Вторая жизнь / Second life

Все произошло очень быстро. Гермиона сидела в общей комнате с Роном, который говорил о квиддиче. Его недавняя слава вскружила ему голову. Или ему нужно было отвлечься от мысли, что теперь его лучший друг встречается с его сестрой. Гермиона мельком взглянула на него. Казалось, Рон воспринял новость нормально, но никто не знал... Однако ее мысли очень скоро отошли от Рона. Несколько дней до и сейчас она будто испытывала физическую боль, хотя она просто жила с мыслью, что разрушила всё, что у нее было со Снейпом. Она свернулась в кресле, сильнее упираясь ногами в него. Ей казалось, что она сорвется, если хоть немного расслабится. Ей хотелось заплакать, закричать, побежать к нему в подземелья и заставить его выслушать ее извинения, но она не смела, потому что она это точно заслужила. Она была идиоткой, инфантильной, и она подвергла его опасности и... о, Боже. В груди закололо. Как она могла дышать, зная, что доказала ему, что он ошибся – что ей нельзя было доверять, что он зря заботился о ней? Ошибся. Когда кольцо стало гореть, ее пронзило током. «Снейп!», – кричали ее мысли, а сердце начало бешено биться. – Рон... я... Запомни эту мысль. Я сейчас вернусь, – пролепетала она и побежала по ступенькам наверх. На лестнице, где она осталась одна, Гермиона сорвала кольцо с пальца. – Люмос, – прошептала она и поднесла кольцо к своей палочке. Пора. Пора? Чт.. О, Боже. Пора. Какое-то время она тупо стояла там. Что ей делать? И хотя она никому никогда в этом не признается, Гермиона испытала огромное облегчение от того, что он наконец-то заговорил с ней и что сдержал обещание предупредить ее. Вдруг она услышала, как Гарри зовет ее из общей гостиной. Она бежала вниз, не зная о том, что он ей расскажет, но точно про то, что сделал Снейп. «Это необходимо было сделать», – исправил ее разум. На долю секунды она зависла, будто чем позже она узнает новости, тем позже Снейп покинет ее, может она даже успеет извиниться перед ним. – Гермиона! – Гарри позвал ее снова, и она громко топая сбежала по ступеням. – Что случилось? – выдохнула она. – Малфой! Он торжествует в Выручай-комнате... Что бы он ни пытался починить – серьезно говорю вам, он это починил. Мне нужно бежать. Дамблдор отправил меня за мантией-невидимкой. Мы... ну, он нашел крестраж, и нам надо заполучить его. Так что вы двое остаетесь следить за Снейпом и Малфоем. Созовите ОД. Он побежал по лестнице в спальню мальчиков. Гермиона быстро взглянула на Рона, его выражение лица было решительным. – Гермиона, даже если ты не веришь, что Малфой что-то задумал, думаю, сегодня вечером нам действительно стоит проследить за ним. Если он задумал... что-то для Волан-де-Морта... а Дамблдор ушел... – Я знаю, – сказала она, чувствуя себя жалкой. Как Гарри попал в Выручай-комнату? О, Снейп убьет ее. Убьет ее! Гарри вернулся и сунул Рону в руки пару грязных носков. – Возьми это, – сказал он ему, а Гермионе вручил Карту Мародеров. – И это тоже возьми. – Спасибо, – сказал Рон. – Эм... зачем мне носки? – Вам нужно то, что в них завернуто – Феликс Фелицис. Разделите это между собой и Джинни. Попрощайся с ней от меня. Я спешу, Дамблдор ждет... – Нет! – сказала Гермиона, когда Рон с благоговейным видом развернул маленькую бутылочку с золотым зельем. – Оно тебе больше пригодится, возьми ты, мало ли с чем вам придется столкнуться. Пока она говорила об этом, в голове аккуратно начинал формироваться план. Может быть есть способ... может можно как-то защитить Снейпа... исправить, что она натворила, убедиться, что Рон не вмешается в план... – Со мной все будет в порядке, я буду с Дамблдором, – сказал Гарри и направился к портрету. – Иди за Джинни, – приказал Рон Гермионе. Гермиона рванула вверх по лестнице, не позволяя себе ни о чем думать, и пробежала мимо комнат пятикурсниц в свою комнату. Она ворвалась туда – к счастью, комната была пуста – и схватила монету с тумбочки, где она лежала весь