Altior

Flashback.

Беловолосый мальчик убегает от стражи. Он украл несколько яблок у торговца и сейчас несся со всех ног, забегая в восточную часть, оставляя город позади. Тут располагались два небольших холма, между которыми протекал ручей. Мальчик наконец-то отбился от стражи и уселся под ивой. Обида душила камнем, а глаза слезились, заставляя голубоглазого проморгаться. Альфа тяжело выдохнул и начал есть яблоко. Позади послышался шорох. Мальчишка резко вскочил, оборачиваясь.       — ты кто такой, и что тут делаешь? — угрюмым становится, видя незнакомца.       — гуляю, — коротко бросил тот.       — нечего тут гулять. Это мое место, уходи.       — все эти места мои, поэтому гуляю где хочу, — фыркнул альфа. Решив не обращать на незваного гостя внимания, беловолосый сел и продолжил есть яблоко.       — ты их украл, да? — поинтересовался мальчишка, что выглядел на пару лет старше.       — я хочу пойти работать, но они говорят, что я слишком мал, — обиженно проясняет младший.       — а где твои родители и дом?       — они погибли… А дома больше нет, — сухо буркнул, отворачиваясь.       — я дам тебе денег, если победишь меня, — вдруг выдал старший.       — пф! Раз плюнуть, у меня очень сильная стихия.       — вот и посмотрим.       — ты кто вообще такой?       — тот, кого ты не сможешь победить, — подмигнул второй и развернулся, направляясь обратно в город, — пошли!       — а куда мы идем? — мальчишка вскочил, догоняя незнакомца.       — домой. Намджуну было двенадцать, когда Такари привел его в новую жизнь. Тогда он еще не знал, что незнакомец был сыном правителя. Он ушел с ним в никуда, не зная, что его ждет. Такари привёл мальчика во дворец и сказал отцу, что нашел нового друга. Так и началась вторая жизнь Намджуна. Семья его была небогатой. Они были обычными жителями «Альфы». Отец мальчишки работал на рынке, а папа преподавал детям в школе. Намджун рос неспокойным альфой, умевшим постоять за себя. Он часто ругался со сверстниками и попадал в передряги. Из-за своей сильной стихии мальчику было тяжело управлять ею, поэтому он предпочитал рукопашные драки. Родители Намджуна копили на будущее сына. В доме была небольшая сумма денег и несколько украшений, которые отец мальчишки с трудом собирал. Намджун хорошо помнит тот злополучный вечер, когда он вернулся домой после очередной драки. Все соседи столпились вокруг, а дом был охвачен огнём. Кто-то обокрал их и устроил поджог, из-за чего родители погибли. Входная дверь была закрыта снаружи, а ставни на окнах не позволили старшим выбраться из огня. Такая мучительная смерть за горстку украшений и небольшую сумму денег. Родители Намджуна были порядочными и светлыми высшими, они действительно не заслуживали такой ужасной смерти. После случившегося, соседи какое-то время помогали мальчику едой и кровом, но со временем помощь прекратилась. Намджун стал ночевать на улице и воровать еду. Мальчишка действительно пытался найти работу, но никто не хотел платить ребёнку. На «Альфе» началась новая жизнь. Намджун стал учиться и заниматься тренировками. Он также раскрывал свою стихию, становясь лучшим высшим. Печальные дни остались позади. Намджун так и не смог победить Такари, ни в первый, ни во второй, ни в многие последующие разы, но это не помешало им стать лучшими друзьями. Он боялся Такари, но уважал его всей душой. Когда старший познакомил Намджуна с Кияри, мальчики сразу не понравились друг другу. Кияри ревновал друга, пытаясь отомстить Намджуну на тренировках, а тот лишь сильнее злился, не понимая почему младший так себя ведет. Борьба переросла в дружбу, когда Намджун узнал о чувствах Кияри.       — вы поругались, да? — старший в очередной раз замечает, что Кияри сидит у озера один.       — нет. Просто он немного злится, — младший обиженно выдохнул.       — разве Такари может на тебя злиться? Он же без ума от тебя, — пихнул в бок альфа, пытаясь развеселить Кияри.       — я его поцеловал, — объяснил высший, стыдливо отводя взгляд. Намджун застыл, округлив глаза. Он провел ладонью по волосам, тяжело выдыхая. Конечно альфа догадывался, замечая постоянную ревность друзей, но не думал, что Кияри действительно влюблен в Такари.       — и что такого? — весело буркнул он, делая вид, что совсем не удивлен. Кияри посмотрел на старшего, заглядывая в голубые глаза. Неужели его не удивляет это?       — все друзья так делают, — фыркнул Намджун, переводя взгляд на озеро.       — я наверно ему противен, — грустно поделился младший, надеясь на поддержу.       — да бред! Мне бы не было противно от поцелуя. Тем более вы такие хорошие друзья. Знаешь… — альфа выждал паузу, — я завидую тебе. Я бы очень хотел иметь такого друга. А Чонгук он… он остынет и сам прибежит, — мальчик улыбнулся, подмигивая. Они обнялись с Кияри, и с этих объятий родилась новая дружба. Альфы росли, проводя время вместе сутками напролёт. Намджун не особо отличался манерами, а когда стал старше, и вовсе позабыл, что это такое. Мальчишка вырос превращаясь в отличного солдата, с идеально прокачанным телом. Он смог пройти отбор в первый отряд, доказывая свою силу и превосходство. Когда Намджуну исполнилось семнадцать он рассказал Такари, как погибли его родители. Друг был в ярости от того, что Намджун скрывал от него это все эти годы. Альфа подозревал несколько мужчин в случившемся, но в силу возраста отомстить не мог. Мальчик лишь мечтал вырасти и найти убийц. Намджун помнит, как Такари привел его на один из пустырей, где находилось трое мужчин. Они признались в содеянном, оправдываясь, что были молоды и неопытны.       — смерть за смерть, — напомнил Такари, подняв на друга тяжелый взгляд. Намджуну было семнадцать, когда он убил в первый раз. Альфа пустил разряды по телам жертв, наблюдая за тем как кожа лопалась, покрываясь волдырями. Слушая предсмертные вопли, он почувствовал вселенское облегчение. Сын выполнил свой долг. В тот день он понял, что смерть - это не плохо, если она значима. Такари воплотил в жизнь его мечту. Такари сделал его убийцей. Намджун стал лучшим высшим, с одной из самых сильных стихий. Альфа всегда стоял по левое плечо друга. Он подарил ему жизнь, а Намджун отдаст взамен свою.

End flashback.

Солнце давно скрылось за горизонтом. Чимин наблюдает за птицами, что играют с розовыми бликами на небе. День выдался тяжелым. Такари увеличил количество тренировок и учений. Теперь солдаты проводили на площадках, практически половину дня. Конечно же, успехи не заставили себя ждать, но постоянные тренировки изнуряли омегу, потому что приходилось превращаться самому. Стихия Чимина не из легких. И сейчас омега сидел в беседке, радуясь тому, что день подошел к концу. За эти дни Чимин понял, что Такари является действительно лучшим командиром. Солдаты слушали его и выполняли все приказы, видя в нем истинного лидера. Хосоку было далеко до альфы. Их командир был слишком добр и мягок. Отряд многому научил соседей, рассказывая мелкие хитрости и показывая различные приемы.       — птичек любишь? — напугал Чимина Намджун, который успел усесться рядом, перекидывая одну ногу через скамью и упираясь локтем в стол.       — да. Было бы отлично, если бы ты не мешал мне любоваться прекрасным, — фыркнул, возвращая взгляд на птиц. Альфа готов вечность смотреть, как эти пухлые губы грубят ему.       — как грубо. Я вообще-то тоже любуюсь прекрасным. Высший придвинулся ближе, пытаясь заглянуть в лицо Чимина. Омега лишь сильнее нахмурился, поворачиваясь к старшему. За эти дни он почти привык к Намджуну и к его тупым шуткам. Если альфы не бывало на тренировках, то Чимин даже начинал скучать. Они впервые сидели так близко. Омега только сейчас заметил какие красивые глаза у Намджуна, и как они выделяются на фоне белоснежных волос. Сейчас, когда альфа находился так близко, он выглядел еще больше, хотя возможно, это Чимин слишком маленький. Младший отвел взгляд, смущенно кусая щеку изнутри. Намджун усмехнулся, решив не подшучивать над этим.       — ты сегодня не пришел на тренировки, — как бы невзначай уточняет омега.       — а ты хотел потренироваться со мной? — интересуется, пожирая омегу взглядом. Его идеальный профиль, можно было разглядывать часами. Намджун наблюдает за тем, как хлопают черные ресницы, а аккуратный носик тяжело дышит, выдавая смущение. Его невинность лишь сильнее заводит, и Намджун сдерживается, чтобы не впечатать омегу в этот ебанный стол.       — я уложу тебя на лопатки, ты даже моргнуть не успеешь, — гордо хмыкнул Чимин, зная, что высший все равно не будет проверять.       — ты еще докажи мне, что альфа, — чуть тише смеется, двигаясь ближе к омеге, чтобы их бедра соприкасались. Чимин отчаянно пытается не смотреть на эти крепкие руки и не чувствовать жар в тех местах, где бедра соприкасаются. Омега решил перевести тему, лишь бы не выдавать громко бьющееся сердце.       — думаешь война действительно может начаться? — сделал вид, что не замечает действий альфы, но отстраняться не стал.       — ты действительно хочешь поговорить об этом? — цокает Намджун, — мы тут одни вообще-то.       — и что ты предлагаешь мне сделать?       — то, о чем ты давно думаешь, — голос тихим становится, а Чимин смотрит на губы альфы, что непозволительно близко. Он очень надеется, что у него случайно нет второй силы, и он не может читать мысли людей. Омега быстро отворачивается, чувствуя как начали гореть щеки. Намджун победно хмыкает, поняв, что попал в яблочко.       — да ладно, все в порядке, ты ведь омега, — безмятежно объясняет, — это нормально хотеть альфу.       — чт-о-о! Ты с ума сошел? Я тебя не хочу! — кричит Чимин, чувствуя подступающую злость. Что этот альфа себе позволяет?       — а я тебя хочу, — дергает бровями Намджун, забавляясь с реакции второго. Чимин стоит в ступоре, не зная, что ответить. Он никогда не был обделен вниманием альф, и даже успел позаигрывать с несколькими, в отличие от Тэхена, но никто еще ни разу не произносил такое вслух.       — не верь ему, если признается в любви! — выкрикивает Кияри, заставляя Чимина вздрогнуть и обернуться на друзей. Альфы, подошли к беседке, громко переговариваясь. Юнги прошел к Намджуну, встав рядом. Он начал массировать плечи друга, замечая растерянный взгляд Чимина.       — все в силе? — обратился к старшему Кияри, вскинув бровь.       — давай, Рами, рассказывай куда у вас тут можно пойти и нормально потрахаться? — внезапно выдает Намджун, застав младшего врасплох.       — да бросьте, ну хотя бы не тут, — мычит Юнги, толкая Намджуна в спину, а Чимин округлил глаза в шоке, понимая, что альфы не шутят.       — что значит не тут? Хуй знает сколько мы еще пробудем на «Омеге», и к тому же Чимин мне отказал прямо сейчас, — ехидно усмехается, делая вид, что омеги уже нет среди присутствующих. Все посмотрели на Чимина, заставляя омегу залиться краской. Что-то внутри неприятно кольнуло. Было обидно от сказанного, даже если альфа пошутил. Он на мгновение поверил, что Намджун может оказаться нормальным, но тот сделал все возможное, чтобы Чимин окончательно разочаровался. И плевать, что нравится ему безумно, и думает о нем ночами напролет. Чимин никогда в жизни не покажет слабость перед кем-то. Глаза пощипывали, и омега отвел взгляд, делая вид, что его совсем не задели слова старшего. Он медленно подошел к Намджуну, наклоняясь, чтобы никто не услышал его слов.       — я лучше дам каждому альфе с вашего мира, чем захочу тебя, — процедил младший, заставляя Намджуна до побеления сжать кулаки. Он улыбнувшись, попрощался с друзьями и вышел из беседки. Рами, заметив смену настроения альфы, решил разрядить обстановку.       — серьезно пойдете? — обращается к Кияри.       — ну конечно. А у тебя есть варианты получше?       — ладно, пошли, — заулыбался Рами, а Хосок покачал головой, — я провожу.       — Юнги, ты с нами? — смеется Кияри, получая в ответ средний палец. Альфы расходятся. Увидев, что Хосок остается, Юнги решил не спешить возвращаться во дворец. Он сел на скамью наблюдая за командиром. Намджун встал, дожидаясь младшего, затем обернулся, сразу замечая взгляд омеги.       — во дворец иди, — процедил, ближе подойдя и одной рукой схватив омегу за щеки.       — пойду, — слегка улыбается Юнги, решив, что лучше не усугублять ситуацию, устроенную Чимином. Альфа кинул холодный взгляд в сторону Хосока и направился к выходу, оставляя друга наедине с альфой. Хосок сел рядом с Юнги, наблюдая за удаляющимися фигурами.       — я думал ты омега Такари, — поделился старший, не желая обижать Юнги.       — а? Нет, мы дружим с самого детства, — улыбается, не зная как объяснить эту странную дружбу, — у меня нет альфы, — чуть тише добавляет.       — я заметил, что вы немного другие, — хохотнул старший, — кстати, я ни разу не видел как ты тренируешь стихию.       — Такари не разрешает мне тренироваться с другими, с использованием стихий.       — почему? Юнги замялся, вспоминая прошлое. Повисло молчание. Хосок поняв, что заставил младшего вспомнить что-то неприятное, подвинулся чуть ближе, заглядывая в грустные глаза.       — я тоже считаю, что альфы и омеги не должны тренироваться вместе, это слишком опасно, но я бы с удовольствием посмотрел как ты тренируешься сам, — делится, ловя в ответ улыбку.       — тогда может завтра с утра? — предложил омега, — и желательно пока солнце не встало, а то потом слишком жарко. И не в жаре дело, просто Юнги прекрасно знает, что с ним будет, если об этом узнает кто-то из его альф, но если это возможность остаться с Хосоком наедине, то он рискнет. Альфа охотно согласился, оставляя Юнги одного, а младший еще долго наблюдал за тем, как уходит тот, кого он искал столько лет.

****

Тусклый коридор пропускал яркий свет луны, играя с тенями на стенах. Легкий ветерок пробрался в покои, заставляя шелестеть бумаги с различными рецептами на письменном столе. Тэхен прикрыл окно и собрался выйти на ужин с дядей. Омега переоделся в свободную футболку и поправил кудри. Все ещё думая о раненых в городе, Тэхен не заметил, как закрыл дверь и вышел из покоев. Из мыслей вырвал лишь несильный удар о чужую грудь. Взгляд сразу устремился наверх, и лицо тут же расплылось в улыбке.       — извини, я тебя не увидел, — теряется, замечая Такари.       — это твои покои? — альфа чуть наклоняет голову в сторону, рассматривая дверь. Он в первый раз проходил по северной части дворца.       — да, но сюда нельзя приходить, — спешит предупредить.       — почему нет охраны? — Чонгук упирается руками в стену, прижимая Тэхена и оставляя лишь небольшое расстояние между телами.       — во дворце ведь всегда бывает спокойно, — сразу краснеет от близости, — тут не нужна охрана. Нужна. Тысячи солдат должны рядом стоять лишь бы спасти то, что внутри маленького сердца цветет. Чистоту в этом мире смог сохранить, и делиться с ней хочет, не зная о пороках людских. Такари рассматривает подрагивающие ресницы, что собирают мерцание звезд. Вдыхает аромат, который заставляет кровь в бурные реки превращаться, выливаясь за берега толстых вен. Пытается доброту впитать, хотя давно позабыл об этом чувстве.       — вы идете в город с солдатами? — задает вопрос, чувствуя, как горячее дыхание кожу обжигает.       — да, нужно пройтись по окрестностям. Хочешь с нами? — замечает любопытный взгляд.       — а можно? — сразу загорается младший.       — нет, — альфа не перестает удивляться наивности мальчишки.       — я вообще-то тоже солдат, — бурчит, сводя руки на груди. Такари усмехается, затем приобнимает омегу, но тот упирает руки в грудь, ловя на себе строгий взгляд. Светло-голубое сияние проскользнуло под ладонями, и Чонгук чувствует как боль во всем теле от тяжелых тренировок сошла. Будто проснулся после долгого крепкого сна, чувствуя бодрость и спокойствие. Он ухмыляется, качая головой.       — Тэхен, — строже пытается, но младший тут же прерывает, брови сводя.       — почему ты не используешь стихию? — возмущается, потому что чувствует сильную боль, которая в его теле отдается, — твое тело постоянно страдает от тренировок. Глупый, понять не может, что нельзя использовать то, что лишь боль и страдания приносит. Какой силой обладать надо, чтобы в теле одном заключить, пытаясь не разрушиться самому. Что молить будет о прекращении, если увидит то, что видят последним те, чьи души давно в темной бездне прячутся, боясь вернуться обратно. Такари тянет омегу за руку и отходит назад, садясь на выступ каменного подоконника. Тэхен встает меж разведенных ног, пытаясь не сводить взгляд с темного лица, которое даже лунный свет осветить не может. Младший крепче сжимает широкую ладонь, опуская ее на бедро альфы.       — я не вижу тебя днем, — подмечает альфа, глядя на мальчишку снизу вверх и игнорируя предыдущий вопрос.       — правитель запретил мне выходить, — тут же обиженно делится, — из-за того, что случилось, — добавляет Тэхен, боясь, что альфа подумает на себя.       — тебе лучше не выходить сейчас, — соглашается старший, — особенно в город. Тэхен вздрагивает, надеясь, что альфа ни о чем не знает. Он отводит взгляд к луне, пытаясь скрыть волнение.       — говорят, что в городе раненых намного меньше, чем подсчитали сразу после нападения, — знает все, просто давить не хочет.       — не понимаю о чем ты, — фыркает Тэхен. Он в последний раз кидает взгляд на хмурое лицо, затем в спешке уходит, потому что боится, что сразу правду расскажет, если альфа спросит. Тэхен пытается быть осторожным. Он и сам понимает насколько опасно выбираться в город без охраны. Но как он мог сидеть во дворце, зная, что сотни раненых могли погибнуть, потому что им не успели бы оказать помощь? В покоях его находилось окно, выходящие в северную часть двора. Она была не такой людной, а Тэхен знал определенное время, когда можно сбежать незамеченным. И естественно он сбежал, накидывая темную мантию и капюшон. Сбежал к тем, кто нуждался в нем. Сбежал, чтобы раны вылечить и души успокоить детей и стариков, получая в ответ теплые слова и признания добрых сердец. Он сбегал так тысячи раз, и люди ждали его, не зная о том, что Тэхен являлся членом правящей семьи. Они знали, что в городе есть целитель, и молчали, упорно скрывая правду, а Тэхен чувствовал себя самым счастливым, делая то, чем одарила вселенная, любя и заботясь о мальчишке. И сейчас сердце неприятно ныло, потому что понять не может, как Такари мог об этом узнать.

****

«Рузур» — место до которого не доходит солнечный свет. Место такое же темное, как и глаза его жителей. Молодой альфа следует за мужчиной в длинном черном плаще, голова которого идеально выбрита. На шее виднеется отличительный знак, который имел каждый Лускус. Они идут по темному коридору, напичканному кучей охраны. Дождь барабанит снаружи, нарушая мертвую тишину. Мужчины вошли в тронный зал, колонны которого возвышались настолько, что конец их скрывала темнота. Окон нигде не было, ведь солнечный свет тут был редкостью, точнее его не было вовсе. Постоянная ночь, такая же черная, как и судьба изгнанников. По периметру стояла охрана, лица которой невозможно было увидеть, из-за тяжелых защитных костюмов. В руках у каждого было оружие. Они не меняли своего положения, поэтому их с легкостью можно было спутать со статуями. Альфа опустился на одно колено, приветствуя того, кто сидел на троне.       — мой лорд, — наш шпион прибыл, как вы и приказывали, — по змеиному шепчет, поднимая черные глаза на правителя. Парень поклонился в знак приветствия, переводя взгляд на того, чье имя нельзя было произносить высшим. Холод пробежал по спине. Если смотреть в глаза Лускусов, то бездна заберет душу высшего — вспоминаются рассказы старейшин, и альфа решает опустить голову.       — мой лорд, — голос дрожит. Он не в первый раз прилетает сюда, но каждый раз сердце бьется как в последний, — нам известно, что после последнего нападения, Такар… Он с отрядом отправился на «Омегу». Сейчас они обучают солдат, и я должен сообщить, что их успехи в стихиях растут. Думаю они готовятся к войне. Альфа, смотрит на шпиона нечитаемым взглядом. Он поднял в воздух белоснежную ладонь с черной луной на тыльной стороне, заставляя тишину вернуться в зал.       — к чему бы они это? — стальным голосом обращается к приближённому, а тот лишь слегка улыбается, покорно опуская взгляд в пол, — в следующий раз подумай о своей никчемной жизни, прежде чем произносить это имя в стенах «Рузура», — добавляет, пожирая бездной парня. Он указал пальцами на выход, а шпион последовал за солдатом, зная, что следующего раза не будет.       — какие будут приказания, мой лорд?       — значит восстановить стихии хочет, — альфа встает, направляясь к выходу. Тяжелый топот ботинок, неприятно режет слух, — скажи Лирону, чтобы готовил двадцать третьих. Четвертые пусть продолжат готовить тритан, — он останавливается в проеме, разворачиваясь к приближенному, — я даю вам пару дней.       — тритан почти готов, мой лорд. Стена должна поддаться. И вновь тишина обгоняет темноту, заполняя каждую щель «Рузура».

