Не такой

      Воскресное утро приветливо встретило сонную девушку. Взъерошенные медные волосы распластались по подушке, создавая странный узор. Солнечные зайчики приятно защекотали румяное лицо. Никки разлепила глаза, будто отзываясь на птичий щебет, что слышался за окном. Она медленно уселась на край постели, расчёсывая пальцами запутанные пряди. Голоса людей уже спозаранку охватили улицы и сочились изо всех углов. Привыкшая к этому Никки уже не удивлялась тому, как легко все звуки проходят через старую оконную раму, поэтому спокойно поднялась с кровати, чтобы переодеть ночнушку.       Когда кожи коснулась шелестящая ткань платья, девушка пробежалась глазами по небольшой комнате, проверяя, всё ли находится на своих местах. Её взгляд остановился на зарисовке мужского затылка. Рисунок, который, с недавнего времени, очень полюбился Никки. Ей нравилось, как легли карандашные штрихи и тени, а, самое главное было в том, что именно этот затылок сразу узнавался. Его владелец начинал всё чаще появляться в мыслях девушки, а сегодняшний день только и кричал о том, что она снова увидится с ним.       Воскресенье наступило слишком быстро, да так, что мысли не успевали сформировываться, и Никки не верилось, что Леви правда будет учить её пользоваться ножом. Уже сегодня? Уже всего через какие-то пару часов? От осознавания этого, что-то тёплое разливалось в районе груди, а на лице незаметно прокрадывалась лёгкая улыбка. Никки не терпелось увидеть место для тренировок, которое выбрал Леви, и скорее начать учиться обороняться. Может быть, это сам штаб разведки? Вряд ли. Ведь она помнила слова капитана, который был против предложения Ханджи, а тренировать её на территории корпуса тем более не согласится. И всё же, ей предстоял интересный день.       Перед глазами внезапно нарисовалась картина хмурого Леви. Такой грубый, временами странный и непонятный, закрытый солдат, который демонстрировал всем своё безразличие. Он не спроста такой, и девушка думала об этом уже не раз. Язык так и чесался расспросить, наконец, избавить себя от догадок, найти ответ и не обижаться на чёрствого Леви. Но, вместо этого, Никки вежливо помалкивала, осознавая, что здесь замешано нечто трагичное.       Не часто ли она думает о нём? Вроде он ей не друг и не близкий человек. Хотя, после уединённого вечера в трактире за бокалом крепкого алкоголя, кажется, что их общение сдвинулось с мёртвой точки, и теперь оба обладают довольно личной информацией друг о друге. Именно поэтому он в последнее время так много сидит у неё в голове. Или, всё же, причина кроется в чём-то другом? Пока что она никак не может ответить на эти вопросы. Никки рутинно спускается с чердака, держась за сухие перила лестницы, и думает, что все открытия, насчёт загадочного человека по имени Леви, ещё впереди.       Она помотала головой из стороны в сторону, распушивая волосы и отгоняя назойливые мысли. Сейчас ей следует отвлечься от этого груза внимания к капитанской персоне и сосредоточиться на будущей тренировке, хотя Никки сама не может решить для себя — ей просто хочется встретиться с Леви или действительно научиться самообороне.

⪩ –┄– ⪩ ☆ ⪨ –┄– ⪨

      Привычным движением руки, которая держала тряпку, Никки начисто протирала столы в зале трактира. С тихим вздохом, но внутренней гордостью за себя, она всё приводила в порядок, пока было свободное время до открытия. Конечно, её немного заполняла паранойя, что она не успеет начистить до блеска всё помещение, но до прихода посетителей была ещё уйма времени, почему она и успокаивала себя, сдерживая дрожь в руках.       Неожиданно открылась дверь, а за ней показалась знакомая макушка. С довольным лицом Джейн уверенно прошагала вперёд, оглядывая трактир так, будто видит в первый раз.       — Привет! — раздался её радостный голос.       Никки чуть помедлила с ответом, ведь была удивлена, что подруга так и не зашла к ней после тех вечерних танцев.       — Привет, Джейн, — более спокойно сказала она, убирая тряпку с деревянной поверхности.       — Я хотела тебя спросить… — начала Джейн, но замялась, будто стесняясь того, что хочет сказать. Она отвела взгляд в сторону и откашлялась. — Мы с девочками на танцах обсуждали кое-что… В общем… Мы хотим знать, как тебе удалось заполучить такого красавца, как командующий Эрвин?!       Последняя фраза и правда звучала странно, от чего становилась понятна её нерешительность говорить. Никки стало от этого смешно и она мягко улыбнулась.       — Глупости. Я никого не «заполучала», — тут же опровергла слова подруги Никки. — Он просто пригласил меня на один танец, и всё. Ничего серьёзного, — она безразлично пожала плечами.       