We’ll meet again

Музыка была жизнью для Хёнджина и Феликса. Жизнь тоже была музыкой. Когда они познакомились, на улице играла живая музыка, а когда признавались в чувствах, птицы сопровождали поток искренностей своим пением. А каждое слово, произнесённое из уст любимого, становилось музыкой для друг друга. Все эти месяца, они оба были готовы отдать душу за то, чтобы хоть на секунду снова услышать родной голос возлюбленного. — Феликс? Выдох Хёнджина, затишье, шорох за маленьким окошком. — Хёнджин? Ещё один выдох. Весь мир замкнулся. — Умоляю тебя, скажи, что это правда, я не хочу сходить с ума, — дрожащим голосом произнёс Хёнджин. — Это ты, и вправду ты. Ты нашёл меня, — подступающие слёзы слышно через голос. — Солнышко, прошу, дай мне свою руку. Это всё, чего хотел Хёнджин сейчас. Через маленькую решётку из мрака протянулась рука, которую ничьей другой не заменить, единственная, которая умела говорить: «всё в порядке, я рядом». В которой, по мнению Хвана, была Вселенная. Он взял его за руку. До ужаса холодная, дрожащая и мокрая от слёз. Хёнджин бережно греет её поцелуями в ладошку, прикладывает к своей щеке, забирая себе все слёзы себе. — Что произошло? Кто? Кто и что с тобой сделал? Ёнсу..? — Я постараюсь коротко объяснить, он может скоро прийти. Ёнсу. Он родственник дяди и был на празднике тогда, в тот день..он хотел подвезти меня, я отказался, но как только я вышел из подъезда, он схватил меня. Я так рад, что ты сейчас здесь, господи. Он говорил тебе кем он работает? — Говорил, что работает фармакологом, создает лекарства и вроде как тестирует… — Тестирует он большинство из медикаментов на мне. Прошу, не соглашайся на любые из его предложений, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.. Как ты тут оказался? — Я переехал сюда на второй этаж, но это вообще не важно… Подожди, секунду..Он куда-то уезжает. Сейчас позвоню в полицию, нельзя ждать. — Нет! Подожди! Так, если он ночью уезжает, то он на ночь остается в поликлинике, если верить его словам, конечно же. И пока что нельзя полицию..послушай, до тебя были люди которые жили на этом втором этаже, первые пару месяцев я пытался привлечь чьё-то внимание и надеялся на то, что все будет хорошо, первый раз здесь жил мужчина, его только настрашило то, что тут происходит и он..как трус, уехал. Но потом..женщина..она в первый же день заселения заметила меня..тоже ночью. Вызвала полицию..они приехали, Ёнсу разобрался с ними. У него папа полицейский, так что..особых претензий и обысков не было.. — Что..было потом? — Потом Ёнсу убил эту женщину. Я видел это..на моих глазах, он убил её на моих глазах в качестве одного из наказаний за то, что я пытался спасти свою жизнь.. Потом он не спускал с меня глаз от слова «вообще» .распускал руки..во всех смыслах..пичкал препаратами или какой-то другой хренью каждый божий день. Слёз в голосе Феликса не было слышно, была слышна пустота, которая вонзила очередной кол в сердце Хёнджина. — Мне очень жаль, — через слёзы шепотом выдавил Хван из себя. — Что? — Мне очень жаль, что я не смог быть с тобой тогда, я не уберёг тебя. Мне очень жаль, слышишь? Прости меня, Феликс. — Даже не думай про такое. Даже и не думай никогда в жизни, хорошо? Я не хочу, чтобы ты винил себя без причины. Здесь нет твоей вины, совёнок. — Когда Ёнсу посадят, у него жизни спокойной не будет. Я сделаю всё, чтобы эта жизнь оказалась для него самым ужасным кошмаром, плевать мне на все препятствия. Я тебя люблю, и хочу, чтобы ты сейчас понимал, что я больше не дам тебя в обиду, солнышко. Ты меня понял? Счастье, я рядом, слышишь? Наконец-то рядом с тобой. — Мне все равно на Ёнсу, не надо с ним ничего делать, пожалуйста, просто забудем потом про него, единственное чего мне бы хотелось..это быть рядом с тобой. Этот вечер был насыщен чувствами. Вечер счастья, утешения, слёз, грусти, злости и переживаний. Проведя всю ночь вместе, они нашли ответы на все вопросы, в том числе на вопрос о том, как они посадят Ёнсу.