год. Она коснулась монеты палочкой. Гостиная Грифиндора. Затем бросила палочку на кровать и побежала в комнату к Джинни. – Джинни! Джинни, скорее! – звала она, стуча кулаками по двери. Гермиона и Джинни чуть не столкнулись, когда девушка открыла дверь. Спускаясь по лестнице, Гермиона торопливо объясняла, куда исчез Гарри и что он им сказал сделать. Попав в гостиную, они увидели, что к ним присоединился Невилл, и они слышали Луну в коридоре. Рон открыл проход для нее. – Ладно, – сказал Рон. – Невилл, Джинни и я возьмем Карту и понаблюдаем за Выручай-комнатой. Луна, ты с Гермионой следите за кабинетом Снейпа. У Гермионы промелькнула мысль, что Рон держался гораздо лучше, чем она ожидала. – Каждый из нас выпьет по глотку Феликс Фелицис – его должно хватить на всех. Гермиона смотрела как флакон переходит из рук в руки, пока он, наконец, не дошел до нее. – Подождите! Моя палочка! Я оставила ее наверху, – прошипела она. – Идите... Идите! Я догоню! Она крепко зажала горлышко флакона большим пальцем и помчалась вверх по лестнице в комнату. Схватив палочку, она поспешила к камину и бросила в пламя пригоршню летучего пороха. – Кабинет профессора Снейпа, – четко сказала она и бросилась в камин. Когда она вошла, Снейп запихивал вещи в сумку, очень похожую на ту, которую она создала во время каникул. Она увидела, что он надел свою мантию и маску Пожирателя Смерти. Он повернулся и увидел ее. – Что, во имя Мерлина, ты вообще думаешь... – Я... профессор... – она запнулась. – Гарри знает. Он ушел с Дамблдором, но знает, что Драко преуспел. Он знает что что-то случится сегодня вечером. – Поттер с Дамблдором? – Да, они оба ушли... куда-то. Не могу сказать больше. Но, сэр, я хочу быть уверена, что... – Гермиона, сейчас не время. Гермиона! Он сказал: «Гермиона!». Она проклинала свое глупое сердце за его громкий стук. – Нет, конечно. Я просто... Послушайте, я хотела загладить свою вину перед вами и... – Нет необходимости. – Нет! Есть! Гарри сказал Рону и остальным остановить Драко... и вас. Невилл, Луна и Джинни идут в Выручай-комнату... и у меня... у меня Феликс Фелицис, сэр. Чтобы у вас всё получилось. – Феликс Фелицис? Откуда у вас..? Нет, это не имеет значения. Я не могу его взять. – Почему нет? – Потому что оно нужно вам. Сегодня вечером в замке будет опасно, и если вы собираетесь оказаться в гуще событий, то я настаиваю, чтобы вы взяли его. Будет, – он сделал паузу и, казалось, решил, что уже слишком поздно скрывать от нее что-либо еще. – Смерть, Гермиона. Выпейте его сами. – Нет, – упрямо сказала она, хотя должно быть звучала как упрямый ребенок. Она сунула ему в руки флакон. Он долго смотрел на неё, казалось, обдумывая, но потом смягчился и взял флакон из её рук. Снейп поднёс её к свету и покрутил. – Слизнорт, я полагаю? – спросил он. – Да. Оно не отравлено. Гарри выиграл его в начале года. Потом выпил только один раз, сейчас отдал нам. Я оставила глоток для вас. Мне нужно идти, меня ждут. – Я и не думал, что вы меня отравите, – тихо сказал он и поднёс флакончик к губам. Внезапно он оказался рядом с ней и завладел её ртом, открывая его языком. Зелье потекло по её языку. Оно было сливочно-сладким, густым... и шипело. Девушка старалась не глотать и вернуть его Снейпу. Они яростно боролись, пока его рот прижимался к её собственному, но но она уже успела проглотить часть зелья, не смотрят на то, что всеми силами пыталась не глотать. Гермиона почувствовала странное ощущение тепла и воодушевления, наполняющего её. Этот поцелуй был таким правильным и необходимым. Своего рода прощание. И обещание, что она будет ему верить. Со Снейпом всё будет в порядке. Он выживет, во что бы то ни стало, и её жертва не будет напрасной. Казалось, Снейп тоже ощутил эффект зелья, потому что он проглотил почти всё. Он простил её и обещал что-то, что она не смогла понять. Гермиона почувствовала отчаянное извините, когда он вытолкнул остатки зелья ей в рот и отступил.

