Магическое очертание

Так как уговор с охраной галереи был проведен заранее, Окно продемонстрировала им кое-какие бумаги у стойки и указала на стоявших поодаль высокого Гето Сугуру, и маленькой Усаги Рову. Молодой охранник лет двадцати еще раз перечитывал то, что дала ему девушка, при этом бдительно, с недоверием присматривался к ней. А она во всю улыбалась, словно пришла сюда на экскурсию. Второй же мужчина, уже лет шестидесяти, вытянулся вперед щурясь и поправляя очки, разглядывая при этом подростков у входа, ожидающих, когда их впустят. — Молодые-то какие, — удивленно протянул старик, наглядевшись и усаживаясь на место к своему напарнику, заканчивающему перелистывать бумаги. — Ну как? Впускать их? — решил уточнить он. — Да, впускай, — недовольно бросил молодой охранник. — Вот, держите, — резко передал он бумаги девушке, натягивая кепку. Та его сердечно поблагодарила, помахала ребятам рукой, что, мол, все обговорено и решено. Парень с пучком и с серьезным видом кивнул, зайдя первым, а девушка в матроске состроила не самое приятное личико с примесью злости, явно цыкнув (от сюда им было не слышно), как силком пошла следом за юношей. — Удачи вам! Гето-кун! Усаги-тян! — подпрыгивая на носках, кричала им вслед девушка от всей души, прежде чем двери за спинами ребят закрылись. Внутри самой галереи было прохладно и из-за отсутствия людей, которые были основным источником жизни и шума, тишина была чуть ли не бетонной. Любой скрип, дуновение ветра и шаги слышались ужасно отчетливо, почти въедались в слух. Света особо не было, только полуприкрытые окна его слабо, но могли дать. Благодаря этому экспонаты или результаты творческих людей любой масти — от картин, граффити и вывесок на стенах до стоявших скульптур, бюстов и игрушей в любой рост — смотрелись жутковато, поглощенные объемными тенями. Коридоры здесь были тоже той еще морокой. Где-то узкие, где-то широкие, плюс лестницы, ведущие на следующие этажи были расставлены в тот еще невпопад. Кто-то бы сейчас сказал, что люди искусства мыслят нестандартно и необъективно. От сюда родом и такой сюрреализм к делу детей творчества. Но Сугуру, с малых лет взрастивший в себе некое подобие перфекционизма, только более мягкую его форму, привыкший, чтобы все было стандартно и проще, не мог за такое построение никому из людей спасибо сказать. Ходить здесь было неудобно, а выслеживать проклятого духа или духов было просто некомфортно. Заброшенные здание были на много проще. Казалось, все здесь потихоньку сжимается в тески, а чем дальше они углублялись в галерею, тем сильнее их окутывала тишина. Экспонаты только будто и ждали, когда маги совершат роковую ошибку. Сугуру так углубился в мысли и сосредоточился на общей атмосфере этого места, что на минуты забыл о том, что за ним по пятам следует его кохай. Расслабившись в лице от сосредоточенности, он искоса посмотрел за плечо. Рова, все такая же зажатая и мрачная, шла чуть поодаль от него, не близко, но и не далеко. Она с хмуростью, почти досадливостью смотрела в пол, понурив голову, изредка куда в бок, на стены. На определенные моменты её угрюмость сменялась слабым удивлением. Но потом выражение возвещалось на исходную эмоцию. Они как раз шли по хорошо освещенному, благодаря балконам снаружи коридорам, и Гето мог детально её проанализировать. Не похоже, что она вообще собиралась искать проклятого духа. Выглядела она скорее как заключенный в сопровождении полицейского и выжидающий возможность сбежать. Ну сбежать то может она и не сбежит некуда. Однако Сугуру насупил брови, когда при взгляде на Рову ему вспомнились слова учителя: «Ты должен бояться не за Усаги-сан. Бояться тебе нужно... Её саму». Тогда Сугуру открыто и взволновано спросил у Масамичи Яги, что он пытается этим сказать, но тот, словно пожалев о своих словах, с виновностью опустил глаза и покачав головой, что-то неразборчиво пробубнив. Так и не сказав ученику ничего дельного, Масамичи громче, в своей грубоватой манере напомнил ему, чтобы тот шел готовиться. Отмахнулся, взял журнал и вышел из класса с той же хмурость какой сейчас за ним шла Рова. И что вообще это могло значит? Шутка такая была, что бы Гето не нервничал на задании со столь проблемной особой? Да у него только смех в душе прокатился от такого заявления. Не то чтобы Сугуру хотел кого-то открыто обижать, он же, как сказала Сёко, все таки не Сатору. Однако, что ему, одному из Дуэта Сильнейших, может сделать такая слабая и худенькая девочка из средней школы? Мужчины от природы крупнее и сильнее женщин. Эта самый верный факт. Даже если у Усаги Ровы и есть какая-то боевая подготовка, то до уровня Гето она точно не дотягивает. Способности к магии она не проявляла. Оружия при себе она не носит, хотя её язык и волчья свирепость на столь милой мордашке по страшнее любого клинка или огнестрельного оружья будет. Сугуру это признавал, что ему самому становилось не столько неловко, сколько жутко, как если бы к его спине приставили дуло пистолета. Не суди по внешности, само собой. Вот только Сугуру помнил, что учитель ясно дал понять, что Рова ничего не знает о мире шаманов. Нет, может быть, базовые данные она учитывает, раз её семья имеет тесно, хоть и враждебное отношение к магам. Но опять, Рова никак не производила впечатления способного в этой области человека, и навыки, если такие у неё есть, были явно неважнецкие. Прозвучит ужасно грубо, но видеть в ней угрозу — это было до коликов смешно! И пока Сугуру неброско ухмыляясь ругал за себя такие невежливые мысли, он не замечал, как на него злобно и мстительно глазела Рова. Её белое