Мёртвый город

      Тело непроизвольно дёрнулось. Мэйбл, замершая на месте, похлопала глазами, как только короткое, похожее на миг воспоминание, развеялось. Билл оказался рядом, как и всегда пожирая её взглядом, пока она заставляла себя прийти в чувства. Он соблюдал дистанцию, молчал, но было в его внимании к ней что-то обнадёживающее. Он надеялся, что если не омут, то она сама сможет что-то вспомнить, однако если судить по злому выражению её лица — вряд ли его ждали хорошие новости. — Ты в порядке?       Мэйбл потёрла пульсирующие виски, игнорируя его вопрос. Затем всё же решилась, посмотрела на него строго, холодно. И когда губы её скривились в надменной усмешке — он осознал, что сейчас последует мелодия из заезженной пластинки. «Убирайся!», «Я тебя ненавижу», «Ничего не было» — топ три отрицания Мэйбл Пайнс. Так или иначе он был готов к этому. Ждал, пока она начнёт, как ждут подсудимые вердикт судей. — Откуда это беспокойство? — Прошипела Мэйбл, не глядя на него, будто возмущалась в гордом одиночестве. — Откуда в тебе столько… нет, погоди! — Всплеснула руками перед собой, но Билл даже не вздрогнул, оставаясь стоять на месте. Ни один мускул на его красивом лице не дрогнул. — Зачем тебе это? — Наконец посмотрела на него. — Ты переживаешь, что если со мной что-то случится, то ты тоже умрёшь?       Она посмеялась. Посмеялась, как над дураком, пока он выглядел серьёзно и сдержанно. — О боги, тогда, полагаю, мне непременно нужно покончить с собой, да? — В шутку предложила она, продолжая смеяться. Затем резко смолкла, ухмыльнулась. — Думаешь, я ничего не понимаю? — Мэйбл ткнула пальцем в грудь Билла. Грубо. Задерживая его на ткани белой рубашки. — То, что ты чувствуешь — и моё состояние тоже. Когда ты тревожишься — меня невольно начинает тошнить, а сердце бьётся как после пяти чашек Американо. — Посмотрела ему в глаза, почти обвиняюще. — Мы крепко связаны. Не знаю как это вышло, не знаю почему, но… это самое мерзкое что со мной случалось.       Выражение на лице Сайфера не дрогнуло, но в груди неприятно заболело от сказанного ею. Эта печаль мгновенно проникла в её собственную грудь, чем лишь подтвердила её утверждение. Мэйбл опустила палец и прижала ладонь к собственной груди, будто могла прикоснуться к этому ощущению извне. Будто могла впиться в него ногтями и вырвать с корнем. Ах, если бы она могла — кто бы её остановил?       Билл вытянул руку, взял Мэйбл за запястье и потянул к себе, заставил её ладонь припасть к его груди. Они оба замерли, смотря друг на друга, словно впервые. — Я скажу тебе, но ты ни за что не поверишь. — Пробормотал Билл. Между ними воцарилось напряженное молчание, и даже Скайрос не подавала каких-либо звуков, позволяя себе лишь наблюдать за происходящим. Билл сделал медленный вдох через нос и также медленно выдохнул. — Ты сама… попросила у меня часть сил.       Её глаза распахнулись шире в искреннем поражении. Она судорожно пыталась понять, осмыслить этот факт, но не могла. Не понимала. Каким таким образом сам Билл Сайфер согласился на это? И как она, в здравом уме, могла пойти просить демона о, казалось бы, невозможном? — Как… как я могла п-просить?.. — Растерялась она. Под ладонью, сквозь его рубашку, она ощущала тепло. Лёгкие сердечные удары. Разве Билл был так близок к чему-то живому, разве он — не пустая бесчувственная оболочка человека? Она чуть тряхнула головой. Отвлеклась. — Я… — Знала бы ты, как я был против, как мы чуть не поругались из-за этого. — Он удобнее обхватил её запястье, с нежностью. Затем выдавил улыбку, одну из грустных. — Но ты меня не слушала. Лезла в самое пекло, готовая пожертвовать всем ради своих друзей и близких.       Мэйбл вздрогнула, выдернула руку и отшатнулась на несколько шагов, мотая головой. Всё предыдущее звучало, как враньё, но то, что он говорил сейчас… это было так похоже на неё. Она точно знала, что была такой. Но ради чего было то самопожертвование?       «Чёрт», — выругалась она, — «никогда не хотелось заглянуть в омут, как сейчас».       Билл воспользовался тем, что смог подорвать её чувства. Он приблизился, притянул её за плечи, заглядывая в глаза. Затем коснулся её щеки, пока его глаза блестели под светом миллионов звёзд. — Мэйбл, прошу. — Прошептал он. — Послушай меня. Хотя бы сейчас.       