***

– Чувствуете? – спросила она. Ощущения настолько не поддавались описанию, что он не мог ответить. Снейп был уверен что почти не проглотил зелье, но оно похоже, достигло цели, несмотря на все усилия. Он ощущал лёгкость, какой ещё не испытывал, и уверенность в своём деле. Он попытался почувствовать отвращение, что позволил ей помочь ему. Он не мог представить, что она испытает завтра... или даже через час... он не мог ненавидеть себя в полной мере. Каким-то образом его разум отключился и он смог, наконец-то... освободиться от него, хотя бы до тех пор, пока действие зелья не закончится. Его тело будто оторвалось от земли и он чувствовал приятное покалывание в конечностях. – Чувствую, – сказал он, не в состоянии сказать больше. Она улыбнулась ему – это казалось таким правильным, что его губы тоже изогнулись в улыбке. На задворках сознания он услышал свой рык: «Стоишь здесь и улыбаешься, как идиот! Иди!». Он прислушался бы к нему, но какая-то его более убедительная часть настаивала, что нужно ещё кое-что сделать. – Примените Дезиллюминационные, – сказал он, и она кивнула, без колебаний применяя Чары. – И Протего Максима. Зелья и щита должно быть достаточно, чтобы защитить. Превосходно, Гермиона, но это всё равно не сравнится с силами Пожирателей. Я бы сам наложил их, но если тебя схватят, нельзя, чтобы на тебе была моя магия. – Это правильно, — сказала она. И после паузы добавила. – Кажется, кто-то идет. – Похоже на то, – согласился Снейп. Он смотрел на пустое пространство, где стояла она. Хотя, это было совершенно смешно, ему казалось, что он видит её там, как она смотрит на него своими спокойными от зелья карими глазами. Внезапно она взяла его за руку. – Будь осторожен, Северус, – прошептала она. Прежде чем он успел ответить, дверь распахнулась, и Флитвик влетел в нее. – Северус! – воскликнул он. – Пожиратели Смерти в замке – быстрее – на второй этаж! Снейп, не колебаясь, взмахнул палочкой в ​​сторону крошечного волшебника. – Остолбеней! – сказал он вслух, чтобы Гермиона знала, как помочь профессору после его ухода. Выйдя из кабинета, он увидел притаившуюся мисс Лавгуд и прогремел, – Профессор Флитвик потерял сознание, помогите ему! Снейп побежал по коридору, зная, что Гермиона идёт за ним по пятам. Он резко остановился, когда они оказались достаточно далеко от его кабинета, и она сняла с себя Чары. Сердце больно билось о рёбра, и ему хотелось простоять в этом коридоре вечно, запоминая каждый локон её волос, но ноги тянули его к своей цели, прочь от неё. – Верь, – прошептал он и побежал по внезапно появившейся лестнице, будто он сам призвал её. Снейп оказался на поле боя, и сражающиеся, казалось, расступились перед ним. Он увидел как Яксли кидал непростительные в мисс Уизли, Гиббон лежал без сознания, Римус и Нимфадора сражались ещё с двумя Пожирателями, которых он не разглядел. Все расступились, Пожиратели предполагали, что он присоединится к ним, а Орден полагал – к ним. В этой суматохе между сражающимися образовался проход, и Снейп увидел, как Долгопупс бежит вверх по лестнице к Астрономической