Без предупредительного в воздух

1. Агата стонет от головной боли и направляет голову вверх, пытаясь дышать через нос, поскольку челюсть при открытии отдает тупой болью по всему лицу. Руки ноют от сильной связки веревок или даже какой-то ленты, чьи концы ластятся по ее нежным ладоням. Сознание путается и она открывает глаза, когда координация немного сдает позиции, а в глазах снова темнеет, но она жмурится, понимая, что висок пульсирует явно от удара тупым предметом. – Где я? – ее голос дрожит от пересохшей гортани, что дает понять: сидит она так уже долго. Комната едва освещается ночным светильником, возле которого стоит силуэт и нервно разговаривает по телефону. Память возвращается восвояси, когда она видит нужную папку на барной стойке и знакомые портреты. Блять, поймали, – проносится у нее в голове. – Очнулась? – слышится грубый голос, по зучанию который походит на украинский акцент, – Ты зачем сюда залезла снова? – Я, – она хмурится, – Я не помню. Ей нужно бежать, причем в срочном порядке, но как это сделать – она не знает. Рустам её убьет и закопает рядом с этим же домом. Агата продумывает план действий побега, но бежать ей нужно вместе с этой папкой, иначе делать ей в этом городе больше нечего. – Сейчас придет Серега, – мужчина наклоняется, подходя к ней, – С ним и будешь разговаривать, он очень злится на тебя. Блядский Сергей Кольц. Агате нужно было всего лишь взять его документы и свалить еще в первый день, но она не могла найти их и ей пришлось придти сюда еще раз, только уже без предупреждения. – Ты клафелинщица? – Чего? – усмехается она, пока тот пытается посмотреть в ее глаза. Ему не совсем удается узнать ее. Девушка сидела в маске и кепке, накрытой капюшоном, а само тело было в безформенной одежде, да еще и чёрной. – Ну, чернильница. Его лицо ей кажется слишком знакомым, но при таком свете разглядеть силуэт у нее не получается. – Ты хоть знаешь в чей дом залезла? Ей плевать. – Я не знаю, что с тобой будет потом, но тебе лучше признаться во всем сразу. Телефон молодого человека вибрирует и тот отвечает, показушно жестикулируя и осушая бокал вина до дна. По монологу парня можно было понять – сейчас придут гости. Гата приняла решение молчать, дабы тот перестал вглядываться в ее глаза и пытаться в чем-то уличить. При любой такой попытке она опускала голову. Хотелось бы попробовать договориться, либо же пойти тяжелым путем, но судя по ее головной боли – второй вариант не удался. – Зачем тебе его документы? Тупые вопросы парня начинают дико раздражать и она смирительно отворачивает голову в сторону. После пяти минут попыток разговорить девушку, парень, услышав шум мотора, вздыхает и медленно идёт в прихожую. – Сиди тут. Ее ребра дико ноют от малейшего движения, а руки прилипали к веревкам, словно в крови. Игры разума дают понять: Агату избили. И, вероятно, это произошло из-за потугов украсть нужную вещь. Брюнетка недолго копошится в заднем кармане, отыскивая складной нож, который не всегда являлся ее помощником, поскольку лезвие было тупым, но выступал как оберег. Щелкая кнопкой, Гата пытается пару раз пройтись по ленте, но ничего не выходит. От безысходности она опускает голову вниз и слышит знакомые голоса рядом с залом. – Бля, Костян, налей воды, – трое человек заходят в комнату, наблюдая удивительную картину. – Это че? Воровку мутит. Звон в ушах пронзает изнутри, и как бы не было страшно, но сотрясение и пару трещин в ребрах у нее уже точно есть. – Я не знаю, – жмет плечами Костя, – Забралась в дом к Сереге, пока тот был дома. Она мычит. – Малая, ты как? – спрашивает Незборецкий, – Бля, это ты ее так что-ли? – и указывает на голову девушки. Она пучит глаза. Его голос можно узнать из тысячи, а знакомый акцент и говор сводит ее с ума. Только не здесь и не сейчас. Все гордятся тем, что не оставляют друг друга даже во время серьёзных ссор. А вы когда-нибудь задумывались над тем, каково это – оставить человека, которого выбрало твоё сердце? – Да ты шо, Кирюх, – Барз подходит к брюнетке, – Ты посмотри. Парень пытается поднять худи девушки вверх, но та ерзает на стуле и отодвигается ближе к окну, не давая подойти к ней. – Ладно, ладно, – отворачивается, – Кароче, он