от крупной норы не отличишь. Он делает лучшее, что может: продолжает ждать. Однако тропа пустует. Солнце садится за горизонт, слышны тихие переливы голосов ночных птиц, но вокруг — ни души. Дилюк договаривается сам с собой, что прождет до восхода луны. Сидеть дольше будет бессмысленно. Видимо, что-то пошло не так. Беспокойства Дилюк не испытывает, и нетерпения тоже, удивительно даже. Только немного усталости. Слишком давно не удавалось выспаться, и неизвестно еще, когда получится. Честное слово, продавай алхимики сон в колбах — он, может, перестал бы быть самым богатым гражданином Мондштадта. Сладкие мечты прерывает тихий клекот, и рядом с Дилюком на ветку приземляется ворон с подвязанным к лапке письмом. - Ты ко мне, дружок? - тихо спрашивает птицу Рагвниндр, не упуская случая нежно почесать чужие перышки, пока снимает скрученную бумагу. Этого ворона Дилюк не помнит. Может, из ордена? “Не вышло. Иди к трем пихтам у Утеса Звездолова, встречу там. К.” Ну что ж, три пихты так три пихты. Он отпускает ворона, а как тот улетает, издает тихий свист. К нему откуда-то неподалеку спархивает его собственная соколица. Умная птица просидела сегодня с ним весь дозор. - Это домой, Несса, - шепчет ей Дилюк, пока пишет короткую записку с собственным местоположением. Если он вдруг не вернется до завтрашнего вечера, эта записка будет отправлена прямиком Джинн. Вместе с еще одним интересным конвертом с записями. Посмотрим, как тогда вы будете оправдываться, сэр Кэйа. Он видит его сразу, как выныривает с изгиба тропинки. У Кэйи за спиной - небольшая сумка, а вид такой запылившийся, будто он только что играл в салки с митачурлами. - Подумал, что тут будет проще пересечься, - приветственно взмахнул он рукой. - Не против, если спустимся к восточной стороне? Там есть уютная пещерка. - Почему просто не вернуться в город? - спокойно интересуется Дилюк. Тут, пожалуй, слишком открыто для ловушки. Не то чтобы вообще нельзя спрятаться, но проблематично. А вот пещера, наверное, подходящее место. Ох, не стоит переживать, я пойду за тобой, просто сначала поломаюсь, как обычно. Если ты там что-то приготовил — тебе же и хуже. Кэйа улыбается безмятежно, щуря отдающий синевой глаз: - Видеть уже его не могу. При всей моей любви, честно. К тому же есть деликатные поводы для бесед. А тут нас подслушают разве что чайки. А что такое, мастер Дилюк? Так не хотите оставаться со мной наедине? - Радости и впрямь мало, сэр Кэйа. - Какая же жалость, что именно я — тот человек, который улучил момент пошарить по личным бумагам одной интересной личности, мастер Дилюк, - сокрушенно качает головой Кэйа, издевательски ухмыляясь. - Мог бы я навязывать своё скромное общество в противном случае? - Веди уже. Пещера удивляет тем, что выглядит… обжитой? В углу лежит пара спальников (почему их два?), из камней сложено подобие очага. Для прохода сюда пришлось почти наугад спрыгнуть в расщелину, и Дилюк чертыхался про себя как проклятый, но сейчас, внутри, он ощущает странное умиротворение. Узкая прорезь в одной из стен выходит на побережье, видна темно-синяя гладь и слышен мерный плеск. Когда-то он чертовски любил такие места. Отсюда так хорошо наблюдать за небом… Не расслабляйся. Кэйа спрыгивает следом за ним и по-хозяйски направляется к очагу, вываливая к нему сучья. Прежде чем находит в кармане спички, застывает — Дилюк сам поджигает ветки. - У тебя тут что, тайное логово? - фыркает Рагнвиндр, снова окидывая взглядом обстановку. - Вроде того, - безмятежно соглашается Кэйа. - Ты можешь расположиться на любом из спальников. Разговор вряд ли будет коротким. Хочешь есть? Дилюк, устраиваясь где предложено, отрицательно мотает головой. Ждет. Альберих пожимает плечами, достает из сумки хлеб и принимается жарить его на сучке, периодически утаскивая ломтики себе в рот. - Они что-то узнали, - наконец заговаривает он, не поворачиваясь к Дилюку. - Отказались от… кхм, экскурсии почти в последний момент. То ли тебя выследили, то ли я где-то проморгал. Скорее — второе. А раз так, из города мне их