Что такое Пак Чимин?

      Они не встречаются на следующий день. И в пятницу тоже. Чимин видит издалека знакомую фигуру – как и всегда, окруженную такими же крутыми ребятами, как он сам: смеется, что-то активно рассказывает, дурачится, одним словом, варится в своей стихии. Изгоям там нет места, ясно как день. И вроде бы ожидаемо, но все равно как-то портит настроение. Отсутствие Тэхёна тоже играет роль. Без него непривычно тихо и одиноко. Чиминья дерзость и уверенность в себе куда-то деваются, и он хмуро переходит из одного класса в другой, желая поскорее убраться домой. Друг заболевает совершенно не вовремя, а что хуже серьезно и надолго. Он хрипит в голосовое сообщение, что у него ангина (подцепил от младшего брата), поэтому на этой и следующей неделе в школе он точно не появится. А что еще хуже (= катастрофа) он почти наверняка не сможет составить Чимину компанию на день рождения. У них был отличный план, который включал много алкоголя, первый поход в клуб и самое тяжелое похмелье за всю их жизнь. Имеется даже договоренность со знакомыми из старших классов, чтобы их нелегально провели в одно заведение (не самое крутое, но атмосферное), вот насколько все серьезно продумано. И хотя Тэхен заверяет, что уж к тринадцатому октября он точно восстановится, верится в это с трудом.       К концу учебного дня от вчерашнего приподнятого настроения остаются жалкие крохи. Чимин задерживается на дополнительные классы по химии, а потом еще около часа обсуждает с преподавателем решение сложной задачки. Поэтому он снова выходит из школы ближе к семи вечера и снова на улице к этому моменту темно. Машина заводится не с первого раза, все светофоры красные, в магазине нет любимых чипсов. Жизнь тлен. От безысходности он направляет всю свою обиду на усердное прохождение Резидента Эвила. А потом ложится спать, даже не утрудившись принять душ. Вот такой протест.         Утро субботы выдается туманным и сырым. А чего другого ждать от середины сентября? Здесь вам не вечно солнечная Калифорния. Вылезать из постели не хочется, хочется пить какао с маршмеллоу и валяться под одеялом весь день. Вид из окна так эстетичен, что так и просится выпорхнуть в инста-стори, а может и в снэпчат. Пухлая, похожая на тыкву чашка с какао и крохотные капельки дождя на стекле подогревают желание. У Чимина не самая крутая камера на телефоне, но кадр получается отличным и тут же летит в сеть. Аккаунты парня просматривает человек тридцать обычно, а уж о том, чтобы кто-то ответил на его историю можно разве что мечтать. Но в этот раз не проходит и пары минут, как прилетает реакция. @JKook97 присылает эмодзи с глазами-сердечками. Хм…       Чимин вытряхивается из постели ближе к обеду. Не потому что ему хочется, потому что нужно идти на репетицию. Он ходит на танцы три дня в неделю: в понедельник, в среду и в субботу, и ходил бы чаще, но расписание педагога не позволяет. Свобода, которую он испытывает в хореографическом зале, ощущение полета, абсолютного счастья и уверенности в себе - все это то, ради чего он готов танцевать до последнего своего вздоха. Он преображается на сцене, сам это знает, но редко выступает для публики. В школе его деятельность считают девчачьей и скучной, а другого отклика он и не получал никогда толком (не считая нескольких конкурсов, на которых он был в детстве). Поэтому он больше танцует для себя, ради удовольствия. Педагога это не устраивает и тот, периодически, делает попытки вставить номер Чимина в какие-нибудь фестивали и концерты. Сегодня это происходит снова. - Ты выступаешь на рождественском фестивале талантов, не обсуждается. Тема в этом году – «Закулисье». Поверить не могу, что выбрали что-то адекватное. Тема многогранная, ее можно по-разному истолковать. Нам нужно найти подходящее решение. Я хочу, чтобы в этот раз ты сам себе поставил хореографию. Это все новости. А теперь разогревайся и повторяй последние комбинации. Чимин не может вставить и слова, выслушивая поток информации и все больше понимая, что слиться в этот раз будет очень трудно. - Мистер Гейдж, я не могу… - Можешь! У тебя нет ни одного повода отказаться. - Мужчина строго сводит брови и опускает очки на кончик носа. Он достаточно молодой и очень властный. Противостоять ему не по силам хрупкому ученику. - Пак Чимин, для чего ты танцуешь? Вопрос задается серьезно. Ответить на него тоже нужно серьезно. Парень задумывается, а потом медленно, словно распутывает клубок своих ощущений, выдает: - Потому что мне это нравится. Это кайф. - Вот тогда и кайфуй от этого, а не страдай фигней. Выйди на сцену и кайфуй. Кайфуй, понял? Чимин понимает. Понимает, что в этот раз ему не спастись от косых взглядов и освистывания. - Когда будет фестиваль? - В декабре, накануне Рождества. Время подготовиться еще есть. Будет один победитель, которого выберет жюри, а также будет приз зрительских симпатий. Победитель поедет на гала-концерт в LA. У тебя есть все шансы, поэтому придется попотеть. У Чимина нет шансов. Он убежден в этом также, как в том, что мать сейчас разделывает очередную тыкву. Но он не сопротивляется. Жизнь невозможна без позора. Лучше, конечно, чтобы перед тобой в этот момент не было пары сотен учащихся, но разве ему когда-нибудь настолько везло? Парень тщательно повторяет новые комбинации и свыкается с мыслью, что черный день выступления неизбежен.         В понедельник и вторник Чимин, озабоченный репетициями, не особенно вспоминает о Чонгуке, как и в большую часть среды. Только около семи вечера, когда он приближается к раздевалке, его колют воспоминания о сжавшемся в комок юноше, сотрясающемся от рыданий на голубом полу. Что, если он там снова будет в одиночестве страдать? Такое возможно. А может, он будет ждать Чимина после тренировки, ведь он хотел, чтобы они снова встретились…? Глупости. Это обыкновенная вежливость. Все их общение – это вежливость. Вывод напрашивается сам собой, выведенный из долгого ночного обдумывания ситуации. Такой вариант, даже если он продиктован лестью, полностью устраивает тревожный мозг. Лучше уж вежливость, чем насмешка. Ведь Чонгук мог общаться с ним тем вечером и с целью как-нибудь опозорить… но это (к счастью, и сам Чимин это понимает почти сразу) уже что-то совсем запредельно накрученное. Он любитель проигрывать в голове худшие сценарии, имейте ввиду. Раздевалка оказывается пуста. Несмотря на то, что это было ожидаемо, все равно чуть-чуть обидно. Эти чувства недолго беспокоят его, их вытесняют более насущные проблемы: машина заводится все хуже, и чинить ее не на что. Где взять карманные деньги, что может быть неисправно в старушке и сможет ли он добраться до дома - все эти мысли быстро выдворяют из головы образ черноволосого идеала.         А в четверг все опять идет в пешее эротическое. Эти американские горки начинают доставать, да сделать ничего с ними нельзя, поскольку их инициатор - самый популярный парень в школе, который то появляется в жизни Чимина, то исчезает из нее. И делает он это в этот раз в не самый подходящий момент. Или наоборот, в самый подходящий.       