R.E.S.: Run. Explore. Survive.꧂

Тебе правда нравится наблюдать?       Что для вас страх? Как вы его видите? Странные чёрные силуэты или же шёпот, доносящийся из дна Ада? На сколько вы уверены, что можете бороться против них? Вы ли контролируете свои кошмары, или же они вас? Насколько хорошо вы себя знаете? Насколько сильно вы уверены, что полностью контролируете себя? Есть ли баланс в вашем собственном мире или же это мимолётная иллюзия на фоне внутреннего конфликта? Как вы сражаетесь с самим собой? Без устали кидаетесь в бой или же следуете тактике и надёжному плану? Но что если я вам скажу, что в вашей личной войне может участвовать ещё кто-то? Тот, кто не боится вместе с вами тушить пожар, пламя которого заставляет вас корчиться от боли. Доверитесь ли вы ему или будете воевать с ещё одной стороной? Что ж, выбор только за вами.

***

      Холод вцепился в ещё тёплые руки, желая высосать из вен весь огонь, который заставлял идти вперёд. Хотя внутри вряд ли осталось что-то ещё кроме грязной крови, неживого сердца и иллюзии, которая дурманила, уверяя мозг, что всё в порядке. Звуки шагов эхом бились о стены, уносясь далеко вглубь. Тьма позади медленно ползла за путником, поглощая всё на своём пути. Такое чувство, будто странник держит в руке факел, который защищает его от когтистых и длинных лап мглы.

20-29 21-2-10-13 10-23.

Это место напоминает скопление разных уровней: вот кусок белых стен как на Уровне 1, а вот знаменитые жёлтые обои и сырой ковёр. Тут затемнённые окна и комнаты с кулерами — частичка Уровня 4. А вон там идёт длинный школьный коридор… Хм, а он с какой реальности? Путник уже не помнит многие уровни, по которым бродил.

20-29 16-19-20-1-3-10-13 10-23 4-15-10-20-30 3 12-16-18-10-5-16-18-1-23.

Память не вечна. Что-то навсегда исчезает, а что-то мы уносим с собой в гроб. Одним воспоминаниям суждено кануть в лету, а другим — служить напоминаниями. Одни греют душу, вселяя надежду, другие оберегают от опасностей, едва касаясь плеча и шепча на ухо. Но есть и ещё один вид воспоминаний. Те, которые заставляют нас меняться. Это могут быть ссоры с близкими, потери, тяжёлые времена и другие трещины, что так или иначе влияют на нас. Если представить нашу душу, то она будет похожа на зеркало. Чем больше царапин и повреждений — тем сильнее мы искажаемся, становясь не похожими на самих себя. Это нормально — иметь трещины, ведь мир по-своему жесток. Но если мы будем наплевательски относиться к себе — зеркало рано или поздно разобьётся вдребезги, а острые осколки могут впиться глубоко в нашу кожу, мешая вздохнуть.

20-29 15-6 14-16-4 20-1-12 19 15-10-14-10 17-16-19-20-21-17-10-20-30.

Стояла мёртвая тишина. Не было никаких звуков: ни бегущей по трубам воды, ни воя холодного ветра, ни жужжания люминесцентных ламп. Кажется, будто весь мир поставили на беззвучный режим или паузу. Всё вдруг застыло, а секунды стали длиной в час. В груди было чувство пустоты. Такое ощущение, будто вместо сердца зияла огромная дыра. Не было ни страха, ни паники, ни ужаса. Казалось, что эмоции разом отключились. Мозг работал наполовину: он не соображал, что происходит, но заставлял тело двигаться вперёд. В глазах летали цветные мушки. Было ощущение некого дисбаланса: секунда — и пол провалится, утащив за собой странника. Почему-то казалось, что тело было ненастоящим: путник думал, что он призрак, а собственные руки и ноги нехотя подчиняются, будто с секундной задержкой. Это напрягало.       Разнообразие коридоров и комнат, вырванных из различных уровней, сменилось уже чем-то другим, смутно знакомым. Темнота сузила круг, пытаясь дотронуться своими когтистыми руками до путника. Перед глазами стояла пелена, будто всё происходящее было за матовым стеклом.

31-20-16 20-3-16-33 3-10-15-1.

