Пердюмонокль 2. Война с Эсткарпом

Занятия по магии продвигались у меня сегодня из рук вон плохо. Сосредоточиться я не мог, все мысли были о наших с Ультмейтом непростых отношениях, о том, что я невольно обидел Дезмонда, о Лее, о Роланде проклятом. Как следствие моей рассеянности, я проворонил пущенный в меня магический заряд – шарик красного цвета, который больно ударил меня в лоб и рассыпался горячими искрами. - Ай! – я потер лобешник и виновато посмотрел на своего репетитора, старенького и доброго мага Уго Плистуса. Сразу-то я устроился на курсы Юмиуса Д’Арджа. Именно он натаскивал юных дегенератов для поступления в Академию. Но уже после нескольких наших занятий, Ультмейт назвал меня потаскухой и изменщиком (видно, вынюхал что-то), сильно кричал и топал ножкой, а на следующий день разоделся в шелка и золото, нацепил на грудь свой орден и уехал на фамильной карете в Ступы. В городе он и откопал этот антиквариат – дряхлого и немного маразматичного профессора, более полувека назад отошедшего от преподавания. К альковным делам пенсионер был уже непригоден. Я не сильно расстроился сменой репетитора. Трахал Юмиус весьма посредственно, а в свободное от ебли время грузил меня заковыристыми формулами и символами, давал теорию огромными кусками, неподдающимися запоминанию, а в тех нередких случаях, когда я тупил, больно лупил костяным жезлом по моей вжатой в плечи шее. Старичок Плистус рукоприкладством не баловался. И не забивал мне мозг тем, что я всё равно не мог усвоить. Критически осмотрев меня при первой встрече, он заявил, что основной упор в занятиях мы будем делать на оборонную магию. - Умение защитить себя – вот без чего тебе не обойтись, Валентин, - с похоронной торжественностью сказал маг. – Тебе несказанно повезло, что я берусь в кратчайшие сроки научить тебя защите своих тылов от злокозненных посягательств. - Профессор, а эти знания помогут мне поступить в Академию на будущий год? – поинтересовался я. - Они помогут тебе ДОЖИТЬ до поступления! – многозначительно сказал маг. Я удивился. На мои тылы покушались, и не однократно, но до сих пор без намерений через них лишить меня жизни. Однако озвучивать свои сомнения я не стал. Может у старичка и паранойя, но мне очень хотелось поскорее стать сильным и устрашающим, и не откладывать в долгий ящик месть моим обидчикам. В общем, все остались довольны таким раскладом: Ультмейт перестал нервничать, с моей шеи сошли синяки. Разве что старичок профессор получил на редкость бесталанного ученика. Он, правда, очень хвалил моё заклинание «люмус»: свет был мощным и держался около трёх минут. Магию излучений я, в конце концов, просек, и уже через месяц наших занятий сотворил между своих ладоней аморфный крохотный безугольник красного цвета – самый слабенький магический разряд, способный противника скорее разозлить, чем принести ему физический вред. Но Плистус и этому обрадовался. Ибо там, где наши занятия затрагивали заклинания, прорицания и волшебные зелья, я проявлял себя как самый распоследний обыкновенник. Моя невосприимчивость к знаниям доводила старика до слез. К тому же я наносил значительный урон его домашней лаборатории, где мы практиковались. Один за другим от моих дьявольских коктейлей взрывались тигли и многогорлые колбы, выходили из строя редкие катализаторы и артефакты. Маг хватался за сердце, пил капли и заказывал новый инвентарь, безропотно оплачиваемый Ультмейтом. Сегодня мы практиковали защитные щиты. Плистус посылал в меня заклятия, а я должен был их отражать. За неполный час я вследствие своей рассеянности обзавелся свиным рылом, зудом по всему телу и многочисленными подпалинами на одежде. Теперь ещё и ожог на лбу добавился. - Безобразие, Валентин, о чем ты только думаешь? – выразил недовольство маг. Но прозвучало это вовсе не угрожающе. Он действительно хотел знать, что