Вторая жизнь / Second life

Она согласилась посетить Годрикову впадину с Гарри просто из доброты к нему. Его светящиеся глаза, которые она увидела в ту ночь, когда они разговаривали с директором Блэком – ей невыносимо было думать об этом, как о ночи, когда Рон оставил их – совершенно погасли. Он выглядел опустошенным. В ту ночь ее подбодрил разговор со Снейпом, но Гарри никто не поддержал. И хотя Гермиону расстраивало такое длительное ожидание Снейпа с мечом Гриффиндора, но у нее оставалась надежда, ей было чего ждать. Это укорачивало дни и сдерживало ее страх. Гермиона подумала, что родительский дом придаст Гарри сил. Наступало Рождество. Она так хорошо помнила прошлое Рождество. Девушка думала об этом почти каждый день, убирая снег с земли в поисках грибов. Хоть она узнала о табу на имя Темного Лорда и иногда выбиралась в магловский продуктовый магазин, большую часть они добывали в лесу. Ей казалось слишком опасным оставлять Гарри одного без мантии-невидимки, и ей не хотелось брать его во внешний мир, даже магловский. Но она сдалась, ибо его лицо было таким бледным и вопрошающим в свете их палочек. Они сидели, скрестив ноги, на полу палатки и ели спагетти из одной кастрюли, которую передавали друг другу, потому что были слишком голодны чтобы разложить их по тарелкам. В ту ночь в палатке было тепло; может зима сжалилась, чтобы они могли почувствовать согревающие чары, а может дело было в еде, но от тепла ее клонило в сон. Странное чувство, когда холод пробирает до мозга костей и она проваливалась в сон, будто тело требовало отдыха, а потом, согревшись, ей снова захотелось уснуть. Он спросил ее, когда у нее был полный рот спагетти, возможно, чтобы она не смогла возразить, пока он не договорит. – Хорошо, – сказала она. – Ты точно поняла меня? – спросил он. – Конечно. Ты хочешь отправиться в Годрикову впадину. Я согласна, думаю, нам нужно туда . – Но, – пробормотал Гарри. – Но... почему? Гермиона приподняла бровь. – Потому что мы ищем крестражи, Гарри. Ты сам говорил, что Сам-Знаешь-Кому нравилось прятать их в местах, которые что-то значили для него.. какое еще место может значить больше, чем Годрикова впадина, где он доказал, что бессмертен? – Ох... э-э... да. Я не думал об этом с такой точки зрения. Она улыбнулась ему. – И я знаю, что ты хочешь увидеть маму и папу. Мне бы тоже хотелось, чтобы ты навестил их. Тогда то неестественное и натянутое чувство, что было между ними после ухода Рона, исчезло. Она взглянула на него с прежней любовью, хоть на ее шее и был крестраж, но на мгновение она почувствовала себя неуязвимой. Гарри отвел взгляд и отдал ей кастрюлю со спагетти. – Съешь оставшееся, Гермиона. Ты заметно похудела. – Его голос дрогнул. – Не худее тебя. Доешь со мной. Гарри придвинулся поближе к девушке, и они жадно накрутили последние спагетти на вилки. После он прислонился к шкафу и уснул, и Гермиона решила оставить все как есть на некоторое время. Было тепло, и ей нравилось находиться в его компании. Недолго она изучала лицо Гарри. Девушка надеялась, что он находит утешение в их плане. Наконец, она поднялась и отлевитировала его на кровать. Пришло время дежурства. По крайней мере, ей хватит времени тщательно спланировать их вылазку.

