Ангел, я не шутил...

      — Арс, нельзя пускать всё на самотёк, неужели ты не понимаешь насколько это всё серьезно? — взрываясь от негодования, произносит Шастун, гневно смотря на друга.       Дима и Антон приехали в квартиру Попова сразу же, как узнали эти неприятные новости от Миши, однако сам Арсений отнёсся к рассказу друзей очень посредственно, что просто вывело из себя остальных импровизаторов.       — Антон прав, нельзя закрывать на это глаза. Сейчас на тебя ведётся самая настоящая охота и это уже не шутки! Ты реально можешь сесть и никто тебе уже не поможет! — подхватывает Позов, наливая стакан холодной воды. На этой кухне всем стало слишком жарко, всё же их гневная дискуссия добавляла парочку градусов.       — Я не понимаю, чего вы от меня хотите, а?! Олег уже написал это чёртово заявление, полиция уже готовит орден на мой арест, что я должен по-вашему делать в этой ситуации? Предаться панике? Может попытаться сбежать? У меня сейчас есть дела поважнее, чем трястись каждую минуту, боясь, что меня загребут в тюрьму, — заканчивая свой пламенный монолог, Арсений встаёт из-за стола и, накинув чёрное пальто, покидает квартиру, полностью игнорируя возгласы друзей.       — Боже, и что нам теперь делать со всем этим? — глубоко вздыхая, произносит Сережа, морщась от громкого хлопка железной двери.       — Не знаю, Серёж, не знаю, но ситуацию срочно нужно брать в свои руки.

***

      Попов решил сходить проветриться, ему очень нужно сейчас осмыслить все в одиночестве. За эти несколько дней слишком многое произошло и происходит до сих пор. И это уже начинает ломать стрессоустойчивую психику мужчины.       Арсений идёт по изученному до мелочей проулку и заворачивает к излюбленной кофейне. Именно здесь они с Дашей проводили свои свободные минутки в перерывах между съемками, узнавали друг друга и именно здесь Арсений понял, что испытывает к этой девушке нечто большее, чем просто симпатию.       Мужчина ненароком вспоминает самые тёплые моменты их времяпрепровождения, смотря через панорамное окно заведения и совсем не замечает, как промчавшаяся мимо него полицейская машина резко тормозит в нескольких метрах от здания и из неё выходят трое мужчин, один из которых направляется прямиком к Попову.       Арсений не успевает среагировать, как его резко хватают за руку и ведут в сторону припаркованного автомобиля. Попов не сразу понимает, что вообще происходит, но как только поднимает глаза на схватившего его мужчину, осознает, что серьёзно влип.       — «Блядство…» — думает он, разглядывая в свете сине-красных мигалок ещё одного полицейского и Олега. — «Вот же урод…» — снова проносится у него в голове, смотря на довольного дружка покойного Никиты.       — Попов Арсений Сергеевич? — вопросил один из громил, замыкая наручники на руках Арсения.       — Он самый, — осторожно произнёс Попов, стараясь выглядеть максимально спокойно, хотя в данной ситуации это было очень сложно. — Вы обвиняетесь в убийстве Игнатенко Никиты Сергеевича, — всё таким же непоколебимым голосом, проговорил полицейский, делая какие-то пометки в своем блокноте.       — Эм… С чего вы взяли? Я даже знать не знаю кто это, — наглорет Попов, прекрасно помня негласное правило — ничего не говорить полиции без адвоката, и всё отрицать.       Арсений буквально поедал глазами Олега, который в свою очередь явно наслаждался сложившейся ситуацией, по-крайней на лице Олега сверкнула мерзкая ухмылка.       — Но вот Шевченко Олег Андреевич утверждает, что вчера днём вы вломились к нему домой с целью выведать информацию о гражданине Игнатенко. Более того, вы угрожали посредством юной племянницы, — сказал блондин, разворачиваясь лицом к Олегу и видя его кривую улыбку. — После выведенной информации вы направились прямиком по адресу Никиты Сергеевича, где и хладнокровно убили его, избавившись от тела, — заключает полицейский.       — И что с этого? Вы верите всяким прохожим? Давайте я тогда скажу, что вы вчера изнасиловали кого-нибудь? А что? Я же имею право утверждать, — ехидно подмечает Попов, стараясь хоть как-то потянуть время, чтобы придумать выход из сложившейся ситуации.       — Да как вы разговариваете со стражами порядка?! Коля, грузи его в машину, а то наш актёр видимо совсем не понимает во что ввязался, — протороторил один их полицейских, толкнув Арсения в плечо и усаживая на заднее сиденье автомобиля.

