Беглянка

      «Да что со мной такое?» — Одернул себя Билл.       Одной рукой он впился в предплечье другой, чтобы унять дрожь после того, что только что произошло. Он тяжело дышал, смотря на Мэйбл, чьё лицо выражало неимоверный шок и одновременно боль.       Казалось, весь мир пошатнулся, встряхнул их и вытеснил всех окружающих, позволяя им говорить. Билл чувствовал, как нервоз медленно, но мучительно, наполнял его грудную клетку из страха, что сейчас случится непоправимое. Он не хотел, чтобы она его ненавидела. Не после того, как он всё понял. — Как ты только что меня назвал?.. — Повторила она, игнорируя неприятное жжение в глазах. — Хах… мне… мне что, не послышалось? Ты назвал моё настоящее имя? — В завершение она заозиралась по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей. — Билл… как это? Объясни мне. Сейчас же.       Она с потрясением сократила расстояние между ними, требовательно смотря в глаза парню, который её разоблачил. Он сделал медленных вдох, сжимая пальцы в кулаки, пытаясь не сойти с ума от волнения. Когда их взгляды встретились — он задержал дыхание.       И пожелал себе провалиться под землю. — Пироника… — Разочарованно прошептала Мэйбл. — Она всё рассказала! Я знала, знала, что не могу кому-либо верить! — Она сдержала своё обещание! — Наскоро кинул он, чтобы она не успела обвинить всех вокруг. Как бы то ни было — вина лежала лишь на нём. Из-за его любопытства. — Я всё увидел своими глазами. — Как?! — Отчаянно выкрикнула она. На миг Мэйбл закрыла глаза, прижав руку к груди. Паническая атака подобралась совсем незаметно, пока она терялась из-за услышанного. Кислорода стало не хватать также, как и самоконтроля. Мэйбл была готова поклясться, что сейчас взорвётся и сравняет это место с землей, начнёт кричать. — Какого хрена?! Что ты сделал? — Успокойся, пожалуйста. Не кричи. — Билл мягко тронул её за плечи, но она оттолкнула его от себя. — Я виноват, но позволь объяснить тебе. — Объясняй. — Мэйбл, я буду говорить с тобой только тогда, когда ты успокоишься. — Произнёс он, снова приведя её в ужас, когда она услышала собственное имя. — Тебя трясёт, нужно выйти на свежий воздух. — Билл сделал ещё одну попытку. Взял за руку, но она стала активно вырывать её. — Пойдём на улицу, пока не стало хуже. Успокойся. — Не смей звать меня по имени!.. — Задохнулась она. — Не хочу это слышать от тебя!       Под сопротивления и взгляды прочих студентов Билл повёл её к ближайшему выходу на улицу.       Вскоре порыв холодного ветра всего на несколько секунд отрезвил её, привёл в чувства, но не смог лишить той злости, которая скопилась в ней. Она одним резким движением, превозмогая боль, выдернула руку из пальцев Сайфера и отошла на три-четыре шага подальше, продолжая пристально посматривать на него, ожидать от него объяснений. — Поверь, это вышло случайно. — Начал он. — Ты задыхалась, и я подумал, что мог сменить тебе футболку. И наткнулся на бинты.       Она смотрела так, словно всё ещё не могла поверить, не осознавала до конца. — Я размотал их.       Она выдавила нервный, истеричный смешок, запустив пальцы в искусственные волосы. Теперь, когда Билл знал… что делать? Что теперь она должна делать? Как поступить, чтобы потом не оплошать? Единственный человек, к которому она, спустя пару лет, стала питать какие-то чувства, подвёл её, подбил доверие и нарушил личное пространство. Перешёл границу тогда, когда она думала это будет невозможно. Мэйбл и во сне страшном не могла допустить, что такое случится.       «Почему я?.. Почему всегда я?» — Взрывалась она, сдерживая слёзы. — Прости. — Тише добавил Билл, действительно выглядя раскаивающимся. — Я не хотел, чтобы всё вышло именно так. Всё, что я тогда хотел — это просто помочь тебе. — Он провёл руками по волосам, затем приблизился, снова мягко касаясь её плеча. Сначала кончиками пальцев, затем уже укладывая ладонь, как бы спрашивая разрешения. — Мэйбл… всё хорошо. Я никому ничего не скажу. — Диппер не должен знать. — На одном дыхании пробормотала Пайнс, посмотрев на Билла красными глазами. — Не должен! Не должен, слышишь? Ты не говорил ему? — Нет, не говорил. — Слегка растерялся он. — Но что ты задумала? Почему ты не скажешь брату, что ты рядом? Он же… с ума сойдёт от счастья. Он тебя искал, переживал за тебя всё это время. Мэйбл… — Он задержал дыхание, прижался ближе настолько, что она ощутила его дыхание у своего уха. — Ничего не изменилось. Мэйсон или Мэйбл — неважно. Ты нужна мне. — Н-нет… — Всхлипнула она. — Ничего не будет. Убери руки. Прошу. — Мэйбл. — Не зови меня по имени! Перестань!       Билл осторожно развернул её к себе, приподнял её подбородок, ненавидя то, как пальцы дрогнули, когда он коснулся её лица. Заглянул в заплаканные зелёные глаза, по-прежнему ясные, но полные разочарования и страха. Выдавил подобие улыбки, большим пальцем огладив её щеку, чтобы утереть катившуюся слезу. — Не плачь, ну. — Попросил он. — Давай, возьми себя в руки. Ничего страшного не произошло.       Её губы скривились. — Ты ничего не знаешь… — Обвиняюще прошептала она. — И не пытаюсь узнать. — Ответил он. — Ты можешь рассказать всё сама. Сейчас или позже — я не буду торопить тебя. — Он заботливо утёр слёзы, всё время рассматривая её лицо. — Я… честно, даже рад, что ты девушка. — Билл устало, но довольно выдохнул. — И плевать, если бы всё было взаправду, будь ты Мэйсоном. Я сопротивлялся, но то, как ты действуешь на меня… — Не говори мне этого, не говори. — Бормотала Мэйбл.       Боялась, что сохранит его слова в памяти, что сделает их в некотором роде своим смыслом, потому что чувствовала то же самое по отношению к нему. Боялась запоминать всё хорошее, боялась слышать о его привязанности, любви — что бы это ни было, потому что представляла, как в недалёком будущем станет оплакивать эти воспоминания.       