***

Они превратились в маглов, но на них все равно странно посматривали, пока они шли с Гарри за руку. По правде это немного ее пугало. Она чувствовала себя уязвимо, даже когда выглядела не как грязнокровка Грейнджер, разыскиваемая в волшебной Британии. Но к моменту, как они добрались до памятника Поттерам, изображенными такими, какими они были семнадцать лет назад, она забыла о страхе. Помимо голосов беглых волшебников в лесу, это первое что-то из волшебного мира за пределами их палатки, что она увидела с момента на Тоттенхэм-Корт-роуд, из-за чего она почти задохнулась. Были моменты, когда поздней ночью ей казалось, что они могут вечно так и жить вдвоем в палатке в лесу. Они бы притворялись, что строят планы, война зашла бы в тупик, а остальные продолжали бы плести свое существование, пока не забыли бы, что когда-то было по-другому.Родители Гарри выглядели такими молодыми и сильными, что напомнило ей о том, что они потеряли и что могли приобрести. Она пристально посмотрела на Лили Поттер. Наверное, такой ее запомнил Снейп. Гермиона почувствовала легкий укол в районе сердца от того, что волосы Лили были покрыты снегом. Что произошло между ними тогда? Гарри сказал однажды, что Снейп предал его маму. Так ли это? И если да, то почему Дамблдор настолько убежден, что Снейп будет вечно верен ей? Она простояла бы так всю ночь, если бы Гарри не потащил ее в сторону. – Давай, – сказал Гарри и она взглянула на него. Он кажется выглядел довольным, но еще и встревоженным. Из-за того ли это, что он тоже изображен на памятнике и это единственный раз, когда он видел себя с семьей осознанно? Или его напугал вид каменного себя в младенчестве? Она ничего из этого не спросила, просто подчинилась, когда он потянул ее за руку к маленькому кладбищу через дорогу. – Они должны быть где-то здесь, – прошептал он.– Помоги мне найти. Они не могли пользоваться магией, поэтому Гермиона пробиралась между рядами, смахивая снег с надгробий и рассматривая их. У нее перехватило дыхание, когда она увидела букву "П".. но нет, это был Певерелл, а не Поттер. Под именем был символ, который привлек ее внимание, и она с усилием отковыряла от него немного льда. – Гарри! – резко прошептала она. – Нашла? – Нет, но посмотри.. Гарри неохотно подошел, и девушка пожалела, что не может использовать Люмос. – Этот символ.. из моей книги! – Что? Из твоей книги по рунам? Ты можешь посмотреть на него, когда мы вернемся. Гермиона, я хочу найти... – Да нет же, Гарри! Не моя книга по рунам! Книга, которую завещал мне Дамблдор. – Правда? Дай посмотреть. – сказал Гарри, наклоняясь ближе к надгробию. – Погоди-ка, я видел его раньше. На отце Луны, на свадьбе. Крам сказал.. – Крам? – Да! Крам сказал, что это метка Гриндельвальда. Метка Гриндельвальда? И Гарри видел ее раньше? Почему он ничего не говорил об этом? Она предложила поискать крестраж здесь, чтобы Гарри успокоился, чтобы он почувствовал, что она пришла с ним сюда не из жалости. Возможно, им суждено было попасть в Годрикову впадину.. Возможно, она пропустила какую-то подсказку, и Дамблдор с самого начала направлял их сюда. – Гермиона? Мы можем... – Да, извини. Я просто думаю, может Дамблдор хотел, чтобы мы пришли сюда? Хотя, не знаю, почему он решил, что мне нужно знать что это за метка. Мне нужно.. «Нужно спросить у Снейпа», – вертелось у нее на языке, и она резко замолчала. – Мне нужно поискать информацию об этом. Но, возможно, мы что-то, наконец, нашли Гарри! Гарри выглядел разбитым, и она поняла, что сейчас всё, что ему нужно – это найти своих родителей. Поэтому она подавила свою взволнованность и взяла его за руку. – Мы обязательно найдем их. Они вместе шли через кладбище, смахивая снег с каждого надгробия. Гарри почти бежал, едва поглядывая на них, прежде чем перейти к следующим. – Гарри, здесь.. – тихо сказала она, подзывая его к себе. Гарри развернулся и почти побежал к ней, хотя она находилась в нескольких шагах от него. Она отошла, подпуская его ближе. Парень упал на колени перед надгробием, казалось намереваясь смахнуть каждую снежинку с имен его родителей. Гермиона застыла, наблюдая как Гарри наклонился и прислонился лбом к надгробию его отца. Это было слишком личным, чтобы наблюдать за этим, но ей некуда было деться оттуда. – Мне страшно, папа,– прошептал Гарри. Гермиона почувствовала, как горячие слезы защипали глаза.– Я стараюсь, но не знаю, что делать дальше. Не знаю, куда идти. Слезы потекли по щекам девушки, обжигая замерзшие щеки. Гермиона отвернулась. – Помоги мне, – прошептал Гарри. – Помоги мне, пожалуйста. Наконец, она поняла, что Гарри обращается к ней. Он поднял голову и умоляюще смотрел на нее снизу вверх. – Я ничего не принес. Я не принес им ничего! Отчаяние в его голосе пересилило ее здравый смысл. Она вытащила свою палочку из кармана пальто и сделала ею пас в воздухе. Тут же появился венок из рождественских роз. Гарри поймал его и положил на могилу мамы, затем он встал, а Гермиона раскрыла руки для объятий. – Спасибо, – прошептал он ей в плечо.

