Пердюмонокль 2. Война с Эсткарпом

Из-за Джонни я не выспался и чувствовал себя неважно. Туповатый солдатик и сам стыдился своей ночной выходки, смотрел пугливо и старался слиться с общим фоном палатки. - С сегодняшнего дня ты – помощник Олуха, - бросил я ему. – Вообще-то двух денщиков иметь не полагается, но если мне так хочется, то можно. Твои обязанности – следить за моим мундиром и оружием… - А что с ними может случиться? – вытаращил он глаза. - Мой мундир должен быть всегда вычищенным, - терпеливо пояснил я, - а сабля… Ох, саблю лучше вообще не трогай, ещё порежешься. Махнув на него рукой, я вышел из палатки. Олух разводил огонь под котелком. - Я к Шерцу. Приглядывай за Уилсоном, причём в оба глаза, - велел я, чувствуя, что моя доброта мне ещё аукнется. В палатке полковника было шумно – офицеры громко выражали недовольство пополнением. При моём появлении раздражение их ещё усилилось. - Хукс получил двадцать пять здоровяков, их и учить не надо, только гранаты в ручищи дать – швырнут за милю. А мне прислали гоблинов – деревенских замухрышек! – вскричал командир драгун, рослый эльф. – Они до седла не допрыгивают! Бердыши слишком длинны для них, а уж насколько эти парни глупы! О небо, что мне делать с ними? - А мне откровенного дурака прислали, - пожаловался я. - Видели мы этого дурака,- сверкнул глазами вампир из уланов, - как же так, господин полковник, почему Хуксу самые лакомые куски перепадают? Я не получил ни одного улана, отдайте мне, по крайней мере, человечка! Но тут все загалдели, как на торгах; моего Уилсона, оказывается, все приметили. Полковник замолотил по столу кулаком, но и это офицеров не успокоило. И вдруг в палатку скорым шагом вошёл Алессант, служивший теперь в разведке. Негромкий голос его заставил всех смолкнуть. - Кадавры наступают. Несколько отрядов, до двух тысяч числом. Они в пяти милях от нас. Кто-то тихонько присвистнул. - Как?! – заорал полковник, - прошляпили, проморгали?! Разведка, ваших матушек всех скопом! - Стройте оборону, мы их задержим! – подскочил с места вампир. - С ума сошли, какую оборону? – побагровел полковник, - отступаем, немедленно отступаем! - Нет! – закричал я. Куда отступать: дороги размыты весенними водами, лагерь укреплён и скрыт рощей, а мы выдвинемся на открытое место… А как же мадам Фуффло и её ферма?! Не хочу голодать! – В отступлении мы потеряем больше сил, чем дав бой, - сказал я немного спокойнее. - Он прав, - влез Алессант. - Отступаем! – взвизгнул Шерц, - все вон из палатки, пусть барабанщики бьют тревогу! Распутица сильно усложнила наше поспешное бегство. Шерц разделил полк на три части, соответственно отступать нам пришлось по трём разным дорогам, ещё проходимым, но в жирной грязи. Сначала мне его решение показалось не лишённым смысла – разбитые по взводам и ротам, мы двигались быстрее. И всё же не покидало чувство, что в самом-то главном полковник ошибся: мы должны были дать бой. Моя рота двигалась в общей колонне пехотинцев, ей была поручена охрана госпиталя. Всех раненых и недужных погрузили на телеги, и мы медленно тащились, увязая колесами в лужах. - У нас же пуговицы не чищены, и помпоны не того цвета, - ворчал Гримус, проклиная начальство. – Мы не готовы к бою, НЕ ГОТОВЫ! Алессант ехал бок о бок со своим врачом, храня тревожное молчание. - Какого чёрта молчишь? – взъелся на него Гримус. – Как, в самом деле, вы подпустили кадавров так близко? Дроу поднял на него тяжёлый взгляд. - Они появились ниоткуда, - сказал он. – Вышли из тумана. И мы не сразу заподозрили врага, потому что… - Что? Говори, проклятый дроу! - Эти кадавры когда-то были солдатами Хрестории. Гоблины из пехоты, их мундиры были в грязи и изодраны, а издалека лица показались нам живыми. - Полгода назад, когда мы драпали от границ, многих погибших не удавалось хоронить, - помолчав с минуту, сказал Гримус. – Санитарные расчеты прежде всего разыскивали тела офицеров и тушки вампиров, а солдат оставляли гнить на дорогах. Теперь пришло время расплаты. - Зомби из тумана – жуткое зрелище, - меня передёрнуло. - Туман был плотный, очень плотный, - задумчиво сказал дроу, - и мерцал… по-моему. - Это портал? – заволновался я. Алессант пожал плечами. - Ай, да