Сердце разрывалось от переполняющих её эмоций, от желания сказать ему всю правду, как она есть. Допускала, что Пироника могла быть права, и что в них она могла найти свою защиту. Но Мэйбл знала Глифула — он ни перед чем не остановится, одержимый своими безумными целями. Подчинять, бить, унижать, лишать свободы — меньшее из топа, что он творил и будет творить всегда. Если в её силах поменять ход событий и отвести Глифула от тех, кого она любит, то она так и поступит.       Быть может, она уедет.       Да, точно.       В соседние города, поживёт в какой-нибудь коммуналке, но справится.       Её совесть будет чиста. — Почему я должен молчать? Ладно, я понимаю. — Он кивнул самому себе, покачал головой и снова посмотрел ей в глаза. — Понимаю, ты переживаешь. Но я бы не стал говорить тебе это, если бы не был уверен в том, что я тебе тоже не безразличен.       «Что?» — Т-ты издеваешься надо мной. — Зло прыснула Мэйбл и, уложив руки поверх его, опустила их, отняла от своего лица. Её взгляд похолодел. — С чего ты решил, что я… — Вижу собственными глазами. — Перебил Билл. — Ты даже смотришь на меня иначе.       Мэйбл покачала головой, отрицая. — Тебе кажется. — Она развернулась, чтобы уйти от этого разговора, но он снова придержал её за руку. — Отпусти меня. — Я уже отпускал тебя. Это не имело никакого смысла. — Отрезал он.       Когда она обернулась, чтобы посмотреть на него — на его лице исказилась гримаса боли. Мэйбл никогда не видела, чтобы у него было такое выражение, и не смогла скрыть своего удивления, уставившись на него. Он выглядел искренне, но она убеждала себя, что всё это его актёрская игра. — Агх, пусти меня, Билл! Пожалуйста.       Он свёл губы в тонкую линию.       …       И потянул её на себя.       Едва она споткнулась, он сгрёб её рукой в области талии и прижал к себе. Мэйбл распахнула рот в удивлении, готовая вновь кричать, но не смогла произнести и слова, как их губы встретились. Пока одна его рука придерживала её за талию, второй он касался её лица, притягивая его ближе, прямо как… тогда.       Не успев сообразить что к чему, он поцеловал её.       Немного требовательнее и наглее, чем тогда, когда первых их поцелуй напротив казался робким и мягким.       Она уложила руки на его грудь, чтобы оттолкнуть.       Сердце билось почти удушающе, а от всех этих ощущений, даже в такой ситуации, глубокий, пронзительный кульбит пронёсся от груди к низу живота. Ноги подкашивались, но она держалась, точно зная, что этого быть не должно. Такое сумасшествие… их могли увидеть, тем более на территории колледжа!       Она вырвалась всего на секунду. Набрала в лёгкие воздуха, чтобы сказать ему хоть что-то. Чтобы он прекратил. Но он снова приник к ней с настойчивым поцелуем, чем поверг её в ещё больший шок. Пайнс ожидала чего угодно, но этого!..       Мэйбл укусила его.       Прокусила его губу до крови так, что ощутила, как парень вздрогнул от неожиданности и выпустил её из своих объятий, позволил ей отшатнуться от него в ужасе. Она дышала так часто и горячо, что в воздухе заклубился пар от её выдохов и растворялся за мгновения.       Билл приставил руку к нижней губе, а затем взглянул на испачканные в крови пальцы. — Прости меня. — Просипела она. — Пожалуйста, прости…       Она разрывалась. Ничего не могла поделать.       Всё, что когда-либо делал Билл, проявляя свои заботу, понимание, симпатию — было для неё чем-то поистине важным, трепетным, но она не могла перестать бояться. Ненавидела свою трусость, хотя ходила по тонкой грани, срываемая сказать всё, что наболело. В сердцах она не хотела отталкивать Билла. Больше всего, но она не хотела!       «Он не виноват», — твердил внутренний голос, — «почему ты наказываешь его за то, в чём он не виноват?»       Мэйбл оставила его, пошла прямо в колледж, приказывая себе не оборачиваться. Она знала, что если обернётся, то снова встретится с его взглядом. Она знала, что он смотрит ей вслед, противится тому, чтобы остановить её. Однако это действительно не имело смысла, и…       «Способен ли Билл отпустить меня?» — Тебе не за что извиняться.       Она замерла, услышав его ответ.       Её рука застыла в нескольких сантиметрах от ручки двери, ведущей в колледж.       Пересилив себя, обернулась, смотря с верхней площадки вниз, где стоял он, так и не сдвинувшись с той минуты, как она покинула его. С нижней губы тонкой линией текла кровь, достигая его подбородка, но даже так… Он улыбался. И неясно было, что таила в себе эта улыбка. Иллюзию порядка, фальшь, самоиронию. Но Мэйбл догадалась почти сразу.       Улыбка горькая.       Её сердце пропустило удар. — Ты не виновата, что не можешь ответить мне взаимностью. — Добавил Билл. — Пожалуйста, не думай обо мне. — Он посмотрел как-то иначе, был в его глазах какой-то подозрительный блеск. — В конечном итоге это я — тот, кто всё испортил. И это я должен извиниться перед тобой.       Она стояла, не проронив ни слова, где-то с минуту, а затем скрылась за дверью колледжа.       Билл вздохнул, прошёл вперёд и опустился на грязные ступени.       Погода оставалась паршивой.       И на самом деле он страшно замёрз, а холод, как оказалось, был ещё и внутри, поражая лёгкие.       Всё в груди болело, как после приступа астмы — он не знал, какого это, но мог себе представить. И он насмехался над причиной этого состояния, чувствовал себя идиотом ещё больше, чем когда раскрыл Мэйбл. Сильно взволнованным, возможно даже потерянным.       И просто-напросто не знал, что делать.       Не знал, что его первая любовь будет именно… такой.

