est deus in nobis

      Сердечный ритм ускорялся с каждой секундой, набатом стуча в ушах, эхом расходясь по телу нервным тремором и подгоняя тошноту к горлу. Липкий страх сковывал нутро Анкеля – а это он едва успел помыслить о страшном преступлении. Преступлении даже не столько против отряда, устоявшихся правил, мира, а сколько наперерез самому себе. Жизнь за пределами свод монастыря представлялась ему совсем не так. Она была полна приключений, смертельной опасности, магии…Полна всего, кроме чувства вины и разъедающих грудную клетку противоречий. Анкель был соткан из справедливости, и она послушно шла по течению, пока юный экзорцист верил в свое дело. Но стоило ему усомниться в реальности, и дамоклов меч опускался на неподготовленные к подобному исходу плечи юноши.       Мечты расходились с действительностью.       Анкель ворочался полночи, пока не подорвался, добитый собственным роем мыслей, и начал собираться. Старшие товарищи по отряду были людьми достаточно ответственными, чтобы разъяснить несмышленому, как им казалось, юнцу все ясно и подробно. Парень ещё помнил примерный порядок того, кто, как и когда должен дежурить в ночи. Анкель не обладал должным опытом и не мог сказать, исполняют ли все свои обязанности с должным рвением, но его сомнительной натуре это было даже на руку. Он полагался на удачу, фаталистично размышляя о грядущем предприятии так, словно это совсем не он решил освободить опасного демона, предав собственные идеалы.       Кто-то другой. И если этому кому-то не повезет – значит, не судьба.       Анкель не терпел черных цветов в своей одежде, отдавая предпочтение белым оттенкам, храня это как напоминание о монастыре, в стенах которого провел всю жизнь.       Священники и почитатели Светлого Бога в память о его подвиге носили лишь белые, достойные его одеяния. Алтари всегда были украшены позолотой, а в умах адептов – чистые помыслы. И молились они лишь при дневном свете, воздавая свои надежды ввысь, к самому солнцу, что их Бог спас из Вечной Тьмы и пожертвовал смертным, словно красивую безделушку. Особый драгоценный камень из сокровищницы, ради которого ему пришлось сразиться со своей второй половиной.       Юный экзорцист с трудом смог найти в своих одеждах хоть что-то, что могло подойти для такого преступления.       Выходя во тьму, Анкель как никогда чувствовал себя страшным грешником.       Но судьба была на его стороне. Пускай золотые лучи солнца и не касались его так, как днем, даря надежду и очищая мысли от зла, ночь и ее спутница луна были не менее милостивы. Анкель бы даже удивился, как ему удалось пройти незамеченным, если бы его мысли не были заняты совсем другим.       Не от того ли Тьма благоволит преступникам, что они выходят на дело под её крылом, таясь в тенях, будто робкие птенцы? Юный экзорцист гнал от себя укоряющие мысли. Тонкий голос совести в его груди слабо шептал, что он делает все правильно, и Анкелю было все равно, кто его направляет – Темный Бог, устраняющий все препятствия на пути во спасение своего подопечного, или Светлый, праведно хмурящий брови где-то там, вдалеке.       Это было совсем не важно. Он делает все правильно. Так его не будет мучить совесть.       Хрупкая девичья фигура даже не пошевелилась, стоило Анкелю шагнуть на поляну. Она казалась ему поломанной куклой, безвольно свисающей на цепях, чья толщина была больше запястий пленницы. Парень на мгновение испугался, что она мертва, что надо было взять себя в руки раньше, что он опоздал, что…Но демон разлепил веки как только парень коснулся его, и Анкель от испуга отшатнулся. Ни следа зла – только уставшие серые глаза девушки, что молча ждала, чего же от неё хочет охотник. Анкель шумно вздохнул, собираясь силами, и оглядел поредевшую чащу, ещё дышащую пеплом, – почему-то ему все время казалось, что на него из тьмы смотрят тысячи глаз. Но просветы между деревьями оставались пусты, его никто не останавливал, и юный экзорцист вновь повернулся к пленнице, что выжидающе глядела прямо на него. – Вы…я..кх, подождите, –это промедление окончилось, и Анкель торопливо начал распутывать цепи, колдуя и стирая все удерживающие печати, что были начерчены на путах, горячо шепча пленнице на ухо. Времени было мало.– Вы скоро будете свободны. И..И не умрете. Да… – Ребенок? –полувопросительно задал вопрос демон, сидящий внутри девушки, и как-то по-горькому хмыкнул.