A terra ad terram

      Трэвис стиснул зубы до скрипа и упёрся руками и ногой в лошадиную тушу. Точного веса он не знал, а вот Бобби наверняка был в курсе. Нужно будет поинтересоваться при случае. — Она… чертовски тяжёлая! — простонала Лора. Как и Трэвис, она изо всех сил старалась освободиться. Выглянувшая на короткие мгновения луна снова посеребрила светлые волосы.       Мускулы в плечах Трэвиса так напряглись, что, казалось, ещё чуть-чуть — и они лопнут от натяжения.       Опасность подстегнула выброс адреналина; вряд ли в обычных условиях стало бы возможным на самом деле толкнуть такой груз, но сейчас туша постепенно сдвигалась.       Трэвис не знал, как далеко в данный момент оборотни, и сколько их сбежалось на громкий звук из окрестностей ночного Бюргенверта. Он почти ничего не слышал и не видел, кроме цели перед собой и Лоры на периферии зрения, да и там превратилась в смазанную череду образов. Чёрно-белая тень. Серебристые нити. — Давай же, что б тебя!..       Наконец он смог высвободить застрявшую ногу. Сапог скользнул по взмыленному пыльному боку. Трэвис мигом перевернулся и подполз ближе, упёрся спиной и плечами, покрепче ухватившись за лошадиный живот. Пальцы мигом покрылись тёплой кровью. — Ну же!.. — выдохнул Трэвис. — Давай, ещё немного!       Мало-помалу тело Лоры показывалось из-под тяжести. Каблуки сапог Трэвиса то и дело срывались и приходилось снова и снова упираться в мостовую.       В конце концов туша поддалась; Трэвис, пропустивший этот момент, потерял равновесие и шлёпнулся на землю. Лора со стоном пошевелила ногами и попыталась сесть. — Осторожнее, — тут же подобрался к ней Трэвис, — как ты? — Кажется… кости целы. Ещё побегаю. — Хорошо. Хорошо, тогда, — Трэвис быстро взглянул в сторону мёртвых оборотней, — тогда надо убираться отсюда. Можешь идти?       Лора, с болезненной гримасой придерживая живот, поднялась на ноги. Трэвис поддержал её за локоть. Но едва она открыла рот, чтобы ответить, как небо прорезал хорошо знакомый звук.       Громкий, пронзительный вой, от которого кровь стыла в жилах. — Надо спешить. Осталось не так далеко, — сказала Лора. — Доберёмся до лавки — будем в безопасности. — Тогда возьмём только патроны. Остальное оставим здесь. Вернусь утром. — Вернусь?.. — Ты неважно выглядишь. — На себя посмотри, — слабо огрызнулась Лора. — Даже не спорь. Заряди мушкетон и возьми столько патронов, сколько влезет в карманы, — распорядился Трэвис. Он оставил Лору и принялся поспешно отстёгивать подсумок, стараясь не смотреть на распоротое когтями брюхо. Расставаться с животным, которое столько времени служило ему верой и правдой, было очень больно. — Ты, кажется, сказала, что шкатулок больше нет?       Лора последовала его примеру. Трэвис видел, что ей больно, но сейчас не было времени выяснять характер травмы. Этим можно заняться в более спокойной обстановке. — Осталась только пара штук с водой. Сейчас бесполезны, — рванув ремёшок, Лора ссыпала пригоршню патронов в карман плаща, потом ещё одну. Несколько штук не удержались в ладони и ртутными рыбками бросились вниз. — Но у меня дома есть ещё… и я сделаю больше. — Отлично.       Если у них будут ешё подобные штуковины, они окажутся в выигрышном положении. Взрыв на некоторое время отпугнул и задержал монстров, и они впали в замешательство. Недостаточно долгое, к сожалению.       На вой откликнулся один оборотень, потом второй, а затем почти сразу — третий.       Эхо упруго отскакивало от стен опустевших домов.       Трэвис быстро перезарядил Эвелину, сделал глубокий вдох, чтобы дыхание было не таким частым. Нет ничего хуже, чем потерять хладнокровие в подобной ситуации. — Закончила? — спросил он, следя за угнетающими тёмными крышами. — Тогда поспешим.       Лора кивнула и шатко шагнула вперёд. Лучше бы было ей сейчас сохранять неподвижность и отдыхать, конечно. Тем быстрее им нужно двигаться. Лоре необходим покой.       Он хотел спросить, не нужна ли ей помощь, как Лора быстро наклонилась и выудила из кучи мусора свою укатившуюся шляпу. Трэвису стало смешно.       Машинально он тоже оглянулся в поисках своей треуголки и быстро наткнулся на неё взглядом. Она слетела чуть дальше, почти к тротуару, и уцепилась помявшимся полем за скол на бордюре. Перо, как ни странно, даже не погнулось.       Вещи крепче, чем их хозяева, мелькнуло в голове Трэвиса.       Он поскорее преодолел отделяющее его от шляпы расстояние, наклонился, и эта драгоценная секунда спасла ему жизнь.       