R.E.S.: Run. Explore. Survive.꧂

Онриедо никогда не было моей проблемой… Что же тогда не так с этим миром? Что не так со мной?       До руки в последний раз дотронулся прохладный и свежий воздух, а тёмно-синее небо окончательно исчезло. Но ему на замену пришла густая чернота. Непроглядная, пугающая… Агате всегда казалось, будто из мрака за ней кто-то наблюдает. Порой взор зелёных глаз ловит размытый, высокий силуэт с подозрительно длинными пальцами на руках. Он прячется между листвой, кроется в тёмных углах уровней… Но всегда бродит где-то недалеко, наблюдая, словно ожидая что-то. А когда наступает время для перемещений, странный гость может даже не скрываться из виду. Темнота хорошо его прячет. И только два ярко-алых зрачка, напоминающие две узкие щёлки, порой вспыхивают, но сразу же пропадают, стоит Агате повернуть голову в сторону подозрительного слабого свечения. Девушке не хочется думать, кто это. Она и так знает ответ на свой вопрос. Этой твари ни в коем случае нельзя показывать свой страх, иначе она вновь попробует переступить через черту дозволенного. А это поведёт за собой много проблем. Интересно… Мог ли Он точно также наблюдать за Кевалином, когда юноша отправился уже в одиночное путешествие по Закулисью пару лет назад? Возможно. Размышляя над этим, Агата с лёгкостью открыла глаза. Взору предстала очень тёмная комната с серыми стенами, полом и потолком, сделанными из мелкой плитки. В воздухе витали крупные частички пыли, оседающие на волосы, одежду и кожу, а с углов стекала уже привычная глазу чёрная субстанция. Не понятно, откуда она тут, но, впрочем, она не обращала на себя много внимания. Лишь стук капель о пол доносился до уха, но и то казалось, что источник где-то за стеной или матовым стеклом. Зеленоглазая отчётливо чувствует запах сырости, будто перемешанный со ржавеющим металлом. Так пахнет только что-то старое и давно забытое. Спрашивается: кем же забытое? А это не важно. Куда важнее сейчас не отводить взгляда от высокой фигуры, что сейчас нависла над Агатой всего в шаге от неё. Ярко-алые глаза смотрели неотрывно, даже не моргая. Нужно ли Ему вообще моргать? Странный вопрос. Блер слышит, как Он едва перебирает своими длинными пальцами, на которых можно заметить алые нити, уходящие куда-то во мрак, докуда не достал бы взгляд путницы. Единственным звуком, нарушающим эту тишину, было лишь спокойное и размеренное дыхание Агаты. Сущность же не подавала никаких признаков активности. Она просто стояла, едва сгибая свои пальцы. Она не мялась с ноги на ногу, не моргала и даже не дышала. Нужно ли Ему вообще дышать? Фу, какая бессмыслица. Тварь будто ждёт чего-то. Возможно каких-то слов или действий Агаты? Может быть. Но Блер не собирается что-либо делать. Она продолжает хмуро сверлить взглядом тёмный силуэт, что почти сливается с окружением. А тот в ответ тоже смотрит, ничего не предпринимая. Агата знает. Он не может подойти ещё ближе. Она не подпустит Его. Ему тут нечего делать.

Тебе здесь нечего делать. Уходи прочь.

Молчание продолжается. Впрочем, зачем напрягаться, если Он всё прекрасно слышит? А если бы не слышал, то уж точно не присел на одно колено, едва наклонив голову вбок и сузив зрачки. Это мой мир. Правила здесь диктую только я. А ты…

Это моя голова. Мой разум. И я не часть твоего мира. Что бы ты ни придумал, я не боюсь тебя.

Зеленоглазая поднялась на локтях, а после села на колени, всё ещё не отрывая взгляда от сущности. Та едва качнула головой, сбросив с себя очередные капли чернильно-чёрной субстанции. Но я знаю, как на тебя надавить. Он более податлив, чем ты.

Пробуй. Ничего не выйдет. Он избавился от всех старых образов, какими ты управлял. У тебя нет дороги ни в чей разум.

Сущность ничего не ответила, на секунду отведя взгляд, а после медленно закрыв глаза. Агата права. У Него больше нет контроля над кем-то из двух путников. К одной не подступиться, второй же разорвал свои собственные нити и сбежал со сцены. Умудрился обхитрить… Ну, ничего… Важен сейчас даже не старый сосуд, а его напарница. Потому без неё марионетка и не подумала сбегать. Значит у Блер есть некое преимущество над ним… В чём же тогда твоя слабость?

В чём смысл твоей охоты?

Ни в чём. Это и не охота. Я не желаю вашей смерти. Мне нужны не ваши головы, а их содержимое.

И что ты пытаешься сделать? Оставить нас навеки в Пустоте?

Вы уже в Пустоте, но не осознаёте этого. Пока что. Потому что она ещё не дотронулась до вас.

И не дотронется. Мы уйдём отсюда, как бы ты не старался нас задержать.

Но ты же знаешь, что вам суждено встретиться со мной вновь? Конец этой истории ближе, чем ты думаешь. И я ни на секунду не покидаю вас.

Я переверну твой мир с ног на голову. Не недооценивай способности своих же подопытных крыс.

Эта мысль звучит уверенно, даже несмотря на то, что зрачки собеседника сузились, а огромная трещина на животе, из которой вытекала всё та же чёрная субстанция, еле слышно треснула, заставив сущность дёрнуться. На лицо натянулась решительная ухмылка. Божество уже не выглядит жутко, хотя зловещая аура и беспокойство продолжают скрестись, пытаются пролезть между рёбер и поселиться у сердца, как это было тогда, на Уровне 11 и в том проклятом цикле. Теперь же Агата не чувствует страха. Скорее это гнев. Тяжёлое, хмурое настроение, прямо как встретить на улице человека, с которым память связала много негативных воспоминаний. Тем не менее это не ненависть. Скорее неприязнь. Я — автор, без которого эта реальность сгинет в небытие. И вы вместе с ней. Но это можно предотвратить. Дай только моим творениям дотянуться до вас…

А что я сделаю с вами тогда — узнаешь.

Я не могу дать вам проснуться. Не сейчас. Но когда я вас ПЕРЕДЕЛАЮ, вам не захочется уходить.

Можете проститься с реальностью и друг с другом навеки. В этот миг ничто не будет прежним, но вам понравится судьба, созданная мной.

Это я тебе ОБЕЩАЮ. Хм… Реалистичный сон.

***

      Агате каждый раз казалось, что во время перемещений все уровни тонут во тьме, каждая свеча затухает, звёзды прячутся, а тени выходят из-за стен, становясь реальными, как любое живое существо. Пусть этот хаос держится всего мгновение, но мурашки всё равно шустро проскакивают по коже, стоит лишь подумать: а если бы так было всегда? Если бы эта темнота могла приходить не только при перемещениях? Если бы тени действительно могли бы оживать? Как бы они тогда поступили: взбунтовались против своего хозяина, за кем приходилось следовать и копировать его движения всё своё жалкое существование, или же продолжали идти в такт с ним, ничего не меняя. Облегчает лишь одно: все эти истории про живых теней и тотальную темноту всего лишь выдумка мозга, и пока в руках ещё горит рабочий фонарик, никакая мгла и не подумает подобраться ближе, чем ей позволено. Пока наши глаза открыты, ни один монстр не решится выйти из укрытия мрака. Что ж, пусть так будет всегда.       С этой мыслью Агата протёрла глаза, а после осмотрелась, поднявшись на ноги. Взор плавно скользил по стенам и полу, сделанным из небольших прямоугольных эпоксидных плиток тёмно-синего цвета. У самого потолка были тёмные трубы, по которым, судя по наличию журчания, бежала вода, а может и другая жидкость. Воздух был холодным и влажным. Светом служили круглые лампочки, расположенные по углам маленькой комнаты, в которой путники и очутились. Вместо двери был небольшой проход, ведущий в коридор, сделанный из той же плитки. Стоило путнице встать, как по вискам стукнула головная боль. Она не резала и не колола, но всё же приносила дискомфорт. В любом случае стоит поберечь обезболивающее, так, на всякий случай. — Итак… — Слегка растянула слова Блер, обращаясь к Кевалину, который в свою очередь тоже встал, отряхнувшись от несуществующей пыли. — Где мы на этот раз? — Уровень 60. Сущностей здесь практически нет, аномалий тоже. Я всё расскажу, когда мы доберёмся до выхода из этих тоннелей. Когда-то здесь располагалась одна из организаций, не имеющая точного названия. Тем не менее её командир раньше контактировал с главной тройкой в Закулисье. Сейчас же эта организация полностью стёрта с лица земли. — Ответил юноша, убрав Модуль в боковой карман рюкзака. — Оу… Что-то случилось или её участников истребили? — Нет, Б.И.Г., Н.Т.О.З. и «Backrooms Robotics» нейтрально относились к этой группе и совсем не были против того, чтоб она руководила этим уровнем. Всё дело в Пустоте. На данный момент она уничтожила почти 86% всей территории здесь. А вместе с этими процентами во тьму канула и та организация. Даже несмотря на опасность быть уничтоженными, здешний народ не захотел покидать свой дом. Можно сказать, Закулисье убило их. — Чем дальше мы идём, тем меньше становятся уровни… — Начала Агата, но так и не закончила свою мысль, отведя взгляд и попутно спрятав ладони в карманы куртки. — И тем ближе Пустота. Понимаю тебя. — Сероглазый повёл напарницу за собой, выйдя из комнаты. Теперь взгляду предстал длинный коридор, сделанный из точно такой же синей плитки. В полу светили маленькие лампочки, а на стенах появились яркие цветные надписи. Кажется, они написаны люминофорной краской, но что именно гласят послания, Агата так и не поняла, разобрав лишь несколько. Подтёки только ухудшали возможность хоть что-то прочитать. Да и в принципе казалось, что все эти записи не имеют друг к другу никакого отношения. «Следуй за тьмой. Он близко.»

«Иди со мной в пасть Пустоты.»

«Пожалуйста, пожалуйста, принимай более верные решения, чем я!»

«Вы их помните? Они всё ещё ждут вас дома, в реальности!»