***

      Мэйбл шагала по коридору, как будто в лёгком опьянении. Приказывала ногам нести её в аудиторию, предвкушала момент, когда сможет просто сесть и выдохнуть, чуть-чуть расслабиться, подумать. Студенты сновали туда-сюда по своим делам, и она одна чувствовала себя чужой, в мире, где ей не было места. Складывалось ощущение, что у всех этих людей была счастливая жизнь, а она — та самая неудачница, которая всегда навлекает проблемы.       В области шеи пульсировало, душило. Гадкое послевкусие после нервных срывов, преследующее её уже несколько лет. Она знала, что должна дышать, успокоить себя, но как только попытается — сердце заходится с новой силой от тревоги.       Стены вокруг пошатнулись, как и пол, казалось, искажался, качал её то влево, то вправо. Она в панике распахнула рот, вдыхая как можно больше кислорода, припала к ближайшей стене, зажмурилась, пытаясь отогнать от себя это бешеное головокружение. — Мэйсон? — Кто-то окликнул её. Она покачала головой, страшась, что в следующую секунду её назовут настоящим именем. — Что с тобой? Ты плохо себя чувствуешь?       Рука парня опустилась ей на плечо. — Всё… всё отлично. Просто замечательно. — Отмахнулась она. — Ты уверен?       Знакомые голоса.       Она открыла глаза и увидела перед собой обеспокоенного Диппера, рядом с которым топтался Крис, друг Билла. Они оба смотрели прямо на неё, из-за чего она почувствовала себя сдавленно, окружено, будто была предметом чьих-то насмешек. Игнорируя вопросы Криса, она обращала внимание только на то, что говорил ей родной брат.       На момент она вытянула руку, чтобы к нему прикоснуться.       Осеклась.       Близко.       И одновременно далеко.       Опустила пальцы, прижала их к переносице, чувствуя, как их силуэты и лица расплываются. — Мэйсон, может в медпункт, а? — Предложил Крис. — Давай, Мэйсон, поднимайся. — Диппер обогнул вокруг её талии руку, помог выпрямиться, и она приняла его помощь, впервые оказываясь рядом с ним настолько близко, что почти сравнивала их контакт с объятием. Она фантазировала разные вариации их воссоединения, особенно перед сном, и была счастлива, что он обратил на неё внимание, понял, что ей нехорошо.       Крис обошёл с другой стороны, по-дружески закинул её руку себе на плечо, усмехнулся. — Да уж, чел, а ты часто бываешь в припадках, да? — С крупицей досады спросил он.       Они отвели её в главный холл, помогли опуститься на скамью, а сами стояли, сложа руки, наблюдали. Мэйбл чувствовала себя неловко и слабо, но она действительно нуждалась в их помощи, потому что ей как никогда сильно показалось, что она потеряет сознание от перенапряжения. Такое тоже как-то случалось, но всего раз, когда у дяди Стэна случился приступ инсульта, и она была вне себя от переживаний.       Диппер присел рядом, заглядывая в глаза со странным интересом, будто выискивал что-то ещё. Мэйбл понимала почему, поэтому опускала голову и прятала глаза под свисающей чёлкой.       Крис покопался в рюкзаке и спустя некоторое время протянул ей небольшую бутылку с водой. — Держи, приятель. — Спасибо, Крис. — Поблагодарила она, принимая воду. — Фух, думал, ты снова в обморок брякнешься. — Крис смахнул мнимый пот со лба. — Обморок? — Не понял Пайнс. — Ну, я имею в виду, когда ты упал в обморок, и Билл на руках нёс тебя в медпункт. — Пояснил он с увеселением. Диппер тотчас посмотрел на свою ладонь, которой он придерживал Мэйсона. Его фигура правда была женоподобной, как говорил Сайфер, и ему довелось сегодня лично убедиться в этом. — Ох, ну и ажиотаж вы тогда устроили. — О чём ты? — Беспокойно поинтересовалась Мэйбл. — Ну-у, парень несёт парня — это… кхм, нестандартно так.       Диппер пристально посмотрел на Криса, затем на Мэйсона, будто его голова сейчас взорвётся от теорий. — Не будем об этом. — Прервал он Криса. Мэйбл удивленно выдохнула, повернувшись к брату, и испытала скрытую благодарность. — Ты как? Легче?       Она ответила на его добродушно-обеспокоенную улыбку. — Да. Спасибо.       Мэйбл не подозревала, что через пару мгновений побледнеет. Билл вернулся в колледж, только сейчас вернувшись с улицы, весь продрогший, раздраженный, и его беглый взгляд метнулся в их сторону, заставив её саму похолодеть. Билл поправил чёлку, онемевшими пальцами зачёсывая её назад, и подошёл.       Она тотчас опустила глаза, уставившись на свои руки. Мысленно умоляла его не смотреть на неё, но она имела способность всегда притягивать его взгляд. Он, словно завороженный, не отрывал от неё своих глаз, пока Крис не привёл его в чувства своим неловким кашлем. — Что случилось? — Спросил Билл. — Мэйсон, тебе плохо?       Она поджала губы, умирая от желания искусать их. Слышать фальшивое имя после того, как ему было известно истинное, теперь тоже казалось невыносимо! — Угу. — Промычал Крис. — Видишь ли, отец, твоему второму сыну стало дурно.       «Не-е-ет, не шути, не сейчас!» — Внутренне закипела Пайнс. — Дурно? — Билл подошёл, опустился перед ней на корточки, чтобы посмотреть в глаза. Бежать от этого было некуда, поэтому она приняла это на себя, посмотрела в ответ с неимоверной тяжестью и каким-то боязливым чувством, дрожащим внутри. — Всё хорошо? — Почти шепотом добавил он ей. — Если нет — пойдём, я помогу.       Она медленно отрицательно покачала головой, пока Крис и Диппер переговаривались на фоне. — А что с губой, дружище? — Спросил Крис, когда Билл выпрямился. — Да так, — пожал плечами Сайфер, — прикусил случайно.       Мэйбл покраснела, вспоминая детали их поцелуев.       Передёрнуло.       Лучше бы в обморок упала, чем услышала это.       Диппер и Крис переглянулись. — Ой, врёшь же, отец. — Крис демонстративно сложил руки на груди. — Небось Мэйсон постарался, да? — Чего?! — Воскликнул Диппер. — Нет! — Возразила Мэйбл. — Что за бред ты несёшь, Крис? Мы друзья! И никогда не станем чем-то большим!       Вся троица уставилась на неё в поражении, однако взгляд Билла выражал обиду, будто его ранило то, что она только что сказала. — Ладно, Мэйсон, мы поняли. Это просто шутка. — Крис ухмыльнулся, сел рядом с ней, закинул руку на её плечо. — Сайфер у нас девочек любит, так что если будет одиноко — ты лучше ко мне приходи.       Диппер застыл в немом шоке, наблюдая реакцию всех остальных.       На лице Билла вдруг исказилась мрачная гримаса, а глаза, — льдисто-жёлтые, — выражали открытую враждебность.       Уголки губ изогнуты, лишь иногда превращаясь в полуулыбку, которая должна была быть ободряющей, хотя бы фальшивой, но не стала. Казалось, он перестал дышать, впервые воспринимая Криса не только как друга, но и внезапно как потенциального… соперника? — Алексу будешь свои серенады напевать. Отцепись от Мэйсона. — Недовольно прошипел Билл, сложив на груди руки, готовый испепелить его. Крис, недоумевающий со столь бурной реакции друга, даже воздухом подавился, но так или иначе опустил руку, отодвигаясь от Пайтерса подальше. — Изгони сначала своих бесов, отец. — Небрежно кинул Крис, всплеснув руками в его сторону. — Ты слишком его опекаешь. — Тебе какая разница?       Вопрос прозвучал немного грубо. — Д-да никакой! Абсолютно!       Диппер закатил глаза, посмотрел на Мэйбл с улыбкой. — Хочешь уйти? — Предложил он.       «С тобой куда угодно, Дип», — в мыслях ответила она.