лицо четко выражалось даже в темноте, а вот прищуренные глаза, в которых отражалась спина парня, искрились чем-то не хорошим. Бродя по первому этажу долгих десять минут, они поднялись на второй и точно так же, как и на первом, стали осматривать каждую комнату или мастерскую. Никакой активности проклятье не было ими поймано. Обычное здание, без намеков на паранормальные явления. Гето уже без особого напряга стал думать, что возможно все это было шуткой сотрудников, чтобы привлечь больше внимания к этому месту, но, увы, переборщили и получили, что получили. Были бы жертвы или какие случаи посерьезней — другое дело. Но как неглянь, а со своим опытом Сугуру был готов дать вердикт, что нет ту проклятого духа и не было никогда. Открыли очередную дверь. Просторное, но темное помещение без окон, где сильно воняло красками, стояли мольберты, а на полу разбросы художественные принадлежности. Сугуру огляделся, ничего неуловил и, обессиленно выдохнув, закрыл за собой дверь с неудовлетворенным видом. — Похоже, что и здесь ничего, — неутешительно сказал Сугуру. — Я не чувствую проклятой энергии в этом месте, — говорил он и задрав голову, приложил пальцы к подбородку. — Может быть, оно так умело прячется? — задумчиво рассуждал парень, наклоняя голову. — Но никаких предпосылок к ловушке тоже нет. Думаю, нам лучше попро… А! У-Усаги-сан! Ты куда собралась?! Не ожидавший подобного, ошарашенный Гето крикнул в спину девушки, тихо уходившей от него в обратном направлении. Серьезно, её шагов почти не было слышно. Сама Рова была где-то уже в двух метрах от Сугуру. И только когда он окликнул её, девушка остановилась приподняв одну пятку, юбка и верх матроски покачнулись, как и её длиннющие волосы. Холодная атмосфера вокруг неё придавала Рове больше аристократичности и неприкосновенности. Но когда она таки соизволила обратить внимание на переполошенного Сугуру, выражение её личика, конечно же никак не смягчилось. С поворотом плеч Сугуру вновь увидел этот разгневанный взгляд и поджатые губы. Рова какое-то время просто смотрела на него этим злющим взором, и Гето ощущал себя мишенью, в которую вот-вот полетит стрела. Напряжение между ними неумолимо нарастало, вес и темнота сгущались. И вот, когда казалось, что спичка брошена в бензин, Рова заговорила: — Я пойду на другой этаж, — небрежно и сердито проговорила она. — Если здесь нет проклятого духа, значит, и нам тут делать нечего, — её рука вольготно прошлась по воздуху, когда она убрала волосы с лица. Её кошачий шаг возобновился, как и плавные движения всего тела. Сугуру изумленно вытаращился на нее, вытянул руку и не знал, что сказать, сбитый с толку таким поведением. — П-подожди! — сумел он выдавить из себя слово. Сделав несколько шагов за Ровой, Сугуру так же быстро остановился, огляделся и взволнованно продолжил: — Усаги-сан, разделяться нельзя! Ни в коем случаи! — Рова, словно не слушая, продолжала уходить, не оглядываясь и Сугуру, переборов себя, цыкнул языков, побежав за девушкой. — Усаги-сан! Прошу выслушай меня! — Да отвали ты уже! — рявкнула она, резко развернувшись, и Гето едва успел затормозить, чтобы не врезаться в нее. Но все равно, даже так, он был к ней слишком близко, на столько, что её трепетное дыхание было уловимым. Она ненавистно смотрела на него снизу вверх. — Ты сам только что сказал, что проклятого духа тут нет! Раз ты такой опытный, я, стало быть, уж поверю твоему решению, — снисходительно, с уловимым пренебрежением высказала Рова, скривившись при взгляде на близко стоявшего к ней Гето. — И хватит бегать за мной! Ты раздражаешь! — бросив это, девушка отвернулась и вновь стала уходить легкой походкой. — Ч-что?! — поперхнулся воздухом Сугуру, ошалело уставившись на такое дерзкое замечание. Рова взмахом руки, все таким же высокомерным тоном, (один в один, как у Сатору), что-то выговорила по типу: — Я лучше останусь наедине с проклятым духом, чем буду терпеть ещё хоть минуту наедине с таким уродом, как ты! Усаги уходила все дальше, почти сливаясь с темными стенами коридора, и Гето её расслышать уже не мог. Хотя нет, ни расстояние ему мешало, а шум в ушам от учащего сердцебиения. И оно было не таким, когда он с замиранием наблюдал, как Рова с прямой осанкой и умным взглядом писала конспекты. Теперь его пульс скакал как бешенный, потому что терпение и покорность Сугуру достигло точки кипения. Кровь буквально кипела, мышцы горели под кожей. Он часто задышал, сжимая трясущиеся кулаки. Ещё кое-как сдерживаясь по привычке, Гето со всей злостью, что так вылезала из него, закусил губу, зажмурил глаза до линий, и хриплый приглушенный вой вырвался из жаркого горла, когда он согнулся. Выпустив лишь малую часть того, что накипело, Сугуру, вздымая плечами, тяжело дышал, как после пробежки и уперев руки в колени, он понял голову, смотря прямо через растрепанную челку. Рова продолжала уходить, не оборачиваясь. Ей было абсолютно плевать на Гето. Она и раньше всем видом показывала это, но Сугуру уверял себя, что если быть к ней добрым и обходительным, то она откроется ему, и они смогут в кои-то веки поладить. Но теперь Сугуру был уверен в обратном. Эта девчонка в первый день не соврала, когда сказала, что ненавидит магов. Она слепая и не видит разницы между хорошим отношением и плохим. Что же, по её мнению, выходит, если ты шаман, то и дышать с тобой одним кислородом законом запрещено, что ли?! Если бы она просто выговорилась и пояснила, в чем причина такого отношения, она бы даже с Сатору смогла со временем поладить! Однако нет! Рова самолично рушит все возможности к дружбе и возможному