***

Замок был пустым. Не было смысла оставлять столы в Большом зале или расширять главный стол для оставшихся учеников, потому что в это Рождество в Хогвартсе никого не было, вообще никого. Этот факт грыз Снейпа и преследовал его в пустых коридорах. Где, по мнению родителей, их дети могли бы быть в большей безопасности, чем в школе с Пожирателем смерти в качестве директора? Они думают, что их чары защитят детей дома? Это бесило. Он не знал, чем занять себя, потому что ему не хотелось оставаться наедине с другими учителями. Он не мог представить, как ему удастся хоть что-то съесть за рождественским ужином, который будет окутан враждебным молчанием. Было и так трудно есть, когда в Большом зале стоял шум от разговоров учеников и учителей. Минерва и остальные перешептывались и хихикали, бросая многозначительные взгляды в его сторону, прежде чем взорваться смехом. Снейп справился с этим, выражение его лица не поменялось. Он ничего не сделал, чтобы ответить им или заметить их поведение, иначе сделав это, он признал бы, что это задевало его. Ему казалось, что он снова лишь ученик.. мальчик-для-битья, куда бы он не пошел. Снейп чувствовал себя так, будто стал Нюниусом снова. Поэтому, когда к нему прилетела сова с приглашением от Малфоя, он сразу же принял его, несмотря на то, что это означало провести выходные с людьми, которых он презирал, и с самим Темным Лордом. По крайней мере, там он сможет разговаривать и прогуливаться по коридорам, не замечая краем глаза чьего-то пристального внимания или хихиканья. Ни один Пожиратель смерти не посмел бы насмехаться над ним. Однако, как только он прибыл, он осознал свою ошибку. Стало ясно, что пригласили его по настоянию Темного Лорда. Люциус, казалось, был возмущен его присутствием, поскольку Снейп был напоминанием о том, что он потерял. Раздраженный и без палочки, Люциус слонялся по поместью, находя поводы огрызаться на Снейпа буквально за все. Нарцисса с Драко вели себя не лучше, хотя он предполагал, что заслужил такое отношение, сделав то, о чем просила его Нарцисса – спасти ее сына от неминуемой гибели. Она терпеть не могла быть обязанной, а Драко был уверен, что Снейп вмешался без необходимости. Поместье было богато украшено. Остролист украшал каждую поверхность, а четыре великолепные ели красовались в бальном зале. В каждом проеме дверей цвела омела, и дом был наполнен аппетитными запахами еды. Но это все казалось блеклым, пустым и необоснованно радостным. Поместье было слишком велико для них пятерых, они ходили по нему, время от времени сталкиваясь, отскакивая друг от друга, как елочные игрушки. Казалось, что комнаты звенели от тишины. Даже у Пожирателей смерти были семьи, с которыми можно было справить Рождество. Вторая половина дня в канун Рождества оказалась вдвойне хлопотной. Нарцисса сказала им всем одеться для рождественского ужина, а затем упорхнула, оставив Волан-Де-Морта, Люциуса и его самого наедине в гостиной. Темный лорд, казалось, наслаждался напряженностью между Снейпом и Малфоем и не сделал ничего, чтобы разрядить обстановку. – Северус, мне приятно, что ты присоединился к нам на Рождество. – Благодарю, милорд. И спасибо Люциусу, как всегда радушному хозяину. Люциус фыркнул. – Я живу, чтобы служить Темному Лорду, – сказал он, давая понять, что не хотел отправлять приглашение. – Действительно, – сказал Снейп. – Ты пожертвовал.. многим. Он позволил своей руке скользнуть по передней части мантии, где, как Люциус знал, была спрятана его палочка. В глазах Темного Лорда плясало веселье. – Мне показалось вполне уместным разделить эти дни с моим самым верным слугой, – сказал он, задержав взгляд на Снейпе, чтобы не возникло сомнений в том, кого он имел в виду. – У меня есть планы, которые, я полагаю, вот-вот осуществятся. Я хотел, чтобы вы разделили мой триумф. Снейп не задавал вопросов. Он считал более благоразумным позволять Темному Лорду придерживаться своих извилистых путей и планов для достижения целей. Расспросы часто заканчивались вспышками гнева, а иногда и наказаниями. – Для меня большая честь разделять ваши победы, милорд. – Да. Да, – промурлыкал Волдеморт. – Ты проделал прекрасную работу, Северус. Кэрроу докладывали мне, что ты проконтролировал всё, начиная с учебной программой и заканчивая.. жесткими изменениями, и что, несмотря на это, ученики прилежно посещают занятия. Похоже, ты донес мое видение будущего мира родителям. Я крайне тобой доволен. – Мой лорд, – Снейп склонил голову. Люциус фыркнул. – Люциус, можешь оставить нас. – Возможно, вам будет интересно узнать, что Драко тоже получает новости из Хогвартса, – сказал Малфой старший. – Мисс Паркинсон все еще учится в школе. И она рассказала, что гриффиндорцы находятся в состоянии подготовки бунта. Говорит, что над