Сны оружия

Воздух... слишком горячий, чтобы дышать, слишком тягучий, чтобы пошевелиться. Это её комната? Тихо потрескивает догорающий фитиль лампы. Выглядит похоже, да вот только что-то не так. Как она здесь оказалась? Ничего не помнит. Конечности словно ватные, совсем не реагируют. В зеркале, что поблескивает гладкой поверхностью где-то в глубине, нет её отражения, одно мутное пятно. Ей не страшно, нет. Но по телу уже бежит россыпь мурашек, поднимая тонкие волоски на шее. Ноги упорно не слушаются, не хотят уносить её из этого места. Из собственной кровати. Здесь кто-то еще? Чужая рука – жилистая, оплетенная выступающими венами, скользит вверх по щиколотке Микасы. В свете тусклой лампы она кажется вылепленной из глины: совершенная форма плоти и крови, сильные длинные пальцы с аккуратно подстриженными ногтями. Она глядит словно завороженная, боясь шелохнуться. Сердце кажется вот-вот пробьет дыру в грудной клетке. Силится разглядеть его лицо, но тщетно. Словно какой-то плотный туман осел сейчас в её комнате, он кружит голову и делает мутным взгляд. Сколько бы Микаса не вглядывалась в темноту, она не может получить ответ – старается, ищет глазами, но не может. Это явно какое-то заклятие, древний морок. Почему она видит только руки? Легкие касания поднимаются выше, пробирают до мозга костей, отвоевывают всё больше территории у потрясенной девушки. Микаса пытается запомнить каждый изгиб, каждую косточку на пальцах, каждый шрам, всё тепло и мягкость кожи его ладоней. Руки незнакомца уже потеряли всякий стыд и всё настойчивее ласкают нежную девичью кожу. Как же приятно. Обманчиво изящные, но в них чувствуется невероятная сила. Сожми он пальцы чуть сильнее, и на её бедре точно красовалась бы парочка ярких синяков. Красивые руки, она бы сказала - само совершенство. "Кто ты?" Ах... Она откидывает голову назад, не в силах противостоять этим ощущениям. Подушечки его пальцев всё так же лениво вырисовывают горячие узоры на теле. Почему же так невыносимо, до стука в висках, до дрожи в коленках, до тугого узла возбуждения между ног. "Кто ты такой?" Не важно. Она тихо стонет, когда напористые пальцы оглаживают напряженный живот, откидывает голову на подушку и выгибается, когда они отодвигают краешек её белья. Деликатно, осторожно, словно прося её разрешения. Микаса сжимает простынь так сильно, что в любой момент может порвать тонкую хлопковую ткань. Волосы раскиданы по подушке, лицо раскраснелось; хорошо что он не видит, её незваный гость, она бы точно сгорела со стыда. Никто не касался её так откровенно, так чувственно, в "таких" местах. Микасе было стыдно даже произнести это у себя в голове. Последний раз, когда она помнила что-то похожее – поцелуй с Эреном пару лет назад. Они тогда стояли рядом с конюшней, а внезапный порыв ветра сорвал красный шарф с тонкой шеи Микасы, унося его прямо под ноги встревоженной лошади. Она пожалела, что не завязала его на сто узлов, на тысячу узлов. Дура. Самую дорогую вещь в мире не уберегла. Но Эрен отреагировал моментально и спас вещицу от грязи и копыт животного. Настоящий герой в её глазах. Радостная, Микаса подбежала его отблагодарить. Заключить в свои объятия, поцеловать в щеку. Эрен развернул лицо в сторону испуганной лошади, и Микаса угодила губами прямо в его приоткрытые губы. Какая неловкость. Тогда они отпрыгнули друг от друга как ошпаренные и предпочли больше никогда не вспоминать этот момент. Да и можно ли невинное касание губ, о котором уже никто и не помнит, сравнить с тем, что происходило сейчас. Микаса еще больше залилась краской, кажется еще чуть-чуть, и она совсем потеряет рассудок. Тихий стон вырывается из груди: – Кто ты? Её голос эхом разносится по комнате, но ответа не следует. Микаса жмурит глаза. Хватит. Пора вырваться из этого плена. – Кто же ты? – она резко отрывается от подушки и почти