Лора закричала, но Трэвис не разобрал слов, потому что именно в этот момент на него бросилась быстрая огромная тень и повалила на землю; зубы щёлкнули в считанных дюймах от шеи.       Машинально он вскинул Эвелину, хотя свободы для манёвров не осталось совсем, и он мог только упираться стволом поперёк волчьей глотки и пытаться сбросить зверя с себя, чтобы сделать выстрел. Из горячей пасти несло мясом.       Оборотень хрипел и ворчал от недостатка воздуха. Когти скрежетали по булыжникам мостовой. И как будто и без того не хватало безумия, вой плясал со всех сторон, так что Трэвис и мыслей своих не слышал.       Вдруг, когда оборотень в очередной раз распахнул пасть, поперёк распахнутого рта растянулось что-то длинное и упругое, мешая сомкнуть челюсти. — Отойди от него, тварь!.. — пронзительно завопила Лора, натягивая кнут, и увлекая голову оборотня вверх. Длинный гибкий язык вырвался из пасти, и обезумевший зверь забыл про Трэвиса. Он переключился на другого, невидимого ему врага. Лора вцепилась в него, как клещ, ловко заарканив кнутом, и в бесплодных попытках добраться до неё оборотень изогнулся чуть ли не дугой.       И это дало Трэвису возможность наконец вскочить на ноги, вcкинуть Эвелину к плечу и выстрелить. Ртутная пуля вошла в кожистые складки шеи и пробила лысый череп насквозь, исчезнув в ночном небе.       Лора спрыгнула на землю — всё это время она балансировала на широкой спине мёртвого оборотня. Тот рухнул на подогнувшиеся лапы. Подозрительно зыркнув в сторону раздробленной головы, она бросилась к Трэвису. — Ты как? — Никогда бы не думал, что щегольство спасёт мне жизнь, — проворчал он, хватаясь за предложенную руку. — Ты вовремя. — Прелестно. Но отложим обмен любезностями. Бежим, пока есть шанс.       Трэвис был с ней полностью солидарен. Шансом надо пользоваться, особенно когда рой оборотней дышит в спину.       Он бросился вниз по улице вслед за Лорой, которая, похоже, окончательно пришла в себя после падения. Полы её распахнувшегося плаща развевались за её спиной, как крылья огромного нетопыря. Волосы свободно рассыпались по плечам.       К ним снова откуда-то с крыш бросилась крупная фигура с длинными лапами. Лора предупредила действия Трэвиса и сама сделала выстрел. Хороший, угодивший в цель; раненый оборотень приземлился на собственную морду и окрестности наполнились обиженным визгом.       Они бежали так быстро, как только могли, и всё же враг постепенно настигал их; оборотни передвигались длинными скачками, преодолевая за раз гораздо большее расстояние, чем Трэвис и Лора. Инстинкт охотника гнал их за добычей, и отвратительные звуки, выходящие из жадных пастей, звучали куда громче, чем привык Трэвис. В лесу их заглушали деревья и кустарники; здесь же будто сам город выступал гигантским рупором, и звук свободно катился по улицам, как ещё один невидимый зверь.       Наконец дома расступились, и показалась набережная. Холм здесь особенно круто брал вверх, так что университет впереди заслонил собой почти всё открытое небо. — Через мост! — крикнула Лора громко. — Там будет спуск к воде!       Стоило положиться на её чутьё. В конце концов, она ориентировалась в Бюргенверте лучше Трэвиса.       На мосту их должны были встречать зажжённые фонари в руках мраморных священников Церкви. Трэвис помнил их всегда горящими по ночам. Сейчас, конечно, зажигать их было некому, и каменные старцы держали пустые стеклянные колбы.       Трэвис больше не стрелял, чтобы не терять скорость и впустую не тратить патроны. Если твари всё же зажмут их, он унесёт с собой как можно больше оборотней. Они заплатят высокую цену.       Лора, похоже, тоже пришла к такому решению. По крайней мере, она не оборачивалась, а только мчалась вперёд.       Трэвису пришёлся по вкусу её план. Спуститься вниз по каменной лестнице с узкими ступенями к воде. Зверь терпеть не может воду. Пусть бы и придётся искупаться в грязном канале, ради сохранения жизни Трэвис готов был потерпеть такую досадную мелочь.       Он вбежал на однопролётный высокий мост следом за Лорой. Здесь плиты почти не затронуло разрушение, и мрамор под ногами оставался гладкими, в отличие от местами выщербленной мостовой. От высоты захватывало дух. Трэвис дал бы здесь двадцать пять, а то и тридцать футов до поверхности.       Мраморные тумбы с торшерами величаво возвышались по обе стороны, и в обычное время Трэвис бы с удовольствием порассматривал резьбу и разные завитушки.       Попозже обязательно следует выделить минутку, мрачно подумал Трэвис, раз уж экскурсия по Бюргенверту вышла такой захватывающей.       