День проходит тихо и скучно (Тэхён все еще болеет, хотя ему и становится постепенно лучше). Чимин получает А- за контрольную по химии, отсиживается во время английского языка за дальней партой и выходит из школы раньше обычного. Он так редко приезжает домой до семи вечера, что такая роскошь, как свободное время по вечерам для него диковинка. Но не был бы он Пак Чимином, если бы все было просто. Машина, которую по легендам видели еще динозавры, промучившаяся целую неделю, решает дать коня прямо на школьной парковке. Она хрипло рычит на каждый поворот ключа в замке зажигания, плюётся, но не заводится. «Брось меня здесь, хозяин» слышит в этих потугах парень. Он открывает капот – для вида, потому что совершенно ничего не смыслит во внутренностях автомобилей –  проверяет количество бензина и масла. Даже смотрит, не сбились ли клеммы (окей, кое-что все-таки смыслит, но ему это все равно не помогает). Если забрызгались свечи, то он бессилен - такие операции его совершать не учили. После он делает новые попытки завести старуху, но снова ожидаемо терпит неудачу. Стойкий запах выхлопных газов заполняет всю парковку, а в Чимина начинают лететь осуждающие взгляды. - Сломалось что-то? – участливый голос раздается в опасной близости от уха парня, когда он снова наклоняется над открытым капотом рухляди. - Ты! - Привет, Чимина! Давно не виделись. Рядом стоит Чон Чонгук со спортивной сумкой наперевес и с собранными в хвостик отросшими прядями. Он так лучезарно улыбается, что челюсть невольно начинает скрипеть и снова сами собой вспоминаются причины несварения по отношению к этому типу. Ох уж этот сопереживающий взгляд. - Привет. Я немного занят сейчас, прости. - Не заводится? Ты нашел проблему? – Чонгук тоже склоняется над грязными органами динозавра, внимательно рассматривая непонятные закорючки, колбочки и приспособления. - Нет. Я в этом совсем не шарю, - признается горемастер, пока они со всей ответственностью пялятся под капот. Прямо как настоящие мужчины в гараже, - но делаю вид, что все как надо. Чонгук смеется тихо, но позы не меняет и переходит на заговорщицкий шепот. - Может ее с толчка попробовать завести? Я толкну, а ты ключ вращай в этот момент.       Чимин соглашается, не веря, что Чонгук хотя бы на миллиметр сможет сдвинуть целый автомобиль. Но либо кое-кто из них халк, либо машина настолько легкая, что на ней можно как на самокате кататься, фиг знает, одно остается неоспоримым – оно движется. Каждый толчок парня пропихивает ее сантиметров на двадцать вперед. Двигатель несколько раз рыгает, силясь дать жизнь тому, чему давно пора на помойку, и наконец-то заводится. Чимину не придется оставлять развалюху посреди выезда с парковки! Ему не придется вызывать эвакуатор! На радостях он готов прыгнуть в объятия к спасителю, но вовремя себя тормозит, понимая, что такие всплески эмоций сложно будет объяснить окружающим. Да и сами они не в тех отношениях, чтобы вот так тактильничать. Так он и подвисает, в самой однозначной позе с вытянутыми вперед руками и тупейшим выражением на лице. Типичный Чимин. Чонгук правильно толкует странную заминку и сам дружески приобнимает мальчишку за плечи, спасая ситуацию. - Спасибо! Ты меня спас. Румянясь от своей неловкости, бормочет парень, занимая водительское место. Лучше бы ему прямым маршрутом отправляться в сервис, но чувство благодарности бурлит в сердце, намереваясь вылиться в какой-нибудь не самый умный поступок, и именно оно заставляет чуть задержаться. - Рад помочь! - Широко улыбается Чонгук, перехватывая удобнее сумку. Это не различимо на первый взгляд, но он выглядит запыхавшимся. А то, толкать груду металла – это не тыквенный пирог уплетать. Он подмигивает и разворачивается в противоположную от школы сторону, намереваясь проститься вот таким образом. - Чонгук! Ты куда сейчас? - Черт знает, что ударяет в голову (все же благодарность, да?), но Чимин сам от себя такой смелости не ожидает. - Домой. - На автобусе? - Пешком. - Юноша тормозит: его волосы колеблет ветер, солнце бликует на бело-черной спортивной форме, губы тянутся в едва заметной улыбке. Хотелось бы, чтобы из глаз Чимина выпали линзы, чтобы не видеть этот взгляд: теплый, открытый, как будто принадлежащий ему одному. Чонгук смотрит так на всех – это его волшебная сила - исцелять одним взглядом. Поэтому его невозможно не полюбить, поэтому он так популярен среди школьников - потому что под его взглядом чувствуешь себя особенным. Но это неправильно и фальшиво. Он отвернется, и вся магия закончится, а что потом делать тебе? Кто-то давно это осознает, оттого и злится на Чонгука и его популярность. Неужели остальные не понимают, что все это иллюзия? Чон Чонгук не плохой парень, он не издевается над такими, как, например, Чимин. Он дружелюбен, открыт и добр, но между ним и другими обычными людьми пропасть. Кажется, что он может стать твоим другом, когда он вот такой весь заинтересованный и счастливый рядом с тобой, но так кажется каждому, с кем он хотя бы раз поздоровался. - Хочешь, подвезу тебя? – и откуда столько добродетели? А точно, Чимин привык благодарить поступками. - Мой дом в противоположной стороне. - Он по пути в сервис. - Пожимает плечами, надеясь, что его ложь не будет такой уж очевидной. Сложно сказать, что дом Чонгука и сервис находятся рядом, но доехать до ремонта такой дорогой тоже можно. Обладатель магнетического взгляда медлит еще пару секунд, а потом с довольным видом возвращается к машине и закидывает сумку на заднее сиденье. - Подскажешь свой поворот.         Чонгук возится с радио эпохи Мезозоя. Грязный шум пробивается сквозь колонки, после десяти минут мучения несчастной коробки - что-то отдаленно напоминающее старый альбом Тейлор Свифт (сложно определить, чего больше музыки или помех). Странно, что это дерьмо еще способно воспроизводить какой-то звук. - Тебе стоит заменить антенну. - Сетует пассажир, снова крутя диммер и пытаясь поймать хоть какой-нибудь канал. Ну хоть какой-нибудь! Ничего… хотя, канал с политическими дебатами работает без помех. Чонгук хмыкает и, безоговорочно капитулировав, выключает приемник.  - Мне стоит заменить всю машину. - Усмехается Чимин в ответ. Его руки уверенно лежат на руле, а взгляд устремлен на дорогу. - Фан факт: она старше меня в три раза. - Главное, чтобы ездила. Юноша комфортнее устраивается в соседнем кресле, подставляя лицо под осеннее солнце. Можно предположить, что ему хорошо здесь. А вот Чимину неловко, и он решает молчать. Ему всегда трудно начать разговор, особенно с такими, как Чонгук. О чем с ним можно поговорить? У них вряд ли есть точки пересечения, кроме школы. - Я тебя не видел в школе после того вечера. - У пассажира проблем с общением не наблюдается. Стоит мысленно поблагодарить его за то, что он каждый раз не дает надолго повиснуть тишине между ними. - Пропускал? - Я был на занятиях. Мы не пересекались, наверное. Ага, не пересекались. У них вообще-то был даже общий удвоенный модуль по литературе. Тут скорее дело в том, что Чонгук в школе слишком окружен вниманием, поэтому один маленький, незаметный паренек вполне может выпадать из его поля зрения. - Правда? Ты ведь в классе с углубленным изучением естественных наук? У нас должно быть совместное занятие по мировой литературе по вторникам. - Это звучит так, будто ты сталкеришь за мной. - Чимин поначалу теряется, поэтому выдает какую-то чепуху. Чонгук сталкерит за ним, хаха. - Правда? Я не подумал. Просто глянул расписание, потому что… - Пассажир заметно тушуется, будто бы пойманный на преступлении. - Но тебя ведь не было на литературе, да? - Был. Я сижу за первой партой, меня трудно не заметить. Ты просто хреновый сталкер. - Усмехается Чимин, выруливая на Main Street Con. Дорога в это время свободная, позади остается мост и река с длинным названием и серой водой, а впереди показывается пролесок, через который и проходит основная часть маршрута. Нужно менять тему разговора, пока кое-кто не ляпнул чего-нибудь лишнего. Этот кое-кто и так уже дважды назвал Чонгука своим личным сталкером. Что по самооценке? - Так ты обычно ходишь домой пешком? Это же часа полтора, в лучшем случае. - Только в те дни, когда задерживаюсь допоздна