«Прости. Это не их вина!» — Понимаешь, чем дальше мы идём, тем территория уровней меньше. Это как строить какую-нибудь пирамиду. Рано или поздно она начнёт сужаться, сводиться к одной маленькой точке, которая в будущем станет вершиной постройки… Здесь то же самое. К тому же Закулисье можно поделить на два блока: полноценное, это с Уровня 0 и заканчивая Уровнем 40, и поломанное. Эта часть начинается с сорокового и кончается на сотом. Пустота здесь встречается намного чаще. — Пустота меня пугает. — Зеленоглазая понурила взгляд. — Я боюсь, что однажды она доберётся до нас. И пугает даже не это, а тот факт, что я не знаю, что с нами может быть потом. Я не хочу блуждать вечность в… В никогде! Никогде? Какое чудное название…

Знаешь, твоя голова так и кипятится от бурной фантазии! Ох, лишь бы её содержимое не вытекло наружу! Будет очень жаль, если я потеряю это…

— Порой новые знания могут нам только навредить, так что иногда человек вынужден оставаться в неведении, потому что у него нет выбора. Чем больше мы знаем о мире, тем чётче видим его чудовищ. И знаешь, порой лучше не знать, что именно здесь происходит. — Спокойно и задумчиво ответил Кевалин. — Закулисье слишком непонятно для провалившихся сквозь реальность. Здесь есть то, чего даже в теории не может существовать на Земле. Скажу больше: помимо Пустоты есть ещё два пространства, в которые мы можем случайно попасть. Это Полное и Поломанное. — Ха, хорошие названия. — Агата фыркнула. Кевалин продолжил, проигнорировав комментарий подруги. — Полное — это противоположность Пустоты, а Поломанное — огромная свалка всех уровней. Там находятся целые куски лабиринтов, территорий и пространств, которые по неведомой причине оказались там. Поломанное всё время изменяет свою форму, пестрит цветами, способно выдавать и совмещать сразу несколько опасных и смертельных аномалий. Простыми словами это не только помойка уровней, но и букет странных эффектов, очень нестабильная земля. Из-за характера этой местности никто не осмеливается туда идти, а кто по случайности попал в странный мир, нынче объявлен мёртвым. Полное же представляет огромное белое пространство без дна и какой-либо гравитации, напоминающее по свойствам вакуум. Но выбраться оттуда легче лёгкого: стоит страннику хоть что-то сделать, как Полное само выкинет его на рандомный уровень. По крайней мере так говорилось в сводках и утечках файлов «Backrooms Robotics» и Б.И.Г. Эти организации активно интересовались скрытыми пространствами. Одна в исследовательских целях, вторая — в инженерных. Помню, когда-то ходили слухи, что смышлёные механики Третьей группы смогли создать телепорт, работающий на силе Полного, хе-хе… — А что тут такого? Как по мне, в это можно верить. Хотя если подумать, то тогда такой телепорт был бы неуправляемым… — Агата немного нахмурилась, прикусив щеку. — Именно. К тому же Полное — не материя. Его нельзя взять, подержать в руках и нормально рассмотреть. Такое можно провернуть только с Поломанным, но как я сказал, туда не стоит соваться даже ради каких-то экземпляров. — Кивнул Кевалин. — Как тогда Пустота уживается совместно с Полным и Поломанным, если она в буквальном смысле сжирает всё на своём пути? — Представь: Пустота — это вода. Пузыри в ней — уровни. Пустота обволакивает собой почти всё, но где-то далеко-далеко отсюда она постепенно распадается из-за яркого света Полного. Приблизительно рядом с Полным находится и Поломанное. Пустота всеми силами пытается добраться до свалки уровней, но не может из-за света другого пространства. Поломанное в свою очередь искажает Пустоту, стоит ей попробовать атаковать с другой стороны. В итоге мы имеем вечную борьбу за существование. Поверь мне, ни Полное, ни Поломанное не сравнятся в размерах с Пустотой, но она не может поглотить их, потому что две эти реальности находятся близко друг к другу, становясь непобедимой командой. Возможно когда-нибудь в будущем Пустота сможет разорвать этот союз, но я даже не представляю, как это получится. — Ого… Знаешь, я думала, никто и ничто не может противиться Пустоте. — Агата почесала затылок, вскинув брови. — Всему найдётся своё противоречие, Агата. — Пейдж улыбнулся.       Из головы всё не уходил тот странный сон. Агата практически забыла его, если бы не стены этих лабиринтов, что так похожи на те, тёмно-серые с чернильно-чёрными разводами от… Хм, а как вообще называется эта субстанция, которая всё чаще попадается на глаза? Пустота? Жидкая Пустота? Или что похуже? Может быть… Но это бессмысленные мысли. Главное, что от этой дряни стоит держаться подальше. Никто не знает, что будет, если ты протянешь руку к темноте. Возможно её схватит когтистая лапа сущности, поджидающей тебя всё это время во мраке, а может руки и вовсе не станет, словно её никогда и не было. Но пойдёт ли Пустота дальше после прикосновения? Попробует ли полностью поглотить человека? Возможно. Эта темнота же сжирает уровни, почему бы ей не уничтожать и живые организмы, прямо как ту неизвестную организацию, когда-то обитавшую на Уровне 60?

— «Вы уже в Пустоте, но не осознаёте этого. Пока что. Потому что она ещё не дотронулась до вас.»

— «И не дотронется.» — Вновь повторяется эта мысль в голове. Что бы этот Бог ни придумал, что бы Он ни предпринял, Агата не позволит сломать все свои планы и цели. Ей нужно вернуться домой. Им нужно вернуться домой. Туда, где им предназначено быть. Туда, где им захочется быть. Жаль, что твои мысли далеки от реальности. Ты знаешь, я всё ещё тут. — Мы оба уйдём отсюда. — Вновь повторяет решительно Блер, ходя из одного угла в другой, в очередной раз глянув в окно поезда, из которого лил ярко-алый свет. Стук колёс о несуществующие рельсы успокаивал и вводил в дремоту, но в какой-то момент встряхивал так, что сон мгновенно испарялся, будто и следа его здесь не было. Казалось, будто путники плывут по огромному морю. Красному морю, налитому в стеклянный бокал. И Богу ничего не стоит выпить его содержимое. Закулисье с радостью может сожрать путников. С огромным счастьем переломает кости и вырвет глазные яблоки, словно это ягоды.

Попав сюда, в Закулисье, каждый из вас думал: что это за место?! Неужели Ад?!

Поверь, каждый так думает. — Он слышит скрипы каждой двери. Он знает, где мы, но никогда не приходит. Почему? Хотя наши цели Ему прекрасно ясны… Он знает, что мы ищем, Он знает, что мы оба пытаемся прорубить себе окно к свободе… Но Бог особо не пытается нам мешать или препятствовать… Сколько раз мы видели Его? На Уровне 11, Уровне 16 и… Всё? — Если мы не видим этого упыря, это не означает, что его нет за стенами уровней. Эта тварь может наблюдать за нами постоянно, скрываясь там, до куда наш взгляд не достаёт. Помни это. — Ответил Кевалин, откинувшись на спинку сидения. Взгляд серого глаза по привычке глянул на навигатор, а после юноша еле слышно цыкнул: пока путники едут в поезде, компасы и навигаторы бесполезны. — Он может быть где угодно, порой появляясь лишь на мгновение, пока мы только поворачиваем голову. Помнишь, ты иногда говорила, что будто замечаешь тёмный силуэт в укромных местах? Смею предположить, что тебе тогда могло не показаться. Огорчу и обрадую: нет, это не Ад. Вы оба не мертвы. Пока что.

В любом случае это не так важно. Я всё равно здесь, и вы на виду, совсем как на ладони.

— Ты прав… Даже не знаю, что хуже: осознание того, что за нами постоянная слежка от сущности, чьи намерения мы не знаем полностью, или вечная погоня от этой же твари. — Зеленоглазая тяжело вздохнула, слабо улыбнувшись и окончательно остановившись.       Если подумать, путники действительно не владеют таким количеством информации, каким хотелось бы. Зато вот Божество… Как долго оно может наблюдать за путниками? И что именно оно пытается найти и узнать? Хорошо, что этот паразит теперь не может залезать внутрь памятей и разумов путешественников. Кто знает, что было с тем же Кевалином, если бы он вновь не смог… Проснуться? Хотя вряд ли бы Бог смог использовать те же рычаги и уловки, какими Он руководствовался до этого. После всех разговоров по душам Кевалин стал более раскрепощённым рядом с Агатой, и это не могло не радовать! Юноша действительно долго хранил в своей голове эту огромную историю, давно обросшую чувством потери и… Вины. Пейдж сам признал, что ему было тяжело смотреть фактам в глаза. Но теперь сероглазый спокойнее говорит о той экспедиции. Кажется, он наконец оставил позади то, что уже давно случилось и прошло. И знаешь, когда ты думала, что Закулисье — живой капкан, ты была права… А Агата… Кажется, она тоже поменялась. Вечно трудясь и чем-то занимая свою голову и руки, она бегала от ощущения беспомощности и потерянности. Блер казалось, что для нормальной жизни ей не хватает чего-то, что у неё было раньше, но потом потерялось. Девушка часто представляла что-то в духе трещин на фарфоровой вазе. Она всё так же стоит себе на полке среди пыли, лишь иногда бросаясь на глаза, но теперь ей не хватает многих осколков, что были выброшены или сложены в мелкую кучку. Быть может кто-нибудь да нашёл бы время приклеить всё на свои места, но никто так и не появлялся. Агата часто пыталась найти эти проклятые осколки в кромешной темноте, водя руками по полу, но всё безуспешно: только больше порезов на ладонях. А Кевалин… Разговоры с ним приносили некую лёгкость в груди. Казалось, что с души убирают всё больше огромных валунов, позволяя вдохнуть ещё немного свежего воздуха. С вечно слушающим Пейджем Агате комфортно. А когда тот говорит, без разницы о чём, то на душе становится ещё лучше… Всё-таки ему небезразлично общение с Блер. И крутя эти тёплые воспоминания в голове, оба задавались вопросом: кто же кого ведёт по тонкому льду? С одной стороны, разумнее назвать Кевалина, ведь он ведёт Агату по не самым приятным местам, пытаясь уберечь её от острых зубов живого Закулисья. Но с другой, Пейдж боится идти на свет, опасаясь, что он вновь останется один посередине едва замёрзшего озера, по которому уже побежали трещины. Хотя Агата ни на секунду не перестаёт идти в такт за другом, часто напоминая, что тот не один. У него тоже есть опора и поддержка. И ни первая, ни второй даже не думают отпускать свои сплетённые руки. Путешествие по бесконечным коридорам меняет мировоззрение каждого. Бывшие вещи уже давно не воспринимаются так, как раньше. Это действительно так. Это чрево. И оно голодно.