директором смеются. – От них только этого и можно было ожидать, в конце концов большинство из них растут с одним родителем, а остальные – печально известные предатели крови. Однако, я не получал известий о мятеже, я полагаю, что Северус следит за ними как полагается. Люциус вышел из комнаты, явно желая хлопнуть дверью. – Я думаю, что Поттер окажется в Годриковой впадине до нового года, – сказал Волан-Де-Морт ни с того ни с сего. Снейп кивнул, не подавая виду. – Вы получили разведданные? – Твой доклад о том, что мальчик и его друзья в бегах после прискорбного инцидента в Министерстве, заставил меня задуматься. Признаюсь, я думал послать тебя выследить их. – Это было бы удовольствием для меня. Волан-Де-Морт усмехнулся. – Да, я так и думал. Твоя связь с грязнокровкой была очень полезна. Должен сказать, я впечатлен, Северус. Ты одурачил ее. – Нетрудно одурачить ребенка. – Бесспорно. Однако она необычайно проницательна для гриффиндорки. – Я польщен вашей похвалой, милорд, но вынужден не принять ее. Она всего лишь глупая девчонка. – Давай не будем спорить. Мне показалось неразумным растрачивать твои таланты впустую, отправляя тебя гоняться за ними по лесу. И я подумал, что было бы благоразумнее сохранить твою связь с грязнокровкой еще немного. Я буду наслаждаться выражением ее лица, когда мы схватим их и она увидит тебя подле меня. Снейп выдавил из себя плотоядную улыбку. – Я тоже с нетерпением жду этого момента, милорд. – Да, – злорадно прошипел он. – И я полагаю этот момент близок. Вместо того, чтобы выслеживать мальчишку, я подумал, почему бы не позволить ему самому прийти ко мне? Он глуп. Он захочет вернуться в родительский дом. Может он верит, что найдет там какие-то силы или отголоски кровной магии. Это действительно было очень похоже на Поттера. Снейп встал и пересек комнату, чтобы налить себе немного воды. Ему не хотелось смотреть в глаза Темному Лорду. – Вы хорошо знаете мальчика, милорд, – сказал он. – Именно. Поэтому, я отправил Нагини в Годрикову впадину. Она ждала там его появления. – Есть новости? – Пока нет. Но.. Мальчик за это время все больше падал духом. Я чувствовал его глубокое отчаяние. И внезапно появилась надежда, подарившая ему небывалую легкость в голове. Я думаю, что он набирается сил, чтобы посетить родительский дом. Разве Рождество не самый подходящий повод для этого? – усмехнулся Темный Лорд. От этого леденящего душу звука Северус застыл. – Значит, связь между вами все еще прочна? – Осмелюсь сказать, она сильнее, чем когда-либо. – Превосходно, милорд. – Довольно. У нас скоро будут вести. Прости меня за то, что тебе приходится быть объектом детской ревности Люциуса. Я просто подумал, что ты сможешь развлечься, когда мы поймаем мальчишку с грязнокровкой. – Я был бы рад провести выходные с вами, даже без таких хороших новостей. Темный Лорд улыбнулся. – Спасибо, Северус. Теперь, нам нужно подчиниться желаниям Хозяйки этого поместья и прилично одеться на праздничный ужин. – До встречи, мой Лорд.– Сказал Снейп и поднял свой бокал в направлении Волан-Де-Морта. Темный Лорд поднялся и выскользнул, как змея, из комнаты. Снейп спешно вернулся в свою комнату. На поместье опускался вечер. Где она? Осмелится ли он связаться с ней отсюда, из Мэнора? В последний раз, когда они разговаривали, не было ничего необычного. Она не упоминала Годрикову впадину, но зачем бы ей делать это? Они договаривались, что она будет говорить ему где была, только после того, как благополучно уйдет оттуда. Ловушка ли это? Подозревает ли Темный Лорд, что у него есть чувства к ней? Кто-нибудь за ним наблюдает, ожидая его действий? Одеваясь, Снейп ругал себя. Планы Темного Лорда последние несколько месяцев были нечеткие. Хотя его слова об... эмоциональных нуждах Поттера были слишком похожи на правду, однако не было никаких оснований полагать, что он и Гермиона будут там на Рождество. Несомненно, его провоцировали. Лучший вариант действий – это вести себя так, будто ничего не произошло. Даже если Темный Лорд прав, и они планировали отправиться в дом Поттеров, вероятность того, что это произойдет сегодня, крайне мала. Он сделает вид, что его срочно вызывают в Хогвартс, как только он поймет, что не разозлит Темного Лорда своим уходом, и тогда предупредит Гермиону из деревни. Северус поправил жилет и завязал шнурки на ботинках, направив на них палочку. Чем дольше он здесь, тем больше он сможет получить информации о планах Волан-Де-Морта. Возможно, что он намекал на крестражи в далеком прошлом, а Снейп просто не уловил смысла. Темный Лорд склонен злорадствовать, ему трудно дается не хвастаться своих магическим превосходством над своими последователями. Да, возможно он не зря оказался в поместье. Он предупредит ее из Хогвартса. Все будет хорошо.