сотрудничеству. Может быть, она и впрямь прошла через многое дерьмо, но Сугуру из кожи вон лез, чтобы показать ей, что есть хорошие люди, которые могут принять её, и они шаманы так-то! — Ну все, — выдохнул Сугуру, опустив голову и сказал он это очень спокойно. Почти ненормально. У него самого в груди содрогнулись, когда он услышал свой голос. — С меня хватит. Хватит. Хватит. Хватит, — повторял он шёпотом, покачиваясь и вытягиваясь спиной. По началу на лице не было ни морщинки, ни тени гнева, но когда Гето вновь увидел не близкую фигуру Усаги, его умиротворенный лик исказился в оскале и гримасе. — А ну стоять, я сказал! — гаркнул Сугуру и побежал прямо на Рову. Девушка шла ровно, не торопясь и явно не слыша, либо не придавая выкрику Гето особого значение. Беспокойной Рова стала лишь когда бег за спиной стал очень близким, так что эхо отдавалось от стен, и она неспокойно, пылко обернулась. Тогда-то Сугуру, подавшись гневу, разгоряченно хватил её за тонкую руку. Не обращая внимания на перепуганный визг, как она на его просьбы, он сжал свои пальцы на её запястье достаточно сильно, чтобы она вновь не смела никуда убежать. — Я не понимаю! — во весь голос взревел рассерженный Сугуру. Рова подалась вперёд, когда он дернул её и склонила голову так, что кричал он пока на её макушку. — Я никак не могу тебя понять! Все это время, с того самого дня и до сегодняшнего, я был вежлив с тобой! Хорошо обращался! Помогал, как мог, переживал, сможешь ли ты устроиться в новой школе! Сам прошел через подобное! — дыхание Гето сбилось, сипло отдышавшись, он продолжил изрекания на голову Ровы: — Только вот одно не ясно! Почему у тебя такое отношение?! Я понимаю, что ты злишься на Сатору, да и он был явно виноват в том, что так поступил! Тут ничего не скажешь, ошибка его! Но я не понимаю, чем я заслужил такое обращение к себе! Что я тебе такого ужасного сделал?! Объяснись, Усаги-сан! Сглатывая и пытаясь отдышаться, после столько мощного жаркого выплеска эмоций, Сугуру, весь в поту, видя, что Рова не подымает голову и никак не сопротивляется его хватке, на секунду испугался, что сделал что-то не то. Однако его переживание тут же застыло на лице, когда из-под низа донесся очень злобный и при этом безмятежный голос Ровы. — Объясниться? Переживал? Волновался? Вежлив был, да? — перечислила она все то, что говорил Гето. Только вот не было в её речи волнения, одна лишь колкая насмешка и темные эмоции на подобие ярости. Спина девушки плавно подымалась и выравнивалась. Волосы, что были разделены, как нити воды, стали соединяться, переливаясь блеском. — Оооо. Я еще и оправдываться должна? Надо же. Хе-хе-хе, — посмеялась она не по доброму. — Не думала я, что ты такой тупой. Ты видно привык, что всегда все по твоему, вот и бесишься, — щелкая как капкан предположила Рова, подняв таки голову. Сугуру вздрогнул, с ужасом во все глаза смотря на девушку в ответ. Она улыбалась ему. Только вот… улыбка эта очень страшная. Похожая на разрез кровавой раны. Глубокая, всепоглощающая и лютая. Лицо накрыто чернотой, и только узкие глаза, впивающиеся в Гето, ненормально сверкали. — Что не так, Гето-сэмпай? — поинтересовалась она не своим голосом, нежным, но и жестоким. Внутри Сугуру все покрылось столетним льдом. На вытянутом лице шок, а свет в глазах дрожал. Она впервые назвала его по фамилии. Однако для Сугуру это было мало приятным событием, ибо не в такой обстановке ему хотелось это услышать. Мечты о миленьком кохае так и разбились, как хрустальная ваза, задетая черной кошкой неудачи, а теперь еще и полный прах обратились. Только на ветер выкидывай! — Что такое, Гето-сэмпай? — она прямо таки издевалась над ним с этой пугающей ухмылкой, спрашивая тоненьким и изнеженным голоском, хотя в сверкающих глазах ни намека на улыбку нет. Они были холодными и ожесточенными. — Язык проглотил? А? Вылупился, как истукан! Если нечего больше сказать, то… — Нет! Мне есть что сказать, Усаги-сан! — опередил её вошедшей в былую колею недовольства и обиды Сугуру. Рова лишь на секунду удивилась тому, что на неё повысили голос, однако тут же враждебно насупила брови, не отрываясь смотрела в упор на такого же хмурого Сугуру. — Я понимаю, что для тебя, скорее всего, то, что сейчас происходит — это один большой стресс, — заговорил он уже размеренно и ровно, от чего прежнее спокойствие стало возвращаться и на его темное из-за неосвещенного коридора лицо. — И я не буду говорить, что знаю какого тебе сейчас. Со слов сенсея, у тебя Усаги-сан, явные проблемы с семьей, — на слове семья Рова сдавленно зарычала, став еще злее. Сугуру не испугался и продолжил: — Плюс ко всему из-за поступка Сатору ты явно не хочешь с нами общаться, но я все это время думал, что ты попривыкнешь и успокоиться. Однако, — он сделал глубокий вздох, подавляя в себе гнев. Если он сейчас начнет кричать, то скорее всего окончательно добьет шанс на нормальные отношения. — Я не могу понять, почему ты так себя с нами ведешь! — пытался, но не смог удержаться и высказал это громче, почти отчаянно взвыл. — Объяснись, Усаги-сан! — потребовал он, вновь дернув её за руку. — Возможно жизнь у тебя не сахар была, но сейчас все по-другому. — Руку, — Рова вяло шевелила губами, вот только голос, подобно кинжалу, разрезал пространство, и Сугуру тут же замолк. Рова, все это время покорно слушавшая его изрекания, глянула на парня исподлобья, все так же мрачно, и повторила: — Руку мою отпусти. Мне больно вообще-то! — рыкнула девушка. Сугуру медленно перевел изумленный взор чуть левее и заметил дрожавшую кисть, значительно меньшую по размером своей. Его пальцы