кричит, заставляя тьму отступить. В глаза вдруг резко ударяет яркий свет. – А? Кто я? Микаса, ты головой ударилась? – Саша смотрела на нее вопросительным взглядом, широко распахивая деревянные оконные ставни. Частички пыли тут же взвились вверх, подхватываемые прохладным утренним воздухом, – Тебе кошмар приснился? Погляди какая ты краснющая, умора. – Д-да, кошмар, – Микаса неловко улыбнулась, пряча лицо в ладонях. Щеки до сих пор горели пламенем, а ноги сковывала легкая судорога. Очень приятная судорога. – И о чем же? Как тебя жрет титан? Стой, не говори! Как Эрена жрет титан? – Саша окончательно развеселилась, придвинувшись ближе к подруге, и сгребла её в охапку вместе с теплым одеялом. Её светло-карие глаза блестели от любопытства, и Микаса поняла, что просто так она её не выпустит, надо было придумать что-то, что отвлечет её внимание. Но в голове упрямой спиралью сворачивалась только одна мысль - "чьи же это были такие нежные руки", жаль, что это был всего лишь сон. Она тихо улыбнулась самой себе. А всё-таки, это очень приятно, быть желанной. Приятно, когда кто-то хочет тебя касаться. Она никогда еще раньше так себя не чувствовала. Может, ей снился Эрен? Да, хорошо бы это был он. Наверняка это был он, кто же ещё. Микаса мечтательно сжала подол сорочки. Хоть бы еще раз почувствовать это ощущение. Она прикрыла глаза, отдаваясь неге... – Микаса??? – Саша теребила её в руках, словно тряпичную куклу, пытаясь выбить ответы. Ждать она не любила, а гадать тем более. А вид помятой подруги с растрепанными волосами, этим ярким румянцем на щеках и сумасшедшим блеском в глазах будил в ней страшное любопытство. – Вот привязалась, ничего особенного не снилось. Очередное вторжение наверное. Да не помню я! – "вторжение" лучше всего описывало ощущение от её сна, и легкая электрическая волна снова потянулась от кончиков пальцев к животу. Даже смешно. И когда это она успела стать такой чувствительной. Когда не надо кромсать титанов каждый день, в голову невольно начинают закрадываться и другие мысли. Микаса безуспешно мотает головой, стараясь вытряхнуть воспоминания об этой ночи. После смерти титана Рейсса и коронации Хистории, вся военная верхушка разрабатывает план возвращения стены Мария. Бегают там сутками по своим кабинетам, только бумагу зря переводят. Лучшие умы человечества. Эрен с Ханджи тоже пропадают целыми днями, ставя эксперименты с укреплением, и, кажется, добились кое каких успехов. А им, обычным разведчикам, наконец были подарены несколько месяцев мнимого спокойствия. Вокруг слишком тихо. Даже титанов уже рубить не надо, за них это делает "гильотина" в Тросте – застревающим титанам просто размазживает затылок в труху. И большим и маленьким, всем, кто попадётся. Такая вот ударная мощь у этой штуковины. Никогда она Микасе не нравилась. А руки чесались вновь испытать лезвия в бою, цепляясь крюками упм за стволы деревьев и высокие крыши зданий. Почувствовать ветер в волосах ей бы сейчас совсем не помешало. – Скучно, – фыркнула Саша, выпустила Микасу из мертвой хватки и положила стопку свежевыстиранной формы на край постели. Дьявольский огонек в глазах разочарованно потух. Саша тоже маялась от безделья и рутинности их последнего месяца. Уборка, тренировки, да общие обеды. Иногда дают побыть приманкой для титана в заделанной Эреном прорехе, да и то всё веселье достается гильотине. Тут она была солидарна с Микасой. – С каких это пор ты заделалась в чистюли? – стараясь быстро переменить тему, Микаса обратила внимание на пахнущие свежестью вещи. На Сашу и правда совсем не похоже. – Ты забыла? Сегодня капитан Леви собирает всех на общую тренировку. В прошлый раз он обругал меня за пятно на штанах. Жуткий он, – Саша скривила лицо, пародируя Леви, закатив глаза с шумным "ттц" – звуком, выражающим пренебрежение её капитана ко всему вокруг. Его любимым