Чёрная книга

      — Ты уже достаточно поработал, — шепнул Лайт детективу на ухо, убирая с его лица непослушные волосы. Нижняя губа золотоглазого омеги прошлась по краешку уха, вызывая у альфы глубинную, почти животную реакцию. По коже пробежала сладкая дрожь, в низу живота растеклось горячее желание.              — Хм… думаю, ты более чем прав, — ухмыльнулся L, захлопнул крышку ноутбука и, к удивлению омеги, притянул его к себе и усадил боком на колени. Тихо засмеявшись, Лайт ткнулся носом ему в шею. Детектив удовлетворённо вздохнул, провёл рукой по его бедру.              — Ты совершенно ненасытен… — сказал L в ответ на действия парня — тот крутил задницей у него на коленях и провокационно тёрся о пах. Не то, чтобы альфа возражал. Чуть раньше днём Лайт тоже успешно раскрутил его на секс, и оперативная группа очень предусмотрительно ретировалась на ранний обед. Пентхаус они покидали с такой скоростью, словно за ними гнался дьявол, и старательно избегали звуков и запахов, исходящих от парочки, занимающейся этим в спальне.              — Я купил кое-какую одежду, как мы договаривались. Её доставили совсем недавно, пока я дремал, — пальцы Лайта лениво рисовали круги на груди L.              Детектив предложил Лайту купить с доставкой всё, что ему нужно или хочется. По словам L, им только не хватало, чтобы Лайт возвращался в дом семьи Ягами так скоро после нападения и тем ещё больше травмировал свою психику. Или ходил по магазинам, где его потенциально могли похитить.              «Я рад, что он принял моё предложение». L был очень горд и счастлив тем, что смог должным образом обеспечить своего омегу, но понимал, что если начнёт говорить в этом вслух, Лайт, скорее всего, рассердится. Поэтому он мудро решил промолчать и просто улыбнулся.              — С твоей стороны было очень мило разрешить мне купить всё это, и я подумал, что будет неплохо отплатить тем же и приобрести кое-что для тебя, — продолжил Лайт.              «Нет… только не это…» L очень постарался скрыть свой сразу же посмурневший взгляд, но, по всей видимости, потерпел неудачу, потому что Лайт искренне расхохотался и быстро чмокнул его в губы.              — О боже, выражение твоего лица… бесценно!              L метнул в него раздражённый взгляд, но Лайт, не переставая улыбаться, наклонился к нему, соблазнительно понизил голос и почти замурлыкал в самое ухо:       — Я же не сказал, что купил это, чтобы ты носил… я просто сказал, что это для тебя… — язык омеги очертил ушную раковину. — Вообще-то, я в них прямо сейчас…              L забыл, как дышать.              — …в таких красных…              — ...кружевных…              — …трусиках…              Детективу показалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди, так быстро оно забилось. «Кажется, он пытается меня убить…»              — …и я хочу, чтобы ты трахнул меня, пока я в них. Просто отодвинь их в сторону и сунь мне в задницу свой большой, твёрдый член. Боже, детка, я уже такой мокрый для тебя… ты мне так нужен... Пожалуйста? Я хочу, чтобы ты заполнил меня, — с придыханием стонал Лайт ему на ухо, отчаянно извиваясь на коленях.              «Дерьмо…» Альфа практически чувствовал, как расширяются зрачки, а глаза вспыхивают желанием. Словно со стороны он услышал собственное рычание, а потом вдруг обнаружил себя уже на середине комнаты с Лайтом, перекинутым через плечо. Даже не взглянув в потрясённые лица Аизавы, Моги и Мацуды, он дошёл до двери спальни, дал себе секунду на то, чтобы рявкнуть, не оборачиваясь: «Проваливайте отсюда к чёртовой матери на час», после чего захлопнул дверь за собой. Заперев её на ключ, он бросил Лайта на постель, на которую юноша приземлился с восхитительным писком.              — Ну вот… — проурчал он грубым голосом, забираясь следом и приближаясь к омеге, который смотрел на него с игривым выражением лица. — На чём мы остановились?       