Башне. Внезапно его отбросило назад, и он полетел вниз, а Снейп едва успел невербально наложить амортизирующее на каменный пол. Тем не менее, парень громко рухнул и покатился дальше по коридору. Снейп пробежал мимо, переступая через одну ступень. Как только он увидел Поттера на лестнице, он подумал, что Астрономическая Башня – подходящее место. Он не увидел преграды, оттолкнувшей Долгопупса, но знал, что она его пропустит. Добравшись, он увидел бледное, изможденное лицо Драко, ухмыляющегося оборотня Сивого и глупо улыбающуюся сестру Кэрроу и его самого, дрожащего от нетерпения. Он подумал, что он опоздал – Драко уже обезоружил Дамблдора. Их план едва не провалился, но ему показалось, что он прибыл вовремя, Драко явно не справлялся. – Драко, сделай это или уйди, чтобы один из нас... – взвизгнула Алекто Кэрроу, когда её брат заметил Снейпа, стоящего в дверях. – У нас проблема, Снейп, – сказал Амикус. – Мальчик, похоже, не может... Дамблдор лежал на каменном полу, скрючившись. Впервые за почти тридцать лет, Снейп увидел его по-настоящему напуганным и старым. Возможно, его поддерживала невероятная сила его магии, а сейчас она покинула его. Дамблдор посмотрел на Снейпа и собрал, казалось, последние силы, чтобы прошептать: «Северус...». Несколько месяцев Снейп не спал по ночам, представляя этот момент, не понимая, где он найдёт силы и намерение, чтобы послать в старика Смертельное Заклинание. Феликс Фелицис ещё тепло струился по крови, и ответ пришёл к нему очень легко. – Северус... пожалуйста... Он вспомнил ту ночь, когда Дамблдор был проклят кольцом, и услышал голос старого волшебника, эхом отдающийся в его голове. «Я не вижу необходимости рассказывать мисс Грейнджер именно об этой части плана... Ты помнишь, наиболее подходящие ведьмы мертвы...». Казалось, как только он ухватился за это воспоминание, остальные стали накладываться одно на другое, атакуя его, как если бы он был на грани смерти и жизнь пролетала бы у него перед глазами. «Ты мне противен... Ты помнишь цвет глаз Лили?... Северус, отправь Гермиону немедленно в свою Башню... Конечно, нет – ты должен это сделать... Мне бы не хотелось, чтобы вы сближались... Твой долг – помочь победить сыну Лили Поттер...». Это была лишь часть, но он мог использовать это. «Больше никаких Хозяев», – подумал он. – Авада Кедавра! Зелёный свет из его палочки ударил Дамблдора прямо в грудь. Казалось, даже Феликс Фелициса недостаточно, чтобы сдержать его ненависть и отвращение к себе, потому что когда проклятие поразило старика и он снёс перила, падая вниз, Снейп боролся с желанием умереть тут самому. – Уходим! Быстро! – крикнул он, надеясь, что это поможет ему не вырвать прямо здесь. Он схватил Малфоя и направился вниз по лестнице, практически неся парня, который казалось обмяк в его руках. Зелье ещё теплилось в его крови – немного, но достаточно, чтобы волшебники снова расступились перед ним и он смог безопасно протащить сквозь ожесточённый бой Драко. Он в последний раз взглянул на Гермиону, прежде чем закричать: «Все кончено, пора уходить!» и скрылся в ночи.

