Цена нашей свободы

      Натаниэль задумчиво вертел в руках небольшую флешку с прикрепленным к нему причудливым брелоком в форме мордочки спящего котенка. Он незаметно покосился на стоящего напротив него Питера, небрежно убравшего руки в широкие карманы штанов и с нескрываемым интересом разглядывающего его комнату. На его спине болтался черный портфель, которого до этого с ним не было. Этот милый брелок не вязался с дерзким образом Осборна, но, судя по потертым краям, ею пользовались не раз и о принадлежности именно этому человеку никаких сомнений почему-то не возникало.       Натаниэль отвернулся, пододвигая к себе ноутбук и лёгким нажатием запуская его. На экране отобразилась загрузка, которая исчезла почти сразу, открывая главный экран.       — Там все, что я смог нарыть про этого Пруста. Он записывал все сеансы терапии, которые проводил с Миньярдом, таким образом оставив после себя кучу улик. — неторопливо, с ноткой почтительности, проговорил Осборн, заставив Натаниэля навострить уши. Питер слегка насмешливо улыбнулся каким-то своим мыслям, наблюдая за его действиями. При следующих словах в серых глазах проскользнуло чистейшее отвращение. — Настолько сильно хотел угодить младшему ублюдку Мориям, что едва наизнанку не выворачивался. Он настолько убогий, что я даже рад, что он в числе будущих жертв старшего ублюдка Мориям. Если бы мне позволили, я бы убил подонка самостоятельно.       Натаниэль застыл, покрывшись толстым слоем льда, но это произошло вовсе не от беспощадных слов, бездумно брошенных ему в лицо. Весь воздух в лёгких куда-то пропал, причиняя колющую боль в районе грудной клетки. Он мысленно заново повторил сказанные Питером слова, недоверчиво уставившись в пустоту. Запустив пальцы одной руки в волосы, он сжал зубы, сдерживая горячий гнев, поднимавшийся с глубины души. Порывисто выдохнув, таким образом заставляя себя через силу расслабиться, хотя его изнутри продолжало разрывать от тихой ненависти, он свёл брови вместе, на секунду зажмуриваясь.       — Записывал? — выдавил Натаниэль, крепко сжимая флэшку в кулаке и опуская на нее острый взгляд потемневших глаз. — Он записывал… все?       Питер натянуто улыбнулся, уловив странные нотки в чужом обманчиво безразличном голосе, но увернуться от ответа не попытался, с каким-то одержимым любопытством впитывая в себя чужую реакцию и ядовитую злость. Ее было невозможно увидеть невооруженным взглядом, а только ощутить с помощью напряжения, появившегося в воздухе. Натаниэль чувствовал на себе пристальное внимание, обжигающее кожу и лицо, выявляющие слабости. Он ничего не говорил на это, сконцентрировавшись только на одной мысли, бессмысленно надеясь, что ему действительно просто послышалось, понимая всю жалость усилий, чтобы убедить себя в этом. Сколько бы его тело не калечили и не ломали, но органы слуха никак не повредились, так и оставаясь отменными, о чем он, впервые за все это время, искренне пожалел.       — Абсолютно каждый сеанс и встречу с Миньярдом он записывал на камеру, — послогово повторил Питер и его слова прозвучали как смертный приговор, но неизвестно для сдержанности или этого больного подонка, уже и без того записанного в смертники.       Натаниэль болезненно прикусил губу и молча вставил флешку. Слегка подрагивающие пальцы быстро забегали по клавишам, загружая и открывая нужный документ, подписанный только заглавными буквами с именем, вызывающее внутри ничего кроме всепоглощающего отторжения. Натаниэль невольно скривился, когда на экране высветилась фотография Пруста, сделанная в полный рост. Увидев его кислую мину Питер издал смешок, мигом замаскировав его под дикий кашель, делая вид, что не заметил коротко брошенного злобного демонического взгляда.       Вернув внимание обратно к фотографии, Натаниэль заставил себя приглядеться и запечатлеть этот образ у себя в голове. До этого он даже понятия не имел как выглядит этот человек и как звучит его полное имя, сейчас же он имел шанс это исправить.       Блестящая залысина с короткими, практически до конца облезшими, седеющими волосами, неопрятно заправленными за ухо. Широкое лицо с толстыми складками у рта, крупный нос, на котором примостились очки в толстой оправе, увеличивающие болотного цвета глаза, морщины на лбу и темные мешки от недосыпания. Сама его фигура была сгорбленной и тощей, будто он длительное время страдал от анорексии. Тонкие сухие губы слегка приподняты вверх в чем-то, что, судя по всему, должно было быть мягкой, дружелюбной улыбкой, но Натаниэль увидел только ехидную усмешку. Возможно, это разыгралось воображение, добавляя того, чего на самом деле нет, используя его знания о прогнившей и продажной натуре психиатра.       Проглотив противный ком в горле, он посмотрел на напечатанные чуть ниже строчки.       Полное имя: Бенедикт Клаус Пруст.       Возраст: 47 лет.       Нынешнее место работы: больница психологической помощи Истхевен.       Натаниэль на долю секунды задержался на возрасте, после чего скользнул взглядом дальше. Здесь была собрана вся информация, которая только могла о нем быть, вплоть до кафе, в который он любил ходить по субботам и предпочитаемой марке одежды. Такая детализация пугала. Питер не упустил ничего, что могло пригодиться, несмотря на то, что отлучился он только на один час. Натаниэль быстро пролистал вниз, не считая это чем-то важным, на что нужно тратить свое время останавливаясь только тогда, когда достиг списка достижений. Натаниэль мало что понимал в психотерапии, но длинный список заслуг и оконченных училищ произвел на него смешанное впечатление. Он был удивлен, разочарован и в тоже время зол, сам не понимая на что именно.       Сжав челюсть, он мотнул дальше, торопливо пробегая по тексту, не задерживаясь на чем-то дольше пары мгновений. Питер в притворной обиде надул губы, отлично видя как результатами его труда откровенно пренебрегают и не уделяют должного интереса, большую часть беспечно пропуская. В какой-то степени он понимал почему Натаниэль так поступал, в конце концов он бы и сам-то не стал особо зацикливаться на изучении жизни без пяти минут бесполезного мертвеца, но стоять ничего не делая было невообразимо скучно, поэтому Питер развлекал себя тем, что строил из себя обиженного жизнью мальчика, даже с учётом того, что новый Босс на него совсем не смотрел.       Безучастные голубые глаза Натаниэля широко распахнулись и он неосознанно подался вперёд, нахмурившись, не до конца веря прочитанному. Помимо имени Рико Мориямы, на которое он ожидал рано или поздно наткнуться как на непосредственного виновника этой заварушки, был также предоставлен короткий список других знакомых и не очень имён, где среди них припряталось имя и Кевина Дэя, ставшего для него полнейшей неожиданностью.       — Он раньше работал с командой Воронов? — недоверчиво прищурился Натаниэль, тут же находя ниже доказательства своей догадки с подробным планом посещения каждого игрока.       Некоторых из них уже давно не было в команде, но не это занимало все мысли Натаниэля. Последний проведенный им сеанс с два года назад впустившимся Эданом Кограном произошел давно, но тем не менее, сам факт того, что Кевин был напрямую знаком с Прустом, с подачки Рико мучавшего Эндрю на протяжении всей реабилитации, просто отказывался укладываться в голове.       — О, ты наконец-то наткнулся на один из самых интересных моментов, — оживился Питер, пружинистым шагом подходя ближе. — Жизнь в Гнезде едва ли можно назвать райской и каким бы ужасным тренером наш «многоуважаемый» Тетсуи не был, — в его голосе послышался неповторимый скептицизм. — Ему было важно, чтобы игроки сохраняли хотя бы видимость моральной стабильности, не дай бог испортив их имидж, и таким образом заодно предотвращая вероятность нервных срывов воронят во время матчей.       Питер протянул руку, приподняв бровь и мило улыбаясь, беззвучно спрашивая разрешения. Получив кивок, он повернул к себе ноутбук, став быстро мотать вниз что-то старательно ища, впрочем, не переставая говорить и вводить Натаниэля в понимание ситуации:       — Проработал он с ними недолго, как, думаю, ты уже успел заметить. Произошел крупный скандал, где его обвинили в жестоком обращении к пациентам с неприемлемыми способами оказания помощи. — Он закатил глаза, то ли забавляясь, то ли раздражаясь с этого. Между светлых бровей пролегла лёгкая складка, когда следующие слова сорвались с его языка: — Разумеется, доказать ничего не удалось, но репутация все равно оказалась испорчена, а Воронам нужны только лучшие, так что ему рядом с ними стало не место. Тетсуи опасался, что эта грязь может запятнать его безупречных королей Экси и потому он не мог позволить Прусту продолжать быть в близком окружении Рико и Кевина. Под давлением Тетсуи ему пришлось уехать и устроиться работать в Истхевен, но связь с бывшим подопечным у него сохранилось. Точнее, Рико забыл про него, вспомнив лишь тогда, когда он оказался востребован и полезен, да ещё в том месте, куда упекли неуловимого вратаря Лисов, напускающего страх даже на него. — поспешно поправил себя Осборн, криво ухмыльнувшись. В его зрачках зажёгся недобрый огонек, не суливший ничего хорошего и Натаниэль мысленно подготовился услышать что угодно, но под ложечкой все равно неприятно засосало, реагируя на напряжённое ожидание, сковавшее тело. — Пруст ухватился за этот приказ, как пиявка, видя в этом задании призрачный шанс на возвращение прошлой хорошо оплачиваемой работы и окончательной очисткой своей дурной репутации. Что сказать, Рико умело отыгрался на жадности Пруста, надавив на слабые стороны старого уродца, устроив Миньярду веселую реабилитацию в Истхевене. Даже ворона может больно клюнуть льва в глаз, если не отломать ей клюв заранее. — Питер сморщил нос и с тяжёлым вздохом повернул ноутбук обратно к нему, выпрямляясь и становясь по правое плечо. — Вот, взгляни.       Натаниэль коротко глянул на Питера, чувствуя странную, нехарактерную ему неуверенность, после чего, одернув себя, наконец обратил внимание на экран. Бледное лицо никак не изменилось, не показав признаков каких-либо эмоций. Но, в противовес этому, под кожей забурлила кровь, быстро нагревшись до температуры кипящей лавы, ошеломляюще ударив в голову, выжигая глаза и перекрывая кислород. Весь мир сжался до экрана ноутбука, заставляя на мгновение забыть об окружающей реальности.       — Так вот значит какие он практикует «сеансы специальной терапии», — вспоминая когда-то сказанные Рико слова, не своим голосом прохрипел Натаниэль.       Он понимал, что должен отвести взгляд, что не имеет права смотреть, так грубо вмешиваясь в личные границы Эндрю, взбираясь в душу и тайны, которые он никогда не хотел никому раскрывать. Но он не мог этого сделать, даже если бы приложил все свои силы. Это было хуже, гораздо хуже того, что он предполагал, когда впервые услышал о Прусте. Если бы он стоял, то его колени обязательно бы подкосились, вынудив тяжело рухнуть на пол. Но он сидел, отчего чувство нереальности происходящего только усиливалось. Он не хотел в это верить, он не хотел этого видеть. Перед глазами было несколько видео, обложки которых вызывали тошноту.       