Вместо стука ботинок о бетонные полы появилось неприятное хлюпанье. Стены отошли куда-то во мглу. Взор опустился вниз: под ногами виднелось что-то светло-розовое. Этот необычный пол будто был живым: путник отчётливо видел вены, артерии, какие-то переплетения… Иногда взгляд встречался с глазами. Они смотрели неотрывно, дико, как хищник на жертву. На плечи легло беспокойство и паника. Воздух с каждой секундой накалялся, потрескивая как ток. — Что-то знакомое… — Мы были здесь?.. — Ты точно уверен, что мы повернули в нужную сторону? Путник продолжал идти, всё чаще и чаще встречаясь со странными глазами. Капли пота стали скапливаться на лбу, а сердце ускоряло темп. Хлюпанье под ногами не прекращалось: такое чувство, будто это сырой ковёр, вот только ковры явно не живые. Они не следят за путниками. — Ты чувствуешь страх? — Ты… Точно хочешь ускориться? — Подожди нас! Мы не можем идти так быстро! Паника крепко вцепилась в плечи, что-то нашёптывая на ухо. Эти голоса… Они казались знакомыми, но в то же время и нет. Такое чувство, будто кто-то специально стёр ластиком некоторые воспоминания. Руки сжались в кулаки, а шаг стал набирать больше скорости. Сердце билось ещё быстрее, а леденящий душу ужас был готов накинуться на путника. — Почему ты убегаешь?! — Ты же знаешь, это бесполезно… — Пожалуйста, не уходи! Не бросай нас! С каждой секундой голоса становились громче, а их тихое бормотание превращалось в шипение. Кажется, будто путника преследуют несколько гигантских змей. Было огромное желание обернуться и вглядеться в толстую стену мрака, но страх увидеть там что-то крепко держал разум в своих руках, не позволяя сделать очередную глупость. Вперёд. Только вперёд. Неизвестно, чем всё это может закончиться. — Остановись немедленно! — Помоги нам! Прошу тебя, прекрати эту боль! — Сделай хоть что-то! Голоса уже вопили, будто ссорясь друг с другом. Один перекрывал второго, пока третий в это время пытался заткнуть первого. Почему-то до ушей стали доноситься разные, совершенно неподходящие к этому месту звуки: ехидный хохот, закрывающиеся двери лифта, быстро крутящиеся шестерёнки… И эти голоса. С каждым мгновением они всё меньше походили на человеческие: говорило будто не три, а шесть, а то и все двенадцать человек. Тембр менялся по щелчку пальцев с высокого и звонкого на грубый и рычащий. Казалось, что сердце стучит где-то в голове. По вискам били молотком, а в глазах стало двоиться. — ТЕБЕ ТАК СЛОЖНО ОСТАНОВИТЬСЯ?! — ПОЧЕМУ ТЫ ДЕЛАЕШЬ ВИД, ЧТО НИЧЕГО НЕ БЫЛО?! МЫ ДЛЯ ТЕБЯ БОЛЬШЕ НЕ СУЩЕСТВУЕМ?! — ЭТО ТВОЯ ВИНА! ТЫ ЗАСТАВИЛ НАС ОКУНУТЬСЯ В ЭТОТ АД!

31-20-16 20-3-16-33 3-10-15-1.

31-20-16 20-3-16-33 3-10-15-1.

31-20-16 20-3-16-33 3-10-15-1.

31-20-16 20-3-16-33 3-10-15-1.

