R.E.S.: Run. Explore. Survive.꧂

Он шепчет тебе от начала до конца: открой же, открой же, открой же, открой же.       Головная боль в очередной раз ударила по черепу как по тарелке, от чего звон застыл в ушах, эхом повторяясь и повторяясь, словно в голове ничего нет. Сплошная пустота. Картинка перед глазами немного плыла, явно не желая поскорее выровняться. Поднявшись на локтях с холодной плитки, Агата помотала головой, пытаясь прогнать прочь цветных мушек, которые так и метались перед носом, вылезая откуда-то из-под век. Слух постепенно приходил в норму, но каково было удивление, когда не было слышно ничего, кроме своего собственного дыхания. Но стоило поднять голову вверх, как мысли сами построили первую догадку — потолка здесь не было. Вместо этого Агата отчётливо видела знакомую черноту. Она шла бескрайним покрывалом над головой, стекала по стенам, как смола, пожирая собой всё, что попадётся на пути. Зеленоглазая осмотрелась: на этот раз это очередные когда-то светлые и чистые коридоры, что завалены на данный момент горами каких-то обломков и разорванных проводов. Вот из-за стены на пару метров выскочила труба, а после скрылась где-то за поворотом. На Уровне 67 стоял полумрак: кажется, Пустота сожрала вместе с потолком и знакомые люминесцентные лампы, чьё жужжание стало уже чем-то знакомым и родным. Хотя может никаких светильников на потолке и в помине не было, ведь на стенах на одинаковом расстоянии шли точно такие же лампы. Некоторые из них мигали, светили через раз, а какие-то вообще не работали. На полу валялись целые горы проводов: казалось, что кто-то их вырвал или криво отрезал, а после собрал в кучи вместе с кусами стен и труб, а после раскидал по полу, состоящим из треснувшей плитки. В её отражении Агата отчётливо видела Пустоту и саму себя. Зелёные глаза смотрели с неким интересом и любопытством: рассматривали спутавшиеся и растрёпанные русые волосы, упавшие на грязную кожу. Пальцы рук были все в мелких царапинах и ранах, будто кто-то специально по несколько раз проводил ржавым лезвием ножа по одному и тому же месту. Одно точно никак не изменилось: уже давно зажившие шрамы на кистях, отдалённо напоминающие какие-то браслеты. Будто от цепей.       Но было в собственном отражении что-то не так… Хотя вроде всё то: и чёрный свитер с принтом звезды, и родная зелёная ветровка, и волосы, и кожа… Но что-то всё равно выделялось, сбивало с толку… И как только ближайшая лампа в очередной раз мигнула, Агата поняла, в чём дело. Теперь на неё смотрели вовсе не зелёные глаза, а ярко-алые. Здравствуй вновь. От этого противного и до слёз знакомого эха в голове становилось дурно. Уголёк ярости подкатился к почти погибшему костру ненависти, после чего жаркие языки пламени стали выше, вновь доставали до вен и артерий, доводя кровь до раскалённого состояния. От этого становилось ещё хуже. Ладони сжались в кулаки до такой степени, что ногти впились в кожу, а костяшки побелели. Последовал удар, после которого по плитке расползлась большая трещина. Она поделила поверхность ровно пополам, а после разбежалась в стороны, становясь всё меньше и меньше. Отражение дёрнулось, а после осознания того, что его раскрыли, слабо улыбнулось, глядя всё теми же ярко-красными зрачками. Трещина между реальностями не может навредить мне. Ты делаешь только хуже для себя. — Катись ты в Ад со своими нравоучениями! — Прошипела Блер, сцепив зубы и собираясь встать, но внезапно кисти сжала крепкая хватка знакомых когтистых рук, выскочивших прямо из пола. Создание трещины было ошибкой. Теперь Он может взаимодействовать с путницей. А это одно из самых последних, чего бы она хотела! Слова Божеств не бывают пустыми звуками. Запомни это. — Заткнись! Уходи прочь из моей головы! — Агата попыталась вырваться, но когтистые руки даже не думали разжиматься. Это словно какой-то захлопнувшийся капкан! — Чего ты пытаешься добиться?! Добиться от всего… Этого! Неужели тебе так тяжело выйти к нам навстречу?! Почему ты используешь монстров, местности, но никак не пытаешься сделать всё сам?! Мы буквально у тебя на ладони, жалкий трус, что тебе мешает сразиться лицом к лицу?! Я не могу дотронуться до вас. А попытки воссоздать персональную клетку для вас слишком энергозатратные и бесполезные… Вы двое переворачиваете все мои планы против меня самого. Агата отчётливо слышала, как Пустота течёт со стен быстрее и вот-вот доберётся до пола, но отводить взгляд ни в коем случае нельзя. Никто не знает, что будет, если на секунду потерять Его из виду. Никто не знает, что Он успеет сделать за это время. Считай, что моё наблюдение — подарок для вас.

В конце концов люди не зря говорят: перед смертью не надышишься.

— Ты говорил, что не пытаешься нас убить, а теперь заявляешь совсем обратное! Чего ты хочешь добиться, мучая меня своими видениями и ходя вокруг да около?! — Агата чувствовала, как до шеи дотронулось что-то очень холодное, словно кто-то решил привлечь внимание, слабо коснувшись тёплой кожи. Но это обман. На деле за спиной никого нет. До уха то и дело доносился какой-то неразборчивый шёпот: казалось, что кто-то говорит задом наперёд иди вообще берёт буквы из всех знакомых алфавитов и смешивает их, создавая какую-то беззвучную какофонию. Но это тоже очередной трюк, нацеленный на привлечение внимания и потерю бдительности. Ты умрёшь, как и твой друг. Но после я соберу вас обратно. Сделаю такими, какими вы должны быть. И никакой «тебя» больше не будет.

Родится нечто новое… Достойное жизни...

Извлечение или изменение воспоминаний никогда не переставало быть болезненным процессом. Увы. И твой дружок проверил это на своей шкуре. — У тебя не выйдет залезть ко мне в голову! — Наконец Агата вырвалась из цепкой хватки, чувствуя, как длинные когти больно прошлись по коже, а кровь тут же подступила к ранам, готовясь вот-вот побежать наперегонки. Странно, почему Он решил отпустить сейчас? Стоило только обернуться, как Блер успела пожалеть, что вообще тратила время на диалог с этой тварью: Пустота была уже у самых ног. Она быстро подползала, сжирая плитку за плиткой, всё ускоряясь вместе с сердцем, отбивающим нарастающий ритм. У потолка вновь появились ярко-алые нити и те проклятые игрушки. Времени на отступление уже не осталось. В целом, а куда бежать? Вариант один: только навстречу тьме. Живой тьме. Голодной тьме. Поверь мне, мне даже не стоит прилагать усилия для этого. Вы двое сами придёте ко мне, а потом уже НИКУДА от меня не денетесь.

Ваша история закончится здесь и сейчас, в моём мире и на моих глазах. Я знаю о вас достаточно.

Агата попятилась назад, пока на её плечо не легла та же когтистая рука, чьи пальцы всё ещё обмотаны теми же нитями. Зеленоглазая слышала, как Он почти беззвучно смеётся. Сердце пропустило удар, а затем понеслось в бешеном ритме. Руки задрожали, а к горлу подкатил ком. Казалось, что Пустота медленно поднимается по ногам, на века приклеивая к полу. Тело будто онемело, а кровь в венах и артериях постепенно превращалась в красный лёд. — Я был польщён, когда ты говорила о моих творениях в положительном ключе… — Прямо над ухом раздалось низкое рычание, перемешанное со странным клокотанием и бульканьем, будто бы… Будто бы Его рот тает, склеивается, и каждый раз приходится вновь и вновь рвать собственную кожу, дабы голос был услышанным… — И ты можешь стать одной из них. Ещё более необычной частью моей коллекции… И знаешь… Тебе тоже пойдут швы на шее, как и ему… Уже никаких стен не было, ровно, как и пола. Они будто растворились, как мираж, заменив себя сплошной и непроглядной чернотой. Осталась лишь парочка плиток, и то те уже исчезли на половину. Казалось, что нитей становится всё больше и больше, стоит только на мгновение закрыть глаза. Они переплетались между собой, уходили куда-то далеко вверх, а после исчезали в той же пучине тьмы. Неяркий свет от, на вид тонких верёвок, отражался на полу. Он в свою очередь словно гладь воды при луне, отражал и сущность, стоящую за спиной, и путницу, лишившуюся всех красок, кроме ярко-алой обводки, которая, казалось, выделяла всё, даже самые мелкие царапинки и шрамы. Агата видела десятки, если не сотни кукол, чьи мелкие ручки крепко обвили и держали алые верёвочки. И все они были в ужасном состоянии: у одних не хватало конечностей, а набивка чуть ли не вываливалась наружу, у других шёл огромный разрез вдоль тела, откуда тоже виднелся ярко-красный наполнитель. Но взгляд не сводился с одной единственной куклы, валяющейся на «полу», отражающим свет от нитей. Вместо одного глаза была обычная серая пуговица, а левая часть лица будто обгорела. И благодаря знакомым русым волосам, собранным в низкий хвостик, и смутно знакомой красной куртке Агата убедилась, о ком Он говорит. У куклы тоже были швы — на шее и руках. А если быть точнее, то ткань в этих местах разошлась, а нитки лежали рядом в маленькой кучке. — Игрушка, сумевшая разорвать собственные цепи и сбежавшая со сцены… Но надолго ли, Агата? Как думаешь, решится ли он вернуться сюда, при условии, что ты сможешь уйти? Агата глянула на свои руки: теперь вместо давно привычных шрамов от Глючных людей в полной темноте слабо сияли ярко-красные пунктиры, словно кто-то нанёс их на ткань, готовясь к первой обработке изделия. Вместо глаз скоро будут пуговицы, а рот будет зашит. Но для этого нужно остановить пульс. Потому что куклы живыми не бывают. Помнишь эти слова? Протяни руки твои к тьме, и она ответит тебе. Выбрось свой фонарик, когда войдёшь в мои владения. В Пустоте он вам больше не понадобится.