На одной из них Эндрю пустыми остекленевшими глазами смотрел в потолок, явно не в себе, не осознавая кто он и где. Его тело было прочно зафиксировано ремнями, как обычно поступали с особо буйными пациентами, чтобы он не мог сделать даже одного лишнего движения, а над ним возвышался Пруст с глумливой улыбкой, криво прорезшей бескровные потрескавшиеся губы. Штаны низко спущены, горящий голодом взгляд направлен исключительно на невменяемого Миньярда с измождённым лицом и потерявшими всякий блеск глазами. Это было безумие, самое настоящее безумие.       — Я убью его, — одними губами прошептал Натаниэль, бессильно падая спиной на спинку стула и остервенело сжимая руки в кулаки, не обращая внимание на жалящее онемение, распространившееся до самых кончиков пальцев. Эта лёгкая боль была ничем, по сравнению с тем, что он видел на экране.       — Кого? Рико? — с любопытством уточнил Питер, сумев услышать сказанные слова сквозь звенящую тишину в комнате. — Можешь промотать чуть ниже, помимо видео есть все переписки Мориямы с Прустом. Рико удалил их, но Пруст решил приберечь и таким образом обеспечить себе безопасность, в случае чего утащив Рико на дно следом за собой.       Натаниэль не шелохнулся, хотя прекрасно расслышал Питера.       В груди образовалась знакомая пустота, та самая, что съедала его в ночь убийства Дрейка, когда он застал окровавленного, избитого, смеющегося над собственным горем Эндрю, придавленного тяжёлым весом к смятой кровати и беспокоившегося только об Аароне. Вина сдавливала виски, выкачивая последние силы и этим добивая. Несмотря на то, что он выполнил условия Рико, тот в ответ своего обещания не сдержал. Возможно, если бы он сразу подписал контракт с Воронами, то этого всего Эндрю смог избежать, но Натаниэль упрямился, терпя боль и удары, только чтобы и дальше быть лисом, пока Эндрю страдал куда сильнее из-за его жадности и эгоистического желания вернуться в команду, частью которой он стал благодаря упрямству Кевина. Дэй хотел завербовать талантливого новичка, а не пропавшего сына Мясника. Кто знает как бы все обернулось, если бы в тот роковой день Кевин смог бы разглядеть под слоем краски и цветных линз исчезнувшего с украденными деньгами Натаниэля Веснински? Все они были бы куда счастливее, откажись он от предложения, сквозь боль переборов свое искушение, продолжив жить в постоянных бегах. В одиночку.       Все было бессмысленно. Пришлось в который раз самому себе напомнить, что прошлое не изменить, как бы он этого не жаждал. Отказавшись подписывать контракт с Тетсуи, Натаниэль лишь сделал небольшую отсрочку, при этом обрекая Эндрю на очередное изнасилование, в момент наибольшей уязвимости. Да даже в ту больницу он пошел с его подачки, получив от него обещание защитить Кевина. Теперь он не знал как в следующий раз при встрече сможет посмотреть ему в глаза. Он не заслужил прощения, своеобразной заботы и защиты, безвозмездно подаренные Эндрю. Он подпустил его к себе, убрав почти все шипы и иголки, которые носил как броню от окружающего мира, и чем же Натаниэль в ответ отплатил? Это был удар ниже пояса, выбивающий дух и ломающий изнутри кости.       Он не заслужил всего того, что дали ему Лисы.       Он не заслужил того, что дал ему Эндрю.       Натаниэль прекрасно понимал, что финальная игра Лисов против Воронов будет его последней и как бы ему не было от этого больно, он должен принять это и смириться. Экси и Лисы будут для него под запретом, хотя они явно после произошедшего видеть его не хотят. Дело было даже не в том, что ему кто-то запретил, это решение Натаниэль принял сам. Теперь он был членом якудза, правой рукой Главы Империи Морияма и наследником клана Хэтфорд, находиться рядом с ними слишком опасно. Кто-то может снова попасть под удар из-за его беспечности, он не мог позволить этому случиться. Он бы ушел прямо сейчас, навсегда оборвав связь с Лисами, похоронив воспоминания о них глубоко в душе, если бы это смогло помочь исправить ошибки или защитить их, но перед этим ему нужно сдержать обещание и привести всех к победе, уничтожив то, что Рико ценит больше всего: титул Короля и номера Один, посадив свою команду на пьедестал победителей.       — Неужели даже не взглянешь? — по птичьи наклонив голову спросил Питер, смешно надувая щеки и делая щенячьи глазки, но Натаниэлю было не до его веселья и дурачеств. Он одарил Осборна таким убийственным взглядом, что тот даже неосознанно отступил назад, переставая кривляться как обезьяна в цирке.       — Нет, — отрезал он, дерганым движением захлопывая ноутбук и отталкивая его подальше от себя с таким видом, словно он был не иначе как взрывчаткой. Натаниэль боялся увидеть то, что ещё находилось там. Он узнал то, что хотел: Пруст был в списке тех, кто в скором времени отправится на тот свет, он запомнил как выглядит его лицо, больше ничего ему нужно не было.       — В таком случае, я сам тебя проинформирую, чтобы хотя бы немного погасить жажду убийства, которое сейчас горит в твоих очаровательных глазках. — посерьёзнев, сказал Питер, поправляя пластырь, немного сползший вниз. Его голос приобрел странную тональность, словно он был бойцом, что отчитывался о задании своему командиру. У Натаниэля не нашлось даже капли сил, чтобы одернуть по этому поводу. — Как я уже говорил, Пруст хотел отлично выполнить приказ Рико и потому использовал самые извращённые способы «лечения», которые только приходили в голову. В таких делах он уже был специалистом, поэтому никогда не оставлял следов, из-за которых его могли бы заподозрить другие лечащие врачи. После своих грязных делишек он всегда присылал Рико доказательства, парочку из которых тебе посчастливилось увидеть сейчас.       — Я это уже понял, к чему ты мне все повторно рассказываешь? — устало надавив на виски, прошипел Натаниэль, зыркнув на Питера исподлобья. Перед глазами всплыла недавно увиденная обложка «доказательства», отчего Натаниэль сдавленно прорычал, рукой закрывая глаза и выбрасывая эту картинку подальше с мыслей, но безрезультатно.       — Чтобы ты в порыве своей ярости не упустил мимо важные факты, — спокойно отозвался Питер, после чего спохватился. — На чем я остановился? Ах да, но по непонятным для Пруста причинам Рико не смотрел и не читал его сообщения, что заставляло его нервничать и опасаться того, что он решил неожиданно оборвать сделку или подставить нашего бедного докторишку.       — И что с того? — без ожидаемой от него увлеченности всё-таки спросил Натаниэль, обращая на него взгляд, когда Осборн замолчал, ожидая хоть какого-нибудь отклика.       В висках ещё сильнее защемило, а голова начала отдавать тупой пульсирующей болью, перетекая в позвоночник. Натаниэль снова прикрыл веки, которые ощущались такими же тяжёлыми как свинец, давя в себе тоскливый стон.       — Дело в том, что Рико был настолько занят тобой и своими бесполезными попытками заставить тебя подписать контракт, что напрочь забыл о Миньярде и Прусте. — щёлкнув языком, разочарованно качнул головой Питер, крутясь на пятке. — Пока он на пару с Тетсуи развлекался с тобой, Пруст чуть ли окончательно кукушкой не поехал. Никаких инструкций ему больше не поступало, а заказчик так вообще пропал с поля зрения. Поэтому Пруст решил действовать по собственной инициативе.       Натаниэль склонил голову, переваривая услышанное. То, с какой удивительной лёгкостью и беспечностью Питер говорил об этой ситуации разительно отличалось от реакции Хару, Ноэ и Сэма, не переносящих Тетсуи и Рико в целом, смотря на них как на нечто крайне отвратительное и нелицеприятное. Но, как ни странно, затрагивать эту тему с ним было легче, от него не чувствовалось ни жалости, ни сочувствия, а только хладнокровное наблюдение стороннего зрителя, не причастного к спектаклю.       — По собственной инициативе? — медленно повторил Натаниэль, его голос задрожал от тихой ярости, даже головная боль на время отступила на задний план, всем существом концентрируясь на одной мысли: неужели он действительно старался его оправдать? И кого? Рико Морияму? — То есть, ты таким образом хочешь сказать, что вины Рико в том что произошло нет?       Питер дёрнул уголком губ, серые глаза потемнели на несколько тонов, будто таким образом выражая недовольство тупостью Натаниэля, не понимающего очевидных вещей.       — Так сложились обстоятельства, он был зачинщиком, а не посредственным виновником. — неторопливо, чуть ли не по слогам, как для умственно отсталого проговорил Питер, при этом умудряясь сохранять в голосе те самые нотки почтительности, обозначающие их статусы босса и подчиненного. — Он не давал приказа начинать мучить Эндрю Миньярда, Пруст принял это решение сам. Рико слишком зависим от своей семьи и глупого желания стать похожим на членов главной ветви, поэтому он планировал сдержать обещание, когда ты приехал, зная насколько серьезно к ним относятся в якудза. Пруст подставил его, став действовать самостоятельно, чем вызвал гнев Рико, но с этим он ничего не смог поделать из-за предусмотрительности психиатра, записавшего все их встречи, разговоры и переписки, в случае распространения способные разрушить репутацию и подставить не только его, но и Ичиро с Кенго. Теперь ты понимаешь?       — Это не отменяет его вины, — ледяным тоном возразил Натаниэль, поднимаясь с удобного кресла и становясь напротив Питера. Несмотря на гриндерсы, что значительно прибавляли Питеру рост, Натаниэль все равно был выше на несколько сантиметров, глядя на него сверху-вниз. — Он убил Сета, травмировал Кевина, именно Рико ответственен за то, что произошло с Эндрю в Истхевене, подкупив Пруста, да даже Дрейка он вызвал, решив отыграться на чужих травмах, чтобы потешить свое эго.       Рико не заслуживал прощения.       Он отнял у Лисов слишком много и все только для того, чтобы доказать свое превосходство, используя деньги и гнилую натуру людей как оружие. Рико взрослый ребенок, слишком заигравшийся и забывший свое место, думая, что ему все позволено лишь потому, что он носит гордую фамилию Мориям, подмявшую под себя внушительную часть Америки, но, как бы отвратительно не было это признавать, отныне Натаниэль тоже был Мориямой, при этом находясь на двадцать ступеней выше чем Рико, так почему же он не может заставить его поплатиться, отомстив за всех? Да, это низко, но Рико заслужил. Почему он должен пожалеть и понять того, кто никогда не пытался сам этого сделать, придумывая новые планы, чтобы как можно больней ударить по Лисам? Особенно если взять в расчет, что Ичиро дела нет до младшего брата, он желал лишь увидеть их противостояние в финальном матче. Помимо фанатов, не знающих истинное лицо их обожаемого кумира, о смерти Рико никто не будет грустить, так зачем же тогда позволять жить такому дерьму?       — По сравнению с тем, что каждый день происходит в мафии все это нельзя назвать никак иначе как детским лепетом. — хмыкнул Питер, его глаза прищурились в заметном раздражении, но он не отступил. — Я не Смурфик и даже не Стюарт, чтобы так трепетно заботиться о твоей нежной психике, закрывая глаза на убогие потуги отомстить за страдания посторонних людей, при этом игнорируя собственную безопасность и последствия, которые могут тебя настигнуть.       — Они не посторонние, — зашипел Натаниэль сквозь зубы. — Они моя семья.       Взгляд Питера стал жёстким, заострив черты лица, но в нем все равно промелькнуло что-то отдаленно похожее на понимание, что отнюдь не смягчило прозвучавшие в следующую секунду слова, бьющие так же больно, как знакомые материнские пощёчины:       — Но сейчас они не иначе как помеха и ты должен это осознавать. Твоя привязанность к ним контролирует тебя, давая врагам отличный способ надавить на эту слабость. — уголки губ заломились в странной болезненной улыбке, исчезнув практически сразу, едва Натаниэль успел ее заметить. — Клану Хэтфорд нужен хороший, сильный претендент на роль наследника и пусть в тебе есть нужные качества, но они меркнут перед самоотверженностью во благо команды. Ты обязан думать, не идя на поводу у эмоций и уметь извлекать выгоду из каждой ситуации, иначе навредишь не только себе, но и «семье» со Стюартом. Уже сейчас за тобой охотятся люди Натана, разбежавшиеся по всей Америке как тараканы в твоих поисках и что же будет если они наконец-то додумаются взять в плен кого-то из Лисов, каким-то чудом избежав бдительной охраны Мориям и моих людей, чтобы выманить тебя? Сможешь ли ты действовать точно и хладнокровно? Твое будущее будет связано с постоянными рисками и смертью, пора бы уже снять с глаз очки и осознать где именно ты находишься. Клан Хэтфорд очень важен для меня и я не позволю уничтожить и привести его в упадок даже тебе, наш многоуважаемый будущий Глава.       Питер умолк, задумчиво обводя чужое посеревшее лицо пристальным взглядом, пока сам Натаниэль едва дышал, невидящими глазами уставившись сквозь Осборна, осознавая, что он был прав во всем, но до последнего не желая этого признавать. Он стоял, разрываемый злостью и бессилием, но ничего не говорил, не предпринимая попыток все опровергнуть. Лучшая защита для Лисов это его существование как можно дальше от них. Натаниэль не мог вмешиваться в их проблемы, при этом не привлекая к ним лишнего внимания, подставляя под удар. Его привязанность может их убить.       Сейчас он неизвестен среди якудза, о нем знают только самые приближенные к Ичиро, но когда тот прочно займет трон, то оставаться дальше в тени будет невозможно. Как никак, он был чуть ли не козырной картой. Не только у Мориям много врагов, у Хэтфордов их тоже предостаточно, а позиция наследника клана и правой руки Главы Империи, носящий его фамилию, вызовет полный ажиотаж среди преступников не только в Америке и именно он будет тем за кем начнется массовая кровавая охота. Нельзя ими рисковать.       Он не имел права сомневаться и грустить о том, что больше никогда не повторится. Практически все, что знали о нем Лисы, было хитросплетениями лжи, которую он выращивал в себе годами, закрепляя указаниями матери, покрываясь толстой защитной оболочкой. Было справедливо рассказать обо всем, раскрыться, дать им понять с каким человеком они все это время сосуществовали, но это знание могло стоить для них многим, включая жизни.       Натаниэль не мог делать вид, что ничего не произошло и не изменилось с тех пор, как Ичиро выторговал его у отца и посадил справа от себя. Как они отреагируют, когда он вернётся, а после финального матча бросит их, ничего не объяснив? Возненавидят? Потребуют расплаты? Это было не важно, главное, что они будут в безопасности. Они смогут набрать новичков, натренировать их и в следующем году снова выйти победителями. Место вице-капитана, которое Ваймак хотел вручить ему, получит кто-нибудь другой, кто-то более достойный. После выпуска они попадут в хорошие сборные, станут звёздами Экси или заживут спокойной жизнью, вдали от репортёров и постоянных тренировок. Они смогут жить так, как сами этого захотят. Не этого ли он хотел? Ему будет достаточно видеть их счастье издалека. Так что разбитые мечты, о которых он год назад и думать не смел, не имели никакого значения.       — На самом деле, ты даже не представляешь насколько я тебе благодарен. — тон голоса Питера слегка потеплел, добавляя успокаивающие нотки, снова приковывая к себе ослабевшее внимание. — И что бы ты сейчас не думал обо мне, но мне действительно жаль, что тебе пришлось занять место, о котором ты не желал и пытаться стать тем, кем быть не хочешь. К несчастью, не всё идёт в жизни так, как мы мечтаем. Но я обещаю тебе, что буду помогать тебе во всем, приложу все силы, чтобы защитить тебя и без колебаний умру, если это потребуется. Я знаю твою историю жизни и через что тебе пришлось пройти за свои неполные двадцать лет, но мафия не место для жалости и уязвимости. Одна ошибка и ты мертвец. Пойми, здесь слабость — преступление. От этого надо избавляться, пока кто-то с ее помощью тебя не сломал. И уж лучше это сделаю я, чем кто-то из твоих врагов.       Весь недавний гнев Натаниэля лопнул и сдулся как воздушный шарик, уступая место холодной апатичной пустоте. По каким-то причинам он не мог подобрать слов, чтобы дать достойный ответ. Ему казалось, что Питер поделился чем-то личным, чем-то, что имело для него особое значение, раскрывшись с новой, мудрой стороны. Ему не хотелось язвить, брезгливо морщиться, говорить, что ему все это не нужно, ведя себя как ребенок, каким до этого он считал Питера, потому что он был прав. Прав во всем. И он должен это принять, как бы больно это знание не резало по сердцу.       — И за что же ты мне благодарен? — устало произнес Натаниэль, обходя Питера, не нарочно задевая плечом, без промедления падая лицом в мягкую кровать, сразу же зарываясь в пушистое одеяло таким образом, чтобы остались видны только глаза и непослушно выбившиеся пряди рыжих волос.       — Это долгая история, уверен, что хочешь услышать ее сейчас, а не лечь спать? — безмятежно прищурился Питер. — Без обид, Нати, но ты выглядишь настолько разбитым, словно только что выполз из могилы.       Против воли с губ Натаниэля сорвался тихий сиплый смешок. Осборн был не первым и точно не последним, кто говорил ему похожие слова за последние несколько дней. Конечно, видок у него сейчас был не очень привлекательным и презентабельным, но это далеко не самое худшее состояние, в котором ему приходилось пребывать до этого времени. Он вполне мог бы даже выдержать полноценную тренировку Воронов, если бы позволили хотя бы раз взять в руки клюшку.       Питер закатил рукава, с удобством усаживаясь на пол, проигнорировав рядом стоящие кресло. Подобрав под себя ноги, он взглянул на Натаниэля и заметив в его поникшим взгляде что-то, что ему не понравилось, быстро мотнул головой, всем видом выражая несогласие. На симпатичном лице сверкнула извиняющаяся улыбка.       — Отложим этот разговор на время, лучше поспи, а то, боюсь, твой дядюшка будет страшно недоволен, если узнает, что вместо того, чтобы дать его кровиночке поспать, я утомлял ее своей болтовней. — в противовес своим словам Питер не выглядел обеспокоенным этим, скорее в большей части заинтригованным. — Ты же не против, если я немного побуду здесь, не правда ли? Мне что-то не очень хочется снова натыкаться на Смурфика с его верными подпевалами, что сейчас как стручки торчат за дверью, судя по всему думая, что одно мое нахождение здесь уже портит вдыхаемый тобой кислород.       Натаниэль вяло пожал плечами, не давая четкого разрешения, но и не прогоняя. Питер улыбнулся ещё более ослепительно, приняв это движение за согласие, мастерски игнорируя, или не обращая внимания, на отголоски сказанных им резких слов, что всё ещё делали атмосферу в комнате давящей и напряжённой. Питер невозмутимо расстегнул свой портфель, доставая навороченный ноутбук. Введя пароль, он углубился во что-то, что выглядело как бесконечный код состоящий из быстро сменяющих друг друга цифр. Судя по сосредоточенному лицу и быстрому стуку пальцев по клавиатуре, дополняющими код новыми знаками, он отлично понимал их значение.       — Ты проверял комнату на наличие прослушивающих устройств и камер наблюдения? — неожиданно поинтересовался он лёгким голосом, вырывая Натаниэля из полудремы, в которую он успел впасть, наблюдая за порхающими движениями рук британца.       Натаниэль нахмурился, не понимая чем вызван такой неожиданный вопрос, но все же ответил жутко хриплым голосом, как человек болеющий хронической ангиной, замешкавшись на секунду.       — Да, сразу после встречи с дядей.       — Нашел что-нибудь? — все также беспечно-скучающим голосом спросил Питер, краем глаза покосившись на него, после чего возвращая максимально серьезный взгляд на ускорившийся поток цифр, недовольно цыкнув, когда чуть ли не сделал небольшую ошибку.       — Нет, ничего.       Оказавшись в комнате он первым делом тщательно обшарил каждый уголок, даже несколько раз заглянул под кровать и проверил шкаф, стол, тумбочку, на всякий случай встряхнув и вазу, но никаких следов камер с прослушками так и не обнаружил. Вполне возможно, за ним следят с помощью предоставленного ноутбука, но и там поиски оказались безуспешными, но на всякий случай он заклеил камеру пластырем. Постукивания по стенам и полу тоже ни к чему не привели. Он мог что-то упустить из виду, не придав значения чему-то на первый взгляд незначительному, но после нескольких кругов беспрерывного поиска Натаниэль сдался, вынужденный признать, что за ним всё-таки не следят или он недостаточно хорош, чтобы найти доказательства обратному.       — Понятненько, — пробормотал Питер, довольно выдыхая, словно именно такого ответа и ожидал.       Натаниэль ещё некоторое время наблюдал за ним, пока организм окончательно не победил в схватке с упрямостью и он не провалился в долгий беспокойный сон.                            — Откуда тебе так много известно? — Натаниэль повернул голову, наконец задавая вопрос, ответ на который хотел получить ещё вчера, смотря на Питера, не раставающигося с гаджетами даже на улице.       Натаниэль натянул капюшон пониже на лицо, спасая неподготовленные глаза от слепящих солнечных лучей. Он пробыл под землёй всего ничего, но за это время успел отвыкнуть от солнца и приятного теплого ветерка, ласкающего кожу, даря приток жизненных сил и энергии. Если бы не причина, по которой ему разрешили подняться наверх, подальше он полупустых коридоров и испуганно-обеспокоенных косых взглядов шугающихся от него Воронов, он бы с удовольствием насладился каждым мгновением проведенным на свежем воздухе.        