2. Я никогда не…
6 сентября 2022 г., 00:00
— Ну что, уже обустроились на новом месте? — подлизывался Хайба, коллега Тецуро, который уже не знал, чем заняться. Не работать же в самом деле.
— Вроде того, — пожал плечами Куроо, не отрываясь от компьютера.
— Тяжело, наверное, вот так вот начинать все заново в тридцать лет… — рассуждал тот, крутясь на стуле и перебирая карандаш пальцами.
— Почему все вокруг считают, что моя жизнь кончилась? — буркнул Куроо. — Она, может, наоборот только начинается. И так, для справки, мне пока еще нет тридцати.
— Что, уже нашли себе кого-то Куроо-сан? — хитро прищурился парень.
— Не твое львиное дело.
— Как грубо! — театрально закатил глаза тот.
Альфа вздрогнул от того, что телефон на его столе завибрировал и, нахмурившись, взял трубку. Номер был незнакомый, зато голос на том конце он сразу узнал, раздраженно прикрывая глаза.
— Прекрати, пожалуйста, — вздохнул Куроо, слушая рыдания. — Твои слезы больше меня не трогают. Нет, не передумал. Я на работе, ты мешаешь мне. Все, не звони больше! — рявкнул парень, сбрасывая вызов и кидая очередной номер в блок.
— Кто звонил? — промурлыкал Лев, который изо всех сил пытался подслушать разговор, и конечно же понял, кто это был. Он был в курсе ситуации, и даже в самом начале всей истории какое-то время разрешил Куроо пожить у него.
— Мне сегодня дадут нормально поработать или нет? — прорычал альфа, привлекая к себе внимание нескольких человек, схватил ноутбук и ушел в лобби, чтобы просидеть там до самого позднего вечера, желательно без назойливых собеседников.
Переживать взлеты и падения на личном фронте отлично помогала любимая работа. Можно было нагрузить себя так, чтобы в офисе вообще ни о чем лишнем не думать от количества дел, а дома — от недостатка энергии и сил на это. Хотя Куроо все же умудрялся работать даже из дома. Войти в режим трудоголика получилось, а выйти из него он не мог уже целую неделю с тех самых пор как обзавелся новым домом.
Часовая стрелка перевалила за полночь. Оставалось доделать всего ничего, но сосредоточиться мешала грохочущая музыка за стеной, громкие голоса, крики и смех.
С каждой секундой шум давил на мозги все сильнее, а огонь ярости разгорался, сжигая присущее альфе спокойствие и терпение. В любое другое время он бы просто завалился спать, воткнув беруши в уши, которые вряд ли бы помогли, но только не сейчас, когда недосып с перспективой пополниться еще одной бессонной ночью завладели сознанием. Глубокие вдохи в попытках успокоиться только раздували огонь, а потом… полыхнуло. Конкретно так полыхнуло.
— Они что там, ахерели? — воскликнул альфа, когда за стенкой что-то разбилось, а затем последовала новая порция смеха.
Куроо вскочил, выбегая из квартиры прямо к двери соседа, а пальцы потянулись к ручке, зависнув на пару секунд. Каждый раз уходя на работу он боролся с соблазном проверить фразу «мои двери всегда открыты», и вот сейчас выдалась просто прекрасная возможность. Легкое нажатие руки, щелчок и вот он уже внутри в самой гуще событий.
Воздух пропитался запахом кальяна, алкоголя и чужих духов вперемешку с феромонами. Нужно было найти хозяина всего этого безобразия. Долго искать не пришлось, он сам вышел из одной из комнат и, завидев только что пришедшего гостя, подошел ближе со стаканом в руке.
— Оу, приветик. Зашел на огонек? — изогнул бровь тот, делая глоток.
— Нет, на звук шел. Прекрати этот балаган! — устало сказал Куроо, повышая голос, чтоб перекричать музыку.
— Хорошо, пап, — усмехнулся Кенма. — Э, народ! Заткнулись все! — рявкнул он.