или ухожу раньше друзей. Обычно меня подкидывает Брайан или Лекси. Иногда Физзи. А еще Бен, кузен Лекси. - Внушительный список. - Кивает Чимин, думая о том, что его имя теперь тоже среди личных водителей звезды школы. - Они не дерутся за возможность довезти тебя? - С чего бы? - Уверен, многие мечтают об этом. У Чонгука вид такой, словно он не может разрешить в своей голове сложное уравнение. - Они мои друзья. И им по пути. Не совсем понимаю… Ха, внезапное открытие так сильно удивляет, что Чимин даже переводит взгляд с дороги на пассажира, едва не выезжая на встречную полосу. Такой невинный и потерянный. Если этот человек не понимает того, насколько он известная личность в школе, то все окончательно теряет смысл. - Забей. Это неудачная шутка. - Отвечает наконец он, переваривая пришедший неожиданно инсайт. - Объясни. Чонгук смотрит серьезно. Стоит хотя бы попытаться, самому теперь интересно знать, что к чему. - Хмм, у тебя ведь есть определенная слава в школе. Ты, вроде как, популярен. Если для тебя это новости, то о тебе говорят все, кому не лень. Чем больше Чимин говорит, тем сильнее хмурится Чонгук. - И что? – Он руки на груди скрещивает, явно не понимая к чему эти известные факты должны его привести. - Ты никогда не предполагал, что кто-то из твоего окружения общается с тобой не совсем искренне? – Чимин все больше понимает, что его догадки верны, поэтому дает волю эмоциям. Брови парня ползут вверх. -  Черт, я правда думал, что ты об этом знаешь. В прошлом году одна девчонка продавала на ибей пластиковый стаканчик из-под кофе, из которого ты пил на свидании с ней. У нее были фото в доказательство. Кто-то пишет в блоге о том, как вы пересеклись на вечеринке и танцевали медляк, кто-то рассказывает о том, что ты хорош во французских поцелуях, а еще совсем недавно один пацан выкладывал в инсту десяток историй, на которых было кресло его автомобиля. «Здесь сидел Чон Чонгук!», «Это покрытие помнит теплоту его о*енной задницы». И мое любимое, «можете и дальше дрочить на свои жалкие подачки со стороны Гукки, а я выиграл эту жизнь!». Как думаешь, сколько раз он передернул на свою собственную тачку? А теперь он платно катает в своей машине всех, кто хочет расположить свои ягодицы на кресле, в котором сидел сам Чонгук. Чимин искренне развлекается, считая, что то, что он рассказывает довольно забавно. Но герой его спича с каждым словом становится все более загруженным. Он молчит, цепляясь пальцами за ремень безопасности, смотря в пустоту перед собой и кусая губы. - Эй, Чонгук? Ты в порядке? – Чимин наконец-то обращает внимание на то, что человек рядом с ним странно сник. - Чон Чонгук? - Я не знал об этом. Это выглядит со стороны так отвратительно. Но я реально ничего не знал. Мне никто не говорил обо всех этих вещах. - Он глядит на парня рядом с собой как-то очень уж отчаянно, что невольно становится стыдно. - Вся школа гудела об этом. Каждая новость, связанная с тобой, разносится молниеносно. Не знаю, как это могло пройти мимо тебя, учитывая, что ты виновник всего происходящего. - Чимин все больше напрягается, чувствуя, что все-таки сболтнул лишнего. - Слушай… прости. Мне не следовало говорить об этом. И во всех этих дикостях точно нет твоей вины. Просто… тебе нужно быть осторожней. Я ляпнул эту отстойную шутку про машину, потому что был уверен, что ты знаешь об истории с этим идиотом. Они молчат некоторое время. До поворота из пролеска к городским улицам остается совсем немного. С левой стороны показывается одноэтажное здание торгового центра «Crown». Машина ускоряется, из-за желания водителя быстрее довезти Чонгука до дома и закончить это мучение, но тут же приходится пожалеть об этом. Такие финты, как разгон больше шестидесяти километров в час, для его автомобиля – это слишком. Двигатель странно хлюпает, вынуждая сбросить скорость. Чувствуя напряженную атмосферу в салоне и безысходность своего положения, машина глохнет, пользуясь моментом. Все попытки провернуть ключ в замке заканчиваются натужным пыхтением и полным отсутствием искры. - Приехали. - Бормочет Чимин, когда укоризненно сигналя, их вынужденно обгоняет по встречке новенький кадиллак. В салоне висит тишина, нарушаемая щелчками аварийки. - Придется вызывать эвакуатор. - А? Давай опять попробуем с толчка завести? – Чонгук возвращается в реальность. - В прошлый раз же получилось. - В этом нет смысла. Искры нет. Ее бы на помойку, этот металлолом, но тогда до конца школы придется ходить везде пешком. Или на автобусах ездить. Что может быть хуже автобусов? Мальчишка утыкается лбом в руль, вырывая из умирающего монстра оглушительный вопль. И сам же дергается от неожиданности. Чонгук усмехается, заметно оживляясь. - Значит, вызовем эвакуатор? - Ага, других вариантов нет. Тебе не обязательно дожидаться со мной. Это может затянуться надолго. - Горе-водитель набирает номер отца, собираясь ему честно выложить суть проблемы. Обычно, мистер Пак просит не звонить ему в рабочее время. Кроме экстренных случаев. Но это же экстренный? – Прости, что не довез тебя до дома. - Я не тороплюсь. Если моя компания тебя не раздражает, то… Трубку не берут. Отец перезвонит сразу, как сможет, но нужно подождать. Солнце полыхает во всю, мимо проносятся автомобили и, то и дело, гудят. - Давай постараемся откатить машину к обочине? Мысль приходит одновременно обоим парням, но озвучивает ее первым Чонгук. Вдвоем им удается перевезти сопротивляющуюся старушку вбок, вплотную к газону. Телефон вибрирует, звонит отец. Он выслушивает сбивчивые оправдания Чимина, тяжело вздыхает и обещает перезвонить. Вечером он точно раз пять напомнит, что этому подобию транспортного средства давно надо найти уютное место на автомобильном кладбище. Родители почти каждый месяц грозятся купить новую машину для сына, утыкаясь в его протест. Пока он учится в школе, лучше ездить на развалюхе, ремонт которой стоит копейки. Кто знает, сколько еще раз ему придется менять резину или закрашивать слова проклятий. Чимин, не первый раз оказывающийся в такой ситуации, опускает свое кресло вниз, с комфортом укладываясь на нем, и предлагает сделать тоже самое соседу. Никто не знает сколько они будут ждать помощь. Продолжает щелкать аварийка, в лобовое стекло долбится жирная муха, еще не успевшая погрузиться в зимний сон. Чонгук закидывает руки за голову, разглядывая плывущие в небе облака, и думает о чем-то своем. Он на удивление гармоничен в этом пейзаже. Он на удивление гармоничен в мире Чимина. Сложно перестать смотреть на его мягкие черты лица, когда он так близко. Да, этот человек определенно красив как-то по-особенному. Сложно разобрать, что же именно так цепляет людей в нем (кроме волшебного взгляда), но это что-то более глубокое, чем думалось раньше.       Мистер Пак перезванивает спустя четверть часа и говорит, что эвакуатор прибудет минут через сорок. Это долго. Чимин снова предлагает Чонгуку идти домой, и тот кажется сомневающимся. Но потом снова удивляет своими словами. - Тут кафешка есть, в которой делают неплохой кофе. Тебе взять? - Он указывает на здание торгового центра. - Не пью кофе. - Как есть отвечает Чимин, не зная, как еще отделаться от навязчивой компании. Почему он до сих пор здесь? Как же неправильно, как же странно. - Я люблю апельсиновый раф. Это вкусно. Я мигом туда-обратно. - Заверяет мистер я-буду-ждать-с-тобой-эвакуатор-хотя-мы-знакомы-всего-две-недели и убегает к невзрачному зданию Короны. Его спортивная сумка так и лежит на заднем сиденье, напоминая, что все это не сон. Все до такой степени непонятно, что хочется написать Тэхёну, как незаинтересованному лицу со стороны:  