– Надо же, нас уже спасают несмышленые дети, поверить не могу…       Анкель нахмурился, но все равно не отступил, продолжая разбираться в тонких хитросплетениях цепей и магии. На поляне стоял легкий звон, и парень искренне опасался, что его вот-вот настигнут и подвергнут каре. Заслуженной, между прочим, каре. Он бы не сопротивлялся – борьба внутри продолжалась и не собиралась утихать. Демон, пробудившийся от торопливых действий юноши, скучающе обвел его взглядом, и вновь закрыл глаза. Анкель даже не успел испугаться, как на его место встала хозяйка тела, что глядела на неожиданного спасителя с не меньшим страхом, чем он сам на неё. – Я думала, Кас пошутил, –сипло произнесла девушка, теперь уже полностью владеющая собственным телом.– Так ты действительно…? – Я не мог пройти мимо вашей беды, –словно оправдываясь произнес Анкель, прекрасно понимая, что если сюда сейчас придут члены отряда, то этой причиной им будет недостаточно, чтобы спустить с рук предательство.– Просто..Просто вы не показались мне… – Страшным чудовищем? –снисходительным тоном произнесла девушка, с легкой улыбкой наблюдая за неловкостью спасителя. Теперь она уже не казалась такой ослабевшей. Анкель посчитал, что это от того, что у неё появилась надежда. Она горела в её некогда уставшем, безжизненном взгляде, и юноша поймал себя на мысли, что ради этого момента он и пошел на это.– Да, в чем-то ты прав. Не берусь говорить за Каса…Но лично мне хочется только спокойствия…И чтобы нас никто не трогал..Ай, аккуратнее. – Извините, –поспешно ответил парень, уже стараясь распутывать цепи так, чтобы не причинять пленнице ещё больше боли.– Кас, это я так понимаю?.. – Кастиэль мой…друг. Я дала ему имя. –коротко пояснила девушка, верно истолковав замешательство Анкеля. Он взглянул на неё с легким изумлением, с трудом веря, что такая хрупкая дева сумела заключить с демоном полноценный контракт и даже остаться в живых. И в здравом уме. По крайней мере, Кас, как она его назвала, вполне миролюбиво с ней соседствовал. Анкель практически физически ощущал, как его представления о мире обращаются в пыль в очередной раз.– Он на самом деле хороший. Несмотря на то, что он…ну… – Демон. –подсказал Анкель не своим голосом и наконец отпустил цепи, что со звоном рухнули наземь. Девушка, тут же освободившись, потерла тонкие запястья и бока, на которых оставались красные следы.– Демон, который может легко вас обмануть. Вы даже не представляете, какой опасности себя подвергаете. Он.. – Нет, это ты не понимаешь, щенок! –неожиданно резкой интонацией отозвалась девушка, что секунду назад едва-едва шептала. Лишь яркое марево в её глазах с неестественно вытянутым зрачком говорило о том, что перед Анкелем сейчас стоит не хозяйка тела, а её чудовищный подселенец.– Подумай своей тупой башкой, прежде чем говорить! Я могу…Мог бы испепелить тебя прямо на месте за ту мерзость, что вырывается из твоего рта! Глупый ребенок, ты освободил демона чтобы предъявлять ему претензии? Идиот. Видимо, у вас дела совсем плохи, раз берут отребье, подобное тебе.       Анкель не успел даже опешить от подобной наглости, что источал демон, только выбравшийся из цепей. Он ведь спас его! А это чудовище оскорбляет его? Но юный экзорцист не успел подобрать нужных слов, ведь Кастиэль, самодовольно взмахнув рукой, тут же продолжил, слава Светлому, без обвинений: – Только из жалости к тебе я пощажу твою слабую душонку. Мы с госпожой умеем быть благодарными за свободу. Да и она расстроится, если ты сдохнешь! Ха, вот только поэтому! –демон нагло хмыкнул и сложил руки на груди, ехидно улыбаясь, но продолжил уже серьезно.– Тебе стоит быть осторожным со своими действиями, ребенок. В следующий раз боги не будут так милостивы к твоей персоне. Как твое имя? Мы найдем тебя. Ни я, ни госпожа Марлен не любим оставаться долгу. – Анкель, –сухо ответил на пассажи Кастиэля экзорцист, все ещё хмуря белесые брови на его самодовольство. Не так себе представлял встречу с опасным существом юноша, но демон успел выбесить его, едва открыв рот. Поразительное мастерство.– И кто бы говорил. Не убейтесь во второй раз. Не все…такие как я. – Жалостливые? –фыркнул демон, закатив глаза.– Ну спасибо. Мы не будем долго задерживаться. Даже тем крохам величия, что остались во мне после вашей охоты, понятно, что твои..гм, друзья вот-вот подойдут. Удача не будет благоволить тебе вечно, парень. Твое имя тебе подходит. Когда придет время, мы снова встретимся, а потому прощаться не вижу смысла. До скорых встреч, ребенок. Дальше мы и без тебя справимся.       Анкелю оставалось только наблюдать, как девичья фигура Марлен, захваченная демоном, растворяется в закатно-алом пламени, оставляя после причудливого огненного всполоха лишь горстку пепла на выжженной земле. Сложно было поверить, что секунду назад тут стоял страшный демон, выкосивший половину леса. Юный экзорцист не знал причины, по которой они оказались в этом месте, а также совершенно не представлял, что могло его сподвигнуть уничтожить оковы на слуге Темного Бога. Но, скрываясь в чаще, Анкель чувствовал себя как никогда довольным.

