Инкубово горе

Аниэль объявила, что замучилась сидеть в электричке, поэтому растянулась на диване полулёжа, используя меня как опору. А я что, я категорически не возражал, потому что она тепленькая, хрупкая, прелестно ощущается в объятиях. И почему-то с интересом смотрела новости, может, пытается лучше понять, как за десять лет изменилось общество? Я отвлекся от созерцания ее чудесных и стройных ног, полусогнутых немного, ну и коленки она почти целомудренно свела, посмотрите только на эту нежную институтку. А привлекло мое внимание упоминание того города, откуда она только вернулась. В репортаже говорили о внезапном взрыве бытового газа в одной из пятиэтажек очень близко к центру города. — О, это я устроила, — довольно хихикнула ангел в моих руках. Мне оставалось только вздохнуть. Кто бы сомневался. И не газ это был ни разу, м-да. Правда, дальше сообщали, что во время разбора завалов обнаружили наркопритон и бордель — удивительно и невероятно, ага. Где темные, там всегда всякий разврат и содомия, это в их природе. Они тоже весьма эмпатичны, только любят ощущать вокруг себя всякое плотское. — И в какой момент ты умудрилась палец порезать? — я взял ее за руку, аккуратно коснулся ранки, с которой она после душа сняла пластырь. — Я искала что-нибудь вкусное на перекус в магазине, — ладно, уже хорошо, что она врубилась в систему супермаркетов, мне как-то сложно сходу припомнить, сильно ли она отличалась десять лет назад, — мне посоветовали оливки, а у крышки оказался очень острый край. Она замолчала, закончив нехитрую историю, а я пытался уложить в голове, что она в одиночку раскидала неизвестное количество демонов и взорвала к чертям их гнездо не пойми каким способом, но поранилась только крышкой ебучей банки оливок. Аниэль явно ожидала какой-то реакции, откинула голову, вверх ногами заглядывая мне в лицо, и мне оставалось только чмокнуть ее в хорошенький носик. — Кто бы мог подумать, что оливки опаснее темных, — вздохнул я, и она расслабленно хмыкнула, сползла совсем вниз и улеглась ко мне на колени, — хорошо, что ты не пострадала, но я начинаю бояться за свою жизнь, раз вокруг ходят такие бойцы. А ну как решит какой-нибудь случайно встреченный ангел, что я плохой парень, располовинит же без лишних вопросов, умирать-то не очень хочется. — Ну, не сказала бы, что кто-то будет вокруг, — улыбнулась девушка, заложила руку за голову, — сейчас на Земле пять отрядов по десять воинов и несколько парных и одиночных оперативных работников. — Всего-то? — хмыкнул я. Темных в среднем мире буквально толпы, а ангельское воинство насчитывает меньше сотни бойцов? Впрочем, по ее взгляду я понял, что сказал не то. — Выходит, ты очень крутая? Попытка подлизаться удалась, она что-то заворчала под нос и отвернулась к телевизору, поджимая губы. Да ладно, вижу же, что улыбку скрывает, к чему этот спектакль. Видимо, обиделась, что я не воспринял всю эту армию всерьез. Говорила ведь, что темные тут слабеют, да и по ней видно, что даже ангел может кучками трупы демонов складывать без особых усилий, не говоря уже об архангелах. Хотя тут может быть ещё эффект неожиданности, конечно. — И кстати, большинство наших обычно поблизости от Габриэля, — добавила она, видимо, поддерживая тему. Я такого не знал, поэтому пожал плечами, — или он сейчас Михаил? — сморщив лоб и нос, Аниэль потерла виски, пытаясь, похоже, напрячь память. Впрочем, я знаю, какая группа существ регулярно меняет имена и способна притягивать к себе членов низкой иерархии. — Серафим, в смысле? — подсказал я. Да, угадал, она кивнула. Насколько мне известно, чтобы минимально пересекаться со своим антиподом, уже скоро три тысячи лет как тусующимся в Европе, серафим предпочитает жить