больше не вытащить. Что всё усложняет. - Придется придумать другой план, - сухо бросает Дилюк. Он все еще оглядывает пещеру, и за Кэйей тоже следит, не отводя глаз. - Общаешься со мной, как со своими подчиненными, ужас! - Верно улавливаешь суть. Как ты собирался снять с себя подозрения? Кэйа мешкается, замирая с кусочком хлеба в зубах и глядя куда-то в сторону берега. - Планировал изобразить, что его защищаю, и попасть под твой удар, - наконец выдает он, поворачиваясь с улыбкой, которая Дилюку очень не нравится. - Глупо, - мигом выдает он, хмурясь. - Эффективно, - возражает Альберих, всё-таки засовывая хлеб за щеку. - И при должной игре с моей стороны — даже при слежке не осталось бы подозрений. - Не боишься попадать под мои удары? - не удерживается от мрачного укола Рагнвиндр. Может, Кэйа невесомо вздрагивает, а может, Дилюку всё же кажется. - Ну, ты один раз меня уже не убил, полагаю, второй раз тоже не стал бы упорствовать? - ядовито отзывается он. Один-один, паскуда ты такая, фыркает Рагнвиндр. - Рассказывай, что там за история с бумагами, - требует он, сползая чуть ниже по стенке. Желание спать сладко обвивает его щупальцами, и Дилюк с силой щиплет себя за запястье. Вместо ответа Кэйа бросает в него конвертом из сумки. Рагнвиндр заныривает во вложенные в него листы. Перебирает. - Тут отчет об одной из агентов, - роняет он вслух. Кэйа удовлетворенно кивает, наконец разворачиваясь к Дилюку лицом и скрещивая перед собой ноги. - Именно так. И там упоминается про некий Глаз Тьмы, разработкой которого она занималась. Это не его ты случайно… позаимствовал? - невинно интересуется он. Рагнвиндр с трудом сдерживает иррациональный позыв снова ощупать внутренний карман. - Всё ещё не твое дело, - зло откликается Дилюк, продолжая медленно перелистывать записи. - Но ведь в делегации нет ни одной девушки. Кэйа качает головой: - Обрати внимание на состояние бумаги. Она качественная, но всё же чуть начала желтить. Записи довольно старые. Наша подозреваемая миледи если и была в Монде, то довольно давно. Дилюк мысленно ругается на собственную невнимательность. Альберих прав. И листает дальше. Застывает. - Так это всё-таки правда, - придушено выдыхает он. - Вижу, ты добрался до самого интересного, - невесело улыбается ему Кэйа. - Разве не прекрасно, что где-то там у тебя припрятан артефакт, с помощью которого можно не просто сражаться, но еще и управлять существами из Бездны? - Быть не может, - недоверчиво вглядывается Дилюк в буквы. Пальцы сжимаются на бумаге сильней нужного, а дыхание сбивается. - Как это должно быть устроено? И почему они тогда сразу не призвали никого? - Этого не знаю, - пожимает плечами Кэйа, накручивая на палец прядь волос. - Если обратишь внимание на пометки, то по ним создается впечатление, будто им что-то мешало. Будто нужен не только этот Глаз, но еще какой-то способ им пользоваться. Зато теперь мы знаем, почему по Монду начали ползать эти… мутанты, - мрачная улыбка на его губах делает Дилюку больно. - И стоит сказать спасибо твоим знаниям - или интуиции - потому что эта штучка и впрямь опасней некуда. Кэйа поворачивает голову к проему и тихо что-то насвистывает под нос, изучая взглядом кусочек звездного неба. Дилюк мрачно молчит, переваривая прочитанное. Ну да, он знал, что артефакт очень сильный, и что с его помощью можно управлять энергией. Но таких подробностей он не ожидал. Рагнвиндр снова и снова перечитывает записи. Что-то цепляет его взгляд, и он никак не может понять что. И смотри-ка, Кэйа всё ещё не ведет себя как предатель. Снова добыл полезную информацию. Не хочешь рассказать ему подробности? Или ты хочешь погубить Мондштадт из-за того, что не смог довериться человеку, а сам не разобрался, как уничтожить самое опасное оружие из тех, что держал в руках? Ой, заткнись, внутренний голос. - Имя, - вдруг озаряет его. - Что — имя? - откликается Альберих, сразу чутко поворачиваясь к собеседнику. - Я где-то видел её имя, - напряженно сообщает Дилюк, впиваясь глазами в бумагу. - У Фатуи? - Нет. Уверен, что где-то