И я гарантирую вам… Ваша жизнь НИКОГДА не будет прежней, как только вы решите сделать шаг вперёд.

Добро пожаловать Домой, странники. В место, откуда вам не захочется уходить.

***

      Резкий удар и неприятная боль в районе щеки заставили моментально вынырнуть из сна, а глаза распахнуться. Агата взялась одной рукой за голову, тяжело дыша. Взор быстро забегал по окружению: здесь были те же белые стены с серой полосой у пола, кучи проводов, трещины, сломанная плитка и… Пустота. Пустота, всё так же находящаяся у потолка. Это всё… То же самое. Оу… Это был просто сон. Ох, слава Небесам, что так и есть. Просто очередной плохой, короткий сон… Наконец Блер обратила внимание на Кевалина, который всё это время молчал, крепко держа путницу за плечи. Кажется, он пытался её хорошо встряхнуть, но такой метод почему-то не помог. — С пробуждением. — Тихо поприветствовал юноша, выгнув бровь. — Ты точно хорошо спала на последнем привале? До тебя не достучишься. — Да-да, всё хорошо… — Зеленоглазая потёрла щёку, что всё ещё болела после пощёчины. Это было… Достаточно больно. — Итак… Мы на Уровне 67? — Верно. Постарайся быть как можно тише. — Встав, а после протянув руку помощи напарнице, юноша спросил. — Помнишь план действий? — Угу. Очередные рубильники… — Зеленоглазая слабо улыбнулась, отряхнувшись от пыли, пока в голову невольно проникали воспоминания с Уровня 40. — Верно. Работаем тихо, желательно не стой на месте и заранее ищи места, куда можно спрятаться. На некоторых этажах просто кучи монстров. — Можно один вопрос? Куда нас может занести, когда доберёмся до выхода? Всё-таки, как я помню, Модуль не работает… И что с твоим навигатором? — Агата указала на руку сероглазого. Как оказалось, его экран отключился и потемнел, совершенно ничего не отображая. — Забросить должно на любой уровень, начиная с Семидесятого и заканчивая Семьдесят третьим. Всё же хочется надеяться, что нас отправит на Уровень 73. Это самый безопасный и спокойный из всего этого короткого списка. Это тоже маленький уровень, состоящий из одного острова с огромной постройкой в виде замка в центре. Вокруг одни сплошные леса, густо населённые сущностями. Если нас и закинет туда, то как только мы очнёмся, нужно немедленно бежать в замок. Это единственное безопасное место на всём уровне. — Пояснил Кевалин. — А насчёт навигатора не беспокойся. Это влияние Уровня 67 на технику. Почти все приборы тут выходят из строя, если они не созданы здесь. Когда мы переместимся, всё вернётся в норму. А теперь пойдём. Мы теряем время. С этими словами сероглазый взял Агату за руку, а после, выглянув из комнаты и осмотревшись, повёл подругу по коридорам, погружённым в разруху и полумрак. Под ногами часто хрустели мелкие камни, давились кусочки проводов и какой-то другой мусор. На стенах, украшенных огромными трещинами, Агата иногда видела цветные стрелки, ведущие в разные стороны, а также редкие наборы цифр. Один из таких больно часто попадался на глаза: «14-1-2-12-31-5-6-14-9-6». Интересно, к чему тут это? Никакой дурак же не будет называть этажи именно так, верно? В любом случае не стоит забивать этим голову. Сейчас необходимо сосредоточиться не на деталях здешнего интерьера, а на том, что вообще происходит перед глазами. Путники шли молча, часто оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к окружению. Звуки шагов еле слышно ударялись о стены, а потом будто тонули в Пустоте, что всё ещё медленно сползала вниз, на плитку. Давно забытое ощущение паранойи вновь восстало из мёртвых, слабо обнимая со спины и шепча что-то на своём непонятном языке. Несмотря на тишину и спокойствие вокруг, Агате казалось, что за ней кто-то неотрывно наблюдает. Будто её провожают несколько сотен глаз. Казалось, что ярко-алые зрачки преследуют путников и наблюдают за ними отовсюду: сквозь трещины в стенах, сквозь Пустоту, неотрывно смотрят, прячась в тёмных углах, подальше от слабого света еле рабочих люминесцентных ламп… Это не на шутку пугало, особенно после очередного бредового сна.       Долго семенить по коридорам не пришлось: очень скоро на глаза попалась первая металлическая дверь, открытая нараспашку. Вокруг неё был наклеен уже знакомый жёлто-чёрный скотч, выделяющий сам проход на фоне серых стен. Блер не хотелось думать, кто и зачем додумался так «украсить» интерьер. Есть и есть… Это не так важно. Стоило зайти внутрь, как в нос ударил душный воздух, перемешанный с запахом старой бумаги. Как оказалось, в комнате не было освещения, потому пришлось достать из потрёпанного рюкзака Кевалина один единственный фонарик. И теперь луч света скользил по таким же серым стенам, усыпанным огромными трещинами, белой плитке, покрытой слоем пыли и куче столов, идущих в несколько рядов. На каждом из них стояла пара компьютеров-коробок с кучей проводов, спускающихся куда-то вниз. Здесь же находились и стулья с колёсиками. Слева от входа стоял одинокий шкаф, чьи двери кто-то нагло вырвал вместе с петлями и унёс, судя по следу из маленьких кусочков дерева, разбросанных на полу и уходящих в коридор. Справа же Агата заметила разорванные чёрно-жёлтые ленты и на удивление целое окно: чистая рама и целое стекло, открывающее вид на такую же бездонную темноту. Это ещё одна дорога в Пустоту или же… — Не подходи слишком близко. Это не просто окно, а сущность. — Предупредил Кевалин, медленно шагая по рядам. Как оказалось, на столах много чего осталось: в еле живых принтерах лежали стопки чистых бумаг, едва пожелтевших от времени, рядом с клавиатурами порой стояли разные фарфоровые стаканы, в мелких мусорках, спрятанных под столами, валялись скомканные листы и даже окурки. Когда-то тут работали люди! А раз так, то хочется надеяться, что они успели уйти, а не оказались… В Пустоте. Агата, обойдя Окно, присоединилась к Кевалину, внимательно рассматривая рабочие места. И как раз на одном из них взгляд зацепился за брошенную и на удивление целую зажигалку, а также маленькую фотографию, лежащую под клавиатурой. — Ха-ха, до этого были рации, а теперь зажигалки? — Зеленоглазая тихо хмыкнула, взяв в руки находки и развернувшись к приятелю. Тот с интересом глянул на предметы, а после забрал фотографию. На ней была изображена эта же комната, но в целом состоянии: не было трещин, Пустоты, просачивающейся сквозь щели и потолок, у Окна было такое же целое и чистое стекло, а также здесь запечатлены люди, занятые работой. Если присмотреться, то на некоторых сотрудниках, одетых в очень знакомую военную форму, можно разглядеть аббревиатуры на рукавах: Н.Т.О.З. и Б.И.Г. — Хм… Это достаточно старое фото. Я успел застать конец сотрудничества Первой и Второй группы, когда ещё был стажёром… — Юноша пару раз сложил снимок, а после сунул к себе в карман. — Прошло уже много времени с тех пор, как Б.И.Г. работает над исследованиями в одиночку. — В одиночку? А как же другие организации? Они уже не проявляли желания работать с вами? — Агата выгнула бровь. — Но это же глупо. В конце концов вы все застряли здесь, возможно, вам тут и доживать свои последние дни… Куда разумнее работать сообща, разве нет? — Между группами в последнее время очень натянутые отношения. Если газеты не лгут, то Второй руководитель, он же главная шишка Торговой Организации, по какой-то неизвестной причине практически остановил поставку провизии, оружия и строительных материалов. Причины таких действий тогда не раскрывались… Но мне кажется, что Первому и Третьему руководителю уже осточертело добиваться правды и выяснять, в чём дело. — К чему ты клонишь? — К тому, что эта история имеет два варианта событий: либо Второй руководитель всё же раскрыл мотивы своих решений и перестал ходить вокруг да около, либо же другие два приняли серьёзные меры. Понимаешь, ещё очень давно, до моего появления здесь, между главной тройкой организаций был подписан договор, который распределял основные обязанности каждого из участников: у Б.И.Г. это исследование и открытие безопасных путей на уровнях, у «Backrooms Robotics» создание или улучшение оружия и других немало важных предметов, например, те же Воздушные Модули. А задачей Н.Т.О.