***

      Лайт поправил рукава рубашки, напоследок оглядел себя в зеркале и обернулся через плечо. При виде крепко спящего альфы, разметавшегося на постели, он подавил желание хихикнуть и вместо этого ласково улыбнулся.              «Если бы я не вздремнул днём, то тоже, наверно, вырубился бы… секс в качестве снотворного оказался гораздо эффективней, чем я ожидал. Надо взять на заметку на будущее, когда он не захочет или не сможет уснуть, — подумал Лайт и тяжело вздохнул. — Если только он простит меня».               Он снова посмотрел в зеркало, встречаясь взглядом со своим отражением. «Ты сможешь это сделать. Он поймёт… поймёт… как только у тебя появится возможность всё ему объяснить». Лайт помрачнел. Его очень расстраивала необходимость скрывать что-то от L, но это нужно было сделать.              Весь день омега усиленно думал и прикидывал. Он не сомневался в том, что чётко понимает свои приоритеты. «Я должен сделать это сам». В последний раз сурово посмотрев самому себе в глаза, Лайт подхватил сумку и вышел из комнаты.              «Борись со своими страхами, Ягами», — сказал он себе. Ведь, в конце концов, когда в своей жизни он делал что-то меньшее, чем встречался с проблемами лицом к лицу?              — Выигрывает тот, кто нападает первым… — с улыбкой пробормотал он себе под нос, тихонько прикрывая дверь спальни. Он вспомнил, как L однажды сказал ему нечто подобное. «Я не могу всю оставшуюся жизнь прожить в страхе перед Бейондом. С этим необходимо разобраться, если мы хотим двигаться вперёд. Я должен сделать это ради L, чтобы мы смогли начать с чистого листа… он был так добр ко мне. Я так сильно его люблю».              Во время утреннего разговора L был настроен так решительно и упрямо, что Лайт ни на секунду не поверил, что сумеет достучаться до него и получить разрешение выступить, какие бы разумные доводы не приводил. И он был вполне готов той к ярости, в какую, вероятно, впадёт его возлюбленный, как только поймёт, что Лайт ушёл. Он уже предупредил Рем, чтобы та ожидала появления альфы в клубе, и в предчувствии этого события попросил придержать для него центральный столик. Собственно, Лайт даже рассчитывал на то, что L придёт… Кроме того, он сообщил Рем, что детектив, скорее всего, заявится с охраной, которая будет следить как за ним, так и за всем клубом в целом.              Юноша оглядел гостиную и осторожно двинулся вперёд, заглядывая за все углы, чтобы удостовериться, что никто из оперативной группы ещё не вернулся. «Слава богу, их ещё нет… вообще-то, они могут и не вернуться сегодня, — ухмыльнулся он и посмотрел на часы. — Уже девять вечера… может, они уже приходили, но снова сбежали, когда поняли, что часа, о котором говорил L, нам явно мало».              Он подошёл к столу детектива, оставил на его ноутбуке написанную заранее записку и зашагал к лифту, доставая на ходу мобильник.              — Привет! Ты готов? Я жду у входа, — донёсся из трубки оживлённый девичий голос.              — Да, Джиджи, я спускаюсь. Спасибо, что выручила, — улыбнулся Лайт.              — Да без проблем! Мне уже сто раз приходилось помогать нашим омегам ускользать из-под опеки их чересчур заботливых альф.              Лайт усмехнулся и шагнул в лифт:       — Увидимся через минуту, — сказал он, отключился и убрал телефон.              «Я знаю, что мне нужно сделать…»       