нещадно сжимали руку Ровы, и он только сейчас заметил, что прикладывает не мало силы. — П-прости! — как ошпаренный, он разомкнул пальцы нервозно и торопливо. Чувство вины окотило его из ведра, и от былой решимости выяснять отношения с Ровой у него ничего не осталось. — Извини, Усаги-сан, — виновато проговорил он, потупив опущенный взгляд. — Я не хотел делать тебе больно. Рова же, без какого либо намека на эмоции, (ни крика, ни плача) равнодушно осмотрела свою кисть, на которой еще были видны красные отметены пальцев Гето, прижала к себе и помассировала, прежде чем снова свирепо уставиться на парня. — В любом случаи, сэмпай, — начала Рова с былым высокомерием и невозмутимостью. — Мои проблемы, что с семьёй, что с этой школой, тебя не касаются. Заруби это себе на носу, хорошо? — попросила она. Не смотря на разницу в росте, Сугуру прямо таки ощущал, с каким пренебрежением она смотрит на него сверху вниз, как если бы он был тараканом. — Предлагаю забыть об этом и разойтись по-хорошему, — уголки её глаз чуть дернулись, однако Сугуру понял, что его не просят, ему угрожают. Он недоуменно продолжал смотреть на Рову, пока та искоса, с презрением глядела на него. — Мы не будем больше разговаривать, никак либо взаимодействовать, а если и встретимся, то игнорируем друг друга. Ну я пошла. — Подожди, Усаги-сан! — Рова уже встала в полуоборот, прикрыв глаза, когда Сугуру, выйдя из ступора, окликнул её. Аристократичность девушки вновь дала трещину раздражительности. — Неужели ты не понимаешь, что из-за твоего отношения людям вокруг тебя неудобно? — спросил Сугуру на одном выдохе. Он уже был напуган тем, какой непостоянной в плане поведения была эта девушка. Слова ассистентки о наигранно поведении Ровы всплыли в его разуме, и он надеялся достучаться до настоящей Усаги Ровы. — Хмм! Можно подумать, мне не пофиг! — надменно выдала Рова в ответ, задрав нос. — Ч-что? – опешил Сугуру. — Н-но… с Сёко же ты хорошо общаешься! — крикнул он аргумент, чувствуя не приятное давление в желудке. Чем больше пытаешься понять эту девушки, тем сильнее наступаешь на стекло голыми пятками. Вот что ощущал Сугуру при разговоре с ней. Её столь не приятное тебе поведение — это следствия очень старательно обдуманных поступков. Если она так умело притворяется, то брешь в её защите хоть какая-то, но должна быть! Великая Китайская стена от монголов не защищала, а тут уж и подавно. — Сёко? — повторила имя Рова, приподняв бровь. — А! Иери-сампай, что ли? Ха! Мы? Общаемся? Пфф! Да я так поддакиваю ей чисто из вежливости, — усмехнулась Рова, находя это смешным. О, так у тебя есть такое понятие, как вежливость? Хотел было съязвить Сугуру, но когда он услышал, с каким попиранием Рова отзывается об отношении к Сёко, учитывая, какой заботливой она была с ней, тут его неуверенность сменилась на злость. — Да как ты можешь так отзываться после того, что Сёко для тебя сделала!? — возмутился Сугуру. У Ровы же насмехательство сменилось на апатию при взгляде на гневившегося Гето. — Усаги-сан, ты вообще умеешь ценить человеческое отношение? — А вот про ценность отношений и человечность лучше помалкивай!! — ни с того ни с сего рявкнула Рова, огрызнувшись на Сугуру. Её голос разошелся по всей галерее, словно мстительный призрак, жаждущий кровавой мести. Да и сама Рова с такой гримасой была на него уж очень похожа. Аж до мурашек! — Можно подумать, вы, шаманы, что-то знаете о человечности! Да вы все друг для друга как консервные банки, набитые мясом и проклятой энергией! На словах благородные такие, а на деле — ублюдки, каких поискать! Вам плевать на других! Вы же чуть ли Боги, да?! Сверхсущества! Высшие разум, так сказать! Кичитесь вечно своими способностями, как последним чудом на этой планете!! Меня от вас тошнит! От Годжо Сатору, от Иери Сёко, от учителя, от тебя! Да от всех вас и от магического техникума!!! Хочу, чтобы вы все сгнили!! Исчезли!! Выкрикнув все это без передышки, надрывно и звонко, Рова, схватившись за грудь, согнулась с болью на лице. Её длинные волосы упали на пол, пока она пыталась отдышаться. И хрип, и всхлипы с надрывным дыханием доносились до ушей остолбеневшего Гето, полностью лишившегося какого-либо ориентира. Сугуру был удивлен не столько самому крику души девушки, а тому, что он осознал, что это и была настоящая Усаги Рова. Никакой фальши в виде высокомерие, наглости, дерзости или хмурости. Рова сейчас в порыве злости открыто показала, что чувствует на самом деле. Будь это очередная игра, Гето бы вновь возобновил их спор. Однако, судя по тому, как Рова изъяснилась ему на тему её отношения к шаманами, было очевидно, что она не шутила, и в словах её ненависть была сильнее молнии с небес. Сугуру хотел увидеть её настоящую, но теперь сильно об этом жалел. Ему казалось, что он довел её до слез, что слышались при рваном дыхании. Гето даже не соображал толком, а в этой тишине чудилось, что экспонаты творчества ожили и теперь осуждающе глазели на него. Парню уже было все равно на изначальную тему их дискуссии. Да к черту её не любовь к магам и неприязнь к нему и его друзьям. Сейчас он лишь хотел, чтобы этот разлом между ними исчез. Но что-то подсказывало Сугуру, что одних извинений будет ой как мало. — Усаги-сан, — тихо и жалко позвал Сугуру, с сожалением вытягивая к ней руку. — Мне жаль я… — А ты, сэмпай, самый мерзкий из всех магов, что я встречала, — пророкотала Рова сиплым грозным тоном. Она быстро вытянулась, бледная и измотанная, но ни грамма той озлобленности не потеряла. — Нет, серьезно. Ты за кого себя выдаешь? — хмыкнув, с недолгим оскалом, поинтересовалась