Вместо этого его съедало беспокойство на пару с нервозностью, заставляя то и дело поглядывать на открытые ворота и стоящих в пяти метрах от него Тетсуи с до невозможности бледным Рико, чьи глаза покраснели и распухли, указывая, что капитан лучшей команды был далеко не в порядке. На последнего он старался не смотреть дольше доли секунды, ведь стоило задержаться взглядом чуть подольше и перед глазами всплывали воспоминания привязанного Эндрю, заставляя самоконтроль трещать по швам. Натаниэлю хотелось вцепиться Рико в горло и заставить заплатить за все, но близкое нахождение Питера немного притупляло жажду мести, делая ту какой-то незначительной и незаметной.       — Что именно? — непонимающе поднял брови Осборн, недовольно поморщившись, когда Хару одарил его равнодушно-неодобрительным взглядом, умело отталкивая локтем в сторону, занимая его место, вставая рядом с Натаниэлем. Он расправил черный зонт, подняв таким образом, чтобы прикрыть солнечный свет, падающий на него.       — Я про Эндрю и Пруста, — уточнил Натаниэль, благодарно кивнув Хару, зарабатывая в ответ мягкую улыбку. — Вряд-ли ты смог бы собрать так много информации всего за час.       — А, ты про это, — Питер скривился и показал Хару язык, с самодовольным взглядом вставая с другой стороны. Обиженно потирая бок, куда недавно врезался локоть, он прищурился, вероятно параллельно с разговором продумывая наиболее жестокие способы расплаты. — Я собрал всевозможную информацию о тебе и каждом из команды Лисов, после того как Стюарт рассказал кто в будущем займет его место.       — Но зачем тебе были они? — на грани шёпота спросил Натаниэль, заметив подвернувшегося в их сторону Рико. — Разве ты не должен был искать информацию обо мне?       — Чтобы лучше понять с кем мне в будущем придется иметь дело. Ничто не может рассказать о человеке лучше, чем люди, с которыми он часто общается и контактирует, не так ли? — нравоучительным тоном пропел Питер, рассмеявшись с того, как Ноэ показательно закатил глаза, в последний момент увернувшись от подножки Осборна. — К тому же, о тебе самом информации было не так много, твоя покойная матушка тщательно подчищала за собой хвосты, а взламывать архивы Мориям, к моей великой досаде, мне запретил Стюарт. Поэтому я решил начать с Лисов.       Натаниэль проследил за тем, как Сэм влепил Ноэ звонкий подзатыльник, когда тот потянулся к пистолету, спрятанному под пиджаком, не отводя прищуренных глаз от Питера. За утро эти двое успели подраться трижды и разнести тренированный зал чуть ли не в щепки, пока в дело наконец не вмешался Хару, до этого занятый перевязкой бинтов. Он угомонил их тем, что привел к ним проснувшегося Натаниэля, прямо перед ними доложив ему обо всем, что те натворили, пока он спал и терпел обрабатывание ран, заставив их пристыженно втянуть голову в плечи. Натаниэль ничего не сказал и просто ушел в столовую на перекус, но этого оказалось достаточно, чтобы установить между ними шаткий мир. Перед ним они не решались затевать очередную драку, ведя себя вполне спокойно, спускаясь на мелкие детские ребячества, иногда стараясь столкнуть друг друга с лестницы, когда он на время отворачивался.       — И как много ты узнал обо мне? — глухо произнес Натаниэль, аккуратно разминая левую руку ленивыми движениями. Она болела все меньше, когда действия лекарств начинали постепенно ослабевать. Это было хорошей новостью, такими темпами совсем скоро он сможет окончательно вернуться в строй. Сонливость, которая всегда преследовала его где-то на фоне, также пропала без следа, сняв вялость и лёгкую заторможенность движений. Обычно понемногу клонить в сон начинало после лекарств, но сегодня такого эффекта не было, могло ли это значит, что ему перестали подкидывать снотворное перед таким значимым событием как возвращение новоявленного Главы?       — Не столько, сколько хотелось бы. — признался Питер, тяжко вздыхая. — Я знаю часть стран, в которых ты бывал, когда и где происходили стычки с людьми Натана, чем они заканчивались, несколько имен, которые ты когда-то носил, пару школ, которые ты посещал, твою дату рождения, жизнь в Балтиморе до побега и все. Помимо этого детали твоего прошлого для меня покрыты тайной. Кое-что из этого мне рассказал Стюарт, устав слушать мое нытье, но твоя жизнь Нила Джостена для меня как на ладони благодаря информации о Лисах и прошлой школе, откуда тебя подобрал Кевин Дэй с Ваймаком. Без обид, Нати, но ты знатно наследил, но можешь не переживать, все то, что можно использовать против тебя я уже стер со всех опасных баз данных, за исключением Мориямовской и то, потому что Стюарт вредничает и не позволяет сунуть туда нос, угрожая отправить на отпуск в Китай. — Питера передёрнуло от ужаса, но в следующий момент подобрался, обращая на Натаниэля сияющий взгляд. — Но если ты прикажешь мне это сделать, то у Стюарта не будет причин для наказания, поэтому я мо…       — Нет, — безапелляционно отрезал Натаниэль, не давая себе ни малейшего шанса на раздумья.       — Да почему?! — взвыл Питер, в отчаянии хватаясь за телефон. — Я же просто хочу помочь!       — Неужели? — встрял Хару, бросая на него презрительный взгляд. — Как по мне, тебе не терпится сунуть свои руки в нашу базу, при этом скинув всю ответственность на плечи Натаниэля. Я прав?       Питер покраснел, начав как рыба хватать ртом воздух в безмолвном возмущении. Натаниэль не отреагировал, безоговорочно принимая сторону Хару. Не было смысла стирать о нем данные у Мориям. Он им принадлежал и все его слабости Ичиро уже были известны, так что это не имело никакого смысла. К тому же, усложнять себе жизнь ещё больше не хотелось. Совсем скоро приедет Ичиро и Натаниэль окажется официально свободен от Гнезда и сможет вернуться в Лисью Нору, где он больше не увидит лицо Рико, Тетсуи и Ичиро. Он будет далеко от Мориям настолько, насколько это возможно. Это одновременно радовало и сжимало органы в тиски. Как отреагирует команда на его возвращение? Потребует немедленно уйти или даст последний шанс?       — Да я бы никогда! — завопил Питер, в притворном ужасе хватаясь за грудную клетку. — Нати, скажи ему, что он не прав!       Натаниэль пронзил его усталым взглядом, без слов выражая позицию в этой теме. Весь сегодняшний день был наполнен бесконечным шумом и визгами, которые, в основном, создавал Питер, делая всякие подлянки Сэму и Ноэ, быстро заслужив в их списках будущих покойников почетное первое место, сместив Тетсуи и Рико вниз. Хару был достаточно ловким и наблюдательным, чтобы легко избежать наставлениях для него мелких ловушек, отчего Питер несколько раз впадал в негодование, мрачно уперевшись в одну точку ни на что не реагируя и бормоча какую-то чушь про то, что Смурфик оказался Соником, давая всем время передохнуть, после чего начинал снова.       Натаниэль забросил попытки остановить Осборна, после того как тот в каждом его приказе находил лазейку и «шуточки» приобретали все большую зловещность. Было легче закрыть глаза и переждать когда он перебесится, особенно если взять в расчет тот факт, что дальше небольших синяков и ушибов он не заходил, объясняя это тем, что Натаниэль всё ещё нуждался в функционирующих «живых щитах», окончательно приводя Сэма и Ноэ в бешенство.       — Хэй, что это за странный взгляд, Нати? — В голос Питера закралось подозрение, когда он не получил никакого отклика. — Почему ты так добр к Смурфику, но жесток ко мне? Тебе не кажется это немного несправедливым?       — Может потому что я знаю его дольше, чем тебя? — поддел Натаниэль, ничуть не тронутый обиженным лицом и плаксивыми нотками.       Питер был неплохим актером, меняющим эмоции чуть ли не каждую секунду, порой на абсолютно противоположные, поэтому никто на них не вёлся, только вздыхая про себя, когда он в очередной раз пытался таким образом манипулировать. За один неполный день он успел достать всех без исключения, нескольким проходившим мимо Воронам тоже досталось, так что Натаниэль даже начал думать, что дядя приставил его к нему не для того чтобы защитить, а чтобы дать самому себе шанс отдохнуть от излишне активного подопечного, находясь от него на расстоянии нескольких часов перелета. Может поэтому он покинул страну в такой спешке?       — Но он человек Мориямы, а я верный подчинённый твоего родного дяди, один из самых приближенных, к слову. — Питер сдвинул брови вместе, нахохлившись как мокрая сова. — Разве ты не должен быть чуть более доброжелателен ко мне, а не к нему?       Натаниэль невнятно угукнул, особо не вслушиваясь в причитания, замечая стремительно приближающиеся тени черных машин в конце дороги, невольно напрягаясь. Машины двигались ровными рядами, по какой-то одной им известной схеме, порой плавно сменяя позиции друг друга. Это был способ запутать возможных преследователей и убийц? Все они были идентичны из-за чего понять в какой именно находился Ичиро было невозможно. Это отличалось от того, когда они в прошлый раз вместе ехали сюда.       Та машина, в которой он с Ичиро ехал, немного выделялась среди машин охраны, выглядя на их фоне более утонченной, стильной и дорогой. Впрочем, неудивительно, что Морияма стал осторожнее, чем когда-либо. В моменты передачи власти он наиболее уязвим, пусть с крупной зачисткой уже было покончено, но это не отменяло риска бунта, нападений и заказных убийств. После смерти Кенго, вчера вечером официально объявленной во всех СМИ, он стал главной целью обсуждений не только среди обычных людей, но и среди различных кланов, с которыми его отец вел дела или враждовал.       — Никому из Мориям нельзя верить, а Смурф один из них! — громко выдал Питер, привлекая внимание не только Рико, но и до этого незаинтересованного их разговором Тетсуи.       — Сам знаю, — раздасованно отозвался Натаниэль под тихий смешок забавляющегося Хару. — Ещё что-нибудь?       Питер замолчал, демонстрировано показывая какое тяжёлое оскорбление ему нанесли. Именно в этот момент ряд сверкающих на солнце черных машин наконец достиг ворот, быстро проезжая на парковку. Едва успев затормозить, из них, за исключением той, что находилась в самом конце, повыскакивали вооруженные телохранители, окружая выходящего Ичиро своими массивными фигурами. Повинуясь небрежному взмаху руки они послушно расступились, создавая длинный коридор, сквозь который он двинулся в направлении Тетсуи. Натаниэль подметил, что охраны было вдвое больше, чем в прошлый раз и сейчас все как на подбор выглядели в несколько раз выше и толще самого Ичиро, возвышаясь как башни. Их легко можно было спутать с бандой головорезов, кем они, вероятнее всего, и являлись.       Единственными людьми, что остались в непосредственной близости к Ичиро оказался уже знакомый ему Изаи, идущий с идеально прямой спиной и пугающе серьезным лицом, а позади него двигался неизвестный парень со беспорядочно взъерошенными темными волосами, придающими ему лёгкий вид небрежности, и наглой ухмылочкой тонко прочертившей губы, всем своим существом демонстрируя вызов каждому кто на него посмотрит. Белая рубашка была аккуратно заправлена в черные брюки, открывая прекрасный обзор на прикрепленный пистолет. Натаниэлю этот парень показался странно знакомым, как будто уже раньше где-то видел. Его осенило как раз в тот момент, когда он пересекся взглядом с прохладными кофейными глазами, а ухмылка того стала ещё шире, чем была до этого, окончательно искажая мягкие черты. Этот парень был точной копией Хару, склонившегося справа от него в глубоком почтительном поклоне. Брат? Судя по их поразительной схожести они были близнецами.       — Мой Лорд, рады снова вас приветствовать. — первым подал голос Тетсуи, когда Ичиро остановился напротив них, боязно опуская взгляд на чужие лакированные туфли.       — Получил мое письмо? — низким голосом рассеяно спросил Ичиро, не выражая должной заинтересованности в ответе.       Его лицо было нейтральным. Ни голос, ни взгляд, ни движения тела, ничего не выдавало эмоций, словно перед ними была идеальная модель робота, а не живой человек, состоящий из плоти и крови. Глухая стена — это подходило лучше всего, чтобы описать Ичиро в данный момент. Никаких улыбок и спокойного тона, чтобы расположить его к себе и вызвать чувство доверия. Казалось, даже солнечные лучи меркли и слабели рядом с ним, так и не достигая светлой кожи. Неужели его так сильно расстроила смерть отца? У Натаниэля сложилось мнение, что «семейная» привязанность Ичиро к Кенго была похожа на его к Натану, но, возможно, он ошибся и тот на самом деле… любил его?       Натаниэль поморщился, отсекая эту мысль. Может ли эта глыба льда любить кого-то или что-то помимо власти? Родной брат не имеет для него значения, так что вряд-ли он испытывал хоть какие-то позитивные эмоции в сторону кровного отца, что был для него не иначе как помехой. Он сам сказал, что в мафии кровные узы не играют роли, дело тут было определено в чем-то другом. Но в чем же?       — Да, господин. — напряжённо проговорил Тетсуи, замявшись. — Я отправил ответ. Понимаю, вы заняты и у вас нет времени, чтобы обращать на мои сообщения внимания, но все же я скажу, для меня будет честь присутствовать на похоронах моего уважаемого брата и вашего достопочтенного отца. Благодарю за приглашение.       От Натаниэля не ускользнуло как губы Рико мелко задрожали, а затравленный взгляд направленный вниз стал более отчаянным, топя в собственной безнадёжности. Он нахмурился, окончательно приходя в недоумение. В прошлый раз Рико был счастлив увидеть брата, что изменилось сейчас? На него так повлияла кончина Кенго? Или он наконец осознал какую ничтожную ценность представляет его жизнь для Ичиро? Тряхнув головой, Натаниэль заставил свои мысли потечь в другом направлении. Душевные терзания Рико его не касались и не имели никакого значения.       Покосившись за спину что-то коротко ответившего Ичиро, Натаниэль заметил пристальный взгляд его спутника, направленный на Хару. Острые безучастные глаза не отлипали от него ни на секунду, но Хару, определенно чувствовавший к своей персоне неугасаемое внимание, и бровью не повел, не поворачивая в ту сторону головы, никак не показывая, что что-то заметил. Зато Питер ощутимо напрягся, хмуро обведя их двоих красноречивым взглядом, так и говорившим насколько они оба раздражают своим существованием.       — Питер Осборн, не так ли?       Питер и Натаниэль одновременно повернулись в сторону Ичиро, вставшего напротив них с застывшим лицом. Вкрадчивый голос был каким-то уставшим, но в нем все ещё присутствовала та сила, заставляющая подчиняться, позволяя прогибать чужую волю под себя. Чистка, по словам Хару и Питера, обычно занимавшая около месяца, была закончена за пару дней, при этом Морияма подошёл к этому делу со всей ответственностью. Натаниэль предположил, что он давно приготовил план, по которому и следовал эти несколько дней, заранее подготовив для себя почву на момент передачи власти. Он ни с кем своими догадками не поделился, решив держать рот на замке. Это предположение вполне подходило под личность Ичиро. Для человека, в подростковом возрасте развязавшего войну между влиятельными кланами Америки, составить эффективный план зачистки ничего не стоило.       — Лорд Морияма, рад вас приветствовать. — Питер элегантно поклонился, мигом сделавшись таким учтивым, что невозможно было предположить, что совсем недавно этот человек с диким гоготом швырял в других шарики с водой. — Безмерно счастлив наконец встретиться с вами лично.       — А я-то как счастлив видеть бывшего наследника Хэтфорда, несколько лет периодично взламывавшего наши архивы. — елейным голосом ответил Ичиро, хищно улыбнувшись. Эта улыбка Натаниэлю совсем не понравилась, от нее исходила чудовищная опасность. Он едва сдержался, чтобы не отступить назад, заставив свои ноги прилипнуть к месту. Никому нельзя показывать свою уязвимость. И что он имел ввиду под бывшим наследником? До его появления будущим Главой Хэтфордов должен был стать Осборн? Между бровей Натаниэля пролегли морщины. Почему дядя ему ничего об этом не сказал?       — Искренне извиняюсь, но я не понимаю о чем вы, господин. — Питер состроил растерянное лицо, но предельно невозмутимый тон не смог никого обмануть. — Я бы не посмел пойти против такой могущественной организации.       Ичиро вскинул бровь, спокойно глядя на Питера. По непонятным причинам у Натаниэля пробежали ледяные мурашки по коже, а волосы на затылке зашевелились, встав дыбом. Желание развернуться и убежать как можно дальше вспыхнуло внутри с куда более устрашающей силой. Горячий ветер разбушевался, отчего зонты, которые смиренно держали над головой Натаниэля и Ичиро, едва не сдуло, только стальная хватка Хару и телохранителя позволили их удержать.       — Знаешь почему я одобрил запрос Хэтфорда о дополнительном помощнике с его клана? — приподняв уголки губ в сухой мрачной улыбке, спросил Ичиро, чуть склонив голову.       Питер сжал зубы, напрягая скулы, отчего контур челюсти стал выглядеть более заметным и заостренным, придавая ему некий боевой вид. Он не изменился в позе, но напряжение и готовность к бою читалось в серых глазах, где застыл пустынный холод, разбивающийся об безмятежный взгляд напротив.       — Нет, господин. — недрогнувшим голосом, все с тем же почтением, проговорил Питер, но слабая улыбка, до этого блуждавшая по лицу, бесследно исчезла. В глазах не было страха, но что-то отдаленно на него похожее. У Натаниэля было ощущение, что Питер играл со смертью, при этом осознавая все опасности.       — Потому что я догадывался, что он пришлет того самого таинственного взломщика, своего верного подручного, когда-то претендовавшего на роль будущего Главы. — одарив его обворожительной улыбкой, тягучим тоном поведал Ичиро. — Мне было любопытно на тебя взглянуть Питер Осборн или мне лучше обращаться к тебе как Клоуну?       — Клоун? — встрепенулся Натаниэль, почувствовав как в голове быстро зашевелились шестерёнки. Он пораженно посмотрел на Питера и Ичиро, когда все пазлы головоломки встали на свои места. — Тот самый Клоун, за любую информацию о котором дают высокое денежное вознаграждение?       — Это то, что я хотел тебе вчера рассказать, но ты выглядел слишком сонным. — не стал отпираться Питер, виновато потупив взгляд. — К тому же, сейчас это не имеет никакого значения, в данный момент я лишь временный помощник нового наследника клана, не более.       Клоуном называли хакера, заявившим о себе около четырех лет назад, начав беспорядочно взламывать системы банков, хранилищ и военных баз, выводя их из строя на продолжительное время. За кратчайшие сроки вошёл в топ двадцать самых разыскиваемых хакеров, но единственная наводка, которая имелась у правительства и правоохранительных органов, было изображение смеющегося клоуна в шляпе, всегда появляющегося на экранах компьютеров после успешных атак, за что он и получил свое прозвище. Клоун появлялся редко, каждый раз уходил с фееричным успехом, действуя предельно осторожно. Ему ничего не стоило найти слабые места в системах безопасности, успешно используя их в собственных целях. Кто бы мог подумать, что всеми известный Клоун окажется подчинённым Стюарта Хэтфорда.       — Ага, а так же мальчишка, обрушивший систему банков Англии, выведя со счетов богатых магнатов более ста миллионов долларов. — ехидным голосом вмешался парень стоявший позади Ичиро, оскалившись подобно дикому хищнику, увидевшего неподалеку потенциальную жертву.       — Черный Смурф номер два, это было давно, — тяжёлым тоном процедил Питер, театрально закатывая глаза, отчего взгляд собеседника стал убийственным, то ли от того как его назвали, то ли от демонстрированного пренебрежения. — Вовсе не нужно вспоминать далёкое прошлое.       — Это произошло вчера, мистер Осборн. — вежливо напомнил Изаи, беря в руки небольшую стопку документов, протянутых одним из телохранителей.       — Я не имею к этому никакого отношения! — предельно возмущенным тоном вспылил Питер, покраснев до цвета созревшей вишни. Натаниэль припомнил как вчера британец увлеченно писал какой-то шифр, напоминающий сложный код, может ли это быть связано с тем о чем они говорят? — Тем более, все это время я был здесь, как бы я смог…       — Технологии и знания творят поистине удивительные вещи, — не изменившись в лице, безразлично сказал Ичиро.       Питер приоткрыл рот, готовый продолжить отпираться, всеми силами отрицая свою причастность, но его перебил высокий дрожащий голос, полный страха и паники. Его обладателем оказался Рико, что не реагируя на едва слышные приказы Тетсуи заткнуться и вернуться на место, на неустойчивых ногах сделал несколько шагов к Ичиро, замерев на расстоянии пары метров, не решаясь подойти ближе. В черных глазах старшего Мориямы мелькнула искра удивления, сменившаяся на пустоту и апатию за ничтожную долю секунды.       — Почему приглашение на похороны отца пришло только дяде?       Натаниэль посмотрел на Ичиро, предпринимая провальную попытку понять о чем он думает. Он отправил приглашение Тетсуи, забыв или намеренно не пригласив Рико? Это было одним за самых жестоких плевков в лицо младшему Морияме, который на протяжении жизни пытался завоевать расположение отца и брата, выворачиваясь ради этого чуть ли не наизнанку. Смерть Кенго разбила мечту на признание отца, но он все ещё лелеял надежду на старшего брата, даже с учётом того, что Ичиро обращался с ним как с пустым местом, не удостаивая ни одним коротким взглядом. Даже Питер получил от Ичиро гроши внимания, пока сам Рико оказался полностью проигнорирован. Раздутое эго Короля Экси не могло выдержать такой открытой незаинтересованности в своей персоне. Он был сыном Кенго только по имени, не имея права вмешиваться в дела главной ветви и как либо принимать в них участие, но это его не останавливало. Искренняя вера из-за одной крови, текущей в их с Ичиро венах, давала ему призрачную уверенность в своей важности, за счёт которой он решился самостоятельно сделать первый шаг, не догадываясь об опасности поступка.       