в другом полушарии. Странно, кстати, что Аниэль, в таком случае, оказалась здесь. От любых связных мыслей меня отвлекло то, что госпожа суровый воин сладко потянулась у меня на коленях, протянув вверх свои хрупкие подтянутые руки, не менее сладко зевнула и потерла глаз тонкими пальцами. Разве не прекрасно? Такая умилительная картина, что я поспешно перевел взгляд к телевизору. Она села на колени и довольно-таки пытливо на меня уставилась, я даже на секунду занервничал. — Что-то не так? — ещё и наклонилась ко мне, заглянула в лицо. А что не так, что? — Ты часто отворачиваешься от меня, я не понимаю. Ну да, конечно, не стоит забывать, кто она, сразу распознала закономерность, выходит. И как ей объяснить? По идее, не должна же разочароваться, я ведь не такой, как те, кто над ней все эти годы измывался, я порядочный, просто любуюсь и умиляюсь. Но вот только страшновато ей говорить, что она милая, а ну как обидится? Солдат ведь, все дела. Хотя и соврать язык не повернется, да и что я правдоподобного могу придумать? Тем более, на ходу. — Ну... Это... — я почесал затылок, тщательно разглядывая статуэтку на полочке над телевизором. Ладно уж, была не была, уебет так уебет, что уж там. — В общем, ты иногда такая невозможно милая и красивая, что я боюсь зациклиться. — Разве это так работает? — озадаченно уточнила ангел. — Нет, да и поздно уже отворачиваться, — буркнул я, почему-то смущаясь от такого вот практически прямого признания вслух. Она приподняла брови, видимо, не поняла мой жирный намек. А потом вдруг усмехнулась, прижалась к моему плечу и ничего не сказала, довольная такая. Ну да, нравится она мне, нравится до невозможности, а кто бы тут устоял? Мне даже не особо нужен взаимный ответ, потому что я знаю, что сам дурак, да и то, что она позволяет мне прикасаться к этому совершенному телу, уже о многом говорит. И крылышки даёт почесать, как по мне, очень интимно. Готовить мне не особо хотелось, да и прятаться больше не надо было, так что я предложил поужинать где-нибудь. Далеко ехать не хотелось, я посмотрел, что из таких местечек есть рядом. — Я бы ещё хотела подстричься, — сообщила Аниэль, в который раз перекладывая волосы с одного плеча на другое. Ну как же так, такие мягонькие и очень красивые волосы! — ужасно неудобно. Вздохнув, я открыл чат со знакомой, к которой сам хожу стричься, у нее отменный вкус, делает все быстро и качественно, ну и может дать совет, какую прическу лучше к форме лица подобрать, все такое. — А ты очень коротко хочешь? — все же уточнил я, стараясь, чтобы было поменьше разочарования в голосе. Наверное, воину удобнее всего с очень короткой стрижкой, и ей, думаю, пойдет, личико довольно узкое, да и красивое настолько, что ничем не испортишь. Но мне так нравится зарываться в эти чудные нежные локоны пальцами, они почти как перья на ее крыльях. — Могу до плеч, если хочешь, — мирно усмехнулась Аниэль, видимо, у меня все на лице написано. До плеч — это ещё куда ни шло, думаю, ей будет хорошо. Тем более что волосы прямые, получится довольно стильно. Как постоянному клиенту, Ксюша согласилась выделить свободные полчасика, так что мы оба переоделись и двинулись на выход. На девушке были узкие белые джинсы и светлая кремовая толстовка, вся она выглядела так беленько и нежно, почти невинно, прелесть просто. Клянусь, я буду покупать ей только белую одежду. Думаю, интересно бы смотрелся контраст молочной кожи и черной ткани, но нет, ее образу и моим представлениям об ангелах так идёт всё белое. В салоне я представил девушек друг другу и решил, что вполне могу оставить их наедине, а сам пока занял в кафе через дорогу столик и изучал меню в поисках веганских блюд. Не все одними салатами же питаться, должно