***

      L ничего не мог поделать c дурацкой улыбкой, упорно отказывающейся сходить с его лица. Она сияла на его губах с того момента, как он проснулся и не исчезала всё то время, пока он принимал душ, вытирался и шёл обратно в спальню. «Я конченый человек…» — подумал он, натягивая свежую футболку.              Услышав в гостиной голоса, детектив поспешил туда, просто чтобы снова увидеть своего омегу. «Интересно, не голоден ли он, мы ведь так и не успели поужинать…»              Он вдруг очень живо вспомнил, чем именно они занимались вместо ужина. «Блять, эти трусики были чертовски сексуальными… хорошо, что он купил несколько таких, — L был почти уверен, что те, что были на омеге, восстановлению уже не подлежали, но ему было наплевать. — Я куплю их ему столько, сколько он захочет…» Всплывшая в голове мысль о совместной покупке нижнего белья заставила его глаза потемнеть от вожделения. Во рту пересохло, член возбуждённо дёрнулся. «Проклятье, я ведь уже трижды имел его сегодня! И это его я называю ненасытным? — усмехнувшись, он направился к двери, ведущей в гостиную. — Как будто чем больше я получаю, тем больше хочу. Он почти как наркотик… и он мой».              «Мой омега… мой…»              Он потряс головой, прочищая мозги. «Сосредоточься, для всего остального у тебя ещё будет время». Сделав глубокий вдох, он открыл двери и вошёл в гостиную, машинально окидывая помещение взглядом в поисках омеги.              — Привет, Рьюзаки, — встрепенулся Мацуда в ответ на его появление. Он сидел за столом вместе с Моги и просматривал кое-какие отчёты с места преступления. L приветственно кивнул им, продолжая оглядываться по сторонам. «Хм… он, наверно, пошёл к Саю… — L взглянул на часы. — Уже почти десять? Надолго же я вырубился…»              — Есть новости от групп наблюдения? — спросил он Аизаву, пересекая комнату, чтобы забрать с журнального столика свой мобильник. Сунув его в карман, он подошёл к работающему за ноутбуком мужчине.               — Нет, ничего… и поскольку сегодня суббота и все омеги выступают в своих клубах, следят за ними особенно усиленно. Ну, за всеми, кроме Лайта, то есть, — ответил полицейский, возвращаясь к печатанию какого-то текста. — Где он, кстати? Спит?              «Что?» — детектив прищурился.              — Когда вы трое вернулись? Вы его не видели? — резко спросил он, и от его тона все трое удивлённо вскинули головы.              — Мы пришли минут сорок пять назад. Подумали, что вы с ним ещё в спальне… — ответил Аизава. — Неужели Бейонд…              L, стараясь сохранять спокойствие, достал мобильник и набрал Ватари. «Наверняка он просто у сестры».              — Да, L?              — Пожалуйста, скажи мне, что Лайт сейчас у Саю, — у детектива было ужасное предчувствие, что ответ старика он уже знает.              — Нет, L. Я думал, он с тобой, — ответил Ватари, и в его голосе послышалось беспокойство.              L закусил палец и зашагал к своему ноутбуку:       — Сейчас попробую, может получится отследить его местоположение по мобильному телеф… — он запнулся, заметив белеющий на крышке ноутбука листок бумаги.              — L? Что такое?              — Подожди минутку, на моём ноутбуке лежит записка, — ответил L. «Пожалуйста, пусть это не от Бейонда… пожалуйста…» Его рука слегка дрожала, когда он поднял листок.              L,       Я знаю, что мы не сошлись во взглядах насчёт того, стоит ли мне идти на работу, но я должен это сделать. Сейчас это может казаться бессмысленным, но я надеюсь, ты дашь мне возможность всё объяснить, когда успокоишься.       Лайт.              — Он… пошёл… на… работу… — процедил сквозь зубы L. «Твою мать, Лайт… без охраны? Без наблюдения? О чём ты думал? Пытаешься облегчить Бейонду задачу? — и тут же застыл от ударившей в голову догадки. — Нет… он не стал бы…» Но мысль о том, что омега пытается сделать из себя приманку, чтобы выманить убийцу из укрытия, была не такой уж притянутой за уши. L знал, насколько Лайт самоотвержен.              «Зачем бы ещё он попёрся туда сегодня, особенно когда понял, что Б был там в прошлый раз?» — он едва не зарычал от досады.              — Что будем делать, L? — спросил Ватари. Альфа сделал глубокий вдох, оглядел каждого из троих полицейских. Их глаза были полны тревоги.              — Собери людей, чтобы их хватило на охрану клуба как изнутри, так и снаружи. Мы едем в «Чёрную книгу».              Офицеры дружно кивнули в знак согласия. «Хорошо. Они все по-настоящему пекутся о его благополучии. Это очень обнадёживает», — подумал L и оборвал звонок.              — Поехали, — сердито сказал он.       