Тьма сгущалась, а быстрый шаг уже сменился бегом. Левая часть лица будто горела, казалось, что по ней провели чем-то раскалённым и острым. Путник чувствовал, как вены под ногами стали пульсировать, из-за чего они путались и запинались о скачущие части пола. Зрачки у глаз, что росли откуда-то из-под плоти, сузились и бегали, ища бегущего путника. Всё перемешалось в один огромный ком: голоса визжали, сердце стучало ещё громче. Ещё чуть-чуть — и из ушей польётся кровь. — ЭТО ТВОЯ ВИНА! ТВОЯ И ТОЛЬКО ТВОЯ! — ТЫ ТОЖЕ ДОЛЖЕН БЫЛ УМЕРЕТЬ! — ЭТО НЕ ЧЕСТНО! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ТАК ПРОСТО ИЗБАВИТЬСЯ ОТ НАС! Усталость окончательно навалилась, забирая остатки сил. Ноги уже не могли двигаться. Эти звуки невозможно слушать. Страх продолжал давить, но путник больше не мог сопротивляться. Он устал. Ему хотелось отдохнуть. Так почему бы не позволить себе это? Глаза налились свинцом и почти сразу же захлопнулись. Последнее, что услышал путник, так это озлобленные голоса, что все вместе крикнули: — ЭТ͝О̿ ВС͝Ё̐ ТВ͜0Я͐ В͝NН͋Ӓ͠!       Серые глаза резко открылись, а сквозь тело будто пустили ток. Кевалин подался вперёд, взявшись одной рукой за голову. Дыхание сбилось, сердце бешено колотилось, будто танцуя шустрый танец, руки мелко дрожали, а в ушах стоял звон. Мигрень продолжала атаку. Когда же это всё закончится?.. Юноша осмотрелся: всё тот же лифт, двери, стены… Рядом спала Агата. Девушка вцепилась в свой рюкзак как за спасательный круг, еле слышно посапывая. В отличие от сероглазого она выглядела спокойной и умиротворённой. Возможно, ей снится что-то хорошее. Быть может, родной дом? Или семья? Кевалин тяжело вздохнул. Путники всё ещё ехали наверх. Хм… Это был кошмар. Просто сон. Всего лишь иллюзия… Юноша проглотил ком, подступивший к горлу. Было больно глотать. Такое чувство, будто кто-то изнутри прошёлся лезвием ножа по стенкам глотки, оставив кровавое месиво. Сероглазый чувствовал на губах солёный металлический привкус. Приложив ладонь к носу, юноша смог рассмотреть кровь. Похоже, лопнул очередной сосуд. Возможно это из-за перемещения между уровнями. Скорее всего разница в давлении весьма велика. Интересно, к какому уровню лифт привезёт странников? Что это вообще за локация?       Тем не менее сероглазый не чувствовал бодрость. Кажется, будто он не спал вообще. Но было некое облегчение: это всего лишь сон. Не реальность. Ну и слава Богу. Кевалин тяжело вздохнул, вытерев кровь рукавом куртки. Он знал, что больше не уснёт. По крайней мере юноша уверен, что всё в порядке. Всё будет под контролем, стоит только взять себя в руки. Этот кошмар повторяется из раза в раз: он начинается и заканчивается одинаково. Даже как-то грустно осознавать, что разум застыл где-то в искажённых воспоминаниях. Надеяться на то, что рано или поздно всё уйдёт само — пустые надежды. Всегда есть шанс, что провалившись в сон, Кевалин попадёт в это место снова. Не поможет ни снотворное, ни другие таблетки. Юноша успел испробовать множество вариантов спустя несколько лет. Причём образ этого кошмара настолько чёткий и реальный, что порой сероглазый думает: а правда ли я спал?       Кевалин задумался. Что хуже: реальность или сон? В одном мире ты прикладываешь все силы, чтобы проснуться и жить дальше, а в другом тебе давят на мозги кошмарами. В одной реальности ты работаешь на износ, а в другой ты переживаешь смерть, снова и снова приходя в сознание, позже делая вид, что ничего не было. Порой хочется откинуть все дела и обязанности в сторону, выгнать всех людей за дверь и остаться наедине с собой. Что ж, отчасти Кевалин этого и добился. Юноша будто провалился куда-то сквозь два мира: в одном живут люди, которые его окружают, а в другом — кошмары и мысли, что смогли выбраться из головы. Сероглазый прекрасно слышит и тех и других, но они его самого — нет. Такое чувство, будто у него отняли голосовые связки. Он видит две реальности, наложенных друг на друга как в фотошопе. Лица многих будто размыты, специально замазаны, чтобы никто не мог видеть русоволосого и его знаки о помощи. Это злит и огорчает одновременно. Противно осознавать, что ты застрял, а судьба будто специально не даёт тебе выбраться из этого болота. Честно говоря, сероглазый с каждым разом всё меньше и меньше паникует, привыкая к кошмарам. Они часто повторяются, идут друг за другом, как серии из мультфильма. Это похоже на порочный круг, который не может закончиться. Это становится некой обыденностью. Небо давно смешалось с землёй, а мозг уже не пытается понять, где реальность, а где лживый мир. Всё давным-давно потеряло смысл… Юноша даже может сказать, что живёт в одном огромном и нелогичном сне. В Закулисье есть всё — странные существа, причудливые места, легенды, которые можно услышать только здесь… А тебе, как главному герою, только и остаётся бежать и держать оборону, изучать реальный мир грёз. В этом и заключается золотое правило путешественника: беги, исследуй, выживай.       Спустя какое-то время Кевалин почувствовал, как лифт будто сбросил скорость. Судя по всему, путники приехали. Голова ещё сильнее разболелась. Нужно с этой мигренью что-то делать, иначе придётся всё путешествие страдать… Лифт остановился. Это было резко и неожиданно. Кевалин понимал, под полом зияет огромная пропасть. А если лифт полетит вниз? Причём сложно сказать, какой глубины эта шахта. Да и сколько ты будешь лететь, если случайно провалишься туда? А что будет потом? Разобьёшься или попадёшь на какой-то уровень? Странный вопрос. Хотя, если вспоминать, где странники сейчас находятся, то это совершенно обыденные мысли.       Вывела из размышлений возня сбоку: Агата проснулась. Что ж, очень вовремя. Русоволосая села по-турецки, а затем потянулась, зевая. — Я уже хотел смириться с тем, что мне снова придётся тебя будить. — Кевалин вскинул одну бровь. — Я сплю не так глубоко… — Сонно ответила зеленоглазая, закатив глаза. — Где мы сейчас? — Скорее всего уже приехали. Как видишь, мы стоим на месте. — Ответил юноша, кинув косой взгляд на двери. Агата кивнула, а затем полезла в свой рюкзак. Кевалин снова закрыл глаза, в очередной раз погружаясь в мысли. Мигрень была просто невыносимой. Хотелось приложиться головой к стене и разбить череп вдребезги, лишь бы боль прекратилась. С какого момента Кевалину стало сложнее переживать перемещения? Раньше всё было намного лучше и проще. Хотя… Возможно, уровни поменялись, как и говорил Остин, а может, это сам сероглазый поменялся. Кто знает, кто знает… Столько воды утекло с тех пор.       Юношу снова выдернули из собственных размышлений. Русоволосый почувствовал, как Агата дотронулась до его плеча. Сероглазый открыл глаза, а затем непонимающе глянул на спутницу. Та протягивала ему какую-то таблетку. — Я так понимаю, у тебя тоже голова трещит? — Агата слабо улыбнулась, выгнув бровь. — Она болит постоянно, когда мы перемещаемся по уровням. — Ответил Кевалин, но от предложения не отказался. — Спасибо. — Да не за что. У меня этих таблеток целая гора! Обращайся, если снова головная боль накинется. Настроение девушки заметно улучшилось. Это сложно не заметить: зеленоглазая чуть ли не светилась от счастья. Ей было так важно помочь Кевалину? Юноша лишь хмыкнул, закинув таблетку в рот.       Что-то заскрипело, а затем металлические двери лифта стали медленно открываться. Путники уставились в темноту новых коридоров. Они были намного уже и ниже. Кажется, это Уровень 3. На деле это не успокоило. Это один из самых больших по площади уровней, в котором просто кишат монстры. Кевалин кинул косой взгляд на Агату. Та неотрывно смотрела на новый проход. Она ещё не догадывается, что возможно, ей снова придётся бежать со всех ног от монстров. Но на этот раз Кевалин будет следить за ней. Никто не разделится. Юноша встал и, отряхнувшись от пыли, подал руку Агате. — Пойдём. Нужно идти дальше. Зеленоглазая на мгновение застыла, но затем улыбнулась, приняв приглашение. Путешествие продолжается!