«Машина снова сломалась»

«Жду эвакуатор вместе с Чонгуком»

«Он ведет себя странно?»

  «Ты снова сс Чон Чонгуом????!! OMG»  

«Он помог мне завести машину у школы»

«И я решил отвезти его домой»

«И машина сломалась»

  «Хочешь составтить конкуренцию Бренту? Слышал его бизнес идет в горуXD»  

«Брент – идиот»

«Как думаешь, что Чонгуку от меня нужно?»

«Не понимаю, что мне делать. Это какой-то абсурд»

  «Ты снова ведешь себя как занууда Он же не сосаться к тебе лезет вы даже не друзя О чем переживать?» «Расслабься. Чонгук обыкновенный человек»   Чонгук - обыкновенный человек. Конечно, это так. Но он всегда казался таким чужим, что даже мысль о том, что с ним можно вот так общаться, не укладывается в голове. Вся проблема в самом Чимине. Возможно, он действительно слишком сильно загоняется? К словам Тэхёна стоит прислушаться. Их стоит проанализировать.

«Ты прав, чудила. Как ты можешь быть

таким умным и тупым одновременно?»

«Спасибо»

  «Зануда»         К моменту, когда пассажир возвращается, Чимин решает отпустить ситуацию и попытаться… общаться? Да. Он любит утрировать, и его часто заносит на поворотах, но он так же умеет признавать свою неправоту. Что касается Чон Чонгука, то он наделяет смыслом то, что того не требует. Их отношения перешли в разряд «знакомые», никто не несет никакой ответственности. Загоняться слишком рано. И даже если они станут друзьями однажды. Пусть? Юноша открывает пассажирскую дверь и протягивает картонный стаканчик на подставке. - Это какао. С маршмеллоу. - Объявляет он, даруя теплый напиток обескураженному парню на водительском сиденье. - Ага. Спасибо… - У тебя такое смешное выражение лица. - Чонгук по-доброму хихикает. - Если не любишь, можешь не пить. Ты выкладывал историю недавно, и там была кружка с какао. Вот я и решил, что это тебе понравится. - Господи, ты снова звучишь, как сталкер… - Нервный смех сам собой слетает с губ до того, как содержимое стаканчика не оказывается во рту. Вкусно. - Я действительно люблю какао. Спасибо. Чонгук выглядит так, будто выиграл турнир по баскетболу в одиночку, когда обходит машину с другой стороны и занимает свое место. У него в руках апельсиновый раф и пакет со свежей выпечкой. - Я не знал, что тебе больше понравится, поэтому взял все. - Он протягивает шуршащий бумажный сверток, предлагая заглянуть внутрь. - Выбор здесь не большой, но лучше, чем ничего. Внутри два вида печенья, надутые круассаны с вишней и фисташкой, рулетики с корицей и какие-то пирожки. - Чонгук это немного… - Странно? – Оживляется мальчишка, успевший запихнуть себе в рот большой кусок круассана. Его щеки раздуваются, и он в этот момент весьма сильно смахивает на большеглазого встревоженного хомяка. Умилительно. - … чересчур? - Аа… - он смеется, расслабляясь. - Не переживай. Ты мне ничего не должен. Лучше ешь пока теплое. Кто знает, сколько мы тут еще проторчим? И хотя ответ на этот вопрос имеется, он оказывается пророческим. Потому что эвакуатор через сорок минут не приезжает. Они как раз успевают расправиться с выпечкой и напитками к установленному времени, но спасать их никто не торопится. Время близится к шести.       Успокоивший своих внутренних демонов, Чимин впервые общается с парнем комфортно. Он даже первым находит тему для разговора, после того, как их желудки наполняются едой. - Ты давно перебрался в Кортленд? - Я родился здесь. - Чонгук ловит удивленный взгляд и спешит пояснить. - Мой акцент, знаю. Мне часто говорят, что он «миииленький». Парни одновременно морщатся - уж слишком карикатурно звучит это глупое «миииленький». Обладатель «миииленького» акцента допивает остаток кофе, после чего запихивает стакан в пустой пакет и кидает в ноги. - Если ты родился здесь, то откуда акцент? Жил в Корее какое-то время? - Не, не в этом дело. Моя семья не говорит на английском. И я тоже до поступления в первый класс общался преимущественно на корейском. Родители думали, что мы вернемся в Корею до того, как я пойду в школу, поэтому надобности в английском не было. Но все сложилось так, как сложилось. Пришлось попотеть первый год обучения. Дома я говорю на корейском, а с педагогами и с друзьями на английском. Сейчас я одинаково хорошо знаю оба языка. - Чонгук как-то хмуреет, но заметив полный восхищения взгляд парня рядом, артистично кланяется. - Звучит очень круто. Мои родители говорят на корейском между собой, но редко. А я его совсем не знаю, ну… самые примитивные конструкции разве что. - Получается, ты тоже кортлендский? - Да. Во втором поколении. Мой отец здешний. В универе познакомился с мамой и привез ее сюда, - Чимин ковыряет заусенец, снова думая о том, что этот тип хорош вообще во всем. Он даже два языка знает. Изучающего взгляда темных глаз на себе он не замечает. И это к лучшему, потому что пассажир смотрит пристально и с огромным интересом, который трудно списать на обыкновенное общение. - в эту дыру.   - Хм, странно, что я прежде не видел тебя в школе. У нас много общего. Чимину это кажется очень забавным, поэтому он откровенно хохочет. Между ними же нет ничего общего, о чем вообще этот глупый мальчишка говорит? - То, что мы оба имеем корейские гены и родились в Кортленде? Чонгук тоже посмеивается, не собираясь забирать свои слова обратно. - Как минимум это. Мы могли бы стать друзьями. Они могли бы стать друзьями. Друзьями… Стооооп. Вот это поворот. Челюсть падает вниз, на автомобильный коврик. Нет, даже еще ниже. Она пробивает пол и устремляется на другую сторону земного шара. Что несет этот Чон Чонгук? Это же шутка? Судя по взгляду полному надежды – не шутка. Как бы ему объяснить все правильно? Чимин поворачивается лицом к нему, смотря с недоверием. - Чонгук. То, что мы оба корейцы – это не повод становиться друзьями, понимаешь? - Э… да. Ты прав. Но чем больше я с тобой общаюсь, тем больше думаю, что мы могли бы подружиться. - Зачем? – наверное, это звучит слишком резко, потому что юноша на пассажирском сиденье слегка