звуком, если уж на то пошло, – не хочу, чтобы он опять заставил меня драить туалеты во всем корпусе. Между прочим, тогда вообще была очередь Жана. – Саша сжала губы в тонкую линию при воспоминании о щетке и мыле. И грязных. Нет. Чудовищно грязных стенках туалета. – А ты могла бы и спасибо сказать, что твою форму я тоже постирала, неблагодарная! – Мы давно уже не кадеты, хватит его бояться! – Микаса вскочила с кровати на холодный пол, натягивая узкие светлые штаны, которые слегка сели от стирки, – даже Хистория нашла в себе силы его треснуть, а ты всё как маленькая. – Аккерман ухмыльнулась, вспоминая это как один из лучших моментов за последнее время. Была бы она на месте королевы – точно бы съездила Леви кулаком по лицу и церемониться бы не стала. Вот только ей нельзя, устав. – Жуу-у-уткий, – протянула Саша сама себе под нос. Потом резко прильнула к двери и громко втянула в себя горячий воздух, принюхиваясь, - мясо, это точно запах мяса! Ты как хочешь, а я в столовую! Микаса не успела повернуть голову, как силуэт Блаус уже скрылся за тяжелой дверью, а в коридоре послышался удаляющийся с бешеной скоростью стук её ботинок. Оставшись одна, Микаса удовлетворенно выдохнула. Шумная она, эта Саша, и вечно лезет не в своё дело. Всё еще босиком, она прошлась по деревянному полу к средних размеров мутному зеркалу, золотая рама которого успела покрыться патиной. А маленькая паутинка трещин расползалась от правого края к центру. Подарок от мальчишек в их новую комнату с Сашей. Раскопали на какой-то барахолке, а донести целым не смогли, дурачье. Она снова улыбнулась, вспоминая их лица. Уже совсем не мальчишки, а молодые мужчины. Для неё все они были словно братья. На которых можно положиться, а в случае чего подставить и собственное плечо. Кроме одного, Эрена. К нему чувства совсем другие. Понять бы какие. Но за него можно и собственную жизнь отдать. Микаса придвинулась ближе, рассматривая свое лицо: смоляные непослушные волосы, растрепавшиеся за ночь и каскадом падающие на лицо, сухие губы, на щеке вмятина от подушки. Надо хоть немного привести себя в порядок. Она повертелась еще немного, расчесывая волосы, застегнула белоснежную рубашку до середины, оставляя откровенный вырез декольте. Интересно, а нравится ли она кому-то в этом смысле? Достаточно ли хороша? Мог бы её кто-то… желать? Такие вопросы обычно никогда не мучали её разум, но чертов сон, все никак из головы не идет. Из любопытства она сжала обе груди ладонями, смотря в отражение на появившиеся две аппетитные выпуклости. На них мягко ложился отраженный солнечный свет, подчеркивая не маленькие объемы и гладкость кожи. Хм, а если наклониться пониже, так как это делали бесстыдные девушки с картин в трактирах. Она подалась вперед в призывной позе и усмехнулась самой себе. Нет, этот бред оставьте для остальных девиц, она – Микаса Аккерман, один из лучших солдат разведотряда. Оружие. Создана, чтобы убивать, создана, чтобы защищать. И плевать ей, что там о ней думают мужчины. Не хватало только этим бредом себе голову забивать. Блять. Не успела Микаса убрать руки от своей груди, как дверь резко распахнулась: – Аккерман, передашь эти бумаги Йегеру, нигде не могу найти этого болва…– капитан Леви осекся на полуслове, потому что его голова вдруг послужила вешалкой для свежевыстиранной куртки Микасы. Растерявшись, девчонка не придумала ничего лучше, как бросить первый попавшийся предмет в нарушителя спокойствия. Отменная реакция, тут ничего не скажешь. Кто же знал, что это сам капитан. Да еще и застал её за такими действиями. Ужас. Микасе хотелось сгореть со стыда и провалиться под землю одновременно. Но не показывать же этому мудаку самодовольному, что её что-то задело. Может вообще лучше ему врезать, тогда он может быть стучать научится? Не придумав ничего лучше, как натянуть безразличное выражение