Вдруг Лора остановилась, как вкопанная. Трэвис едва не влетел в её спину.       Луна полностью выбралась из-за туч, и в её насмешливом свете он увидел стайку оборотней, которая ждала их на противоположном берегу. Сердце Трэвиса пропустило удар. — У меня хватит патронов на всех. Но я не успею перезарядить. Но снесу головы всем, кому успею, — Лора решительно стряхнула с плеча мушкетон. — Беру на себя этих, а ты — тех, что сзади.       Трэвис ничего не ответил. Всё логично и разумно, только толку им от этого, как собаке пятая нога. Он успеет избавиться от четверых, а пятый разорвёт его на клочки. Если бы были коктейли… но они остались в седельных сумках. Проклятие.       Решение пришло само собой, и Трэвис не успел его как следует обдумать.       И хорошо. Потому что будь он в своём уме — он бы определённо на такое не решился. — Ты мне доверяешь? — спросил Трэвис. Лора затравленно посмотрела на него огромными глазами.       Акварельная линия была такой яркой… — А впрочем, — продолжил он, криво усмехнувшись, — без разницы.       Он видел по выражению лица Лоры, что она хочет спросить "почему?" или, вернее “пачиму”, потому что этот вопрос звучал из её уст особенно мило и как-то даже по-детски, но не оставил ей и малейшего шанса, потому что подхватил на руки и швырнул через парапет моста.       С громким воплем Лора полетела вниз. По месту, где она только что стояла, с замахом пришлась когтистая лапа. Поэтому Трэвис не стал терять ни секунды.       Он покрепче сжал Эвелину и, оттолкнувшись ногами, перепрыгнул ограждение, камнем бросившись в чёрные, как смоль, воды канала.

***

      Иногда кошмар показывал Трэвису, как тот тонет. Мало приятного. Но по крайней мере он знал, чего ожидать. Время, правда, рассчитать не удалось, потому что он набрал воздуха в лёгкие слишком рано, и когда свист в ушах сменился на резкий гул, Трэвис едва сдержался от вдоха.       Вода оказалась очень холодной и мутной. Несколько секунд Трэвис был оглушён. Когда он открыл глаза, то не увидел ничего, кроме мириад крохотных пузырьков, с колебаниями поднимающихся к поверхности.       Трэвис сделал несколько мощных гребков одной рукой — вторая всё ещё крепко сжимала Эвелину. Одежда мешала и своей тяжестью тянула вниз. Но Трэвис упрямо плыл, мельком подумав, что это совсем другое, нежели пережидать оборотней на переправе, стоя в воде по колено.       Они голодно рычали и злобно фыркали, а когда голова Трэвиса показалась на поверхность, зверина масса на мосту заволновалась и задрожала — добыча была так соблазнительно близко и ушла прямо из-под носа.       Отплёвываясь от воды, Трэвис озирался по сторонам, чувствуя, что ледяная волна поднимается к горлу. Лоры нигде не было, только на волнах потревоженного канала покачивалась её шляпа. — Лора? — позвал Трэвис хрипло, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. Паника мерзко сдавливала грудь. — Лора?..       Сзади него раздался плеск, и Трэвис почувствовал огромное облегчение — Лора вынырнула, откашливаясь и колотя руками по воде, поднимая тучу брызг. Как мог быстро, Трэвис подплыл к ней и с трудом перехватил за талию. Оборотни свирепо зарычали, когда Трэвис поволок Лору под мост.       Она была совсем не тяжёлая, но если бы не отталкивала его и не молотила ногами по коленям, дело пошло бы лучше.       Кое-как Трэвис вытянул её на на песок, нещадно поцарапав себе руки и лицо о колючую прибрежную траву. Как только он понял, что угроза утонуть над ними больше не нависает, он разжал пальцы и выпустил Лору, которая тут же шлёпнулась на спину и замерла, со свистом дыша через разинутый рот.       Он без сил опустился рядом. Берег показался мягче самой мягкой постели, а дышать ещё никогда не было так приятно.       Крики сверху разделились. Оборотни пытались их найти, но пока не могли сообразить, как спуститься под мост. — Я утопила мушкет, — вдруг произнесла Лора надтреснутым голосом. — Найдём другой, — отозвался Трэвис. Он смотрел на серый камень в арочном своде над их головами и всё никак не мог насмотреться. — Если ты ещё раз сбросишь меня с моста — я тебя прикончу, — предупредила Лора. Трэвис только закрыл глаза, потому что от этих слов его тут же начал разбирать предательский нервный смех. Серьёзная девушка. Ни намёка на шутку.       Но улыбка исчезла с его лица, как только он почувствовал прикосновение к лежащей поверх Эвелины ладони. Тёплое и признательное, несмотря на холодную кожу.       Это Лора, с изумлением понял Трэвис. Малышка Лора держит его за руку.