***

      Вся эта перепалка подействовала на неё успокаивающе в некотором роде. Дыхание выровнялось, стало размеренно спокойным и тихим. Она вошла в аудиторию вместе с Диппером, по пути разговаривая немного о том, что только что случилось. Этот разговор был недолгим, быть может малость неловким, но она была рада поговорить с ним хотя бы так, хотя бы как Мэйсон Пайтерс. — Не обращай на них внимание. — Попросил Пайнс, сунув руки в карманы брюк. — Чаще всего может показаться, будто они грызутся, как кошка с собакой, но на деле они «жить друг без друга» не могут. — Он прыснул со смеху, вероятно вспоминая один из подобных случаев. — Признаюсь, Крис и меня иногда подбешивает, поэтому я понимаю Билла. И, кстати, — он посмотрел ей в глаза, заставил её стушеваться, нервно поправлять волосы, чтобы он ничего не заметил, — между вами что-то произошло? — Что? — Между тобой и Биллом. — Не совсем… — Тихо ответила она, топчась у его парты. — Наши отношения кажутся тебе слишком странными?.. Да?       Диппер вздохнул. — Может, я не настолько слепой, чтобы не заметить это. — Он вздохнул, опустился на стул. — Думаю, что-то, но всё же есть между вами. Чуть ли не с первых дней. Вы зацепили друг друга, но как бы ни старались — у вас не получается разминуться. Билл, походу, ещё не понял, но, по-моему, ты ему очень нравишься. — Диппер улыбнулся с видом на зубы.       Щеки Мэйбл покраснели.       Она не рассчитывала обсуждать что-то такое с братом.       Ничего нового, разумеется, не услышала, но всё равно… — Может быть. — Согласилась она, собираясь пойти к своему месту, где по соседству уже жестикулировали Пироника с Грэндой, пихая друг друга. Однако остановилась, чтобы добавить: — Спасибо, что поддержал меня сегодня. — Пожалуйста, Мэйсон.       Мэйбл, — словно заключенный, следующий на каторгу, — села на стул рядом с пока ещё пустующим местом Билла. Пироника и Грэнда тут же окружили её. Когда Кэнди захотела присоединиться к ним — ей пришлось придержать Даниэля, поскольку у него были те же планы, что и у неё. В конечном итоге подруги собрались. — Ну, рассказывай! Что происходит? — Начала Пироника. — Между вами за версту напряжением пасёт. — Поддержала Кэнди. — Давай, колись.       Мэйбл посмотрела на каждую из них в замешательстве. Затем кивнула самой себе, решившись, и сцепила руки в замок. — Билл всё знает.       Пироника и Грэнда переглянулись между собой. Их взгляды говорили о том, что они опасались этого. Пироника как-то поделилась этим с Грэндой, но по итогу Кэнди и Мэйбл были единственными, кто ничего не подозревал. — Что?.. — На выдохе спросила Чу.       Мэйбл тихо и вкратце рассказала о том, как получилось то, что получилось. Но ответа от девчонок получить не успела, так как Билл, чья аура была разительно напряжённой, вошёл аудиторию с поникшим выражением на лице. Однако, всего на миг, его губы выдали улыбку, когда он заметил, что Мэйбл сидела на своём месте, предпочитая в этот раз не убегать.       Пироника, просвистев что-то непонятное, вернулась на своё место, как и все остальные.       В груди снова всё перемешивается и образует комок нервов.       Билл опустился рядом, разложил вещи и не подавал никаких признаков, что сейчас состоится нежелательный разговор.       «Последняя пара», — успокоила она себя, — «и домой».