со мной. - Профессор, такой раздрай в душе, - признался я. – И неспокойно мне, и что делать дальше, не знаю. Плистус заинтересованно посмотрел на меня. - Хм… надо же, как только я начинаю думать, что тебя причислили к магам по ошибке, ты всегда находишь способ разубедить меня. Так говоришь, что-то тревожит тебя? - О, ещё как. Я места себе не нахожу. - Чувствуешь растерянность и понимаешь, что перестаёшь контролировать ситуацию… - Верно! - … что тебе недостает чутья…. - Скорее, чуткости. - … и ты готов разорваться надвое, чтобы уследить за всем и не выпустить своё из рук? - О, профессор, как же вы всё точно описываете! – не сдержал я восторга. А старичок силен! - Что ж, скажу тебе, мой мальчик, - повод для беспокойства есть! Мне стало не по себе: что я упустил, где прокололся? - Ты чувствуешь то же, что и большинство сильнейших магов Хрестории. Грядет война! - Война?! - Увы. Поэтому ты в смятении. Пока не могу сказать, откуда идет угроза: то там, то здесь в пограничных землях происходят мелкие стычки. И ведьмы всё наглеют, и горные тролли тянут с данью. Ничего нового, казалось бы, но воздух пропитан эманациями зла, грядет нечто зловещее… Я едва не высказался нецензурно! Ведь уже вообразил себе, что лимит моих измен исчерпан, и Улли как раз в этот момент пакует свои пожитки, чтобы сбежать от меня. Или меня самого выставит из замка. А тут всего лишь какие-то эманации. Война. Да с кем, скажите на милость? Какой псих нападет на страну Магов? - Да не знаю пока, говорят тебе! – рассердился старичок. – Ты читаешь газеты? - Не, как-то не интересуюсь, да и некогда мне. Вот маркиз читает постоянно. Сейчас вспомнил, что он говорил о диверсиях со стороны Эсткарпа. Вроде бы два голема забрели в приграничную деревню и жрали скот. Их сожгли, ведьмы принесли извинения. - Значит, пока не готовы, стервы,- сверкнул глазами маг. - Ну и сунутся, ну и погорят на своих метлах, - беспечно отозвался я. – В первый раз, что ли? Было бы о чем волноваться, армии то у них нет! Мой вампирчик сам преподавал мне историю страны, пока не увяз в дизайне детской комнаты. И по его рассказам выходило, что все значимые войны отгремели в Хрестории в стародавние времена. Собственно, тогда и Хрестории не было, а была Страна Магов – кучка разобщенных префектур, управляемых магами, которые собачились между собой, подгребали под себя другие расы, сживали с латифундий ётунов и вампиров, но и сами постоянно подвергались нападениям воинственных соседей. Все эти мелкие конфликты прекратились с захватом большинства префектур Хрестором Великим – слабым магом с большими амбициями, которому очень свезло с женой. Будущая королева слыла одним из самых одаренных магов того времени, имела многочисленную и сильную родню, была умницей и красавицей, что однако не помешало ей слепо любить своего супруга и поддерживать его во всех начинаниях. Сначала возникло Королевство. То ли оно показалось Хрестору маленьким, то ли соседи и в самом деле слишком донимали, но он огнем и мечом прошел по Эсткарпу, соорудив на площади её столицы немыслимой высоты костер из мётел, разрушил замки горных троллей, обложив их земли данью, усмирил наглых вампиров и загнал оборотней в резервации. Были пролиты реки разноцветной крови, но в результате возникло крепкое государство с не менее крепкой армией. Впоследствии в Хрестории упразднили монархию, и страна превратилась в парламентскую республику, но и парламент содержал мощную армию, каждый маг до преклонных лет считался военнообязанным. Военная кафедра в Академии учила запускать в противника шаровые молнии, насылать немочи и подчинять его разум. Такая армия не знала поражений. - Всё так, - недовольно махнул рукой профессор, - но почему так тревожно? Иди-ка ты домой, Валентин, мы оба не расположены к занятиям. Стой, идиот, или так и пойдешь на улицу со свиным рылом?