Её губы приоткрылись, а застекленелый голубой взгляд скользнул по его лицу в горькой задумчивости. Она коснулась его руки, его пальцев, которые касались её, и медленно их опустила, очередной раз выстраивая перед ним невидимую преграду. — Почему? — Хрипло прошептала она.       Билл молчал, пока ответ вертелся на языке. Он знал, что скажет — и она засмеёт его полностью. И всё же.       Он склонился к ней ближе, чем в первый раз вчера. Остановился в нескольких сантиметрах от её тела, на столь мизерном расстоянии, что хотелось сократить его донельзя сильно. — Потому что ты нужна мне. — Честно ответил Билл. — Потому что ты нашла во мне то, чего я сам не мог найти в себе. Ты показала мне, какого это посвящать всего себя кому-то, как важно — идти по одному пути с тем, кому веришь и кого… — Он умолк всего на секунду. — …любишь.       Мэйбл выдавила нервный смешок и сделала около десяти шагов назад, как если бы предупреждала его, что сделай он эти десять шагов к ней снова — она что-либо предпримет. То, что он выдал — сущая дикость, но при всём при этом в её груди образовалось что-то приятно тёплое, волнующее и трепетное, всё ещё ей не принадлежавшее, а значит…       Билл в самом деле чувствовал сейчас это?       «Боже», — Мэйбл смутилась, — «как это странно». — Любовь? — Растянула она и спустя секунды провела по нижней губе языком. — Как ты можешь понимать, что такое любовь? — Покачала головой, нервный смех постепенно превратился в настоящий. — То есть ты, демон, которому важнее всего галактическая власть… знаешь… какого это — любить?       Зависла тишина, а затем Мэйбл прыснула со смеху, накрывая рот ладонью.       Скайрос осуждающе посмотрела на девушку и тряхнула крыльями, чтобы привлечь внимание, однако Билл и Мэйбл были сейчас настолько увлечены друг другом, что ничего и никого не замечали.       Билл впервые позволил эмоциям проскочить на его лице. И то трепетное чувство в груди у Мэйбл мгновенно потухло, заставив её перестать смеяться. Она ухмыльнулась, выпрямилась и сложила руки на груди, продолжая наблюдать за ним. — Я и сам не знал, что так бывает. — Холодно ответил Билл, подобно ей складывая руки на груди. — Влюбился в тебя, неважно веришь или нет.       Мэйбл прокашлялась, пытаясь скрыть свой шок из-за его слов. — Влюбился… хм, да. Да, конечно. — Она кивнула самой себе несколько раз, повела перед собой рукой. Бесспорно, она издевалась. — Рассказывай эти бредни своим демоническим друзьям, с которыми ты убивал жителей Гравити Фолз, а меня оставь в покое!       Билл раздраженно закатил глаза. Знал, что всё это бесполезно.       Развернулся, чтобы уйти, пока не взорвался на месте, но тут… — Пхах… Любовь… — Растянула с наигранной улыбкой Пайнс. — Тебе это не подходит.       Он остановился.       Казалось, что в груди образовалась бомба замедленного действия.       Медленно обернулся через плечо, смотря на довольную собой девушку, упёршую одну руку в бок. Она смотрела на него с наглым прищуром, растягивая губы в дьявольской улыбке, и он не выдержал. За считанные секунды, за счёт способности, оказался прямо перед ней, уложил обе руки на её щеки и притянул её лицо ближе, впиваясь в её губы требовательным поцелуем.       По старой привычке притягивал девушку ближе, опустив одну руку на её талию.       Забывал дышать.       Блаженно было снова почувствовать эти изгибы, снова касаться этого тела, как если бы оно принадлежало ему. Он точно знал, что оно его помнило. Каждое прикосновение, отзывающееся в груди волнительными импульсами.       Как всё это будоражило и волновало. Также, как и в первый раз, когда они поцеловались.       Разница была лишь в том, что она не отвечала ему. Затем и вовсе ударила, оставив на его щеке красный след от пощечины. Билл стоял, почти не шевелившись в то время, как щека горела от болезненного удара, которого он отчасти ожидал получить за свой опрометчивый поступок.       Лишь надеялся, что в её разуме мелькнёт новое воспоминание.       Но нет. — Какого хрена ты вытворяешь?! — Выкрикнула Пайнс, пытаясь грубо стереть его поцелуй со своих губ. Билла задело то, что из-за его поцелуя она испытывала открытое отвращение. Тёрла губы так, как если бы отпила бокал крови с того озера. Казалось, что даже её лицо побледнело, словно её сейчас вырвет.       