***

      — Дима-а-а! Где Арс?! Его уже второй час нет! — кричит Шастун, хватаясь за голову и ходя кругами по комнате.       — Да откуда я могу знать, где этот миролюбивый гражданин?! Телефон вне зоны, геолокация не определяется! — отвечает Позов, садясь на диван, попутно набирая Сергея, который поехал искать Арсения.       — Серый! Его нигде нет! Телефон отключен, домой не приходит! У тебя как? — с надеждой спросил Дмитрий, запуская пятерню в волосы.       — Димон, если бы я его нашёл — позвонил бы давно… Прочесал уже весь город, этой тварины нигде нет… Надо звонить Мише, — нервно постукивая по рулю, проговаривает Матвиенко, заезжая во двор дома. — Точно! Именно так сейчас и сделаю, — сбрасывая вызов Серёжи, Позов тут же набирает номер Михаила, молясь чтобы тот не был занят и как можно скорее ответил на звонок.       — Миша, привет. Выручай нас! Арс пропал, уже второй час нет дома, — буквально прокречал в трубку Дима, не справляясь с накатившем волнением. — Дим, у меня для тебя плохие новости… Арсения арестовали, — на выдохе проговорил мужчина, боясь сказать что-то ещё, чтобы не сделать хуже.       Дима замолкает на минуту, пытаясь вникнуть в сказанные секунду назад слова. Мозг будто отключается, не желая обрабатывать поданную информацию, а руки судорожно сжимают телефон, оставляя на ладони красный след.       — Дим, мне очень жаль… — все же решает сказать что-то ещё Михаил, напрягаясь от давящей тишины по ту сторону провода.       — Миш, где он?! Какой участок, адрес назови! — отмирает Позов, понимая, что нужно что-то делать прямо сейчас.       Стоявший до этого рядом Шастун, подрывается вместе с другом, без лишних вопросов надевая верхнюю одежду и выбегая из квартиры.       — Участок номер семь, улица Долгопрудная девять, — отчеканил Миша, смотря в компьютере информацию об рассматриваемом обвинении Попова.       — Мы уже едем, — уверенно сказал Позов, закрывая дверь и удаляясь вниз к машине Матвиенко.

***

      — Давай, заходи, смелый ты наш, — буквально заталкивая Арсения в абсолютно пустую камеру, проговаривает один из полицейских. — Сейчас мы проведем тебе воспитательную беседу о том, как уважаемым людям дорогу переходить, — договаривает он и в следующею секунду бьёт Попова кулаком в лицо разбивая бровь.       Арсений, не успев среагировать, лишь прикрывает голову руками, и тут же получает удар в солнечное сплетение, падая на грязный бетон. В камеру заходят ещё двое и удары начинают сыпаться со всех сторон. Попов из-за всех сил пытается прикрыть голову, увернуться, он даже пробует схватить одного из громил за ноги, но преимущество явно не на его стороне, и с каждым новым ударом, Арсений чувствует, как сопротивляться становится все сложнее. Тело начинает неметь, а перед глазами мельтишат черные пятна.