дергается, в удивлении поднимая брови вверх. У Чимина голос нервный, глаза большие и поза напряженная - не самая нормальная реакция на предложение стать друзьями. Особенно это странно видеть тому, за дружбу с кем обычно готовы развязать локальную войну. - То есть, тебе-то это зачем? Мы даже толком не знакомы, почти не общаемся. И у тебя столько друзей, которые тебе подходят. Я-то тебе зачем? То, как Чимин об этом говорит ощущается неприятным, не нравится этот подтекст: будто сама мысль об их дружбе смехотворна. И это точно не та реакция, какую он ожидает видеть. Что не скажешь теперь, все будет воспринято не правильно. Неужели, Чонгук и в самом деле раздражает его? Зачем бы ему иначе так негативно воспринимать мысль о дружбе? Он так старался быть дружелюбным… Этого было мало? Может он поторопился? - Я… Думаешь, я буду плохим другом для тебя? – решается задать напрямую свой вопрос Чонгук. Это шокирует еще больше. У кого-то расположившегося на водительском сиденье голова сейчас взорвется. Вот прямо реально возьмет и взорвется. Раздуется, а потом лопнет, как воздушный шар. - Нет… не так… я... Капец. Чимин утыкается лицом в руль, пытаясь успокоиться и понять происходящее. Ну предложил ему Чонгук быть друзьями, ну и ладно. Так бы сказал Тэхён? Подумаешь, ситуация-то рядовая. Всего лишь краш Кортленда номер один хочет с ним подружиться. С ним! Нужно сосредоточиться на дыхании: вдох, выдох, вдох… Чонгук сидит рядом молча, его плечи опустились, грудь поднимается неровно. Он реально считает, что проблема в нем? Или дело в том, что он не привык получать от ворот поворот? Сейчас бы сломать психику самому популярному красавчику школы отказом в дружбе, ха… и вот за какие такие грехи ему это все дано? - Чонгук, дело не в тебе. Я не понимаю, откуда эти мысли, но… ты реально меня не знаешь. Я скучный. Я зануда. Я изгой, понимаешь? Мне колеса протыкают, насыпают мусор в шкафчик, лепят таблички с оскорблениями на спину. Это моя жизнь, без шуток. Зачем тебе кто-то, от кого одни проблемы? - Ты… не скучный и не зануда. Ты говоришь мне правду. И ты сохранил мою тайну. И мне с тобой комфортно. А еще, я уверен, что ты не будешь продавать мой стаканчик из-под кофе на ибэе. Чонгук как-то трогательно улыбается над своей же шуткой. Чимину не хочется смеяться. Он пытается себя убедить, что злится, но он не злится. Ему страшно, очень очень страшно. А если капнуть дальше, за это чувство, то… откровенно, ему даже нравится эта перспектива – стать друзьями. И вот за это хочется ударить себя сильнее всего. - Что, если мы попробуем? Устроим себе испытательный срок, скажем, в месяц. Будем вести себя так, как если бы мы были реальными друзьями. И посмотрим, что из этого выйдет? Предложение Чимину не нравится. Он боится привязаться, а к такому, как Чонгук привязаться очень легко. Если у них ничего не получится, то вероятнее всего страдать будет именно он, он один и никто кроме него. - И что будет, если у нас не получится стать друзьями? - Будем жить, как раньше. - Пассажир крутит в руках скрученный из салфетки шарик, кусая губу. Заметно, что его пальцы подрагивают, но включить печку в не заведенной машине невозможно. - Но нам нужно проводить время вместе, по-честному. Начать можно… в воскресенье? Чимин молчит, не решаясь дать ответ. Воскресенье… почему именно этот день? Спасительно звонит телефон, давая ему чутка времени на поиск мужественности. Мистер Пак сообщает, что эвакуатор немного задержался на прошлом вызове, но уже едет к ним. Тут же за спиной раздается гудок. - Чимин-а, если ты откажешься, то… я не буду настаивать. И… сталкерить больше не буду. Чимин кивает, чувствуя неопределенное чувство вины. Он слишком много непривычных эмоций испытывает рядом с Чонгуком. Блин, дело ведь в страхе, только в нем. Самый большой враг, который лишает его множества прекрасных вещей. - Я… не знаю. Эвакуатор подъезжает ближе, паркуясь рядом. Нужно дать ответ прямо сейчас. Если бы Тэхён был здесь… он бы треснул друга по голове и сказал бы что-нибудь очень грубое про него. «О чем тут думать?» явственно слышится в голове. - Окей. Давай попробуем. Обещаю не продавать твои стаканчики из-под кофе. Надеюсь, ты это не из-за тыквенного пирога моей матери задумал, а? Чонгук смеется, скрепляя их сделку рукопожатием. Его причина куда более серьезная, чем пирог. Но сказать об этом сейчас он не готов. Вдруг, он ошибается? Нужно проверить, верны ли его догадки, тогда можно будет и Чимину все рассказать. В том, что они станут хорошими друзьями, он не сомневается. Так или иначе, Чонгук всегда добивается того, что ему нужно. - Значит, в воскресенье тусим вместе? Давай в этот раз у меня. У меня есть Лига Легенд и домашний кинотеатр. С тебя тыквенный пирог… Чимин устало улыбается, решая, что это может и не такой плохой способ - отпраздновать день рождения в компании Чон Чонгука. Хуже, чем с Тэхёном, но лучше, чем в одиночестве. Эвакуаторщик стучит в окно, прося заполнить документы, а потом говорит, что закинет ребят по домам. Чимин узнает в нем клиента своего отца: у него две дочки-близняшки с частыми отитами. По дороге к дому Чонгука водитель бесконечно благодарит мистера Пака за его профессионализм и доброе сердце. Парни даже парой слов перекинуться не могут, кивком, время от времени, соглашаясь с тем, что «он самый лучший врач на свете» и «такой благородный человек». И Чимин даже рад возможности отмолчаться. Он превысил свой лимит общения с кем-то, кто не Тэхен примерно в сотню раз. А еще ему нужно время, чтобы понять, на что он согласился. В одном он уверен на тысячу процентов: совсем скоро он пожалеет об этом.         