З. была добыча ресурсов на территориях, открытых Большой Исследовательской группой. И знаешь, этот контракт очень долгое время поддерживался, и никто из тройки никогда не нарушал его. А если и нарушали, то по какой-то серьёзной причине: например, я помню, один из капитанов, который ещё давно ушёл в отставку и теперь ведёт уроки у молодых стажёров, как-то рассказывал, что на базу «Backrooms Robotics» однажды навалилась целая волна монстров, сумевшая проломить главные ворота, служащие защитой базы. На тот момент оборона была не так хороша, как сейчас. Тем не менее другие две группы практически моментально среагировали и достаточно быстро зачистили территорию, тем самым выручив своих товарищей. Это говорит о том, что главная тройка организаций держалась плечом к плечу и зависела друг от друга. Сейчас же история повторяется, этот баланс вновь рушится… И знаешь, что-то мне подсказывает, что ничем хорошим это не закончится. — Думаешь… Н.Т.О.З. бросало все силы на укрепление своих дочерних баз, как База Вольт? — Агата бросила зажигалку в карман куртки, а после скрестила руки на груди. — Возможно. К сожалению, я не знаю, закончился ли весь этот цирк или продолжается по сей день. Но надеюсь, что мои мысли не оправдаются и всё спокойно вернётся на круги своя. — Юноша слабо покачал головой, отведя взгляд. Наступило короткое молчание, нарушаемое лишь дыханием путников и слабым жужжанием люминесцентных ламп из коридора. Да уж… Где люди — там и проблемы… Только Агата открыла рот, желая спросить ещё о чём-то, как Кевалин резко переменился в лице и, схватив напарницу за плечо, юркнул под стол, утянув за собой. Блер сразу же заметила настороженность приятеля, который приложил палец к губам, взывая к тишине. Молча кивнув, зеленоглазая чуть ли не вжалась в стол, прислушавшись. Сначала показалось, что кроме треска оголённых проводов и жужжания еле рабочих люминесцентных ламп ничего и не было, но сразу же до уха донёсся постепенно приближающийся топот. Казалось, по коридорам тащится кто-то очень большой и уставший до такой степени, что ноги еле-еле волочатся по земле. Неужели кто-то смог услышать путников? Но как?! Наконец в помещение кто-то вошёл, о чём сообщили отчётливые шаги и подозрительное шипение, словно кто-то рядом включил радио. Это заставило насторожиться ещё сильнее. Незваный гость ещё какое-то время постоял в проходе, а после медленными шагами побрёл между рядами. Агата слышала, как на пол что-то капает, стучит о нечто металлическое… Но в один миг всё утихло, а наступившую тишину, едва разбавляемую дыханием путников, разорвал чей-то голос: — Э-эй? Здес-сь ест-т-ть… Кто-нибуд-дь? — Почему-то мозгу казалось, что приглушённый мужской голос неизвестного часто менялся: то внезапно звенел, то вновь утихал, становясь безэмоциональным. Агата подметила, что каждый такой скачок в тембре сопровождался еле уловимым шипением, словно кто-то переключает каналы и взору на долю мгновения показывается белый шум или цветные полосы. Это не похоже на человека. Совсем не похоже. — Эй-й… Здесь есть нечто особенное д-для вас… Даже ес-с-сли нет з-золотых… Голова вс-с-сегда в почёт-те… — Продолжал некто говорить. О чём он вообще? Внезапно раздался грохот через пару рядов: кажется, упал один из компьютеров, а осколки от монитора рассыпались по гладкой кафельной плитке. Послышался приглушённый смех, перебиваемый помехами. Агата кинула косой взгляд на Кевалина, слабо выгнув бровь. Тот отрицательно мотнул головой, прося не высовываться лишний раз. Вновь послышался грохот и треск — пострадал ещё один компьютер, но уже на другом ряду, совсем недалеко от путников. Нужно что-то делать. — Когда-то и я был так-к-ким… Т-тобой… — Продолжило нечто, не спеша обходя каждый ряд, будто выжидая, когда жертвы сами выпрыгнут из укрытия и сразу же попадутся в капкан. Агата нервно осматривалась по сторонам: до выхода из комнаты совсем ничего, но сейчас очень опасно издавать какие-либо звуки… Точно, звуки! — Верне-ее… Мог с-с-стат-ть… Если бы не вы… — Последнее слово сущность чуть ли не прорычала, в очередной раз опрокинув со стола технику. Казалось, что голосов стало много, и все они повторяли друг за другом одни и те же слова, создавая тем самым нескончаемый гул. Агата продолжала рыться в карманах куртки, ища что-нибудь, что можно кинуть. Наконец под руку попалось что-то круглое — синяя крышка из-под пустой бутылки Миндальной воды. Зеленоглазая глянула на друга. Тот, сразу поняв идею подруги, достал из карманов своей куртки пару мелких монет и кусок фотографии, найденный чуть ранее на одном из столов. Юноша указал на дыру квадратной формы, окружённую жёлто-чёрной лентой. Точно, Окно!       Первый звон монеты сумел привлечь существо. До уха дошли какие-то нечленораздельные звуки, практически полностью перебиваемые белым шумом, после чего нечто затопало прямиком туда, куда упала монета. Агата слышала, как перед тем, как метнуться к находке, сущность недолго постояла на месте, будто высматривая, кто мог кинуть мелочь. Следом последовала вторая монета, брошенная в другой угол комнаты, в то время как путники тихо, практически неслышно крались поближе к Окну, не смея лишний раз вздохнуть, стоит помехам замолкнуть. Дз-зинь. Дз-зинь. Дз-з-зинь. Мы снова здесь, не так ли? Взгляду уже попался кусок Окна: Агата отчётливо видела чистую и целую раму, стекло, скрывающее за собой серое полотно, а также слабое отражение неизвестного преследователя: огромная коробка с проводами и какими-то трубками, идущими к плечам и груди, конечности с маленькими, заточенными когтями… Так вот как выглядят Телеведущие. Прямо как на том снимке. Такой же немного сгорбившийся силуэт, который будто вот-вот упадёт из-за огромного телевизора вместо головы. …Но голова вс-с-сегда в почёт-те… Теперь о пол стукнулась синяя крышка. Она немного прокатилась на своей грани, а после окончательно остановилась, плюхнувшись рядом с Окном. Послышался очередной писк и шипение, после которого сущность вновь задвигалась, заскрипела, продолжая переключать неизвестные каналы на своём экране. Агата едва приподнялась, взявшись за край стола, внимательно следя за действиями Телеведущего. Теперь взору предстало очень худое тело с непропорционально широкими плечами и огромными ладонями, тяжёлыми ногами, чьи стопы будто расплавились и превратились в какую-то кашу, которая по неведомой причине всё ещё не оторвалась. Взор Блер замечал всё больше рваных ран, из которых текла подозрительная тёмно-багровая жидкость, больше напоминающая кисель, чем кровь, а так же какие-то трубы и провода. Такое чувство, будто Телеведущие не живые монстры, а какие-то роботы… Ну или гуманоиды, которым заменили несколько костей или органов металлом. И судя по всему, это приносит явный дискомфорт. Агата отчётливо видела куски чёрной «плоти», свисающие рядом с ранами. Такое чувство, будто сущность пыталась избавиться от инородных тел, вырвать их полностью…       Пару мгновений стояла тишина, нарушаемая лишь еле слышным дыханием путников и белым шумом Телеведущего. Но очень скоро это томное молчание прервал резкий треск стекла, разлетевшегося в стороны, а после раздался визг, больше напоминающий быструю смену фильмов, где все главные лица кричат в агонии. Взору зелёных глаз предстали чёрные щупальца, которые вырвались прямо из Окна. С каждым мгновением они всё сильнее обвивали конечности Телеведущего, сжимая так, что до уха доносился скрежет металлических частей внутри гуманоидной твари. Последняя пыталась вырваться, пятилась назад, но всё время поскальзывалась на кафеле. — Пора давать дёру! — Кевалин тоже поднялся и, схватив Агату за руку, понёсся к выходу. Стоило Телеведущему заметить беглецов, как он взвыл, явно раздасованный тем, что кто-то смог обмануть его. Блер краем глаза заметила, как монстр попытался протянуть руку и схватить хоть кого-то, но Окно продолжало тащить монстра на себя, прямо к себе в пасть, во мглу, где нет ничего, кроме Пустоты.       