***

Гермиона чувствовала себя слишком разбитой ситуацией на кладбище, чтобы войти в дом Поттеров. Все выглядело именно так, как она себе представляла, когда еще ребенком, сидя в своей спальне, залитой солнечным светом, полная решимости узнать все о волшебном мире до отъезда в Хогвартс... Правая половина второго этажа была снесена взрывом; даже дверь была открыта, будто она не закрывается после того, как он открыл ее.. Тогда Гарри Поттер был просто именем в книге, а теперь она смотрела на реального, живого Гарри Поттера, цепляющегося за железные ворота перед домом своих родителей. Это было уже слишком. Она просто не могла вынести этого; ей хотелось взять Гарри и уйти отсюда, вернуться домой, да куда угодно, обратно в палатку, но подальше от всей этой боли. Но Гарри был весел. Он склонился над вывеской, которая виднелась сквозь заросли ежевики. – Смотри, Гермиона! Они не забыли нас! Она посмотрела туда, куда он указывал, на табличке были надписи магическим маркером. Удачи, Гарри, где бы ты ни был. Если ты читаешь это, Гарри, мы все поддерживаем тебя! Она не понимала, почему это не тронуло ее, а наоборот обдало ужасом. Подняв глаза, она увидела странную, бесформенную фигуру человека, ковыляющего к ним, силуэт которого выделялся на фоне ярких огней далекой площади. «Нет», – подумала она. «Нет». При виде женщины, когда она подошла ближе в ней можно было разглядеть женщину, Гермионе захотелось закричать. Кто бы это ни был, она знала, что молодые люди не были маглами; они спокойно стояли перед домом Поттеров в разгар войны. Это ничем хорошим не кончится. Она накинула на них мантию-невидимку. – Медленно уходим. Когда я сожму твою руку, мы убежим. А потом аппарируем отсюда. – Выдохнула девушка. – Нет, – сказал Гарри, не обращая внимания на ее шикание. – Это Батильда Бэгшот, я уверен. Мы должны пойти с ней, Гермиона. Может быть, у нее есть меч... – У нее нет меча, Гарри! Нам нужно уходить! – Но она знала Дамблдора! – Гарри! Он сбросил мантию-невидимку и двинулся к незнакомой ведьме. Гермиона осторожно последовала за ним. Почему эта женщина вышла именно сейчас? Почему она стояла там, молча и не двигаясь, пока Гарри шел к ней? – Вы Батильда? Гермиона разочарованно покачала головой, хотя ведьма кивнула и развернулась, ковыляя обратно тем же путем, которым пришла. Это было неправильно. Она не могла этого объяснить, но то, как она двигалась… Гермионе хотелось кричать, когда они шли за ней по дорожке. Ей хотелось схватить Гарри и силой увести его. Когда старая ведьма открыла дверь и до нее донесся запах, она схватила Гарри за локоть. – Пожалуйста, Гарри. Пожалуйста, пойдем. Я... – Нет! Нам нужно то, за чем мы пришли. Когда женщина, не сказав ни слова, жестом показала, что хочет поговорить с Гарри наедине, Гермиона поняла – это неспроста. Пока Гарри поднимался по ступенькам, она вытащила волшебную палочку и направила на свое кольцо. Годрикова впадина? Страшно.