лица, Микаса подошла и выхватила папку из его рук: – Так точно, капитан. Будет исполнено, – а у самой аж коленки подгибаются. Леви стащил куртку со своего лица и брезгливо отшвырнул её на пол. Идеально уложенные волосы теперь были растрепаны, прядки хаотично смотрели в разные стороны, падали на глаза и ловили солнечные блики своей гладкой структурой. Микаса еле подавила смешок, не одной же ей тут в глупом виде стоять. Так что один-один, капитан. А в гляделки с ним она давно играть научилась. Так что не прожжет он в ней дыру, как бы не старался. Его лицо осталось безразличным, только радужка глаза на секунду потемнела, блеснув огоньком гнева. Обычный человек даже ничего бы не заметил, но солдаты его отряда уже научились различать малейшие изменения на вечно каменном лице, вплоть до мельчайшего сдвига бровей к переносице. И сейчас одна из них явно дернулась больше, чем обычно. Плохо дело. – Зайдешь ко мне в кабинет с отчетами. После тренировки, – Леви зачесал волосы пятерней и с грохотом закрыл за собой дверь так, что она чуть не вылетела из петель. *** В столовой стоял невероятный шум: звенела посуда, гремели кружки, меж рядами столов сновали сонные недовольные лица. Микаса заметила Сашу, грустно склонившуюся над тарелкой с кашей. Она зачерпывала ложкой всё больше и больше, пихая вязкую серую субстанцию себе в рот; казалось что она даже не жуёт, сразу проглатывая огромные куски. Конни, Жан и Армин сидели рядом, тоже не преисполненные энтузиазмом, лениво зевая по сторонам. Эрена нигде не было видно. Где этот растяпа опять пропадает. А ведь ему надо хорошо есть, чтобы быть здоровым. Беспокойство накатило неприятной волной, заставляя поёжиться. Микаса сжала в руках папку и тихо выдохнула, присаживаясь на край лавки: – Доброе утро, ребята. А где Эрен? – Не знаю, опять с Ханджи наверное. Они не сильно то посвящают нас в свои эксперименты, – сказал Жан, дожевывая кусочек мягкого хлеба, который он так старательно окунал в овощной суп. Наконец-то к разведчикам стали относиться чуть лучше, можно было не давиться привычными сухими корками. Но всё еще недостаточно, чтобы мяса хватало на всех. Так что, сегодня повезло только первой десятке счастливчиков. – Лучше бы наэкспериментировали больше мяса, – Саша обиженно кинула ложку в пустую тарелку, та отдалась глухим звоном и отскочила на пол. – Вот блин, теперь еще и нагибаться. А я так хотела сэкономить силы перед тренировкой. – Капитан Леви сегодня явно не в духе, – Армин задумчиво вскинул глаза вверх на своды огромного помещения. Микаса была готова поклясться, что в них мелькнул страх, – я столкнулся с ним в коридоре, его что-то очень сильно разозлило. Честно сказать, я даже немного побаиваюсь того, что он может выкинуть сегодня. Мы уже неделю полноценно не тренировались, он этого явно просто так не оставит. Микаса закуталась в шарф, стараясь скрыть ото всех вспыхнувшие щеки. Не может же он из-за неё так разозлиться. Ну швырнула куртку ему в наглую физиономию, подумаешь, с кем не бывает. Таким как он даже полезно. Не всё коту парное молоко. А потом вспомнила, что скорее всего он успел разглядеть её во всех пикантных подробностях. Точно ведь успел. Реакция у нее была отменной, да вот только его реакция была еще лучше. Он легко мог перехватить любой летящий предмет в свою сторону – нож, топор, да хоть клинок. А с куском ткани наверняка совладал бы на раз два. А это значит... Микаса побледнела. Значит он тоже смутился не меньше её. Этот всесильный, непробиваемый капитан Леви. Вот оно, твое слабое место. И поэтому так разозлился, что кто-то смог выбить его из равновесия хотя бы на секунду. Она тихо улыбнулась, чувствуя маленькое, но все же моральное превосходство. "Посмотрим теперь, коротышка, кто кого" – Микаса! Ребята! – запыхавшийся Эрен влез между девушками, обнимая их за плечи, – Ханджи отпустила