Джейн недовольно цыкнула. В её глазах читалось фраза: «Вот дура».       — Но это же сам командующий! Да ещё какой красавец! — она довольно улыбнулась и непроизвольно выпрямила спину, под стать Эрвину. — Если он пригласил тебя на танец, это уже о чём-то говорит. Никки хотелось закатить глаза, но она сдержалась.       — Командующий Эрвин занятой человек. Сомневаюсь, что у него есть время на «любовные дела», — она замялась, потому что в её мыслях снова всплыл Леви. — Да и меня это тоже не особо интересует.       Настало время закатывать глаза Джейн. И она не стала сдерживаться. В это время Никки неустанно продолжала протирать пыль и перешла со столов на стулья.       — В общем, — Джейн снова замялась. — Раз он тебе не интересен, можешь познакомить меня и моих подруг с ним?       От этой просьбы уже явно веяло дерзостью и нахальством. Никки чуть не подавилась слюной от такой прямоты Джейн, почему начала отнекиваться, говоря, что не так близка со Смитом, чтобы кого-то с ним знакомить.       — Ну, Никки, дорогая, — громкий голос переменился на ласковый. — Разве это так сложно? Ты же знаешь, я в долгу не останусь! Услуга за услугу, как говориться. Ну что?       Несколько секунд молчания и задумчивого выражения лица Никки, и наконец, она сдаётся:       — Хорошо, я постараюсь что-нибудь сделать, но… ничего не могу обещать.       — Ох, Никки, ты просто чудо! Спасибо тебе огромное! — заликовала Джейн. — Ну, я пошла тогда. Удачного тебе дня!       И подруга тут же с довольной улыбкой ускакала на улицу, даже не услышав прощания Никки.       — Мне бы так: только и думать о том, как найти будущего жениха… — прошептала в пустоту девушка, не осознанно сжимая пальцами холодную ткань тряпки.       Ступив на несколько шагов назад, Никки ровно задвинула уже вычищенные стулья и принялась за другие. Натирая деревянную поверхность с мольбами не получить занозу, у неё перехватило дыхание, ведь от своих же слов в голову прокралось воспоминание того, с кем она когда-то была счастлива. Сердце громко застучало, давая содрогнуться всему телу. Никки прикрыла глаза, отгоняя былые дни в глубокие воспоминания, потому что сейчас не хотелось их видеть. Да, тогда и правда жилось куда лучше. Спокойнее. Но кость, что застревала в горле при любом воспоминании прошлого, оказалась слишком остра, от чего легче ничего не помнить и сделать вид, что этого прекрасного прошлого никогда и не существовало.       «Но я не могу! Не могу забывать о родителях и… И о нём… Это же мои близкие. По крайней мере… Были ими…» — звучал поток мыслей в голове Никки, позволяя ей закипать, как вода в кастрюле.       Влажная ладонь сама собой потянулась к броши на груди, и пальцы тут же коснулись её, вызывая ещё более горестные ощущения. Никки в очередной раз мотнула головой, стараясь отогнать мысли. Это помогало, но не всегда.       Нужно возвращаться к уборке — вот что подметила она для себя, когда окончательно смогла успокоиться.       Она наскоро закончила со стульями, во второй раз проверила чистоту столов и уровень их блеска, а после подошла к барной стойке, чтобы выпить стакан воды и освежиться. Напоследок, она внимательно осмотрела зал и двинулась в сторону кухни, чтобы приготовить кое-что вкусное.       Никки начала доставать всё необходимое для пирожков с яблочной начинкой, размещая их в разных углах большого стола. Закатав рукава и помыв руки, она принялась за дело. Уже привычный рецепт глубоко засел в голове, давая ей машинально смешивать продукты, которые постепенно начинали превращаться в тесто.       Оставив его на пару минут, девушка взялась за яблоки, порезав их на кубики.       Через несколько минут слепленные пирожки перенеслись на противень, ожидая, когда нагреется печь.       Обезопасив руки толстыми перчатками, Никки, наконец, поместила пирожки в горячее место. Чтобы самой не запечься вместе с ними, она решила выйти в зал и открыть окно. Прохладный воздух ударил в лицо, выбивая почти незаметные прядки из собранного на затылке хвоста.       Она расслабленно устроилась за одним из столов, и начала разглядывать прохожих, которые даже не замечали её в уличной гуще. Ей нравилось время от времени вот так просто наблюдать за потоком идущих жителей. Кто-то кричит, кто-то ругается, а кто-то наоборот — по-доброму разговаривает со своими детьми. Все люди разные. У всех разные мысли и убеждения. И никто не сможет понять истинную сущность особы перед тобой. Бывает, смотришь на человека, видишь его глаза, слышишь, как он говорит с другими, как он держит бокал, и немедля представляешь его душу. Будто знаешь, какой он: сильный или слабый, злой или хороший. На анализ хватает минуту или же несколько секунд. А что, если перед тобой человек совершенно не такой, каким кажется на первый взгляд?       