прекратите! – поморщился врач. – Вы хоть знаете, что такое портал? Ну, ты, Ал, имеешь представление. А вот ты, неуч, лишь слышал краем уха и наверняка думаешь, что, попрактиковавшись, и сам легко создашь портал. - Так ведь нужны только рунные камни… - начал было я, но наткнулся на презрительный взгляд лекаря. - Дело в том, Вэл, что по всей стране зарыты блокирующие кристаллы, - пояснил Алессант. – Любой маг мог бы создать портал и перемещаться по стране когда и куда угодно, и за плату перемещать всех желающих, но Парламент посчитал, что это сильно ущемляет права других рас, к тому же подрывает монополию государства на почтовые услуги. Куча пикси останутся без работы, а производство ступ и метел сократится, что уменьшит приток налогов в казну. - И что, порталами никто не пользуется? - Пользуются: члены Парламента, или те, кто получает разрешение и временные коды пользования. Тебе сложно пока понять такое… - Нет, всё понятно, в моем прежнем мире тоже без кодов было никак. А ведьмы не могли коды взломать? - Ээ, то есть, вырыть кристаллы? - Не могли, ничего они не могли! – рявкнул Гримус, - хватит чепуху молоть. Алессант, слышал поговорку: «с кем поведёшься, от того и наберешься»? А Валентин просто блистает своей тупостью. - Ага, именно из-за моей тупости ты запретил ему со мной общаться! – вспылил я. - Ничего он мне не запрещал, - возразил дроу. Но упоминание о дураках перенаправили его мысли: - Валентин, а покажи мне того новобранца, о котором офицеры судачили. Сто лет человека не видел! Я раздраженно пожал плечами – не хотелось спускать Гримусу оскорбление. Но Алессант мне нравился. - Уилсон! – крикнул я в толпу зеленых мундиров. Мне никто не ответил, даже когда я вновь позвал солдатика. Среди огров возникла некая суета, а затем я увидел Олуха, запрыгнувшего на спину своего жеребца-тяжеловоза и скачущего ко мне. Когда он сравнялся с нами, на нем лица не было. - Уилсона здесь нет, - сказал он. - Как это нет? А где он есть? – опешил я. - Господин лейтенант, мы так поспешно отступали… боюсь, я оставил Джона в лагере. - Ты, Олух, совсем олух, да? Как ты мог оставить его, он тебе не котелок, и не гренадерка… Где мой Джонни, скотина?! – заорал я. Да что ж за напасть такая! Как мы не приметили отсутствие дурачка раньше? Жив ли он теперь? - Я отправил его на реку стирать ваше бельё, - проливая слёзы, говорил Олух, - а тут барабаны забили, и столько всего собрать надо было… Я схватил лекаря за плечо. - Гримус, может есть ещё надежда. Я вернусь за Уилсоном. Маг затряс головой. - Слишком поздно, Валентин, бедняга наверняка погиб. И ты погибнешь! Я не смогу помочь тебе, я не оставлю раненых. - Со мной будет Олух, я не погибну, и не надейся. Вопрос в другом: подождёте ли вы нас, или двинетесь дальше, вместе с пехотой? Мне бы не хотелось оставлять гренадеров на тебя, да и от пехотинцев толку немного. Гримус ненадолго задумался, затем кивнул: - Остаемся. Алессант, предупреди капитана Немопантуса, что мы отстанем от них ненадолго. Я лишь коротко пожал им руки, времени на благодарность не было. До брошенного гарнизона добрались за полчаса. Я бы и быстрее успел, но конёк Олуха еле нёс своего седока. Всю дорогу Олух громко каялся и лил слёзы, а я уже продумывал варианты расправы над ним. Лагерь был пуст, трупа Уилсона мы не обнаружили. - Может он спрятался, сударь, - с надеждой сказал денщик, - вон те заросли у реки, они очень густые, подходящее место. Мы обшарили весь подлесок, но никого не нашли. Как вдруг полуогр охнул и указал толстым пальцем в сторону реки: - Да вон же Уилсон, мой лейтенант! Хвала небесам, живой. Взору нашему предстала мирная картинка. Джонни стоял на мостках на корточках и плавными, неторопливыми движениями запускал в воду предмет нижнего белья, позволяя течению сносить его максимально далеко, а затем так же плавно возвращал вещь обратно к мосткам. Лицо у него при этом было задумчивым и одухотворённым. - Уилсон, эй, ты чего тут делаешь? – тихонько окликнул я его из кустов, тревожно оглядываясь по сторонам. - Стираю ваши подштанники, сударь, - невозмутимо ответил парень, неторопливо поворачиваясь ко мне. - Ты их третий час стираешь! – зашипел на него Олух. - А что, они же грязные. Вот взять, к примеру, эти, с пуговичками: на них какое-то пятно коричневое, прямо на заду, неужели господин лейтенант… - На чашку с кофе я сел! – шикнул я на него, - иди сюда уже, олух… - Я здесь, - удивился денщик. - Да не ты! Что за наказание мне – тупой и ещё тупее?! Чем я думал, когда брал вас в ординарцы?