***

      Следующее утро началось для него с шума и криков. Анкель, только разлепив глаза, едва сумел понять, что вообще происходит. Воспоминания о прошлой ночи пришли вяло и с опозданием, лишь тогда, когда парень вышел из своей палатки и осмотрел всполошенный лагерь. Все носились туда-сюда, напоминая потревоженный улей, кто-то кричал, убеждая оппонента в чем-то, а кто-то шептался в углах, тревожно осматривая остальных. На фоне мельтешащих магов Анкелю удалось выцепить только Александра, монолитной скалой стоящего посреди урагана из чужого волнения. Сейчас было как никогда понятно, кто же глава отряда – он спокойно что-то разъяснял всем, кто пару мгновений назад ему что-то упорно доказывал. На лице его была странная смесь из сосредоточенности, спокойствия и растерянности. Анкель до этого момента и не знал, что эти эмоции можно хоть как-то сочетать между собой. – А вот и он, –тут же произнес кто-то из шумной толпы, и Анкель с изумлением узнал в говорившей Хелен. Всегда говорившая тихо и вкрадчиво, без неожиданных интонаций, сейчас её голос приобрел нотки раздражения и цепкой властности, звучал неожиданно звонко, словно возвышался над толпой. Именно поэтому Анкель сразу смог выцепить его из шума, все ещё немного растерянный из-за сна.– Давайте смотреть правде в глаза. Кто ещё мог пойти на такое? До его прихода такого не случалось. – Простите?... –недоуменно произнес Анкель, искренне не понимая о чем речь. Ещё не проснувшись и не смирившись с действительностью, юный экзорцист действительно предпочел бы принять воспоминания о своем проступке за сон, если бы не ажиотаж в лагере по этому поводу. Изумление и растерянность в тот момент были в нем как никогда честными.       Видимо, этого заспанного промедления Александру хватило, чтобы решить что-то для себя и со вздохом, полным обреченного спокойствия, повернуться к Хелен. Его самоконтроль поражал, но Анкель отметил это как-то мимоходом, сквозь пелену переживаний о происходящем. – Я не собираюсь обвинять в произошедшем никого из здесь присутствующих. По крайней мере без доказательств. Анкель может быть здесь и не причем. Скорее всего я просто плохо закрепил цепи, и ей удалось сбежать, –вкрадчиво произнес глава таким тоном, словно объяснял простую истину ребенку. Анкелю же казалось, что от этой ласки в свою сторону Хелен начинает раздражаться только сильнее.– В любом случае за демоном нам не угнаться. Сойдемся на том, что это была моя ошибка. – То есть у нас в лагере может спокойно гулять предатель, а ты спустишь это с рук? –брошенные с искренним возмущением слова ведьмы ощущались как пощечина каждому из присутствующих. Анкель слегка вздрогнул, и на лагерь опустилась звенящая тишина. Хелен без зазрения совести продолжила, явно наигранно делая вид, что не замечает повисшей неловкости.– Стоит предпринять хоть что-то! А если…       Александр осуждающе нахмурился, и этот жест заставил Хелен проглотить то, что она хотела сказать дальше. Но этого и не требовалось – все понимали, что она имела в виду. В этот самый момент Анкель почувствовал свою вину как никогда сильно и уже жалел о своем опрометчивом поступке. Казалось, он может видеть огромный валун, расположенный на плечах Александра. Выглядел он так же – явно расстроенный сложившийся ситуацией, но виновато-непоколебимый в своем решении.       Он нес ответственность за их жизни, и предпочел бы не бросаться ложными обвинениями. Анкель хорошо его понимал, и даже сочувствовал – ведь Хелен была абсолютно права в своих суждениях. В ином случае юноша встал бы на ее сторону, но в данный момент он мог только благодарить небеса за то, что Александр отказывался рубить с плеча и до последнего верил в своих товарищей. – Я не собираюсь обвинять никого здесь без доказательств. Это мое окончательное решение, –он обвел взглядом присутствующих, словно ожидая, что его слова оспорят.