Она взмахнула рукой, в воздухе сжав пальцы в кулак, который вспыхнул шаром чёрного огня. Пригрозила, заставила чёрную магию пылать между ними. Именно тогда лицо Билла исказилось вновь. Он смотрел на шаг огня несколько секунд в ошеломлении, а затем посмотрел на разъяренную Мэйбл. — Всё ещё хуже, чем я думал… — Наконец выдал он. — Ты под влиянием этого мира, и если тебя не вытащить отсюда — твой разум кардинально изменится, превратив тебя в одно из оружий Блэйна. Почему ты не хочешь принять помощь?       Глаза Мэйбл налились красным. — Я же уже говорила: потому что не доверяю тебе! Ты явился сюда и строишь из себя добродетеля, но я… я знаю твою истинную сущность! Известный Билл Сайфер… искусный обманщик и вор людских душ… Ты никогда не был другим, ты никогда не исправишься, и я знаю… — Запнулась, снова мир под ногами пошатнулся и также быстро остановился. — Я знаю, что у тебя с Блэйном свои счёты. Верни ты ему Сердце — было бы всё прекрасно! Он бы смог вернуть меня домой! — Я тоже могу вернуть тебя домой! Ты хоть знаешь, почему лучше не возвращать это Сердце?! — Вспыхнул Билл. — Всё погибает! Ты слепа, глупая Звезда! Очнись! — Он тряхнул её за плечи. — Я пытаюсь помочь тебе, нет у меня никаких замыслов!       Мэйбл оттолкнула его от себя. — У всех есть право выбора. — Холодно ответила она. — И у меня оно тоже есть. Я выбрала путь, в котором я сама себя спасу. Я выбрала верить человеку, который вытащил меня из завалов обломившегося здания. Блэйн нашёл меня, а где был ты?..       Слова, словно яд, поглощали его, заставляли чувствовать себя ничтожно.       И в самом деле.       Где. он. был? — У тебя не хватит времени. А когда одумаешься — будет поздно. — Скрыв глаза в тени чёлки, добавил Билл. — Но я… буду ждать тебя здесь. Пускай это измерение разлетится в пыль. Пока есть хоть один шанс — я буду ждать тебя.       Мэйбл опустила руку. Шар чёрного огня потух. — Тебе лучше уйти. — Спокойнее добавила она. — Ты никак не повлияешь на мои решения.       Билл посмотрел ей в глаза.       Она посмотрела в ответ серьёзно, решительно. — Повлияю. Вот увидишь.       Мэйбл, раздраженная его самоуверенностью, лишь стиснула зубы. Подозвала к себе Скайрос, мысленно моля её убраться прочь, вместе.       Птица поняла без слов и нехотя раскрыла огромные крылья, пригнулась перед тем, как оттолкнуться. Мэйбл, не глядя на Билла, обняла птицу, и та за одно мгновение оказалась в небе, усыпанном звёздами.       Оказавшись где-то высоко, вдали от демона, Мэйбл рвано выдохнула и вытянула одну руку вверх, к желанным звёздам.       В груди всё болезненно сжалось, когда она вспомнила, как ей удалось их увидеть. Лицо Билла всплыло в разуме всего на долю секунды, и она тряхнула головой, отгоняя от себя его образ. Мэйбл облизнула пересохшие губы, прокрутила в мыслях неожиданный поцелуй.       Был ли он её первый?       Или они уже целовались ранее?       Тронула кончиком ноготка нижнюю губу.       Поцелуй казался очень знакомым.

***

      Она проснулась от красного света, пробирающегося через окно хижины в её комнату. Едва не запаниковала, свалилась с мягкой кровати, вследствие ушибла руку. Потирая больное место, Мэйбл наскоро бросилась к окну, чтобы понять что происходит.       «О, нет…». — Она выбежала на улицу в одной лишь ночной сорочке, босыми ногами ступая по холодной земле внутри своего защитного ледяного барьера.       Асператус был неспокойным. Шероховатые пугающие волны плыли куда-то с неприсущей им скоростью, а вместо белых вспышек молний сверкали красные. Впервые за два месяца Мэйбл увидела нечто подобное, чему не могла найти объяснений.       Собравшись как можно скорее, — а с магией, разумеется, это было ещё быстрее, чем обычно, — она покрутила кольцо на указательном пальце. Раздался знакомый птичий грай, и вот уже Скайрос была перед ней, рассеивая пыль в стороны по приземлению. Обеспокоенная девушка тут же бросилась к ней. — Что происходит?       «Я видела это только в день моей вылазки, когда за мной охотились», — поделилась птица, подняв голову вверх. — «Полагаю, Блэйн хочет видеть тебя». — Тогда нам нужно поспешить.