Увидев как лицо близнеца Хару потемнело, а рука плавно легла на пистолет, в голове Натаниэля промелькнула мысль, что, возможно, ему даже не придется прилагать усилий, чтобы как можно быстрей после финального матча загнать Рико в могилу. Он и сам справляется с этим превосходно, выше всяких похвал.       — Потому что такое ничтожество как ты этого недостойно, — ровным голосом проинформировал Ичиро, впервые посмотрев Рико прямо в глаза, отчего у последнего подкосились ноги, заставив дрожащими коленями рухнуть на теплую землю как марионетке, которой разом отрезали все нитки. Дыхание сбилось, казалось что Рико задыхался, не в силах выдержать тяжёлый уничтожающий взгляд, придавливающий вниз. — Для меня нет смысла позволить присутствовать семейной неудаче на столь важном мероприятии. В тебе нет ценности, ты не достоин воздуха, который вдыхаешь. За прожитые годы ты только и делал что доказывал свою бесполезность. Ты должен быть благодарен, что все ещё не покоишься в земле за свои проступки.       Сказав это, он повернулся к Натаниэлю, разом потеряв к опустошенному Рико интерес, словно до этого и не говорил ничего. Тот мелко дрожал, проглатывая беззвучные всхлипы, из последних сил держась за стертую в пыль гордость. За прошедшие дни это был уже третий раз, когда Натаниэль видел Рико таким разбитым. Игнорирование брата, смерть отца, не пришедшее приглашение на похороны. У короля Экси началась черная полоса неудач, подбивающая уверенность в себе и своих силах, заставляя чувствовать себя беспомощным и слабым.        Близнец Хару поджав губы нехотя убрал руку с пистолета, выглядя немного разочарованным таким быстрым концом, судя по всему надеявшись на обильное кровопролитие за проявленное неуважение к боссу. Он раздражённо посмотрел на побелевшего Тетсуи и подбородком указал на низко опустившего голову Рико, беззвучно давая понять, чтобы тренер убрал его подальше с их глаз. Сделав быстрый поклон, Тетсуи безропотно подчинился, схватив Рико за руку, болезненно впившись в неё пальцами, рывком поднимая на ноги, потащив следом за собой обратно в здание. По началу Рико слабо упирался, но в конце концов сдался, послушно поплевшись за дядей, спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу.       — Натаниэль.       Он отвёл взгляд от сгорбленной спины Рико, посмотрев в бездонные глаза Мориямы. Как и ожидалось, к нему Ичиро обратился в самую последнюю очередь. Не то чтобы Натаниэль возражал, он бы вообще предпочел, чтобы тот не замечал или делал вид что его не существует, но в их ситуации это было по большей части невозможно. Убрав руки в карманы ветровки, Натаниэль в приветствии невозмутимо склонил голову, проявив со своей стороны необходимое уважение к «боссу».       — Ну раз ты здесь, то я наконец могу вернуться к Лисам? — непринужденно подняв голову, сказал Натаниэль, сдерживая себя от того чтобы ринуться в аэропорт сразу же как получит подтверждение своим словам. Ему было необходимо для душевной стабильности увидеться с командой, Эбби и Ваймаком. Он действительно соскучился.       — Не так быстро, — меланхолично проговорил Ичиро, не замечая как тело Натаниэля предательски замерло, а сердце пропустило удар. — Ситуация немного изменилась, боюсь, пока что ты не можешь навестить команду.       Натаниэль с трудом стерпел, стискивая зубы, не давая себе издать ни звука, уставившись на Ичиро угрюмым взглядом, ожидая разъяснения. Он не был дураком, который закатывал истерику на пустом месте. Ему не хотелось в этом уподобляться Рико. Лисы были для него важны, но при контакте с ними только он получал наибольшую выгоду. Тот факт, что Ичиро вообще позволил продолжить с ними контакт, до сих пор был удивителен. Пусть это и было сделано для того, чтобы держать Натаниэля в узде, постоянно напоминая в чьих руках находится их жизнь, но контролировать его можно было бы на расстоянии от них. Или Ичиро беспокоился, что со временем отсутствия длительного общения его привязанность ослабнет, сдерживающий фактор исчезнет и он может решиться на предательство?       — Если бы мой отец не скончался столь рано, ты должен был пробыть здесь ещё около двух недель, а затем вернуться в Южную Каролину, но теперь нам необходимо вместе полететь в Нью-Йорк. — Морияма говорил о смерти Кенго с бессердечной холодностью и высокомерной бесстрастной улыбкой, показывающей насколько на самом деле ему была безразлична смерть одного из членов семьи. — Ты вполне можешь навести короткий визит своим друзьям. После чего позже все равно улетишь со мной. Хочу напомнить тебе, что такая встреча приведет тебя только к куда большим проблемам, а мне нужно, чтобы ты был максимально сосредоточен и держал себя в руках.       — Не ты ли говорил, что после твоего приезда я смогу вернуться к команде? Или слово новоявленного главы Империи Морияма ничего не стоящая пустышка? — утомленно потерпев виски, съязвил Натаниэль с натужным смешком. — Почему я должен лететь в Нью-Йорк?       — Потому что это мой приказ, — веско отрезал Ичиро с застывшим на лице убийственным выражением, отбивающим хоть какое-нибудь желание спорить. Хоть он никак не показал этого, но слова Натаниэля явно хорошо проехались лезвием по его чувству собственного достоинства. Без того темные глаза стали ещё темнее, в зрачках заплескались демоны, заставив Натаниэля содрогнуться. — Как моя правая рука ты тоже обязан участвовать на церемонии похорон отца, выразив ему последнюю дань уважения. Тебе не стоит забывать о твоей новой роли, я без того задержал их на несколько дней. По окончанию ты без промедления улетишь в Южную Каролину и за частичное нарушение обещания в качестве компенсации позволю оставить сопровождение, но они все равно будут обеспечивать безопасность издалека. Ты ведь этого хотел?       Натаниэль повернул голову туда, где до этого скрылись Тетсуи с Рико. Но, как оказалось, они не зашли внутрь, держась неподалеку. Они стояли на достаточном расстоянии, чтобы не мозолить глаза Ичиро, при этом прекрасно улавливая каждое брошенное слово. Рико прошибла новая волна дрожи, воспаленные глаза налились кровью. Белые губы некрасиво скривились в отчаянной гримасе. Натаниэль вернул взгляд Ичиро, подавив тяжёлый вздох. Он не чувствовал сострадания к Рико, который сейчас выглядел настолько жалко, что на него не хотелось смотреть дольше нескольких мгновений. Натаниэлю до сих пор не верилось, что этот ублюдок серьезно сказал ему о необходимости посетить похороны, когда минуту назад в наигрубейшей форме отказал Рико, не забыв напомнить об его ничтожности. Но смысла пытаться избежать похорон не было, это несло ему немалую выгоду. Он избавиться от компании, хвостиком бегающей за ним. Пусть они и будут в непосредственной близости, но его контакт с ними значительно ограничится.       Ему не хотелось идти и оказывать Кенго хотя бы малую часть уважения, но он был не в том положении чтобы спорить. Его знания об Ичиро были получены после пары недолгих встреч и он не знал где находится черта терпения, которую ему не стоит переступать, дабы не навлечь на себя беду. Всё-таки, чем больше времени он проводит вблизи Ичиро в качестве сопровождающего и наблюдателя, тем лучше он сможет его узнать и понять где находятся слабые места. В будущем это может принести значительную пользу. Если Натаниэль будет действовать правильно, то ему предоставится шанс хотя бы частично использовать Ичиро и его власть для собственной выгоды. А до тех пор ему стоит склонить голову и молча подчиняться. Не зря мать говорила, что самые сильные люди те, кто умеет ждать.       — Хорошо, я согласен. — Он слегка сморщил нос, когда новый порыв ветра растрепал прическу, вынудив волосы вихриться. — Но Рико полетит с нами.       — Что?! — одновременно в один голос вырвалось у Рико и Хару.       Если первый звучал недоверчиво и пораженно, словно не до конца веря услышанному, то у второго в голосе сквозило чистое возмущение. Холодная маска бесстрастности, с появления Ичиро сидевшая на его изящном лице как приклеенная, спала, явив свету привычного обеспокоенного Хару, озабоченного гипер опекой своего подопечного. Питер с трудом сдержал порыв расхохотаться с глупого вытянутого лица Рико, выглядевшего очень бестолково, отведя глаза на того, кто всегда умело портил ему настроение, отсекая любое желание веселиться, на Хару.       — Это несложно устроить, — без долгих раздумий принял решение Ичиро, посмотрев время на наручных часах.       Натаниэль кивнул, внутренне издав вздох облегчения. Если улетит он, то Хару, Сэм, Ноэ и, вероятнее всего, Питер полетят следом за ним, оставив беззащитного Жана один на один с тиранией Рико. Кто знает что натворит Морияма, когда рядом с ним не будет удерживающего фактора в виде него, Хару или Тетсуи. Натаниэль не был уверен, что по возвращении их не встретит кровавое месиво состоящее из Жана и других членов команды. Легче было следить за ним, когда он был неподалеку, в поле его зрения. Может это уменьшит испытываемые им скорбь и гнев, ослабив опасность для жизни Моро, если он сможет проститься с отцом? Натаниэль предпочел бы взять с собой Жана вместо Рико. Но Жан Моро был рабом, у которого не было даже свободы. У него не имелось достаточно убедительных причин, чтобы дать ему повод поехать с ним в Нью-Йорк. Рико был пусть и нежеланным, но родным сыном Кенго. Его нахождение там было более естественным.       — Ай-ай-ай, как невоспитанно, Хару. — пронзительно пропел близнец, злобно улыбнувшись голубоволосому японцу, небрежно стряхивая попавшую пыль с края рубашки. — Разве можно так грубо вмешиваться в разговор Лордов? Неужели окончательно растерял воспитание, позабыв свое место? Хотя, что ещё ожидать от предателя.       — Нару, ты забыл мой приказ? — Изаи посмотрел на парня уничижительным взглядом, вынудив в целях самозащиты инстинктивно отступить на шаг назад и отвести растерявшийся взгляд в сторону. В глазах, где недавно была безудержная ненависть, пробежала искра страха. Опустив голову, он низко поклонился, выразив свою вину и принося извинения тихим голосом, звучавшим на грани шёпота. Он растерял все высокомерие и превосходство, как будто даже немного уменьшившись в размерах.       Натаниэль покосился на все так же спокойного Хару, вернувшего безупречную маску хладнокровия. Хару-Нару, их имена были похожи, отчего убежденность в том, что они были близнецами укрепилась окончательно. Их различия заключались разве что в причёсках, цвету волос и выражению лиц. Если Хару в основном был дружелюбно-нейтральным с мягкой аурой и нежностью в улыбке, то от Нару безостановочно исходила угроза и бесперебойное чувство опасности, подкрепляемые безрассудством на дне зрачков. Против воли, Натаниэль почувствовал радость, что ему достался более милый близнец, он не уверен, что смог бы терпеть вблизи себя такую бомбу медленного действия как Нару.       — Мы вылетаем в шесть вечера, — властно подчеркнул Ичиро, проходя мимо него в сторону входа. Его охрана стройно двинулась за ним, прикрывая со всех сторон, тщательно выискивая малейшую опасность. Рико оказался грубо убран в сторону с пути Ичиро, без капли элегантности упав на пятую точку. — Тебе стоит подготовиться. На похоронах будет присутствовать много важных людей. Пресса не пройдет внутрь, но это не значит, что она не будет караулить у входа, Хару расскажет подробней о том, как стоит себя вести.       Ичиро остановился и через плечо посмотрел на него прощупывающим взглядом, со смесью усталости и удовлетворения. Его лицо было острым и неподвижным, как натянутая стрела. На Натаниэля нахлынуло ледяное спокойствие, помогающее удержать на лице почти такую же показную невозмутимость. Солнце зашло на облака, отчего на улице стало значительно темнее, позволив перестать щуриться. Боковым зрением Натаниэль заметил как Тетсуи неуклюже помог Рико подняться, без малейшей заботы дёрнув за шиворот футболки. Питер на это покачал головой, поморщившись, словно на себе почувствовав всю боль этого действия.       — Тебе же лучше будет, если ты меня не подведешь. В противном случае, я не гарантирую безопасность Лисов.       Эти слова пробили грудь Натаниэля как копьё, вызвав внутри него чуть ли не первобытный ужас. Он силой воли удержал себя от порыва кинуть на Ичиро свирепый взгляд, наблюдая за тем как его статная фигура скрывается за спинами охраны. Предупреждение не было лишено смысла, только заполучив трон для Ичиро важно предстать перед врагами, подчинёнными и союзниками в самом выгодном свете. Малейшая ошибка могла запятнать репутацию, пустив планы под откос и оставив на нем несмываемый позор. Это могло привести к восстанию или преждевременно начавшейся войне, как только враги увидят намек на слабость нового Главы. Натаниэль в безупречном плане Ичиро был самым слабым звеном, хотя бы потому, что никогда до этого официально не участвовал в делах якудза, а теперь оказался на втором по важности месте в их иерархии. Те знания, что ежедневно в него вдалбливал Хару о том как действуют и живут мафиози едва ли хватало для такого важного события. От него требовалось не наложать и не доставлять проблемы, что могут обернуться катастрофой.       Натаниэль нечитаемо посмотрел на вновь вышедшее солнце, не реагируя на боль и заслезившиеся глаза от атаки солнечных лучей.       Лучше всего будет держаться на расстоянии от всех и не привлекать к своей персоне лишнего внимания. Если он ничего не будет делать, то проблем тоже не будет, верно? Затеряться среди толпы не кажется чем-то невозможным. Особенно если взять в расчет его многолетний опыт жизни серой мыши. В мыслях быстро выстроился нехитрый план действий.       Для начала нужно избавиться от слишком заметных волос, что и в обычные дни всегда привлекали много внимания. Самое время прикупить краску.                            Питер в обнимку с плюшевой игрушкой беспорядочно развалился на полу, с дергающимся веком слушая неутихающий спор, который длился около десяти минут, с тех самых пор как Натаниэль изъявил желание замаскировать волосы, покрыв их черным слоем краски. Смурфик был с этим категорически не согласен, считая, что черный ему не подходит, в чем его единогласно поддержали Сэм и Ноэ, предлагая сменить цвет на что-то из светлых оттенков, например, блондинистый. Питер все это время в замешательстве пялится в потолок, думая о том стоит ли напомнить, что они летят на похороны, а не на показ мод. В конечном итоге, решил не вмешиваться, под шумок стащив у одного из Воронов черного медведя, который был подарком кого-то из преданных фанатов, завалившись с ним на ближайшую горизонтальную поверхность. Первые три минуты слушать их было забавно и немного весело, но сейчас в большей степени утомляло. Пока троица старалась сломить его волю, Натаниэль с завидной упрямостью не поддавался. Питер мысленно похвалил его за стойкость, прикусывая щеку.       Хару Кундэ вел себя как ни в чем не бывало, хотя семейная встреча впервые за столько лет не могла оставить его равнодушным. Ему было известно о ненависти Нару, предательстве Хару и тому как их отец, Изаи, узнав обо всем, лично отдал приказ о казни сына. Смурфик был обязан жизнью новому Главе, вовремя вмешавшегося, в последний момент успев сохранить ему целостность головы, вопреки гневу покойного Кенго. Питер хмыкнул, весело покачивая в воздухе ногой. Изучая данные, он не мог не заинтересоваться скандалом в Империи, что произошел примерно в том же временном промежутке, когда Мэри Хэтфорд устроила побег с деньгами. Она воспользовалась волнениями в Империи Морияма, что позволило ей выгадать удачный шанс и ускользнуть от тирана, ходившего в роли ее мужа. Смотря на то с какой материнской заботой Хару печется об Нати, в голову сразу лезли подозрения, что Смурф осознанно устроил переполох, чтобы несколько лет назад спасти того от участи живой игрушки Рико, рискуя собственной жизнью. Но догадки не были подкреплены доказательствами. Чтобы узнать все более подробно ему нужен допуск к базе данных Мориям, но вряд-ли скоро представится такая роскошь.       Питер не сдержал тоскливого вздоха, доставая со своего портфеля ручной вентилятор. Включив его, он повернул руку, направляя себе в лицо прохладный ветерок, кусавший щеки, лоб и шею. Спор все не заканчивался, разгораясь с большей силой. К нему подключился пришедший на переполох Жан, как верный пёс без раздумий заняв сторону Натаниэля. Жана Моро Питер тоже знал, но не находил достаточно интересным, чтобы углубиться в его историю детальнее, не изучая ничего помимо базовой информации. Что касается телохранителей, то они тоже были скучными. Из них всех только Хару и Натаниэль стоили времени и внимания, хотя бы потому, что обоих сложно было считать идиотами.       — Я пойду проветрюсь, а то тут слишком душно. — помахав рукой с небольшим вентилятором, деланно убитым тоном протянул Питер Натаниэлю. Тот отвлекся от показывающего ему светлые оттенки Хару, отстранено кивнув как бездушная фарфоровая кукла, которую неосторожно уронили, а затем бережно склеили пластырями и бинтами, чтобы скрыть уродливые трещины, появившиеся на коже. Питеру было жаль лицо, ведь Нати был вполне себе красавчиком, но и в шрамах не видел ничего плохого. Вряд-ли они испортят природную красоту, когда он снимет бинты. Даже если придадут внешности уродливости, то врожденная харизма спасет ситуацию.       Растянув губы в приевшийся солнечной улыбке, дурашливо показав ему сердечко, Питер со смехом выскользнул вон, не забыв прихватить с собой портфель, где покоился ноутбук со всякими полезными безделушками. Подняв голову, он размял шею и потянулся, делая вид, что закрыл глаза, а сам профессионально сквозь щелочки выискивая камеры видеонаблюдения. Нашел только три, это соответствовало тому что он знал. Презрительно фыркнув, он закинул портфель на плечо, расслаблено схватившись рукой за лямку. Он испытывал привычное чувство абсолютной уверенности, как если бы снова от скуки по вечерам взламывал различные сайты с казино, лишая всяких подонков вложенных денег, сравнимых с целым состоянием небольшой отлично обеспеченной семьи.       Он прыгающими шагами пошел в направлении двери, находящейся в конце коридора, не беспокоясь о камерах видеонаблюдения. Сначала он хотел взломать их и сменить кадры, но затем понял, что нет смысла так утруждаться. Рико был той самой паршивой овцой в семье, о которой никто никогда не переживал. Если кто-то и заинтересуется что «Клоун» делал в комнате капитана Экси, можно просто солгать, что он его большой фанат. Это было даже не совсем ложью.       Питер уважал Экси и не будь хакером, определено попытал счастье в качестве игрока. Рико — это глупый, неуравновешенный придурок, но при этом играл неплохо, долгое время держа Воронов на месте победителей. Да, раньше Питер и правда был фанатом, но не Воронов, а Кевина Дэя. Теперь Кевин был в команде Лисов, так что чаша весов благосклонности Осборна склонилась к ним. Сейчас он немного жалел, что сразу же не стал перерывать все о каждом игроке, продолжив быть преданным поклонником одного человека, изредка в свободное время просматривая матчи. Если бы не это, то он раньше бы заметил, что Нил Джостен это Натаниэль Веснински, чего стоило его первое выступление на шоу у Кэти, которое он смог посмотреть лишь вчера из-за вечной загруженности графика. Будь у него больше времени для отдыха он определенно бы все понял.       Проклиная про себя Стюарта с его бесконечными заданиями, не дающими ему передышки, он звучно постучал по твердой поверхности двери, посчитав, что не обязательно врываться и пугать до остановки слабое сердце Рико, доводя бедолажку до новой истерики. Вспомнив что он не спал уже около двух суток, Питер слезливо потёр виски, всей душой желая оказаться в Лондоне в своей родной кровати с покемонами. Поборов мурашки, он тяжко-тяжко простонал. Всё-таки это место и правда противно давило. Питеру уже приходилось жить под землёй, но там атмосфера была куда более живая и уютная. Может это потому что здесь не хватает покемонов? Нужно будет заказать сюда доставкой минимум сто экземпляров.       В этот момент раздался щелчок и дверь нерешительно приоткрылась. Сквозь щель на него уставились затравленные бегающие глаза на мертвецки белом лице. Питер впечатлено присвистнул, в который раз поражаясь как отличается король Экси от того, кого он привык видеть на экране. Там он был высокомерным, не боящийся демонстрировать свою силу, власть над другими, прикрывая жестокость модельной улыбкой, тут же перед ним стоял побитый щенок, не понимающий за что именно он оказался наказан. Питер едва сдержал ухмылку. Как же всё-таки смехотворно.       — Привет Рико, ты меня не знаешь, поэтому позволь представиться. — Питер не позволил отразиться мыслям на лице, блеснув отработанной до идеала улыбкой. — Меня зовут Питер Осборн, доверенный помощник Натаниэля, присланный его дядей из Великобритании. Основная моя функция заключается в добычи различной информации и защите. Надеюсь мы сможем подружиться! Я огромный фанат Экси и…       Дверь резко дернулась, собираясь захлопнуться, но Питер успел подставить ботинок в щель, заранее предсказав подобную реакцию. Рико предпринял ещё одну отчаянную попытку закрыть дверь, но поняв, что это бесполезно, поспешно отступил, отходя как можно дальше от незваного гостя, до тех пор пока не уперся поясницей в стол. Питер без смущения прошел внутрь, с привычным любопытством оглядываясь, подмечая мелкие детали.       Комната была поделена на две части и обе выглядели достаточно обжито. Хотя все содержалось в идеальном порядке, он легко догадался, что уже долгое время Рико живёт здесь в одиночестве. Над одной из кроватей он смог разглядеть открытки с изображением городов и стикерами, где были записаны даты, также можно было заметить вырезки интервью. Ряд книг с потертыми краешками об истории стояли рядом друг с другом с удивительной точностью перфекциониста. Эта часть комнаты несравненно принадлежала Кевину Дэю. По неясным причинам Питер почувствовал себя уязвленным и оскорбленным. Будто это ему бесчеловечно сломали руку, после чего извращенно на память оставили вещи нетронутыми, когда он сбежал.       