Кислотный диджей

       На следующий день Антон монотонно собирал вещи и периодически вздыхал, чем умилял, но и несколько заставлял переживать Арсения. Сев на диван в гостиной, парень просидел без телефона минут десять, глядя на приставку от телевизора. Он всё думал, что им теперь делать. Такие мысли были всегда, но сейчас накрыли с ещё большим осознанием, что они, видимо, будут всегда так мотаться. Пару дней в Москве, пару дней в Петербурге, снова работа, а потом выходные и снова кто-то из них встретит субботу на вокзале. Уезжать очень сильно не хотелось, но и на работу нужно было, а затем ещё и в Воронеж к родителям. В голове впервые появились мысли о будущем, что Антону было несвойственно. Он старался жить одним днём и не привык нести ответственность в будущем за свои поступки в прошлом. Сейчас парень понимал, что нужно мыслить наперёд не для себя, по большей части, и не для Арсения отдельно, а для них в целом.        — Антон, — давно наблюдая за парнем, наконец позвал того Арсений, опираясь на дверной проём.        От неожиданности он чуть дёрнулся в сторону, но слабо улыбнулся, глядя на несколько обеспокоенного парня. Тот подошёл к нему и сел на корточки напротив, ожидая когда Антон расскажет о чëм тот думает.        — Мы же теперь всегда так будем, ты это понимаешь? — со вздохом спросил Шастун.        — Понимаю, не понимал бы — ничего бы и не начинали. Что тебя смущает? Жили же уже так.        — Смущает то, что так будет всегда. Пару дней вместе, а потом снова уезжать то мне, то тебе. Потом снова пару дней и всё по новой.        — И что ты предлагаешь? — подпирая голову рукой, спросил Арсений.        — Съехаться.        — Съехаться? — чуть нахмурился парень, повторив услышанное.        — Ты против?        — Я не против, но я пока не вижу возможностей это сделать. Ты в клубе работаешь, я здесь. Как ты собрался съезжаться, если несколько дней тебя не устраивают?        Антон смотрел на парня напротив и думал, стараясь найти выгодный для них двоих выход из ситуации. Он ни в коем случае бы не принял жертву от Арсения в виде переезда с отказом от своей привычной жизни и работы, но и сам Антон пока не готов жертвовать своей деятельностью. Даже если он уволится, то потом неизвестно куда идти и, самое главное, кем. Менеджером в Питере? Звучало не очень. Поэтому он шумно выдохнул и запустил руку в волосы, прошептав беспомощное «Не знаю».        Арсений сначала посмотрел на него и сам задумался над выходом из ситуации, в которой они оказались. Мысленно сделав вывод, что так глобально они сейчас ничего не решат, а нужно со временем и понемногу придумывать что делать, он положил подбородок тому на коленки, чем привлёк внимание. Антон усмехнулся и потрепал того по голове, задержав руку в волосах.        — Мы обязательно что-нибудь придумаем, просто не сейчас. Сейчас у тебя поезд через два часа и ты не ел весь день, а ходил курить дважды, думаешь я не видел? Пока будем ездить друг к другу на пару дней, то ты ко мне, то я к тебе.        — Ладно, ты прав, наверное. Я просто уезжать не хочу, — усмехнулся Антон.        — Я тоже не хочу, чтобы ты уезжал, но также я понимаю, что пока по-другому никак.        — Спасибо, умная голова, — прошептал Антон, поцеловав того в лоб.        Стоя в коридоре и ожидая, когда парень наконец оденется, Арсений усмехнулся, что у него перед глазами возникло некое дежавю из прихожей у Антона. Оно подтвердилось, когда Шастун завязал шнурки и спустя паузу спросил:        — Может я не поеду никуда?        Тогда уже Арсений искренне рассмеялся, вспоминая как сам не хотел уезжать и выглядел так же жалобно, как сейчас Антон, который слабо улыбнулся поправив шапку.        — Чё ты ржёшь, я серьёзно.        — Верю, но нет, пойдём, а то опоздаем.        — Нет, слушай, а если серьёзно? Я Темуровичу напишу, да и Глеб если что подменит, — зацепился за возможность Антон, потянув Арсения за рукав, пока тот уже открыл дверь.        — Антон, слушай, максимум не увидимся, ну, недели две, это максимум. Всё нормально, пойдём, — осторожно вытаскивая рукав, чтобы взять его за руку и потянуть на себя, объяснил спокойно и с лёгкой улыбкой Арсений.        Он его осторожно обнял, а Антон облегчённо выдохнул куда-то в область капюшона.        Наконец-то приехали на вокзал и вдвоем стояли ждали поезд: Антон ходил из стороны в сторону и без конца теребил лямки от рюкзака, а Арсений со вздохом наблюдал за ним, стараясь успокоить. Когда на горизонте появился приближающийся поезд, у парня вовсе началась паника и «Может не ехать? Арс, я ведь правда могу попросить».        — Шаст, возьми себя в руки, — серьёзно начал Арсений, отдавая ему рюкзак, который забрал у него, пока тот лямки не оторвал, — Я приеду, всё нормально. Сейчас там Серёга, Глеб, Дима...с Ирой встретитесь кстати?        — Нет, она в Воронеж уехала с Оксаной. Кстати, она ей предложение сделать хочет, — протараторил Антон.        — Чего?! — искренне удивился Арсений, остановившись на месте.        — Забыл рассказать, но она пока думает. Сказала напишет, если надумает.        — Ахренеть.        — Да, давай ещё минут пять постоим пообсуждаем и поезд как раз уедет, — нервно усмехнулся парень, быстро глянув на билетёрш.        Арсений со вздохом и тихим «Иди сюда, гриб волнушка» притянул его и крепко обнял, на что Антон тут же ответил. Ему казалось, что за несколько дней, бережно выстроенный ими мир, сейчас вот-вот рухнет, но Попов убеждал в обратном, а он ему не мог не верить. Не хотелось оставлять его одного, не хотелось оставлять такой недружелюбный, на первый взгляд, город, не хотелось возвращаться домой без парня и теперь несколько недель жить одному, но убеждения со стороны Арсения работали, поэтому стало поспокойнее.        