***

      Здесь было достаточно шумно. Даже за дверью были слышны разговоры других и прочее вошканье. Видимо, народу было наплевать на запах сырости и сильный холод. Хотя, чего можно ожидать от потрескавшихся стен и плохого отопления? Впрочем, это было не так уж и важно. — Готов? — Голоса были едва слышны, но Джек всё равно кивнул, нахмурив брови. Парень покрепче обхватил пистолет, нацеливаясь на мишень. Стоящий рядом проверяющий, не заметив никаких ошибок, произнёс: — Тогда поехали. Глубокий вдох. Глаза сфокусировались на цель. Все звуки вдруг притихли до такого уровня, что можно было услышать своё сердцебиение. Выдох, а затем выстрел. Следом за ним ещё несколько. Много времени Джек там не оставался. Парень пару раз попал в пятёрку, а затем два раза в тройку. Впрочем, результат уже лучше, чем в прошлые разы. Коннор явно оценит труды стажёра.       Выйдя из огромного помещения, Джек просеменил мимо нескольких групп, прогоняя усталость. Стоило найти кое-кого… Парень остановился посередине коридора, тщательно выискивая среди толпы знакомые светлые волосы и голубые глаза, но юношу опередили: Коннор нашёл его первее, подойдя со спины. — Как успехи? Джек чуть ли не подпрыгнул на месте. Юноша не любил, когда капитан так делал. Развернувшись лицом к Коннору, кареглазый ответил: — Нормально. Есть небольшой прорыв вперёд. — Отлично! Я горжусь тобой. Капитан мягко улыбнулся, уводя стажёра подальше от огромного скопления людей. Не хотелось мешаться на проходе и перекрикивать друг друга. Сейчас Б.И.Г. как никогда нуждается в нормальных бойцах. Время неспокойное. Хотя Джек всё равно думал, что командир Остин поступил глупо: сейчас все стажёры навалом сдают экзамены. Разве кому-то интересно искать каждого из них и записывать результаты? Учеников просто море, и большинство только-только начали обучение. — Как думаешь, успеем ли мы всех обучить, если будет экстренная ситуация? — Задал вопрос Джек, провожая взглядом сотрудников, что шли навстречу. — Может да, а может и нет. Смотря о какой ситуации ты говоришь, и когда она будет. Ты прекрасно знаешь, что на обучение уходит три, а то и все четыре года. — Коннор пожал плечами. — Зачем интересуешься? — Не нравится мне всё это… — Хмуро ответил Джек, опустив взгляд в пол. — Я слышал, что у нас происходит что-то неладное. Напряжение какое-то. Да и капитан Кевалин… С чего бы ему идти по следам Нила? Не то, что бы я волновался, но по твоим рассказам капитан давно не уходил дальше Уровня 2. — Кэп очень серьёзный и ответственный человек, Джек, и я говорю тебе это как его близкий друг и коллега. Если ему что-то поручили, то он это сделает, даже если для этого придётся переступить через свои принципы. У капитана есть голова на плечах. Не пропадёт. — Коннор слегка потрепал рыжие волосы стажёра. — Я знаю! Но на деле это звучит и выглядит непривычно. Очень много давления и упора на нас, так ещё и капитаны ведут себя странно. Такое чувство, будто мы готовимся к войне. — Ну-ну, Джек, всё не так плохо. Поверь, раньше Б.И.Г. так и работало. Это было ещё до того, как ты решился поступить сюда. Сейчас мы просто пытаемся наверстать упущенное. — Капитан улыбнулся, наклонив голову вбок. — Не робей. Скоро ты привыкнешь к такому режиму. Джек на слова капитана тяжело вздохнул. Что-то тут не так. Ему было непривычно видеть Б.И.Г. таким живым. Сотрудники то и дело носятся по блокам, как муравьи, а от командира Остина нет никаких вестей. Даже после встречи Н.Т.О.З. и Б.И.Г. нет совершенно ничего. Ни новых предложений, ни приказов… Вообще ничего. И о поставках одежды и еды тоже ни слуха. Это пугало. Джек помнил истории Коннора. Когда-то капитан тоже изучал историю, но уже реального мира. Он рассказывал о страшных войнах, блокадах, голоде в странах… И эти рассказы казались действительно реальными, аж до дрожи. Джек не хотел такого же здесь, в Закулисье. Неизвестно, чем всё это может закончиться. Закулисье — не реальный мир, не Земля. Кто знает, как подобные события отразятся на всех группировках. Хотя, может Коннор прав, и Джек просто себя накручивает? Может быть… В любом случае это не повод отвлекаться от учёбы. Стоит хорошо постараться, если кареглазый хочет поскорее привыкнуть к такой бурной работе…

