Поделись своим светом (Научи его видеть)

Алина проснулась медленно, под боком у мужа, и улыбаясь от этого. Он уже открыл глаза и смотрел на нее с любящим выражением лица. — Доброе утро, дорогой, — сказала она, желая, чтобы они могли провести так весь день. Увы, у них были дела. — Доброе утро, любовь моя, — ответил он низким спросонья голосом и наклонился, чтобы поцеловать ее, нежно и слишком коротко. Тихо вздохнув, она сбросила с себя одеяла и встала с постели. Им и правда пора было уже вставать. Он тоже потянулся, чтобы встать и помочь ей одеться, и она не удержалась от легкой улыбки. — Отчего ты так счастлива? — спросил он, когда она подошла к нему с охапкой приготовленной на день одежды. Она покачала головой. — Разве я не могу быть счастлива просто оттого, что проснулась рядом с моим мужем? Его выражение смягчилось, и он слегка улыбнулся в ответ. Он наклонился и нежно ее поцеловал. — Я люблю тебя. — И я люблю тебя, — сказала она, отвернувшись, чтобы скрыть навернувшиеся слезы. — К тому же сегодня бал. Я с нетерпением его жду. Он застонал, как будто совсем забыл об этом. Он не раз выражал свое неудовольствие от необходимости посетить бал, но Алина знала, что он не настолько недоволен, как изображал. Балы, конечно, не были его любимыми мероприятиями, но она знала, что сможет заставить его хоть немного насладиться им. Алина ждала бала из-за обычных причин, хотя маленькая, мстительная часть ее очень ждала того момента, когда она войдет в зал, держа Александра за руку на глазах мисс Назяленской. Александр рассказал ей, с каким жаром она охотилась за ним, и хотя Алина не могла ее осуждать, она с удовольствием была готова продемонстрировать, чей он все-таки муж. Хотя если слухи были правдивы, то скоро мисс Назяленская получит предложение от Николая Ланцова, так что она вряд ли так уж расстроена. Женя Сафина — теперь миссис Костик — стала хорошей подругой Алины, и она и ее муж тоже планировали посетить бал. Она призналась Алине, что она никак не подталкивала родителей или Александра на приеме, потому что ее сердце уже выбрало мистера Костика. Это был полезный брак, хоть и не настолько полезный, как если бы она вышла замуж за Александра, но ее родители были достаточно довольны и так. Нины Зеник на балу не будет, потому что она сбежала с швейцарцем с маленьким состоянием и еще меньшими связями. Общество всколыхнул скандал, но Женя передала ей, что новоиспеченная миссис Хелвар была счастлива с мужем. — Я уверен, что я мог бы потратить время куда приятнее, чем посещать бал, — сказал он тихо умоляющим тоном, выдернув ее из мыслей, помогая ей с нижним бельем и корсетом. Она взглянула на него через плечо и широко улыбнулась. — Что-то приятнее, чем танцевать с твоей женой? Он вздохнул. — Ты дьявольское создание, дорогая, — сказал он со смешком. — Если бы только я мог послать тебя сражаться с Наполеоном. Она покачала головой, хотя часть ее хотела присоединиться к нему на поле боя, использовать свои силы так — их мир жил по другим правилам. Но он заверил ее, что в грядущей вечности, которую они проживут вместе, они приложат усилия, чтобы изменить это. Он начал зашнуровывать ее корсет, напомнив ей, отчего она была так счастлива, и ее голос дрогнул. Ее рука легла на живот: — В ближайшие месяцы тебе нужно будет шнуровать корсет слабее. — Что ты… — начал он, не понимая, но осёкся и застыл, держась за ленту ее корсета. Когда он несколько секунд не говорил, не шевелился, она развернулась к нему лицом. Он сражался со слезами, и она нежно обхватила его лицо. — Правда? — спросил он едва слышным шепотом. Она кивнула. — Я беременна. Ты будешь отцом. По его щеке покатилась слезы, его губы дрожали, а затем он крепко обнял ее. Она прижалась к нему, радостная, что наконец сказала ему, что их семья растет. После их свадьбы он признался ей, что вскоре после их встречи начал представлять, какими будут их дети. И она могла только улыбнуться и признаться в том же. Она не думала, что может так быстро влюбиться, но, как Александр объяснил позже, подобное тянулось к подобному, и они оба просто знали, что были единственными друг для друга. Он отодвинулся, только чтобы оглядеть ее, и затем снова наклонился и жадно ее поцеловал. Он был первым мужчиной, которого она поцеловала, их первый поцелуй после предложения был таким сладким и удивительным. Но лишь позже она осознала, что поцелуй мог выражать столько, и что она намного больше чувствовала, когда его рот был прижат к ее. Их дыхание было прерывистым, когда они окончили поцелуй, и он нежно прижался лбом к ее. — О, любовь моя, как ты осветила мою жизнь. — Лишь настолько же, насколько ты осветил мою, — сказала она мягко. Он тихо засмеялся. — Я не думаю, что это правда, но я смолчу. — Разумно, — сказала она, засмеявшись, чуть отодвинувшись и уставившись на него. Он смотрел на нее с восторгом. — Дорогая, ты сияешь. Она опустила глаза, чтобы убедиться, что ее кожа и правда испускала мягкий свет. Она засмеялась. — Что поделаешь, ты заставляешь меня сиять от счастья. Он сморщил нос и улыбнулся, притянув ее для нового поцелуя. Она не знала, почему ей так повезло встретить Александра, любить его и быть любимой им в ответ, и она собиралась никогда его не отпускать.