Знаешь ли, что это значит для ВАС ДВОИХ?

      В последнее время Закулисье стало больше походить на какой-то сон. Беспокойный, нервный, но всё же не кошмар. Монстры уже не пугают так, как это ощущалось в самом начале пути, новые уровни теперь не страшат, а вызывают… Восхищение. Агата отчётливо помнит, как в голове часто проскакивала одна и та же мысль: новое место — новые проблемы. Но сейчас… Мозг будто ждёт перемещений, заворожённый игрой, желает увидеть ещё что-то чудное, незнакомое и любопытное, что прячет в себе Закулисье… Ха, кажется, Блер уже не так боится подсобных помещений. Она уже привыкла к тому, что этот мир никогда не оставит её в покое до самого конца. Закулисье уже почти не пугает. Теперь страшит то, что им управляет. Приводит в ужас то, что творилось в этой реальности. Почему? Потому что Закулисье тоже в своём роде сцена. Здесь совсем другая история, разные времена и конфликты… Или же войны. Куда бы человек ни ступил, где бы он ни оказался, за собой он обязательно принесёт катастрофы и разрушения, потому что люди не могут долго сидеть на одном месте. Им всегда нужен какой-то толчок, азарт, повод получить дозу внимания, адреналина и ещё букет эмоций, что испытывают другие. Война… Это тень, сжирающая на своём пути всё, прямо как огонь. Она не щадит никого: ни детей, ни взрослых, ни праведников, ни грешников. В пламени борьбы за свою жизнь сгорит каждый, кто попробует приблизиться к кострищу хоть на один метр. И выигрывают в таких побоищах те, кому не страшно обжечься и потерять всё, ради приобретения чего-то большего. В конце концов, в войне побеждают не хорошие ребята, а те, кто готов сразиться даже с товарищем. Те, кто готов убить себя, если на пути к победе будут стоять только они. Те, кому никого не жаль. Потому что война тоже никого не щадит.       Хм… Кевалин как-то рассказывал, что участвовал во многих операциях, порой даже повышенной сложности, за которые, как говорил сам сероглазый, могут взяться только опытные капитаны, имеющие хороший стаж, или агенты, например Нил. Пейдж отмечал, что раньше было намного больше людей, имеющих такую должность, какая есть у Мейсона, но сейчас в этом нет необходимости. Частично каждый, кто удостоился звания капитана, считается агентом. Почему бы просто не предать забвению эту должность, если она бесполезна? Русоволосый лишь пожал плечами, предположив, что это как память о тех, кто погиб, исследуя самые опасные участки Закулисья, ещё в те времена, когда та самая операция активно шла, а прогресс рос с каждой неделей всё выше и выше. Ведь тогда в одиночное путешествие могли отправляться только агенты. Остальные сотрудники делились на группы и не разбегались. — Получается, ты встретил Нила на одном из подобных заданий? — Спросила Агата, выгнув бровь. — Застал его годы стажировки. По большей части Нил воспитывался здесь, в Закулисье. Он провалился сюда тогда, когда ему и десяти лет не было, после был найден одним из дозорных отрядов Б.И.Г. Чуть позже мой коллега решил погрузиться в работу Большой Группы, когда уже успел повзрослеть и ума набраться. Там я впервые с ним и пересёкся, только-только получив звание капитана. Часто так получалось, что на совместные задания вместе с товарищем Мейсоном отправляли меня и Коннора. Я и Чейз были наставниками. Система обучения у Б.И.Г. работает так: профессора дают теорию, а наставники практику и заодно проводят итоговые экзамены. В бою познаётся всё, хе-хе-хе. — Спокойно повествовал Кевалин, в очередной раз спрятав ладони в карманах куртки. Русоволосый рассказывал с удовольствием, даже с наслаждением. Кажется ему особенно запомнились те времена. Времена, когда уже прочувствовавший зубы Закулисья Пейдж наблюдал за ростом других. — Получается, после возращения с экспедиции прошло какое-то время, после чего ты вновь стал путешествовать? — Именно. Я, Нил, Коннор… Наша тройка выполняла много заданий. Да, бывали провалы, ранения, за что чуть позже начальство нас мучило своими нравоучениями и правилами безопасности, но это всего лишь мелочи. В конце концов, в войне все средства хороши. На деле мы отлично друг с другом работали и редко приносили плохие результаты. Конечно мы с Коннором часто расширяли кругозор Нила, водя по уровням, если того требовало задание. Ей-богу, порой профессора несут стажёрам такой бред! Какой идиот будет изучать состав Жидкой Боли? Стажёрам, которые не учатся на медицинском или научном факультете, к чёрту сдались такие знания! Хватит и того, что с этим нельзя контактировать и употреблять в пищу. — Ха-ха, и что за задания тогда поручали вашему трио? — Типичные дела БИГ’овца в вечер пятницы, Агата. — Отвертелся Кевалин. — Кевалин! Умеешь ведь оборвать весь интерес! — Девушка несильно толкнула друга в плечо. Тот в ответ лишь посмеялся.       Коридоры продолжали тянуться далеко вдаль, новые непонятные надписи оставались за спиной, но разговор не заканчивался. В этом месте очень тихо и темно. Единственным светом служил лишь текст на стенах да лампочки в полу. Здешний лабиринт напоминал какую-то часть аквапарка или же бассейна: характерная для этих мест плитка, трубы… Единственное, чего здесь не хватало, так это нормального освещения. Уровень 60 должен пугать и вводить в панику, но он не добивается этого результата. Агата практически не чувствует дискомфорта, находясь здесь. Наверное, будь она одна, паранойя не стала бы ждать и с радостью поплелась за путницей, никогда не оставляя в покое. Но сейчас рядом с Блер идёт верный компаньон, с которым не так страшно путешествовать по очередным странным местам Закулисья. Ни один монстр или странный лес, полный аномалий, никогда не сможет сильно повлиять на человека, если рядом есть верный друг, с которым море по колено. Любая дорога станет намного веселее и ярче, если рядом окажется кто-то, с кем ваши цели схожи. Не факт, что путешествие будет безопасным и не тернистым, но пережить любой проигрыш намного легче. В конце концов можно поделиться переживаниями и разделить тяжкий груз на всех. Воображаемый мир жесток к неосторожным. Невсамделишная реальность беспощадна. Она любит звать за собой, обещая нам то, чего на самом деле нет. И те, кто повёлся, позже тонут в болоте, совсем не понимая, что творится в настоящем. Сон в реальности не всегда можно прервать, а бодрствование в мире фантазий ещё возможно остановить. Но хватит ли на это сил, если ты один, одурманенный ложью? Закулисье — живой капкан. Этот мир обожает дурачить всех своих обитателей ложными воспоминаниями и иллюзиями. В одиночку воображаемые вещи сложно заметить, но стоит только подозвать любого другого человека, как нереальная картинка тут же исчезнет, будто бы её не было. — Подожди. — Агата остановилась, а после указала на один из двух проходов, из которого слабо лился голубой свет. — Там что-то есть! — Не беспокойся. Это не монстр и не аномалия. Но это то, что нам поможет найти выход на поверхность. — Спокойно ответил Кевалин, направившись в сторону находки. Агата метнулась следом. Пара шагов — и взгляду открылся точно такой же коридор из плиток, но теперь посередине пола появилась длинная канава, по которой бежала вода. От неё и исходил голубой свет. В ней плавали еле заметные белые частицы — они появлялись то тут, то там, скрывались под волнами и вновь на секунду блестели, привлекая к себе взгляд. Почему-то на ум пришли звёзды. Вода напоминает космос. Или вены, по которым бежит хрустальная кровь. Чистая. Непорочная. Лёгкая. Труб здесь было намного больше, многие из них просто торчали из потолка, в то время как вода, еле слышно журча, падала прямиком в канаву. — Ого… — Агата присвистнула, слегка растянув первые слова. Эхо повторило её слова точь-в-точь. — А это точно вода? — Не совсем. — Кевалин отрицательно мотнул головой, подходя почти впритык к краю. — Обычной воды в Закулисье практически нет. Исключением является Уровень 7 и ещё несколько подобных мест. Главное отличие этой воды от обычной, не считая света и белых частиц, это температура. Она равна примерно -193 градусам по Цельсию. Почти как жидкий азот. Думаю, мне не нужно объяснять, почему трогать эту воду не стоит, но на случай покажу. — Ты же не собираешься сейчас прыгать? — Агата иронично улыбнулась, наблюдая, как друг роется в карманах куртки. Это глупый вопрос, но очень хотелось ещё немного поднять настроение компаньона. — Конечно нет. Я ещё не настолько поехал крышей. — Юноша фыркнул, закатив глаза, а после, достав из кармана потрёпанную и давно пустую пачку от сигарет, кинул её прямиком в воду. Спустя пару мгновений она покрылась тонким слоем инея, а после ему на замену пришёл лёд. Выдержав паузу, Агата спросила: — Так значит, ты раньше курил? Откуда вообще в Закулисье сигареты? — Было дело. — Без препятствий ответил Кевалин. — Курил, как проклятый. Но как быстро начал, так же и завязал. Ещё не хватало мне время на всякую ересь тратить. И так работы в тот момент было много, а тут я ещё со своими «дай мне немного проветриться и выдохнуть»… А по поводу появления сигарет: таких пачек достаточно много на Уровне 5, просто нужно чуть внимательнее искать. Закулисье порой само оставляет в разных местах какие-либо предметы: тот же табак, оружие, коробки с материалом и прочее барахло. Н.