— Пошел нахуй! — послышалось откуда-то со стороны.
— Ну, я пытался, — пожал плечами Кенма, хитро прищуривая затуманенный градусом взгляд и улыбаясь.
Куроо глубоко вздохнул, прикрывая ладонью глаза, а потом устремил их прямо Кенме в душу.
— Слушай, я правда устал и совсем не хочу с тобой ругаться. А еще мне завтра рано вставать, поэтому давай как-нибудь решим этот вопрос.
— Чел, завтра суббота, — непонимающе нахмурился Козуме.
— У меня… дела, — процедил альфа, очередной раз вспоминая, что ему завтра придется пережить.
Кенма долго смотрел на парня, потирая подбородок и прищурившись, будто пытался разглядеть в его лице ответ на какую-то тайну, но все, что он смог там увидеть — это заебанность высшей степени.
— Дайте этому парню стакан, — резюмировал тот, а в руках у Куроо практически в ту же секунду появилась порция виски с колой.
— Нет, я не это имел в виду. Я не буду пить! — упирался тот, пока его тащили за руку в комнату. — Да подожди ты!
— Всего один стакан, — резко развернулся на него Кенма, не выпуская его руки. — Потом ты уйдешь, если захочешь, а мы будем вести себя тихо. Но знаешь, алкоголь очень неплохо помогает заснуть. Выпей, тебе это надо, по глазам вижу. Считай это терапией.
Куроо очутился в комнате, в той самой, которая была отделена одной стеной от его квартиры. Она больше напоминала какой-то лофт, чем гостиную. Тут были и огромный диван, и барная стойка, и та самая аудиосистема, которую наконец-то сделали потише одной только командой голоса, и огромная плазма с приставкой, разноцветные пуфики, занятые разными людьми, преимущественно парнями, но девушки тоже были.
— Ребята, это Куроо, он мой сосед, — представил его всем Кенма.
— Хитро. Никто не вызовет ментов, если сосед тусит вместе с тобой.
— Сечешь, — подмигнул блондин парню по имени Суна Ринтаро.
— Ну расскажи про себя что-нибудь, сосед, — подал голос Терушима Юджи, сидевший на пуфике в самом углу. Он явно заинтересовался новым гостем.
— Это что, клуб анонимных алкоголиков? — усмехнулся Куроо такому приему.
— Ну почему, вполне себе не анонимных, — пожал плечами Ширабу и выпил залпом содержимое своего бокала.
— Говори за себя, — огрызнулась Юкие.
— А давайте в «я никогда не»? — предложил Тендо.
— Да с тобой играть неинтересно, — буркнула Киёко. — Нет такого, что бы ты никогда не.
— Ну почему, есть, — заговорщицки прищурился Сатори. — Давайте я начну: я никогда не спал с Юкие.
— Ах ты сученыш, — процедила сквозь зубы Шимидзу и сделала глоток.
— Что?! — завопили все, оборачиваясь на этих двоих.
— Кажется, будет интересно, — довольно улыбнулся Кенма, который тоже выпил, пока никто не видел. Никто, кроме Куроо, глаза которого полезли на лоб. — Давайте дальше я, — проговорил он и призадумался. Захотелось вдруг как можно больше разузнать про его нового знакомого. Формулировки нужно было подбирать тщательнее, так, чтобы вытащить побольше информации, но чтобы это не стало похоже на допрос. Начать можно было с легкого: — Я никогда не спал с парнем.
— Так это все сейчас выпьют, зачем ты всех гасишь? — ухмыльнулся Осаму.
— Не все… — расплылся в улыбке Козуме, прожигая глазами Куроо, который не пошевелился.
— Оу, редкий экспонат у нас тут, — проговорил Суна.
— Так что ж ты сразу не сказал! Раздевайся, — оживился Дайшо, который до этого почти уснул на диване.
— Никакого секса в моем доме! — рявкнул Козуме. — Если он не со мной. Давайте дальше.