… Хотя, понятно чем. Бросай вещи, Уилсон, живо к нам в кустики! Дурачок наморщил лоб, пожал плечами и, аккуратно уложив бельё на мостки, пошёл-таки к нам. Мы в четыре руки утащили его поглубже в кустарник. - Ты не слышал, как били барабаны? – спросил я. - Слышал. Красиво били, громко, но как-то тревожно, - ответил Джонни. - Твою мамашу Уебланию! Разве ты не слышал возню в лагере, не видел, как отряды покидают его? - Покидают, сударь? Разве лагерь пуст? - Два часа уже как, дубина! Прислушайся, тишина какая, мы здесь совершенно одни. - Не может быть! Я ведь всего несколько минут назад видел наших гренадеров. Они прошли дальше по берегу, думаю, тоже постираться решили, уж очень форма у них грязной и рваной была. Ой, да вон они, обратно идут! – Джонни высунулся из подлеска и помахал рукой: - эй, ребята, здесь мостки удобные! Сердце ухнуло в пятки, когда я рассмотрел рожи «ребят». - Небо… это же Латунчик, - прошептал Олух, - я его по бородавкам узнал, да и другие тоже из наших, только изменились ужасно. Тут и дурачок начал кое-что просекать: - Ой, что-то с зубами у них непонятное. Страшные они какие… Сударь, я боюсь их. - Валим, - отмер я наконец. Олух схватил Джона за руку и потащил за собой. - Ты уж потерпи, девочка, но не бросать же парнишку кадаврам на обед, - сказал я Зене, подпихивая Джона в седло. - Какая красивая кобылка, - восхитился солдатик. Зена недовольно фыркнула, но, чувствуя опасность, приняла на себя двух седоков и пустилась в галоп. Сзади послышался вой, тяжелые лапы зашлепали по грязи часто-часто. Мертвяки не знали усталости и бегали так быстро, как живым ограм только мечталось. Нам от них было не отделаться, поэтому я развернул Зену и запустил в толпу своих бывших солдат огненный шар. - Попали, господин лейтенант! – завопил Джон, - только разве Вам их не жалко? Вместо ответа я метнул ещё пару зарядов, превративших преследователей в факелы. - Не привести бы нам погоню к обозам, - забеспокоился Олух. Но на оставшемся пути нам никто не встретился, ни живые, ни мёртвые. Вскоре мы увидели сгрудившиеся на дороге подводы. Гримус и Алессант приподнимались в стременах и высматривали что-то вдали, лица у них были встревоженные. Бросив короткий взгляд на Уилсона, лекарь указал на горизонт: - Вэл, там мы видели вспышки, и слышали взрывы. Там идёт бой, неужели нас обошли? - Скорее, окружили. С десяток мертвых гренадеров гнались за нами от лагеря. - Что нам делать: идти вперёд? Спрятаться где-нибудь? Как противник оказался настолько глубоко в тылу? Пока мы толпились на дороге в нерешительности, солнце стало клониться к закату. Ни вспышек вдали, не взрывов больше не было. Нам невдомек было, живы ли пехотинцы капитана Немопантуса, идут ли дальше к месту соединения с остальным полком, или полегли в бою. А двинуться дальше по дороге и разузнать всё у нас не хватило духу. Олух уже растрепал всем про Латунчика, причём расписал всё так красочно, что боевой дух огров упал ниже некуда. Джон жался к его боку и испуганно поддакивал каждому слову. Меж тем два мага и дроу отъехали в сторонку и негромко совещались, что же им делать дальше. Гримус сетовал на то, что запас воды у нас ограничен, раненым нужен уход и пища, а значит нам следует пробираться к назначенному Шерцом месту. Алессант соглашался с ним, но предлагал выехать вместе со мной дозором, чтобы разузнать дорогу. Противный врач ни к месту стал ревновать и предложил ехать в дозор кому-то одному. Что касается меня, то мне не хотелось до утра срываться с места, а очень хотелось спрятаться в какой-нибудь рощице и не отсвечивать, пока нас не найдут, причём свои же части. Я замерз, не выспался прошлой ночью и, чего уж скрывать, был напуган. Хотелось прижаться к теплому боку Олуха и накрыть голову одеялом. А вот спорить с Гримусом не хотелось, в результате чего подводы всё-таки двинулись в наступающих сумерках дальше по грязи. Надежда была лишь на способность