Путники бежали по коридорам, порой перепрыгивая через разбросанные на полу груды камней. Холодный воздух больно бил по раскалённому горлу, сердце активно стучало, гоняя вместе с тёплой кровью адреналин, а ноги в свою очередь только ускоряли свой темп. До уха эхом доносились отдаляющиеся вопли монстра, а порой, стоило Блер на секунду обернуться, глаз замечал вдалеке размытые силуэты, несущиеся прямо в один из кабинетов, откуда только что сбежали несостоявшиеся жертвы. Серые стены превратились в одно грязное полотно, разбавляемое жёлтыми, зелёными и красными цветами — это указатели. Ещё немного пробежав и завернув за угол, путники сбавили темп: впереди была винтажная лестница. У потолка качалась одинокая лампочка, с перебоями освещающая неподходящие для здания разноцветные ступеньки, которых порой не хватало. Вместо них остались только мелкие кусочки металла по краям: будто кто-то нарочно вырвал отсюда парочку частей лестницы. Кевалин отпустил руку Блер, а после, взяв небольшой разбег, прыгнул на одну из ступеней, преодолев небольшую пропасть. — Давай скорее! Они не пройдут сюда! — Убедил юноша. Агата в последний раз обернулась на коридор. Сердце ещё сильнее ускорило ритм, а руки сжались в кулаки. Зеленоглазая тоже прыгнула, так же удачно приземлившись. Лестница еле слышно скрипнула, но ничего страшного не произошло. — Итак, какой план? И как ты его услышал? — Блер последовала за приятелем, порой переступая или перепрыгивая через небольшие дыры — максимумом было три или четыре ступеньки. — Я услышал в конце коридора рык и открытие двери. Это и насторожило. — Дал ответ юноша. — А цель у нас теперь такая: включить электричество как можно быстрее и сбежать через выход. Я думаю, от здания осталось лишь четыре этажа: первый, который на данный момент закрыт за металлической дверью, и три этажа с офисами. Один мы успешно прошли. — Хорошо. И где мы найдём то, что нужно? Эти рычаги или щитки могут быть где угодно! И даже не факт, что они целы и не поглощены Пустотой! — На каждом этаже есть план здания. По ним и будем ориентироваться, раз вся другая техника, не созданная здесь, вышла из строя. Если хочешь и уверена, можем разделиться. Быстрее управимся и быстрее сбежим. — Ну, можно попробовать… Давай дойдём до другого этажа, глянем на карту и там уже решим. — Предложила Агата, слабо пожав плечами. Ей не особо хотелось оставаться одной, особенно сейчас, когда путники практически не имеют должного количества информации. Уровень 67 действительно опасен: помимо монстров Пустота практически здесь, за стеной, стоит только найти какую-либо дыру или расщелину, как взору откроется вид на кромешную темноту. Ошибочно считать, что человек боится темноты. Он боится того, что там может быть. Того, что с ним могут сделать. Но если благодаря разделению получится быстрее сбежать куда-нибудь в более безопасное место, то… Почему бы не рискнуть? Мы глубоко ошибаемся, говоря, что кошмары — всего лишь наша собственная иллюзия. Ступень за ступенью, шаг за шагом, и вот, наконец путники оказались на этаже ниже. Он был очень похож на тот, что был выше: те же серые стены, редкие таблички-указатели, светлая плитка, отражающая холодный свет от люминесцентной лампы… Но теперь у потолка было намного больше проводов: они целыми толстыми волнами выныривали из ниоткуда, а потом вновь скрывались за стенами или полом, разбегаясь в разные стороны. Рядом с проходом на новый уровень, представляющим собой стеклянные двери с длинной металлической ручкой, была ещё одна надпись: «11-15-13-13-20-14-9-11-1-23-9-32». Такое ощущение, будто это всего лишь чья-то глупая шутка. Разве кто-то будет называть этажи такими длинными названиями? Да это же просто набор цифр! Вывел из мыслей Кевалин, едва похлопавший Агату по плечу, а после указавший на план здания, рядом с которым расположился и план уровня. Оба поспешили подойти к картам: на этом этаже уже больше разных помещений, но теперь они намного меньше. Лишь парочка комнат, судя по плану, имела примерно такую же площадь, что и тот информационный центр на этаже выше. Подписи говорили, что здесь находилась переговорная, какие-то склады и куча мелких комнаток — камер, как говорил текст рядом. Агата всё ещё задавалась вопросом: кого тут держали? Сначала море компьютеров, теперь переговорные и камеры… А что тогда может находиться ещё ниже? Блер перевела взгляд на карту всего здания: следующий уровень был практически пуст: он состоял лишь из парочки коридоров, которые вели к мелким помещениям. На этот раз здесь находилось лишь две более-менее просторных комнаты, выделяющиеся на фоне других: та, что находилась в северном крыле, и та, что расположилась чуть-чуть подальше от первой. Последняя значительно превосходила в размерах другую. Что там может быть? Какая-то очередная переговорная или центр наблюдения? Но опять же: за кем или чем? — Что возьмёшь? — Как можно тише спросил Кевалин, оглядевшись: пока в коридоре кроме путников никого. — Думаю, возьму этаж ниже. Там я точно не потеряюсь. — Агата хмыкнула, едва вскинув брови. — Как скажешь. — Юноша кивнул, а после спустя короткую паузу продолжил, слабо потрепав русую макушку подруги. — Будь осторожна. — Угу. И ты тоже не переусердствуй. — Зеленоглазая улыбнулась. — И никакой дурости. — Оба путника случайно повторили друг за другом в унисон, а спустя долю молчания переглянулись. Взор серого глаза всматривался во взгляд зелёных, а те в ответ застыли на лице собеседника. Почему-то в очередной раз стало неловко, а щёки постепенно наливались краской от такого зрительного контакта. — Эм… Ладно! Я пойду?.. — Первая сдалась Агата, глупо улыбнувшись, а после широкими шагами отправившись к лестнице. — А?.. Да-да, конечно… Иди. — Махнул рукой на последок Кевалин, после кашлянув в кулак. И пока он смотрел вслед, провожая взглядом напарницу, задавался вопросом: а что это сейчас было? Но мысль тут же испарилась, а разум, одёрнув мозг, вернулся к первоначальной цели: необходимо дать питание для первого этажа. — «Что ж, будет вам свет и выход…» — Юноша в последний раз внимательно осмотрел карту, стараясь запомнить, куда стоит пойти. Всего лишь пройти мимо пары десятков кабинетов. И конечно, желательно не нарваться прямиком на сущностей. Изначально Пейдж думал, что здесь будет куда бóльшее разнообразие, но пока на глаза попадались лишь Окна да Телеведущие. Может, какие-то монстры исчезли в Пустоте или попались в лапы тех же Окон? Всё возможно.       Уровень 67 в целом выглядит совсем не так, как предполагал юноша. Он никак не ожидал оказаться в части какого-то комплекса! Кажется здесь проводились какие-то особенные встречи, возможно даже исследования. Кевалин помнил, что этот уровень выделялся своими странными аномалиями. Когда-то шли слухи, что здесь пытаются создать из монстров что-то разумное, достающее до уровня человека… Ха-ха, сверхсуществ? Очень смешно! Честно говоря, проще создать такой искусственный интеллект, чем ловить какую-то тварь и обучать её, рискуя не только своей жизнью, но и другими исследователями.       Когда-то даже говорилось, что здесь в любых местах уровень рушился. Причём не просто рушился — в воздухе будто появлялась трещина, которая словно разрывала реальность и уводила в… Поломанное. Вот почему Уровень 67 брали на особое рассмотрение. Это место могло совсем неожиданно отправить человека в, пожалуй, одно из самых нестабильных мест во всём Закулисье! Причём это могло происходить с кем угодно и когда угодно. Интересно, на этой базе есть какие-то документы, связанные с этим? Вряд ли. С учёными, которые исследовали Уровень 67, даже не было нормальной возможности связаться, а во всём вновь виноваты аномалии и эффекты этого места. Как минимум сюда могли приходить разведчики, но вот главный центр, где могла храниться информация, например, итоги тех или иных экспедиций, явно должен быть в более спокойной локации. А раз здесь всё-таки что-то есть, то это вряд ли связано с такой важной темой, как Поломанное. Возможно исследования касались исключительно монстров: в конце концов тут обитали поистине редкие виды сущностей, в ряды которых входят Телеведущие и Глючные монстры. Два типа тварей, которые наверняка пришли с Уровня 12, такого же странного места, откуда практически невозможно выбраться.       В очередной раз завернув за угол, юноша наткнулся на огромную трещину в левой стене: она доползла до потолка и разбежалась по полу, а вид открывался прямиком на Пустоту. Чёрную, непроглядную, за которой ничего нет. Порой так и хочется схватиться за край кирпича и выглянуть, посмотреть прямиком в пучину темноты. И пока по плечам пробегает холодок, в голове отчаянно догорает мысль: не может быть огромного ничего! Что-то там да должно быть! Кто знает, кто знает… Но одно Кевалин знает точно: стоит только приглядеться и позвать, как во мраке могут вспыхнуть два алых зрачка, а до уха донесётся знакомое эхо: Ночной кошмар — всего лишь сон наизнанку. — И там твои силы безграничны… — Тихо сорвалось с уст, пока Кевалин на мгновение остановился у дыры в стене. — Но что насчёт реальности? Пустота ответила своим гробовым молчанием. Впрочем, юноша и не ждал ответа. Забавно то, что даже кровь существ не такая тёмная, как Пустота. Кевалин отчётливо видит, что разрушающая сила будто создана из самого чёрного угля, краски, чего угодно! Даже субстанция, из которой состоят Утопленники, и рядом не стоит с голодной темнотой. Именно в Пустоте были созданы все эти монстры, но никто из них не может сравниться с тем, что их порождает. Скажи мне: уверен ли ты в том, что действительно хочешь уйти?