быть что-нибудь ещё интересное. И, к счастью, мне не было через окна видно, как идёт стрижка, иначе я бы точно разрыдался. Такие волосы, ну такие волосы! К счастью, меню было довольно прогрессивное, я откопал там боул с овощами и рататуй, можно будет предложить на выбор. А в десертах имелось желе, тоже неплохо. На время ожидания я заказал себе кофе и искал рецепты пасты, которую можно было бы приготовить завтра дома. Жуть какая-то получается, она работает, расчленяя темных, а я, как прилежная домохозяйка, готовлю ей без мяса и замачиваю в отбеливателе окровавленные шмотки. Аниэль явилась уже через полчаса, сияющая, довольная и оттого в тысячу раз более прекрасная. Ее волосы укоротили чуть выше плеч, и с этой стрижкой стало так ярко видно, что шейка у нее тонкая и длинная, плечики точеные, ну я просто не могу. — Тебе так идёт, — не мог не сказать я, пока она устраивалась напротив. — Да? — немного смущенно улыбнувшись, ангел заправила волосы с одной стороны за ухо и просто добила меня. Ухватившись за грудь, я просто поднял глаза к потолку, чтобы не видеть эту подчёркнуто невинную красоту, созданную самим боженькой, чтобы свести меня с ума. — Ну ладно тебе, так хорошо получилось? Кивнув со всем возможным энтузиазмом, я подтолкнул к ней меню, стараясь смотреть больше на страницы, а не на нее. Нет, ну разве можно быть такой прекрасной? Может, я уже зациклился давно, просто не заметил этого? Мы заказали ужин, а я успел немного привыкнуть, мог взглянуть на нее без подскоков пульса. И вспомнил кое-что — Ксюша просто не может работать молча, ей нужен диалог с клиентом, поэтому она точно должна была спросить, как зовут новую модель для стрижки. — Как ты представилась мастеру? — подперев голову кулаком, я разглядывал свою прелестную спутницу. — Как вообще тебе удобно, чтобы тебя называли? — Я уже давно в среднем мире работаю под псевдонимом Анна, в любой стране универсально, — она повторила мою позу и улыбнулась уголком губ, — в целом, я уже многое вспомнила. Нам принесли наши боулы, так что разговор естественным образом прервался, но хорошо, что у нее есть привычное для людей имя, хорошо, что она вспоминает. Правда, мне приходилось буквально заставлять себя не пялиться, потому что она задрала рукава толстовки до локтей. В контрасте с широким рукавом ее тонкие руки казались ещё изящнее, а из-за вилки в руке в запястье очертились все сухожилия, все это выглядело так хрупко. Особенно выступающая округлая косточка на запястье, кажется, у меня новый фетиш на эту долбанную косточку. Дома обязательно расцелую ее прекрасные руки вместе с этими руническими белыми татуировками. Я отошёл в туалет, меня не было, от силы, пять минут, но за это время у столика успело образоваться тело мужского пола. Каким самомнением надо обладать, чтобы в трезвом виде с такой внешностью подкатывать к истинному совершенству? Он сам не видит, что на кучу грязи похож рядом с этой красавицей? Ну серьезно, он обычный, средней привлекательности парень, одет не очень броско, даже просто, ну куда вот ему? Другое дело — холеный, всегда опрятный инкуб, мы все на лицо симпатичные, подтянутые, обладаем врождённым чувством стиля, то есть, можем составить пару любой женщине, вплоть до королевы. И то, не сказал бы, что выгляжу под стать ангелу, все же, в ее внешности есть нечто возвышенное, неземное — то ли дело в необычном разрезе золотистых глаз, то ли в общей светлоте, нетипичной для человека, но факт есть факт. В общем, я прогнал этого засранца, пока кое-кто не вышел из себя от наглых и похотливых приставаний всяких самцов. И пока я не начал ревновать! Мы уже доедали желе с ягодами, вполне сладкое и нежное, когда Аниэль вдруг выпрямилась, напряжённо