она, покачиваясь на ногах. — Строишь из себя святошу, — гулкие шаги её школьных туфель по каменному полу стал направляться прямо на Сугуру, — правильного, такого, благоразумного, доброго, а в реальности, — дыхание девушки застыло, блестящие глаза расширились, уставившись прямо на Сугуру. Она подошла слишком близко, почти вплотную, поднялась на носочках. Их губы едва-ли не соприкасались от близости, когда Рова механически, с тревожной улыбкой холодно выдала: — ты та еще лицемерная тварь. В позвоночнике Сугуру что-то надломилось, а после этого что-то холодное перешло и в голову. Его кровь остыла, во внутренностях произошла бурная перемешка, прямо как в мыслях. Он и дышать как забыл. Телесная близость Усаги Ровы, вплоть до того, что Сугуру, слыша сердцебиение и чувствовал исходившее от тела тепло, не смущала его, а ужасало. Широко отрытые глаза Ровы, где Сугуру видел себя, были стеклянными, неподвижными, и в центре зрачка был он, Гето Сугуру. А сам парень неотрывно смотрел в ту сокровенную темноту её глаз. Его туда словно затягивало. Казалось, прошла вечность, пока они вот так стояли в этом коридоре, похожие на две статуи. Однако Рова, похоже, приняла шок и молчание Сугуру за подобие согласие с её словами. После чего она, не меняя тона, вкрадчиво принялась разъяснять: — Да, теперь я это четко вижу. Ты редкостный притворщик. При чем врешь что себе, что остальным, так убедительно, что я сама сомневалась первое время. — О чем ты говоришь? — в пустоту вопросил Сугуру, не смея моргать. В горле было сухо, и его дыхание царапало ему стенки глотки при каждом выдохе и вдохе. — О чем? — следом повторила Рова, с вялым удивлением наклонив голову. — Ты прекращай придуриваться, — предупредила она уже с нажимом и угрозой. — Святошу из себя строить не устал? И что ты так сморишь? Неужели ты не знал? Ох, сэмпай! Так я тебе буквально глаза на истину открыла, да? Хе-хе-хе. Уж прости. Наверное, нужно было по мягче, — предположила она с озорной улыбкой, однако выражение Ровы застыло после короткого смешка, и она вновь злобно взиралась на Гето. — Вот только к таким, как ты, сострадания у меня нет! — гаркнула Рова, и Сугуру отступил на шаг, перепуганный. Но и так взгляд девушки его не отпускал, пусть она и не была уже так близко. — Ооо, я объясню тебе. Ты так хочешь казаться праведным человеком в глазах окружающих. Но, сэмпай, что ты сам об этому думаешь? Не кажется ли тебе, что ты уже заигрался в добрячка, готового всем по доброте душевной помочь? Что же, я так считаю. И отчетливо вижу, что ты сам себе на уме. На словах одно, а в голове то другое. Да, сэмпай? — спросила она, наклонив голову на бок. Сугуру был на столько шокирован, что у него зашевелились волосы, кожа продрогла от мурашек. Ему едва удавалось держать себя в руках, в то время как душа и тело умоляли держаться от Усаги Ровы по дальше. Да что она вообще несет? Читалось на вытянутом неподвижном лице Сугуру. Что с ней не так? С этим жутким взглядом и каменным лицом она была… неправильной. Мало походившей на человека. Словно сейчас это была не так милая ворчливая девушка с соседней парты, а кто-то другой, кого Сугуру видел и слышал впервые. На неё смотреть было страшно. Огромные глаза Ровы опустились вниз, потом на верх, осматривая Гето с ног до головы. Она больше не нападала на него словесно. Взгляд девушки смягчился, когда она моргнула. Вся так жуть скрылась в миг, и теперь на Сугуру смотрел уже человек. Рова выдохнула, устало опустила плечи, смотря на паникующего Сугуру со скукой и безразличием. Она полностью потеряла к нему интерес, от чего Гето смог таки задышать нормально, вздохнуть со спокойствием. Ты должен бояться не за Усаги-сан. Бояться тебе нужно... Её саму. «Значит, сенсей это имел в виду? — размышлял про себя Сугуру. — До этого она казалась мне слабой девчонкой, которую нужно опекать. Но после всего… Я уже не уверен, кому здесь и впрямь нужна защита. Что с ней сейчас такое было? И эти слова про меня… Что она хотела этим сказать? Это такая угроза была?» — Ладно, — смирено сказала Рова, и Сугуру дернулся от ее мирного голоса. — Вижу, что с таким идиотом, не понимающим самого себя, разговаривать бесполезно. Я только зря время трачу! — бросила она брезгливо и шустро отвернулась. — И еще сэмпай, — Рова искоса посмотрела на Гето через плечо. — Если честно, тот белобрысый симпатизирует мне больше, чем ты. — Изрекла она, и в груди Сугуру сжались ребра. — Годжо Сатору тот еще урод, но он, по крайне мере, не пытается быть тем, кем не является, в отличии от тебя. Не чего на меня так глазеть! — гаркнула она и отвернулась. — Я ухожу! А ты вали куда хочешь! Меня это не касается! — Усаги-сан! — крикнул Сугуру, сделав шаг к ней и Рова остановилась. — Чего еще? — раздраженно спросила она, не поворачиваясь. Сугуру запнулся и отступил. Он глубоко вздохнул, стараясь сохранить невозмутимость. Девушка могла вновь обратиться и напасть, но все же Гето надеялся, что она поймет его хоть в чем-то. Потому он отважился и прямо спросил: — Ты в самом деле так сильно ненавидишь магов? — Да! — резко ответила Рова без колебаний. — Ненавижу! — Сугуру только рот открыл, как Рова, словно зная что-то скажет, яростно выговорила: — И тебя тоже! Стоя на расстоянии от неё, Сугуру уколола тревога, и он застыл как душевно, так и телесно. Если он правильно понял её слова, то получается... Говорить с ней было бесполезно с самого начала, да? Нужно было смолчать и уйти прочь от неё. Но Гето что-то держало рядом, и он решился задать ещё один вопрос. — Но почему? Это из-за твоей семьи, что презирает шаманов? Ты так же