Пепел золотого феникса

      За ужином кусок в горло не лез, и руки подрагивали. Рея за столом не было: ушёл, ссылаясь на головную боль, и это к лучшему. Сиди он напротив — Брент, наверное, вилку мимо рта пронёс бы. На губах горел поцелуй, хоть уже несколько часов прошло. Позже, в своей спальне, Брент подпëр стулом дверь и сам сел рядом, твёрдо зная, что Джарсу он в комнату не пустит.       Он просидел так несколько часов, напряжённо вслушиваясь в тишину за дверью, но Рей так и не пришёл. Брент уснул на стуле, едва не свалившись во сне и, проснувшись среди ночи злой и с затëкшей спиной, полез в кровать.       Утром настроение стало ещё хуже и, главным образом, от того, что Джарсу был бодр и весел. Брент почувствовал, что над ним просто посмеялись, и едва сдерживался, чтобы за завтраком не запульнуть в него чем-нибудь.       Весь день всё валилось из рук и хотелось то злиться, то просто лечь, и чтобы никто не трогал. Но, как нарочно, отец возжелал послушать, как его сын учит историю родного государства, и тут уже пришлось взять себя в руки и сосредоточиться. Но это помогло, и Брент отвлёкся от переживаний.       Позже пристала Луиза, сетуя, что брат не уделяет ей внимания, и тогда Бренту стало стыдно. Ей ведь тоже было одиноко, и хотелось внимания. Пришлось весь остаток вечера сидеть с сестрой, глядя старую комедию, и Брент, обожающий фильмы, впервые поймал себя на том, что не смотрит и не слушает.       — Ты стал странным, Эдвард, — задумчиво сказала девушка. — Молчишь, думаешь о чём-то. Ты всегда о чём-то думаешь, но сейчас ты совсем другой. Что произошло?       — Нет, ничего…       — И взгляд такой… будто тебе больно, — продолжила Луиза. — Если ты плохо себя чувствуешь…       — Я отлично себя чувствую, — улыбнувшись, перебил Брент. — Я просто устал. Раньше я работал физически, а теперь вдалбливаю в голову знания, и не уверен, что мне нужно меньше половины из всего этого.       Луиза пожала плечами.       — Нужно будет, когда вернёмся домой. Не век же нам в этом захолустье сидеть. Дяде тут нравится — пусть остаётся. А я жду не дождусь, когда поеду в столицу.       — Где тебя выдадут замуж и не спросят согласия.       Луиза нахмурилась и замолчала. Как и каждой девушке, конечно, ей хотелось замуж, но за любимого, а не только родовитого богача, за которого сосватает Даррен.       — Но ведь он не потащит меня силой к алтарю…       — Он доведёт тебя так, что сама побежишь, — зло усмехнулся Брент и вспомнил Агнес. — Выйдешь за жирного слюнявого урода и будешь страдать всю жизнь.       — Зачем ты так! — побледнела Луиза. — Почему ты стал таким злым, Эдвард? Я тебе ничего плохого не сделала.       Бренту стало стыдно, но он качал головой.       — Прости… Но ты сама знаешь, что так может случиться. Лучше быть заранее готовой. Меня дома хотели женить на такой корове, что страшно вспомнить. Теперь её нет, но мне не легче. Даррен и мне невесту на свой вкус найдёт.       — Баарские девушки очень красивые, — чуть улыбнулась Луиза. — Тебе понравятся. Каждая будет счастлива стать твой женой… Жаль, что ты мой брат, Эдвард… Я тоже была бы счастлива, — еле слышно сказала она.       Брент захлопал глазами, решив, что ослышался.       — Раньше двоюродным братьям и сёстрам не запрещалось вступать в брак, — продолжала Луиза, опустив глаза. — Но теперь, конечно, нет. Правда, иногда бывают исключительные случаи. Может у нас тоже такой случай? — и девушка вдруг лукаво улыбнулась, поиграв длинными ресницами.       Брент не хотел ничего знать об исключительных случаях. Он далеко не святой, отдавшись мужчине, но выслушивать признания от сестры — уже перебор. А Луиза не отставала.       Они сидели в полутемной гостиной, точнее полулежали, утопая в мягком маленьком диванчике. Луиза подкатилась ближе и почти навалилась на Брента. Он завозился, но только сполз ниже, и сестра придавила его своей тяжестью.       — Послушай… — забормотал он, неловко пытаясь выбраться, но нечаянно коснулся её груди, жутко застеснялся и затих.       — А если мы сбежим? — жарко спросила Луиза прямо ему лицо, и Брент завис окончательно.       — Я… Э-э-э…       — Я знаю, что нравлюсь тебе, — продолжала девушка. — И ты… Ты очень нравишься мне, Эдвард. И не потому, что здесь никого больше нет. Ты правда очень красивый. И добрый. Ты бы мог стать мне прекрасным мужем. Я подумала… А что если мы и есть — исключительный случай?       Брент сглотнул. Не только у него мысли о побеге. Но глаза Луизы совсем рядом, блестящие и полные какой-то безумной надежды.       — Сбежим, — сказала она. — И обвенчаемся. А потом дядя ничего уже не сделает. Зато о нас столько говорить будут! Когда приедем в столицу — всё газеты о нас напишут.       — Так ты чего больше хочешь, меня или популярности?       — Тебя, конечно, — улыбалась она. — Но статья в светской хронике не помешает. О нас всегда должны писать. Я читаю о других, но знаю, что будут писать и обо мне.       Луиза наклонилась над Брентом, явно собираясь его поцеловать и он отвернул голову:       — Пожалуйста, не надо. Тут везде невидимые глаза и уши.       Нехотя девушка отодвинулась. А Бренту вдруг пришло в голову, что она, пожалуй, тоже может захотеть прийти к нему ночью. От этой мысли было и смешно и страшно. Брент поднялся, но Луиза продолжала сверлить его глазами. Девушка была упряма, как и вся её родня, и просто так не отстанет. Но навряд ли Даррен воспримет спокойно слухи о чувствах племянницы к сыну.       — Луиза, я не люблю тебя, — сказал он. — Да ты очень красива… Ты замечательная девушка… Но ты всегда будешь для меня только сестрой. Пожалуйста, не тешь себя пустой надеждой.       У неё задрожали губы, но Брент утешать не стал.       — Прости меня… пожалуйста. В столице ты обязательно найдëшь себе парня. И если мой отец будет противиться — я с удовольствием помогу вам бежать. Но не строй планов насчёт меня.       Уже после он подумал, что, возможно, это её первая влюблённость. Девушка сгорбилась на диване, глядя в пол, и выглядела очень несчастной. Бренту было жаль сестру, но лучше сразу - правду, чем молчать и давать ложную надежду. У него самого хватает проблем. Луиза шмыгнула носом и встала.       — Я не стану рыдать, не бойся, — сказала она, отводя глаза. — Я слышала, что к тебе ночью ходила девушка, но не верила. А теперь думаю… Дядя пользуется услугами местных, и теперь и ты. Или тоже будешь отрицать?       — Не буду, — буркнул Брент.       — И она тебе нравится?       Брент промолчал и Луиза вздохнула. Больше она ничего говорить не стала и молча ушла. Час спустя к нему в спальню пришёл Рей Джарсу.