***

      — Да, сегодня он выступает, — ответил вышибала двум гостям.              — Я прям не могу дождаться!              — И не говори, мне не терпится поглядеть, что он придумал на этот раз…              — Ха, а для меня главное снова увидеть его попку… такая упругая и аппетитная, просто отпад!              — Какой ты пошлый.              — Чувак, это же стрип-клуб! Здесь нужно быть таким!              Б снова шёл вдоль очереди и с хихиканьем прислушивался к разговорам. «Значит, ты вернулся, мой дорогой Кира? Чудесненько. Так всё будет намного интересней. Хотя я слегка удивлён, что L позволил тебе приехать сюда сегодня… обычно он до отвращения осторожный». Убийца с непринуждённым видом обошёл вокруг здания, высматривая дополнительную охрану или камеры видеонаблюдения.              «Как странно… — подумал он, не обнаружив никаких внешних признаков того, что детектив следит за клубом. — Либо он изменил свою тактику, либо…» Бейонд хихикнул и погрыз ноготь. «Лайт приехал сюда без разрешения L. Какой непослушный мальчик». И впечатляюще находчивый. Мало кому удавалось ускользнуть от черноволосого детектива.              Б ухмыльнулся, представив, как именно юный омега сумел отвлечь альфу, чтобы получить возможность сбежать. «Не так уж сложно догадаться, к каким методам мог прибегнуть этот хитрый шалунишка… Хотя L рано или поздно всё равно здесь появится. А может, уже появился, просто действует более тонко, чем всегда... Нет, я сильно сомневаюсь, что это так», — Бейонд счастливо вздохнул.              «Всё замечательно получится, — сказал он себе, шагая сквозь темноту. — Пора привести всё в движение».       

***

      *тук-тук*              — Войдите! — крикнул Лайт, наклоняясь ближе к зеркалу и усиленно моргая, чтобы глаза приспособились. Заметив, как в гримёрную входит Рем, он поджал губы. Он точно знал, зачем она пришла. Женщина прислонилась спиной к двери, скрестила руки на груди и вперила в него пристальный, суровый взгляд своего единственного зрячего глаза. Какое-то время тянулась тишина.       — Перестань, Рем, — не выдержал Лайт. — Пятнадцать минут — и я на сцене.              — Тебе очень повезло, что я позволила ему подойти к клубу ближе, чем на десять метров, — проворчала Рем с выражением крайнего раздражения на лице, её белые с фиолетовыми кончиками волосы сердито качнулись. — Умеешь ты их выбирать, ничего не скажешь! В том смысле, что… проклятье, от него фонило такими феромонами…              Лайт вскинул бровь и обернулся к ней:       — Правда, что ли? Так плохо? Блин, ну прости, Рем.               Она тяжело вздохнула, покачала головой, смиряясь с обстоятельствами:       — В общем… мы с ним поговорили, и он вроде достаточно успокоился. Так что я его впустила.              — Спасибо, — негромко сказал Лайт и принялся обуваться.              — Как ты и предупреждал, Рьюзаки привёл охрану, и я разрешила расставить людей у главного и запасного выходов. С ним ещё пришли те парни, которых он приводил в прошлый раз. Они рассредоточатся по залу и будут высматривать твоего сталкера. Рьюзаки я посадила, где обычно.              Лайт вперил взгляд в пол. «Чёрт, давай только без эмоций…» Взяв себя в руки, он поднял на женщину полные благодарности глаза.              — Спасибо тебе, Рем… за всё.              Лицо владелицы клуба смягчилось:       — Это тебе спасибо, Лайт… ты столько сделал для всех в «Чёрной книге». Я верю, что у тебя всё получится, — добавила она. Чуть ранее они серьёзно поговорили, и Рем поддержала его решение.              «Я очень надеюсь на это», — подумал юноша, кивнув ей в ответ.              — Ладно, не буду тебе мешать. Повеселись там сегодня.              Лайт упёр руку в бедро и бросил на Рем дерзкий, самоуверенный взгляд:       — Непременно, дорогая… хотя подозреваю, что завсегдатаи сегодня почувствуют себя слегка обделёнными. Но им придётся смириться с этим. Сегодняшний вечер только для меня.              Рем открыла дверь и обернулась:       — Меня это не беспокоит. Деньги в любом случае будут сыпаться дождём, так что развлекайся, — улыбнувшись ему ещё раз, она вышла за порог и, уже закрывая дверь, добавила: — Кстати, глаза — отличный штрих.              «Дождь? Ха! Я устрою там грёбаный ливень!» — Лайт снова повернулся к зеркалу и ухмыльнулся своему отражению, смотрящему на него кроваво-красными глазами.       