ее там неплохо помотал. – Е-ебать, а за что? – Документы хотела выкрасть. – Ну-ка, какие? – Кирилл садится на корточки, но девушка отворачивается от него. – Она не разговаривает, – смеется Костя, – Да, блять, не поверишь, те самые, – Барз кидает папку в руки блондину. Он вчитывается и вскидывает брови вверх, оборачиваясь на сидевших сзади друзей. – Серьезно? – смеется Кира, – Н-да, малая, не туда залезла ты, конечно. – А че она в маске? Один из парней встает с места, шоркает к стулу, где сидит девушка, и тянет руку к лицу, но та уворачивается как может и дергает коленями, царапая паркет стулом. – Она может кусаться, – говорит Барз, – Проверено. – Как зовут хоть? Молчание и тихое дыхание девушки заставляет парней пожать плечами и перевести внимание на друг друга. – Я думал паспорт хотя-бы или бабки, – чешет голову Ти, – Её кто-то послал. Агату снова мутит и она жмурится сильнее, отчего ее линза карьего цвета сползает на ресницы и падает куда-то на пол. В ушах снова звенит и она пытается не отключится, дабы ее не пытались привести в чувства. Все это время она думала о нем. Семь гребанных месяцев ее не было рядом с ним. Она тщательно скрывалась, редко давая о себе знать в социальных сетях. Вернуться все же пришлось, поскольку дело оставалось только за ней. Нилания знала, что он искал ее, писал и звонил на протяжении четырех месяцев, но в начале пятого он отпустил ее, с болью в сердце, но отпустил. – Так, а че по семплу в начале? – парни перестали обращать на нее внимания, пока та усердно рвала ленты на своих руках. — Да, я подумал, что он там нахуй не нужен, – Барз отпивает новый глоток вина, – Пошли, послушаешь. Пацаны уходят в другую комнату и это отличный шанс, чтобы выбраться из этого дома. Брюнетка стискивает зубы, сильнее давя на нож, который еле-еле исполняет свою работу. По словам Барза, скоро должен придти хозяин дома и тогда ее точно ничего не спасет. Девушка замирает, слыша мелодию и голос Кирилла. "Моя бывшая теперь счастлива, на ее окне снова выросли цветы." Спустя некоторое время Гата делает последний рывок и понимает, что ей осталось уже просто разорвать ленту на запястьях. Складывая нож обратно в карман, она облокачивается назад, давая себе передышку и встречается взглядом с фотографиями на стене. Ей становится хуже и картинка перед глазами плывет. Она стоит рядом с бывшими друзьями и держит в руках цветы, подаренные ей на сцене. Нилания улыбается и откашливается, чувствуя металлический вкус во рту. Давление дает о себе знать и кровь с носа уже впитывается в маску, капая на черное худи. Пытаясь сфокусироваться на фотографии и закинув голову наверх, девушка вздрагивает от внезапных шагов. – Что-то знакомое увидела? – спрашивает Незборецкий, после чего в след за ним в комнату входят остальные. Она хмурится. Вопрос довольно странный. – Бля, Барз, принеси салфетки, – всматривается в ее лицо Кирилл, – У нее кровь идет. – А смысл? Она не даст снять маску. Ти вновь садится на корточки и тянет руки к лицу. – Да не бойся, я хочу в глаза твои посмотреть. Она словила себя на мысли, что скучает по нему. Тоскует по их разговорам до утра, по его улыбке и смеху. А самое главное – по его прикосновениям, которые заменяли ей слова. В его объятиях она буквально растворялась, и весь мир ей был не нужен. Она таяла, и Кир позволял ей это делать, спрятав девушку от всего. Знаю, что у меня нет права на что-либо. Я исчезла, ничего тебе не объяснив, но так будет лучше, и ты это знаешь, – мысленно говорит ему брюнетка. Незборецкий осматривает её с ног до головы и обходит вокруг. Девушка как можно сильнее сделала вид связанных рук и опустила голову. – Ты думаешь, что ей стыдно станет? – смеется Макс. – Гетерохромия, – шепчет Кирилл. – Отойди, – твердит девушка, когда ее снова клонит в сон. – Так ты разговаривать умеешь, ничего себе какая молодец, – улыбается блондин, – Тогда расскажи, зачем тебе компромат на нашего парня? Агата вновь молчит. Ей нужно как можно скорее словить момент истины и сбежать отсюда, сверкая пятками. – Зачем тебе это? – кладет руки в карманы, – Давно ты вообще этим занимаешься? Полгода. Поначалу было сложно, все эмоции рвались