***

      Пока она шла по коридорам — сердце тревожно билось об рёбра. Какое-то странное, плохое предчувствие одолевало полностью. Особняк казался мрачнее и опаснее, чем при её первом официальном визите, и если бы эти тёмные стены могли отражать настроение Короля — чуется, всё было бы для неё куда печальнее, чем могло показаться.       Мэйбл ощущала дрожь.       Поглядывая на тёмные высокие потолки, по позвонкам перекатывался настоящий страх. Затхлый могильный запах, коим разило по сквозистым коридорам, заставлял её задерживать дыхание и морщиться. На что это похоже? На запах разлагающихся трупов? Животных?       Она старалась не вдумываться в это — лишь прислушивалась к стукам собственных каблуков по гладким чёрным плитам. Будь с ней сейчас Скайрос — было бы ли так страшно ни с того ни с сего?       Птица осталась у входа в особняк. Перед тем как Мэйбл вошла, они не обменялись и словом. Понимали, что не безопасно. Но разве Блэйн мог навредить им?       Мэйбл Пайнс рассчитывала, что нет. Но сегодняшнее «утро» почему-то подкидывало мысли о том, что её уверенность в этом могла запросто превратиться в ложную.       Перебирая пальцами, она продолжала шагать по знакомому коридору, и чем дальше шла, тем несноснее становился запах. Только теперь, приблизившись к тронному залу, она поняла почему: по обе стороны, выстроившись в две ровные линии, стояли мертвецы. Более разумные, более опасные. От них несло помоями, плесенью и разлагающимися органами. Казалось, мертвецы могли развалиться прямо на глазах, если бы не броня на их дряхлых посиневших телах, которая вполне могла удерживать их внутренний скелет.       Она приучала себя не бояться. Но в обители Беннетта её сердце всегда сжималось от необъяснимого ужаса и паранойи, что её вот-вот повяжут и понесут на жертвенный стол. Да. К сожалению, воспоминание о том дне, как она, парализованная, лежит пластом с закрытыми глазами перед двумя жуткими возвышающимися над ней мужчинами, по-прежнему болезненно отзывалось в ней.       Мертвецы, завидев её, закряхтели. Их нервное, ледяное дыхание было шумным и настораживающим.       «Давай, возьми себя в руки», — приказала она себе, — «никто тебя не тронет».       Сцепив руки в замок, Мэйбл замерла у главного входа в зал, пока вскоре кто-то изнутри не потянул две тяжёлые ручки на себя, чтобы открыть двери, едва не упирающиеся в потолок.       Она вошла внутрь.       Вмиг почувствовала себя мышкой, загнанной в ловушку, когда двери за её спиной закрылись.       Первым она увидела советника Морта, который также, как и всегда, не выказывал своим видом никакого дружелюбия. Он стоял справа от трона Короля, заведя обе руки за спину, и держал спину ровно, строя из себя важность. Будто показывал своим положением в зале, что «вот он я, правая рука его Величества».       Мэйбл испытывала к советнику те же чувства. Старалась не смотреть, как его глаза пожирают её взглядом. — Добро пожаловать. — Спокойным тоном поприветствовал Блэйн, поднявшись с трона. Он ровными размеренными шагами сократил расстояние между ними, а Мэйбл медленно и вежливо склонилось в лёгком реверансе. — Я поражён, что ты правильно истолковала мою просьбу быть здесь сегодня. Я рад.       Мэйбл с опаской подняла голову, чтобы посмотреть на Короля, и не смогла проигнорировать корону на его голове из чёрного золота с красивыми рубинами в серебряных вставках. Хотелось бы подержать нечто ценное в своих руках, ведь, вероятно, эта корона передавалась из поколения в поколение наследникам трона. — Что-то случилось?       Блэйн поджал губы, сделал один шаг назад. — Вчера я почувствовал прилив посторонней энергии. — Начал он. — Мне известно, что Билл Сайфер здесь и промышляет чем-то, однако помимо его энергии я почувствовал и твою. Две силы сплелись вчера во что-то общее и отразилось звёздами в небе! — Красные глаза Блэйна вспыхнули, когда он резко приблизился к ней. — Почему?!       Мэйбл испуганно дёрнулась, но с места так и не сдвинулась. — Я… Я хотела увидеть звёзды. — Оправдалась. — Билл зачем-то вмешался, и… я…       Блэйн выдохнул, прикрыл глаза на несколько секунд. Затем вытянул руку, чтобы поправить чёлку Мэйбл, спадающую на глаза. Его губы вздёрнулись в подобие улыбки. — Он пытается помешать нам, прячет Сердце и хочет переманить тебя на свою сторону. — Пауза. — Мэйбл. Моё переживание заключается в вашем с Биллом союзе. Я переживаю, что он подтолкнет тебя не в том направлении, заманит в свои сети. — Блэйн опустил руку, но взгляда от лица девушки отрывать не смел. — Я лишь хочу вернуть своё. И когда получу — благополучно отправлю тебя домой, как обещал. Мой мир не такой яркий и мирный, как твой, но, как и положено, в каждом измерении есть свой порядок. У всего светлого есть противоположность, и мой мир является ею. Это баланс, равновесие. Жизнь и Смерть. — Я понимаю. — Всё что смогла выдавить Мэйбл. Тревожное, нарастающее чувство в груди становилось удушающим, но тем не менее она решила спросить: — Мертвецы в вашем услужении. Кто они?       