***

      L сидел за своим столиком и в ожидании начала шоу нервно постукивал ногой по полу. Вскоре он заметил Рем, появившуюся из-за кулис и занявшую столик у сцены рядом со своей подружкой Мисой. Перед тем, как сесть, она одарила его суровым взглядом.              «Да плевал я…» — досадливо прищёлкнул языком детектив. Он даже не собирался терзаться какими-либо угрызениями совести касательно своего прибытия в клуб. По его мнению, будучи альфой Лайта, он имел полное право приехать сюда и выволочь омегу из клуба за его грёбаные волосы. У него в груди заклокотало рычание.              — Рьюзаки, успокойтесь, пожалуйста.              От голоса Мацуды L едва не подскочил. Тем не менее, гнев это помогло погасить довольно быстро.              — Мы же знаем, что он в безопасности. И мы все здесь, — молодой полицейский оглянулся на зал, ища взглядом своих коллег. — Если вы будете держать себя в руках, я смогу вернуться на свою позицию и тогда у нас ещё лучше получится наблюдать за Лайтом во время его выступления.              L глубоко вдохнул и длинно выдохнул. Да, это важнее всего. Не хватало ещё, чтобы Мацуда нянькался тут с ним вместо того, чтобы помогать присматривать за Лайтом.              — Идите, Мацуда, я в порядке.              Темноволосый бета напоследок одарил детектива ободряющей улыбкой и ушёл искать наилучшее место для наблюдения. «Боже, меня уже Мацуда подбадривает… докатился. Возьми себя в руки, чёрт возьми!» — ругнулся на себя L.              Свет в зале потух, отовсюду послышались приветственные вопли и свист, и стало понятно, что сейчас произойдёт. Каждый в зале знал, что сейчас получит свою дозу Киры...              — Добрый вечер всем! Мы рады снова приветствовать вас на нашем особом тематическом вечере «Ангелы и демоны». И сейчас на сцену выйдет тот, кого вы все так долго ждали… ваш обожаемый, сексуальный, греховный маленький инкуб, Кира!              Сегодня мы все победители,       Шампанское льётся на нас,       Друзья мои, мы все на высоте.       Сегодня мы победители!              Юный омега вышел из-за кулис с дьявольской улыбкой на губах и начал обходить сцену. В первые мгновения L показалось, что из него вышибли дух. Увидеть Лайта снова, просто убедиться собственными глазами, что он в безопасности — только это было для него важно. А потом он рассмотрел костюм, который Лайт выбрал для выступления…              Это будет болеть, пока не перестанет,       И мы будем любить, пока любовь не исчезнет,       Я — серийный убийца в белом,       С глазами, как разбитые ёлочные гирлянды.              «Если так выглядит демон, убивающий сексом, запишите меня первым в очередь, — мимоходом подумал L. — Красивая будет смерть…» Покусывая палец, он следил за тем, как Лайт крутится у шеста в середине сцены, проводит языком по губам и улыбается зрителям.              Мои ласки темны и ядовиты,       И ничто не сравнится       С моим убийственным поцелуем.              На ногах омеги красовались красные кожаные ботильоны на высоком каблуке, чуть присборенные сверху и украшенные заклёпками и прорезями. Зрачки L расширились. «Интересно, это его сапожки? И если нет, то сможет ли он их одолжить?» В голове детектива возникла очень чёткая картинка того, как он трахает Лайта у стены, и на юноше нет ничего, кроме этих сапожек.              Он зажмурился и мысленно влепил себе пощёчину за то, что так легко отвлёкся. Проклятье. Стоило ему увидеть сексуальную обувь, и он уже готов всё к чертям простить и забыть о том, что омега от него сбежал.              «Слабак…» — весело подумал он, жадно водя взглядом по запредельно длинным ногам Лайта, обтянутым непрозрачными чёрными чулками. Края чулок обхватывали красные кожаные ремешки, к каждому из которых были прикреплены небольшие, но опасные на вид серебряные клинки. «Надеюсь, что они поддельные…» — нервно подумал L, оглядывая остальной наряд.              