в Мондштадте. Но давно. Рагнвиндр прикрывает глаза, стараясь поймать воспоминание. Много образов перед глазами. Хороших — много. Плохих - поменьше, но такие острые, что дотрагиваться до них мысленно — пальцы на шипы насаживать. Он помнит имя написанным. Он видел его на бумаге. Кажется, в каких-то документах. Шорох, Дилюк распахивает глаза. Кэйа подсаживается ближе, тоже заглядывает в бумагу. - Имя-то мондштадское, - задумчиво теребит повязку он. - Не думаю, что человека родом из Снежной будут звать Кейт Финк. Как я мог пропустить? - почти обиженно добавляет сам себе. От Кэйи еле ощутимо тянет мятным запахом. Совсем как раньше. - Оно вряд ли настоящее, - парирует Дилюк, мысленно дав себе по голове за странные мысли. - Да, но получается, ей нужен был мондштадский вариант псевдонима. - Да, - Дилюк теряет счет, в какой раз перечитывает записи. - Знаешь, она точно здесь была. - Почему? - Посмотри, - Дилюк тыкает в лист. - Этот рисунок руин выглядит сделанным с натуры. В туристических справочниках он изображается иначе. Кэйа выглядит до забавного раздосадованным. Настолько, что Дилюк не удерживается от насмешки: - Что такое, сэр Кэйа, теряете хватку? Может, вам пора отдохнуть немного? - Может, - на удивление соглашается Альберих, всё еще сердито хмуря бровь. - А потом я проверю ее имя во всяких регистрационных книгах. - А я постараюсь вспомнить, где его видел, - устало потирает переносицу Рагнвиндр. Голова после полученной информации слегка идет кругом. И как бы он не советовал Кэйе отдохнуть, это скорее совет для него самого. Альберих будто слышит его мысли, потому что поднимается на ноги и вяло потягивается, по-кошачьи зевая: - Хватит на сегодня с меня информации. Предлагаю поспать прямо здесь. Если я опять потащусь в Монд без отдыха, меня завтра от постели даже Ноэлль с совком не отскребет, - ворчит он. Выглядит это слегка наиграно, но Дилюк не собирается сообщать об этом вслух. А вот принять к сведению — очень даже да. Внутри всё горит от желания найти ответы, и при других вводных он бы настоял на том, чтобы вернуться в город. Но он хочет подыграть Кэйе, и… - Хорошо, - лаконично роняет он. Хватает второй спальник и кидает его в Альбериха. - Только подальше от меня. И разбуди на рассвете. - Что такое, мастер Дилюк? - голос Кэйи тут же становится сладким и язвительным. - Опасаетесь моей скромной персоны? - Твоего храпа, - безжалостно отрезает Дилюк, заворачиваясь в спальник и укладываясь в его уютные объятия. Спать и правда ужасно хочется. - Из нас двоих храпишь ты вообще-то, - возмущенно вздергивается бровь у Кэйи. Впрочем, дальше спор не продвигается. Кэйа устраивается у противоположной стены и закрывает глаз. Сначала просто тихо лежит, затем его дыхание меняется, превращается в сонное сопение, а лицо расслабляется. Дилюк прикрывает ресницы — не до конца — и следит за ним. Тоже меняет своё дыхание, чуть вздрагивает пару раз, как это нередко бывает с засыпающими людьми. И продолжает следить. Спустя несколько минут Кэйа резко распахивает глаз, в котором ни намека на сонливость, и абсолютно бесшумно садится. Дилюк не двигается, не подает никаких признаков того, что не спит. Только мысленно готовится использовать Глаз. Любой из двух, и в худшем случае — отнюдь не Глаз бога. Кэйа медленно подходит к нему. Разглядеть сейчас его выражение лица в противосвете и сквозь ресницы у Дилюка не выходит. Но он движется как призрак, плавными движениями. Наклоняется. …аккуратно поправляет спальник на Дилюке, замирает на секунду и отходит к проему, застывая там. Дилюк непонимающе выдыхает. Ощущает призрак мятного запаха. Следит еще несколько минут, но Кэйа просто стоит и смотрит на море. Лицо его выглядит как гладкая маска. Спустя какой-то промежуток времени Кэйа усаживается у одной из стен пещеры — Дилюк уверен, что так, чтобы видеть его, Рагнвиндра, боковым зрением — и вытаскивает из сумки еще бумаги, принявшись что-то писать. Дилюк ничего не понимает. Всё еще пытается найти подвох и не находит. А затем не замечает, как действительно засыпает.