Т.О.З. в свою очередь пустили свои корни: присоединили к себе одну мелкую группу, орудующую на Уровне 5, а после благодаря её усилиям распространили товар на полках. — Даже в Закулисье люди находят время для вредных привычек… — Агата нахмурилась, скрестив руки на груди и последовав за Кевалином. — Это же люди. Думаешь, хоть кто-то учится на всех совершаемых ошибках? Мы слышали уже много историй о том, как курение затаскивало людей в гробы, но перестал ли после этого табак продаваться? Нет. То же самое можно сказать о других вредных вещах. Плевать на окружающих. Пусть делают то, что посчитают нужным. В наших же интересах наша собственная жизнь. Лишь бы никто и ничто не посмело перейти нам дорогу. — Юноша пожал плечами, идя ближе к стене, стараясь не приближаться к канаве и воде, льющейся с труб сверху вниз. — Думаю, ты прав. Все мы делаем что-то плохое. Хотя многие плохие действия можно оправдать… — Нет, Агата, плохие поступки и есть плохие поступки. Это наши ошибки, наши грехи. Их нельзя оправдать. Но у каждого действия есть своя причина и мотив. Что-то нас заставило принять один из худших вариантов: это может быть желание просто абстрагироваться от проблем, используя тот же табак или алкоголь, либо желание выполнить какую-либо цель. Знаешь… Думаю, я могу тебе рассказать об одной моей миссии в качестве примера. Агата тут же встрепенулась, глянув на друга. Ей всегда нравилось слушать его истории. Кевалин редко говорил о своей работе, прошлом… В целом юноша чаще слушает, чем говорит. Но сейчас вновь настал момент, когда путники на пару минут поменялись своими ролями. — Я тебе уже говорил, что часто вместе с Коннором и Нилом отправлялся на миссии. Скажу сразу: чаще всего нас слали выяснить какую-либо информацию или уничтожить определённую цель. Мы исследовали объект интереса Б.И.Г., а потом уничтожали. Тогда нам досталась организация, расположенная на Уровне 10, носящим название Пригород. Целью было уничтожить и избавиться от всей группы и документов, находящихся в одном из зданий. Та организация носила название Н.Т.Ц.З. — Научно-Технический Центр Закулисья. Она занималась исследованием уровней, как и Б.И.Г., а также созданием техники, начиная бытовой и заканчивая искусственным интеллектом. Тем же занимались «Backrooms Robotics». Простыми словами Н.Т.Ц.З. была неким гибридом Первой и Третьей группы. Как думаешь, почему нам поручили уничтожить эту организацию? — Не знаю… Как вы вообще собирались развалить целую группу? Или она была достаточно немногочисленной? — На свой вопрос Агата получила кивок. — Ясно… Может Н.Т.Ц.З. пытались вскрыть ваши файлы? Узнать какую-то секретную информацию или глянуть на чертежи какой-то техники?.. — Частично ты права. Эта группа действительно положила глаз на документы. Но в основном она банально мешала более углублённому исследованию Закулисья: блокировала выходы и входы на новые уровни, не подпуская никого, кроме своих рабочих, как можно быстрее собирала Миндальную воду, а после перекрывала её источники, лишь бы никому не досталось… В целом, можно сказать, что Научно-Исследовательский Центр просто не шёл на контакт. Причины мы так и не узнали. Я не ручаюсь за «Backrooms Robotics», но терпение руководителя Б.И.Г. лопнуло намного раньше, когда в дело стали добавляться угрозы и попытки нападений на путников, пытавшихся пройти сквозь преграды Н.Т.Ц.З. Но раскрою одну деталь, которую я тогда подметил: чуть позже, перед отправкой на задание, нам подробно рассказали о цели, что вообще было известно, а после выдали оружие и взрывчатку, принадлежащие Третьей группе. Об этом говорили их импортные номера. Так что я думаю, что Третий руководитель тоже устал терпеть, как и Первый. — Оу… Не знаю, правильно ли было уничтожать Н.Т.Ц.З. В конце концов это как-то… Немного чересчур. Да, их мотивы можно счесть за негативные, но ведь была какая-то причина, верно? — Агата неуверенно пожала плечами. — Понимаешь, когда ты являешься физической силой, тебе плевать на мотивы. На твоих плечах миссия, которая должна быть выполнена ровно в срок на все сто процентов, без помех, чтоб всё прошло без сучка и без задоринки. — Кевалин покачал головой. — Тогда первым делом мы отправили Нила. Он смог успешно пробраться в один из кабинетов охраны и открыть нам двери, попутно отключив камеры. Спрашивается: почему именно Мейсон? Скажу как есть: он уже умел защищать себя, окружающих, вести бой, но его мягкость характера служила вечной палкой в колёсах. Ему не хватало воли пересилить себя и нажать на курок, если того требовали обстоятельства. В том возрасте, в каком Нил был на тот момент, было необходимо сначала надавить на него, заставить проявить гнев к противнику, чтоб о пощаде и речи не шло. Слава Небесам, это в прошлом. Но тогда я догадывался, что Нил просто не готов сражаться. Тогда мы с Коннором, обговорив все детали, рассказали план уже нашему ученику, поручив ему первую часть плана. — Он считался твоим стажёром? — Да. Я же его наставником был. Мы часто работали, так что я и Коннор подавно знали, как «устроен» наш компаньон. — Кевалин показал кавычки, а после спрятал руки в карманы. — Конечно Нил чуть позже попался на глаза местных сотрудников. Впрочем, изначально мы так и задумывали. Те подняли шум, забили тревогу и решили: раз здесь есть один, то за ним наверняка придут другие. По коридорам начали бродить более-менее экипированные люди, уж прости, не могу их назвать солдатами даже с натягом. Попав внутрь, Коннор отправился искать Нила, я же устроил поджог на одном из этажей, тем самым привлёкши бóльшую часть внимания именно туда. Сам же отправился в другое место. Но… Знаешь, что я могу назвать безответственным в работе Н.Т.Ц.З.? — И что же? — Дети. Там были дети и их матери. Подростки, пожилые и многие другие. Какой идиот будет держать мирных в загоревшемся здании, в котором орудуют чёртовы террористы? Главарь этой группы предписал всем одну судьбу: быть пушечным мясом. Все входы и выходы из здания были перекрыты. Так Н.Т.Ц.З. думали, что мы окажемся в ловушке. Но в капкане скорее оказались они, а не мы. И я не шучу. Я был вынужден открыть огонь и по мирному населению. Потому что база требовала от меня полного уничтожения группы. Агата заметно помрачнела, как и Кевалин. В голове вырисовывались грязно-серые стены, треснувшие окна, море мусора на дороге и кучи людей, носящихся туда-сюда. Дым резал им глаза, заставляя слёзы катиться по щекам, в то время как на пол капало всё больше крови, а с ней следом отправлялись и тела. Кого-то топтали насмерть, а кого-то убивали свои же. Это не на шутку пугало: сколько же жестокости и агонии перемешалось в одном флаконе… — Чуть позже я нашёл главное действующее лицо той группы. Как оказалось, он заперся со своей дочерью в одном из помещений, надеясь, что какая-то металлическая, покрытая ржавчиной дверь сможет их спасти. Это было глупо. Они бы в любом случае погибли и даже не от наших рук. Тем не менее я нашёл их первее. А ещё пару минут спустя подошёл Коннор и немного потрёпанный Нил. Те твари пытались выпытать, кто такой мистер Мейсон, какая у него миссия и что он тут забыл. Тогда для нынешнего агента я стал наглядным примером жестокости. Коннор был зол точно так же, как я, потому без особых пререканий привязал главу группы то ли к одной из труб, то ли к чему-то другому. А девчонка…