***

      Путники шли по очередному коридору. Холодный свет от ламп бился о низкие кирпичные стены. Путь ограждали чёрные двери, многие из которых не открывались. Также Агата часто видела ржавые решётки. Кажется, они стоят здесь очень долго, ведь ржавчина почти полностью поглотила их. Рядом с дверьми часто висели таблички с надписью «вход только сотрудникам», но путников это не останавливало. Агата испытывала чувство Дежавю. Уровень 3 смутно напоминал ей самый первый, с жёлтыми обоями. Коридоры порой соединялись, создавая огромные проходы, какие-то стены были просто преградой перед развилкой… Также по всем тоннелям далеко-далеко уходили огромные трубы, по которым бежала вода, прямо как на Уровне 2. А вдруг это не вода, а та самая чёрная субстанция? Надо будет спросить у Кевалина, что это была за тварь…       Комнаты встречались достаточно часто, но в них не было чего-то полезного. В основном там находились какие-то огромные механизмы, издающие громкие свисты и скрежет. Интересно, что эти машины вообще делают? Агата видела большие печи, многие из которых были покрыты тем самым мхом, какие-то компьютеры из далёких 90-х, провода, что свисали откуда-то с потолка… Чем-то это место напоминало один огромный заброшенный завод. Кевалин часто оборачивался, смотрел по сторонам, сверяясь с навигатором. Похоже, что-то тут не так. — Хей, всё в порядке? — Спросила Агата, наклонив голову вбок. — С навигатором всё в норме. — Сообщил Кевалин. — Этот уровень один из самых нестабильных. Он очень огромен по площади, может перестраиваться сразу в нескольких местах, поэтому карты часто обновляются. Даже если что-то поменялось за несколько километров от нас, навигатор всё равно попросит перезагрузку. Нас легко разделить, поэтому я прошу тебя не отходить от меня. Агата поёжилась. В голове всплыли воспоминания о той погоне. Как же было страшно в тот момент… А если бы Кевалин не успел найти зеленоглазую? А если бы он позже нашёл другой вход в ту систему затопленных коридоров? Если бы монстр был быстрее?.. …Страшно представить.       Путники шли в среднем темпе, иногда заходя в комнаты без дверей. Они походили на какие-то цеха: внутри потолок был выше, а по углам стояли двери, ведущие куда-то ещё. Порой путники останавливались, устраивая короткие перерывы. Агата часто обнаруживала те самые ящики, что были на Уровне 1. Там она находила еду, Миндальную воду, а также Жидкую Боль. Кевалин заметно напрягся, когда девушка показала ему последнюю находку. — Да не робей ты так! Эта вещь спасла мне и другому сотруднику Б.И.Г. жизнь! — Агата улыбнулась, вскинув руки. — Но ты знаешь, что хватит одного касания, для того чтобы ты начала медленно и мучительно умирать? — Юноша скрестил руки на груди, недоверчиво выгнув бровь. — Жидкая Боль носит такое название не просто так. — Да… Но всё же! — Агата на мгновение поникла. — Я думаю, этой штуки боятся многие монстры! Это может помочь. Твои запасы патронов явно не такие огромные. Кевалин молчал, кинув оценивающий взгляд на Жидкую Боль. В голове мысли поделились на два лагеря: одни отрицали, говорили, что Жидкая боль очень опасна. Если она случайно вытечет из металлической бутылки, то возможно, это будет конец. Другая сторона говорила, что это действительно хорошее средство. К тому же Агата всё ещё ходит без оружия, а так у неё будет чем отогнать монстров… Наконец, юноша вздохнул, буркнув: — Хорошо… Мы можем взять Жидкую боль, раз ты так хочешь. Но с условием, что ты не будешь носиться и много крутиться. С ней нужно быть предельно осторожным. — Как скажешь! — Агата протянула руку, рассчитывая на то, что Кевалин сделает то же самое. Юноша на мгновение застыл, но ответил на рукопожатие, тем самым заключив договор. Агата почувствовала, как тепло быстро растекается по венам вместе с кровью, заставляя табун мурашек пуститься по коже. Зеленоглазая не замечала, что руки Кевалина такие грубые, но тёплые… Впрочем, это не самое главное!       Путники продолжили путь. Порой приходилось затыкать уши, когда дуэт проходил мимо работающих механизмов. Кажется, их прекрасно слышно на несколько километров! Агата чувствовала, как мелкие камни на полу подпрыгивают и дрожат из-за машин. А ведь серьёзно, что они делают? Поддерживают свет на уровне? Может быть. В комнатах без дверей зеленоглазая часто замечала столы, стулья, телевизоры с разбитым экраном… Столько бесполезных вещей. Причём из далёких 90-х годов. Такое ощущение, будто путники попали в прошлое и сейчас гуляют по одному из заброшенных заводов. Агата замечала детали, которые так или иначе выделялись: по углам стали появляться огромные паутины, проводов было ещё больше, а у самого потолка на цепях свисали огромные доски. Многие из них прогнили и покрылись мхом. Странно, зачем тут это? Освещение стало хуже, а гул машин остался где-то за несколькими поворотами. Похоже, это какой-то новый участок. Агата кинула непонимающий взгляд на Кевалина. Тот тоже заметил резкое изменение обстановки. Навигатор ничего не говорил: не было красных зон или подсказок в верхнем углу экрана. Странно. Коридор закончился, приведя в тупик. Путники переглянулись.       