Блэйн внимательно следил за выражением её лица, но ничего, кроме искреннего интереса, не обнаружил. — Бог создал людей, дал им жизнь и умение добывать себе кров и еду. Он создал добрый мир, почву для существования. И по людским поверьям, таков был их порядок. Рождаться, расти, стареть, умирать. Это всё одно измерение — Земное, откуда ты родом. — Пояснил он. — Существуют тысячи других измерений, где ваш язык не поймут ни старейшины, ни похожие на вас существа. Эти миры были созданы чем-то или кем-то извне, пустые оболочки, захваченные кем-то сильным, вроде меня или же Билла Сайфера. Демонами, родившимися из чистой энергии. В Мёртвом городе уже был свой порядок и мертвецы, похожие на давно умерших людей. Они могли быть существами без глаз и рта… или наоборот с частями тел в преимуществе. То, что они похожи на людей — всего лишь невероятное совпадение. — Блэйн улыбнулся, но Мэйбл чувствовала, что это было обманчиво. История Блэйна — чистая ложь. — Они — всего лишь мой верный народ.       Нижняя губа Мэйбл задрожала, и она поспешила прикусить её, чтобы не выдать своего волнения. История Блэйна казалась правдивой, и была б таковой, если бы она не увидела воспоминания одного из мертвецов, с которым сошлась в ближнем бою. Блэйн ни разу не заикнулся о том, что мертвецы — это некогда живые люди, у которых была своя жизнь!       А, может, он и сам не догадывался? Может, он пришёл в эти земли, и все уже были мертвы? Он мог всего-навсего управлять ими, как земной Король — крестьянами. Но… разве Блэйн за столько лет не мог увидеть хоть одно видение?       Мэйбл вспомнила озеро, в котором плавал «непригодный материал», вспомнила слова Скайрос и, наконец, очнулась. Поняла, что Блэйн лгал ей, ведь часть истинной истории ей была уже известна.       Они боролись, чтобы не превратиться. Состояние между жизнью и смертью, когда перед ними стоял выбор. Обратиться, потерять разум или просто умереть. Как видишь, боровшихся было крайне… мало.       Скайрос рассказала ей. Осторожно, обходя обет, рассказала о «порядках» Блэйна. — Я позвал тебя не только для того, чтобы предупредить, рассказать о здешнем мире. — Король выдернул её из мыслей, сплетающихся в полноценную панику, и заставил в некотором роде прийти в себя. — Я хочу быть уверенным в том, что ты не предашь меня. — Что… я должна сделать? — Не без страха спросила Пайнс.       Беннетт щёлкнул пальцами, и советник, мерзко улыбаясь, отошёл куда-то в сторону, чтобы принять поднос с рук одного из слуг Короля. Затем он оказался между Блэйном и Мэйбл, протягивая поднос, на котором стояла лишь одна стеклянная колба с красной жидкостью. Представив, что это могло быть то озеро, Мэйбл затошнило ещё сильнее, чем пока она шла по коридорам. — Что это?.. — Дисон. Яд. — Объяснил Блэйн. Он принял закрытую колбу с жидкостью, и Морт услужливо поклонился прежде чем уйти.       Мэйбл видела его злорадный взгляд. Как же было не по себе… — Выпей.       Она не могла больше скрывать своей нервозности, позволила эмоциям проскочить на её лице. Напуганная до чёртиков, до мурашек по позвонкам. — Чтобы доказать свою преданность — я должна выпить яд? — Уточнила она. — Что со мной будет?       «Я же… я же не хотела умирать здесь. Я столько дней боролась, выживала, чтобы в конечном итоге умереть от яда? Блэйн же обещал, что отправит меня домой… что мне думать?» — Сжала руку в кулак. — «Что мне делать?..» — Да. — Непоколебимо ответил Король. — Ты всего лишь станешь одной из моих преданных слуг.       «Боже мой…» — Сокрушилась она. — «А если я нападу, то что произойдёт? Блэйн силён, у него много подданых, и они легко поймают меня, если будут работать все вместе, а не теми кучками, которых я сметала раньше. И что тогда? Всё равно смерть?»       Голубые глаза были полны слёз.       «Ради чего… ради чего я лезла из кожи вон?»       Блэйн протянул ей колбу, и она вытянула дрожащие пальцы в ответ, чтобы принять её.       «У меня нет выхода, так?» — Отчаялась Мэйбл, давая волю тихим слезам. Она вытащила деревянную крышку с колбы и слегка покачала ту в руках, смотря как переливается по стенкам смертельный яд.       Приставив горлышко колбы ко рту, девушка отпила, на удивление, безвкусную жидкость. У неё не было запаха и напоминала она обычную воду. А затем разом допила всё содержимое и замерла, ожидая, что вот-вот рухнет наземь, как тяжелый мешок. — Ты не умрёшь. — С улыбкой добавил Блэйн, едва она допила содержимое. Однако стоило признать, что его слова всё же немного успокоили. — Это был не яд, но и не обычный напиток тоже. — Проверка?.. — Предположила она.       