***

— Да что вам нужно от нас?! Оставьте меня в покое! — Кричал худощавый мужчина, чьи посиневшие из-за верёвок руки уже дрожали. Тёмно-синие глаза источали дикий страх, а кривые зубы продолжали грызть обкусанные губы, с которых всё ещё бежала кровь. Мужчина рвался, дёргался из стороны в сторону, пытаясь освободиться, но всё безуспешно. Коннор крепко его привязал к металлическому стулу. — Не имеет значения, что мы здесь делаем. — Холодно бросил Кевалин, прикрыв металлическую дверь. Стоило ему это сделать, как за спиной послышались поспешные шаги, которые резко оборвались коротким визгом и речью Нила: — Стоять! Отсюда никто не уйдёт! — Прорычал молодой агент, сверкнув карими глазами, скрутив руки белокурой девчушки с голубыми глазами. В отличие от своего отца, одетого в грязный халат, штаны и тёмный свитер, она носила порванную в некоторых местах красную футболку и разорванные на коленках джинсы. Девочка так же рвалась, пыталась освободиться, зачем-то щёлкая зубами, словно надеясь, что так сможет отогнать от себя Нила, пока тот в свою очередь сделал последний узел на руках ребёнка. Кевалин смерил обоих пленников безразличным взглядом. — Может хотя бы её оставим? — Начал сдавать обороты Коннор, подойдя к напарнику, спрашивая почти шёпотом. — Мы работаем строго по приказу. — Бросил Пейдж, оставив винтовку в чехле за спиной и потянувшись к пистолету, прицепленному к ремню. — Если сказано вычистить территорию, я её вычищу. Б.И.Г. не терпит поблажек, тебе ли не знать это? Второй капитан ничего не ответил, помрачнев, но всё же кивнув. Коннор всегда был мягок и никогда не терял возможности уцепиться за любой выход, приносящий меньше жертв. Порой Кевалина это бесило. Тем не менее сероглазый всегда напоминал напарнику об их долге, за чем именно они приходят в разные места и кем являются на самом деле. Просто физической силой Б.И.Г. Теми, кто выполняет грязную работу. Очень грязную работу. — Мы ничего вам не сделали! Зачем вы пришли сюда?! — Чуть ли не срывая голос, продолжал визжать привязанный мужчина. Он ни на секунду не затыкался, орал что-то, всё ещё дёргаясь. Из его рта уже во всю текла слюна, но он даже не пытался её сглотнуть. Нил по приказу Коннора бросил пойманную девчушку на пол, поближе к отцу. Та лишь скалилась, продолжала шипеть… Этот ребёнок выглядит уже как десятилетка, но ведёт себя словно животное. Все смешивалось в один нескончаемый гул, который давил на виски, шипя что-то на ухо без остановки. Как же это осточертело… Эти крики… Противный воздух… Шипение малолетней твари…       Послышался выстрел, эхом ударившийся о стенки комнаты. От него вздрогнули все, кроме Кевалина и Коннора. Светлые волосы, превратившиеся в один ком, полный грязи и пыли, едва пропитались кровью, что сейчас шустро бежала по коже, уже достав до носа. Две голубые точки превратились в огромные, почти чёрные зрачки с тонкой радужкой, а растянутый в оскале рот стал тонкой линией обкусанных губ. Девчушка больше не поднимала головы, не дёргалась, а спокойно и послушно распласталась на грязном полу. Коннор уже не удивлялся действиям Кевалина. Он давно знаком с этой частью сероглазого: жестокой, не слушающей ничего, кроме приказов с верхушки Б.И.Г. Нил на мгновение сжался, но сразу же встрепенулся, не подавая виду, хотя глаза размером с монеты выдавали юного агента с головой. Мужчина тоже открыл рот, а после медленно поднял дрожащий взор на Кевалина. — Да кто вы такие?! Что вам нужно от нас?! Зачем вы убиваете ни в чём не виновных людей?! Какой бес вас послал за нами?! — Это ВЫ ещё ни в чём не виновные? — Пейдж повысил тон, заставив мужчину в миг замолкнуть. Серый глаз блеснул гневом и негодованием, но они тут же спрятались за ширмой холодного безразличия. Капитан пнул лежащую замертво девочку, подходя к главе Н.Т.Ц.З. Тот тут же забрыкался, будто пытаясь своими ногами отойти подальше от опасности. — П-постой! Я готов вам отплатить! Любые запасы! Л-любая информация! — Голубые глаза забегали по углам комнаты, боясь вновь встретиться с взором серо-керосиновых глаз. Пот шустро побежал по вискам, а сердце стучало как бешеное, больно отдавая в рёбра. Кевалин поставил одну ногу на стул, приставив пистолет ко лбу мужчины, чуть ли не прорычав: — Всё что нужно нам известно. Вы сами подписали своим людям один приговор, но никто не обещал, что Вы его избежите. Вновь послышался выстрел, после которого брызги алой крови хлынули на грязную стену. Глаза мужчины чуть ли не выпрыгнули из орбит, а со рта почти что сорвался крик, но ему не было суждено раздаться. Капли тёплой жидкости уже потекли вниз по коже, оббегая нос, а после скатываясь по губам и подбородку прямиком на одежду. Чужое сознание и остатки сил медленно вытекали из головы, унося за собой и жизнь. Знакомое зрелище. Сколько раз Кевалин за этот день ловил себя на мысли, что вся эта кровавая бойня ему что-то напоминает? Пейдж толкнул стул с телом и тот упал, после чего сероглазый развернулся к товарищам. — Оставляем взрывчатку и валим отсюда. Стажёр, как себя чувствуешь? — Кхм… Всё в норме. Цел, невредим, ничего не выдал. — Нил шумно вздохнул, но ответил уверенно, с немного натянутой улыбкой. Кажется, юноша совсем не ожидал увидеть эту расправу… Вживую. — Отлично. Тогда сворачиваемся. — С этими словами сероглазый направился к выходу.