Более чем.

      Кевалин пошёл дальше, всё время прислушиваясь и осматриваясь, перед тем как вновь завернуть. Лишь иногда до уха доносилось подозрительное шипение и клокотание, характерное для Телеведущих, но оно находилось где-то за стенами, в помещениях, коих тут было достаточно много. Этот этаж был более чистым и целым, несмотря на кучи свисающих проводов. Почти каждая дверь, попадающаяся на глаза, имела ровную табличку с номером кабинета, а если такой не оказывалось, то чёрные цифры, нанесённые маркером, служили верной заменой. На стенах порой встречались пустые стенгазеты, какие-то схемы, короткие объявления и нарисованные указатели в виде цветных стрелок с подписями. Некоторые двери были открыты, поэтому стоило быть крайне внимательным. Откуда угодно могут выскочить монстры и им ничего не стоит схватить путника и затащить куда-то во тьму. Изредка на глаза попадались окна. Многие из них были мертвы: то части стены нет, то Пустота успела сожрать половину сущности… На самом деле жуткое зрелище. Почти то же самое, как смотреть на разорванный труп человека. Но глядя на Окно, не так противно. Монстр умер в своей же маскировке, притворяясь ничем не подозрительным предметом окружения и частью здания. Но засохшие чернильно-чёрные лужи, так похожие на Пустоту, в очередной раз подтверждают, что это именно живое существо. Можно ли это считать убийством, или всё же несчастным случаем? Впрочем, долго бродить не пришлось: если Кевалину не изменяет память, то он добрался именно туда, куда нужно — щитовая. Ха, всё прошло даже без встречи с сущностями!       Щитовая скрывалась за немного помятой и слабо прикрытой металлической дверью. Внутри были те же огромные кучи проводов, свисающих с потолка как какие-то лианы. Одни были целые, а другие будто погрызены и разорваны. По углам и стенам размещено море щитков, рядом с которыми часто и коротко мигали красные лампочки, сообщая о некой неисправности. Помещение было практически полностью погружено в темноту, если бы не холодный свет из коридора. Стоило Кевалину переступить порог, как под ногой что-то хрустнуло: как оказалось, это стекло от разбитой вдребезги лампочки. Немного повозившись, капитан вынул из рюкзака фонарик, а после включил его. Долго искать нужный рычаг не пришлось: хвала Небесам, к каждому рубильнику и кнопке были подписи, пусть и написанные кривым, скачущим почерком. Кажется, кто-то писал это впопыхах, либо просто так, лишь бы никто не докапывался. Тем не менее юноша без проблем справился с поставленной задачей, подняв один из рычагов, находящихся в углу комнаты. Лапочка рядом с ним загорелась зелёным. Отлично.       Но стоило Кевалину развернуться, как взор зацепился за связку из пары ключей, которая почему-то торчала в замке одного из щитков, открытых нараспашку. Где-то в глубине души зародилось любопытство. Подойдя к находке и вытащив её из замочной скважины, Кевалин направил свет фонарика на пару ключей. Маленькие бумажки с немного потёкшим текстом, написанным перманентным маркером, гласили: «щиток», «кабинет №94/инженерная». Сероглазый глянул на сам щиток: он был очень помятым, а все автоматы либо отсутствовали, либо были сломаны. Оголённые провода, которые, кажется, будто кто-то перегрыз, торчали во все стороны. Да уж, кто-то действительно хорошо постарался… Хм, кажется, кабинет 94 тут совсем недалеко, всего за парочкой поворотов. Если подумать, Кевалину не стоит тут оставаться, необходимо спуститься на уровень ниже, забрать Агату и давать дёру… Но здесь могут храниться какие-либо инструменты. В конце концов нужно разобраться, что случилось с Воздушным Модулем и избавиться от дефекта, из-за которого он вышел из строя. Пусть до девяностых уровней осталось совсем немного, но телепорт может пригодиться. Последние десятки одни из самых опасных. Это касается и психологического давления, и физического. Всё-таки монстров всё ещё много…       Кивнув самому себе, Кевалин быстрым шагом направился на выход. Нельзя тратить время попусту. Зная Агату и её способность влипать в неприятности… Не стоит оставлять эту непоседу надолго, особенно в таком месте. Бежать быстрее паровоза Блер точно умеет, но такой навык не всегда приводит к безопасной тропе, потому сероглазый вынужден всё время останавливать напарницу, когда энтузиазм вскруживает ей голову. Впрочем, это уже не раздражает, как это было раньше. Кевалин привык к компании энергичного компаньона. И даже хочется проводить с Агатой больше времени: слушать очередную историю из повседневной жизни в реальности; наблюдать за тем, как на привалах зеленоглазая не перестаёт рисовать, иногда поглядывая на приятеля, явно намереваясь создать какой-то набросок, думая, что русоволосый действительно спит, а не притворяется; видеть знакомую тёплую улыбку, вновь промелькнувшие звёзды в глазах, слышать этот радушный смех...       Кевалин мотнул головой, отогнав назойливые мысли и появившееся из неоткуда смущение. Что только в голову в последнее время не лезет… Нужно заниматься делом, а не мечтать! Нашёл о чём думать!       Юноша юркнул за поворот, пока взор быстро перемещался по табличкам на дверях, а слух улавливал недалёкое бульканье монстра, бродящего по коридорам. Кевалин шёл по верному пути: мимо проскочили последние сотые кабинеты, а после им на смену пришли девяностые. Стараясь ступать как можно тише, сероглазый наконец добрался до нужного кабинета — точно такая же металлическая дверь без какой-либо подписи, не считая номера. Ещё раз оглядевшись по сторонам, путник аккуратно вставил ключи в замочную скважину, а после быстро провернул пару раз — несколько щелчков замка оповестили, что дверь открыта. Юноша тут же скрылся в кабинете и прикрыл за собой дверь, не желая оставаться на виду. Убрав ключи в карман куртки и включив фонарик, Кевалин сразу же наткнулся на гору коробок, стоящих недалеко от входа в помещение. Отлично, здесь можно будет спрятаться и потом убежать, если кто-то внезапно войдёт сюда. Луч света плавно перемещался по стенам, покрытыми ровным слоем оранжевой краски, что успела немного потрескаться по углам; полу, устеленным линолеумом с рисунком досок; парочке столов со станками, стоящими у правой стены; чистой пробковой доске, на которой всё-таки что-то крепили, судя по маленьким дырам и оставленными кнопками… Рядом с ней было один единственный маленький столик, заваленный какими-то чертежами и толстыми папками с документами, и покосившийся стул, едва стоящий на поломанных ножках. Там же валялся оставленный кем-то полиэтиленовый пакет, в котором, кажется, лежали отвёртки, гайки и какие-то пинцеты. Кевалин подошёл, и не выпуская из руки фонарик, стал пробегаться по строкам бумаг, недалеко отложив другую находку. Смотреть чертежи было бесполезно: большинство из них по какой-то причине были либо недоделаны, либо испорчены водой, о чём говорили характерные разводы, либо просто представляли собой какие-то фигуры и большие столбцы со сносками к каким-то другим файлам. Последние и привлекли внимание сероглазого, а именно один файл: «дело №256. Дом, милый Дом.» Долго заинтересованные документы искать не пришлось: они хранились в достаточно толстой жёлтой папке с таким же названием. «…Над центром Уровня 67 появился странный объект — повешенный на петле человек. Он появился примерно в полдень, по словам удивлённых жителей, будто из ниоткуда. После детального осмотра объекта был создан первый отчёт: Описание: тёмная фигура, напоминающая взрослого человека. Особых признаков в виде цвета волос, глаз не было замечено. Личность так же не установлена. Шею объекта сжимает верёвка, по цвету напоминающая красный цвет. В вечернее и ночное время суток можно заметить её слабый свет. Планируется выяснить, из какого материала создан канат, где находится его начало и откуда он свисает. P.S. В последствии полученные данные о длине верёвки руководство сочло недостоверными. Вырезка из газеты: «по указу администрации Базы, район площади под объектом был оцеплен. Начинается исследование цели. Жители, чьи окна выходят на объект, могут спокойно наблюдать за ним.» Как оказалось, повешенный постепенно опускается вниз. Не известно, с чем это связано, но объект в ближайшее время точно опустится вниз, и возможно, что-то случится. Прибытие висельника должно случиться примерно через 3 месяца. Продолжаем наблюдение.» Почему-то сущность, описываемая на первых листах, кого-то напоминала. Тем не менее Кевалин чётко решил: не стоит терять время. Поэтому папка с документами и пакет с инструментами тут же отправились в рюкзак. Ещё будет время почитать. Но сначала стоит вернуть к жизни Модуль… Что ж, вряд ли Кевалину понадобится много предметов для этого. Всего-то стоит проверить, целы ли все провода, платы и нет ли инородных тел… Хотя откуда им взяться? Ладно, чёрт с этим. Пора отправляться вниз…