До уха донёсся странный звук. Как будто кто-то быстро стучал пальцами по дереву. Агата заметно напряглась, уже готовясь бежать. Она заучила: любой неподходящий под место звук явно не сулит ничего хорошо. Русоволосая подняла голову вверх, вглядываясь в темноту. Там, на деревянных досках, кто-то стоял. Хотя вряд ли стоял, скорее пригнулся. Зеленоглазая отчётливо видела почти сгнившие до костей пальцы. Ногти давно пожелтели и стали больше походить на когти. Даже несмотря на полумрак можно хорошо разглядеть вздутую кожу, покрытую язвами. Из них вытекала какая-то тёмно-зелёная жидкость, похожая на гниль. Агата дёрнула Кевалина за руку, бурчащего себе что-то под нос, а затем указала наверх. Тишина стала неприятной, душащей. Тварь явно ещё не догадалась, что её обнаружили, а путники в свою очередь не хотели выдать себя окончательно. Хотя уже определённо поздно. Монстр пригнулся, а затем прыгнул на стену, цепляясь за выступающие кирпичи. Две пары рук, три, девять… Господи, это же живой узел из рук! Сердце ушло куда-то в горло, а леденящий душу ужас вцепился в плечи, со всей силы сжав их. Ноги стали ватными и практически не держали. — Время валить! — Кевалин вцепился в руку Агаты и ринулся прочь.       Адреналин с новой силой ударил в голову. Где-то позади послышался разъярённый визг, будто кто-то решил резать живую свинью. Следом до ушей донёсся еле слышный топот. Было ощущение, что за путниками устремились сразу несколько маленьких собак. Агата на ходу сняла со спины рюкзак, судорожно ища бутылку Жидкой Боли. Пришлось сбросить скорость, чтобы не запнуться. Монстр был близко. Зеленоглазая слышала, как тварь позади ползёт, стараясь широкими шагами преодолеть расстояние. Наконец рука достала металлическую бутылку. К счастью для Агаты, крышка почти полностью слетела. Если бы она достала жидкость чуть позже, то наверняка не избежала беды, о которой предупреждал Кевалин. Агата без раздумий кинула бутылку за спину. Послышался стук металла о бетон, после чего топот позади на пару мгновений утих. — Какого чёрта, Блер?! — Кевалин дёрнул зеленоглазую за руку, заставляя её поравняться с ним. Юноша говорил с трудом из-за сбитого дыхания. — Это не поможет! Они не полоумные как Гончие! Времени на раздумья не было. Монстр снова стал догонять путников. Пот рекой стекал по вискам, а сердце было готово остановиться в любой момент. Холодный ветер резал уши, а ноги уже ныли от усталости, но путники продолжали бежать. Они бежали без остановки до того момента, пока не показался первый проход без двери. Оттуда доносился звук работающего механизма. Тогда Кевалин схватил Агату за руку и затащил внутрь, прижав к стене. — Стой здесь. — Чётко скомандовал он. Зеленоглазая осталась у стены, в нескольких сантиметрах от выхода в коридор. Девушка прижалась к холодным кирпичам, не понимая, что задумал Пейдж. Тот ринулся к механизму. Сам механизм напоминал пресс. Машина работала через раз: она давила металл, что был по краям, проходила пара мгновений, и пресс снова сдавливал. Кажется, механизм поставлен на автоматический режим.       В следующую секунду в проходе появилась тварь. Агата смогла разглядеть бледно-розовое пятно на одной из рук: кажется, монстр наступил на Жидкую Боль, а та подействовала как кислота, содрав кожу. Монстр не заметил русоволосую, пробежав мимо. Тварь передвигалась как паук, перебирая руками, уходя то вправо, то влево. Существо пыталось догнать Кевалина, пока тот в свою очередь бежал прямиком к прессу. Сердце Агаты пропустило удар. С одной стороны, сероглазого может раздавить, а с другой его может разорвать тварь. Всё происходило в замедленной съёмке, будто кто-то специально замедлил воспроизведение видео. Кевалин почти впритык подбежал к механизму, а затем резко свернул вправо. Монстр, явно не рассчитывая на поворот, прыгнул прямо под пресс. Мгновение — и металлическая плита опустилась. Послышался приглушённый визг и хруст костей. Механизм продолжил давить под собой предметы. Хватило двух раз для того, чтобы вопли окончательно оборвались. Агата застыла, не отводя взгляда от того, что осталось от монстра. Все его руки вывернулись в разные стороны и с каждым разом треска костей было всё меньше. Существо распласталось на плите, не подавая знаков жизни, пока кровь стекала на пол и размазывалась, расплёскивалась по платформе с каждым новым ударом. Девушка даже не заметила, как Кевалин подошёл к ней. Она очнулась только тогда, когда юноша щёлкнул пальцами перед её лицом. — Диспетчер вызывает мисс Блер. — Кевалин вскинул бровь и устало выдохнул, оперевшись о колени. Наступило короткое молчание, прерываемое ударами пресса о металлическую плиту и то, что на ней лежало. — Ты же мог его просто пристрелить… — Агата зажала рот рукой, сдерживая рвотный позыв. — Это бы не помогло. — Кевалин покачал головой, достав из бокового кармана рюкзака бутылку Миндальную воды и протянув её напарнице. — Многоруки — существа, которые состоят из сцепленных между собой рук. Отсюда и название. Если заглянуть под них, то прямо посередине можно обнаружить пасть с острыми зубами. Считай, что это морские звёзды, которые питаются плотью. В Закулисье множество людей умирает или теряет какие-то части тела, но так бывает, что из них создаются целые монстры и живые существа. — Хочешь сказать, что это — куча чьих-то оторванных рук?! — Блер подняла ошарашенный взор зелёных глаз на проводника, чуть не подавившись водой. — Да. Кровь в Многоруках давно не течёт, это просто конечности, которые по какой-то причине ещё двигаются. Как зомби в фильмах. Поэтому их кожа бледная. И если бы я попытался пристрелить его, то просто потерял пулю. Сероглазый слабо похлопал спутницу по плечу. — Пойдём. Нам нужно уйти как можно дальше, пока не набежало ещё таких же. Агата снова сглотнула, чувствуя, что ещё немного — и последняя съеденная еда оказалась бы на полу.