***

      В течение всей следующей недели они не общались.       Мэйбл прогуливала в связи с потерей мотивации. Она не понимала почему, но отчего-то мотивация делать что-то пропала с тех пор, как её правда раскрылась Биллу. Она не могла смотреть ему в глаза, говорить с ним, идти на контакт. Всё время чувствовала себя ничтожеством, снова принижала и недооценивала себя. Ограничила саму себя ото всех, отрезала, как отрезал от всего Глифул. Она не хотела никого видеть. Игнорировала сообщения Даниэля, который тоже беспокоился и спрашивал о её прогулах.       Она созванивалась только с Кэнди и Пироникой, поскольку могла в полной мере им довериться. Они также стали единственными, кому она всё объяснила, но на все предложения навестить её — давала отказ.       Мысли вскоре настолько спутались, что ей в голову стали лезть самые безумные идеи, противоречащие её первоначальным планам. Сдаться Гидеону добровольно, пока он не настиг её сам. Он ведь звал её домой и он же сказал, что позволит ей видеться с родными, позволит навещать их. Так у неё будет шанс общаться с Диппером и Стэном без каких-либо проблем, ну а там уже… она бы придумала, как выкарабкаться.       Вопрос заключался в том, смогла ли бы она по новой вытерпеть все удары, унижения и принуждение к секс-делам Глифула. Как представит себя на той кровати под его извращенным ненормальным взглядом — так сразу в дрожь кидает и дикую панику. Решение требовало детального обдумывания, кроме того…        — Мэйсон или Мэйбл — неважно. Ты нужна мне.       Голос Сайфера наполнил сознание.       Она часто вспоминала его лицо, каждое выражение. Вспоминала его прикосновения до мучительного исступления. Порой воображала его в зале, когда он приходил. Воображала его силуэт, представляла, как он обнимает её, дарит чувство надёжности. Она обнимала воздух, воображая его всю эту неделю. Смущалась, но представляла, как он привычно трогает её щеки, притягивая ближе, целует. Представляла, что может ответить на эти поцелуи.       Да и кто её за это осудит?       У себя дома она может делать всё что захочет.       Это были её мечты и желания. Её личное.       Этого никто не узнает.       «Как мне отпустить тебя теперь?» — Задалась вопросом Мэйбл, глядя в потолок. — «Почему мы так привязались друг к другу? Почему я всё время думаю о тебе?»       Почему?       В глубине души Мэйбл принимала тот факт, что сомневалась только из-за него. Порой думала о том, как всё было бы просто, и как она была бы счастлива с ним, если бы не Глифул. Все проблемы лишились бы смысла, перестали бы существовать также, как её печаль и страдания. Она бы открыла для себя новый мир, поскольку с Гидеоном её жизнь разделилась лишь на «до» и «после». Другого не существовало. Насколько бы тогда… она полюбила свою жизнь?       Себя, в конце-то концов.       Телефон издал звук рингтона. Мэйбл не глядя отклонила, зажав кнопку блокировки. Сглотнула, ощущая насколько тяжело это даётся. Она даже не взглянула — знала, что это был Билл.       Он звонил каждый день. Один раз утром, один раз вечером. Но она никогда не принимала вызов. Не видеть его, не видеть и не испытывать чувства к нему — вот причина её отсутствия. Не видеть его, чтобы не влюбиться больше. Поймать какой-нибудь холод, уцепиться за него, как за спасительный круг, и направить на Билла.       Если они меньше будут проводить времени вместе — значит и чувства будут потихоньку проходить. Как рана после падения. Она же всегда затягивается, проходит, верно?       Правда, кто бы мог подумать, что это так трудно?       Мэйбл потянула себя за волосы, раскинувшись на кровати, и промычала что-то невнятное. Освободить свой разум просто-напросто не выходило. Она всё время думала о Билле. При соблюдении такой дистанции, какую ей пришлось предпринять — чувства разгорелись, точно пожар. Одна её рука скользнула под футболку, Мэйбл провела пальцами вдоль кожи к груди, где было сердце.       Закрыла глаза, попыталась вспомнить одно из видеороликов, которые смотрела, чтобы успокоиться. Какая-то медитация, где женщина разговаривала мягким размеренным тоном, говорила что делать и как дышать, чтобы сбросить с себя моральный груз. Но едва собралась — телефон снова стал вибрировать.       Она отклонила.       Но Билл всё ещё звонил. Третий раз, четвёртый, пятый.       Мэйбл поджала подушку к ушам, закрыла их.       «Не бери трубку!» — Приказала себе. — «Возьмёшь — и осчастливишь его, дура. Не бери!»