Чонгук поет в рок-группе, а Чимин ходит на дополнительные по биологии и химии, у Чонгука собственная фанбаза, а у Чимина такое же количество хейтеров, Чонгук высокий, Чимин его почти на голову ниже, Чонгука знает вся школа, у Чимина из друзей только Тэхён, Чонгук живет без нужды, Чимин карманные деньги растягивает на месяц и постоянно ищет подработку... и это можно продолжать до бесконечности. Но с этого дня они друзья. Как это правильно назвать? Друзья на испытательном сроке. Это нужно переварить, принять и довериться себе. Такого блага не предоставляется, потому что на следующее утро после заключения сделки (в пятницу), Чонгук заприметив его в школе, подходит поздороваться. Он не испытывает дискомфорта от того, что на них устремлены взгляды всех учеников в холле, он привык. Он нет – Чимин да. - У тебя биология? – интересуется, заглядывая в шкафчик парня. Там архитектурный порядок – ровно стоят учебники, лежат несколько чистых футболок (на случай душа из мусорного ведра), сменные линзы даже есть. Все очень аккуратно, «по-батански». - А у меня современная история. Это в противоположном крыле. Хорошего дня, Чимин-а. И все. Уходит себе, как ни в чем не бывало, догоняя свою компанию. А на маленького, худого подростка со всех сторон кровожадно пялятся фанючки Чонгука. Последствия утренней встречи предстают перед глазами на следующей перемене. На дверце шкафчика красной помадой нарисован здоровый такой, волосатый член. Рисунок изображен с поразительной анатомической точностью, но увидевший его первым завуч не оценивает таланта художника. Зато он с удовольствием делает выговор и заставляет сейчас же отмывать этот шкафчик, а после занятий и все остальные. «Чтобы не повадно было!». Очень справедливое наказание, для того, кто занимается такими вещами, но Чимин-то тут причем? Смысл ему рисовать ТАКОЕ на своем же шкафчике? Логика покидает чат, его аргументов никто слушать не желает. Заложник обстоятельств.       Помада отмывается плохо. Водостойкая, вероятно. Чимин опаздывает на большую часть урока математики, получая выговор и здесь. И все из-за короткого диалога с Чон Чонгуком. Диалога, в котором он не произнес ни одного слова. Что же будет дальше?       Физкультура проходит спокойно, и это не может не радовать, учитывая, что она проходит одновременно у нескольких классов учеников. А дальше ланч. Без компании друга Чимин - легкая мишень. Тэхён играет роль щита, потому что он мощный и злой. К нему подходить опасно. Он легко может навалять, не боясь оказаться в кабинете директора. Чимин же, хоть и имеет рельефное тело, выглядит хрупко. У него язык острый на высказывания, а это тоже многих бесит. А теперь вот еще и Чонгук ему слишком много внимания оказывает. Бинго! Дай Бог Чимину сегодня до дома добраться целым.       Когда Чонгук так радостно машет ему рукой из-за стола «крутышей», жидкий страх затекает в легкие. Мальчишка решает сделать вид, что ничего не заметил, занимая самый неприметный столик. Его не трогают, на него не смотрят, к нему не подходят. Может еще и обойдется. Он даже чутка расслабляется, без аппетита съедая половину порции и выпивая яблочный сок. Ему даже почти удается покинуть столовую. Почти. Кто-то незаметно ставит подножку парню, когда он несет поднос с грязной посудой к мойке. Все, что было в тарелке летит на чистую рубашку, ноги сплетаются, земля и небо меняются местами и в следующий момент Пак Чимин растягивается на кафельном полу с растекающимся пятном от соуса на одежде и с ним же в волосах. Грохот разбивающегося стекла привлекает внимание всех в столовой. Кто-то начинает смеяться и постепенно все помещение заполняет один непрерывный хохот. Звука так много, что Чимин теряется в пространстве. Он неосознанно скользит взглядом по сгрудившимся ученикам и натыкается на лицо нового «друга». И да, тот тоже смеется. Кто бы сомневался. С волос начинает капать соус прямо на пунцовое от стыда лицо. На руках, кажется, есть ссадины. Из-за стола раздачи к нему приближается грозного вида повариха, чтобы что…? Отчитать, в лучшем случае, в худшем отправить к директору. Главное, не расплакаться прямо перед всей школой. Нет, это будет хуже, чем все на свете. Чимин губы зажевывает, решая, что дальше делать. И самое лучшее, что он может придумать – это побег. Он так торопится, что оставляет на полу сумку и понимает это лишь в туалете, куда ноги несут его сами. Одна непослушная слеза все-таки скатывается по щеке вниз, а следом и вторая. Мальчишка запирается в кабинке, надеясь, что все это окажется дурным сном. Туалетной бумагой убирает в начале с лица, а потом с волос красную жижу, хлюпая носом и вслушиваясь в происходящее за дверью. Через пару минут кто-то вваливается в сортир, громко смеясь. Обсуждают произошедшее в столовой. - … неудачник. Насколько надо быть лохом, чтобы так растянуться… - А лицо. Помнишь его выражение лица? Я думал, он разревется прямо там, как девчонка. Я бы сдох после такого. - Угомонитесь. Это случайность, с каждым может произойти такое. - Равнодушный голос Чонгука застает врасплох. Чимин подавляет всхлип, зажимая себе рот рукой. Он его сейчас пытается защитить? Нет, быть не может. - Да ты у нас ангел, Джей Кей. - Ага, зато ты ублюдок. - Раздается чей-то смех. Чонгук со своими друзьями говорит по-другому. Как-то слишком небрежно. - Валите на урок. Я задержусь немного, предупредите мистера Форса. По ту сторону деревянной двери слышатся звуки потасовки, а потом становится тихо. Чимин так и стоит с грязной туалетной бумагой в одной руке, с зажатым другой рукой ртом и пятном на рубашке, когда к нему в кабинку робко стучат. - Чимин, ты же здесь? Отвечать нет никакого желания. После такого позора ему никого не хочется видеть, особенно Чон Чонгука. - У меня твоя сумка. Еще одна попытка. Черт. Сумку нужно как-то забрать, но выдавать себя нельзя. Звенит звонок. Чимин не пойдет на два следующих модуля, он это уже твердо решил, поэтому не торопится. Жаль, что придется пропустить доп. по биологии, но он потом догонит упущенный материал. Если что, отец сделает ему липовый документ о том, что ему было плохо. Это ведь правда, если можно назвать диагнозом полное отсутствие желания жить и тотальную ненависть к себе. - Ладно. Тогда я ее оставлю под дверью и уйду. Договорились? У