О, мы должны зажечь на всю катушку,       Жить, как вышедшая в тираж знаменитость.              Лайт переместился к шесту у края сцены, и L заметил его скрытые за маской глаза. Юноша, поймав его взгляд, подмигнул, закинул ногу на шест и крутанулся. «Чёрт подери… его глаза… красные?» — детектив ощутил, как по телу пробегает дрожь — слишком сильна была ассоциация с другим человеком, чьи радужки имели тот же цвет.              Омега усмехнулся и откинул назад голову, привлекая внимание к двум маленьким, изогнутым чёрным рожкам, торчащим из золотисто-каштановых волос. «Интересно, как их так хорошо закрепили?» — подивился L и тут же переключил внимание на завораживающее мелькание многослойной, кружевной чёрно-красной юбки. Довольно короткая спереди, сзади она имела длинный шлейф, что позволяло Лайту свободно двигаться и вместе с тем помогало поддерживать высокий уровень зрелищности.              На вкус я, как магия,       Как волны, что затягивают глубоко и быстро…              «Хм… у него определённо есть склонность к драматизму». В голове L вдруг всплыла фраза «королева драмы», и он приложил все силы к тому, чтобы не рассмеяться. Вряд ли Лайт оценил бы, если бы L смеялся во время его шоу, независимо от причины.              Убийство можно описать пятьюдесятью разными словами,       И я — каждое из них.              Торс омеги скрывал короткий чёрный кроп-топ с длинными рукавами, выставляющий на всеобщее обозрение плоский, упругий живот, а на шее красовался широкий, замысловатый чёрно-красный ошейник, полностью закрывающий след от укуса.              Мои ласки темны и ядовиты,       И ничто не сравнится       С моим убийственным поцелуем.              Лайт положил один палец в рот, после чего повёл им вдоль тела, оставляя на животе длинную влажную полоску. Придерживаясь за шест, он чувственно откинулся назад, и казалось, всё его существо пылает в экстазе от собственного прикосновения. L рефлекторно сжал кулаки, охваченный почти непреодолимым желанием чувствовать под собой эту загорелую, шелковистую кожу.              Знаю, тебе это нужно, ты чувствуешь?       Пей воду, пей вино!              Снова встав вертикально, омега послал в сторону альфы озорную улыбку и отошёл к другому пилону, чтобы продолжить выступление. L ненадолго отвернулся и провёл рукой по лицу. «Боже… — он глубоко вздохнул. — Хорошо, что оперативная группа тоже здесь, потому что когда рядом со мной полуголый Лайт Ягами, я, очевидно, ни на что не гожусь».              Запустим салюты,       Как на День независимости,       Пока нам не станет хорошо.              L снова вернул взгляд на сцену и залюбовался тем, как омега двигается. Лайт был не просто сексуальным объектом, он был текучей, пластичной смесью красоты и изящества, а также ошеломительного интеллекта, которым L искренне восхищался. И никогда, никогда не забывал об этом, каким бы взволнованным и возбуждённым ни был.              Омега стал в его жизни редчайшим даром, и L был крайне признателен за то, что смог получить его. Он никогда бы не подумал, что найдётся кто-то, кем он будет дорожить так, как этим юношей. И, возможно, именно поэтому последние несколько дней он так стремился удержать его взаперти. Он понимал, что Лайт незаменим.              «Может, если я объясню ему всё такими словами, он сможет лучше понять моё желание оберегать его», — размышлял L, не в силах отвести глаз. Когда дело касалось Лайта, ему всегда было мало. Его страстное влечение к этому омеге никогда не будет удовлетворено полностью.              Сегодня мы все победители,       Шампанское льётся на нас,       Друзья мои, мы все на высоте.       Сегодня мы победители!       