***

      Спускаясь по цветной лестнице и перепрыгивая через дыры, Агата себя слабо ударила по щеке. Что это были за гляделки? Да, бывает, порой путники часто говорят в унисон, но почему именно сейчас Блер хочется в очередной раз натянуть горло свитера чуть ли не до носа? Боже, это выглядело очень глупо! С какого момента зеленоглазая вообще стала смущаться с ничего?! — Ладно, проехали… — На этом мысленные восклицания в голове обрываются. Пора заняться делом, а то такими темпами можно случайно провалиться! Интересно, почему путники не видели дна лестницы? Если подумать, то Агата не так высоко: это всего лишь второй этаж, следовательно, взгляд же должен видеть дно? Не может здание идти бесконечно? Хотя кто знает?.. Вдруг ниже есть минусовые уровни? А что если там просто ничего? Пустота? У кошмаров есть глаза. Они видят нас сквозь темноту, а мы их — нет.       За спиной остались последние ступеньки, а взгляду предстали две вырванные двери, валяющиеся на пыльной и треснувшей плитке. На грязной тёмно-серой стене жёлтой краской виднелся номер этажа: «1-19-1-11-1». Пожалуй, это самый маленький набор цифр на всех этажах Уровня 67. Интересно, они что-то значат? Рядом с проходом висел очередной план местности: здесь практически не было комнат: всего несколько пар. Также тут были и те два огромных помещения. Надписи рядом гласили: «технический цех» и «зона исследований». Стоит держать путь явно к первому. Вряд ли там просто парочка щитков и немного проводов… Агата сделала несколько неуверенных шагов, а после остановилась, вслушиваясь к окружению. Где-то недалеко трещал какой-то оголённый провод, капала вода, а непонятно откуда появившийся ветер еле слышно взвыл, уносясь далеко во мрак и заставив короткую волну мурашек пробежаться по плечам. На этаже практически не было электричества, не считая тонкой ярко-зелёной линии, идущей у самого пола. Она часто обрывалась, будто у кого-то заканчивалась краска на кисти, потому приходилось всё время отвлекаться от работы. Это что, люминофорная краска? Неужели кому-то действительно пришло в голову обозначить ею стены, когда свет выключался? Хотя кто знает, быть может тут часто замыкало проводку… Тем не менее наличие этой краски — плюс для Агаты. Она достаточно давно путешествует без фонарика. Он был потерян в том затопленном комплексе на Уровне 2, пока путница пыталась удрать от Утопленника. Ох, эти чёртовы воспоминания… — «Ладно тебе… Просто будь внимательнее и всё будет хорошо. Ты обещала, что не подведёшь!» — Проносится ободряющая мысль в голове, после которой Агата кивнула сама себе. Стоит просто быть тише и быстрее… Но перед тем как вступить в темноту, зеленоглазая вспомнила о зажигалке, найденной на четвёртом этаже. Как хорошо, что путница решила её забрать! Маленький огонёк тут же зажёгся в руке, а на душе появилось слабое облегчение. Теперь темнота не так страшна с наличием своего личного света.       Стены этих коридоров выглядели ещё плачевнее: здесь было больше трещин, чем где-либо ещё. Приходилось всё время обходить рухнувшие на пол люминесцентные лампы. С потолка свисали кучи оборванных проводов, а на глаза порой попадались очень глубокие следы когтей на треснувшей плитке. До уха доносилось достаточно громкое журчание воды, бегущей по трубам. Они были везде: под ногами, шли по стенам, забирались выше… Вот откуда капающие звуки… Мелкое стекло и камни хрустели под ногами, словно множество мелких косточек. Такое чувство, что здесь кого-то насильно держали, и в один момент этот кто-то вырвался на свободу, разворошив и перевернув тут всё вверх дном. Почему-то в памяти всплывает разрушенная База L. Там было что-то похожее… Бр-р, как хорошо, что сейчас всё более-менее под контролем… И Кевалин в порядке…       Почему-то на ум приходит одно воспоминание. Тогда путники всё ещё ехали в поезде. Из окон продолжал лить подозрительный ярко-красный свет, а вагон продолжал бороздить непонятное пространство, уносясь куда-то далеко-далеко, подальше от станции Метро. — Слушай… — Агата покрутила простым карандашом в руках и отложила скетчбук на соседнее кресло, на мгновение замолчав, тем самым обратив на себя внимание Кевалина, который в свою очередь пытался задремать. Вид у приятеля был действительно уставшим. Было даже как-то неловко отвлекать сероглазого… Тем не менее он оторвался от спинки сиденья и глянул на Блер. — Что-то не так? — Помнишь, на Уровне 11, до того, как началось всё то, что было, тебе дали выбор? Либо они заберут тебя, либо поймают меня. Почему ты выбрал первый вариант? В конце концов я могла просто уйти вглубь города и скрыться. — Всё просто: давай начнём с того, что при таком раскладе меня вряд ли бы так просто отпустили на волю. Всё равно бы заперли или убили, так что ход событий вряд ли изменился. На моё место просто могли поставить тебя, а что было бы дальше — уже другой вопрос. А закончим тем, что я держу ответственность за тебя, и если что-то случится, то моими первыми действиями будет твоя защита. Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то стряслось, в конце концов я твой сопровождающий. Для меня главный приоритет — твоя безопасность, а потом уже собственное самочувствие и так далее. Всё-таки, кто будет следить за тобой, непоседой, если не я? — Сероглазый хмыкнул, в очередной раз потрепав русую макушку Блер. — Смейся, смейся! Только потом вспомни, кто тебе ранения бинтовал, ты, рыцарь без шпаги! — Агата скрестила руки на груди и выгнула бровь, улыбнувшись в ответ. — Но всё же… Спасибо, что всё ещё идёшь со мной. Не думаю, что смогла бы найти такого друга и товарища в реальности. Просто… Спасибо. Спасибо за всё, на что ты пошёл ради меня. — Пф… Сколько раз ты уже это говорила? — Юноша прикрыл глаза, улыбка всё ещё не сползла с его лица. — Я просто хочу, чтобы ты понял, на сколько для меня это важно! — Хах… В таком случае спасибо, что ты не боишься меня. Не боишься меня… Спасибо за то, что не отвернулась от меня — вот что он имел в виду. На сколько хорошо мы знаем самих себя? Как сильно уверены, что наши мысли принадлежат нам, а кошмары не могут перейти границу дозволенного? Быть может в нашей голове вовсе и нет никакого баланса? Что если это просто пустой звук, очередная попытка самообмана? В таком случае получается, что мы трусим встретиться с тем, что мы сами и создали? Ведь кошмары — творения наших рук, нашего разума. Но возможно ли тогда убежать от них? Они слышат и наблюдают за каждым из нас всё время. Нависают высокой тенью над постелью, когда на небо выбежала луна, кроются на фотографиях и в отражениях, а порой даже прячутся у нас за спиной. Вряд ли. Невозможно убежать от части себя. Иначе эта война никогда не будет выиграна и окончена. Это то же самое, что и играть в догонялки от собственной тени. Они всегда будут нас находить, где бы мы не были. И чем быстрее мы поднимем голову и взглянем на карты, разложенные перед нами на столе, тем проще будет усмирить то, что прячется везде. У кошмаров есть глаза. Кому, как не им, знать наши страхи? Ведь плохие сны и есть ожившие фобии. Но что если доверить своё оружие кому-то другому, если сражаться уже совсем невмоготу? Кевалин шёл на многое, что в прошлом, рискуя жизнью, что сейчас. Порой Агате казалось, что сероглазому вообще плевать, что с ним может случиться и какую тяжесть последствий он вынужден принять на себя. Всё это время он дрался в одиночку, зная, что сил на борьбу со своими воспоминаниями и не закопанной виной почти не осталось. Пейдж, как и Агата, тоже украдкой мечтал о том, что когда-нибудь кто-то найдёт его среди этого бардака. И эта мысль стала явью. Только кто действительно первым нашёл другого? Впрочем, это не важно. Главное, что путники рядом друг с другом. У них есть шанс на побег из этого Ада.

КОГДА СВЕТА НЕТ, И МЫ НЕ ЗНАЕМ, КУДА ИДТИ…

МЫ СМОТРИМ НА ТЕХ, КТО НАМ ДОРОГ.

ПОТОМУ ЧТО ОНИ И ЕСТЬ СВЕТ.