— Я никогда не была в браке, — продолжила Юкие.
— Ты каждый раз меня на этом ловишь в этой игре, — закатил глаза Ширабу. — Это вообще не считается! Меня заставили! И вообще я устал пить один, давайте уже женитесь все.
— Ты не один, — проговорил Кенма, который пребывал просто в диком восторге. Второй раунд и снова в яблочко: его сосед только что выпил.
— Оумай, — прикрыл рот Суна. — А почему ты тогда пьешь сейчас с нами, а не исполняешь свой супружеский долг в постели с женой?
— Потому что я развожусь, — вздохнул Куроо, поджимая губы. Эта тема его достала даже тут: в комнате с десятью незнакомыми ему людьми, которые теперь знают о нем гораздо больше, и видимо, не успокоятся пока не изучат всю биографию.
— Смело! В наше-то время…
— Изменила?
— Мозги вынесла?
— А может это ты загулял?
— Я знал, что хорошую вещь браком никогда не назовут.
— Вот поэтому я и не женюсь!
— Я просто решил с ней развестись и все, — отмахнулся Куроо.
— Просто так ничего не бывает!
— Ага, так значит она сука?
— Нехорошо так про незнакомых людей говорить, — добавил Тецуро.
— А он еще и святоша, поглядите, — ехидно усмехнулся Сугуру.
— Покурим? — толкнул альфу в бок Кенма, поднимаясь с дивана и глазами всем давая понять, что с ним идти никому не надо. Никому, кроме Куроо, конечно.
— Какой смысл курить на общем балконе, если вся твоя квартира пропахла кальяном? — нарушил тишину Куроо, делая первую затяжку.
— Несси не выносит запах сигарет. Кальян еще более менее, но я все равно закрываю ее в спальне с приоткрытым окном.
— Как мило, — добавил Куроо без эмоций.
— Так, значит, женат.
— Получается, так.
— Но разводишься.
— Развожусь.
— Завтра утром, я угадал? — спросил омега, припоминая про субботние «дела», о которых обмолвился Куроо.
— Да, в десять суд. Уже пятый.
— Матерь Божья, — усмехнулся Кенма, качая головой.
— Не поминай Бога всуе.
— Нет, ты точно святоша.
— Видимо да, раз все еще не начал убивать.
— А в чем проблема, у вас есть дети? Она беременна?
— Нет, она просто против. Против блять, понимаешь?
— М-м-м, когда ты материшься, это заводит. Прости, продолжай.
— Да что продолжать… Семь ебаных лет она позволяла себя любить, вытирала об меня ноги, не считала за мужа, а так… А потом вдруг проснулась.
— Женщины… — фыркнул Кенма. — Ну а ты чего терпел так долго?
— Чувствую себя на сеансе у психотерапевта, — улыбнулся Куроо, смущаясь.
— Ну, можно сказать и так. Мне часто приходилось разговаривать такие разговоры. Можешь не рассказывать, а можешь закрыть все гештальты.
— А надо оно тебе?
— Не знаю, как буду жить без этой информации.
Куроо смотрел в ночное бескрайнее небо, сложив руки на перилах. Луна была полная, небо чистое, воздух наконец остыл, даря прохладу, свежесть и легкость, а концентрация алкоголя в крови была идеальной, чтобы открыться незнакомцу и не чувствовать себя неловко. По крайней мере сейчас, но завтра он скорее всего пожалеет об этом. Он ведь еще никому об этом не рассказывал. О том, как все было на самом деле. Как-то привык держать всегда все в себе, справляться с проблемами самостоятельно, не ныть по пустякам. Однако, парень чувствовал, что долго так не протянет. Эмоциональная разрядка в виде диалога с малознакомым человеком глубокой ночью на балконе многоэтажки с сигареткой — то что доктор прописал. Это было не в его стиле — выкладывать все первому встречному, но эти кошачьи глаза напротив взяли в плен.