***

      Повесив ещё одну фотографию на стену и привязав к ней красную нить, Грэг отошёл назад, ещё раз сверяясь с компьютером. Зелёные глаза внимательно осматривали все подписи, пока в голове строилась логическая цепочка: «Авария — Прилив существ — Частые землетрясения на Уровне 11 — Поставки провизии». Чего-то явно не хватает… Светловолосый кинул взор на один из компьютеров. На мониторе отображалось всплывающее окно с надписью: «Подождите… Ждём ответа от пользователя…». Юноша закатил глаза, тяжело вздохнув и поправив очки. Уже который день он пытается связаться хоть с кем-то из Н.Т.О.З, но всё тщетно. Они будто специально игнорируют запросы на звонок или встречу.       Раздался звук открывающейся двери. Зеленоглазый сразу же отвлёкся. В проходе показался Остин, устало потирающий переносицу. — Добрый вечер, командир. — Поприветствовал Грэг. — Вечер добрым не бывает. — Промямлил Остин, захлопнув за собой дверь. — Я так понимаю, переговоры с сотрудниками Н.Т.О.З. ничего не принесли? — Юноша слегка выгнул бровь, аккуратно добираясь до истины. — Вот именно! Стоит мне только начать диалог по поводу поставок, как они переводят тему! Они будто избегают вопросов, касающихся нас и провизии! И я не могу понять, в чём дело! — Взорвался командир, злобно сверкнув голубыми глазами. — Судя по отчётам, у них всё гладко, никаких экстренных ситуаций в течение всех 4 месяцев… В чём тогда дело?! Наступило молчание, прерываемое звуком работающего компьютера. Остин тяжело вздохнул, развалившись на один из стульев. — У тебя что? — Я ещё не получил ответ, сэр. — Смиренно ответил Грэг, поправив очки. В ответ Остин что-то неразборчиво пробурчал, закрыв лицо руками. — Такими темпами мы все тут сляжем одной горой… — Но, сэр, у нас же есть запасы провизии на складах. Почему бы не воспользоваться ими? — Грэг, этого явно не хватит, чтобы нормально прокормить весь город и всех сотрудников. И дело не в количестве. Неизвестно, как долго всё это будет продолжаться. — Ответил Остин, чуть ли не вырывая чёрные волосы. — Мы просто не сможем долго держать это от граждан в тайне. Рано или поздно вся эта хрень всплывёт, и Бог его знает, что взбредёт в голову людям. Вспомни, как однажды пара идиотов чуть не лишила нас защиты в виде дверей, пустив в город монстров. Я не переживу ещё подобных выходок, из-за которых страдают все… — Мы что-нибудь придумаем, сэр. Не бывает безвыходных ситуаций! — Попытался успокоить командира Грэг. Хотя оба прекрасно понимали, что это лишь приятная для ушей ложь. Ничего не будет в порядке. И если Н.Т.О.З. продолжат отмалчиваться, неизвестно, что будет ожидать Б.И.Г. в будущем. И то если это будущее настанет…