      Воспоминания заставляли улыбку натянуться на лицо, пока еле слышное эхо от шагов продолжало биться о стены и пропадать где-то за поворотом. Агата несколько раз видела что-то, напоминающее телевизоры. И эта мысль подтвердилась, стоило путнице подойти поближе и вытянуть руку с зажигалкой вперёд. Чаще всего зомбоящики были будто разрублены пополам: осколки от экранов валялись на пыльной, запачканной тёмно-багровой кровью плитке, а материнские платы и провода разорваны на мелкие кусочки. С каждым разом таких находок было всё больше и больше… Неужели монстры пытались друг друга убить? Но зачем? А если и нет, то… Тогда чьих это рук дело?       Наконец коридор закончился. В полумраке Агата смогла рассмотреть проход, а рядом на полу валялись вырванные с петлями двери. Их внутренняя часть была исцарапана, словно кто-то скрёбся, пытался выйти, о чём говорило отсутствие ручек… Да что, чёрт возьми, тут происходило?! Путница, коротко вздохнув и сжав кулаки в руки, обошла двери, а после зашла внутрь. Потолок здесь был чуть выше, тут и там мигали жёлтые и красные лампочки, а по полу расползлись провода, словно это какие-то трещины или плющ. Помещение было достаточно широким. Напротив входа Агата заметила какой-то металлический, достаточно длинный мост, ведущий к небольшому островку, на котором расположились ещё щитки. Взор смутно видел те же глубокие царапины и рубцы на металле, будто кто-то сопротивлялся, не желая подчиняться кому-то. Невысокие перила были расшатаны, а где-то не хватало каких-то кусков. Кажется, кто-то здесь прямо рвал и метал, крушил всё, что только попадалось на глаза… Тем не менее Блер предположила, что по ту сторону могут находиться самые важные рубильники и кнопки. Но всё же, к чему тут этот мост? В практически полной темноте сложно разглядеть, есть ли там какая-то яма или что-то ещё. Кому вообще пришла идея установить здесь мост? Впрочем, это не имеет значения. Стоит просто найти нужный рубильник и поднять его, благо по ту сторону моста, кажется, есть оголённые провода, которые на мгновение освещают щитки и рычаги, а так же рабочая зажигалка в руке… Но только нога хотела сделать первый шаг, как мозг её остановил. Взгляд заметил ещё пару телевизоров, стоящих в чернильно-чёрных лужах. На этот раз целые. — «Чёрт…» — Пронеслась мысль в голове, пока страх уже навострил уши и принюхался. Мало того, что здесь практически ничего не видно, так ещё тут, похоже, целое гнездо этих тварей! Ладно, ладно, соберись… Просто стоит быть как можно тише, а потом давать дёру, если что-то пойдёт не так… Агата щурилась, стараясь разглядеть под ногами провода, переступая через них, часто кидая косые взгляды на потухшие экраны сущностей. Сердце постепенно набирало темп, всё ускоряясь и ускоряясь. Казалось, что еле слышное дыхание может с лёгкостью разбудить Телеведущих, что вообще не подавали признаки какой-либо активности. Хотелось слиться с местностью, вжаться в стену и раствориться в ней, лишь бы сущности не поняли, что кто-то вдруг решил нарушить их покой. Впервые Агате хотелось одновременно включить свет, чтобы видеть дорогу, но и остаться в темноте, дабы монстры не смогли найти её. Провода часто попадались на глаза, их приходилось всё время отодвигать, а порой отбрасывать, если до уха доносился треск. Чёрт знает, откуда тут электричество, но получать по лицу порцию боли совершенно не хотелось. Наконец под ногами больше не было минного поля, а подошва аккуратно ступила предположительно на мост, о чём говорил короткий скрип металла. Блер шла практически вслепую, стараясь идти ближе к краю, дабы свободная рука могла нащупать перила, а зажигалка осветить хоть что-то. Под ногами продолжали хрустеть какие-то маленькие камешки, а на глаза порой попадались куски арматуры и части перил. Возможно здесь так же немного разрушился потолок или треснула побелка… В основном, не считая зажигалки, Агата ориентировалась на оголённые провода по ту сторону моста, которые на мгновение могли осветить немного места вокруг себя. Парочка из них уходила даже куда-то вниз, и стоило путнице остановиться и посмотреть, что находится под мостом, как она чуть не отпрыгнула подальше от края. Расстояние до пола составляло примерно метр. Там была точно такая же треснувшая плитка, на которой были какие-то чёрные разводы, широкие следы, будто кто-то тащил что-то тяжёлое и сырое, а также глубокие и продолговатые отпечатки когтей. И кучи коробок-телевизоров. Некоторые, кажется, были повреждены: у одних в «голове» торчали куски арматуры, у других, кажется, были немного треснувшие экраны, с щелей которых, не переставая, вытекало что-то очень густое и тёмное. Что в этом здании вообще происходило?! Откуда тут столько монстров?! Почему они вообще здесь?!

Блуждающий огонёк бродит во тьме,

— «Сбежать бы мне, сбежать бы мне», —

Всё крутится на его уме.

Наконец Агата добралась до другого конца моста и уже стояла у щитков и рычагов, освещая окружение маленьким огоньком зажигалки. Глаза метались туда-сюда, ища нужный рычаг или записку, которая может указать на него. Хотелось как можно быстрее выполнить своё поручение и быстро уходить отсюда, чтоб больше никогда не возвращаться сюда, в эти тёмные коридоры, убитые временем и изуродованные Пустотой. Здесь не хочется оставаться, не хочется становиться частью обречённых на неминуемую смерть.

Что тут не так? Мир снова глючит

Или сама Смерть продолжает меня мучить?!

Я хочу домой, кричу: «не хочу стираться в ноль!»

Да, память моя — ложь, но реальна моя боль.