Если понимать мимику, взгляды, жесты и движения, то можно читать людей, как открытые книги. Но всегда есть исключения — это люди-загадки...       Внезапно, вспомнив о пирожках, Никки подскочила с места и пошла в сторону кухни. Она проверила готовность лакомства и поняла, что пора доставать выпечку, чтобы та остыла.       Она закончила работу и с лёгкостью в груди вздохнула, будто избавившись от какого-то невидимого груза, а потом, внезапно, услышала за порогом трактира лошадиное ржание и стук копыт.       «Неужели он?»       Проглотив застрявший в горле ком, Никки попыталась наскоро вымыть руки, и выйти в зал. Она не хотела показываться через открытое окно, ведь слышала весьма интересный монолог. Монолог Леви с лошадью.       — Подожди тут, нужно забрать одну рыжую, — врезался в уши знакомый, закалённый, как сталь, голос.       «Рыжая?! Это… Это он меня так называет?!»       Но не успела девушка возмутиться, как колокольчик над дверью громко зазвенел, оповещая о новоприбывшем человеке. В своей солдатской форме Леви зашёл внутрь, встречаясь взглядом с чуть удивлённой Никки. Память будто стёрла тот момент, когда она уже видела мужчину в подобном виде, от чего эмоции захватили её тело, выдавая себя на розовых щеках.       — Добрый день, — первая сказала Никки, слабо улыбаясь.       — Вижу, ты ещё не готова? — вместо приветствия она неожиданно получила замечание.       — Да, извините… — замялась она, хотя и не знала, что должна была хоть как-то «собираться».       Внимательный взгляд Леви, за считанные секунды, огибает всю женскую фигуру. Его глаза вновь возвращаются к её лицу, а сам он говорит:       — У тебя нет брюк? Лучше сменить платье на штаны, будет удобнее и безопаснее.       Никки устало вздыхает и качает головой.       — Тогда просто возьми что-нибудь чистое из вещей. Скорее всего, мы испачкаемся, пока будем тренироваться.       — Хорошо! — понимает его в миг оживившаяся девушка.       — И сними это, — он указал пальцем на грудь Никки, где покоилась любимая брошь. — Есть большой шанс пораниться.       Девушка не хочет снимать брошь, но покорно расстёгивает булавку на груди. Она понимает, что Леви виднее, он не стал бы просить её об этом просто так.       — А где мы будем тренироваться? — она взглянула на птицу в ладони и сжала кулак.       — За стеной Роза, — тут же отвечает Леви.       — Подождёте меня пару минут? Я сбегаю за вещами, капитан.       Послышался недовольный цок.       — Иди.       Никки кивнула и быстро поднялась на чердак трактира за сумкой, на ходу собирая волосы в тугой пучок на затылке.       Она берёт с собой красивое платье с открытыми плечами, которое обычно надевает в рабочие вечера, и прикрепляет брошь к сумке, возле центральной пуговицы. Она не желала оставлять украшение дома. После, когда Никки также скоростно спустилась обратно в зал, она закидывает в сумку флягу с водой и свёрток со свежими пирожками.       — Я готова, — оповещает она Леви, выходя из кухни.       — Тогда не будем медлить, — он первый выходит на шумную улицу.       Девушка покорно последовала за ним и увидела возвышающееся знакомое животное.       — Привет, ну как ты? — она приветливо, но аккуратно, без резких движений, протянула руку вперёд.       Пальцев коснулся влажный нос лошади, от чего Никки расплылась в улыбке. Утреннюю хандру по близким как рукой сняло. Она почувствовала себя куда лучше.       Убрав ладонь, она взглянула на заинтересованного в ней Леви.       — Поможете залезть? — неуверенно спросила Никки.       В ответ приходится немой кивок.       Леви поставил ногу в стремя, крепко взял девушку за талию и, чуть поднявшись, посадил её в седло, ногами в одну сторону, в точности, как в прошлый раз. Он быстрым взглядом пробежался по людям, которые заполняли улицу, а потом и сам запрыгнул позади Никки.       Её дыхание внезапно перехватило. В голове закрутился тот день, когда она в первый раз прокатилась на лошади. На капитанской лошади. И было это, честно говоря, одно из самых странных моментов в её жизни. По крайней мере, у Никки было такое впечатление от неудобства и быстрого хода, а так, на самом деле, езда верхом ей показалась немного увлекательной.       Безмолвно Леви сжал один бок животного, и та начала свой путь. В городе она идёт медленно, так, что Никки может вблизи рассматривать и так знакомые дома. Она почти не крутит головой, сидит в седле ровно и уверенно. Ей кажется, что вторая попытка выглядит куда лучше первой, ведь тогда она и понятия не имела об ощущениях верховой езды. Но всё же, немного неудобно.       — Держишься лучше, чем в прошлый раз, — будто прочитал её мысли Леви.       По спине Никки побежали мурашки.       