– Со следующей Охоты будем внимательнее. Такого больше не должно повториться.       Хелен с какой-то непонятной эмоцией хмыкнула, бросила на Анкеля мрачный, полный предупреждения взгляд, и с достоинством удалилась. С её уходом начали отмирать и остальные, вновь возвращаясь к суете и оживленным перешептываниям, пока Анкель продолжал стоять на месте, осмысляя происходящее. Александр послал ему ободряющую улыбку, но стало только хуже – от этого юный экзорцист почувствовал себя отвратительно. Мерзкое, липкое чувство расползалось внутри, сворачиваясь в один большой темный комок из вины, горечи и сожалений. Ему уже было сложно понять, от чего он держится за свое чувство справедливости – из-за трусости или смелости? Уверен ли он? Стоило ли оно того? Сомнения так сильно съедали парня в ту минуту, что он смог выдавить только жалкое подобие улыбки в ответ Александру.       И даже после того, как Ивонн шумным вихрем чуть не снесла его и, ободряюще ударив в плечо, потащила куда-то, Анкель так и не смог прийти в себя до конца.       Завтрак выдался кислым и неприятным. Юноша бесцельно смотрел в свою тарелку, пока подруга горячо ему что-то рассказывала, видимо, пытаясь отвлечь. Лагерь, на удивление, не ополчился против юноши: лишь немногие прислушались к здравым обвинениям Хелен, и теперь косо поглядывали со стороны, в то время как большинство просто списали произошедшее на случайность. Ивонн под боком предвкушала ещё одну охоту – Александр обьявил, что с пустыми руками возвращаться нельзя, и они покинут место в скором времени, чтобы двинуться на север и попытать удачу там.       Если во тьме все казалось верным, то теперь, вернувшись под солнце, чьи лучи казались осуждающим взором Светлого Бога, Анкель чувствовал себя потерянно. И преданно. Если предать самого себя вообще было возможно. Окружающие списывали это на неуверенность из-за неудачной первой Охоты и конфликта с Хелен, и теперь подбадривали, что дальше все пойдет лучше и что все скоро забудут такую мелочь.       Он же не виноват. Ведь так?       Анкель слабо улыбался, чувствуя, как что-то неприятное продолжает плескаться внутри. Но старания товарищей парень действительно оценил. – Хватит уже киснуть! –воскликнула Ивонн, с довольной улыбкой вскакивающая с места под уставший взгляд Анкеля. Иногда ему казалось, что её магия заключается не в бойком пламени, а в том, что дева никогда не устает. Он бы поверил, если бы девушка иногда не поджигала что-нибудь в моменты особой эмоциональности. Пока Ивонн мельтешила туда-сюда, он даже задумался о том, видел ли её хоть когда-нибудь изнуренной или хотя бы расстроенной. Почему-то сейчас это беспокоило Анкеля чуточку больше, чем подозрения в свою сторону. Пустяки помогали избежать самобичевания.– Пойдем лучше на охоту. Как раз к обеду вернемся. – И кого ты здесь собралась ловить? Пепельный демон спалил почти весь лес. Животным негде жить, и все выжившие давно покинули это место, –произнес сидящий поблизости Карстен, их лекарь. Он задумчиво перебирал какие-то склянки с травами, внимательно разглядывая хрусталь на свету и время от времени делая пометки в своей потрепанной, но очень толстой тетради. Анкелю казалось, что он ненамного старше самого экзорциста, но Карстен был настолько ворчливым и нервным, что эта небольшая разница в возрасте растягивалась на несколько десятков лет. Рядом с лекарем все чувствовали себя несмышлеными юнцами, кроме, казалось, Ивонн. Она водила с ним дружбу настолько же непосредственно, как с остальными, и характер лекаря заметно смягчался в её присутствии. – А мы дальше зайдем. Не весь лес же сожжен, –легкомысленно отмахнулась Ивонн, тряхнув рыжей косой.– С нами не хочешь? Вот Анкель согласился… – Я ещё не соглашался.. –робко опровергнул слова девушки сам юноша, но та словно и не слышала, схлестнувшись языками с Карстеном. Анкелю оставалось только вздохнуть и вперить взгляд в свою тарелку, по которой все ещё не совсем аппетитно расползалась остывшая каша.       