***

Он сидел по правую руку от Нарциссы, стараясь сохранять достоинство, пока домашний эльф накладывал ему на тарелку горошек в сливочном соусе. – Все выглядит прекрасно, Нарцисса, – произнес он. – Спасибо, Северус, – нейтрально ответила она. – Я хочу еще раз поблагодарить вас за то, что вы великодушно пригласили меня в свой дом на праздники. Я у тебя в долгу. Казалось, она слегка напряглась при упоминании о долге. – Вовсе нет. Мне просто было больно думать о том, что ты останешься совсем один на каникулы, – сказала она. Снейп подавил ухмылку. «Хорошо сыграно»,– подумал он. Возможно, вино ударило ему в голову. Он потянулся за стаканом воды. – Драко, – начал он. – Как тебе живется без школы? Драко заерзал на своем стуле рядом с Лордом Волан-Де-Мортом. Снейпу стало интересно, чем мальчик занимается целыми днями. Независимо от того, насколько Темный лорд был "доволен" им, было ясно, что Драко больше не давали заданий. «Возможно, он прислуживает Волан-Де-Морту»,– злобно подумал Снейп. – Нравится, – сказал Драко, и на его губах заиграл призрак его прежней надменной улыбки. – Приятно не быть окруженным неполноценными. – Действительно, это доставляет удовольствие, – согласился Снейп. – У нашего Лорда большие планы на Драко, – сказал Люциус. – Когда война закончится, Драко присоединится к Министерству в качестве старшего заместителя главы Комиссии по учету магловских выродков. – Если к тому моменту еще останутся маглорожденные, которых нужно будет зарегистрировать, – сказал Снейп, и Темный лорд расхохотался. Люциус вежливо хихикнул. – Это достойная должность,– сказал Люциус. – Возможно, однажды... – Ах, ты хочешь занять должность Толстоватого? Но он не услышал ответа Драко, потому что его левую руку внезапно пронзила боль. Кольцо. Блять. Он сделал вид, что хочет дотянуться до своего кубка, но опрокинул его, расплескав рубиново-красное эльфийское вино себе на руки и тарелку. – Прости мою неуклюжесть, Нарцисса. Мне очень жаль, – сказал он, вставая. – Сядь, Северус, – рявкнула она. – Эльфы позаботятся об этом. – Конечно, – сказал он. – Я отойду на минутку, вымыть руки. – Конечно, но ты можешь... – начала Нарцисса, но он уже выходил из зала. Оказавшись в уборной, он снял кольцо с пальца и прочитал: «Годрикова впадина? Страшно.» Никакие ругательства не приходили ему в голову. Никаких доводов, отрицающих надпись на кольце. Ничего, кроме страха и звенящей тишины. Он поднял руку. Ловушка. Убирайтесь СЕЙЧАС ЖЕ. Выбраться оттуда будет трудно, может даже невозможно. Та часть сознания, желавшая отчитать его за то, что он не связался с ней из поместья, ожила. Нет. Сейчас нет на это времени. Потом. Если она выживет, у него будет достаточно времени для этого. Если нет... Он вернется в столовую. Если Волан-Де-Морт будет оживлен, значит он опоздал со своим предупреждением. В противном случае, у них будет шанс. Снейп старался не бежать обратно. Он должен выглядеть спокойным, максимум взволнованным, как человек, просто проливший вино на скатерть хозяйки дома. Слишком поздно. Слишком поздно. Глаза Темного Лорда сверкали. – Кажется, время пришло, Северус, – сказал он, когда Снейп вернулся в столовую. – Нагини взволнована. Она очень... голодна. Желудок Снейпа сжался, когда он растянул губы в улыбке. – Действительно очень счастливое Рождество, –сказал он. Волан-Де-Морт, шипя, поднялся со своего места. – Она зовет! Мальчишка у нее. Она велит прийти. Темный Лорд поднял свою палочку и, сделав пас рукой, разрушил стену столовой. Он шагнул вперед и взмыл в небо в облаке клубящейся одежды. Снейп взглянул на Люциуса, чье лицо было бледным. – Стена... – начал он. – Я уверен, вам все компенсируют, – сказал Снейп, тоже выходя из столовой в сад. Ночь была черной и жутко холодной. Снейп побежал, аппарируя на ходу.