      Взгляд наткнулся на рычаг, рядом с которым висел бледно-синий листок. Текст красной ручки гласил «1», а кривая стрелка указывала налево, прямо на нужный рубильник. Без раздумий Агата подняла его, до этого убрав зажигалку в карман. С потолка тут же западали мелкие камни, а пол стал дрожать, будто кто-то на этаже ниже только что завёл огромный механизм. Путница тут же ринулась прочь, слыша, как под мостом началось какое-то подозрительное движение. Уже нет смысла вести себя тихо. Пора просто бежать! Бежать прочь, пока не стало слишком поздно! За спиной кто-то завизжал, а за ним повторили другие, явно разозлённые тем, что кто-то отвлёк их от сна. Гул и шатание не прекращались, смешиваясь во что-то непонятное и чертовски громкое. Агата практически добралась до самого конца, как вдруг ей навстречу вышло сгорбленное существо. Оно вцепилось в край стены с такой силой, что мелкие трещинки разбежались в стороны. Если бы Блер затормозила чуть позднее, то попала под удар широкой лапы твари. Путница отчётливо видела ярко-красный экран, посередине которого был изображён рисунок, смутно напоминающий глаз. Стоило твари промахнуться, как зрачок превратился в узкую щёлку, заметно вытянувшись в длине. Агата попятилась назад, чуть не запнувшись о металлическую палку — вырванный кусок перил, краем уха слыша, как на мост пытаются забраться другие Телеведущие, а за перекрывшей дорогу тварью просыпались остальные.       Внезапно где-то в коридоре послышалось что-то, отдалённо напоминающее выстрелы. Сущности за спиной монстра тут же подняли головы, переключив внимание, а после все, как один, скрылись в темноте. Телеведущий тоже повернул голову, на мгновение потеряв интерес к Блер. Но этого времени хватило на то, чтобы поднять с пола тот кусок перил, а после замахнувшись, со всей силы ударить по голове твари. — Свали нахер, урод! Я тут не останусь! Монстр завизжал, по его экрану пошли трещины, а красный фон сменился на цветные полосы. Оттолкнув сущность и бросив своё оружие, Агата ринулась прочь. Монстр упал на пол, а после успел схватить путницу за ногу. По телу тут же прошлась волна жгучей боли, будто в кожу воткнули десятки толстых игл, когти твари поползли вниз, постепенно сдирая плоть и рвя ткань штанины. Монстр тащил назад, на себя, заставив путницу упасть на пол. Лапа твари сжала ногу ещё сильнее — казалось, что короткий хруст прозвучал прямо в голове. Новая порция боли перемешалась с адреналином, рука дотянулась до металлической палки, а после последовал замах и удар, уже не такой мощный, как первый. Теперь на пол упало несколько осколков, хватка ослабла, позволив перевернуться на спину. Со всей силы Блер пнула сущность ногой, на этот раз окончательно пробив экран. На одежду и металл закапало ещё больше тёмно-багровой крови, которая жгла, будто это какая-то кислота. Подскочив, Агата ринулась прочь из щитовой, на сколько позволяли силы. Теперь бежать ещё сложнее, ведь цела только одна нога, но под ударом адреналина мозгу было некогда заниматься ранением. В голове была только одна мысль: просто бежать. Бежать прочь, как можно дальше, нестись без оглядки и молиться на то, что они не догонят! Стоило завернуть за поворот и добежать до конца коридора, как путница наткнулась на Кевалина. — Это ты стрелял?! Каким образом они не за тобой?! — Неважно! Нужно уходить! — Последовал громкий ответ. Только сероглазый поймал чужую ладонь и хотел бежать, как взгляд зацепился за ногу Блер. — Ты ранена?! Короткий кивок. Совсем недалеко раздались приближающиеся крики Телеведущих. Мелкие камни под ногами дрожали, подпрыгивали, а после падали. Кевалин схватил руку Агаты, а после юркнул в комнату, дверь которой была открыта чуть ли не нараспашку, так как петли слетели, кроме нижних. Агата прижалась к стене, зажав рот рукой, чувствуя, как с каждой минутой боль в ноге становится всё сильнее и отчётливее. Очередная волна адреналина прошла. В коридоре блеснул ярко-красный свет, после чего мимо пронеслось несколько высоких теней, от которых исходило гудение и шипение, перемешанное с каким-то странным клокотанием. Ноги стали ватными, уже не способными держать. Скатившись по стенке, русоволосая ещё сильнее сжалась, вцепившись в рукава своей куртки. Она сама не понимала, что с ней творится. Буквально пару минут назад ей ничего не стоило врезать сущности по лицу, а сейчас кажется, будто страх сковал руки в цепях и завязал повязку на глазах. Зеленоглазую будто вывело из состояния аффекта, и теперь мозг просто не может взять ситуацию под контроль. Взгляд остекленел, застыл, смотря куда-то сквозь пол, в никуда. Агата боялась, что из прохода появится широкая, когтистая лапа, а у уха вновь будут повторяться слова неизвестных людей-телеведущих. Сердце стучало, будто отсчитывая каждую секунду. Дыхание сбивалось, пока паника крепкой нитью обвила каждое ребро и стала сжимать их. В голове вновь и вновь слышался хруст. Хр-руст. Хр-руст. Хр-р-руст. Уверена ли ты, что теперь можешь бежать? — Тише, тише, тише… — Кевалин слабо встряхнул Агату, взяв за плечи, уже держа в руках лоскут криво отрезанного бинта. — Агата, пожалуйста, посмотри на меня. Девушку будто выдернуло из транса, и только сейчас она заметила, как слёзы бегут по щекам и подбородку. Взгляд зелёных глаз смотрел на серый с испугом и надеждой: прости, прости, прости! Пожалуйста, скажи, что ты можешь всё исправить! — Чуть позже я всё обработаю, как доберёмся до безопасного места. Всё будет хорошо, я обещаю. — Юноша уже обматывал ногу, до этого закатав штанину Агаты. Покрепче, потуже, чтобы кровь остановилась… Когда с делом было покончено, Пейдж вновь взял Агату за плечи, заставив смотреть ровно на него и никуда больше. Парень говорил чётко и громко, всё время возвращая в реальность, вытаскивая из пучин тёмного и мутного моря страха. — Послушай. Сейчас ты прыгаешь ко мне на спину, и мы сваливаем отсюда. Если страшно — просто зажмурься и держись крепче. Я обещаю, я нас отсюда вытащу. Хорошо? — На вопрос последовало несколько кивков. — Умница. Всё будет в порядке. Ты отлично выполнила свою работу. Через мгновение ветер уже хлестал по ушам, а перед глазами расстилались тёмные коридоры и почти непрерывная зелёная полоса у пола. Пальцы со всей силы вцепились в чужие плечи, побелев. Того бесстрашия, какое было при битве с монстром, уже не было. Агата отчётливо слышала, как бьётся сердце Кевалина. Он тоже был напуган, а если и нет, то отлично держался. Наверняка адреналин придавал ещё немного сил, потому сероглазый бежал, не сбавляя скорости, тормозя лишь в тех случаях, когда на пути попадались монстры и приходилось завернуть. За спиной слышались визги и неутихающее шипение, перемешанные вместе с топотом. Как оказалось, Телеведущие не такие уж и быстрые, к тому же очень неповоротливые. Краем глаза Агата даже успела увидеть, как один из монстров вписался в стену из-за целой толпы, которая буквально смела его с дороги. Они как какая-то свора собак! Причём очень голодных и крайне злых!       Внезапно в голове всплыла идея. Если это свора, то её возможно задержать только преградой. Если это стадо, то пары животных хватит, чтобы остановить десяток. А может достаточно и одного. Что может вывести из строя электронику? Вода. Что бежит по трубам над головой? На что ещё способна твоя голова под натиском страха? — У меня есть идея! Д-дай мне пистолет! — Достаточно громко произнесла Агата, хотя голос всё равно дрогнул под конец, подскочив на более звонкие ноты. Спустя пару мгновений в руке оказалось то, чего путница и хотела. Кевалин немного сбавил скорость. Последовало несколько выстрелов, от которых хотелось зажать уши. Мгновение — и пару монстров сбил упавший кусок трубы, а вода хлынула вниз. Пробегая пару метров, Телеведущих будто переклинивало: на экранах застывали цветные полосы, а ноги переставали слушаться. А после остановившихся на месте давили другие монстры, которые точно так же останавливались и падали на пол. Теперь вместо толпы за спиной осталась лишь куча постепенно умирающих от своих же сородичей монстров. — Бинго! — Агата расхохоталась, ещё сильнее прижавшись к Кевалину. Пожалуй, она никогда так не радовалась тому, что попала ровно в цель. Девушке в целом не верилось, что всё получилось! Сероглазый едва повернул голову назад, чтобы лицезреть то, что успела провернуть Блер. На секунду на лице отразилось удивление, а после появилась улыбка, а с уст тоже сорвался смех. Впереди показался выход с этажа и знакомая лестница. Это конец. Почти конец! — Скажи «прощай» этому уровню! Агата в последний раз обернулась, глянув на практически исчезнувшие ряды монстров. Теперь позади бежало лишь несколько пар, но среди коридора, освещаемым красным светом от мониторов сущностей, Блер отчётливо заметила знакомый тёмный силуэт с длинными когтями, достающими до пола. В горле тут же появился ком, стоило присмотреться и узнать алые глаза-чёрточки. Агата отчётливо видела, как Он едва наклонил голову вбок, а после помахал рукой, будто прощаясь. Передай привет моему слепому другу. Но Агата не успела разглядеть что-то ещё. Он остался на этаже, в то время как путники уже спускались по лестнице, на этот раз почти целой, что было удивительно. Неприятный осадок остался на душе, медленно разъедая её, будто это какая-то кислота. Или Пустота. Он снова был здесь, но вновь ничего не предпринял. Но теперь Он ближе, чем когда-либо.       Лестница закончилась, и взгляду предстал коротенький коридорчик, ведущий только прямо. Именно он и таился за толстой металлической дверью, что сейчас открылась, скрывшись где-то в потолке: похожий механизм был в комнате охраны на Уровне 40. Интересно, почему вообще на первый этаж можно попасть только благодаря рубильникам из разных щитовых? Кому вообще взбрело в голову такое? Впрочем, это не важно. Уровень 67 почти что остался позади, так что больше нет смысла задумываться над логикой. Прощай, полумёртвый мир! На стенах коридора Агата заметила кучу стрелок, нарисованных теми же цветными красками, что и другие обозначения и указатели. На том конце тоннеля отчётливо виднелась слабо прикрытая деревянная дверь, за которой тонкой полосой лил белый свет. — Каков шанс того, что мы попадём именно на Уровень 73? — Агата неуверенно выгнула бровь, сильнее вцепившись в чужие плечи. — Процентов так двадцать-тридцать. — Бодро ответил Кевалин, шустро идущий к свету. Пока он спускался по лестнице, успел восстановить дыхание. Всё-таки неизвестно, куда путников может забросить, а раз так, то стоит приготовиться и собрать остатки сил в кучу. — Очень ободряет, не спорю… — Агата нахмурилась, прикусив губу. Нога всё ещё болела, доставляя дискомфорт. Хотелось просто избавиться от неё, лишь бы не чувствовать больше ничего и спокойно продолжать идти! Блер не нравилось чувствовать себя подбитой жертвой, которая теперь даже бежать не может. И за это было крайне стыдно перед Кевалином. Всё-таки Агата подвела его. Снова. В очередной раз!. — Ну, была не была… — Тяжело вздохнув, пробурчал себе под нос сероглазый, а после, взявшись за круглую ручку двери, открыл её и сделал шаг прямиком на свет, выжигающий глаза своей яркостью.       Буквально мгновение — и Агата почувствовала, как мигрень стукнула по вискам, а противный звон в ушах опять напал, пытаясь пробраться прямиком в голову, поближе к мозгу. Это было невыносимо терпеть, казалось, что череп вот-вот не выдержит и просто расколется, разойдётся по швам! Попытавшись открыть глаза, русоволосая увидела размытое ярко-красное небо, где у самих облаков застыл убывающий месяц, больше напоминающий тонкую белую линию, сделанную острым лезвием ножа. Холодный ветер тут же сдул с плеч русые волосы, а запах сырости и чего-то разлагающегося душил так, что на глаза наворачивались слёзы, а съеденная еда уже подступала к горлу. И где-то недалеко, всего в паре сотен метров Блер заметила высокую тёмную постройку. Картинка перед глазами всё время плыла и шаталась, потому не получалось разглядеть какие-то мелкие детали. Боже, если Агате после перемещения стало настолько плохо, то каково сейчас Кевалину, который ещё хуже выдерживает резкие прыжки с уровней на другие?..       Было настолько плохо, что Блер уже не соображала, что именно происходит. Она лишь крепко вцепилась в Кевалина, даже не думая разжимать хватку, пока тот, кажется, уже куда-то бежал. Звон в ушах не прекращался, перекрывая чьи-то визги и вопли за спиной. Всё постепенно смешивалось: сырая и вспаханная земля сливалась с небом, превращаясь в ярко-красный холст, высокие деревья, чьи голые ветви переплетались над головой, казались какими-то трещинами, расходящимися в сторону. И только белый месяц оставался неизменным. Кажется, будто кто-то улыбается, глядя на всё это… О Боже, пусть всё это наконец закончится… Ты не уйдёшь от моего надзора. Ты знаешь это. Я наблюдаю за тобой. Здесь, всего-навсего за границей реальности и ирреальности…

Протяни руку, и ты почувствуешь мою хватку.

Добро пожаловать на семидесятые уровни, Агата.

Твоя цель теперь ближе, чем когда-либо, не так ли?