Как глупо! Разве Блэйн не подумал о том, что она могла не смириться с его решениями и напасть, что в целом усугубило бы ситуацию? О чём он, чёрт возьми, думал? Настолько зациклен на Билле Сайфере, что устроил целую проверку! Немыслимо!       Она успела вообразить себя одной из мертвецов, слепо подчиняющихся Блэйну! Ведь он сказал, что это изменило бы её полностью. — Я должен был убедиться в том, что ты останешься преданной мне. — Без зазрения совести отчеканил Беннетт. — Кроме того, ты меня приятно порадовала, выпив так называемый «Дисон». Я тебе верю.       Мэйбл ощутила, как тревожность стала медленно отступать, однако тело всё равно казалось каким-то странным, быть может, пластилиновым по ощущениям. Она многозначительно подняла сияющие глаза на Короля, как бы задавая ему немой вопрос, требуя объяснений этим ощущениям. — Немного покошмарит. Это иллюзорное Зелье Тьмы. — Объяснил он. — С тобой всё будет в порядке.       Мэйбл заставила себя поклониться, но прежде чем покинуть особняк — остановилась по воле придерживающего её Блэйна. — Я провожу.       Они шли по тем же коридорам обратно. Мысли о желанном выходе наружу отдавались благоговейным чувством в груди.       Ноги подкашивались, дышать выходило через раз, и она позволила себе расслабиться.       Блэйн, разумеется, придержал её за талию, продолжая идти. — Извини. — Сухо пробормотал он.       Он посмотрел на неё с искренним сочувствием, хоть и знал, что оправданий его поступку нет. Очевидно, девушка злилась, но была не в силах выразить свою злость. Блэйн чувствовал себя обязанным помочь, но не мог предложить нейтрализатор этому зелью, так как его попросту не существовало. Поэтому он помог ей дойти, наблюдая, как её лицо уже побледнело на тон.       Скайрос оказалась совсем рядом, позволяя Пайнс припасть к ней, уцепиться, как за спасительный круг. — Позаботься о ней. — Приказал он птице, вновь прикоснувшись к локонам Мэйбл, беспорядочно раскиданных по её плечам и спине. Он поправлял волосы, пока пальцами не замер на одном месте, где цвет волос чуть отличался от остальных. Один локон стал угольно-чёрным, и губы Блэйна растянулись в понимающей ухмылке. — Скоро порядки изменятся.

***

      Она была не в силах идти. Тело было похоже на намокшую вату — тяжелое, едва осязаемое. С тех пор, как Блэйн оставил её со Скайрос, девушка так и не смогла и двух шагов пройти. Как припала к своей напарнице, так и осталась стоять на том же месте, лишь слегка сжимая пальцами мягкие перья. Звуки вокруг превращались в какофонию разных шумов, и она даже слышала, как стучали собственные зубы.       «Что он сделал с тобой, дитя моё?» — Обеспокоенный голос Скайрос был похож на белую вспышку в чёрном водовороте её разума. Мэйбл попыталась ответить, но ничего кроме невнятных мычаний и неразборчивых слов выдать не получалось. Она только крепче, из последних сил пыталась цепляться за птицу, видела в ней своё спасение. — «Как нам лететь? Ты не сможешь держаться».       Мэйбл ничего не ответила, не смогла.       «Боюсь, мои способы тебе не понравятся, но у меня нет выбора». — Скайрос оставила Мэйбл, резко взмыла вверх на небольшое расстояние. И прежде чем девушка рухнула бы на землю, птица Солнечного измерения вцепилась в её платье лапами, захватывая тело, чтобы перенести его домой. — «Держись, мы что-нибудь придумаем…»

***

      По приземлению Скайрос вздрогнула, напрямую встретившись взглядом с Биллом, который вновь зачем-то ошивался рядом с хижиной. Шатающаяся из-за приземления девушка вмиг оказалась рядом с демоном, лишённая возможности сопротивляться. Складывалось ощущение, что она и понятия не имела к кому прислонялась. И будь она в здравом разуме — уже метала бы чёрный огонь в его светлую шевелюру. — Знал, что что-то стряслось. — Прорычал Билл, придерживая шумно дышащую Пайнс за плечи. — Почувствовал нечто инородное, гнилое в груди. Она пила что-то?       «Не знаю», — ответила птица, качнув головой, — «я была снаружи, когда всё произошло. Блэйн что-то сделал».       Скайрос взглядом проследила, как Билл с помощью магии рушит часть ледяной стены, чтобы пройти к хижине, и с любопытством щёлкнула клювом.       Поразительно, насколько крепка была связь между этими двумя… Выходит, что если Мэйбл чувствовала то же, что чувствовал сам Билл, то и он, соответственно, имел отношение к тому, что мог ощущать её состояние полностью, если она расстроена или, предположим, в опасности. Что ж, это объясняло, почему он всегда появлялся, когда случалось нечто странное. Как и сейчас.       Билл поднял её на руки, донёс до кровати и с осторожностью уложил. Мэйбл продолжала стучать зубами, а её ногти впивались в собственные ладони до крови. Прямой взгляд, казалось бы, в никуда почти не мигал. Цвет глаз переливался, словно градиент, от голубого к красному. Тело продолжало невольно трясти.       