***

Она уже бежала к лестнице, надевая кольцо обратно. На лестнице была кромешная тьма, и она раскинула руки в стороны, чтобы на ощупь найти дорогу. Девушка чуть не закричала, когда кончики ее пальцев задели стену. Она была мокрой и липкой. Она отпрянула и Люмосом зажгла кончик своей палочки. Что это? Неважно.. нужно найти Гарри. Наверху лестницы было несколько дверей, но, добравшись до второго этажа, она услышала ужасное шипение. «Парселтанг», – подумала она и последовала на звук и запах в крошечную спальню. Она выставила перед собой волшебную палочку как раз вовремя, чтобы увидеть, как фигура Батильды Бэгшот сминается и тает, преобразуясь в гигантскую змею. Она поднесла руку ко рту. Гарри стоял к змее спиной. Он околдован? Почему он не увидел? –Гарри! – закричала она и взмахнула палочкой в воздухе. – Остолбеней! Остолбеней! Красный свет вырвался из ее палочки, но змея легко увернулась от него, раскрыв пасть. Гарри медленно поворачивался, слишком медленно, и змея успела атаковать его. Гермиона увидела, как ее клыки задели его руку, когда она начала обвиваться вокруг него. Раздалось еще шипение, и Гермиона отчаянно посылала в змею заклинание за заклинанием. – Остолбеней! Сектумсемпра! Релашио! Релашио, казалось, сработало. Змея ослабила свою хватку, но у него не было палочки... Где его палочка? Ее глаза шарили по полу. Неужели змея каким-то образом отобрала ее? – Левикорпус! – крикнула она, но это было ошибкой, поскольку змея теперь билась в воздухе, ее огромное тело ударялось о стены, и во все стороны полетели кирпичи и штукатурка. Ее хвост пронесся прямо у нее над головой. – Гермиона! Она пригнулась и побежала к Гарри – он вслепую потянулся к ее руке. Осколки стекла сыпались на них. Действие заклинания прошло и змея начала падать, дико шипя. Гарри тянул ее вглубь дома, но нет, нет, это ловушка, змея загоняет их в угол. Она потянула его к окну. – Он близко! – Гарри что-то бормотал. – Он идет.. он уже в пути.. мы не сможем убежать! – Гарри, мы должны уходить! Давай, – закричала она и изо всех сил потащила его к окну. – Вспыхни! –закричала она, и стены начали рушиться. Когда окно разлетелось вдребезги, она не колеблясь шагнула в него, потянув за собой Гарри, не обращая внимания на острые края окна, ранящие ноги.

***

Снейп аппарировал прямо в центр улицы. Перед ним стоял памятник Лили и Джеймса, перед которым он провел много темных, пустынных ночей, как эта, глядя на свидетельства того, что он совершил. Но сейчас было не время думать о том, что было в прошлом, сейчас его единственной целью было добраться до Гермионы, чтобы этого больше не повторилось. Казалось улица давила на него со всех сторон. Разве он не бежал уже когда-то по этой дороге? Как все это может происходить, если сейчас у него должно хватить сил спасти ее? Он услышал крик со второго этажа, пока бежал, и чуть не упал на землю, споткнувшись. Это было так похоже на... Гермиона... Крик ярости и разочарования Волан-Де-Морта эхом разнесся по пустой улице. Он не смел надеяться, но бросился вперед. Он добрался до дома как раз в тот момент, когда двое маглов прыгнули из окна, маленькая невзрачная женщина, прижимавшая к себе лысого, извивающегося и кричащего, мужчину. Он поднял свою палочку, желая предотвратить их падение, но они исчезли. Они исчезли. Он так крепко сжимал палочку, что он подумал, что сломает ее, если он не ослабит хватку. Он увидел болезненно белого Волан-Де-Морта, выглядывающего из окна. – Простите, милорд, – глухо произнес он. – Они аппарировали как раз в тот момент, когда я появился. – Круцио! – взревел Волан-Де-Морт, и Снейп с благодарностью упал на снег. Именно так все и должно было произойти. Она сбежала, и он будет наказан.