***

      Брент так был погружён в свои мысли, что даже не услышал звука открывающейся двери, и лишь когда замок щëлкнул, вздрогнул и обернулся.       — Я тебя не звал.       — Но и дверь ты не запер, — усмехнулся Рей. — Хотя и обещал. Ну что же дальше? Будешь кричать и звать на помощь? — он помолчал и кивнул. — Не будешь.       — Нет. Но и твои признания слушать не стану. Я только что уже слышал другие… признания.       Рей изогнул бровь и Брент не выдержал:       — Только что Луиза призналась мне в любви.       — Я не удивлён, — ответил Джарсу. — Видел, как она смотрела на тебя. Ей нужна компания, сверстники… Это всё от одиночества, я уже говорил. У Луизы здесь из друзей лишь ты и любовные романы. Так что немудрено.       Он шагнул к Бренту, но тот отступил.       — Это ещё не всё. Луиза мне тоже бежать предлагала. Может, всем троим смотаться отсюда? — фыркнул он. — А пока мы тут, вы ко мне по очереди приходить станете. Или сразу… — и Брэнт захохотал.       Рей неслышно скользнул к юноше. Секунда — и Брент оказался в его объятиях, трясся от смеха и остановиться не мог. И подлый Джарсу этим воспользовался. Мягкие губы скользнули по шее и Брент поплыл.       — Я не хочу, — шептал он, а сам невольно подставлял шею. — Не хочу… Не надо… Я тебя не простил.       — Сейчас простишь.       И Брента завалили в постель. Он ещё барахтался, желая поупрямиться и не сдаваться легко. Но тело его жаждало ласк Рея и слушаться хозяина не желало. Джарсу знал каждую складочку и родинку, и достаточно было запустить руки под рубашку, провести по спине… коснуться губ… Брент сдался ещё до того, как понял это. Он проигрывал бы эту войну каждый раз, и оставалось лишь удивляться, как незаметно Рей успел раздеть его. Но Брент всё же вывернулся:       — Значит, любишь… Докажи!       — А чем я по-твоему сейчас занимаюсь? — хмыкнул Рей.       — Кайфуешь от вседозволенности. Я хочу других доказательств.       — Встать на колени? — улыбался Джарсу.       — Встань на четвереньки.       Брент ожидал чего угодно. Заминки, растерянности, уговоров и, может, даже того, что Рей просто встанет и уйдет, но тот удивил и сейчас. Послушно перевернулся на живот. Теперь растерялся Брент.       — Ты согласен? — обалдел он. — Что, вот так просто?       — А чего здесь сложного?       Снова убил наповал, как тогда, в первый раз. Его тело сильное и поджарое, никаких перекаченных бицепсов, грудных мышц и мощных бёдер. Юноша провёл рукой по спине, невесомо оглаживая еле видимые шрамы, коснулся пятой точки и замер на миг, но отступать от своего не стал.       — Я чист, — сказал ему Рей. — Но готовить будешь сам, — и Брента пальцы чуть дрогнули.       Пусть месть или что-то ещё, но и сплоховать не хотелось. Показать себя умелым и нежным любовником, и чтобы Рей так же от наслаждения голову потерял. Брент сглотнул сладко и стал готовить Рея. Хорошо у него получилось или нет, но Джарсу поощрил тихим стоном и Брент воодушевился. Его член неоднократно был во рту Рея, но это — совсем иное.       Остро, горячо, сладко так, что докатилось даже до пальцев на ногах. Лежа на любовнике Брент кусал его за плечо, мычал, проваливаясь в бездну наслаждения. Через час, разглядывая оставленные отметины, он виновато тёрся носом о плечо рядом со следами от зубов.       — Прости…       Джарсу неслышно смеялся.       — Что теперь, Рей? Этот… Отец сказал, чтобы я больше не смел. Он будет продолжать подсовывать мне девушек. И если узнает…       — Стоит быть осторожнее.       Увы, не вышло. В характере Луизы хватало упрямства, ведь она тоже была из Уорриков. Красавец брат из головы у неё не шёл, и отступать от своего девушка не желала. Вряд ли она всё продумала, просто действовала, повинуясь порыву. У неё были дорогие украшения и, сложив всё в маленькую сумочку, она пришла ночью к спальне брата.