***

      Агату снова охватила паранойя. Ей казалось, что кто-то опять очень пристально наблюдает за ней. Она всё никак не могла отойти от событий, произошедших ранее. В голове снова и снова воспроизводился звук хруста костей, а перед глазами снова появлялась та многорукая тварь, которую превращали в плоский блин, состоящий из плоти и кожи. Это было… Слишком. Зеленоглазая правда не ожидала. Тем не менее Кевалин сделал то, что должен был: избавился от проблемы. Главное, что никто из путников не пострадал. Но Агата никогда не думала, что сможет увидеть, как живое существо давит пресс. Хотя было ли оно живым? Кто-то остался без руки, а потом она могла убить его. Звучит странно, даже немного смешно и жутко. Тогда… Что происходит с мёртвыми людьми в Закулисье? Они тоже становятся монстрами? Не могут же они взять и исчезнуть в никуда. Что-то с ними должно произойти. Их едят? Они восстают из мёртвых и сами начинают охотиться на путников? В конце концов, может, их жрёт само Закулисье? Вдруг это не просто бесконечная клетка, а живая, голодная тюрьма, которая принимает любые попытки умертвить тебя? В такие моменты чувствуешь себя кроликом, кровью которого вот-вот полакомится хитрый лис. Это не на шутку пугает. — Могу обрадовать. Мы почти дошли до выхода. — Кратко сообщил Кевалин, сверяясь с навигатором. — Слава Небесам. — Выдохнула Агата. — Мне не нравится этот уровень… — Понимаю тебя. Тебе стоит отдохнуть и переварить это. — Ответил юноша, и в его голосе Агата уловила тень сочувствия. — Закулисье работает по правилу «убей или будь убитым». У нас нет выбора. Агата понимающе кивнула, опустив взгляд в пол. Стоит действительно смириться.       Наступило молчание. Каждый снова погрузился в свои мысли. Как много смертей и убийств Агате придётся лицезреть? А сколько она совершит сама за всё путешествие? И совершит ли? Эти мысли пугали. Ужас начинал давить на горло ещё сильнее, стоило зеленоглазой представить себя, заляпанной в чужой крови. Она никогда не думала, что ей придётся ради своей же жизни лишать её кого-то другого. Ладно монстры, но если это окажутся люди? И ведь если придётся запачкать руки, то никто тебе за это ничего не скажет. Ну, почти. Пусть в Закулисье нет полиции, но всегда найдутся люди, которые захотят отомстить за своего мёртвого товарища. Это и пугает. Где-то в глубине души Агаты совесть заскреблась, а сомнения пробрались в мысли. Правда ли она сможет направить на кого-то оружие? А если этот кто-то будет угрожать кому-то? Например, Дженни? Она вряд ли сможет защитить себя. Она лишь простой, ничем не примечательный гид, который обожает свою работу. Слишком сложно…       Вышла Агата из раздумий только тогда, когда взор зелёных глаз заметил огромный проход. Кажется, впереди была какая-то большая комната. Девушка оказалась права. Зайдя внутрь, путники остановились. Здесь были огромные стены, состоящие из тех же коричневых кирпичей. У входа были прибиты металлические таблички с надписью «Вход только для сотрудников!», а у выхода из помещения Агата заметила куски вырванной решётки. Впереди виднелся конец комнаты и… Лифт! Это правда конец уровня! Агата сделала шаг вперёд, но ей перекрыла дорогу рука Кевалина. — Аккуратнее. Впереди расщелина. — Произнёс юноша, указав на огромную трещину. Она уходила далеко вниз, растянувшись поперёк комнаты. — Чем тут занимались, раз оставили тут… Такое? — Агата выгнула бровь, сжав губы. — Не знаю. Но у нас один выход — перепрыгивать. — Кевалин пожал плечами. — Даже не знаю, что хуже: прыгать прямо в пропасть или перепрыгивать её… — Зеленоглазая поёжилась. Кевалин не ответил, отойдя назад. Тяжело вздохнув, юноша ринулся к расщелине и прыгнул. Ухватившись за край, сероглазый подтянулся и встал, отряхнувшись от пыли. — Видишь? Я без проблем перепрыгнул, значит и ты сможешь! — Ну-ну… — Промямлила себе под нос Агата, отходя назад. Сердце снова ускорило ритм, а руки сжались в кулаки. — Ну, с Богом. Разогнавшись, Агата прыгнула. Руки также достали до края обрыва, но ноги больно ударились о камень, из-за чего зеленоглазая чуть не соскользнула, если бы не Кевалин, который вовремя пришёл на помощь. Вытянув путницу из расщелины и убедившись, что она нормально стоит, юноша смахнул с её спины пыль, произнеся: — Вот видишь? А ты боялась. — Уж извините, не доводилось ещё через расщелины прыгать. — Зеленоглазая сделала несколько шагов назад, глядя в глубину пропасти. — Пошли давай. Закулисье заставит тебя всему научиться. — Бросил русоволосый, двинувшись к лифту. Агата осталась стоять. Подняв взгляд, девушка застыла. По ту сторону расщелины, у выхода из комнаты, она отчётливо видела силуэт. Он был высоким, его голову не было видно. А сам выход из комнаты был метра так два в длину, не меньше… — Эм… Кевалин? — Агата позвала компаньона, не отводя взгляда от странной тени. За спиной послышались быстрые шаги, а затем рука напарника легла на плечо русоволосой. — Вечно ты любишь натыкаться на то, на что не следует… — Прозвучало над ухом. — Сейчас не поворачивайся и не отводи взгляд от неё. — Что происходит? — Зеленоглазая занервничала. — Это один из монстров, что обитают на уровнях. Тени. Ходят слухи, что они когда-то были людьми, которые погибли где-то в Закулисье. При встрече с Тенями не желательно отводить от них взгляд ровно до того момента, пока ты не уйдёшь за угол. В нашем случае пока двери лифта не закроются. Поняла? — А ты? Разве на тебя это не должно действовать? — Действует. Поэтому я предлагаю идти к лифту без всяких выкрутасов, пока нам не дали по головам. — Хороший план, я согласна.        Медленно, шаг за шагом, оба продвигались назад. Под ногами то и дело хрустели маленькие камни. Тень всё также стояла в проходе, не шевелясь. Похоже, она действительно не может двигаться, пока на неё смотрят. — Что будет, если я отведу взгляд? — Агата выгнула бровь. — Охота проверить? — Ответил вопросом на вопрос Кевалин. — Нет. — Ну вот. Сейчас аккуратно, мы заходим в лифт. Юноша не солгал: боковым зрением Агата видела металлические стены. Послышался звук нажатия кнопки. Двери стали медленно закрываться. В воздухе царило слабое напряжение и гробовая тишина, но как только Уровень 3 скрылся за металлической преградой, а лифт начал движение, Агата вздохнула: — Что ж, это было странно. — Зато никому из нас не свернули шею. — Растянул первые слова Кевалин, сев на пол. — Не шути так, пожалуйста. — Агата поёжилась. — Я не говорил, что это шутка. — Сероглазый выгнул бровь, а затем поднял абсолютно спокойный взгляд. Агата тяжело вздохнула, тоже опустившись на пол. — Ты жуткий. — А ты трусиха. Будем знакомы. — Хмыкнул юноша, достав из рюкзака завёрнутую в фольге еду. Агата что-то буркнула себе под нос, закатив глаза. Тем не менее оба остались живы. Осталось только надеяться, что на новом уровне не будет никаких монстров. Хотя это мало вероятно. В любом случае стоит набраться сил перед тем, как путники продолжат путешествие по странным местам. А вот что их будет ожидать на новом месте — вопрос времени.