***

      Автоответчик снова произнёс занудную речь о не отвечающем абоненте.       Билл опустил телефон со вздохом, расстроенный тем, что Мэйбл по-прежнему отказывалась отвечать ему.       Он уже много чего пробовал: просил Пиронику поговорить с ней, писал смс-ки, названивал так, что на него уже можно было подавать в полицию за чрезмерное преследование. Он приходил к её квартире, топтался на лестничной площадке, надеясь выцепить девушку, подождать, поговорить. Стучал, но не слышал и шага, приближающегося к двери. Можно было подумать, что Мэйбл нет дома, но он то знал, что она там.       «С каких пор я так помешан на ком-то?» — Подумал он, взглянув на список исходящих звонков, ни на один из которых не было ответа. Затем, выпустив клуб теплого воздуха на улице, Билл сделал звонок Дипперу. Сегодня он с друзьями запланировал поход в бар, и время для встречи уже подошло.       Пока он ждал — разумеется, сделал «несколько» попыток хотя бы просто услышать девушку.       Но она, как видно, того же не хотела.

***

      Местный небольшой бар. Они ходили туда нечасто, но иногда собирались, чтобы немного отдохнуть от рутины. Крис, Билл, Алекс и Диппер. Сам Диппер не шибко радушен к Крису, но с Алексом у них вполне себе завязывалось дружеское общение. Когда все были в сборе и расположились за их любимым столиком у окна — компания сделала заказ. Алкогольные напитки, закуски — всё было, как и всегда. Только в этот раз Билл не получал того же удовольствия, как и раньше. Он скучающе подпёр рукой голову, поглядывая в окно, и почти не слушал то, о чём щебечут Крис с Алексом.       Вечер шёл гладко. Алекс и Крис уже были чуток пьяны, делая кучу тостов «за нас, за мужиков», и в итоге уже дурачились, говоря всякие глупости. Билл с увеселением хмыкнул, смотря на этих двоих — его русская прабабушка Александра научила бы их пить. Это напомнило Биллу о давних временах, когда он и Пироника раз в год с родителями приезжали в Россию и смотрели на местную культуру.       Признаться, был у бабушки немного скверный, но добродушный характер, и нравилась она им за свой интересный, — на их взгляд, — русский дух. Он помнил её из своих детских лет и скучал по их путешествиям в другую страну. Помнится, у него даже остался диск с русскими старыми хитами, и он преисполнился желанием его поискать дома. Поностальгировать, послушать. — Так, ещё один тост! Эм… — Крис поднял бокал с текилой. — Чтоб х… — Не говори, что в конце «и деньги были»?       Крис рассмеялся и после закашлялся.       Ну и идиот. — Ну, вы поняли, ребят! — Закончил он, и все выпили. Вскоре официантка принесла им новые напитки. — Эх-х, я тут подумал, — начал Крис, — а чего мы Мэйсона с собой не пригласили? Он хоть и новенький, но, считаю, был бы рад нашей компании.       Билл готов был поклясться, что его передёрнуло, как от удара током. Он поднял голову, его взгляд мгновенно метнулся к Крису, а внутри что-то закипело от злости. Одна из опущенных под стол рук стала набивать нервный ритм по колену. — Ну, мы не так близки с ним, тем более, что он не кажется слишком общительным. — Ответил Диппер. — Думаю, ему не в радость такая компания, как мы.       Крис покачал бокал с текилой и отпил ещё чуть-чуть. Его пьяные глаза смотрели прямо на Пайнса. — А жаль. — Пробормотал Крис. — Я считаю, Мэйсон довольно милый, а?       Билл прошерстил в памяти одну вещь: Кристофер питал симпатию к мальчикам. Из-за того, что Алекс — гетеро, их отношения дальше дружбы не сдвинулись. Давно забытое открытие ударило Биллу в голову, словно красный флаг. Да, он не знал, что Мэйсон — девушка, но сам факт…       «Боже, я сейчас взорвусь». — Как по мне, посредственный. — Небрежно кинул Алекс, допивая «Голубую лагуну». — То ли дело — сестрёнка Диппера. — Он указал на него рукой. — Я бы с радостью познакомился с этой красавицей!       Билл охренел.       Вцепился пальцами в свой бокал и осушил его за секунды, продолжая офигевать с услышанного ещё больше. Он заметить не успел, как его голова истошно заболела. То ли от злости, то ли от шока, чёрт пойми его.       «Придушу». — Подумал Билл, подняв на них пристальный холодный взгляд. — «Тронете её — придушу. Не посмотрю на то, что вы — мои друзья».       Его мысли едва не оказались озвученными вслух. Вовремя заговорил Пайнс, иначе Билл бы сказал то, что думал. — Ты думаешь, я бы доверил тебе свою сестру? — Диппер прыснул, насмехаясь над пораженным лицом Алекса. — Мэйбл бы даже не взглянула в твою сторону. Без обид, Алекс.       Было Дипперу известно о любовных похождениях приятеля… поэтому одобрения быть никакого и не должно. — Ха! — Отсмеялся Алекс. — Вот найдётся — и тогда посмотрим. Кстати, как успехи?       Другие могли не заметить, но Билл тотчас уловил перемены в выражении лица друга. Диппер погрустнел, уставившись на своё отражение в бокале с напитком. Его губы вздёрнулись в фальшивой улыбке. — Я скоро снова займусь объявлениями. — Дал ответ он. — Нужно только найти фото посвежее. — Понятно-понятно. — Что с тобой, Сайфер? Ты как будто не с нами. — Окликнул его Крис. — Где ты там витаешь?       «В мыслях заткнуть ваши с Алексом поганые рты». — Нигде не витаю. Вас, придурков, слушаю. — Он выдавил улыбку, но Алексу она показалась недоброй. Крис из-за сильного опьянения уже ничего не замечал, да и не хотел.       Он снова предложил сделать тост.