придерживаешься их мнения? Сугуру увидел, как спина Ровы дернулась, а пальцы сжались в кулаки. Понимая, что она сейчас в крайне скверном расположении духа, Гето и не рассчитывал на ответ. Однако Рова на его удивление ответила: — Если бы не маги, — говорила полушепотом, но благодаря безмолвию галереи, Сугуру отчетливо её слышал. — Если бы не вы, маги! — она резко крикнула, топнув ногой. Потом неожиданно шмыгнула носом. Она плакала? — М-мой, учитель… б-был бы жив! — закончила она и поспешно стало вытереть рукой лицо. — Учитель? — с непониманием вторил её словам Сугуру. — О каком учители ты говоришь? Рова убрала руку от глаз, а на вопросы Гето лишь скривилась, зашипев. — Сколько повторять, что это не твоё дело?! — быстро поведя плечи и повернувшись головой, она вновь уставилась на него все тем же мстительно-яростным ликом. — Оставь меня уже в покое! Иди, ищи своего проклятого духа! А я ухожу! — окончила Рова, сморщив нос и отвернувшись, зашагала дальше. Сугуру рассеяно замялся и обеспокоенно позвал её пару раз, но она больше никак не отозвалась и не останавливалась. Даже специально шаг ускорила, чтобы отдалиться от него. Звук туфель по полу становился уже отдалённым. Сугуру же молча провожал девушку поникшим взглядом, после чего выдохнул, помяв шею. — Может, оно и к лучшему? — тихо сказал он сам себе, после чего без настроения тоже повернулся в противоположную сторону и зашагал прочь, как ему велели. И после такого вот отворота поворота от Усаги Ровы, Сугуру по-прежнему чувствовал что-то не приятное то в груди, то в желудке. Не понимал он, чего у него такая мешанина отрицательных чувств. Всё, чего он хотел, так это попытаться поладить с новенькой, а в результате разругались в пух и прах. Он уходил, как она того и хотела, но что-то в мыслях требовало, чтобы он пошел за ней. Не ясно, что за дух сидел в этом здании и какую угрозу он несёт, а Рова совсем одна. Пусть ругается и дерется с ним, если захочет, но одну он её тут не оставит! Сугуру остановился, переполненный решимости пойти следом за девушкой. Но только он об этом подумал, как справа ощутил движение. Стена, на которой висели картины… зашевелилась! Сугуру замер, повел радужку к краю глазниц, стараясь не двигаться, и, присмотревшись к темноте, увидел, как та двигалась, словно щупальце осьминога или кальмара! И двигалось оно в сторону Усаги Ровы! Он тут же обо всем догадался и, не мешкая ни секунды, на всех порах рванул в строну девушки. — Усаги-сан! — заорал он на бегу, так громкая, как только мог. — БЕГИИИИ!! То, что сидело во тьме стены, издало склизкий звук, сжалось, как пружина, и на всей скорости ринулось прямо в тонкую спину девушку, как ракета, удлинившись в размерах. Оно почти нагнало бежавшего Сугуру. Такими темпами ещё секунд пять и опередит. Рова была уже близко, её ноги только сейчас замедлились. Она не успела ещё ничего понять, однако крик Гето таки не проигнорировала. «Черт! Я если я сейчас займусь высвобождением своих проклятий, потеряю время, и оно доберется до Усаги-сан! — пылко думал про себя Гето. — Даже если она уже все поняла, то увернуться не успеет, а блокировать ей не чем! — досадливо закусив губу, Сугуру принял лишь одно верное решение. — Точно! Остается только одно!» Рова же в это время только стала оборачиваться и почти сварливо выговорила: «Ну чего тебе?» как вдруг ошарашено вытащила глаза, когда парень всем весом своего тела резко и неожиданно обнял её, прижимая к себе, а после повалил на пол, при этом лежа сверху. Вскрикнув при падении и грохнувшись вниз, максимум чем отделалась Рова, так это ударом спины о пол. Её голова не пострадала, так как затылок придерживала рука Гето. Весь урон пришелся ему на пальцы. Дрожа в его руках, лежа на полу, Рова лицом упиралась в крепкое плечо Сугуру, чувствуя его терпкий запах и ткань формы терлась о её сморщенный нос. Ещё не соображая, она пожмурилась, приоткрыла глаза, как слепой котенок, и издала сдавленный писк скривившись, когда не смогла нормально выдохнуть из-за тяжести на груди и животе. Руки и ноги тоже не могли толком двигаться. Когда она повела помутненный взгляд в сторону близкой к её лицу, чужой голове, то, приметив черные затянутые волосы и эти узнаваемые, как у Будды, уши, а ещё этот инородный мужской запах, тепло и давление на её теле, то сразу же поняла, что происходит. И реакция не заставила себя долго ждать. — К-к-к-к-к-к-к-ка… КАКОГО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ?!! — по началу заикаясь, она стремительно краснела от шеи до коней волосы вставших дыбом. Рявкнув на обнимавшего и завалившего её Сугуру, руки которого буквально вцепились как клешни, Рова подобно угорю на сковородке, начала ерзать, отбиваться и выкручиваться под ним, попутно крича на Гето. — Дурак! Если думаешь, что тут никого нет, это не значит, что ты… — Гхх! — на перерез её резвой речи Сугуру глухо простонал и сморщился, явно от сильной боли. Из-за того, что их тела были тесно прижаты, Рова ощутила, как мышцы Сугуру напряглись, а самого его колотила дрожь. Она так же резко прекратила орать и вырываться, когда услышала скрежет зубов, тяжелое дыхание и сдерживаемые стенания. — С-сэмпай. Что с тобой? — растерянно спросила она с ужасом на лице. Сугуру мокрым лбом уткнулся девушке в шею, однако это её уже не беспокоило. — Что за? — услышав странные звуки, Рова приподнялась на локтях и вытянула голову. — Это же!! — ошарашено выдохнула она когда увидела открытую кровоточащую рану на спине Сугуру в самом боку. Причины не видать, но когда Рова, заметила мельтешение в краях раны то приглядевшись воскликнула: — Проклятый дух!! Когда она это крикнула, нечто, похожее на полупрозрачное щупальце с наконечников, как у кинжала, замерло и быстро вырвалось из тела Сугуру, от чего он вскрикнул с судорогой, что передалась и Рове. Жало или чем бы оно не было вернулось обратно в стену рядом с огромной картиной, кровь Сугуру окропила пол. Капли дорожкой шли к той густой тьме, и когда Рова, придерживая раненого, шипящего Сугуру, смогла сесть, держа тяжелого парня за плечи, бдительно приглядевшись, увидела мельтешение, а после и мерзкое радостное хихиканье. Рова оскалилась и цыкнула. — Вот Дьявол! Теперь понятно, почему его не видно и не слышно было. Эта тварь буквально срослась со зданием, — поняла она и нахмурилась. — Оно живет в бетоне и просто выжидало! Черт! — У-Усаги-сан, — подал ослабленный голос Сугуру и Рова встрепенулся, глядя на него. — Гето-сэмпай! Ты в порядке?! — встревожено спросила она, когда парень, уперев руки в пол по бокам от бедер девушки, стал медленно приподниматься над ней, от чего Рове вновь стало легче. Ни его тепла, ни запаха она больше не чувствовала, но сейчас не это её беспокоило больше всего. Рана рядом с боком кровоточила, окрашивая рубашку и пиджак. Капли капали в разнобой с влажной ткани. — Со мной все хорошо, — сипло отозвался Сугуру и слабо улыбнулся. Рова недоверчиво сощурилась и сжала губы. — Какое еще все хорошо?! — взвинчено гаркнула она с суровым видом. Сугуру оторвался от неё и уже сидел на коленях напротив, согнувшись, весь бледный, он придерживал рукой рану. Широкая ладонь стремительно покрывалась кровью. — У тебя кровь хлещет! Нужно скорее позвать на помощь! Позвонить ассистенту и… — Боюсь, ничего не выйдет, — хрипло не дал ей закончить Сугуру, со смирением закрывая глаза и качая головой. Рова удивленно ахнула, забыв закрыть рот. — Завеса уже стоит вокруг здания, — объяснил ей Гето, снова посмотрев девушке в глаза. При всей ситуации взгляд Сугуру был холоднокровным, почти пустым. В больших глазах Ровы же искрился и двигался свет, как перепуганные рыбки в аквариуме. — Связи не будет, пока её не снимут. Так что звонить бесполезно, — закончил он настоль не утешительной ноте. — Да что за бред! — взревела Рова, на сей раз перекошенная от гнева. — Как так можно!? Отправлять студентов хрен знает куда и не держать с ними связи?! А если кого-то ранят или ещё хуже?! — Ну, поэтому обычно мы и ходим группами по несколько человек, — пожал плечами Сугуру. Правда, Рове, уже пускавшей пар из ноздрей, от этого явно было не легче. — Руководство обычно отправляет нас в те обиталище проклятых духов, с которыми мы точно сможем справиться в соответствии с нашими навыками и рангами. — Дебилизм, а не руководство! — не унималась в ярости Рова, тряся руками. Сугуру лишь беспомощно улыбнулся ей. Позади подростков прозвучал смех, перемешанный с рыком, и проклятый дух, так и продолжавший прятаться в тени, снова попытался их атаковать, на сей раз уже двумя острыми отростками. Первая среагировала Рова: — Гето-сэмпай сзади!! — она впопыхах попыталась вскочить с места, чтобы уклониться, но Сугуру схватил ей за плечо и силой осадил на место. Пока левая рука удерживала Рову, свободная правая вытянулась назад и вокруг ладони Сугуру образовалась чернота. Рова и глазом моргнуть не успела (ей явно захотелось повозмущаться такому поступку сэмпая), как рядом с ними возникла парочка искаженных чудовищ, от чего Рова взвизгнула, юрко бросая переполошенный взгляд то на одно, то на другое. Сугуру же был спокоен и серьезен. — Не пугайся, — сказал он ей, расслабив ладонь на её плече, но продолжая мягко держать. — Я могу манипулировать проклятьями, которые поглощаю. Так что они нас не тронут. — Манипулировать… проклятьями? — переспросила Рова и икнула, когда Сугуру, сведя брови, снова близко подсел к ней, прикрывая собой. В это время проклятье слева, похожее на толстую гусеницу на шести человеческих ногах и бивнями, что торчали из оскаленной пасти, с ревом подалось вперед зигзагами и, используя передние лапы, как у богомола, отбило атаку враждебного проклятье. Невидимые щупальца, столкнувшись со столь неожидаемым препятствием, застыли в воздухе. А проклятый дух, видно, удивиленный такому неожиданному противостоянию озадаченно промычал. То проклятье, что было справа, походившее на неповоротливый картофель с множеством глаз и растопыренными ногами, одним прыжком встало перед Сугуру и Ровой. Используя себя как щит, его разные по размеру глазные яблоки кружили по сторонам, выискивая возможные нападения со всех сторон. Удостоверившись, что все готово, Сугуру, переборов боль в боку, с усилием морщась, поднялся на ноги, убирая руку с плеча Ровы. Та, поморгав, подняла следом за ним голову, продолжая сидеть на полу. — Усаги-сан, — сосредоточенно, без лишних эмоций обратился к ней Гето, поворачиваясь спиной. — Найди безопасное место и там пережди, — наказал он, не видя, какая у девушки реакция. — Как только я здесь закончу, приду за тобой. — А как же ты, сэмпай? — обеспокоенно вопросила Рова, вскочив с места, глядя на высокого парня снизу вверх. — Твоя рана, — её глаза опустились на кровавое пятно на одежде. На лице отразился страх и помолчав немного, она с переживанием подняла глаза, сказав уже громче: — С такой раной тебе будет сложно двигаться и нападать! — Знаешь, бывало и хуже, — горько усмехнулся Сугуру и не врал. Все его проклятые духи, которых он приручили, были далеко не слабыми и очень опасными. Ухмылка тут же исчезает с его губ. — Со мной все будет в порядке, — уже настойчивей попытался убедить он Рову. За спиной тишина. — Тебе нужно спрятаться, чтобы