***

— Так мы и сделали. — Наконец завершил Кевалин, глянув на Агату. — Это… Действительно жестоко. — Выдавила из себя напарница, прикусив щеку. — Если подумать, то Н.Т.Ц.З. сами виновны в том, что случилось. Я всё ещё не могу понять, зачем они блокировали вам путь на другие уровни для подробного изучения Закулисья… Тем не менее я не считаю решения обеих сторон верными или неверными на все сто. Мне жаль людей, которые тогда попали под горячую руку, и вас. Вас заставили выполнять эту грязную работу. Не думаю, что смогла бы направить ружьё на кого-то, будь я на твоём месте. — Агата едва пожала плечами, убрав за ухо выскочившую прядь. — За свою жизнь в Закулисье я совершил много по истине жестоких дел. Я прекрасно понимаю, что мог спокойно отпустить хотя бы девчонку, но куда я бы её дел? Оставил там — она всё равно бы скончалась, если не от пожара, то от взрыва. Отправил бы в Б.И.Г. или другие группы — спасибо нам за это бы не сказали. Кому нужен ребёнок с возможными отклонениями? Да и девочка вряд ли бы пошла за нами. Её почти во всех вариантах событий ждала кончина. Тем не менее у нас троих не было выбора: нам пришлось знатно испачкать руки, но на это были причины. Своей судьбой управляет не только сама личность, но и обстоятельства, окружающие её. — Кевалин опустил взгляд, смотря себе под ноги. Река со странной водой продолжала бежать по канаве, которая, кажется, никогда не закончится. Трубы над головой уже давно остались позади. Единственным светом было голубое сияние воды. Выдержав паузу, Агата слабо хмыкнула, заговорив: — Знаешь, я порой думаю: ты за своё пребывание в Закулисье увидел и пережил столько всего… И ты всё ещё держишься. На твоём месте я бы давно опустила руки. Раньше я думала, что ты просто хмурый, но сейчас знаю, что никакой ты не колючий ёж, до которого не притронешься. Ты всего лишь тот, кто долгое время терпел. Экспедиция, которая забрала всё, потом командная работа с Коннором и Нилом… Всё это время ты не был один, но знаешь, чего тебе не хватало? — И чего же? — Спустя короткое молчание спросил Кевалин, глянув на подругу. — Тебе не хватало простых диалогов. Банального общения! Исследование Закулисья запустило этот процесс молчания, во время поручений от Б.И.Г. по душам не поговоришь, у вас на умах одна сплошная работа… А теперь ты снова отправился до Уровня 100. Знаешь, я восхищаюсь твоей выдержкой! Ты провёл здесь целых восемь лет, пережил столько херни в своей жизни, умудряясь ещё и копить весь этот груз в себе! Ты учился не только на ошибках других, но и на своих, чувствуя всю эту боль. И всё равно ни разу не заикнулся! Но… Я не хочу, чтоб ты продолжал молчать и копить этот негатив. Говори со мной побольше. Ты прекрасный человек! Мне нравятся твои слова, нравятся истории, что ты рассказываешь… Мне комфортно с тобой. И я хочу, чтоб ты тоже почувствовал этот уют. Ты заслуживаешь хорошего отношения к себе. В конце концов, ты внёс свой вклад в исследование Закулисья, всегда вытаскивал Нила и вместе с Коннором прикрывал его спину… А теперь ты помогаешь мне вернуться домой. И нет, даже не вздумай отрицать! Ты заслуживаешь любви и уважения! Ты достоин быть любимым! Агата широко улыбнулась, взяв Кевалина за локоть, тем самым притянув к себе, а после заключила русоволосого в объятия. Юноша, явно того не ожидая, на мгновение будто застыл, затаив дыхание. — Я всегда готова выслушать тебя! Даже если твои мысли грустные! Особенно если они такие. Ты не плохой человек. Ты смелый, рассудительный, никогда не бросаешь меня, готов жертвовать даже собой, придумывая планы нашего очередного спасения буквально на ходу! Ты — герой, который сделал уже достаточно для других. А знаешь, что свойственно всем хорошим ребятам? Они никогда не задумываются о себе. И ты, дурак, делаешь то же самое. Кевалин так ничего и не сказал, почти не дыша и слушая подругу. Агата лишь уткнулась в чужое плечо, сдерживая смешок. Она чувствовала, как щёки и уши постепенно начинают гореть, но забавляло больше то, что Кевалин был в точно таком же состоянии. Похоже, зеленоглазая нашла один способ, как ввести друга в смущение. Хотя если подумать, то Агата ещё ни разу не поддерживала так… Раньше это была лишь парочка предложений и слабые объятия, но сейчас что-то было не то… Что-то изменилось. Впрочем, это не важно. Кевалин обнял Блер, едва приподняв над землёй, но сразу же поставив на место. До уха вдруг донёсся короткий смешок. Было немного неловко, учитывая то, что путники редко дотрагиваются друг до друга. Хотя за последнее время всё значительно поменялось… — Спасибо. Я… — Юноша на секунду сбился, а после прижал к себе ещё крепче. — Спасибо тебе. Блер прекрасно знает, как много значат для Кевалина такие простые слова. Знает, что каким бы хмурым и колючим этот ёж ни казался, он всё равно устал, и ему просто необходимо хотя бы на минутку сбросить с себя груз бремени и банально высказаться. Спокойно поспать, зная, что всё в порядке, видеть чью-то улыбку, общаться с кем-то… — Так, ладно… — Кевалин первый отпрянул, сразу же отвернувшись, пытаясь замять в себе непонятно откуда взявшееся смущение. — Пойдём. Мы почти добрались до поверхности. — Пф… Ну, пошли. — Агата успела поймать чужую ладонь, прежде чем путники двинулись дальше. Совсем не хотелось разрушать такую приятную обстановку. И, судя по виду Кевалина, он тоже этого не хотел. Иначе бы давно отпустил ладонь Агаты. Как выяснилось, у юноши тёплые, но грубые руки, вечно скрытые за перчатками без пальцев или бинтами. Как говорил сам Пейдж, он никогда не носил варежки, даже в детстве. Сейчас же ему удобнее работать именно так. — Да и вдобавок не хочу лишний раз напоминать тебе и мне о том, что случилось. — Ответил тогда Кевалин на вопрос Агаты, окончательно распутав старый бинт и освободив вторую руку. Тогда, в свете тёплого огня, заражённая кожа выглядела ещё менее презентабельно: всё те же едва зажившие царапины и чёрные пятна до локтя, пусть их с каждым днём и становится меньше. Теперь на их старом месте чётко видно что-то, напоминающее Агате грубые ожоги, стягивающие кожу. Кажется, именно поэтому Кевалин так избегает любых контактов с его ладонями, если они без всего и ничем не прикрыты. Он будто… — Скажи мне, — Агата отложила в сторону скетчбук с карандашом и, повернувшись к другу, взяла заранее приготовленный бинт, — ты боишься как-то навредить мне? — Скорее вызвать чувство дискомфорта. — Честно ответил собеседник, наблюдая за тем, как белая полоска ровно и плотно ложится поверх жуткой кожи. — В конце концов, это не просто следы. Теперь это на всю мою оставшуюся жизнь… — Последнее он обречённо проговорил и тяжко вздохнул, отведя взгляд. — Но тебе ведь становится с каждым разом всё лучше и лучше, верно? Ты пьёшь Миндальную воду, как и говорил Нил, и остатки Пустоты уходят. С каждым днём её всё меньше и меньше на тебе! Ты идёшь на поправку семимильными шагами! — Да… Возможно, ты права. — На лице Пейджа на секунду мелькнула тень улыбки. — Но я просто не могу свыкнуться с этим полностью. До сих пор чувствую себя не очень после всего произошедшего в стенах Базы L. — Кевалин, ты не пугаешь и ни в коем случае не отталкиваешь меня. Наоборот, мне приятно находиться рядом с тобой! Я с тобой как за каменной стеной — в полной безопасности. Вот и я хочу, чтобы ты тоже был в порядке. А потому не отвернусь от тебя, хоть отрасти ещё одну пару рук. — Покончив с узелком, Агата взяла ладони напарника в свои и, едва поглаживая их большими пальцами, подняла взгляд. — Ты — мой друг, а не монстр, и ты очень, очень важен мне. И если мы смеёмся вместе, то и трудности преодолеваем тоже вместе. — С этими словами девушка чуть сильнее сжала ладони друга и уверенно улыбнулась. — А значит и эти пятна мы переживём. Свет полыхающего костра отразился в ярко-зелёных глазах. Пальцы обоих путников невольно переплелись, отдавая друг другу тепло, разгоняющее кровь и мурашки. И почему-то только сейчас Агата обратила внимание на то, как мелко выглядят её исцарапанные ладони по сравнению с руками Кевалина. Это забавно и заставляет улыбнуться ещё шире. Желая спросить что-то ещё, Блер тут же потеряла мысль, глянув на лицо напарника. — Ой, с тобой всё хорошо? Ты весь какой-то красный… — Блер освободила одну руку и невольно приложила её ко лбу Пейджа. — Д-да, да. Я в норме. Можешь не беспокоиться. — Сдержанно улыбнулся Кевалин, отведя беглый взгляд серых глаз прочь. — И… Спасибо. Спасибо. Спасибо, что не теряешь веру в меня. Спасибо, что дала мне второй шанс. Спасибо, что позволяешь мне стать лучшей версией себя. — Хах, не за что. — Агата лукаво прищурилась, и в её глазах блеснули звёзды. И как же эти воспоминания греют душу. Казалось бы, этот диалог на привале на Уровне 54 был пару дней назад, но фантомное и без преувеличения приятное тепло в груди живёт до сих пор, питая собой весь организм и заряжая каждую клетку своим позитивом. Всё это кажется таким умеренно приторным, таким искренним, таким милым… Стоп. Агата только что назвала Кевалина милым?       Как оказалось, выход из подземных лабиринтов действительно находился в трёх шагах от путников. Это была очень широкая лестница с перилами из чёрного металла. Здесь стены были исписаны люминофорной краской от и до. В самом верху лестницы оказались стеклянные двери, к которым вели десятки цветных стрелок. Пара мгновений — и в нос вновь ударил свежий воздух. На этот раз он был очень сухим. Пришлось даже зажмуриться и протереть глаза из-за пыли, что принёс вместе с собой ветер. Теперь взгляду открылось тёмное, практически чёрное небо. Сотни звёзд поочерёдно мигали, всё время привлекая внимание, будто говоря: «эй-эй! Глянь на нас! Как давно ты видел звёзды так близко?!». И ведь действительно, Агата хорошо помнит серо-керосиновое небо Уровня 7, сумерки Уровня 54… Но она давно не глядела на созвездия. Кажется: протяни руку — и одно из святил можно спокойно положить в карман. Их ведь на небе много, не так ли? Тысячи, миллиарды звёзд… Наверное, каждый в детстве мечтал взять одну. В конце концов звезду можно было бы подарить другу или оставить себе. Ха-ха, порой приятно вспоминать такие глупые, но тёплые мысли из далёкого детства! Под ногами была пыльная дорога. Фонарные столбы и когда-то рабочие светофоры подкосились, упав на треснувший асфальт. Серые дома, стоящие ровными линиями по бокам, все до единого были разрушенными: вот здесь не хватает части стены, а там будто спилили один из углов… Почти из всех окон были выбиты стёкла, а их осколки ваялись внизу, у подъездов. Ещё хотелось подметить странную чёрную субстанцию, покрывающую части зданий. Она медленно стекала с них вниз, как какая-то смола, сливаясь с небом. Можно даже подумать, будто эта жижа капает прямо сверху. Чёрная субстанция была везде: на домах, где-то во дворах, на рекламных щитах… До уха всё время доносился отдалённый скрежет, грохот, будто арматура внутри домов качается из стороны в сторону, словно пытаясь освободиться из бетонного плена. Кажется: это просто руины двенадцатиэтажек на фоне звёздного неба, чего тут такого? Необычным было то, что куски зданий отрывались от них, а после витали в воздухе, постепенно темнея и пропадая, не оставляя после себя ничего, кроме парочки камушков на дороге. — Что тут происходит?.. — Агата продолжала поглядывать наверх, следуя в такт за Кевалином. — Этот уровень медленно ломается, как и Уровень 54. Пустота здесь намного ближе, чем ты думаешь. В целом, так она и выглядит. — Спокойно ответил юноша, кивнув на один из домов, от которого осталось всего шесть этажей. Если присмотреться, то можно увидеть, как Пустота медленно ломает кирпичи, постепенно руша и разъедая как кислота. Так вот откуда тут столько пыли и грязи… — А по поводу кусков зданий — здесь это норма. Пустота