Отстранившись он сказал банальное «Ну, я пошёл», на что получил театрально-драматичное «Ну, иди». Уже почти заходя в тамбур он оглянулся, чтобы проверить не ушёл ли парень — не ушёл. Он стоял, сделал шуточно-официальный поклон головы и усмехнулся от своей же выходки. Антон слабо улыбнулся на это, но выбежал из тамбура и порывисто обнял ещё раз. Арсений мельком глянул на билетёрш, людей, которые были заняты посадкой и поцеловал того. Быстро, но вместе с тем и безумно нежно, но Антон не успел возмутиться и как-либо отреагировать: «Чем ты думаешь вообще? Вокзал же», потому что Арсений развернул его толкая в тамбур и прошептав: «Это Питер — тут всем плевать». Наконец двери захлопнулись, билет с паспортом проверили и поезд уехал.        Затем последовало триумфальное возвращение в клуб и долгожданная встреча с Серёжей. Следом всë, как в тумане: работа, под утро домой и под сообщения «Спокойной ночи», снова день, снова работа и по кругу. Днём Антон старался проводить больше времени с Серёжей и Максимом, на что те были только рады. С подростком они поближе познакомились и Максим начал понимать Арсения и его выбор, потому что диджей к себе притягивал. То ли уверенностью, то ли юмором, то ли наоборот каким-то спокойствием, но с ним хотелось общаться ночи напролет. Что и происходило последнее время всё чаще, потому что Серёжа начал ухаживать и бегать за девушкой, которая играла с ним то в тепло, то в холодно.        В один из таких вечеров Серёжа написал ещё днём парню, чтобы тот к ним приехал и посидел с Максимом, потому что тот буянит, а у него сегодня смена.        — О, Шаст, привет, — открывая дверь, протянул Матвиенко, пожимая руку.        — Привет, где твоё буйное подростковое создание? — стягивая куртку, усмехнулся Антон, оглядываясь по сторонам.        — Вообще-то я не подросток, — недовольно буркнул проходящий на кухню Максим.        — Между прочим, молодежью хотят признать людей до тридцати пяти лет, так что я бы подумал на твоем месте.        Трое прошли на кухню, пока Серёжа ставил чайник, Максим рассматривал то стол, то украдкой поглядывал на Антона. Он для него всё ещё был забавным, отчасти милым, непредсказуемым, но держался от него на безопасном расстоянии.        — Серёг, напомни, зачем ему нянька?        — Да, мне бы тоже хотелось понять, — недовольно подхватил Максим.        — Ты хотел пойти напиться снова со своими друзьями, а я напомню, что в прошлый раз ты вместе с ними попал в обезьянник из-за кражи банана.        — Ну там же не только банан был, — пробубнил парень.        — Да, но это позорнее всего. Воровать, Максим, вообще плохо, да будет тебе известно, но это в тебя почему-то вкладываю я, а не твои родители ещё в раннем возрасте. Сейчас ты лоб, которому я не доверяю, когда ты один, Антон тоже один, ему делать нечего, поэтому, дабы убить двух зайцев, вы здесь сидите вдвоём и подождёте меня до четырех.        — Есть комендантский час? — невозмутимо спросил Антон, с такой интонацией как будто произнёс: «Сергей Борисович, сначала ногу или руку отпиливать будем?».        — Чего?! Какой ещё комендантский час? — оживился Максим.        — Нет, пусть бесится сколько хочет, лишь бы дома.        — Понял, принял.        — Мне ещё потом надо будет к Даше заехать, — оба парня переглянулись, что не ускользнуло от Серёжи, — Да, мне нравится девушка, Максим и Антон, и я хочу с ней проводить, как можно больше времени. Вопросы?        — Да, ты думаешь она этого тоже хочет?        — Я.. Я пока не знаю, но я спросил можно ли сегодня к ней приехать, она сказала да, так что думаю тоже хочет.        — А то она играется с тобой то тепло, то холодно; то Серёжа приезжай, жить без тебя не могу, то уйди с глаз моих, мальчик, — рассуждал Антон, стараясь предостеречь.        Серёжа долго и анализирующе смотрел на парня, а затем с улыбкой спросил:        — Арс бы так сказал. Вы обсуждали мою личную жизнь?        — Возможно и я с ним согласен, поэтому доношу то, что сказал бы он.        — Как вы мне оба... — прошептал Матвиенко, не договорив и ушёл в коридор.        Антон вышел следом, а Максим задумчиво сидел и крутил пустую кружку, ожидая когда вскипит чайник. Уже стоя в коридоре и наблюдая за тем, как Серёжа натягивает куртку, парень прислонился к стенке и спросил:        — Может особое питание, режим, никаких мультиков после десяти? — шуточно-серьёзно спросил Шастун.        — Можете делать всë, что хотите, хоть травку курить, но мультики, следи, чтобы до десяти, да, — выставив указательный палец вперёд, так же шуточно и серьёзно ответил Серёжа, — А если серьёзно, то просто смотри, чтобы никуда не ушёл, мне главное, чтобы дома был, а то потом я нахожу его в странных местах...У Арса всё нормально?        — Ты же с ним созваниваешься.        — Ну, мало ли, он мне не говорит того, что говорит тебе.        — Конечно говорит, но боюсь, как парня, которому нравится девушка, тебя этот контекст не сильно и заинтересует, — как-то грустно усмехнулся Антон.        — Да нормально всë, приедет он скоро.        — «Скоро» понятие растяжимое.        — Ты думаешь я тебя позвал только за Максимом следить? Тебе развеяться тоже надо, чтобы не загонялся сильно, — стукнув того по плечу, сказал Серёжа, открывая дверь.        — Да, спасибо, всю жизнь мечтал развлечься с подростком, — усмехнулся Антон, — Всë давай. Можешь там со своей Дашей задержаться, а то мало ли.        — Иди ты, — усмехнулся Серёжа, хлопнув дверью.        Проходя на кухню, он выключил выкипающий чайник, пока Максим сидел в телефоне и ел печенье.        — Чем займёмся? — разливая кипяток по кружкам, начал Шастун.        — Я планирую сбежать от тебя через окно, потому что меня друзья ждут.        — Когда я отмазывался у родителей, то что-то придумывал, а не говорил правду матку в лицо. Попробуй как-нибудь.        — Ого, ты учишь меня врать? — усмехнулся Максим, убирая телефон в сторону, — Серёга тебе этого не простит.        — Поверь мне, он мне может не простить абсолютно другое, — садясь напротив, загадочно ответил Антон.        — Например? — после этого Максим осторожно поинтересовался, — Арсений?        Антон усмехнулся, а затем чуть прищурился и наклонил голову в бок, как бы говоря: «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали».        — Например, если он придёт, а тебя дома не будет.        Максим чуть покраснел и осёкся, понимая, что не каждый с ним готов обсуждать свою личную жизнь. Формально он знал об их отношениях и даже один раз видел в действии, но ему всё равно это казалось чем-то странным и, возможно даже, чем-то неправильным. Максима воспитали улицы, по большей части, где подобная толерантность была не в чести. Сам он по себе был парень дружелюбный, но вот «законы улиц» несколько ломали в нём его изначально хрупкую душевную организацию, что приводило к типичному: «Мужик с мужиком?!». Пересекаясь каждый раз с Антоном, он не мог перестать об этом думать, но уже с другой интонацией и другим вопросом: «Как так вышло?». Он просто за ним наблюдал с неким любопытством и интересом, что видимо чувствовал Антон, периодически закрываясь от его интереса и вопросов.        — Я буду в комнате, — вставая из-за стола, пробубнил неловко парень.        — Макс, не пытайся пожалуйста сбежать. Потом такой пиз... не повезёт тебе короче, если убежишь. А то Серый в следующий раз не меня попросит с тобой посидеть, а внатуре няньку тебе наймëт.        Кивнув, Максим вышел из кухни, а затем послышался звук закрывшейся двери. Антон глубоко выдохнул и опустил голову, теребя в руках ручку от кружки, но слабо, чтобы не расплескать чай. Он видел и понимал, что парню ну очень интересна тема его личной жизни, что немного напрягало. Напрягало только потому что Антон знал, чем обусловлено такое внимание. Наверняка, если Серёжа со скепсисом относится к подобного рода отношениям, то у Максима как бы это до гомофобии не доходило. Не хотелось, чтобы Арсений приехал и первый вопрос который бы получил парень был: «Ебались, да?». Было два варианта: нажить себе подростка-врага не отвечая на его вопросы и постоянно отказываясь это делать, либо всë-таки утолить некое любопытство без подробностей. Серёжа вот никогда не интересовался их отношениями. Только как старший брат мог спросить: «Всё нормально?» и получив утвердительный ответ успокоиться. С этим так не сработает.        Несколько пошерстив по кухне в поисках еды, он обнаружил, что Серёжа позаботился об этом, но не позаботился о выпивке. С этими таблетками было столько всего упущено, поэтому Антон старался это наверстать, но не мог в одиночестве. В заднем кармане джинс завибрировал телефон. Антон увидел сообщение «Только не спаивай подростка» и усмехнулся, облокачиваясь на кухонный гарнитур. Подумав, что одному стоит только мысленно заикнуться, второй тут же появляется, он ответил «Ничего не могу обещать ;)» и убрал телефон.        Спустя полчаса он осторожно постучался в комнату к парню и когда тот крикнул «Открывай», Антон мысленно радовался, что тот не сбежал.        — Ты прям постучал? — полусидя полулëжа спросил Максим, приподняв тёмные брови.        — Вроде да.        — Просто Серый в комнату влетает без предупреждения, а ты тут... так.        — Меня это бесило в юности, поэтому не хочу бесить тебя, — скрестив руки на груди и облокотившись на косяк двери, он усмехнулся, — Почему не сбежал?        — Не хочу, чтобы у тебя из-за меня проблемы были, — пробасил парень, уткнувшись в телефон.        — О-о, моё ты золото, спасибо, я оценил, — протянул Антон улыбаясь, — Есть не хочешь?        — Нет, до твоего прихода с Серым ели.        — Тогда пошли пить, — разворачиваясь предложил Антон.        — Снова чай? — крикнул Максим        — Я не говорил, что чай, — донеслось из-за стены и Максим в удивлении приподнял брови, чтобы быстро и неожиданно вскочить с кровати.        Выйдя из комнаты, он увидел на столе две бутылки одна из которых коньяк, а другая бутылка красного вина, и Антон ещë доставал из рюкзака две бутылки пива. Поймав на себе удивлëнный взгляд паренька, Антон усмехнулся.        — Серёга как-то сказал, что ты меня перепьëшь. Не верю. Давай на выносливость?        — А тебе разве можно? — с энтузиазмом плюхнувшись на стул, спросил Максим.        — Теперь да. Давай с пива.        — Я вино не буду, оно пидорское, — сказал парень, а затем глянул на Антона и начал тараторить, — В смысле я не это имел ввиду и не хотел как-либо оскорбить тебя или там...        Антон искренне рассмеялся, облокачиваясь на плечо парня, от чего тот немного расслабился и нервно усмехнулся. Успокоившись и открывая по бутылке Шастун расслабленно сказал:        — Господи, Макс, забей. Я такой же обычный человек как и ты, а вино пьют не только пидоры, как ты говоришь, — затем отпивая, он задумчиво добавил, — Да и пидором я себя не считаю так-то... Так что просто расслабься. Расскажи лучше, куда с пацанами бегаешь?        Максим отпил из бутылки и опасливо посмотрел на стоящего парня напротив, который опирался на кухонный гарнитур в максимально расслабленной позе.        — Серёге скажешь?        — На кой мне это? Просто интересно к какой уличной секте, скажем так, ты принадлежишь. Я сам на улице вырос считай, поэтому чисто интерес.        — Реально?        — Да, только не в Москве, а в Воронеже, а там всë ещë опаснее, чем тут. Ну, так что?        — На заброшку курить и иногда костёр жечь ходим.        — Костёр круто, я вообще на природу давно не выезжал. Наверное в детстве хватило, — усмехнулся парень, вспоминая своё вечное лето на даче у бабушки, — Почему курите именно там? Тебе же вроде есть восемнадцать. Или боишься, что Серый родителям сдаст?        — Не, Серёга в этом плане максимально лоялен, но, как-то неловко что ли, перед ним курить.        — Почему?        — Ну, он брат всë-таки, а я считай прямо перед ним почти курю.        — Я как считаю: либо кури гордо и признавай то, что зависим от привычек, либо не кури вовсе. Честно говоря, ты бы бросал, это я тебе как курящий человек говорю. Пока не поздно.        — Кончай нравоучения.        — Не-е, слушай, я признаю, что начал курить из-за того, что повёлся и просто за компанию начал. Тебе тоже надо признать что-то. Ты вот как начал?        — Не знаю, искал чего-то нового в жизни, эмоций, наверное.        — До наркоты не дошло? — опасливо поинтересовался Антон с надеждой в голове.        — Не-е, на такое я не готов. Уже слишком.        Спустя время и несколько бутылок алкогольных напитков, оба сидели на подоконнике, с которого чуть не упали и испугавшись кинулись смеясь прочь с балкона. Затем под впечатлением, адреналином и алкоголем в крови, уставшие оба упали на кровать: Максим с одной стороны, Антон с другой смотря в потолок. Они вдвоём просмеялись, узнали друг о друге многое, но когда вопросы про учёбу, институтскую жизнь, друзей, любимые фильмы, сериалы, мультики стали казаться скучными, Максим начал первый с более интимных. Напившись ему была свойственна повышенная разговорчивость.        — Короче да, и Лиза в итоге встречалась с ним три года, ты прикинь.        — Так, а она тебе всё ещё нравилась на тот момент?        — Да, но ведь я даже не понимаю, что она в нём нашла? Он же тупой, говорит по три слова и вообще ни о чëм...        — Он смешной? — задумчиво спросил Антон, положив руки на живот.        — Да не знаю, средне. Обычный короче.        — Ладно по другому вопрос: девчонки сильно с него смеялись?        — Да.        — Ну, вот тебе ответ на вопрос чем он твоей Лизе понравился. Мне правда этого никогда не хватало в школе, потому что отношений, считай, почти и не было, потому что... Не знаю почему кстати, претенденток не было.        — А претенденты были? — повернул голову Максим, чуть понизив голос и приподняв одну бровь, на что Антон засмеялся.        — В школе этого не было.        — Так, а в смысле? А как же утверждение, что с ориентацией рождаются?        — Рожаются, но осознают не в детстве же. Тем более, мы в России, тут если сам что-то странное к своему полу почувствуешь, всë пизда, в голове только одно: «Со мной что-то не так». У меня подруга Ира есть, она вот со школы лесбиянка. Девчонки умнее просто и подходят основательнее к этому вопросу и самоанализу в принципе.        — А у тебя как получилось?        — С неожиданного осознания. Просто, помню, сидел, смотрел на одногруппника и такой блин, кажется я бы хотел не просто с ним дружить и всë, паника.        — У тебя? Паника? — привстал Максим, чтобы посмотреть на Антона.        — У меня. Паника. Ты думаешь я дохуя смелый или уверенный всегда был?        — Ну... Да? — усмехнулся Максим, пожимая плечами.        — Нет. Я вообще не гей, давай так, ты же это знаешь?        — Так ты же с Арсом встречаешься.        — Да, но до Арсения у меня была весёлая жизнь и с парнями и с девушками.        — Погоди, ты и с теми и с другими?.. — искренне не понимал парень.        — Сейчас только с одним, — усмехнулся Антон, — Но до него да.        — А такое возможно разве?        — Ты ешь яблоки? — садясь на кровать, начал со вздохом Антон.        — Да.        — А клубнику?        — И клубнику.        — Но как ты можешь есть и яблоки и клубнику, если одно из них фрукт, а другое ягода? — чуть прищурился парень.        — Блин, ну ты сравнил людей с едой.        — Суть та же. Для меня, по крайней мере. Я люблю людей, как и фрукты и ягоды просто за то, что они это они. Пол, как таковой, мне не важен, потому что я влюбляюсь, в первую очередь, в там, ну, в душу человека, в его взгляд на вещи, в его отношение ко мне и так далее. Есть конечно различие между полами, например, для меня парни более предсказуемые, чем девушки, но и в этом прелесть девушек есть тоже. В любом случае, в данный момент жизни сложно об этом рассуждать, сам понимаешь, но, по крайней мере, так было раньше.        Максим пьяно и сонно смотрел в стену, размышляя над услышанным, потому что он такого никогда не видел и не слышал так подробно. Он начал понимать, почему Серёжа о нём так отзывается, почему Арсений с ним вообще встречаться начал, почему его называли талантливым, удивительным и смешным. Максим в глубине души хотел составить своё независимое о нём мнение и желательно не такое, как у всех, ожидая, что он с ним не сможет поладить и наконец-то именно он раскроет им глаза на этого Антона. Но нет. Всё только подтвердилось и даже слишком.        — Тогда вообще не понимаю. Перед тобой такой рынок с продуктами, такое разнообразие, и фрукты, овощи, ягоды, а ты выбрал, ну... Арсения?        Антон сначала не понял, а потом искренне рассмеялся упираясь лбом себе в коленку. Максим на каждый такой приступ смеха не мог не улыбнуться в ответ.        — Просто я-то ограниченный, ладно, у меня выбор, грубо говоря, только из фруктов, но ты...        — Не хочешь присоединиться в подобный клуб всеядных? — многозначительно улыбнулся, толкнув того плечом, Антон.        — Нет-нет-нет, вы меня в свой клуб не затащите, спасибо, меня, и так устраивает. Да и в теории даже сложно представить, чтобы я на парней смотрел, как на... Фу-фу, всë, — замотал головой парень, потянувшись к бутылке с коньяком, но спустя паузу всё же спросил ещё раз, — И всё же почему именно он?        Антон никогда не думал в таком ключе, тем более, на пьяную голову. Видимо в голове Максима влюблённость это, действительно, как сходить на базар: «О, понравилось — беру!». В их случае тогда даже наверное Арсений так выбирал, а не Антон, но поразмыслив он пришёл к выводу, что как-то оба одновременно поняли, наверное, поэтому всë так быстро закрутилось.        — Не знаю, повезло просто, — пожимая плечами серьёзно ответил парень, — Это же тебе не базар, где приходишь и выбираешь того, кто понравился. Просто одновременно как-то поняли, что, ну, какие мы друзья? Да и всë. Я бы мог конечно описать там «Ой, Максим, какие у него глаза, а как он мило смеётся!», но это больше на влюблённость смахивает. Такого нет.        — А что есть тогда, если не влюблённость?        Размытым взглядом Антон посмотрел на рядом сидящего и чуть прищурился. Сейчас у Максима не было осторожности, некой хитрости во взгляде и любопытства с определенным подтекстом. Он смотрел искренне желая разобраться, как смотрят дети, когда задают какой-то прямой вопрос, ещё не задумываясь над тонкостями взрослого мира: «А как это будет звучать?», «А не слишком ли прямо я задам этот вопрос?», «Может стоит с другой интонацией?» и так далее.        — Чуть подрастёшь — поймёшь. Если думаешь, что люди в отношениях постоянно друг на друга смотрят и думают: «Какой ты классный», то нет. Ну, в смысле не всегда и этого с каждым днём меньше, но оно превращается во что-то другое, ближе и...не знаю, роднее, что ли.        — Странно всë это, — по философски заключил Максим, попутно вздыхая, — Не вы вдвоём, отношения в принципе. Моя проблема в отношениях всегда была, что я что-то не договаривал, утаивал, не рассказывал и мне постоянно говорили: «Научись сначала доверять, а потом отношения строй». Раньше не понимал, сейчас чуть лучше с этим.        — Доверие вообще штука странная. Когда доверяешь одному — высока вероятность, что предадут или бросят, а доверяешь второму, но уже с большой опаской — он наоборот доверяет тебе с гораздо большей отдачей. Доверие, по-моему, вообще самая странная, нестабильная человеческая черта, а понять эти границы ты сможешь только медленно прощупывая почву с каждым человеком. Так что ты доверяй конечно, но не каждому открывайся, а то разгребать потом заебёшься.        Максим угукнул, слабо понимая смысл слов, но всё же, как ему показалось, суть уловил. Обсудив ещё парочку философских научных вопросов, Антон на свой вопрос как-то не услышал ответа и повернулся в сторону парня. Тот слегка наклонил голову, тёмная челка падала на глаза, а Максим благополучно спал. Усмехнувшись мыслям «Не перепил, но очень был близок», парень тихо встал, накрыл его пледом и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.        Выйдя на балкон слегка пошатывающейся походкой, он закурил, чувствуя как каждую минуту проведëнную на улице трезвеет. Написав Арсению ёмкое «Спишь?», он глянул на время «5:02» и мысленно ответил за парня, что да. Неожиданный вопрос Максима поставил его в тупик, и он попытался найти ответ на него, листая галерею в телефоне.        Парень фотографировал его как-то, когда тот только проснулся, но он на половину закрылся одеялом, фотографировал, как тот готовит, пара совместных фотографий в Новой Голландии на Новый год, затем снова фотосессия Арсения, но когда он уже сам попросил, следом большое количество котов, небо, здания Петербурга, снова Арсений и так бы и шло, если бы не соскочил палец вниз. Датировка стояла два месяца назад, где они вдвоем на кухне у Антона по пьяни сфотографировались с вином, выполняя действие. Антон чуть улыбнулся, понимая, что раньше не пересматривал эти уже старые фотографии. Следом шло видео, где Арсений выполнял одно из действий:       — Не заговаривай мне зубы, окно открывается ручкой вниз, на себя и кричи, чтобы весь мир услышал.       — Тогда я скажу шепотом.       — Чего?       — Ну, типа шутка в том, что ты мой мир, поэтому я могу не кричать, ты же тут сидишь. Так, ладно.       — Ой не зря я снял это, ой не зря.        Антон тихо засмеялся, смутно помня как они тогда напились и что делали, но помнил точно, что буквально спустя несколько минут после этого видео, Арсений признается, что то, что он прокричал в окно почти правда и начнутся абсолютно другие времена для них двоих. Заблокировав телефон, он положил его в задний карман брюк и выдохнул сигаретный дым.        Январь в Москве на удивление был не снежный, поэтому Антон смотрел на серый и еле освещённый одним фонарём кусочек асфальта и думал над ответом. Ему бы было в разы легче ответить вместе с Арсением, но он наверняка спал, учитывая, что у него время полдевятого. Но неожиданно телефон и вовсе зазвонил, а Антон даже испугался такого резкого звука посреди такой тихой, тёмной, зимней ночи.        — Привет? — больше вопросительно, нежели утвердительно поздоровался парень, максимально стараясь не выдать конкретное такое опьянение.        — Доброе утро, — зевая пробасил Арсений, — Ты чего не спишь?        — А у нас пять утра, хотя на улице тёмная-тёмная ночь, я не ложился ещё.        — Что, с подростком понравилось сидеть? — усмехнулся парень, скрепя кроватью на фоне.        — Он спит, я просто хожу по кухне и балкону.        — Куришь?        — Уже нет, — со смешком в голосе и тут же потушив сигарету о подоконник, сказал Антон, затем быстро стал смахивать пепел, замечая, как из-за него осталось чёрное пятно, — Всего третья за день.        — Когда в Питере был две выкуривал.        Спустя непродолжительную паузу и глубокий вздох, Антон зашёл на кухню. Выкинув окурок, он почувствовал степень своего опьянения из-за тепла, поэтому сел прямо на пол прислонившись к гарнитуру.        — Три согласись не шесть и даже не двенадцать, — со вздохом обречённости и чуть прикрыв глаза, Антон спросил, — Злишься?        — Уже нет, — усмехнулся парень.        — Как отец?        — Жив, здоров, весёлые дни в виде зимней охоты. В детстве часто меня с собой брал, пока я его другу случайно ногу не прострелил. Видимо ему показалось, что сейчас я всё-таки достоин снова поехать с ними на охоту, — зевая, парень добавил под смешки от Антона, — Нормально всё, не переживай. Где Серёга кстати?        — Я думаю, что у этой...как её, — щёлкая пальцами, пытался вспомнить Антон.        — Даши?        — Да-а! У Даши я думаю наш Серёжа.        — Шаст.        — Я тебя слушаю, — чуть повысив под конец голос и опустив голову, отозвался парень.        — Ты реально споил подростка и сам напился? — усмехнулся Попов.        — Так, я никого не спаивал. Это важно. А то, что я напился, не так уж я и напился, знаешь ли. Просто бултых, блять, бутылку разлили и выпили. Я и больше пил в своё время.        — Верю. Обычно бывшим, когда напиваются звонят, а ты мне. Несостыковка.        — А я и не хочу, чтобы ты стал моим бывшим. Тебе не пойдёт.        — «Не пойдёт»? — искренне засмеялся парень, что даже немного эхом раздавалось на кухне у Антона.        — Ну, бывшие ведут себя, как говно обычно, а ты так не умеешь. Так что если думал об этом, то не надо, — спустя тихое «Хорошо» в ответ и молчание, Антон спросил, — Арс, почему ты меня выбрал?        — В смысле выбрал?        — Ну, меня вот Максим спросил тут: «Антон, тебе же нравятся и девушки, и парни, а ты встречаешься с Арсением, почему он?», а я и не знаю, что ответить. Сказал только, что мы не на базаре, чтобы выбирать и всё. Ты бы что ответил?        — Чтобы Макс перестал относиться к людям, как к вещам. Что это за «Выбрал», «Девушку нашёл» и подобное? Как будто вещь какая-то. А почему именно ты, — задумчиво начал рассуждение Арсений, — Тоже не знаю. Как-то быстро признал, что что-то странное начинается по отношению к тебе и всё. Повезло просто, мне кажется.        — Повезло, — задумчиво повторил Антон, кивая и смотря в пол.        Именно в этот момент паузы, Антону пришло уведомление от Иры с кратким сообщением «Согласилась!». Думая, что у него перед глазами всё плывет и он выдумал сообщение, Антон протёр глаза, но сообщение никуда не делалось. Он искренне обрадовался, пьяно улыбаясь, глядя в экран телефона, а затем прошептал:        — Оксана согласилась.        — На что?        — Я тебе рассказывал, что Ира хотела сделать предложение ей. Сейчас написала, что согласилась. Пиздец, у неё жена появилась...или нет, пока невеста просто.        — Сколько они встречались напомни?        — Пять лет. Там столько всего пережили, я в ахуе. Теперь начнётся другая какая-то семейная жизнь, — грустно усмехнулся Антон, осознавая, что они с Ирой как-то быстро и уже давно выросли.        — Анто-он, она же не умерла и не уезжает. Что за похоронная интонация?        — Вообще да, ты прав, я пиздецки за них рад, — шмыгнув носом, улыбаясь серьёзно сказал Антон, а в паузу Арсений подал голос.        — Ты обычно спрашиваешь, когда я приеду.        — Да я смирился просто, что не скоро, поэтому уже не спрашиваю.        — Между прочим, я соскучился, чтобы ты знал, но и уехать спустя столько лет от отца не могу пока. Чуть позже. Как освобожусь — сразу к вам туда, — спустя вздох и тихое «Угу», Арсений уже спокойнее сказал, — Иди спать, а то и так овощем проснёшься. Так хоть меньше.        — Спокойной ночи и доброе утро, — хмыкнул Шастун, сбрасывая вызов.        Ноги отказывались слушаться, голова стала ещё тяжелее, чем обычно и поклонило в сон. Свернувшись на полу в клубок и подложив руку под голову, Антон самозабвенно заснул. Серёжа пришёл часов в восемь утра и когда прошёл на кухню, очень сильно испугался. Дело в том, что на этой самой кухне и на этом самом месте, так же лежал и Арсений, только не спал, а был на грани жизни и смерти. Когда легкий страх прошёл, он подошёл к Антону прошептав «Дурак», на всякий случай проверить, жив тот или нет. Шастун громко сопел и почесал нос во сне, дëрнув ногой. Заглядывая в комнату к Максиму, тот мило спал, но тоже в одежде, а у кровати стояла недопитая бутылка коньяка. Хмыкнув он закрыл дверь и принёс Антону плед, понимая, что перетаскивать его на кровать бесполезное дело. Сейчас спать, а поговорит он с ними уже завтра.        На следующий день у обоих было тяжёлое похмелье и даже у Максима, но Антон ещё больше застонал от безысходности, понимая, что они ни на что не спорили, а только на интерес. Спустя неделю свиданий с никому неизвестной Дашей, Серёжа гордо заявил: «У меня сегодня на выступление девушка придет». Тогда и Ира, и Оксана, и Максим пришли посмотреть не сколько на само выступление, сколько на девушку Серёжи. Выпив, она всем понравилась и даже некой дерзостью походила на самого Серёжу, за что она ему и нравилась. Вроде и своенравная, но всё равно к нему идёт.       Только спустя ещё две недели и уже в феврале, Антон получил сообщение в виде скриншота расписания поезда «Омск-Москва», от чего сердце в пятки ушло. Он тут же собрался и приехал за двадцать минут до прибытия. Как только Арсений вышел из вагона, парень тут же налетел на него с объятиями из-за чего они оба упали. Затем снова комната, снова несколько дней вместе, снова расставания, клуб, съëмочная площадка, встречи и всё по кругу.

Год спустя

       — Ир, я ему тысячу раз говорил, чтобы он выкинул эту идиотскую идею из своей головы, — недовольно возмущался Антон, помешивая венчиком блинную смесь в миске, — Нет, он же всë лучше знает.        — Ты ему прям говорил, что против этой затеи с переездом? — откусив яблоко, спросила Ира, болтая ногой.        — Конечно, я ему постоянно это говорю, чтобы он понял, что переезжать в Москву, бросая там всю их питерскую актёрскую тусовку тупая идея, — осторожно выливая на сковородку первый блин, ответил Антон.        — А он что?        — Он «Антон, мы не можем жить на два города, давай я перееду, мне проще, чем тебе» и всë.        — Так реально проще же.        — Нихрена не проще! — указывая лопаточкой прикрикнул Антон, — Ты вот знаешь, что режиссёры из Питера и из Москвы почти не общаются между собой и пробиться проще там, чем здесь? Тут он переедет и что? Да и похуй, мы бы и на мою зарплату прожили, но ты же понимаешь, что Арс без беготни не Арс.        В этот момент хлопнула дверь в прихожей, на что Антон закатил глаза, а Ира повернулась, продолжая есть яблоко.        — Не сбивай аппетит, сейчас нормальный завтрак будет, — убирая яблоко, тихо сказал Антон.        — Ты с ним такой занудный стал, — вздыхая и подпирая щëку рукой, пробурчала Ира.        — Ну и сырость, — стряхнув с волос влагу после дождя, весело сказал Арсений, проходя на кухню, — Дай угадаю, на меня опять жаловался?       