***

Гермиона увидела Снейпа, когда толпа расступилась, пропуская его. Он держал Драко за шкирку и вёл его к двери. В его глазах больше не было того, что она видела в Выручай-комнате, он больше не был похож на Пожирателя, скорее на растерянного напуганного ребёнка. Она видела, как Драко поднял умоляющий взгляд на профессора, а он безжалостно толкнул его вперёд и крикнул: «Все кончено, пора уходить!». Сначала Гермиона подумала, что он говорит ей, что их план свершился, пока Пожиратели не начали пропадать один за другим с поля боя. Сквозь толпу, Гермиону мельком заметила Гарри, отчего её сердце забилось быстрее. Гарри был здесь? Когда они вернулись? Поттер бежал вниз по лестнице из Астрономической Башни, откуда только что вышел Снейп. Что же такого произошло там? Но затем Гарри закричал сквозь шум. – Остановите их! Снейп! Малфой! Остановите их! Потом всё было как в тумане. Она помнила, что выбежала с остальными на улицу, а Гарри пронёсся мимо неё – хижина Хагрида была в огне. Она уже знала, что погоня была бессмысленной. У Пожирателей была огромная фора, и, откровенно говоря, она, как и все, была рада, что они убегают. Битва в замке была безжалостной. Хотя количество волшебников по разным сторонам было равным, она понимала, что Орден был не готов к этому. Она и Луна сражались с светловолосым Пожирателем, но он пускал Непростительные с такой скоростью, что ей казалось, что она танцует дикую джигу. Она остановилась почти сразу, как прохладный ночной воздух ударил ей в лицо. Ноги замедлились, и она запрокинула голову, глядя на ночное небо. Такая прекрасная ночь. Трудно было осознавать, что в замке разруха, следы крови, тела – она была почти уверена, что Сивый напал на Билла Уизли, но отогнала эту мысль. Она ещё слышала крики Гарри вдалеке, но Пожирателей уже не было видно – казалось, они не заинтересованы в продолжении битвы. После того, как Снейп позвал их, они быстро достигли точки аппарации и исчезли. Сзади к ней подошёл Люпин и коснулся её плеча, выводя из оцепенения. – Больничное крыло, – прошептал он. – Приказ МакГонагалл. – Но я не ранена, – ошеломленно сказала она. – Не имеет значения. Битва закончилась. Мы все встречаемся там. Рон идёт туда... и Тонкс, Грозный Глаз, Луна... Она повернула и молча последовала за ним, пока они не дошли до входа в замок. Внезапно она остановила и схватилась за рукав его мантии. – Гарри! Гарри ещё там! – Я послал за ним Джинни. Она кивнула и молча поплелась в Больничное крыло. Когда они вошли, Гермиона почувствовала смесь запахов: зелий, страха, крови и пота. Рон вскочил с кровати и бросился к ней. – Гермиона... Слава богу. Я не видел тебя после того, как он... после того, как они... – он схватил её за руки. – Я в порядке. Рон... Как Билл? – Сивый напал на него. Мадам Помфри говорит... она думает... – казалось, он сможет договорить. Люпин бросился к кровати, где неподвижно лежал Билл. Его лицо было изуродовано почти до неузнаваемости. Мадам Помфри наносила на раны густую, маслянистую мазь. – И вы не можете... вы не можете исцелить их чарами? – спросила Гермиона у нее, встревоженно глядя ей в глаза. – На них никакие чары не подействуют, – сказала мадам Помфри. – Я перепробовала все, что знала, но лекарства от укусов оборотня – нет. – Но его укусили не в полнолуние, – сказал Рон. – Сивый не превратился, так что наверняка Билл не будет... настоящим..? В этот момент в комнату вошли Гарри и Джинни. Луна вскочила со своего места, а Тонкс и Люпин, казалось, отошли назад, пропуская их. – Нет, я не думаю, что Билл будет настоящим оборотнем, – сказал Люпин. – Но это не означает, что не будет никакого эффекта. Это проклятие. – Но Дамблдор может знать что-нибудь, что сработает, – сказал Рон. – Где он? Билл сражался