высасывает из мира всё, включая и законы физики. Например, если ты подпрыгнешь, то прыжок будет очень высоким, хотя может получиться не с первого раза. Гравитация тут работает через раз, порой бывает, что эти части домов падают кому-нибудь на голову, а спустя время вновь поднимаются наверх. — Почему тогда нас не тащит наверх, как и эти куски, раз гравитация слабая? — Не пытайся найти здесь логику. Закулисье само по себе очень странное и нелогичное место, а Пустота своим присутствием чаще всего лишь усугубляет ситуацию. — Поняла. Может тогда зайдём внутрь одного из домов? — Ты рассчитываешь, что в домах практически мёртвого мира есть что-то полезное для нас? — Кевалин выгнул бровь, бросив скептический взгляд на подругу. — Нет, но… На улице мы видны как на ладони! К тому же у меня почему-то есть подозрение, что сегодня мы опять повидаемся с Ним. Сам подумай: Уровень 60 одной ногой стоит в гробу, разве его создатель не должен хотя бы в последний раз появиться, забрать последние данные, чтоб потом из них создать что-нибудь другое? К тому же мы недавно говорили о Поломанном. Уровни же не могут сами пропадать и падать на свалку, их же для начала нужно выбросить, верно? — Думаю, в этих словах есть смысл. Среди исследователей и учёных была такая теория, что остатки мёртвых уровней могут сохраниться в Поломанном. Только как именно они туда попадают — никто не знает. Но знаешь, я думаю, здесь тоже замешан наш старый знакомый. Всё-таки Бог должен создавать замену стёртым уровням, а как это сделать, если лепить не из чего? — В слух рассуждал Кевалин, изредка поглядывая на излюбленный навигатор. — А я думаю о другом. Он сам говорил, что не собирается нас отпускать. Уверена, даже сейчас Бог наблюдает за нами. Но… Что будет, когда мы дойдём до конца, до Уровня 100? — Агата неуверенно выгнула бровь, спрятав свободную руку в карман. — Хочешь сказать, что Он будет ждать нас там? — Возможно. Тогда нам уже будет некуда бежать. А разве мы имеем какое-то сопротивление против Него? Да Бог нас просто прихлопнет на месте! И знаешь, ты говорил, что уже путешествовал по Закулисью в одиночку до самого конца. Как думаешь, Он мог наблюдать за тобой уже тогда? Может это ещё одна причина, по которой Божеству было легче стирать тебе память в том проклятом цикле? Ты тут дольше меня, к тому же не раз покидал базу Б.И.Г. Ты знаком Ему! Он мог видеть все твои ранения и шаги, провальные и успешные планы дальнейших действий, людей, с которыми ты встречался и расставался… Он даже успел побывать в твоей шкуре, чёрт возьми! — Да, думаю, я понимаю, о чём ты. Считаешь, бóльшая часть Его внимания прикована ко мне из-за того, что Он знает, как на меня надавить и что из этого получится? — Кевалин щёлкнул пальцем, выгнув бровь. В ответ на свой вопрос юноша получил кивок. — В таком случае я могу сказать обратное: возможно Он занимается изучением тебя. Ты тоже провалилась сквозь реальность, можешь противостоять иллюзиям этого поганца, да и к тому же ты напрямую связана со мной. Согласись, не с проста же Бог пытался и к тебе в голову залезть? Для него мы опасная смесь. Не удивлюсь, если появятся ещё попытки нас разделить или отправить куда-то, лишь бы мы друг друга не видели. — Всё это так странно… Ему определённо нужны мы, но почему не схватить нас прямо сейчас, если Он спокойно может наблюдать за нами сутками? Да, Богу нужен наглядный пример, как себя ведёт обычный человек в тех или иных ситуациях… Но Закулисовцы не выглядят как-то по-другому! У них не заторможенная реакция, нет провалов в памяти, да и в целом они неотличимы от нас с тобой. В чём тогда суть? — Дело в том, что Закулисовцы никогда не испытывают ощущения Дежавю, когда они бродят по уровням. Им просто не с чем сравнить то, что видит глаз. Все эти ловушки для разума созданы исключительно для попаданцев. Мы сравниваем всё с реальностью, с тем, что происходило с нами до того, как мы оказались здесь. Потому Богу такие как мы с тобой и интересны. Мы оба знаем, что Он может копаться в чужих рассудках, так что Ему мешает использовать наши воспоминания со Сцены, чтоб сделать Закулисье похожим на Землю? — Но почему тогда мы? Разве мы какие-то избранные, раз теперь за нами следует чёрт пойми что?! — Ты и я возможно единственные, кто видел Бога вживую. Возможно Им движет желание получить ещё больше информации о реальности, а может Он банально хочет нас убить за то, что мы можем кому-то рассказать, что всем этим чёртовым миром руководит именно Он. Согласись, мы достаточно много знаем о Его способностях. Да и все те дыры и пробелы в теориях, созданных Б.И.Г., могут вмиг исчезнуть, стоит кому-то из нас доказать им, что Божество реально. К тому же вспомни доктора Джефа: он знал о существовании кого-то, кто живёт в Пустоте. И ведь он смог даже как-то связаться с Ним! Доктор смог наладить контакт, создать неизвестную субстанцию, позволяющую другим слышать Бога, как это было со мной… Следовательно, то, что тогда осталось в лаборатории, было ценным кладом. — Но я его слышала без всякой дряни, которую вводили тебе. Что скажешь на это? — Не забывай о своих пятнах на руках. Ты тоже была инфицирована, как и я, пусть не в таких крупных масштабах. — Напомнил Кевалин. — Думаю, на тот момент Джеф смог Его как-то ослабить. Не спрашивай меня, каким образом можно усмирить Его, я не знаю. Но факт остаётся фактом: чтоб залезть в голову ко мне, Богу потребовалась помощь. Возможно пока Он переворачивал всё в моей голове вверх дном, Он узнал о тебе, и укус того заражённого сыграл Ему на руку. Может, Он и вовсе специально натравил того бедолагу на тебя! — Почему же тогда Он переключился на меня, но не на Нила? — Нилу даже не было десяти, когда он попал на Уровень 0. Он почти ничего не помнит из реальности, даже собственных родителей. Для Божества наш агент бесполезен. А мы… «Мы можем сделать Закулисье лучше», как Бог любил мне говорить. На деле же, я уверен, Он заставит нас остаться тут навсегда. И чёрт знает, что с нами может произойти. Люди же вечно не живут в отличие от сущностей, как Он, верно? — Угу… Сделает из нас марионеток, да привяжет, как тех, что я видела… — Агата поёжилась, сильнее сжав ладонь Кевалина. — Ещё посмотрим, Агата. Мы не знаем, чьих именно кукол ты тогда видела во сне. Это могут быть давно умершие люди, живые, любо вообще никогда не существовавшие. Возможно это только «проекты» Бога, которые ещё нужно начать, или же это выдумка твоего мозга. Это нужно ставить чуть ли не на первое место. Мы не можем доверять своим снам, даже если они особенные. — Тут ты прав. Мы не знаем, какие куски снов вообще можно брать как зацепки… К тому же мы ничего не знаем о том, что там происходит в «доме» этой твари, если у неё вообще есть своя обитель… Но знаешь, Он хорошо шьёт кукол… — Блер щёлкнула пальцем, хитро улыбнувшись. — Агата. Не начинай. — Кевалин закатил глаза, тяжело вздохнув. — А что? Я тоже раньше шила. Помню одно из Его творений: вроде бы рыжая девчушка с карими глазами, в красном свитере… Там даже мелкие детали были в виде серёжек-звёздочек, понимаешь?! Да я этого человека даже зарисовать могу! Представь, вдруг она правда существует?! — Да-да, где-нибудь в параллельной реальности. И эта дама тоже бегает по Закулисью от какой-нибудь всемогущей твари вместе с компаньоном или целой шайкой путников… Фантазёрка ты. Зато я знаю, что мне стоит поискать в качестве подарка на твой День рождения, если мы до него доживём. — Ага, я тебя поняла, реалист чёртов. — Зеленоглазая ещё шире улыбнулась, толкнув напарника в плечо. Оба посмеялись и продолжили идти. Путники продолжали идти ближе к домам, всё дальше и дальше отходя от подземных лабиринтов. Иногда Агата замечала здешних обитателей: вон там, в одном из окон, промелькнул Безликий, пару минут назад путники видели двух маленьких Гончих, которые как ошпаренные бежали прочь из дома, почти полностью поглощённого Пустотой. Иногда до уха доносился смутно знакомый белый шум, в котором были едва слышны какие-то слоги и слова. Очень хочется верить, что где-то просто шумит телевизор, а не Глючный человек бродит по развалинам. Как на этом уровне вообще могут оказаться монстры с Уровня 12? Да, в домах и магазинах есть много телевизоров. Это видно через разбитые витрины и вынесенные окна. Может сущности могут перемещаться через некоторые электроприборы? Например, компьютеры, те же телевизоры или смартфоны, валяющиеся на полу некоторых магазинов. Может быть… Тогда стоит быть внимательнее.       Кевалин рассказал, что помимо Глючных монстров, Безликих и Гончих раньше здесь встречали Телеведущих. — Прости, кого? Тоже монстры из разряда гуманоидов? — Агата выгнула бровь. — Верно. Это сущности, у которых вместо головы чаще всего красуются коробки-телевизоры 90-х годов. Представь свои старые рисунки, где у какого-то тёмного силуэта вместо головы телик. Это и есть Телеведущие. На самом деле это очень редкие монстры. Мало где их можно встретить. Но это не исключает того факта, что нам стоит их опасаться. Твари крайне агрессивно настроены против человека. К особенностям, помимо внешнего вида, могу добавить очень острые когти на концах пальцев. Обычно, если жертва поймана, Телеведущие либо утаскивают её к себе в логово и там с ней разделываются, либо же убивают на месте. После же трупы отправляются на Уровень 12. Ещё не был записан и подтверждён хотя бы один случай поедания человеческой плоти. — Каким образом они вообще могут перемещаться? Телеведущие что, как и Глючные люди могут проходить сквозь телевизоры? — Да. И тут нет ничего странного. Тактика защиты от монстров проста: если видишь их, сразу беги и не оборачивайся. У Телеведущих есть два состояния: бодрствование, когда монстр спокойно передвигается по территории, и сон. Во втором состоянии Телеведущих можно спутать с обычным выключенным телевизором, который стоит посреди лужи непонятной чёрной субстанции, но так будет ровно до того момента, пока ты не издашь громкий звук. В этот миг сущность просыпается и может сразу же начать охоту. И тут действительно остаётся только бежать, если у тебя есть инстинкт самосохранения и нет никакого оружия. Если же первого нет, но присутствует второе, то есть шанс вырубить эту машину. Всего лишь нужно нажать на кнопку выключения телевизора, либо пустить в экран несколько пуль. Всё просто. — Я верю, бесстрашие и оружие у тебя есть, но хочется надеяться, что ты не будешь лезть им в пасть, если у Телеведущих она вообще присутствует. — Агата в очередной раз пошутила, закатив глаза и выгнув бровь. — У них нет ртов, так что расслабься. А ещё я надеюсь, что ты всё ещё умеешь быстро бегать, как было на Уровне 40. — Сероглазый отпустил чужую ладонь, а после потрепал русую макушку Блер. — Пойдём, заглянем в одно из зданий. С этими словами путники двинулись к одному из домов, где на первом этаже располагался очередной заброшенный магазин, о чём говорила покосившаяся вывеска и разбитые вдребезги широкие окна. Внутри здания царил присущий таким местам беспорядок: с потолка свисали провода, под ногами была пыль, грязь и маленькие камни, что упали с потолка, который в свою очередь имел много дыр. Такое чувство, будто кто-то падал с самого верхнего этажа, пробивая бетонные преграды перед собой, но скорее всего это дело рук Пустоты. Агата видела, как она еле слышно капает на пол, создавая ещё одну маленькую ямку. Эта субстанция действительно очень похожа на какую-то кислоту! Зеленоглазая продолжала осматриваться, в то время как Кевалин достал из рюкзака Воздушный Модуль. — Эй, что-то не так? — Блер едва наклонила голову вбок. — Хочу проверить Модуль на его состояние. Он не даёт мне выбрать из списка уровни для перемещения. Наверное, был какой-то сбой или повреждение. А может это я с Нилом тогда провода нормально не закрепил… — Сероглазый нахмурился, закатив глаза. — Не думаю, что стоит пока трогать его. Давай сначала найдём место поспокойнее и подальше от Пустоты, а потом займёмся починкой. С Уровня 60 же можно уйти на другие уровни, ведь так? — Верно. Отсюда мы можем сбежать на Уровень 67. На данный момент это единственный доступный нам выход. До того, как это место стало разрушаться, были пути и в другие места: Уровень 61, 62 и так далее. Сейчас же они все канули в лету, скажем так. — Поняла. И как нам попасть туда? — Добраться до консерватории. Вокруг неё достаточно много разрушений, а Пустоты больше, но если мы будем внимательны и аккуратны, то всё будет чудесно. Нам всего-то необходимо открыть входную дверь и заскочить внутрь. — Ответил юноша, окончательно убрав Модуль к себе в рюкзак. Агата молча кивнула, а после продолжила исследовать магазин.       