меня на завтрак, так что могу с вами немного поболтать. – Мясо принёс? – Саша вопросительно вскинула бровь и скинула его руку со своего плеча. – А? какое мясо? – Эрен округлил глаза. Выглядел он так себе, физическое тело хоть и быстро восстанавливалось, но всё же не поспевало за всеми идеями безумной ученой, которая кажется сильно увлеклась, ставя всё новые опыты на юном титане. – Заткнись Саша, – Микаса взяла тарелку с кашей и собиралась поставить её Эрену, – Ты должен есть и набираться сил. Давай, жуй быстрее, а то остынет. – Хватит играть в мою мамочку! – расхрабрившийся юноша хотел схватить Микасу за руку, но она оказалась быстрее. Тарелка с кашей с лязгом стукнулась о деревянную поверхность потертого стола, разбрызгивая содержимое во все стороны. Перехватив его запястье в свою ладонь, она невольно засмотрелась. Пальцы у Эрена определенно были красивые -- длинные, тонкие, да еще и без единого шрама. Его тело могло восстановить что угодно, порезов на нём не оставалось. Красивые, да вот только не те. Совсем не те, что она помнила в своем сне. Значит даже во сне она не может быть рядом с ним. Не может быть ближе, чем сейчас, просто сидя рядом. Но хотя бы может защитить в реальной жизни. Наверное, ей этого вполне достаточно. О чем еще можно мечтать. Микаса выдыхает и сует ложку ему в руку, которую всё еще держит в захвате: – Ешь, а то остынет, последний раз повторяю, – в её глазах ледяная решимость запихать ему эту кашу в глотку, если он и сейчас откажется. – Да ладно, Микаса, чего ты завелась, – он улыбнулся и сунул в себя первую ложку. Ну и гадость же это была. Жан и Армин облегченно выдохнули, тихо рассмеявшись, глядя на “семейную” ссору. А Саша, все еще обиженная на судьбу за то, что не встала на десять минут раньше, поспешила пойти готовиться к тренировке. Пусть хотя бы ей не достанется мытье туалетов сегодня, раз уж этот день окончательно проклят. – Это тебе, от Леви, – Аккерман засунула толстую папку бумаг в подмышку Эрена, строго контролируя каждое движение ложки к его рту. – Что там? – Армин оживился, подаваясь вперед, перехватывая документы. – Эй, это мне! – Эрен потянулся, чтобы забрать её назад, но встретился взглядом с потемневшими глазами Микасы и тут же передумал, продолжая пихать в себя утреннюю трапезу. – Да мы только одним глазком посмотрим, интересно же, – подхватил Жан, рассматривая длинные списки с именами, которые казались ему бесконечными. Он пролистал несколько страниц, но так и не нашел ничего увлекательного, оставив эту заботу Армину. – Это похоже на списки бездомных детей из подземного города. Для приюта, который собирается открыть Хистория, кажется, – Армин нахмурил брови задержавшись на последней странице. – Тут написано, что Эрен должен лично доставить это королеве Хистории, которая уже отправилась выбирать большое здание в полях Троста, то, что может вместить как можно больше детей. И если ей понадобится какая-то помощь его титана, то он незамедлительно должен будет её оказать. Подпись Леви, Ханджи и лично командующего. Увольнительная на 2 дня. – Эрен, ты не можешь уехать один, я поеду с тобой, – обеспокоенная Микаса затеребила край шарфа, проклиная чертов документ. – Да что там со мной может случиться, хватит уже так переживать. Всё будет хорошо, – Йегер улыбнулся самой искренней улыбкой. Микаса промолчала, глядя в пустоту. И правда, титанов там нет, врагов вроде тоже. Хорошо, два дня так два дня. – Ах ты везучий ублюдок! – вскрикнул Жан. – И по плацу тебя гонять не будут и Ханджи отвянет со своими опытами. Ну почему сила титана досталась не мне? У тебя же солома в голове. Я был бы более подходящим кандидатом. – А чем ты её заслужил? – Эрен уже было замахнулся ложкой, чтобы стукнуть тому по лбу, но воздух сотряс необычно громкий сегодня голос Леви. – Хватит прохлаждаться, оболтусы! Живо все на плац!