с этими мерзавцами по просьбе Дамблдора, директор ему должен, он не может оставить его в таком состоянии... – Рон, Дамблдор мертв, – сказала Джинни. Впервые в жизни Гермиона поняла выражение «Земля ушла из-под ног». Она не упала в обморок, но разум был как в тумане, а ноги отказывались держать её. Она бессильно опустилась на стул. Дамблдор мёртв? Невозможно... Его планы... Ещё так много нужно было сделать, а они так мало знали. Она думала, что Снейп выполняет его план, но как он сделает это, если директор мёртв? Может это случилось, когда они и Гарри искали крестраж? Но он ещё не всё о них рассказал! Что им дальше делать? Дамблдор не мог умереть. Джинни ошибается. – Как он умер? – прошептала Тонкс. – Снейп убил его, – сказал Гарри. – Я был там. Я видел. Тьма окутала Гермиону, вытеснив мысли и звуки голосов. Бурлящая чернота заполнила глаза и уши. В комнате стало жарко и тесно, а её сердце билось так, будто собиралось пробить рёбра. Она, невидяще, смотрела на Билла, на его изуродованное лицо. Никаких мыслей и слез. Глаза были сухими, а горло сдавило так, что вместо выдоха, был свист. – Это была Авада, – сказал Гарри, и, к счастью, она потеряла сознание. Гермиона пришла в себя от остроты во рту и увидела, как люди толпились вокруг. Но, вдруг она поняла, что её разбудило не зелье, а звук, ни на что не похожий. Другие, один и за другим, слышали его и застывали, онемев от красоты. – Это Фоукс, – выдохнула Джинни. МакГонагалл стояла рядом, хотя Гермиона не помнила, как она пришла. Она замерла, как остальные, с платком в руках – в глазах стояли слезы, а руки были сжаты в кулаки. – Это всё моя вина, – вдруг сказала она, разрушая чары. – Моя вина. Я послала Филиуса за Снейпом сегодня вечером, я действительно послала за ним, чтобы он пришел и помог нам! Хор голосов протестовали, но Гермиона молчала, потому что задыхалась от собственного протеста. Вина не профессора МакГонагалл. Это была её вина. Это она дала ему Феликс Фелицис – она позаботилась о том, чтобы его план... свершился. Она сыграла ему на руку. Все начали рассказывать о событиях этого вечера, собирая по кусочком цельную картину, но Гермиона сидела молча, словно окаменела. – Значит, если Рон вместе с Джинни и Невиллом наблюдали за Выручай-комнатой, – сказал Гарри, наконец повернувшись к ней, – ты была..? – Возле кабинета Снейпа, – сказала она еле слышным голосом. – Была почти полночь, когда профессор Фитвик прибежал в подземелья. Он кричал о Пожирателях Смерти в замке... и... – Что? – побуждал её говорить Гарри. Луна вмешалась в разговор. — Профессор Флитвик ворвался в кабинет Снейпа, а затем оттуда выбежал Снейп. Он сказал, что Флитвик упал в обморок, хотя я думаю, что Снейп применил Остолбеней... Гермиона привела его в чувства... а потом он убежал, сказав, что собирается помочь... – Я так сглупила, Гарри! – пронзительно прошептала Гермиона. – Я не знала, Гарри, я просто отпустила его! – Это не твоя вина, – твердо сказал Люпин. – Гермиона, если бы ты не послушалась Снейпа и не ушла с дороги, он, вероятно, убил бы тебя и Луну. Гермиона безучастно посмотрела на него, желая найти утешение в его словах. Но она не могла, так как все, что она сказала, было ложью, как учил ее сам Снейп – хочешь солгать – скажи правду. В этот момент Грюм прошёл мимо Люпина и грубо схватил Гермиону за руку. – Это не твоя вина, – повторил он, а Гермиона отвернулась, не желая больше выслушивать утешения. – Мисс Грейнджер, – резко сказал он и продолжил говорить, а она подняла голову, когда услышала имя Снейпа. – Вы сделали именно то, что хотел бы директор. Он смотрел на нее, а она удивлённо смотрела на него. – Именно то, что хотел бы директор, – повторил он, когда стенания умирающего Фоукса пронзали ее насквозь.