***

      «Ну, не сказать, что он очень злится, — оптимистично подумал Лайт, когда первая песня подошла к концу. — Он даже вроде как возбуждён». Парень ухмыльнулся. «Что ж, тогда погнали, пожалуй». Пройдя к краю сцены, он по ступенькам спустился к столику L.              Вхожу без предупреждения,       Скребу ногтями по кафелю,       Я просто следую за твоим запахом,       А ты можешь идти за моей улыбкой.              Когда он приблизился, уголки губ L чуть приподнялись. Вскинув бровь, он оглядел парня с ног до головы. Лайт с шаловливым видом подошёл ближе, плавно скользнул ему на колени под одобрительные вопли толпы. Кружевная юбка пышно раскинулась вокруг них, длинный шлейф расстелился по полу.              Ты хочешь беречь меня так,       Словно я твоё оружие,       Я не собирался драться,       Но буду бороться до конца.              Пальцы L скользнули по его бёдрам, пощупали кромки клинков на подвязках. «А, ему интересно, настоящие ли они. Я покажу тебе кое-что настоящее, L…» В глазах Лайта засверкали озорные искорки. Схватив альфу за футболку, он вжался ему в пах, томно застонал, запрокинул голову и начал прогибаться назад, пока не почувствовал, что плечи упираются в колени детектива. Тогда он сел в прежнее положение и снова прижался к паху L. Альфа резко выдохнул, и Лайт удовлетворённо улыбнулся.              Я люблю боль, которую ты мне причиняешь,       Это сладостно, непреодолимо, да…              — Лайт, чёрт возьми… — нетвёрдым голосом выговорил L, глядя в ярко-красные глаза. — Ты же понимаешь, что у тебя всё ещё крупные проблемы?              Я заставлю тебя лопнуть, как мыльный пузырь,       Держишь меня, как картину в рамке,       Чтобы уберечь от беды.              Лайт кивнул и обвил шею альфы руками. Ему было наплевать, что другие гости клуба сейчас думают о нём или о мужчине, которому он уделяет так много внимания.              — Я сегодня много о чём думал, — ответил он. — Я пришёл сюда, потому что должен был доказать самому себе, что я могу. Особенно после того страшного сна. Зная, что он уже был здесь… Мне необходимо было обрести уверенность, что Бейонд не отпугнул меня от моей привычной жизни. Если бы я этого не сделал, это выглядело бы для меня так, словно он победил и каким-то образом заставил меня подчиниться, — тихо проговорил Лайт и погладил альфу по волосам.              Слишком много боевых ран, и так мало сражений,       Столько проведённых раундов на ринге,       А я всё ещё не свёл счёты.              — А ещё я сделал это затем, чтобы спокойно уйти, зная, что я победил свой страх. И чтобы мы с тобой смогли двигаться дальше. Так что после сегодняшнего вечера я весь твой, слышишь?              L резко втянул в себя воздух, отстранился и посмотрел омеге в лицо. В его тёмных глазах мерцала надежда.              Слишком много акул,       Но в волнах не хватает крови,       Знаешь, я даю своей любви имя из трёх букв.              — Я уже поговорил с Рем, — продолжил Лайт, застенчиво улыбаясь. Гремящая музыка почти заглушала его голос, но он знал, что L сумеет расслышать. — Сегодня моё последнее выступление в «Чёрной книге».