Чонгука голос теплый, дружелюбный, совсем не такой, как минутами ранее, когда он общался со своей компанией. Можно было бы ему поверить, если бы не четкая картинка его смеющегося лица в столовой. Слышатся отдаляющиеся шаги и звук хлопнувшей двери. Он же действительно ушел? Чимин медлит с минуту, а потом аккуратно открывает дверцу, ища взглядом сумку, но не находит ее. Зато находит облокотившегося о стену напротив Чонгука. Гад. - Так и думал, что ты здесь. - Где сумка? – мальчишка хмурится, понимая, что его надули. - У меня. Не запирайся. Уроки начались, сюда никто не зайдет. У него глаза обеспокоенные, смотрят внимательно - привычное волшебство меняет свой оттенок, но оно все еще здесь. Да его как будто становится больше, как будто весь мир в эту секунду схлопывается до одного несчастного Пак Чимина, и именно он оказывается притягивающим эпицентром. Ужасное качество. - Тебе тоже лучше идти на занятия. - Герой дня наконец-то находит свое добро на плече у «друга» и тянет к нему руки. Но тот перехватывает маленькую ладошку, рассматривая глубокий порез. - Пусти. - Нужно обработать. А на второй что? Там не лучше, но это ерунда. Раны на гордости куда более глубокие. - Слушай, не стоит переживать об этом. Вот увидишь, к понедельнику все забудут об этой фигне. - Чонгук отматывает кусок туалетной бумаги, убирая с волос присмиревшего парня остатки соуса. Что и требовалось доказать - он не в состоянии понять произошедшего. Для него это просто недоразумение, случайность. Просто «фигня», над которой надо посмеяться и забыть. Но все совсем не так, совершенно. - У меня есть запасная футболка в шкафчике. Принести? - Не нужно. У меня на такой случай тоже имеются. Лучше возвращайся в класс, я дальше сам справлюсь. Я серьезно, Чонгук. Спасибо за помощь. Чонгук смотрит на него сведя брови к переносице, явно борясь с собой. Наконец, он хмыкает и стягивает с себя черную кофту на молнии. - Держи. В одной футболке сейчас холодно. Ты же домой, да? Чимин неуверенно кивает, сжимая в руках чужую одежду. Чонгук кивает ему в ответ. - Так, видимо, будет лучше. Тогда до воскресенья? - До воскресенья.         Родители выслушивают его спокойно, не ругают, но и не жалеют. У них такая политика, и Чимин благодарен за это. Если бы кто-то начал сочувствовать ему сейчас, то, наверное, стало бы совсем невыносимо. Тэхён пишет ближе к вечеру в свойственной ему манере. В его смс больше мата, чем приличных слов, но его поддержка все равно приходится как нельзя кстати. А чуть позже они созваниваются по видеосвязи: болтают о новой игре, сломанной машине и, совсем немного, о Чонгуке. У друга голос бодрый, но под глазами все еще огромные синяки и лицо болезненно бледное. По словам мистера Пака, Тэхён идет на поправку и сможет выйти в школу ближе к концу недели. За время диалога друг примерно миллион раз сожалеет, что не сможет лично поздравить Чимина с днем рождения, так что последний решается сказать об их планах на этот день с Чонгуком. Что касается этой темы, он Тэхёну говорит не все, но то, что будет выглядеть безопасно. Например, про их договор о дружбе он умалчивает, как и про то, что тот помог ему после всего случившегося в столовой. И про то, что новый «друг» отдал ему свою кофту (она висит на спинке стула, наполняя комнату ароматом парфюма с нотками грейпфрута) тоже рассказывать не собирается. Юноша заметно удивляется, но находит эту идею блестящей. Возможно, мысль, что Чимин будет не один в свой праздник заглушает гложущее его чувство вины.           К ночи парень окончательно успокаивается, решая, что произошедшее в столовой, в конечном итоге, не самое страшное, что случалось в его жизни. Это всего лишь очередная неприятность. Поговорят об этом в школе некоторое время, да. Но потом забудут, найдут себе новую тему для развлечения. Поэтому и загоняться сильно не стоит. Он выпивает слабенькое успокоительное, которое давным-давно запрятано в далекий угол его шкафа, и отрубается самым умиротворенным сном на свете.                     Воскресенье наступает неожиданно быстро, и вот Чимин сидит в городском автобусе, стремительно приближаясь к дому семейства Чон. Родители в качестве подарка полностью оплатили ремонт машины (а цифра там оказалась внушительной), и даже поставили новую магнитолу, но забрать развалюху из сервиса получится не раньше, чем через неделю. Тэхён подарил Чимину две новых игры в стиме и заказал ему доставку на дом: огромный шарик в форме… женской груди, а с ним бутыль вина. Очень в стиле Тэхёна. В целом, первая половина дня выходит куда круче, чем можно было ожидать, а две коробки ароматной пиццы, бутылка вина, тыквенный пирог и возможность поиграть в компьютер с Чонгуком делают и его вторую половину очень интригующей. Чимин волнуется из-за встречи, боится быть неловким или надоесть хозяину дома. А еще он так и не нашел возможности сказать «другу» про то, что у него сегодня день рождения. И он планирует это сделать теперь, при встрече. Типа, такой вот странный сюрприз.       Дом Чонгука выглядит так же, как и его обладатель. Он идеальный, словно с картинки. Газон сочно-зеленого цвета в октябре, стены, давящие на глаза белизной, и поблескивающие чистотой окна… словно сюда заселились совсем недавно. У двери аккуратные колонны, на стене табличка с полным адресом и почтовый ящичек с противоположной стороны. «Кукольный домик» - проносится в голове Чимина первая ассоциация. На подъездной дорожке стоит спортивная машина, и это кажется странным. У Чонгука нет прав, пока что. Автомобиль его родителей?       