всматриваясь во что-то через окно. Обронив что-то неразборчивое, она вскочила и чуть ли не бегом помчалась на выход. Чертыхаясь, я нашарил в бумажнике наличку, оставил на столе и порысил за ней, потому что уж явно потеряю, если буду ждать счёт. Надеюсь, там хватит на оплату нашего заказа, надо будет зайти как-нибудь и уточнить, все равно от дома не особо далеко. Нагнав ангела на улице, я спросил, что такого случилось, куда она торопится. — Как раз его я и ищу, — бросила она, не замедляя шаг. Вот блин, разборки с темными? Ладно, пусть так, не возражаю, лишь бы под горячую руку не попасться. Уже как-то даже и совесть почти не чешется, что я собираюсь прятаться за этой вот хрупкой фигуркой. Мы зашли в какие-то дворы, потом в подвал. Ну серьезно, злачное местечко, как раз похоже на то, где могли бы поселиться низшие темные. Вряд ли тут будет много демонов, они уж предпочитают более пафосные местечки, не стали бы, как мы, через канализационные трубы перепрыгивать. Когда мы вдруг оказались в большом и пустом помещении, мне оставалось только сглотнуть. Очевидная ловушка, вот нас уже и окружили. — Попалась, — довольно протянул демон, реальный демон, скрестив руки на груди, — буду рад ещё раз присунуть тебе, но только чтобы кричала и вырывалась. — Мило, — хмыкнула Аниэль, буквально из воздуха вытаскивая, кажется, немного светящуюся в полумраке глефу, — не сообщишь ли как раз, у кого ты меня купил? По жутковатой ухмылке быстро стало ясно, что ничего сообщать он не собирается. Помня, что у глефы есть дистанционный режим, я подошёл к вояке поближе, встал у нее за спиной. Пиздец, тут пятеро готовых к бою демонов, она справится? Как-то жить хочется, да и страшно, что она может серьезно пострадать. От меня же пользы никакой не предвидится, ну серьезно. — Господин велел нам не трогать инкуба, — явно для всех присутствующих сказал один из демонов, указал мне на свободный угол. Демьян серьезно выполнил это обещание? Даже не по себе, жесть какая. Ему реально так нравится наблюдать за ее местью? Это же его собратья, пусть и ниже на несколько рангов. Впрочем, мне тоже было очень интересно наблюдать. Видимо, из-за серьезности противников Аниэль не стала отпускать оружие, размахивала им сама, очень ловко и быстро, постоянно ранила темных то лезвием, то шипом. И, наблюдая за этим кровавым, но изящным и отточенным танцем, я вдруг понял, что завелся. Просто внезапно обнаружил у себя стояк, не в силах оторвать взгляд от этой невероятной валькирии. Черт побери, да что же это... Отвернувшись, я прислонился к стене. Больной, что ли? У нее серьезный риск для жизни, это же демоны, пусть и ослабшие в этом мире. Почему я вообще считаю это красивым зрелищем? Какого хуя я возбудился-то? Или это все длинные стройные ноги в белых скинни? Ну, вернее, уже не особо белых. Мать твою... За спиной что-то в последний раз сочно чвокнуло, а потом настала тишина. Ну, судя по отсутствию улюлюканья и прочих воплей радости, победа на стороне светлых, да? Ведь да же? — Тебе нехорошо? — сочувственно спросила Аниэль, коснулась моей спины. — Прости, я не подумала, что ты не подготовлен к таким вещам. Пойдем на воздух? — Угу, — буркнул я, поспешно сунул руки в карманы джинсов, — ты цела? Ох, нет, вижу, не цела! Рукав на плече распорот, даже среди брызг темной крови демонов видны потёки ее розовой крови. — Ерунда, царапина, — мило улыбнулась девушка, рукавом утирая с лица почти черные разводы, — жаль, что не получилось допросить, но у нас есть ещё одна наводка. Снова угукнув, я уставился себе под ноги. Наверное, я стал извращенцем на исходе шестого века, но разве она не прекрасна? Вся в белом и с головы до ног залитая кровью своих врагов и мучителей. Боже, помилуй, а?