Система

      На парах Эл сидел, озадаченный своим сном. Что же такого в Системе, что какой-то дух пытался его остановить? Что же в ней такого… Как же это сложно! Эльрик с тяжелым вздохом уронил голову на ладони. Ещё и лоб горячий, класс. Кажется, его продуло.        Страдания молодого Эльрика не укрылись от зоркого дружеского ока.       - Не надо было пары прогуливать, - шепотом протянул Вэй Йа, поправляя очки.       Эл посмотрел на друга немного туманным взглядом, думая, как ему объяснить, что на самом деле с ним происходит. Но Мо, будучи умничкой, сам всё решил:        - Что там у тебя с Системой?        Такой интерес был чем-то необычным для Мо, ведь, как правило, он весьма апатичен к “закидонам” приятеля, а тут внезапно и заинтересовался! Элу было приятно, что друг захотел узнать больше о волнующих его вещах, но все же не удержался от колкости:        - А что так? Это же ведь детская книга. Игра!        - Ты просто, - почти материнский вздох, - Стал слишком… будто бы ушедшим в себя и каким-то очень уж отстраненным. Да и я дома кое-что разузнал.        Эл навострил уши. Лекция привычно отошла на второй план, и юноша принялся жадно вслушиваться в каждое слово. Как оказалось, бабуля Мо что-то знает. В их роду несколько поколений назад был исследователь, положивший жизнь на алтарь одного труда. Нетрудно догадаться, что назвал он его “Система”. Долго думали потомки, что это, но в итоге так и не поняли. Бабушка Лай-Лай надеется, что когда-нибудь кому-нибудь удастся это раскрыть. Судя по всему, Мо не стал юлить и рассказал об интересе друга, чем разжег любопытство в семейном гнездышке.        Довольный новой крупицей информации, Эл, будто бы опомнившись, спросил, что же стало с тем самым предком.       - Он пропал. Внезапно. Как будто его и не было. - пожал плечами Мо.         - Эл посмотрел внимательно на друга, а затем спросил:        - А как его звали?         - Без понятия. Лай-Лай лучше знает. Мамы дома в пятницу не будет, так что можешь прийти и спросить сам.        Пара закончилась, и Мо Вэй Йа начал собирать свои вещи.         - Ты в библиотеку? - подскочил Эл, вмиг осознавая, что у него наконец появился единомышленник. Ломоты в ногах как не бывало, и сразу голова прояснилась, - Я с тобой! ***       Эл с нетерпением ждал пятницы, чтобы пойти и задать интересующие вопросы Лай-Лай. Если его догадка верна, то семья Мо - ключ к разгадке не дающей покоя тайны.        Несмотря на то, что прошло уже пару дней, тот сон не повторялся, что несомненно беспокоило Эльрика. Уж слишком интригующей была тайна. Почему сон оборвался так внезапно? От чего его пытались оградить? И что же это за пещера такая?        У него было достаточно времени, чтобы подумать. Кажется, Эл все таки принёс домой какую-то болячку, а затем и слег. Сейчас в квартире остались только он и может быть пара домашних тараканов, так как все домашние отправились за город. В томительном ожидании Элрик даже составил список вопросов: 

Кто такой Бай Шу Фэнь? Чем он на самом деле занимался? Почему прекрасные блондины рода Мо стали резко брюнетами? Что такое Система? Почему ему нельзя в это лезть? Насколько это опасно? 

       Такого рода вопросами, готовыми в любую секунду быть озвученными, было исписано несколько листов. Эл очень ждал встречи.       Один вопрос настойчивее всех крутился в голове юноши. Он все думал, почему ему нельзя заниматься Системой?        Вот бы разбежаться и прыгнуть с горы, развеяться, что-то оставить после себя.        Но пока что единственной альтернативой было занимать себя мыслями о том, где сделать новый пирсинг, и где найти себя. А если он так и не найдет? А если найдет, но не сможет осуществить мечту? Не сможет ее осилить? Разочаруется в своей мечте? А если в жизни? Хотя в жизни он уже разочаровался. Жизнь без мечты - это существование. Да и существование ли? Прозвенел звонок, ударивший по ушам, в которых и так уже шумела кровь и стоял жуткий писк, одновременно раздражающий и утягивающий в тишину. Глубокую. Бескрайнюю. Освобождающую. ***

Ткань упала в ноги, а мальчишка распахнул глаза…

      Утро встретило Эла неестественно белым ослепляющим светом, противным запахом медикаментов и не менее мерзким писком. Юноша зажмурился, а через пару секунд снова попытался приоткрыть хотя бы один глаз. Рядом стояла ваза с пионами, а на подоконнике, откуда пробивался свет, стояла игрушка кролика. По правую руку в изножье кровати лежал Мо. С небольшим усилием Эл разглядел и темные круги под глазами, и опухшие веки. Друг выглядел непривычно потрепано, до того убито и устало, что сжималось сердце.       Эл ничего не помнил. Он помнил ванную, бутылку чудесного вина и больше ничего. Почему Вэй Йа плакал? Почему все тело ломит, голова кружится, необычно сильно хочется сладкого, а руки - словно ледышки?        Мо лежал щекой на сложенных локтях, сопел, явно беспокойно, очки были в руке: он держал их за дужку.        Так, очки.        Очки были грязные, в каких-то разводах, рубашка - обычно белая, кристально чистая, выглаженная - помята, испачкана, местами виднелись темные мелкие пятна. Следы, но от чего? Брюки тоже помялись, они были мокрыми и грязными. На плечах болтался больничный халат. Эл потянул руку, чтобы поправить спутанные волосы, которые падали на лицо друга. Внезапная пронзающая боль в области локтя заставило его зашипеть и отдернуть руку. Посмотрев на место дискомфорта, юноша увидел катетер.        Эльрик и представить не мог, почему он - его лучший друг, непробиваемая скала, так себя измучил, что случилось на самом деле?        И почему болела рука, горло и дико кружилась голова? И тут потревоженный новыми шорохами Мо проснулся.