я смог со всем разобраться и не переживать за тебя. — Почему? — быстро и надломлено проговорила Рова, сжимая прижатые к груди пальцы в кулаки. — Почему ты меня прикрыл? — вопросила она, но уже сердито. Сугуру настолько привык к её столь частому виду за это время, что уже не оглядываясь в голове вообразил, как она злиться и хмуриться на него. — Почему ты вообще меня защищаешь?! — хотелось бы верить, что этот крик был результатом истерики, однако Сугуру знал, что Рова кричала на него от злости и не понимая. Её вопрос был как наконечник копья, пронзительным и мощным. У Сугуру засадило между лопатками, а по позвоночнику словно холодным ножом прошлись. — У тебя не было на это никаких причин, — продолжила выговаривать ему Рова, только уже более жестко и холоднокровно. Серьёзно... У неё даже голос поменялся. — Ты ведь меня должен презирать. Ну как минимум недолюбливать. Когда заметил проклятье, мог сделать вид, что не понял, не успел сообразить и позволить ему меня убить, — от того, как равнодушно и непринужденно она такое про себя же говорила, у Гето все сжалось в глотке. Его брови поползли вверх и вместо того, чтобы что-то ей сказать, он закусил губы, дабы смолчат. Рова же продолжала, не меняя свой взрослый рассудительный тембр: — Сэмпай, ты сам едва на ногах стоишь. Думаешь, я не вижу, как ты вымучиваешься и покачиваешься? Так еще превозмогаешь такую боль… Впечатляюще, хотела бы я сказать. Но по большей части выглядишь ты очень жалко. — Хе-хе. Усаги-сан, это жестоко, говорить подобное парню, — неловко посмеялся Сугуру без каких-либо признаков враждебности. Рова только сильнее помрачнела и смотрела на него так, будто ожидала чего-то плохого. — Но ты не права, — сказал он тверже. — Я защищаю тебя, потому что я твой сэмпай, а ты мой кохай. Не знаю, как тебе приходилось жить раньше, но в техникуме мы все друг за друга. Мы… как большая семья. И каким бы ты не была человеком, ты часть этой семьи. — Даже после всего, что я тебе здесь наговорила? — выпытывающе спросила она, скользко, осторожно и серьезно. Её темные пустые глаза не сходили с макушки Сугуру. Она вся была напряжена и недоверчива к нему. Гето же, тяжело дыша, сглотнул, наблюдая, как его проклятья отбивают атаки другого, при этом продолжая думать над вопросом Усаги. В мыслях от боли и усталости все плыло, он почти терял сознание, а от насильственного упорства ему становилось только хуже. Как и сказала Рова, он едва стоит на ногах. Ударить в грязь лицом перед кохаем было непростительно. И тем более, если он сейчас вырубиться, кто знает, что произойдет с Ровой, если его проклятые духи исчезнут без его контроля. — Я не скажу, что твои изречения меня вовсе не задели, — сглатывая сгусток крови и слюней, проговорил Сугуру, из последних сил удерживая сознание. — Однако, — глаза закатывались, и он пошатнулся в бок. Голос ослабевал. — Я уверен, что у тебя… были причины так говорить. Гхх…ха…Агххх! — Сэмпай!! — Сугуру еще раз покачнулся, стиснул зубы и, удерживая рык, схватился за рану. С грохотом упал на пол, не сопротивляясь. А Рова подбежала к нему, селя рядом и, положив свои белые ладони ему на плечи, легонько встряхнула. — Гето-сэмпай! Ты как?! — встревожено спросила она, понимая, что ничего хорошего. Сугуру едва приоткрыл глаза, но уже ничего толком не видел. Все было размыто, как и образ Усаги Ровы, близкой к нему. Его дыхание становилось все более сбивчивым, частым и свистящим, как если бы кислород в легких кончался. — Сэмпай не теряй сознание! Слышишь меня?! Ааа! Ощутив опасность, Рова резко вскинула голову. Когда одна из полупрозрачным щупалец, отбитая приручённый проклятым духом Гето, откинулась назад, но тут же выкрутилась и нацелилась прямо на Рову с беззащитным Сугуру. Девушка поспешила прикрыть голову парня своим телом, обняв его, но атака не достигла их, так как дух, похожий на тухлый картофель, среагировал всеми глазами и, покатившись как мячик в сторону ребят, заслонил их собой. Вдоль его тела прошлась трещина, а потом он раскрылся, как устрица. Внутри был желтый язык и огромные острые зубы. Поймав щупальце своим огромным ртом, оно не отпускало и потом с чавканьем перекусило его, от чего враждебное проклятье взвыло, забив своими отростками пуще прежнего, при этом буйно вереща на всю галерею. Рова осторожно подняла голову, морщась от этого мерзкого вопля. Дыхание Сугуру, его повышенная температура и дрожь в теле не были хорошим сигналом. — Нам нельзя здесь оставаться, — решила она, трезво оценивая ситуацию. — Найдем безопасное место и там растолкуем, что да как, — кивнув самой себе, она взяла вялую руку Гето, положила себе на плечи, удерживая за кисть, и просунула голову под руку, прижавшись вплотную, при этом попыталась встать, потягивая за собой Сугуру. — Гето-сэмпай, я понимаю, что тебе очень тяжело сейчас, но попытайся хоть чуть-чуть свои силы использовать. Иначе я тебя не подниму! Ты тяжелый! — Т-тебе с-самой б-бежать надо, — почти беззвучно проговорил Сугуру. И если бы Рова не была так близко, то и не услышала бы его. На такое высказывание она фыркнула. Пыхтя и тужась, поднялась на ноги, удерживая крупное тело парня одной рукой его руку, а другой за бок, при этом почти касаясь раны. Там все было мокрым от крови. Сугуру пытался стоять сам, но колени то и дело подкашивалась. — Ещё чего! — отважно воскликнула Рова, гордо вздернув нос. — Я не такая слабая, как выгляжу, ясно? — обрывистый вздох был ей ответом, и Рова, не теряя ни секунды, очень аккуратно, умело балансируя, развернулась с Гето в обратно направлении. — Ничего! Ты мне за это должен будешь, сэмпай!