***

      Ребята были в участке ровно через двадцать минут. Слава всем богам, что пробок не было. Позов оперативно рассказал друзьям всё, что знал сам и теперь все трое ужасно волновались за Арсения и его сохранность.       Парни зашли в полицейский участок и сразу наткнулись на Михаила, который явно ругался с одним из охранников, видимо не дававшем пройти в камеру к заключённому.       — О, ребята, вы уже здесь. Похоже сейчас нам никто не даст увидеться с Арсением. Не знаю, что именно на это повлияло, но надеюсь, это не то, о чем я думаю… — задумчиво произносит мужчина, заставляя ребят напрячься ещё больше. — В общем заседание суда состоится завтра в девять утра, за оставшееся время, всё что вы можете сделать, так это попробовать нанять хорошего адвоката, который согласится за такой короткий срок изучить дело. Если честно, Арсению даже это мало чем поможет - Олег хорошенько накинул сверху судье, к тому же у него дядя работает в органах, справедливости завтра ждать не придется, но может вам повезет и Попову скостят пару лет, — на выдохе произнес Миша, наблюдая как глаза импровизаторов, которые до этого были наполнены надеждой и готовностью бороться за свободу своего друга, медленно потухли.       — Что ж, спасибо большое тебе, Миш. Мы постараемся найти что-нибудь за это время, — проговорил Дмитрий, разворачиваясь к Антону и Серёже.       — Ну что, ребятушки. Мы в пизде, другого слова я не могу подобрать, — красноречиво проговаривает Позов, в конец отчаявшись.       — Как мы найдём адвоката нормального, учитывая то, что сейчас два часа ночи?! Это же невозможно… — ругается тихо Шастун, хватаясь за свои волосы.       Матвиенко лишь кивает, и спустя секунду ему приходит в голову идея:       — А что если попросить Дашу, она-то точно подтвердит невиновность Арсения. Он же её спас, да и по сути, ради неё все это учинил…— произносит Сергей, пытаясь унять растущую в нём необоснованную злость на пострадавшую девушку.       «Она ни в чем не виновата!» — мысленно говорит сам себе Матвиенко, смотря на изменившиеся лица друзей.       — Еблан? Серёг, ты головой вообще думаешь? У Даши сегодня операция! Какой суд?! Ей и так нервничать нельзя, а тут ещё и мы, — промолвил Антон, показывая пальцем у виска, доставая телефон и быстро печатая кому-то.       — Серый, Шаст-то правду глаголит. Какой Дашу позвать? Она че, на каталке с катетерами будет оправдывать Попова? Как ты себе это представляешь? Ей вообще ближайшее время лучше не знать, что тут происходило с её любимым Арсением, — поддержал Шастуна, Позов, толкая друга в плечо. — Кому ты там все строчишь, у нас тут дел по горло, сосредоточься на них, пожалуйста.       — Всё нормально, Поз, я уже закончил. Так какой план? — отрываясь от телефона, вопрошает Шастун, и предлагает ребятам выйти из участка.

***

      Друзья зашли в огромный зал суда ровно в девять утра. Справа был обвиняемый, а слева Олег. Ребята так и не смогли найти адвоката за это короткое время, но взяли с собой в суд Машу, надеясь, что это хоть чем-то поможет.       — Суд идёт, всем встать! — проговаривает секретарь и все присутствующие поднимаются со своих кресел.       Арсений мимолётно смотрит на ребят, стараясь не делать лишних движений, так как после вчерашнего избиения, он вообще удивляется, как может самостоятельно стоять на ногах.       — Здравствуйте. Итак, сегодня мы рассматриваем дело об убийстве Игнатенко Никиты Сергеевича, — громким голосом, произнесла судья, заставив Серёжу поморщиться от мерзкого, немного писклявого голоса. — Да, не удивительно, что её Олег подкупил, — оставляя свой ядовитый комментарий, Сережа садится на свое место, ненароком ещё раз взглянув на Арса.       — Эй, ребят, а разве у нашего героя было так разукрашено лицо, до попадания сюда? — шепотом произносит мужчина, привлекая к себе внимание Димы и Антона.       — Так вот почему нас вчера к нему не пустили… Чёрт, вот же твари! — громче положенного восклицает Позов, на что суд делает ему замечание.       — Ничего-ничего, все будет хорошо, я уверен… — будто сам для себя произносит Шастун, каждые пять секунд смотря на дисплей своего телефона.       — Нам бы твой энтузиазм, Антох, — выдыхает Матвиенко, закрывая ладонями лицо.