***

      Когда все разошлись, Билл предпочёл пойти домой пешком. От выпитого им — холода почти не ощущалось. Он шёл и в раздумьях не заметил, как быстро оказался в знакомом квартале. Его глаза тут же нашли знакомое окно, в котором горел свет, а за занавеской мелькала дрожащая тень, ходящая по своим делам.       «Ещё не спит». — Подумал он. — «Может, позвонить ещё раз?»       Он достал телефон, но всё не решался. Если Мэйбл не отвечала ему всю неделю — с чего он взял, что ответит сейчас? Он постоял на ровном месте, игнорируя ледяной ветер, и смотрел на её окно, где-то в сердцах надеясь, что ей вдруг захочется выглянуть. И тогда бы он увидел её, впервые за столько времени.       Казалось, он забыл, как звучит её голос.       Внутри всё завязывалось узлом, когда он вспомнил их поцелуи, собственные касания к её разгоряченной коже. О многоговорящем глаза. Её зелёные глаза, смотрящие на него по-особенному.       И голос.       Как он хотел её услышать. Кто бы знал.       Но она снова не приняла входящий вызов.

***

      Билл не сделал чего-то масштабного за сегодня, но отчего-то усталость то и делала, что наваливалась на плечи. Он пришёл домой поздно, бросил куртку где-то в коридоре, разулся не глядя, оставив обувь в коридоре в беспорядке, и поплёлся в комнату. Включил свет и чуть не словил инфаркт, увидев раскинувшуюся на его кровати Пиронику. — Чтоб тебя, кузина! — Воскликнул он. — Смерти моей хочешь?       Девушка расхохоталась. — Видел бы ты своё лицо! Я просидела здесь несколько часов. Ждала тебя, чтобы произвести грандиозное появление, и… Где ты был, кузен? — Она сидела, сложив нога на ногу, и подпирала голову рукой. Она не заботилась о том, что выглядела как-то странно, и пришла в его квартиру в домашних тапочках и махровом халате. — Оу, что это? — Она демонстративно, шумно втянула носом воздух. — Перегар? Ты пил? — Да мы посидели немного с ребятами, отдохнули. — А за работу когда уже возьмёшься? Ты около двух недель молчишь о работе. Надоело?       Билл прошёл вперёд, распахнул дверцы шкафа, выуживая оттуда одну из своих футболок, и переодел верх, пока Пироника ждала ответа.       Работа… он забросил её с тех пор, как понял, что влюблён в «Мэйсона».       Фриланс.       Лёгкие дизайнерские проекты, которые приносили ему деньги, оказались заброшены. Он не брал клиентов, так как просто не мог думать о работе.       Голова была забита одной Мэйбл. — Честно? Я ничего не хочу. — Мэйбл? — Предположила Пироника. — Не могу перестать думать о ней! — Откровенно выплюнул он. — Чувствую себя одержимым. Это вообще нормально, кузина? — Он посмотрел на неё с надеждой, с желанием, что она что-то расскажет ему. Например, говорила ли Мэйбл с ней о нём? Как она вообще? Не болела ли она? Не устраивала ли себе привычных голодовок? Вопросы накапливались таким потоком, что можно было сойти с ума. — А чего ты хочешь, кузен? — Поинтересовалась она, рассматривая свои ногти. — Ты же получил ответ, не так ли? Она сказала, что ты для неё, как друг. — То есть, это френдзона? — Ну… да? — Блеск! — Билл хлопнул в ладони и плюхнулся рядом на кровать. — Меня нахрен разорвёт от того, что она нужна мне! А я даже увидеть её не могу. Она спряталась у себя дома и даже носа не высовывает, я не могу застать её поговорить и всё время беспокоюсь. Вы созванивались сегодня, а?       Брови Пироники в удивлении поползли вверх. — Никогда не видела тебя таким. — Хохотнула она. — Для меня это прям открытие какое-то! — Её насмехающаяся улыбка стала шире. — Ну, послушай, так переживать — не на пользу. Вот увидишь, она сама скоро объявится. Не вечность же ей прогуливать? — Увидеть её. Это всё, чего я хочу. — Я хоть и не она, но сейчас раскраснеюсь, кузен. Ты же знаешь, что я питаю слабость к романтике. — Обрати уже внимание на Диппера и будет тебе счастье. — Ухмыльнулся Билл. — Уверен, вы друг по другу сохнуть ещё будете. — Снова ты об этом. — Закатила глаза девушка. — Раздавай, пожалуйста, советы, когда ты и Мэйбл будете вместе, а до тех пор закрой рот, ладно? — Какая ты хитрая, кузина. — А ты думал, я пальцем деланная? — Не зазнавайся.       Она прыснула. — Что же, ладно. Пойду домой. Рада, что и ты вернулся. — Что ты вообще здесь делала? — Да так, просто в гости заглянула, а тебя нет. И трубку ты не брал. Поэтому я осталась ждать тебя, немного забеспокоилась. — Не видел пропущенного. Ну да ладно. — Когда Пироника поднялась с места, чтобы уйти, Билл снова позвал её. — Кузина. — А? — Сможешь сделать для меня кое-что?