наружу – им нужен был выход. Удерживать их не получалось, и они брали над ней верх. Ее выворачивало наизнанку в буквальном смысле этого слова. Это причиняло такую сильную ментальную боль, что приходилось перебивать её физической. Со временем стало чуть легче, но срывы случались – и она возвращалась на исходную. Никого не было рядом, никто не протянул ей руку помощи, и она научилась спасать себя сама. Отчаянно карабкалась наверх, слой за слоем начиная хоронить то светлое, что имела когда-то. Сердце выло от боли – не могло к этому привыкнуть, и ей пришлось заткнуть его. Спустя пятнадцать минут компания медленно распивала алкоголь, сидя на диване и болтая о своих делах. Двое из них сидели спинами к девушке, что давало ей некое спокойствие. Сзади пистолет на два патрона и маленький нож. Брюнетка старается по чуть-чуть сдвигаться к барной стойке, что не совсем выходило тихо. – Не шурши там, скоро твоя жертва придет, – кричит Макс. В момент, когда парни все склонились в телефон к Барзу, Агата отпустила ленту с рук, вздохнула, и побежала в сторону барной стойки, рывком забирая документы. Резким движением рук ее хватает Костя, максимально быстро пытаясь повалить на пол, но девушка бьет его локтем под грудь, отчего тот скрючивается и отходит назад. Светлый парень тут же подбегает к ней, стараясь забрать документы, но и его она отталкивает вперед и вытаскивает из джинс оружие, направляя его прямо на Кирилла. – Воу, – тот поднимает руки вверх, – А чего руки дрожат? – Ебать, у нее все это время был пистоль? – Был бы осторожен - сразу бы заметил. Гата прижимает документы к себе и медленно моргает. Шатаясь из стороны в сторону она подходит ближе, трясясь как осиновый лист. – Малая, отдай документы и мы тебя просто отпустим. – Я не могу, – шепчет девушка. – Почему же? – Не твоё дело. Внезапно дверь открывается, девушка оборачивается на крупного молодого человека и тут же толкает его, пытаясь выбежать, но моментально ее хватают за капюшон и тянут вниз. – Лови! Ее маска слетает напрочь. Документы падают в ноги Кирилла и тот, наклоняясь, рывком поднимает их, доставая из ремня револьвер и направляя прямо на девушку. Нилания сидит на коленях, опустив голову вниз и стирая кровь с лица. Ее глючит. – Че ты стоишь? Закрой дверь! – Не нужно, она не сможет, – ухмыляется блондин. – Откуда пист? – Сразу заметил, что она не чиста, отрыл у Сереги. Брюнетка пытается подняться, хватая свой пистолет, но вновь падает и всхлипывает. – Иногда нужно рассчитывать свои силы, – тихо говорит Кирилл, – Чтобы не облажаться в последний момент. Давай, взгляни же на меня. Что ты видишь? – думает Гата, – Неужели от тебя скрыты шрамы, которые ты подарил мне? Не видишь, как они исчертили мою кожу и добрались до костей? – Уверен? – презренно говорит девушка, поднимаясь с ног и направляя оружие на противника. Она смотрит исподлобья и улыбается уголком губ. Ее руки выжжены. Счастье прошло бесследно. Она совершенно не знает, как поступать впредь. Она убита?Благополучно выжившая? Кажется, все внутри начинает тлеть. Она забыла все числа, даты, события, город, она забыла все мечты. – Страх потерял? Его лицо содрогается. Руки словно прикованы к телу и не хотят шевелиться, а вместе с ними и он прилип к невидимой стене и не может сделать шаг вперёд или назад, чтобы отстать от неё. – Нилания, блять? – кричит Барз, придерживая руку в районе груди. Два бывших влюбленных стоят напротив друг друга с направленным оружием и смотрят непринуждённо. Отпуская ее, он знал, что они ещё встретятся. Знал, но стойко верил в то, что выдержит эту встречу и не сломается. Внушил себе, что он сильный и не дрогнет перед ней. Не сложно угадать ход дальнейших событий. Они увиделись тогда, когда он не был готов к этому. Внутри весь сжался. В него вселился дикий ужас, и он еле устоял на ногах, чтобы не рухнуть на пол. Незборецкий был спокоен, как и обычно, вот только он чуть с ума не сошёл из-за этой бури, которая разворотила его изнутри. Думал, что починил себя и залатал свои старые раны. Но, встретившись с ней, они снова стали кровоточить, причиняя ему адскую боль. – Стреляй, – шепчет Незборецкий, – Только без предупредительного.