***

      Суд шёл на протяжении часа. Все вердикты суда были против Арсения и все уже прекрасно поняли, что свободы Попову не видать. Но буквально на последних минутах заседания, когда судья отлучилась, для принятия решения, в зал ворвался запыхавшийся Стас, присоединяясь к своим коллегам.       — Стас, а ты-то каким боком здесь?! — изумлённо спрашивает Матвиенко, совсем не понимая, как креативный директор узнал о всей этой заварушке.       — Антону спасибо скажите. Если бы не он — присел бы наш Арсюшка далеко и надолго, — парирует Шеминов, параллельно доставая из сумки какие-то документы. — Вот всë, что необходимо, чтобы освободить нашу птичку из клетки, — проговаривает он, протягивая бумаги Диме.       — Это же беспрецедентное алиби! Тут всё указывает на то, что и духа Арсения в том доме не было! Как ты это сделал? — спрашивает он, передавая бумаги Сереже.       — Ну, не забывайте, что у меня папа майор, ну и денег достаточно, чтобы перекрыть ту сумму, которую забашлял этой барышне Олег. В общем, не переживайте, я всё разрулил, отпустят нашего Арсения и глазом моргнуть не успеете, — победно промолвил Стас и больше не отвечает ни на какие вопросы, наблюдая за вошедшей судьей.       — Суд рассмотрел данное дело по существу и при таких обстоятельствах считает недоказанным обвинение в совершенном приступление посредством установления того, что подозреваемый не причастен к совершению преступления, — завершает девушка и ставит точку в этом деле, ударив судейским молотком по деревянной дощечке.       Сидевшие до этого момента в полном шоке ребята, оживились только тогда, когда Арсения вывели из-под стражи, давая полную свободу действий. Мужчина сразу же подошёл к друзьям, пожимая руку каждому из них, все ещё не веря, что его оправдали.       — Как вам это удалось? Я уже почти смирился с тем, что буду гнить за решеткой, — наконец произносит он, смотря на каждого с такой благодарностью, что ребята не выдерживают и обходят Попова с разных сторон, обнимая.       — Воу-воу-воу! Полегче, мне тут недавно прописали не совсем лечебный массаж, — смеётся Арсений, отстраняясь от импровизаторов.       — Скажи спасибо Стасу, это он всё разрулил, — проговаривает Сергей, кивая в сторону стоящего чуть поодаль Шеменова.       — Стас я…       — Не стоит, Арсений, не стоит, считай это плата за все мои выкрутасы. Я только сейчас понял, каким придурком был всё это время, ставя тебя в такие ситуации. Ты прости меня, иногда излишняя слава и богатство напрочь затуманивает рассудок, — проговаривает мужчина, подходя к Арсению ближе. — Я надеюсь, мы сможем забыть то, что было в прошлом и начнем новый путь, в котором ваше мнение и чувства будут стоять на одном уровне с успехом наших дел, — заканчивает он и протягивает руку опешившему Попову.       Оба сначала осторожно обмениваются рукопожатиями, а потом Арсений сам притягивает Стаса к себе, невесомо приобнимая.       — И ты меня прости, Стас. Теперь всё будет как прежде, как на первых стадиях начинания. Только взаимопонимание и уважение, — заключает он, отстраняясь от мужчины.       — Ну, что ж, раз это все закончилось, предлагаю поехать домой и хорошенько отдохнуть, — вклинивается Матвиенко, попутно зевая.       — Ребят, вы езжайте, а я к Даше поеду, операции наверное уже закончилась и я смогу навестить ее, — произносит Арсений, шаря по карманам, понимая, что его телефон благополучно был изъят вчера ночью и наверняка его уже не отдадут.       — Возьми мой, вызовешь себе такси и будешь на связи, пока не купишь себе новый, — протягивая гаджет Шастун, получая тихое спасибо.       На этом ребята и расходятся, каждый уезжает к себе домой, чтобы отдохнуть, а Арсений, вызвав такси, направляется прямиком в больницу, к человеку, который сейчас явно нуждается в его поддержке и просто присутствии.