***

      Сегодня была суббота. Первый выходной. Пироника стояла у подъезда с небольшой, но компактной коробкой в руках. Пока она шла к назначенному месту — из интереса потрясывала коробку, чтобы предположить что могло быть внутри, но как назло она не могла догадаться. А Билл наказал ей не открывать коробку. Просто попросил передать её Мэйбл этим вечером.       Пироника отчасти злилась из-за того, что брат не понимал слов «Мэйбл не приглашает гостей» и «даже меня», и всё равно попросил её об одолжении. Она сделала глубокий вдох и выдох и набрала номер квартиры в домофоне. Из-за долгих гудков она начинала нервничать, ведь Мэйбл не была в курсе внезапных визитов. Пироника понятия не имела, как подруга отреагирует на её появление. — Да? — Приветик, дорогая. — Поздоровалась Сайфер. — Откроешь? — Пироника. — Это всего на минуточку, может и меньше, ха-ха… — Неловко переминаясь, добавила она.       «Почему ты сам не отнёс это ей, кузен?!»        — Если она услышит мой голос — вряд ли откроет.       «Мда, точно». — Мне просто нужно кое-что передать тебе.       Мэйбл нажала на кнопку, и дверь в подъезд открылась. Замёрзшая Пироника радостно запорхнула внутрь. Онемевшие от холода пальцы неприятно покалывало.       За пару мгновений она поднялась на второй этаж. Вскоре, входная дверь открылась, и из проёма показалась макушка Мэйбл, чьи глаза были заспанные, с тёмными кругами. — Привет. — Поздоровалась она. — Всё в порядке? — Решила уточнить Пироника, внимательно рассматривая её. — Д-да, не бери в голову. Зайдёшь?       Пироника закусила губу. Она знала, что Мэйбл предлагала исключительно из вежливости, но они обе знали, что Пайнс хотела бы ещё немного побыть в гордом одиночестве. Было бы грубо не предложить. — Нет, я спешу. — Отказалась девушка. — Вот. — Протянула довольно увесистую коробку. — Это тебе. — От Билла? — Не знаю что там. — Сразу оправдалась Пироника, передав коробку в руки Мэйбл. — Но, надеюсь, ничего дурного.       Мэйбл улыбнулась уголками губ. — Надеюсь, это лекции. Займу себя полезным делом. — Пробормотала Пайнс, опустив глаза. — Передай ему спасибо. — Когда ты хочешь вернуться к учёбе? — Я не знаю. — Побледнела Мэйбл, покачав головой. — Я переживаю. Пытаюсь решить, что делать с… Биллом. Похоже, ему есть дело до меня куда больше, чем я полагала. — Ох, и это правда. — Вздохнула Пироника. — Подумай, пожалуйста. Я и сама скучаю по тебе. Мне грустно, когда ты грустишь, тем более, когда не хочешь никого видеть. Не то чтобы я навязывалась — просто… мы же друзья?       Мэйбл улыбнулась. — Конечно друзья. Не думай об обратном. — Ну слава богу. — Хохотнула Пироника. — Ладушки. Пойду я. Не болей только и скорее возвращайся. — Обязательно.       Когда Мэйбл закрыла дверь — с любопытством уставилась на коробку в своих руках. Получить что-то такое интригующее было равносильно той же интриге, когда она получала посылки от «Тайного Санты» в свои пятнадцать. Это было и волнительно, и приятно, а сейчас её сердце затрепетало. Это было от Билла. Этого осознания было достаточно, чтобы взволновать её.       Она прошла в свою комнату, опустилась на кровать и уложила коробку на колени. Потянула за конец ленты, подняла крышку и затаила дыхание. Коробка была наполнена всякими разными вкусными штуками: шоколадками с цельным фундуком и миндалём, мармеладом, маршмэллоу, печеньем, фруктами в прозрачном, но красивом пакете. Внутри в деревянной связке был лоток свежей тепличной малины. А поверх всех этих прелестей, в крафтовом конверте, было письмо.       Она удивилась.       Сердце заклокотало от предвкушения и любопытства. Потянулась, взяла в руки, распечатала. Принялась читать.       Стало невообразимо приятно от того, что это было именно письмо. Не просто приложение к наполнению коробки, не открытка, а именно письмо, написанное от руки. Сейчас так мало кто делает, поэтому её это искренне тронуло.       Билл был первым парнем, написавшим ей письмо.

«Привет! Наверное, ты не думала, что я способен на такие вещи, вроде написания письма к тебе, да? Я знаю, что ответа не получу, так как ты целиком и полностью игнорируешь мои телефонные сообщения, но я очень хочу донести до тебя то, что хотел бы сказать тебе вживую, а не на этой гребанной бумажке. Мэйбл, ты помнишь тот вечер у меня дома? Вспомни, что я говорил тебе. Я не хочу искать причин твоему притворству, но хочу сказать, что важно оставаться собой. В образе Мэйсона ты всё равно, даже пытаясь играть со своим голосом и пацанскими повадками, оставалась тем человеком, каким и была всю свою жизнь. Я увидел этого человека, смог узнать его поближе. И этот человек запал мне в душу. Ты можешь смеяться надо мной, но да, сейчас посыплется лирика! >:D Так вот. Ты невероятный человек, Мэйбл. Ты добрая, внимательная, эмоциональная и заботливая. Быть может, это лишь стандартный набор слов, но для меня он имеет огромное значение. Такой я тебя вижу. И видел, пока ты была «Мэйсоном». Не убегай от себя, от остальных. Вокруг тебя много людей, которые беспокоятся о твоём благополучии, и я один из них. Ты стала очень важна для меня. Я постоянно переживаю и думаю о тебе. Надеюсь, у тебя всё в порядке. Скучаю.»

Билл.

      На бумагу капнуло пару слёз.       Она вздрогнула, отстраняя от себя бумагу, чтобы не испортить её.       Не заметила, что плачет.       Снова проклинала свою сентиментальность, но…       После всего того отношения из прошлого она не привыкла искать в ком-то что-то хорошее, в особенности в мужчинах, поскольку из-за одного неудачного опыта всё её мировоззрение перевернулось с ног на голову. Она не привыкла, чтобы кто-то так проявлял к ней особое внимание, заботу, заинтересованность в ней, как в личности. Гидеон всегда тыкал ей в то, что она и ногтя его не стоит, и что она грязная. Что она очень плохой, очень грязный человек, не заслуживающий любви.       Но Билл.       Он другой.       «Он в самом деле для меня особенный». — Подумала она, прижав его письмо к своей груди, где всё разрывалось на части.