****

Светлая терраса в западной части дворца собрала омег, которые решили отдохнуть вместе, или же как это назвал Чимин, посплетничать. Лёгкие шторы колыхались на ветру, а в центре потолка виднелось ночное небо, хвастающееся красотой своих звезд. Небольшой бассейн в центре давал прохладу. Омеги расселись на софе, и ели фрукты. Юнги успел познакомиться с Нирамом, который был другом Чимина. Он дружил с омегами в детстве, хотя большую часть жизни провел на «Родэо», куда ему пришлось перелететь из-за стихии. Но затем правитель Джин решил вернуть омегу, ссылаясь на то, что телепортация не будет использована высшим. Старейшины приняли уговор, и сейчас Нирам спокойно наслаждался жизнью на «Омеге».       — Юнги, правда, что у ваших альф большой? — заинтриговано, застал врасплох омегу Чимин, который сел поудобнее, скрестив по султански ноги.       — ну конечно, они ведь огромные, — подумал про себя Тэхен, понимая о чем спрашивает друг.       — да, они все большие, — встревает в разговор младший, кивая головой. Чимин заливается смехом, падая на бок. Омеги начинают хохотать, а Тэхен растерянно хлопает глазами.       — ты такой глупый, Тэ, — хохочет старший.       — почему? Разве ты не про рост спрашиваешь?       — если я скажу тебе о чем спрашиваю, ты умрешь со стыда, — по доброму пихает друга в бок.       — ну откуда Юнги знать, если у него нет альфы? — возмущается Нирам, доедая финик.       — как это нет! Разве Такари не твой альфа? — удивляется Чимин, обращаясь к Юнги. Тэхен напрягся, переводя взгляд на небо. Если Юнги сейчас ответит «Да», то он окончательно разочаруется в жизни.       — нет, мы просто друзья, — немного смущенно улыбается омега, и Тэхен выдыхает с облегчением. Значит Такари не врал.       — я же говорил, что они не встречаются, — язвит Нирам.       — даже если не встречаются, у них там альфы с омегами спят вместе!       — но это же не значит, что мы спим голыми! — уже возмущается Юнги, хихикая. Тэхен даже понятия не имеет, каково это спать с альфой. Он за жизнь спал только с Чимином.       — так не интересно, — бурчит Чимин, откидываясь назад, — надо, чтобы он не помещался в рот.       — что не должно помещаться? — хлопает глазами Тэхен, не понимая, о чем говорят старшие.       — не важно Тэ, ты все равно не поймешь, — махнул рукой Чимин.       — зачем тебе такой большой? — фыркает Нирам.       — затем! Чтобы можно было сказать, «Я не могу этого сделать, потому что он слишком большой». И твой муж не будет тебя заставлять, — озвучивает давно придуманный план.       — Чимин прав, это не очень хорошо. Намджун рассказывал, как бывает тяжело с омегами, — поддерживает разговор Юнги.       — ой! А Намджун у вас прям мастер в сексе? — закатывает глаза Чимин, делая вид, что совсем не заинтересован слушать дальше.       — ну, нашим омегам он очень нравится, — хихикнул Юнги, — по крайней мере в постели. Вроде бы обсуждают не Тэхена, но омега чувствует как пылают его щеки. Интересно, а Такари какой? Чимин залетел к нему вечером и возмущенно рассказал, что альфы ушли по омегам. Тэхен не знает, что это значит, но он очень надеется, что Такари не пошел вместе с ними.       — а правда, что в первую брачную ночь, у вас омега должен ублажить мужа? — чуть тише спрашивает Нирам, а Чимин вновь садится удобнее.       — да, правда. Альфа не может выйти из спальни, если его муж не сделает этого. Кстати, эти традиции у нас до сих пор очень сильно чтут, — объясняет Юнги, жуя, — а разве у вас не так?       — а вот и нет! У нас все наоборот, — победно заявляет Чимин, будто только что выиграл спор. Юнги раскрыл глаза в шоке, понимая, что им об этом не рассказывали, обучая лишь тому, что должен делать омега.       — может мне сюда переселиться, — хмурится, а друзья хихикают поглядывая на Тэхена. Младший сидит скрестив руки и обиженно дуя губы. Чимин начинает ластиться к Тэхену, пытаясь развеселить друга.       — ну-у, не дуйся Тэ, — урчит, понимая, что друг зол.       — так не честно, почему я ничего не знаю? Вы мне ничего не объясняете, — хнычет Тэхен, отворачиваясь и демонстрируя свою обиду.       — тебя научит твой альфа, — подбадривает Юнги, а младший лишь сильнее съеживается от этих слов, уже прижимаясь к Чимину.       — мне кажется, Кияри самый нормальный из ваших. Кстати он ничего так, — подмигивает Чимину Нирам.       — да, я тоже думаю, что он больше похож на наших. Например, когда Рами мне рассказывал несколько случаев, — омега подмигивает другу, — для меня он показался слишком нежным, — уточняет Чимин, разливая травяной чай в пиалы.       — что? — возмущается Тэхен, — ты обсуждал такое с Рами?       — ну-у, я рассказал пару своих случаев, а он про свои, — как ни в чем не бывало добавляет Чимин.       — Тэхен действительно ничего не знает, или вы шутите? — Юнги недоумевает. Младший тут же хмурится, выпрямляя спину. Он плотнее скрещивает руки на груди.       — мой альфа, вообще-то будет меня любить, так правитель Джин говорил мне. Он будет нежен со мной и ласков. И мне не нужно знать всякое, чтобы понравиться ему, — слегка разозлено бурчит, забывшись.       — но Тэхен, альфам иногда нравится, чтобы их муж знал все наперед, — пытается объяснить Нирам.       — жаль только мужем наш Тэхен ни для кого не станет, — Чимин не подумав, обижает младшего еще сильнее. Тэхен вскочил, оглядываясь по сторонам. Он быстро направился во двор, стирая ладошками, незаметные слезы. Чимин не специально, и от этого еще обиднее.

****

Омега сидит на песке, наблюдая за спокойным морем. Через несколько дней будет прилив Рэймашев, и омега очень бы хотел показать его Такари. Несколько пальм позади шуршат листьями, нарушая тихую песню волн. Луна ярко светит, рисуя силуэт омеги на песке. Тэхен держит в руках ледяную розу, подаренную альфой, чье имя он даже не знал. Вообще-то он тоже омега, и давно уже не ребёнок. Ему хочется внимания альф, хочется узнать каково это, проводить время наедине, болтая о разных мелочах, и возможно даже обнимать друг-друга. Джин рассказывал в детстве, что когда Тэхен вырастет, его возьмёт в мужья самый лучший чистокровный. Он будет любить его и заботиться о нем. Тэхена учили чистоте и невинности, никогда не рассказывая о том, что бывает когда альфа и омега остаются наедине. Он всегда хотел спросить об этом, перед брачной ночью, ведь ему должны были рассказать. Омега спрашивал об этом у Чимина, но тот всегда отнекивался, говоря, что Тэхену лучше не знать. Неужели там что-то страшное? Если да, то почему Чимин не боится? Он мог лишь представлять, рисуя в голове картины, а затем стесняться своего воображения. Но все закончилось в тот день, когда дядя пришел и сказал, что Тэхен последний чистокровный, оставшийся во вселенной. Тогда контроль над омегой усилился. Джин никогда не обсуждал это с племянником, лишь объяснив, что мужем он теперь не сможет стать, а Тэхен просто смирился со своей судьбой, слушая глупые рассказы друзей.       — совсем не слушаешься, — внезапно шепчет появившийся рядом Такари, который успел присесть к омеге. Тэхен вздрагивает, оборачиваясь к альфе. Все-таки он не ушел по омегам. Младший широко улыбается, разглядывая лицо, по которому успел безумно соскучиться.       — я просто хотел посмотреть на море перед сном. А ты… разве не ушел с остальными? — чуть тише интересуется.       — как видишь, — усмехается Чонгук, садясь позади Тэхена, чтобы тот откинулся на грудь. Наверно о том, что он только что вернулся, не стоит говорить. Альфа вдыхает любимый запах, — опять грустишь? — шепчет, касаясь ушка. Тэхен слегка жмурится, чувствуя дрожь в теле, и кладет голову на плечо командира.       — я не знаю, что делать когда выходишь замуж, — бурчит уныло.       — замуж собрался? — Чонгук усмехается.       — нет, просто… Вот Чимин сказал, что что-то не должно помещаться в рот. Омега должен что-то съесть да? — вновь возмущается, пытаясь обернуться на альфу, но тот сильнее вжимается в кудрявый затылок, сдерживая усмешку.       — зачем Чимин говорил тебе это? — тихо смеется.       — они обсуждали всякое такое, с Юнги и Нирамом. А я ничего не знаю… Такари чуть напрягся, крепче обнимая Тэхена. Зачем Юнги обсуждал это с омегами, он узнает у него завтра, а сейчас альфе стоит огромных усилий не представлять Тэхена после замужества. Это будет очень долго и тяжело. Такари довольно хмыкает, кусая нежную кожу за ухом омеги, отчего второй съеживается, стыдливо улыбаясь.       — тебе не нужно этого знать, — не перестает шептать, — iniquitas mea in innocentia tua est. Тэхен не понимает, но дыхание перехватывает от этих жарких слов. Омега пытается вжаться сильнее, цепляясь за руки старшего. Если бы сейчас наставники видели Тэхена, то сочли бы его за самого распутного омегу во вселенной, но эти горячие прикосновения, и тяжелое дыхание альфы туманят разум. Наверно это и есть - остаться наедине. Тэхен чувствует, как низ живота начинает тянуть. Альфа поглаживает волосы младшего, каждый раз зарываясь в них носом и слушая как омега тихо урчит, наклоняя голову вбок. Чонгук несколько раз невесомо целует смуглую шею, получая в ответ тяжелый вздох. Такари ненавидит это. Ненавидит быть нежным и ласковым. Он не любит долгих прелюдий, сразу приступая к главному, но сейчас этот мальчишка сводит его с ума. Чонгук хочет наслаждаться этим моментом, растягивая его. Альфа поглаживает смуглую щеку, разворачивая стыдливое лицо к себе. Тэхен жмурится, а старший тянется к желанным губам, но в миг отстраняется, замечая маленькую ледяную розу на песке.       — что это? — кивает на цветок, а Тэхен вздрагивает, будто проснулся ото сна.       — а это… — омега замялся, убирая светлые кудри за ухо, — это роза.       — я вижу. Откуда она? — чуть жестче давит, заглядывая в растерянные глаза.       — мне подарил ее один из ваших альф, — невинно начинает рассказывать, не замечая как меняется дыхание старшего, — мы тогда смотрели на тренировку с Юнги. Я так удивлен, что высшие умеют делать такие прекрасные вещи, — омега указывает на розу, — несмотря на свои опасные стихии. А еще солдаты рассказали мне, что у вас раньше был один альфа, и его стихией был снег! — продолжает лепетать Тэхен, вспоминая рассказ, — а сейчас таких нет. Я никогда не видел снег, он шел в последний раз, когда я был очень маленьким. А ты застал его? — хлопает глазами.       — да. Застал, — сухо отвечает, пожирая омегу взглядом. Действительно ребенок.       — как здорово, а я читал про него только в книгах. Повисла тишина, от которой Тэхен почувствовал неловкость. Омега вновь повернул голову к старшему, замечая тяжелый взгляд.       — а ты умеешь делать что-то прекрасное своей стихией? — чуть тише спрашивает, поддаваясь своему любопытству. Такари молча смотрит на омегу, затем переводит взгляд на розу. Он легким движением пальцев поднимает ее в воздух, параллельно раскрывая ладонь. Тэхен наблюдает, как роза парит в воздухе над высшими, в удивлении раскрыв глаза. Она так прекрасна под лунным светом, что проходит сквозь нее, заставляя переливаться золотом.

Цветок парит еще немного, затем Такари резко сжимает кулак, отчего роза с громким треском лопается на тысячу кристаллов, которые летят в сторону высших. Тэхен пугается, вздрогнув, и наблюдает за тем, как крохотные снежинки ложатся на темную форму. Омега тяжело выдыхает, больше не чувствуя тепла сзади. Такари вновь оставляет младшего одного.

Потому что он знает — Тэхен искренне верит в то, что альфа только что показал ему снег.