Видимо те, кому досталось дежурство у котелка, справлялись с ним так же плохо, как и те, кто охранял демона этой ночью, потому что блюдо было пресным и неестественно клейким. И так плохому аппетиту Анкеля это не способствовало, и ему ничего не оставалось, как продолжать слушать разговор двух сплетников. – …и вообще, мне травы стоит перебрать. Самому бы помощь не помешала. Приставай к другим, –резонно заметил Карстен и вернул пристальное внимание своих янтарных глаз к склянкам. Но даже показательная деловитость не смогла скрыть от Анкеля его дрожащие пальцы, что лишь спустя время успокоились: лекарь явно наслаждался своей работой до такой степени, что она отвлекала его от тревоги. Анкель бы не отказался сейчас от чего-то такого, но Ивонн явно не желала отступать от своей идеи.       Дева, столкнувшись с препятствиями, лишь только загорелась ещё больше. Анкелю на мгновение стало страшно, но воодушевление Ивонн плавно сместилось на новую жертву. И юный экзорцист бы даже обрадовался, если бы этим кем-то не была Хелен.       Взаимоотношения между членами отряда все ещё вызывали недоумение. Не трудно было заметить, что та же Ивонн, как и Александр, поддерживала теплые отношения с каждым из магов. Анкель даже задумался, было ли какое-то дело в их одинаковой склонности к огню или это лишь забавное совпадение. Но ничего удивительного в том, что даже холодная и мрачная Хелен таяла под их напором, не было. Даже сейчас ведьма не поспешила выбраться из плена цепких рук Ивонн, что воодушевленно делилась с ней планами. Лекарь, методично переставляющий баночки с едва слышимым звоном, пробормотал что-то про темных магов и нервничал ещё сильнее. Анкель не осуждал его. Он как никто понимал и разделял этот ужасающий трепет перед Хелен, что в его случае был на грани восторга.       Тем более, когда у ведьмы был здравый повод гневаться и на Анкеля, и на Карстена – начиная от подозрений в сторону юноши и заканчивая лекарем, что нередко перемывал ей косточки за чашкой чая с Ивонн. Анкель вообще чудом попал на эту своеобразную посиделку, ведь охотница затащила его в палатку к Карстену совершенно случайно, но по итогу весь вечер ему пришлось слушать про каждого члена отряда разного рода сплетни. Экзорцист сомневался, что все, о ком шли разговоры, вообще знали о своей жизни так, как знал Карстен. Именно от него Анкель наслушался столько пугающих историй про ведьму, что сейчас с таким же уставшим спокойствием, что и сам юноша, слушал увлеченную Ивонн. – Делать мне нечего, –хмыкнула в конце концов Хелен, мягко убирая руки охотницы со своих плеч. Анкелю на мгновение показалось, что в её взгляде промелькнуло плохо скрытое сожаление.– Тем более у тебя уже есть…хм, помощник. Мне ещё разбираться с тем невероятным происшествием. Должна же быть справедливость, верно?       Юный экзорцист сделал вид, что не услышал шпильку в свой адрес, и отвернулся к каше, словно это все, что его волновало в эту секунду. Аппетит не приходил, но Анкель был готов съесть эту холодную липкую массу дочиста, лишь бы ведьма отстала от него со своими подозрениями. Собственное чувство вины все равно давило на него сильнее. Анкель знал, на что шел, и планировал разбираться и нести ответственность лишь перед собой.       Хелен ещё некоторое время безотрывно наблюдала за юношей своем темным внимательным взглядом и, сославшись на дела, удалилась к своей палатке. Анкель со странной тревогой наблюдал, как она осматривает свое жилище, пытаясь что-то отыскать, пока Ивонн, расстроенная отказом, не плюхнулась рядом. Даже обиженная она не выглядела понурой – скорее недовольной и возмущенной. – Вы все чертовски скучные, –протянула она, пока Анкель собирался духом и мыслями.       Стоило что-то делать со всем этим, пока цепкие руки Хелен действительно не добрались до истины.