дроу видеть в темноте. Но шли мы не долго, уже через час наткнулись на место, где капитан Немопантус принял нежданный бой. Судя по всему, бой не продлился долго и закончился полным истреблением полковых пехотинцев. - Уходим отсюда, и как можно быстрее, - сказал я. Даже той скудной картины пиршества кадавров, что позволили мне увидеть в потёмках мои глаза, хватило, чтобы страх мой стал полным и всеподавляющим. - Уйдем, но сначала сожжем тела погибших, - сдавленно сказал Гримус. - С ума сошёл! – хором воскликнули мы с дроу. - Я не могу допустить, чтобы ведьмы глумились над трупами, превращая их в оружие против своих же товарищей. Ну же, Вэл, пусть твои огры стащат тела в кучу, вдвоём мы в несколько шаров испепелим их. Я был близок к истерике и уже начал глупо хихикать. - Что, посигналим кадаврам: ау, твари, мы здесь, поляна накрыта к позднему ужину?! - Ты ещё и трус, Валентин, - с презрением сказал Гримус. - Господа, - тихо сказал дроу. И повторил ещё тише: - господа… Мы резко повернулись к нему, проследили в направлении его взгляда. Густой, молочно-белый туман, слабо опалесцируя, расползался в поле. И нечто черное копошилось в нем, обозначая смутно неведомые фигуры и чётко осознаваемую угрозу. - Ааа, господин лейтенант, гляньте туда! – закричал кто-то, по-моему Холук, так как голос сильно гнусавил. Но сразу несколько огрских рук указали мне на рощу, под пологом которой клубился точно такой же туман, выпуская из своего марева мертвецов. - И что же это, если не порталы? – прошептал Алессант. - Построиться! – завопил я. Гренадеры взяли в круг подводы с ранеными. Мы с лекарем ожидали, когда противник подойдёт поближе, и первые наши огненные шары сразили по шеренге кадавров, но туман за их спинами продолжал мерцать, и всё новые и новые сотни появлялись из него, окружая нас плотным кольцом. - Ничего, мы пробьёмся, - клацая зубами, сказал я. - Дроу, хочу, что б ты знал – никогда и никого я не любил так, как тебя, - прочувственно сказал Гримус. - И я тебя люблю, - ответил Аллесант. Повернулся ко мне и добавил вполголоса: - жаль, что я так и не узнаю, каков ты в постели, Вэл. Это что же, последнее «прости»? Но я не хочу умирать! Я не готов! Подумаешь, две сотни врагов… три, четыре… чёрт, будет ли им конец? Но на мне ведь талисманы Ультмейта, со мной мои парни, я не могу умереть! Не дамся, решил я, и выпустил целую серию белых зарядов, видимо со страху мобилизовав весь свой потенциал. Огры завопили, как разъяренные буйволы, и во врага полетели гранаты, очерчивая фитилями огненные дуги. Урон они произвели значительный, но беда была в том, что запаса гренадок могло и не хватить, уж очень споро пополнялись ряды зомби. - Почему мои шарики не взрываются? – послышался жалобный голос Джонни. Я повернулся к нему, чтобы как раз застать момент, когда он ухватил гренадку за неподожженый фитиль, хорошенько раскрутил её и бросил. - Олух, пригляди за дурачком, - крикнул я, - забери у него гранаты и зажигалку, пусть лучше камни швыряет. Видя, что рота моя полна решимости отбиться, Гримус со своим милым тоже отложили нежные признания на потом. А я старался больше не думать, что гранаты и магические заряды скоро кончатся, и что останется у нас, кроме моих амулетов? Как вдруг по ту сторону тумана послышалось лихое гиканье, и шары, помощнее моих, разбросали задние ряды кадавров. Вражье войско смешалось, остановилось. Из тьмы на них налетели всадники, ловко срубая гниющие головы с плеч. Гренадеры заорали пуще прежнего и сами схватились за тесаки. Однако повинуясь неслышному нам приказу, кадавры снова скучковались и ринулись обратно в порталы. - Отрезать им отступление! – закричал из темноты знакомый голос. - Эгей, Смит, старина! – радостно завопил лекарь. Большая часть кадавров всё же всосалась в портал, и туман исчез в мгновении ока. Я видел, как кавалеристы из эльфов и сильфов добивали оставшихся, гоняя их по полю. - Хвала небесам, вы прибыли вовремя, - Гримус полез с объятиями к спешившемуся Сейле. - Вы и без нас неплохо справлялись, - ответил он, - хотя я не чаял застать вас в живых. И Смит рассказал нам, что полк наш погиб, а Шерц пропал без вести, хотя скорей всего тоже мёртв, и возможно скоро превратится в кадавра.