Чимин поправляет ворот худи. Он долго крутился перед зеркалом у себя в комнате и выбранный лук (вообще-то мало чем отличающийся от его повседневных образов) казался удачным, но теперь он ощущает себя дураком. И чем он дольше стоит вот так перед дверью, тем сильнее становится это ощущение. Нужно всего-навсего нажать на звонок. Чонгук ведь сам пригласил Чимина к себе, так что он ждет его и будет рад встрече. Парень нажимает на кнопку, пуская по дому звонкую трель и кусает губы, думая, как лучше преподнести новость о своем дне рождения. Как бы сделать так, чтобы не поставить парня в неловкую ситуацию? Слышатся легкие шаги, прежде, чем кто-то смотрит в глазок. Этот же кто-то приоткрывает дверь, высовываясь из нее наполовину. Чонгук смотрит на гостя как-то странно, как будто тот забыл надеть на себя штаны. Ну или еще что-то в этом духе. Чимин даже оглядывается, проверяя все ли в порядке за его спиной, вдруг за ним увязался какой-нибудь Пеннивайз, а потом неуверенно машет ладошкой.  - Чимина! Привет! – у парня на губах улыбка, натянутая какая-то улыбка. Ощущение, что ему здесь не особенно рады очень быстро завладевает Чимином, и дыхание само собой сбивается. В этот раз он точно считывает эмоции, у него радар на негатив. - Привет. Я немного опоздал, это ничего? Пиццу готовили дольше, чем я ожидал. - Мальчишка тараторит быстро, протягивая вперед пакет с пиццей, пирогом и вином. - Здесь еще… - Пицца – это круто. Чимина… тут такое дело… Интуиция не подводит. Глаза Чонгука бегают по сторонам, на щеках появляются стыдливые румяные пятна. Он выглядит так, точно хочет сказать что-то, что может звучать неприятно. - Все в порядке? – Чимин беспокойно всматривается в напряженное лицо «друга» и пытается заглянуть за его спину в дом. Возможно, у него беда какая случилась? Он мог бы помочь, если это ему по силам. - Да, я... Нам… просто придется перенести нашу тусовку. Прости, пожалуйста... Тут все немного неожиданно получилось… Брови лезут наверх, и в груди что-то трещит. Точно, это трескается тонкая пластина доверия к Чонгуку. Тем не менее, Чимин еще пытается найти объяснение происходящему. - У тебя все в порядке? Помощь не нужна? - Нет, нет. Все нормально. Это… Громкий девчачий смех раздается из-за двери, а следом кто-то зовет Чонгука совсем рядом. Он виновато улыбается и отворачивается, чтобы ответить. Находящийся по другую сторону от входной двери не может не слышать короткий диалог, несмотря на то, что говорят шепотом.   - Чонгука, ты скоро? Мы все подготовили. - Голос противно тянет. Так фальшиво, что невольно морщишься. - Тебе лед класть? - Да. Мне нужна минутка. Скажи всем, чтобы не начинали без меня. - Кто там? Это что-то важное? - Да нет, не важное. Иди к ребятам, я сейчас догоню. - Чонгук снова поворачивается к Чимину. На лице несостоявшегося гостя отражается слишком многое, чтобы не понять, что что-то не так. Но он прячет глаза, больше не решаясь смотреть на «друга». Это с самого начала была дебильнейшая идея. Так все и должно было закончится. Хорошо, что сейчас, а не потом, когда он успел бы привыкнуть. - Прости. Мне нужно идти. Пересечемся в школе, да? - Пересечемся. - Бесцветно отвечает Чимин, ощущая расползающееся по телу ощущение безнадежности. Он отворачивается сразу, не теряя не минуты и бредет прочь от дома семейства Чон. Даже не к остановке, а куда-то, куда глаза глядят. Чонгук очень четко дал определение того, чем является Чимин. Он – «не важное». «Ну же, болван, ты же с самого начала знал, что все будет так. Так чего теперь падаешь куда-то в бездну? Ты просто потерял бдительность, дело в этом. А теперь вот сталкиваешься с последствиями.» Чонгук помог ему в субботу и внутри зажегся огонек доверия. Да, «друг» смеялся в столовой, но потом он нашел Чимина в туалете, вернул сумку и дал кофту, чтобы тот не замерз по пути домой. Кофта! Она в пакете сверху, постиранная и аккуратно сложенная. Поначалу хочется выкинуть ее в ближайший мусорный контейнер, но эта мысль исчезает также быстро, как и появляется. Он ушел от дома Чонгука всего на несколько кварталов, так что возвращается быстро. Несколько раз он настойчиво жмет на звонок и, стоит двери открыться, резко пихает в руки парня черный сверток. - Чимина? Что это…? - Твоя кофта. - Мог бы потом отдать, ты из-за этого вернулся? – Чонгук удивленно смотрит на равнодушное лицо мальчишки, который все также пилит взглядом его грудную клетку. - Она мне больше не нужна. Спасибо. Вот и все. Ты справился с этим, Чимин. Теперь брось гордый, прощальный взгляд и уходи. С этим мальчишка справляется, предпочитая заигнорить следующий вопрос оторопевшего красавчика. С Чонгуком и всеми этими играми в друзья покончено. Хватит.       Пакет с пиццами и пирогом летит в мусорное ведро. Аппетита нет совсем, а кроме Чимина есть это все теперь некому. Домой идти не хочется, родители удивятся тому, почему он так рано вернулся, а говорить им правду нет никаких сил. Они и так в нем постоянно разочаровываются, пусть порадуются, что, хотя бы свой праздник их сын проводит в компании друзей. Тэхёну тоже не нужно знать правду. Придумает потом какое-нибудь правдоподобное вранье о том, из-за чего они с Чон Чонгуком могли поссориться. Повод наверняка найдется. Игнорить того, кто тебе неприятен в школе не сложно, а если продолжит доставать, то можно будет начать шантажировать. У него есть козырь в рукаве. Это успокоение скорее самому себе, конечно, падать так низко он не собирается. Да и не поверят ему без фотографий, так что это с самого начала глупая идея. Чимин удобнее перехватывает рюкзак и оглядывается по сторонам. Он ушел от центральных улиц на окраину города. Нужно открыть вино - как предусмотрительно он взял с собой штопор. Пробка поддается, напиток освежает горло и растекается теплом по телу. Не совсем так он хотел отпраздновать восемнадцатилетие. Это немного грустно, но не так, чтобы убиваться. Чимин отпивает еще порядочное количество вина и думает куда бы пойти дальше. Можно в какой-нибудь парк. Листья пожелтели – в парке должно быть красиво, пусть и прохладно. Да, а после можно заглянуть в любимое кафе, если захочется что-нибудь съесть. Денег мало – он потратил почти все на пиццу – но на именинный десерт хватит. На телефон приходит сообщение от Чонгука, на которое хочется только презрительно фыркнуть.   «Прости еще раз, пожалуйста. Позже поговорим?»