Проходя по кухне, чтобы убавить огонь на плите, он толкнул того бедром у плиты.        — Эй!        — Ага и у меня яблоко отобрал, — пожаловалась девушка, глядя на Арсения.        — Ну ты и злой, Шаст. А у него такое уже несколько дней, — садясь напротив, улыбнулся Арсений, а затем наклонил голову чуть в сторону, глядя на спину Антона, нервно постукивающего лопаточкой и переварачивая блин, — Может мне уехать? Хотя как ты жить-то будешь со мной, если я к тебе перееду.        — Нет, не переедешь, мы это обсуждали уже, — поворачиваясь и тыкая лопаткой, недовольно причитал Антон, чем вызывал всеобщую улыбку, — Ты пожертвуешь профессией только через мой труп, понял?        — Я просто меняю место жительство, а не жертвую профессией, Антон, прекрати драматизировать. Смотри вон блин сгорит.        — Бесишь, сил нет, — отворачиваясь со вздохом пробубнил парень.        — И я тебя люблю. Ир, а где Оксана?        Девушка наблюдала за их общением с такой улыбкой на лице, как будто смотрела как дерутся котята. Антон хоть и злился, но не серьёзно, да и то только потому что ставил интересы парня, выше своих. Наблюдать за ними было одно удовольствие, как будто старая супружеская пара поругалась в маршрутке.        — На работе, она со мной по городам не колесит.        — Я бы на твоём месте только радовался. Живëте вместе, в одной квартире, всё время на одном месте, видитесь каждый вечер после работы, вместе с женой сидите едите Карбонару смотрите телевизор и ничего вам не мешает уснуть вместе, — со вздохом меланхолично сказал Антон, переворачивая блин.        Арсений с Ирой переглянулись, понимая, что одному из них нужно отогнать тоску, потому что расстояние для них двоих одинаково было сложным, но для Антона сложнее. Встав из-за стола, Попов подошёл к нему со спины и обнял, обвив руками талию.        — Не подмазывайся, я злюсь, — глянув украдкой на голову на плече, пробубнил Антон.        — Не злись, — потираясь щекой о спину и плечо, прошептал Арсений.        — Арс, дай мне два дня, я что-нибудь придумаю. Если ничего, то так и быть, переезжай.        — Хорошо, даю два дня и ловлю на слове. Курить мы так уже бросили, — отстраняясь и давая возможность Антону повернуться, улыбаясь сказал парень.        — Я думал я убью тебя, пока бросал.        — Знаю, потому что я тоже бросал, — невесомо поцеловав того в край губ, произнёс чуть слышно Арсений.        — Два дня? — улыбнувшись спросил Антон.        — Два дня. Блин.        — Что?        — Блин говорю сгорит, — отходя под «Да блять!», усмехнулся Арсений.        Антон кратко изложил их проблему Серёже, на что тот лишь угукал и скрывал смешки. Парень сидел и представлял, как эти двое отреагируют на предложение Димы перевестись в Петербург, которое тот сделал самому Матвиенко относительно недавно. Дело в том, что они вдвоём ещё полгода назад решили расшириться и сделать не один клуб в Москве, а стать сетью клубов по России. Первым городом стал Санкт-Петербург не потому что это вторая столица, а потому что предложил сам Серёжа, понимая, что если у этих двоих всё серьёзно так и продолжится, то у Антона будет место, и он сможет переехать к Арсению.        Убеждаясь с каждым днём, что их связь только укрепляется, а оба они из-за расстояния только выматываются, он понял, что сделал правильный выбор города и пора бы поставить Антона в известность. Дима предлагал, конечно, именно Серёже поехать туда диджеем, потому что он помогал и сопровождал его на долгом пути оформления и строительства, но тот отказался, сказав, что уже сроднился с Москвой и её стенами, да и с девушкой переезжать не хочется, у нее здесь работа.        Стоя за диджейским пультом и настраивая его к выступлению, Антона вызвали в кабинет к Диме, на что Серёжа усмехнулся, предвкушая реакцию.        — Согласен? — спросил Дмитрий, поправив очки и ожидая ответа.       — Так секунду, — прикрыв глаза и замахав руками, остановил того Антон, — Вы серьёзно всё это время готовили точку в Питере?        — Ну, да. Было непонятно сработает, приживётся ли или нет, она работала без диджея на Рубинштейна, а сейчас там нужен свой человек. Серёге предлагал — он отказался, а второй диджей ты, поэтому предлагаю тебе. Готов переехать? Заменить тебя Глеб может, не зря же его готовил, — хмыкнул мужчина, отложив бумаги в сторону и ожидая ответа.        Антон не верил в происходящее и готов был поклясться, что выдохнул бы, если бы ему сказали, что это шутка. Тот самый вариант, которого он всё это время ждал и искал, тот самый вариант, которого хотели они с Арсением оба плюхнулся буквально на голову. Его в Москве держала только Ира, но у них с Оксаной уже была больше своя жизнь и метили они уже давно заграницу, поэтому оставаться здесь только из-за того, чтобы не упускать подругу детства из виду было бессмысленным.        — Согласен.        — Шикарно, я тоже буду туда иногда приезжать. На следующей неделе в понедельник выходи, а то пока с жильём, вещами и всем подобным разберёшься.        В смешанных эмоциях и всё ещё не веря в происходящее, Антон осторожно закрыл за собой дверь и спустился на первый этаж к сцене. Это увидел Серёжа и был настолько доволен реакцией, поняв, что не зря он всë это затевал.        — Шаст, ты чего? Мертвеца увидел что ли? — улыбнулся Матвиенко, настраивая пульт.        — Меня в Питер перевели работать, — садясь на край сцены на автомате выдал Антон, — Меня. В. Питер. Перевели. Меня в Питер перевели?! Ахуеть. Ты прикинь!       Он оживился, а Серёжа спустился к нему, оставив пульт.        — Я подумал вы с Арсом, наверное, затрахались мотаться по городам туда-сюда, да и вижу, что вроде как у вас всë серьёзно. Дима у меня полгода назад ещё спросил где вторую точку я бы открыл, я и сказал в Петербурге, думая о вас двоих. Он одобрил и начали строительство и оборудование. Понятно дело точку готовили для меня, но мне оно не надо, а вторым диджеем являешься ты, поэтому предложили следом тебе, — объяснил Серёжа, кладя руки в карманы.        — Так это ты..?        — Не то, чтобы прям я, там и Дима, и... — Серёжа не смог договорить, потому что Антон его безумно крепко обнял, прошептав тихое «Спасибо» в капюшон толстовки. Он ему на столько благодарен, что за всю жизнь не расплатиться, а вот насколько ему будет благодарен Арсений, остаётся только догадываться.        Был последний день их уговора, поэтому Арсений уже готов был переехать и в любой момент уехать в Санкт-Петербург, чтобы перевезти вещи. Он слабо понимал и представлял, как он переедет в другой город, спустя столько лет жизни в Петербурге. Это было его место силы, у этого города была своя атмосфера, а петербуржцы отличались от всех остальных жителей других городов. Понимая, что работу найти можно где угодно и у него в Московском театре есть знакомые, он переживал уже меньше. Арсений, банально, устал, от того, что они друг к другу мотаются, день лениво лежат дома, когда один из них отходит от дороги, чтобы потом уехать и снова переписки, звонки и прочее, чего было мало.        Наконец в прихожей хлопнула дверь, а Арсений вышел в коридор встречать парня.        — Твою мать, — прошептал Антон, дëрнувшись в сторону, — Ты чего не спишь-то? Время четыре часа.        — Я без тебя не хочу, поэтому не очень-то и тянет спать.        Антон не спешил снимать куртку и долго и анализирующе смотрел на Арсения, думая, как бы так ему сказать, что он переезжает к нему жить в Петербург. Вздохнув он начал:        — Помнишь уговор о двух днях?        — Если ты думал, что я забыл, то нет. Я прекрасно помню, что сегодня последний и я так понимаю никакого чуда не произошло, поэтому поеду завтра домой за вещами, — лениво разворачиваясь, чтобы уйти в комнату, объяснил серьёзно Попов.        Антон потянул его за руку, утягивая в долгий поцелуй, от чего Арсений несколько удивился, потому что чего-то подобного у них уже давно не было. Осторожно толкая того в комнату, Арсений прерывался на некоторые вопросы:        — Я где-то накосячил?        — Нет, — усмехнулся Антон, целуя того в край губ.        — Так, ты где-то накосячил?        — Надеюсь, что нет.        — И в клубе всё нормально? — придерживая того за плечи, непонимающе спросил парень.        — Более чем, — осторожно опускаясь с ним вместе на кровать, продолжал целовать Антон всё ещё непонимающего Арсения, который чувствовал в чём-то подвох.        — Погоди, — окончательно останавливая того, привстав на локтях, серьёзно начал Арсений, — Расскажи как всё прошло.        А Антон выглядел так, как будто поплавится, глядя на парня напротив. В его голове звучали слова: «Неужели мне с тобой в Питере жить всю жизнь, а теперь это будет не твоя квартира, а наша?».        — Шаст, — возвращая того в реальность, осторожно позвал Попов.        — Прошло как обычно и ничего интересного, — медленно приближаясь к лицу парня начал рассказывать Антон с такой нежностью, что Арсений смазано отвечал на поцелуй всё ещё не очень понимая, что происходит, — Серёжа включил Канье Уэста, потом я отдал пульт Глебу, и он включил AC\DC, за что получил и от меня и от Серёги.        Арсений чуть расслабился, слушая с паузами рассказ парня, поглаживая того по бокам, сжимая футболку.        — Потом меня Дима к себе вызвал, — потянув того на себя за ворот и медленно целуя, он сделал так чтобы они сели, — Сказал, что открыли точку в Питере и там нужен диджей.        Арсений увлёкся придвигаясь к парню и переместил руки на щëки, стараясь поцеловать так, как в последний раз, но неожиданно отстранился, стараясь отдышаться. Антон смотрел на него искрящимися глазами, а сам Арсений непонимающе нахмурился.        — Что ты сказал?        — Сказал, что Дима открыл вторую точку в Питере и им там нужен диджей. Серёга отказался, а здесь остаётся Глеб.        — Погоди...Ты хочешь сказать, что...        — Ну, давай-давай, додумывай, умный же мальчик, — усмехнулся Антон, поцеловав того в нос.        — Ты.        — Я.        — Да ладно? — боясь понять неправильно и понапрасну обрадоваться, неверяще усмехнулся Арсений.        — «Да ладно» что?        — Ты туда переезжаешь и будешь там теперь работать?        — Да, — прошептал парень, снова целуя, но уже значительно спокойнее.        — Ты не шутишь?        — Не-а. Серёга потом подробнее тебе всё расскажет. Так что в Питер, милый мой, едешь не ты завтра, а мы вдвоём. Правда я...        Арсений уже наваливаясь всем телом на парня, обнял его, но Антон от неожиданности повалился назад и они чуть не упали с кровати, пока один из них смеялся, а другой смотрел на парня самым громко-говорящим взглядом на свете. Ему казалось, что это невозможно, что он вот-вот проснётся или Антон скажет, что на самом деле пошутил или просто хотел воссоздать сценарий как бы это было, если бы было правдой. Они относительно давно стали перебирать варианты того, как жить вместе, просто потому что привыкли вдвоём, а по одиночке не то. Оба не боялись, что стереотипный корабль разобьётся о быт жизни, потому что изначально так получилось, что жили вместе и успели привыкнуть. Антон думал конечно ради приличия хотя бы снять квартиру рядом, в то время как Арсений уже обрадовался, что вещи парня по квартире будут лежать постоянно, а не только по выходным. Он будет рядом, не только ментально и психологически, но и физически.        Спустя время, переезд, некоторые конфликты по поводу аренды квартиры или окончательного переезда в квартиру Арсения, прощание с Ирой, как будто на всю жизнь и огромную благодарность Серёже, они всë же переехали окончательно. Арсений придёт уже в Питерский клуб, подойдёт как ни в чем не бывало к диджейскому пульту, не предупредив Антона о том, что он сегодня планирует прийти к ним, чем, конечно же приятно удивит парня и попросит его поставить «Кислотного диджея», а Антон поставит, как на зло «Для тебя» Зверей.