Это ощущение было похоже на ту гадкую дрожь, заседающую в груди от страха, только в сотни раз приумноженную. Сердце скакало, как от адреналина, настолько сильно, что могло по-настоящему взорваться, разнестись на части.       Билл поднял подушку выше, помог девушке чуть приподняться. Скайрос, не находящая себе места от переживания, топталась у хижины и заглядывала в окна, чтобы узнать, всё ли в порядке. Однако если судить по горькому выражению на лице Билла — ни черта ничего не было в порядке. — Мэйбл. Мэйбл, посмотри на меня. — Он тронул её подбородок, чуть поворачивая к себе, чтобы они могли видеть друг друга. — Что этот урод сделал с тобой?!       Некоторое время взгляд Пайнс оставался пустым, а затем она закрыла глаза. Её скрюченные пальцы прижались к груди. Одна рука накрыла другую и оставила в области костяшек следы от ногтей. Разум превращался в абстракцию, в хаос, путая реальность с иллюзиями.       Она видела себя во тьме. Во тьме, которая окружала её страшными шипами и захватывала волосы. Тянула их и рвала, натягивала до боли.       Мэйбл кричала.       Собственный крик бил в уши — настолько он был истязающим и мучительным.       Она тянулась к земле, изо всех сил вытягивала пальцы, не взирая на боль в спине и голове.       И тьма отпустила, толкнула её в бездну, заставляя девушку сорваться на новый пронзительный крик. Она летела в неизвестность, в забвение, а тело в полёте подверглось резкой боли, словно тысячи лезвий одновременно проводилось по нежной белой коже.       Мэйбл упала, услышала хруст собственных костей.       И зарыдала. До истошного жалко, громко. — АГХА-А-А! — Сжалась, обхватила плечи руками, дыша сквозь удушливый хрип.       Глаза были распахнуты в ужасе, она никогда не испытывала ничего подобного. — М… Мгх… — Отчаяние поглотило её полностью. Не могла позвать на помощь, не могла спасти себя. И даже силы демона, заложенные в ней, не спасали. Хотя стоило признать, что она рассчитывала на них сейчас. Боги, как она хотела спасти себя от этого кошмара, но не могла…       Вытянула руку, впилась ногтями в гнилую землю так, что та быстро забилась внутрь где кожа, причиняя дискомфорт, но тем не менее терпимую боль. Сжала комок сухой грязной земли и заставила себя приподняться.       Дыхание спирало. Сердце продолжало биться уже где-то в глотке. — Эт-то… кр… кх… — Она уставилась глазами, полными отвращения и страха, на руки. В крови. В чёрно-красной густой крови. С дрожащих губ сорвался рванный стон, а затем она опустила голову, чтобы улицезреть кое-что похуже.       Дыру в животе, залитую огромным количеством крови.       Оттуда проглядывались её поломанные рёбра, поломанный позвоночник.       Мэйбл в панике тронула себя, и руки окунулись в тёплую кровь. Мерзкое, продрогшее от сумасшествия чувство разверзнулось где-то в сердце, подстраиваясь под ритм бешеных стуков.       «Боже мой… боже мой… я… я умерла? Что со мной?!»       Снова зарыдала. Зарыдала в агонии, в отрицании происходящего. Не хотела верить в то, что умерла! Искренне не хотела! — Ты же помнишь о последствиях?       Знакомый голос.       Захлёбываясь слезами, она обернулась.       Перед ней стоял Диппер. Его лицо выглядело укоризненным, грубым. Его губы кривились при произношении неприятных слов. — Я же говорил тебе. Ты умрёшь. Говорил, что это было опасно. Идиотка. Какая же идиотка…       Рядом появились Стэн, Венди, Робби, Гидеон, старик МакГакет, Пасифика.       Они все, включая Диппера, таращились на неё.       А потом утратили жизненный облик.       Их тела мгновенно стали дряблыми, посиневшими. Пасть у каждого из них стала искривленной, местами без зубов, а глаза… безжизненные глаза были впалыми, страшными. В ноздри снова ударил этот запах. Запах мёртвецов.       Перед ней стояли мертвецы, окружали её. Беззащитную, слабую.       «Это нереально, нереально!»       Они наступали. Ближе, ближе. Хватали за руки, за ноги. Грубо и жестоко тянули части тел, каждый — на себя. Это были не её друзья, и не её родные. Это не могли быть они, они бы так не поступили…       Мэйбл стиснула зубы до скрежета, до отвратительного скрипа, пытаясь стерпеть всё новые и новые муки, которым не было конца. Выла сквозь зубы, пока слёзы неумолимо катились по её лицу. Они задевали волосы, заставляли их прилипать к мокрой коже. — Б… БИЛЛ! — Закричала, пытаясь оттолкнуть от себя всех, кто её окружал.       Она не доверяла ему. Отвергала его и все его предложения. Но сейчас… сейчас он один, казалось, мог подарить спасение. Если бы он только был здесь, если бы он только мог вмешаться и действительно спасти её… Она не представляла, насколько бы тогда была ему благодарной. — Мэйбл, ты слышишь меня? Очнись! — Билл снова встряхнул её.       Она не просыпалась.       