У разбитых витрин стояло много телевизоров. Наверное, будь здесь обычные люди, а руины простым городом, то многие подходили сюда, глянуть на очередное немое вещание зомбоящика. Напротив входа стояла разгромленная касса. Широкий, деревянный стол был сломан пополам, стоящий рядом монитор разбился вдребезги, а у табуретки, валяющейся рядом, была всего одна ножка. У правой стены стояли высокие шкафы с множеством ящиков. Какие-то были едва выдвинуты, а изнутри торчали пожелтевшие от времени листы бумаги, а каких-то и вовсе не было, словно кто-то вырвал и унёс. Порой заглядывая в ящики, Агата доставала целые пачки бумаги. Маленький шрифт и обилие картинок наталкивало на мысль, что это газеты. Хм… А если задуматься, как Б.И.Г., Н.Т.О.З. и «Backrooms Robotics» узнают какие-нибудь новости? Ладно, главные шишки всех трёх групп, им известно всё, но что насчёт простого народа? Агата помнит, что у некоторых домов на базе Б.И.Г. стояли вручную сделанные почтовые ящики. На деле они больше напоминали узкие, деревянные скворечники, прибитые к стене рядом с входом в дом. Хм, если есть почта, то есть и письма. А раз так, то газеты тоже имели право на существование. Может Уровень 60 когда-то входил в почтовую цепь? По крайней мере транслировал здесь, что решают три самых главных группы в Закулисье и раздавал газеты местным жителям, если тут хоть кто-то да жил. Сложно сказать, построены ли эти дома руками человека или же они стояли здесь с самого начала. От Уровня 60 ровным счётом не осталось ничего. Совсем, кроме парочки улиц. Интересно, чем Богу не понравился этот уровень, раз ему досталась такая судьба? Пробегаясь по оставленным в ящиках листах, Агата нередко подмечала, что содержимое страниц чаще всего не подходило для газет. Мы привыкли видеть жирные заголовки, какую-то мелкую рекламу, очередной номер по заказу такси и много других обыденных вещей. В этих же листах говорилось совсем о другом. «Когда-то это был чудный город, пока в этом районе не начался разрушительный катаклизм, теперь ставший полностью непредотвратимым. Сущности не знают предела своих возможностей. Когда мы оттеснили существ, мы оккупировали этот район, и когда он снова превратился в город, отдалённо напоминающий наш прежний дом, Темнота разрушила всё, что мы пытались построить и вернуть к жизни. «Он решил стереть нас с лица земли?» — Задаются многие этим вопросом. Об этом нам не суждено узнать. Берегите себя и бойтесь того, что может выйти из Темноты. Не надейтесь на помощь извне и не пытайтесь сбежать. Лучше уровня, чем родной дом, вы не встретите. Отнеситесь к своей погибели с пониманием. С Уважением, …» Дальше сообщение оборвалось какой-то размытой картинкой. Если присмотреться, то на ней можно увидеть тёмный силуэт с непропорционально квадратной головой, что брёл по только начавшему разрушаться зданию, освещая себе дорогу странным ярко-красным светом. Из его плеч торчало множество проводов, прицепленных к ящику на голове, словно кто-то беспокоился, что он может отвалиться и упасть. По стене, сзади монстра, медленно стекала Пустота. Кажется, местные её называли Темнотой. Хм, возможно это и есть Телеведущие, о которых говорил Кевалин? Агата взяла другой листок, надеясь увидеть конец записи, но теперь тема была совсем другой: «…это ещё одна сущность, которая питается человеческой памятью и ностальгией, дабы поддерживать своё бренное существование. Она способна к созданию объектов и даже к каким-то формам жизни, хотя данный факт стоит поставить под вопрос. Без верных на то доказательств я не могу верить словам сущностей, подобным Ему или тому же Джерри (хотя последний — просто птица, которая по ошибке получила то, что не должна была получить), особенно созданиям, способным воплощать ЛЮБЫЕ иллюзии в явь. Именно это я подчеркну. Будет ли настоящий бог использовать слабых и ни на что негодных людей для насыщения себя? Конечно нет! Настоящий и милостивый бог умер бы в своих же муках без еды, а после бы переродился. Это же чёртов бог, а не сущность! Я бы не назвал Его Богом в прямом своём понимании, но Он довольно хорош для своей роли. Я бы хотел с Ним встретиться когда-нибудь и потолковать. Думаю, в будущем Он проявит себя больше, чем на данный момент. Остаётся только понять, как же вновь вытянуть Его из своей обители…» Кажется, этому куску не хватает начала. Но такой документ вряд ли должен находиться здесь, в полуразрушенном магазине. Хотя может тут просто валяется всё, что только можно и нельзя. Почему-то на ум приходит доктор Джеф с его попыткой связаться с Богом. И хей, быть может, этот кусок текста о Нём? К сожалению, Агата вряд ли это узнает, поэтому она просто положила листок обратно и принялась читать другой. «Я нахожусь на уровне с множеством комнат. Жёлтые обои, много-много компьютеров и проводов. Кажется, мои ноги запутались в них. Это офис? Пока ничего не произошло. Я постоянно слышу шёпот, но здесь никого нет, не считая меня. Они просят меня ответить «да» или «нет». Я ответил «нет». Я не хочу работать. Мне нужно лучше исследовать это место. Об этой реальности мне никто не рассказывал… ПОДОЖДИТЕ, ЧТО-ТО БЕЖИТ ПРЯМО С-… » Дальше сообщение вновь оборвалось. На этот раз в сердце остался неприятный осадок. Жёлтые обои, провода и компьютеры? Агата попыталась найти в углах памяти какое-то воспоминание, желая объяснить, что могло напасть случиться с неизвестным странником, но к сожалению, голова была пуста. Возможно Кевалин специально пропустил этот уровень ради безопасности. Хотя… Что если этот уровень ещё впереди? И что будет, если путники там окажутся? — Ладно, пора выдвигаться. Ты готова? — Вывел из тревожных мыслей Кевалин, кивнув в сторону выхода. — Что ты вообще читаешь? — Да так… Справки да документы всякие. — Агата вернула лист обратно в ящик и, закрыв его, последовала за другом, аккуратно перешагивая через остатки стекла в раме. — Там много чего намешано. И главное: кажется, что все истории и информационные заметки просто разрезали на куски, а потом разбросали по всем шкафам. Можно часами сидеть и разбирать, где какой обрывок к какому принадлежит… — Не бери в голову. Не вся услышанная и прочитанная информация может быть правдой. К тому же не факт, что она нам вообще пригодится. Давай лучше сосредоточимся на нашем пути до выхода отсюда. — Юноша слабо похлопал напарницу по плечу, говоря на этот раз тише, внимательно исследуя взглядом все окна. Блер понимающе кивнула, говоря уже тише, часто осматриваясь и вглядываясь почти в каждый тёмный уголок или переулок. — Хм, Уровень 67… Что он из себя представляет? — Не самое лучшее и безопасное место. Представь бесконечные улицы, состоящие из белых девятиэтажек. На улице стоит темнота, фонари едва освещают проезжую часть и пешеходные переходы, у дорог растёт коротко подстриженная трава, а по переулкам бродят сущности: тут и Кожекрады, и Телеведущие, и Глюки… Ну или Глючные люди, как тебе угодно. Я бы не стал перемещаться на этот уровень. Монстров там действительно много, но опасным это место делает даже не их присутствие, а скорее почти нулевые данные о нём. Б.И.Г. давно не отправляло туда своих работников, редко кто возвращался живым, а если и выбирался, то не доходил до базы обратно. От Уровня 67 до Уровня 1 много других опасных мест. К тому же вспомни о Пустоте: замученный путник может даже не сообразить, что ступает прямиком туда, где ничего нет. Потом с исследователями Уровня 67 стало невозможно связаться. Никто не знает, почему, но среди сотрудников ходит версия, что Пустота почти полностью сожрала уровень, максимум оставив парочку домов. И то те с каждым днём рушатся всё больше и больше. А вот сколько ещё территории там осталось — неизвестно. Поэтому нам с тобой придётся работать быстро, желательно тихо. — Поняла. Я не подведу! Но знаешь, это место тоже очень пустое, прямо как Уровень 54. Тут практически ни души. Мы видели пару раз Гончих, Безликих… Но они всегда были далеко, либо вообще не обращали на нас внимания. Почему Бог вообще решил избавиться от этого места? Мне кажется, Уровень 67 был прекрасным уровнем… — Не знаю. Быть может, у этой нечисти меняются вкусы… Либо Он наблюдал, как поведут себя люди в критической ситуации. Скажем так, проводил эксперимент. — О чём ты? — Агата выгнула бровь, повернув голову в сторону друга. — Он же наблюдает за попаданцами. Запоминает, наверняка записывает что-то, а потом от теории переходит к практике. Смею предположить, что нашего дорогого Бога интересовал страх, агония и чувство безысходности. Согласись, под натиском паники и осознания своей неминуемой кончины каждый может вести себя по-разному: кто зажмётся в угол, кто смирится с судьбой, кто будет не верить и искать хоть какой-то выход, а кто-то банально сведёт счёты с жизнью. В такие моменты в обществе начинается настоящий хаос: порядки, законы и правила просто выбрасываются на помойку, а на улицах происходит настоящий беспредел. Ведь на дворе конец света, почему бы не позволить себе что-то, о чём долго мечтал, прежде чем умереть? Знаешь, Бог в какой-то степени ведёт себя как учёный или писатель. Всё копается, улучшает своих созданий, хочет, что б они были реалистичными и радовали глаз… Так что куда тут без экспериментов и жертв? И судя по всему, опыт прошёл успешно. Остались только его последствия в виде опустевшего уровня, который очень скоро ляжет в гроб. — Это звучит жутко… Представь, если все те люди по сей день бродят в Пустоте… — Агата поёжилась, приобняв себя. — Чувствую себя хомячком, запертым в клетке с анакондой. Знаешь, я вот думаю: Он наверняка не хочет, чтобы мы покидали Закулисье. Но что будет, если мы останемся и пойдём Ему навстречу? Вряд ли что-то хорошее… — Я думаю, что Он просто использует наши воспоминания со Сцены, а потом погонится за кем-то другим. А мы, по факту, уже будем не нужны. Помимо воспоминаний мы ценны потому, что можем отчётливо видеть Его и даже сопротивляться. Так что: либо мы будем на тот момент мертвы, либо от нас не останется ни капли человечности. А вот какие твари из нас получатся — без понятия. Но я надеюсь, что мы этого избежим. — Я тоже, — вздохнула Агата, а после случайно проговорила с Кевалином в унисон, — Божествам нельзя верить. Вы ходите по МОЕМУ миру и смеете критиковать меня?

Оу, какая интересная концепция!

Что ж, вы правы. Никому нельзя верить.

Даже людям.

Переглянувшись, путники слабо улыбнулись друг другу, а после, не сбавляя темпа, продолжили идти вперёд. Взгляду всё чаще попадались почти полностью уничтоженные дома, а Пустота порой доползала до центра дороги, заставляя постоянно обходить её. Дорога портилась, а все звёзды пропали, оставив только непроглядный чёрный холст над головой. Непонятно, почему Уровень 67 всё ещё не утонул в темноте, раз ни один источник света не работает: ни фонари, ни вывески… Даже небесных светил здесь больше нет. Нет и никогда не будет.