Она только сейчас вспомнила, насколько близко им приходится сидеть рядом друг с другом, чтобы никто не свалился вниз. Да так, что во время речи Леви, его дыхание отправляется прямиком в женскую шею, что и вызывает гусиную кожу.       — Спасибо, капитан. Думаю, это потому что я… не боюсь доверять свою безопасность вам.       Последняя фраза прозвучала довольно трепетно. Она чётко слышалась сквозь гул людских разговоров, будто никого рядом и не было.       Но под стать своему характеру, Леви не набирается смелости что-либо ответить на эту милость, поэтому диалог быстро сходит на «нет». Между ними повисает тягостное молчание, что продолжается до внутренних ворот Троста. Здесь же мужчина снова хочет испытать удачу в сторону короткого разговора с Никки:       — Я дал ей имя.       Девушка встрепенулась, явно не ожидая такой темы для диалога.       — Правда? И какое же, капитан?       Леви молчит пару минут, которые занимает переход за врата, а потом отвечает:       — Гера.       — Оу… Оно и правда подходит ей. Красивое имя для красивой лошади, капитан.       С улыбкой на губах девушка погладила животное по мягкой гриве, а после вернула руку на выступ седла. Её внимание привлекли жилые дома горожан, что не перестают кипеть воскресной жизнью.       — Хм… Я знаю эти места. Далеко нам ещё ехать?       — Пятнадцать минут — и мы на месте.       Никки кивнула. Она всё больше и больше узнавала проходящие мимо места. Она тупит взгляд о дорогу, которая проложена плоскими камнями, а потом вновь поднимает голову, когда чувствует движение позади себя. Видимо, Леви тоже не очень удобно ехать не одному.       Как он и сказал, через назначенное время виднеется поляна, которая и являлась местом назначения. Зелёные травинки покачивались от лёгкого ветра, а их цвет блестел на ярком солнце. У Никки перехватило дыхание, ведь это та самая поляна, где она пишет картины и собирает травы для чая и выпечки. Девушка удивилась такому приятному совпадению.       — Капитан… — выдыхает завороженная Никки, пока Леви продолжает путь уже в сторону деревьев, под которыми виднеются густые тени. — Я… Знаю эту поляну.       Позади слышится хмыканье.       Она впервые за долгое время поворачивает голову и, искрящимися глазами, смотрит на Леви.       — Вот и хорошо, — выдавливает он из себя, тормозя лошадь под высоким дубом.       Он спрыгивает первым, протягивает руки и, как пушинку, спускает Никки на землю.       — Мы пройдем немного в лес, чтобы никто не видел этого сумасшествия, — пока Леви привязывал животное к дереву, он указал вглубь деревьев. — Поэтому бери вещи с собой.       Он тоже взял свою дорожную сумку, которая была привязана к седлу. Довольно потрёпанная и явно старая, но Леви не собирался в ближайшее время покупать новую.       — Идём.       Они двинулись в сторону качающихся под натиском тёплого ветра деревьям. Шли молча. Никто не издавал ни звука. Даже привычного хмыканья не было слышно со стороны капитана. Никки напряглась. Ей не нравились моменты, кода они оба молчали. Это смущало.       Леви остановился возле высоких стволов лиственных деревьев. Он уже давно заприметил это место, ведь оно было хорошо расчищено от лишней растительности и грязи. Испачкать могла только пыльная земля.       — Пришли.       Мужская сумка падает возле куста, а Никки начинает доставать нож из-под платья, всего на миг оголяя белоснежное колено. Леви бросил быстрый взгляд на представившийся вид.       — Убери его, если не хочешь зарезать меня в первый день тренировок, — грубо высказывается он, расстёгивая две первые пуговицы рубашки. — Для начала нужно размяться.       Никки молча положила нож и сумку с брошью там же, где капитан оставил свою, и встала напротив него, повторяя за движениями.       Неловкости было хоть отбавляй. Их глаза постоянно пересекались, взгляды метались от одной части тела к другой, а сама Никки ужасно нервничала насчёт того, что платье задирается. Но, слава Трём Стенам, через несколько минут эта «пытка» закончилась, и теперь приближалось как раз то, ради чего Никки и выбралась из трактира.       — Для начала тебе стоит освоить простые техники уклонения и блокировки атак противника. К борьбе с ножом перейдём чуть позже. Слушай и смотри внимательно, я не люблю повторять дважды.       В следующее мгновение Леви пересекает злосчастные метры, разделявшие его и Никки, а потом медленно и аккуратно, показывает движения при нападении. Это делается для того, чтобы девушка успела вникнуть и увидеть маневрирование врага.       — Вот здесь нужно поставить блок и отразить атаку, — он согнул руку Никки в локте и прижал к её корпусу. — Я нападу на тебя более быстро, а ты попробуй применить то, что я тебе только что показал. Ладно?       — Хорошо, капитан. Я постараюсь.       От волнения у Никки перехватило дыхание. Она попыталась восстановить обычный ритм сердца за то время, пока Леви отходил на несколько метров, но у неё ничего не вышло, потому что он резко сделал шаг вперёд и побежал на неё.       «Так, Никки, соберись!»       Крепкие руки обхватили её ватное тело. Она неуклюже пыталась повторить недавно показанный блок, но всё вышло провально.       Она тут же оказалась на земле, потому что Леви без проблем отразил неудавшийся блок и сразил свою «соперницу», стараясь как можно мягче опустить её под себя и нависнуть над ней. От поднявшейся с земли пыли защекотало в носу.       Щёки Никки тут же порозовели. Запыхавшись, она приоткрыла рот и распахнула глаза в удивлении, будто видела перед собой не привычного капитана с грозным взглядом, а неизведанное существо.       — Надеюсь, ты понимаешь, что такого не должно происходить? — возражает Леви, быстро дыша. — Ты не должна оказаться под врагом. Это проигрышная ситуация. Можно сказать — смертельная.       Внутри Никки всё сжалось от этих слов, а губы чуть задрожали.       — Да, капитан, понимаю, — выдаёт она сиплым голосом. — Но вы слишком сильны. Я не смогу повалить вас, как бы сильно этого не хотела.       За долгое время их общения на лице Леви проявляется тень ухмылки. Он тут же стирает её, как только встаёт и помогает Никки подняться.       — Не важно — хочешь ты этого или нет. Когда вместо меня будет кто-то другой, ты даже не подумаешь об этом. Правда?       — Конечно, капитан. Я же буду думать о спасении своей жизни.       — Тогда и сейчас тоже думай об этом. Представь, что перед тобой какой-нибудь извращенец, который не даёт тебе прохода. Создай в своей голове опасную ситуацию, из которой тебе обязательно нужно выбраться.       «Знали бы вы, капитан, как это сложно» — подумала Никки.       Ей совсем не хотелось представлять на месте Леви насильника. Гораздо приятней тренироваться, когда знаешь, что тебя обхватят руки капитана, а не другого мужчины.       Снова и снова Никки оказывалась на земле под телом Леви, каждый раз кашляя от пыли.       — Попробуем ещё раз, — он будто не ведал усталости, а запыхавшаяся Никки попросила передышку.       Наплевав на грязь, она устало села на землю и, тяжело дыша, достала из сумки флягу с водой. Сделав несколько жадных глотков, она протянула флягу Леви.       Он лениво присел на корточки напротив неё и принял воду. Пучок волос на затылке Никки давно расшатался и несколько прядей выбились из причёски, обрамляя лицо и мягко покачиваясь на ветру. Не отрывая взгляд от этой картины, Леви сделал один умеренный глоток и вернул тару хозяйке.       Никки обратила внимание, что Леви смотрит на её волосы и решила подправить причёску, внимательно всматриваясь в его глаза. Таких она ещё не встречала. Не голубые, но и не серые, странного светлого оттенка. Но всё же близкие к серому. И снова Никки захотелось взглянуть в их бездну и узнать, что же находится там, в глубине души этого почти всегда прищуренного взгляда.       Пока она отдыхала, Леви приготовил деревянный макет ножа, который использовали кадеты во время тренировок. Убедившись, что с Никки всё нормально, он протянул его ей.       — Держи.       Никки подняла почти обессиленную руку и взяла нож, коснувшись кожи Леви. Она встрепенулась и, разминая ноги, поднялась с места. Леви же, не теряя время, обошёл её сзади и без церемоний вплотную прижался грудью к хрупкой спине. Никки тут же залилась краской, бегая взглядом по деревьям перед собой.       — Слегка согни колени, — монотонно просит капитан, мягко касаясь сзади её колен, от чего те податливо подкашиваются и сгибаются. — Это основная стойка для защиты.       Он взял её за правую кисть, в которой находится деревянный нож.       — Ты знаешь, как расположены внутренние органы человека? — тихо говорит Леви у самого уха Никки, обжигая её кожу горячим дыханием.       Он положил левую руку на живот Никки и плотнее прижал её к себе, чтобы все их движения были едиными.       — В теории знаю, но… никогда не видела, — её голос задрожал от усталости и дикого смущения.       — Этого достаточно. Запомни главное правило — всегда бей ниже рёбер, — так же, крепко прижимая Никки к себе, он делает резкий выпад её правой рукой, толкая её одноимённую ногу своей. — Потому что рёбра ты не сможешь пробить.       Как по щелчку по коже Никки пробегает колкий табун мурашек. Леви замечает их на оголённой шее и руках, но не заостряет на этом внимание.       — Можешь попробовать ударить левой рукой, — он обхватил указанную руку девушки и перекинул деревянную болванку из правой в левую. — Тогда есть вероятность попасть в печень соперника, и для него это будет провал.       