Часть комнаты Рико была переворошена и перевёрнута вверх дном. Одеяло валялось вблизи стола, подушка с разодранной наволочкой покоилась под кроватью, учебники можно было встретить как на полу, так и на кровати с тумбочкой, при чем те выглядели так, словно до этого ими дали поиграться озлобленной собаке. Питер осуждающе прицокнул, небрежно переступая через сломанный чемодан, пробитый клюшкой насквозь.       — Как мило, что ты до сих пор так хорошо заботишься о вещах Кевина, — поборов отвращение, дружелюбно сощурился Питер, с длинным довольным вдохом падая на кровать Дэя, во внутреннем восторге вытягивая руки и ноги, но так и не дотягиваясь до деревянных спинок.       В который раз он почувствовал злость на свой рост, в котором природа так жестоко его обделила, значительно усложняя жизнь. Вспомнить хотя бы последнюю операцию по зачистке, когда он едва не упустил одну из крыс, так как чисто физически рост не позволял ему перепрыгнуть через высокий бетонный забор. Благо, он оказался достаточно быстрым, чтобы все равно словить предателя, двинувшись в обход. Питер невольно представил насколько ужасно будет выглядеть стоя рядом с высоким Кевином, прося дать автограф. Прокрутив эту картину в мыслях, он разом помрачнел. Рико тоже высок, но ему легко можно заехать по коленям, чтобы начать взирать сверху вниз, но поступить так же со своим любимым игроком Питер не мог. Не брать же ему табуретку, в самом-то деле!       — Что тебе нужно? — севшим голосом прорычал Рико, таким образом силясь придать себе храбрости, но одного вскользь кинутого взгляда оказалось достаточно, чтобы тот ещё сильнее вжался в стол.       Питер нарочито медленно повернул к нему голову, делая вид, что задумался, а сам более пристально разглядывая неподвижного Морияму, самостоятельно загнавшего себя в тупик, наслаждаясь почти осязаемым страхом летающем в воздухе. Выглядел тот слишком уж бледным и слабым, кажется, последние несколько дней Плакса плохо ел и спал. На шее красовалась четкая красная полоса оставленная от футболки, когда Тетсуи порывался его поднять, чудом не придушив свою звезду. Блестящие волосы потускнели, под глазами темнели синяки, говорившие об истощении, кратко говоря, у главного лица команды Воронов видок был так себе. Питер громко цокнул языком, с наигранным возмущением смотря на него, как бы намекая на то, как он посмел довести себя до такого состояния. Скоро игра! Рико должен быть полон сил, чтобы победа Лисов стала самой громкой за всю историю!       — Я пришел просто познакомиться! — выбив Рико из колеи, с кристально честными глазами воскликнул Питер. — Ты договорить мне не дал! Я фанат Экси и мне очень нравится команда Воронов, ваша игра просто изумительна!       — Если ты один из подпевал Натаниэля, то тебе не может нравится моя команда. — со злой иронией возразил Рико, не сбавляя настороженности, готовый в любой момент схватить нож и защищаться. У Питера появилось глупое желание зажать уши, чтобы не слышать охрипшего, скрипучего голоса. — Что тебе от меня нужно? Тебя Натаниэль подослал?       Питер хотел начать активно отрицать, но затем осознал, что Плакса был в чем-то прав. Он в первую очередь душой, сердцем, телом предан Хэтфордам и Натаниэлю, только после них идёт все остальное, включая предпочтения в командах. Но в этот раз их вкусы сошлись сами по себе, им обоим нравились Лисы, а Вороны болтались даже не в первой десятке. Когда-то они ему симпатизировали из-за наличия среди них определенного человека, но сейчас Вороны не вызывали ничего кроме разочарования. Кевин был главной изюминкой команды, даже с учётом того, что всегда находился в тени капитана. Питер ждал с нетерпением, когда ему представится шанс лично познакомиться с ним. Выполняя роль помощника Нати у него впервые за последние года появилось такое обилие свободного времени, ну не прекрасно ли? Натаниэль и правда подарок с небес, даже бесившую его роль наследника себе забрал. Если можно было, то Питер мог бы и алтарь ему возвести, бесконечно поклоняясь в знак благодарности. Но за это Стюарт по головке точно не погладит.       — Что нужно, что нужно, — с издёвкой перекривил Питер, чувствуя как желание позлорадствовать над Рико становится слабее. Вздохнув, он посерьёзнел, удобнее ложась на мягкую подушку, утыкаясь в нее носом из-за чего слова звучали немного приглушенно. — Я хотел предложить тебе сделку.       — Сделку? — сдержанно переспросил Рико, помедлив и аккуратно усаживаясь на свою кровать, приготовившись слушать, предварительно скинув оттуда все посторонние предметы. Он убрал руки в карманы где, предполагаемо, находились ножи. Питер с трудом не закатил глаза, со стоном ущипнув себя за переносицу. Если бы он хотел убить Плаксу, то весьма маловероятно, что тот смог бы удивить своими жалкими умениями владения лезвиями. Этот парень всегда принимал все, что могло принести ему выгоду, при этом никогда не просчитывая предполагаемые опасности. Лёгкая улыбка, возникшая на пустом лице Питера, смотрелась жутковато и была полна чуть ли не отвращения. Именно по этой причине Рико оказался в таком плачевном положении. Плаксе не хватает опыта и базового наличия мозгов.       — Как тебе такое: я уничтожу все улики, что указывают на твою причастность в деле с Миньярдом, смертью Сета Гордона и Дрейка? — Питер самодовольно фыркнул, увидев как Рико разом растерял боевой настрой, впав в прострацию. Он не сомневался, что тот примет столь заманчивое предложение. Плакса сейчас заинтересован исключительно в собственной шкуре, а все перечисленное то, что может неплохо ее продырявить. — Но с одним условием: единственные у кого к ним сохраниться доступ, так это я и Натаниэль. Лорд Морияма ничего из этого не увидит, если Нати не решит показать ему лично. Ты же понимаешь свое неустойчивое положение, не так ли? Твой брат занял место Кенго, но в отличие от него, не видит в тебе прибыль, лишь проблемы и ненужные усилия, не стоящие получаемых за счёт тебя денег. Единственный, кто может повлиять на твой приговор, тебя ненавидит. Но если сможешь заручиться поддержкой Натаниэля, занимающего самую высокую должность после Лорда Морияма, то с вероятностью в шестьдесят четыре процента сохранишь жизнь, обеспечив безопасный путь к отступлению. Всего-то нужно найти подход к нему, забыть о вражде, да и…       — Я не собираюсь пресмыкаться перед таким сукиным сыном как Натаниэль! — вскипел Рико, со скоростью гончей соскакивая с места, отказываясь даже дослушать до конца. — Он отобрал моё место, отнял то, что по праву принадлежит мне! Ичиро — мой брат, а этот ублюдок украл его у меня! Во мне течет кровь Мориям, рядом с Ичиро должен быть я! Натаниэль не заслужил ничего из того, что дал ему мой брат. Он должен был просто сдохнуть в подвале своего чокнутого папаши!       Рико в бессильной ярости с громким шипением замахнулся, ударив сжатым кулаком по стене, разбивая костяшки до окровавленного мяса, делая шумные вдохи. Питер помрачнел, захлопывая рот, для мысленного успокоения представляя как открученная голова Рико падает с плеч, после чего на всякий случай напоминая себе зачем же так возится с кем-то вроде него. Он не давал себе шанса поддаться злости, с талантом настоящего клоуна контролируя мышцы лица. Черт, а ведь он действительно ненавидел когда его перебивали. Если бы не предполагается польза, которую он мог принести, то Питер с удовольствием выбросил паршивца с окна двадцатого этажа, по чистой случайности забыв дать парашют.       — Твое решение, — монотонно выдал Питер холодным тоном покойника. — Ещё раз при мне оскорбишь моего господина или перебьешь меня, то получишь пулю в черепушку в качестве подарка, все ясно?       Рико нервно дернулся от ледяной угрозы, едва не сливаясь со стеной. Воцарившаяся тишина била по перепонкам молотком, нагоняя больше страху. Морияма неслышно сделал вдох, сев на самый дальний стул, побелевшими пальцами испачканными в крови вцепившись в колени. Приоткрыв сухие губы, он собирался огрызнуться, но в последний момент осекся, вовремя задушив в себе сопротивление. С неимоверным трудом, Рико заторможено кивнул, не отважившись игнорировать предостережение на чужом лице.       — Д-да, я все понял. — запнувшись, невнятно промычал Рико, осознанно избегая взглядом ту часть комнаты, где с удовольствием на простынях как сыр расплавился Питер.       — Прекрасно, — нащупав чей-то кубик-рубик под подушкой, удовлетворённо мурлыкнул Осборн, сосредоточенно начав его собирать. — Не хочешь улучшить свое положение с помощью Натаниэля, так и быть. Можешь попытать счастье при помощи Хару, но ты ему совершенно не нравишься, так что шансы в этом случае ничтожны. С Нару не стоит и пытаться, у него нет своего мнения. Его оценка никогда не отличается от слов Лорда. Вряд-ли ошибусь, если начну утверждать, что убить тебя он хочет куда сильнее, чем твой брат.       Рико поджал дрожащие губы, бессильно утыкаясь измождённым лицом в острые колени. Он запустил пальцы в волосы, пачкая пряди в темнеющей крови. Безжизненный свет, падающий со светильников давал обзор на кругами летающую пыль по воздуху, что постепенно оседала на горизонтальных поверхностях тонким слоем. Питер горделиво расправил плечи, бесшумно меняя положение тела, сдерживая себя от язвительных комментариев и жёстких шуточек. Усевшись на кровать, закинув ногу на ногу, он хитро улыбнулся, ожидая ответа. В суровых глазах промелькнуло дразнящее веселье. Он уже заранее знал, что тот скажет. Предсказуемо до боли в зубах.       — Просто уничтожь улики, — приподняв голову, смотря сквозь намокшие слипшиеся длинные ресницы буркнул Рико, с болью в глазах тронув большим пальцем гордую цифру один красовавшуюся на щеке. — Что ты хочешь взамен? Я не верю в простую благотворительность.       — Пока ничего, я делаю это потому что вижу в тебе потенциал. — машинально ответил Питер давно подготовленный ответ, зная какое большое значение придает Рико таким простым на первый взгляд словам. — Возможно, когда-то мне понадобится твоя помощь, но не сейчас. Поэтому постарайся не сдохнуть, а то мне будет очень жаль впустую потраченное на тебя время.       Сказав это, он поднялся, кряхтя как дед. Не планируя задерживаться дольше, он начал посвистывая шагать к двери, без опаски повернувшись к Рико спиной. Не глядя, он через голову кинул в его сторону какую-то вещь, бодренько помахав рукой на прощание, негромко закрывая за собой дверь. Морияма едва успел среагировать и поймать, до этого сверля в уходящем затылке дыру размером с бездну. Опустив глаза он увидел в руках полностью собранный кубик-рубик, на одной стороне которого красовался приклеенный стикер с красиво нарисованным хохочущем клоуном в шляпе. Сжав в руке игрушку, Рико снова посмотрел на дверь, в ближайшие двадцать минут не шевелясь и не отводя от нее помертвевшего взгляда.