***

      Рей одевался, а сонный Брент смотрел на него.       — Оставайся до утра.       — Утро через пару часов, — хохотнул Джарсу. — Засыпай, а то будешь весь день носом клевать.       Но Брент вылез из постели и повис на любовнике, безмолвно требуя прощальный поцелуй.       Рей открыл дверь и оба вздрогнули. На пороге стояла Луиза — полностью одетая и с дикими вытаращенными глазами. Рея сестра, казалось, не заметила — всё её внимание было направлено на брата.       — Я слышала, — пролепетала она. — Вы… Вы вместе.       — Луиза, — выдохнул Брент, поняв, что это конец. — Я всё объясню! Ты хорошая девушка, ты должна понять...       Но Луиза вдруг затряслась, как в припадке.       — Поня-а-ать! — зашипела она. — Я предлагала тебе свою любовь… Была готова отступить от всех принципов, а ты… Строил из себя невинного мальчика… И всё это время с мужиком спал! Да ещё с этим!       Джарсу невольно хмыкнул, а Брент застонал:       — Луиза, зачем ты пришла?       — Я хотела быть с тобой… Думала, что ты просто боишься отца! Пришла к тебе… Готова была бросить всё, и даже свет, если понадобится. Я бы обо всём забыла ради тебя, а ты… Ты оказался обычным грязным гомиком! Какой же ты урод, Эдвард! Я никогда тебе этого не прощу.       — Луиза, иди к себе…       Она визгливо засмеялась:       — Ну не-е-ет! Пусть я не получу тебя, но и ты этого не получишь! — она ткнула пальцем в Рея. — Я пойду к дяде Даррену. Пусть узнает, какой у него хороший сын. Я жалела тебя, Эдвард, но в этот раз… Может очередная порка приведёт тебя в чувство.       — И я переключусь на тебя? Подобное его тоже не обрадует.       — Я — женщина, — шипела Луиза, и лицо её было перекошено от ярости. — Он бы понял, он бы простил, рано или поздно. Ты его единственный сын, а я любимая племянница! Ты растоптал своё счастье, Эдвард. А тебя, Рей… — девушка с лютой злобой посмотрела на Джарсу. — Тебя он просто убьёт!       От её красоты в один миг и следа не осталось. Рот безобразно кривился, а в глазах сверкала лютая ненависть. Из доброй сестрёнки она, в мгновение ока, превратилась в дикую кошку.       — Луиза…       Брент молча качал головой. На лице у него не было и тени страха, и сестре это не понравилось. Казалось, она сейчас вцепится ему в волосы, но тут Джарсу шагнул вперед и молча ткнул пальцем куда-то под челюстью. Девушка без слов повалилась на пол и Рей подхватил её.       — Отойди.

***

      Обалдевший Брент отступил, и Джарсу положил бесчувственную Луизу на кровать.       — Что ты сделал? Ты её…       — Вырубил ненадолго, — тихо сказал Рей, укладывая девушку. — На шее есть такая точка… Потом покажу. Брент, когда Даррен узнает… Это не хлеб с кухни по ночам тырить. В одном эта юная леди права. Когда твой отец узнаёт — он просто обезумеет и убьёт обоих в припадке бешенства.       Говоря всё это, он рвал простыню на тонкие полосы. Закончив, так же быстро и ловко обмотал Луизе запястья и лодыжки, а оставшимся куском завязал ей рот.       — До утра она будет лежать тут. Когда в комнату зайдут — мы будем далеко. Во всяком случае, я на это надеюсь. Что это, её украшения? Смотри-ка, подготовилась к побегу. Похоже, Луиза была уверена, что ты рванëшь с ней. Ничего, Даррен купит ей новые. А нам это пригодится.       — Мы уходим? — с испугом спросил Брент. — Сейчас?       — Да. Одевайся и валим отсюда. Я только захвачу кое-что.