Он снова проделывает те же движения, только левой рукой и ногой.       Со стороны выглядело так, будто он управлял ею, как куклой. Никки чувствовала, что Леви очень силён, иначе, его не назначили бы на должность капитана отряда и не называли бы сильнейшим солдатом человечества. Но также, она чувствовала, что не смогла бы ему противостоять. Да и не особо этого хотела. Она размякла в его руках, полностью доверяя и отдаваясь его движениям, и не заметила, что сама вжимается в его грудь ещё сильнее. Ещё ближе.       Внизу живота собирается густой клубок. В нём смешивается радость, усталость и восхищение. Восхищение таким человеком, как Леви.       — И тебе следует никогда… — он резко развернул Никки лицом к себе и, сбив её с ног, снова повалил на спину. — …не расслабляться.       Он навалился на неё сверху всем телом, придавив к земле и лишив возможности двигаться.       Ей почти не больно. Она — пушинка в его руках.       — Ох… Капитан Леви… — девушка пытается отдышаться. — Это очень сложно.       — А ты думала, что сможешь одолеть меня на первой тренировке? — ухмыльнулся он, твёрдо держа её руки над головой и прижимая их к земле.       — Нет… не думала… — тихо прошептала Никки.       В эту же секунду в её голове созрел хитрый, и в то же время, гениальный план. Ведь она может использовать свои сильные стороны! Его лицо было слишком близко, что было ей на руку.       — Хотя… — оставаясь практически обездвиженной, Никки медленно потянулась к лицу Леви и почти невесомо коснулась губами его щеки, оставляя кроткий поцелуй.       От неожиданного поступка девушки Леви замер в напряжении, словно высеченная статуя. Его хватка рук ослабла, давая Никки понять, что это самый подходящий момент для осуществления её грандиозного плана. Она тут же скидывает Леви с себя, «оседлав его», как он учил её около часа назад, и прижимает деревянный нож к его шее, где уже успели взбухнуть недовольные вены. Леви смотрит на неё округлёнными глазами.       — Вам не стоит расслабляться, — передразнивает его Никки и ехидно улыбается. — Даже перед женскими чарами. Не так ли, капитан?       Леви наконец приходит в себя и сердито хмурится. Девушка довольна и неимоверно горда собой.       — Не ожидал. За что хвалю тебя, — добро отзывается прижатый к земле мужчина.       Но через секунду он всё равно скидывает её с себя и снова оказывается сверху, а Никки вновь становится обездвиженной, как и минуту назад. Деревянный нож улетает куда-то в сторону сумок.       — Я никогда не расслабляюсь, — он наклонился и обжёг её лицо горячим дыханием.       Никки бросила быстрый взгляд на его губы. В этот момент, впервые, в её мыслях пролетает запретное желание, о котором она и думать себе не позволяет. Она хочет. Хочет, чтобы он наклонился ещё ниже и, не спрашивая разрешения, накрыл её губы своими. Хочет, но понимает, что не получит. Сдержанный характер Леви не позволит ему сделать это.       — Вы поддались мне? — догадывается она и из последних сил подавливает свой романтический порыв.       — Немного, — признался Леви. — Если бы не поддался, то пришлось бы сделать тебе больно. А я этого не хочу.       Глубоко в груди у Никки что-то дрогнуло.       Леви, наконец, отстраняется и вновь помогает подняться.       — На сегодня тренировка закончена.       — На сегодня? — удивилась Никки. — Вы хотите провести еще одну тренировку?       — Одну, две, три… Сколько тебе понадобится, — объясняет он, отряхая пыль с колен.       Никки была очень удивлена тому факту, что Леви готов тратить на неё свое время. У него, должно быть, много капитанских дел и тренировок, а он говорит, что не против встретиться ещё раз, и даже не один.       С недоумённым лицом, девушка подошла к сумке и достала из неё блокнот и карандаш, чтобы записать основные моменты тренировки.       «Разминка, стойка, выпад» — прочитал Леви через плечо Никки, когда подошёл к ней.       Она быстро заметила приближение и заинтересованность мужчины и спросила:       — Капитан, а вы умеете писать?       Леви отвечает не сразу. Собирая брови у переносицы и поднимая с земли деревянный нож, он всё же говорит:       — Да. Ханджи научила, так сказать, основам. Но заниматься со мной у неё нет терпения.       Никки тихонько засмеялась, на что получила строгий взгляд.       — Вы не против, если вместо госпожи Ханджи, с вами позанимаюсь я?       Леви снова приходит в ступор. Который раз за сегодняшний день.       — Как благодарность за вашу тренировку! — тут же объясняется Никки.       Несколько секунд капитан молчит, раздумывая над предложением, а после, взвесив все «за» и «против», соглашается.       — Нам пора закругляться... У тебя же есть работа сегодня вечером? — уточнил Леви.       — Ах, работа… Да, сегодня вечером я, как обычно, работаю.       Никки выдавливает из себя измученную улыбку.       — Недалеко отсюда есть река. Если не против, можем ополоснуться, перед тем, как ехать. Лучше надевать чистую одежду на чистое тело.       — Я буду только рада помыться, — положительно отвечает девушка. — Ведите к реке, капитан.       Они берут свои вещи и идут дальше вглубь леса, откуда доносится мягкий шум воды. Никки прислушивается, наслаждаясь природной тишиной, где нет голосов людей и стука колёс повозок. Здесь царит блаженное спокойствие, от которого кружит голову.       Через пару минут они добрались до берега реки. Там было так тихо и спокойно. Лишь ветер покачивал деревья, склонившиеся над водой.       Ополоснув лицо и руки, Леви и сел на земляной берег спиной к воде, чтобы дать возможность Никки сполоснуться первой. А она, тем временем, снова достала флягу и свёрток с пирожками.       — Угощайтесь, капитан.       Он глухо поблагодарил её и начал перекусывать, а Никки, в стороне, быстро разделась и, скользя по мокрой траве и глине, зашла в прохладную воду, чуть ёжась.       Леви продолжает сидеть спиной, но при этом вести беседу.       — Ты умеешь плавать? — интересуется он.       — Да. И вроде неплохо получается, — девушка зашла в реку почти по пояс, набрала в ладони чистой воды и облила плечи и шею. Большие капли стекали по груди, по животу и дальше вниз. — А вы?       — Быстро научился, когда выбрался из Подземного города. Там плавать негде, — суровая правда, которая звучала немного смешно.       Пока идёт диалог, Никки проходит дальше, где глубина куда больше. Она аккуратно окунается и остаётся в воде по плечи, привыкая к прохладе. Развернувшись к берегу, она увидела, что, оказывается, Леви тоже повернул голову и внимательно рассматривает её. Она не знала, как давно он смотрит, и видел ли её обнажённую спину.       Снова он вгоняет её в краску. Голубые щёки в миг розовеют, но Никки старается не беспокоиться, ведь находится полностью в воде, от чего ни одной части тела, кроме головы и плеч, не видно.       Никак не прокомментировав свои действия, Леви отвернулся и достал из сумки полотенце. Он кинул его на сумку девушки, прямо намекая, что ей пора выходить.       Без лишних взглядов, Никки добегает до полотенца, вытирается и накидывает чистое платье с открытыми плечами. Она, наконец, распустила волосы, позволив им заструиться по плечам и спине.       — Меняемся, капитан? — спрашивает она, на что получает кивок.       Но, в отличии от Леви, Никки явно наглеет. Она села лицом к воде и наблюдала, как он раздевается.       Чёрт побери, она до мурашек не могла оторвать взгляда от тонких пальцев, которые неспеша расстёгивали рубашку, высвобождая обнажённые грудь и торс, покрытые стальными мышцами и могучими шрамами. Никки тут же захотелось протянуть руку и мягко провести фалангами по чувствительной коже на рубцах. Сердце больно сжалось, задавая вопрос о том, как капитан Леви мог их получить.       Но внезапно она столкнулась со взглядом серых глаз. Они казались совершенно равнодушными. Будто Леви ничего вокруг не интересовало, включая и то, что Никки беззастенчиво пялится.       Сердце девушки забилось быстрее и она смущённо отвела взгляд в сторону, заправляя локон за ухо. Раздалось лёгкое бряцанье расстёгнутого ремня.       Леви решил, раз рыжая взгляд от него не отрывает, идти в реку в нижнем белье.       Услышав шаги по воде, Никки осмелилась ещё раз взглянуть в сторону мужчины. Её глаза расширились от вида недоступных любому взору узких бёдер, крепких ног и рук. Несколько шрамов на спине только красили мышцы, которые слегка напряглись от холода, потому что капитан зашёл в воду уже по пояс. Он сделал нырок руками вперёд и пропал под рябью реки.       Никки никогда не видела такого мужского тела и даже не знала, что оно может выглядеть подобным образом: невероятно могучим и истерзанным. Неужели все тела разведчиков такие?       Всего на пару секунд, но у неё перехватило дыхание. Наблюдая за плавными движениями, что разгребали водную гладь, она пыталась не попасть в ловушку обмана, которая тянулась к ней и призывала не отводить глаз. Это зрелище и правда захватило Никки. Плечи покалывало, веки не смыкались долгие мгновения.       Леви проплывал по несколько метров за раз, а потом снова возвращался назад, повторяя этот путь длительные десять минут. Девичьи щёки захватил яркий пунец. Никки даже казалось, что она горит, смотря на спокойно плавающего капитана, который, наверное, даже не подозревал о её бушующих эмоциях.       Выходя из воды, Леви прочесал влажные волосы к затылку, меняя его привычный облик.       — Отвернись, — скомандовал он.       И Никки подчинилась. Она резко развернулась всем телом и схватила лежащий рядом пирожок, пряча свою смущённость за этим действием. Она так и не надкусила его, крепко держа, пока Леви одевался.       — Всё. Идём, — сказал он, когда застёгивал верхние пуговицы на рубашке.       Через несколько минут они вышли из леса к оставленной под деревом Гере. Леви отвязал длинные поводья от ветки и бережно погладил лошадь по гриве.       — Подожди здесь, ей нужно попить воды перед дорогой, — не дожидаясь ответа, он развернулся и пошёл обратно в тень деревьев, потянув животное за собой.       Никки облегчённо выдохнула и прислонилась к шершавому стволу старого дуба, вслушиваясь в шелестящий шёпот среди листьев.       Голову заполнил табун мыслей, пока она вглядывалась в удаляющуюся спину капитана Леви. В районе груди что-то кольнуло, улыбка тронула губы Никки, пока она размышляла над прошедшими часами, занятые тренировкой.       Вечные прикосновения, тяжёлое дыхание, контакт и доверие — вот что было всё это время, пока девушка отдавала капитану своё желание научиться самообороне. И это было приятно. Приятно до колкой дрожи в коленях, ведь Никки не хотелось признавать того, что она начала испытывать к Леви.       Лёгкая волна страха нависает над головой. Девушка ёжится от прохладного ветра, осознавая то, как начинает дорожить каждой проведённой минутой вместе с ним. Довериться полностью неимоверно сложно, но она попытается. Точно попытается. Никки не перестаёт вспоминать своего прошлого, чей облик вызывает стыд за саму себя. Разве ей нельзя чувствовать дальше? Нельзя чувствовать после его смерти?       Никки устало вздыхает, видя, как Леви возвращается обратно. Видимо, она так долго сидела в своем котловане раздумий, что не заметила, как пролетело время, и капитан уже был готов ехать в сторону города.       Приведя голову в порядок, Никки выдавила слабую улыбку, когда Леви приблизился. А внутри, за крепкими рёбрами, сердце не переставало отстукивать бешеный ритм.

⪩ –┄– ⪩ ☆ ⪨ –┄– ⪨

      Никки характерно покачивалась в седле, вновь привыкая к дороге, а уставшие глаза ловили окружающую природу, которая потихоньку начинала засыпать. Горизонт залился ярким закатом. Оранжевые краски слепли взгляд, давая солнцу опуститься как можно ниже. Девушка, неожиданно для себя, слабо улыбнулась, а потом поняла, что это было из-за наслаждения прошедшим днём.       Спиной она ощущала тепло от Леви и это расслабляло её ещё больше.       Когда они проходили внутренние ворота Троста, вокруг слышались шум механизма врат и вечернее пение птиц. Оно почти убаюкивало Никки, и она уже готова после тренировки и купания завалиться в тёплую постель, но впереди ждала работа, если в баре будут посетители.       Леви как обычно спустил Никки с лошади и аккуратно поставил её на дорогу у трактира. Она вновь почувствовала себя пушинкой.       — Приходите на занятие завтра, капитан? — улыбнулась девушка.       — Давай лучше в субботу, — размеренным тоном поправляет он, видимо, не имея на этот день никаких планов.       — Тогда… до встречи, капитан, — улыбка с лица медленно сползла. Никки было грустно осознавать, что ждать встречи придётся долго.       — До встречи, — его губы тронула ухмылка, когда он бросил взгляд на её оголённые плечи и, чувствуя запах рыжих волос, вспомнил тёплое касание её губ на щеке, не в силах выкинуть это из головы.       Капитан ловко запрыгнул на лошадь, дал ей сигнал стартовать и, через несколько секунд, пропал из виду за углом каменного здания.       Лёгкая печаль заполнила девушку, пока та поднималась на чердак. Но грусть тут же проходит, когда Никки видит себя в зеркале. Тело окутала усталость, но разум был в полном здравии и радости. Улыбка тут же расплылась на её губах, давая любоваться собой долгие пять секунд. Девушка резко вспоминает то, что задумала, пока ехала обратно. Ей захотелось нарисовать саму себя.       Никки взяла стул, подготовила всё нужное и села перед зеркалом.       Её окружили различного цвета краски, палитра и пожелтевший холст. Рука сама собой вдохновенно работала, нанося мазок за мазком. Непонятные завитки накладывались друг на друга и превращались в красивую и жизнерадостную девушку, что искрится через неживой холст. Здесь Никки счастливая: румяные щёки, заметные веснушки, довольное выражение лица, и, самое главное, это выделяющийся огонёк в глазах, который она, когда-то, больше и не надеялась увидеть в себе.       В углу портрета Никки поставила дату и оставила картину сушиться на столе. В скором времени она уберёт её под комод, где хранятся другие рисунки, недоступные больше никому.