Следы от ногтей кровоточили и пощипывали. Порой она вскрикивала сквозь сон, а затем также резко смолкала. Причиняла себе вред, пыталась рвать на себе кожу и рвать волосы. Температура её тела падала, а бледность стала настолько явственной, что заставила Сайфера нервничать. — Только не снова, нет… — Он взял её руку в свою, регенерируя все царапины. — Я не хочу снова проходить через это с тобой…       Билл приблизился к ней. Второй, свободной рукой провёл от её колен к голове, пытаясь найти причину этого состояния. Брови сошлись у переносицы с напряжением, пока сердце болезненно барабанило, и он готов был поклясться, что умрёт вместе с ней, если не найдёт решения.       Вдруг остановился. — Зелье Тьмы… — Всё ещё не веря, пробормотал себе под нос Билл.       Она могла умереть. Зелье Тьмы пробуждает потаённые страхи, повышает адреналин и вполне способно было свести душу с ума. Человек может быть напуган увиденным настолько, что мог и не выдержать этого давления. Вероятно, Блэйн понадеялся, что из-за того, что Мэйбл — необычный человек, её лишь слегка покошмарит. — Билл… — Слабым шепотом выдохнула Пайнс.       Сердце Сайфера дрогнуло в груди от спонтанного чувства счастья.       Он был нужен ей. — Сейчас. — Успокаивающе прошептал он в ответ. — Сейчас, Звезда… Потерпи немного.       Он мягко запустил пальцы в её волосы, скользнув от её лба выше, и задержал ладонь именно там.       Под пальцами проскользнуло что-то тёмное, похожее на творение этого измерения.       Ещё никогда ранее Билл не пытался избавить кого-то от проклятия напрямую.       Признаться, он не применял эту технику даже когда заключал сделки с сумасшедшими бродягами.       Это было опасно. Но ждать он не мог.       Спустя три минуты он удерживал в ладони тёмно-фиолетовую искру, которая плыла в воздухе, как медуза — в воде. Билл напряг пальцы, образовывая вокруг тёмного сгустка золотую клетку, и, сжав её, разнёс в пыль. Та лопнула, разлетелась на пустые частицы, и даже следа не осталось.       Билл опустился на край кровати, протягивая руки к лицу девушки. Ласково погладил её щеку, поправил волосы. И совсем не сразу заметил, как дрожат его пальцы.       Снова это.       Как в тот раз, когда эти самые пальцы были испачканы кровью близкого человека.       Он попытался отогнать от себя эти мысли. Сглотнул тяжелый ком в горле.       Билл взял руку Мэйбл в свою, оставил мимолётный поцелуй.       И остался ждать, когда она откроет глаза. А он был уверен, что откроет. Бледность вскоре сошла на нет, и её щеки снова порозовели.

***

      В груди внезапно потеплело, когда её пальцы шевельнулись в его руках. И он догадывался, что до Мэйбл дошли его чувства. Отозвались в ней с тем же теплом и трепетом.       Первые несколько секунд она просто смотрела в потолок, а затем, вспомнив произошедшее, втянула кислород сквозь зубы и подорвалась в сидячее положение. Она вырвала свою руку из руки Билла и бегло потрогала себя там, где, как она думала, были увечья. — Я… я жива! — Она улыбнулась, но глаза вмиг наполнились слезами радости. — Боже мой, я жива!       Билл, сидящий рядом, бессловесно говорил о многом, и она замерла, понимая, что он повлиял на исход. Она неотрывно смотрела ему в глаза, не стесняясь собственных слёз, и впервые за долгое время одарила его ласковой, искренней улыбкой.       Он порывисто обнял её. Обнял, чтобы скрыть свои собственные слёзы, с которыми пришло невероятное облегчение. — Я обещаю, что он больше никогда не навредит тебе. — Обнял покрепче. — Никогда.

***

      Билл оставил Мэйбл, чтобы она отдохнула, и разъярённый вышел на улицу, где сразу наткнулся на преграждающую ему дорогу Скайрос. Пытаясь обойти птицу, та снова появилась перед ним, выставляя крылья по обе стороны.       «Не вздумай, не сейчас тебе вершить правосудие!» — Из-за него я уже чуть было не потерял её! Ты понятия не имеешь что случилось в первый раз! — Рубашка Билла стала красной, как и цвет волос, глаз. Он был в бешенстве из-за выходки Блэйна и готов был разнести его на мелкие кусочки тотчас, пока эта ярость не поутихла. — Никто не смеет её трогать, никто! Если он думает, что я проигнорирую это, то этот ублюдок глубоко заблуждается. Я выпущу ему кишки, и тогда посмотрим кому будет весело!       «Не поступай так опрометчиво! Остуди голову!» — Скайрос взмахнула крыльями, направляя ледяной порыв ветра на Билла. — «Обдумай всё, составь план. Не позволяй чувствам снести тебе здравый разум!»       Он понимал, что Скайрос права, но смириться с этим…       Как же всё внутри сгорало от ярости!       Он выпрямился, опустил руки, смотря на птицу несколько минут, пока его состояние возвращалось в норму. Дыхание стало спокойным, ровным, а цвет волос и глаз приняли родные цвета. — Я понимаю. — Твёрдо ответил Билл. — У меня и так был план, касаемо Мёртвого города и Мэйбл.       Пора привести его в действие.