— Мы учились в одном университете, — начал Куроо. — Она была из тех девушек, за которыми бегают пачками. Фигура, внешность, интеллект — всё при ней. Она очень красивая, очень… И я тоже не смог пройти мимо. Влюбился, как мальчишка, по уши, ухаживал, добивался. Я был самым счастливым человеком на свете, когда она выбрала меня из всей толпы поклонников. Был… ровно до того момента, пока она не пошла в модельный бизнес. Карьера пошла в гору, а от прежней Кико не осталось и следа.
— Подожди, Кико Мидзухара? — изумился Кенма, резко поворачиваясь на собеседника. Он знал, кто это такая, потому что сам был публичной личностью. Вот только странно, что они раньше не пересекались с Куроо.
— Она самая.
— Да ты счастливчик по мнению половины населения Японии!
— «Как он мог развестись с ней? Да что ему еще надо?» Это все я уже сто раз слышал. Вот только красивая картинка далеко не главное.
— Что произошло?
— Она стала одержима своей внешностью, карьерой и репутацией. Фамилию мою не взяла, но это еще мелочи. Каждый мой шаг должен был быть согласован с ней и менеджером. Все наши встречи на людях — сплошная постанова. А дома… Дома я просто перестал ее видеть, ведь она постоянно пропадала на съемках. Ни одной годовщины вместе не провели. Всегда находилось что-то важнее, чем я.
— Ну а ты? — с огромным интересом спрашивал Кенма, расположив подбородок на ладони.
— А я… Говорил, что мне ее не хватает, получал обещания, что это все временно, что нужно потерпеть, подождать и все наладится. И я терпел, потому что безумно ее любил. Я все для нее делал, очень боялся ее потерять, а в итоге потерял уважение к себе.
— И когда ты понял, что это конец?
— Когда она во время нашей ссоры сказала, что выбрала меня только потому, что со мной не стыдно выйти в люди. Я был самый симпатичный из всех.
— Чего? — воскликнул Кенма. — Вот мразь.
— Но потом и моя внешность перестала ее устраивать. Она сказала, что я слишком щуплый и мне нужно подкачаться.
— У тебя ахуенное тело. И сам ты ахуенный!
— Ты так считаешь? — усмехнулся Тецуро.
— Я это знаю, — уверенно ответил Козуме.
— Спасибо. Довольно смело утверждать такое о человеке, с которым говоришь третий раз в жизни.
— Мне хватило двух, чтобы все понять, — подмигнул Кенма. — Ты все сделал правильно, шли нахуй эту особу и живи полной и свободной жизнью здесь и сейчас, а не в ожидании, когда королева снизойдет до тебя.
— Стараюсь. Только она не дает. Звонит, пишет, курьеров на работу присылает, просит вернуться.
— Ну так, ебать, поняла наконец, кого потеряла. А ты все еще любишь ее? — спросил Козуме, отчего-то начиная сжимать поручень балкона сильнее.
Куроо замолчал и потупил взгляд. Сегодня, видимо, тот день, когда его душу решили растерзать окончательно. Но вот что удивительно: сам себе он на этот вопрос ответить так и не смог, а вот этому парнише с кошачьими ушками готов был открыть самые тёмные и заброшенные уголки сердца.
— Нет, — тихо проговорил он, но потом добавил уже увереннее, — после той фразы как отрезало. Будто глаза открылись, что я для нее всегда был чужим. Так, удобным мальчиком на побегушках. Об одном только жалею, что не решился уйти раньше… Столько лет провёл будто с закрытыми глазами… Чувствую себя последним лохом, — усмехнулся Куроо.
— Ничего, наверстаешь! — положил руку на плечо парню Кенма, искренне желая поддержать. — Ты вообще молодец, что решился. У нас многие слова «развод», как огня боятся, а ты не испугался и решил стать счастливым. Но больше нельзя терять драгоценное время, так что сделай так, чтоб завтрашний суд был последним. А будет и дальше доставать — ты только скажи, — подмигнул Кенма и ушел разгонять гостей по домам.
