Беглянка

      Этим утром что-то изменилось.       Прошло ещё около двух дней, когда это утро стало для неё не таким, как другие.       Проснувшись сегодня, тревога не просыпалась вместе с девушкой и не душила по старой доброй привычке. Мэйбл сладко потянулась, вытягивая руки и цепляя ногтями свои растрёпанные во сне волосы. Сморгнув слёзы от зевка, она нехотя приняла сидячее положение и зависла, давая себе немного времени, чтобы окончательно проснуться.       Первая мысль этим утром — принятое накануне решение. Отбросившая всю трусость — она была готова менять свою жизнь и делать то, чего делать боялась. За что упрекала себя, приписывала недостойной, но всем сердцем хотела. Взгляд зацепился за лежавшее уже несколько дней на столе письмо. Она перечитывала его каждую ночь, чтобы напоминать себе о том, что Билл думает о ней.       Эгоистично было держать его подальше от себя, но чем дольше это происходило, тем мучительнее пролетали дни в четырёх стенах. За полторы недели она лишь раз выбралась за продуктами, да и то такая прогулка не ободряла, а мысли… а мысли всё время кружили вокруг Сайфера.       Его стало слишком много в её жизни.       Поднявшись с кровати и отключив будильник, Пайнс принялась собираться, снова воплощая образ Мэйсона в жизнь. Повозилась с волосами, выбрала свой стандартный набор одежды, закинула рюкзак на плечо и ещё пару минут смотрела на себя в зеркало. В отличие от двухнедельной давности — сейчас она смотрела на себя иначе, как если бы могла собой гордиться.       «Всё верно». — Убеждала себя Мэйбл. — «Всё будет в порядке».       Замкнув квартиру, она побежала вниз по ступенькам, всё ещё сомнительно относясь к идее спускаться на лифте. Она помнила, как застряла с Биллом и как плохо ей тогда стало, и не хотела бы это повторять. Однако вспоминать, как она побаивалась Билла и отторгала его присутствие, было довольно смешно. Если сравнивать их отношения сейчас — он казался ей самым добрым и заботливым человеком на свете. И он ей очень сильно нравился.       Одолев смущение, она открыла двери подъезда и наткнулась на Кэнди, Грэнду и Даниэля, направлявшихся в её сторону. Завидев Мэйбл, они все остановились. Мэйбл тут же поняла, что сегодня у них был план по её собственному захвату, однако теперь захват отменялся. Кэнди кинулась с объятиями и немного грубо к ней присоединилась и Грэнда, проявляя свою любовь так, как привыкла. Даниэль лишь молча поправил галстук и прокашлялся, чувствуя себя лишним. Мэйбл вежливо протянула ему руку, выказывая мужское приветствие через рукопожатие.       Никто, разумеется, не называл её настоящего имени, но так или иначе Мэйбл почему-то чувствовала себя в своей тарелке, будто бы Даниэль был тоже в курсе настоящей личности Мэйсона. Он сделал ей парочку замечаний о прогулах, а потом Кэнди ткнула в его живот локтем, призывая к молчанию.       По мере приближения к колледжу, Мэйбл бросило в мандраж из-за предстоящей встречи с Биллом. Она закусила щёку изнутри, чтобы не дать себе расклеиться и передумать в последний момент. Также она заметно занервничала из-за толп студентов, направляющихся в то же здание, что и она сама. Подумать только, её не было девять дней, но отвыкнуть от такого она успела.       Войдя в аудиторию на подгибающихся ногах — Мэйбл опомниться не успела, когда на неё напрыгнула визжащая от радости Пироника. Грэнда ревниво зыркнула на них и сощурила глаза, но ничего не сказала, что как раз таки не было в её характере. Когда этой девчонке что-то не нравится — она могла смело заявить об этом. — Боги, наконец-то! — Оторвавшись от Мэйбл, просияла Пироника. — Мэйсон, ты живой! Прогульщик гребаный!       Даниэль снова кашлянул, метая невидимые искры, и Пироника глупо захохотала, понимая, что камень только что прилетел именно в её огород. Да уж, кто и любил прогуливать — так это она сама. — Как ты? — Поинтересовалась Мэйбл, склонив голову набок. — Да всё шикарно, ты же и сам знаешь. — Пожала плечами девушка. — Это я у тебя спросить хотела. А, кстати, подсядешь ко мне сегодня? — Пироника потянула её за руку к своему любимому дальнему месту. Мэйбл сделала знак рукой Кэнди и Грэнде, тем самым давая понять, что они поболтают позже. — А Билл… — Едва хотела спросить она. — Дома сегодня. — Перебила Пироника. — Оу, почему?       Девушка повернулась к ней с хитрющей улыбкой, и Пайнс уже прекрасно понимала, что сейчас начнётся. Однако, к её удивлению, Пироника не стала и дальше дразнить её. Просто ответила. — Прогуливает. — Что ж, ясно. — На тебя Диппер смотрит. — Незаметно прошептала Пироника. — Что?       Мэйбл незаметно обернулась, чтобы Диппер не понял, что стал предметом их обсуждений. Заметив, что попался, Пайнс резко сделал вид, будто что-то вычитывал в своём учебнике. Это было весьма странно, и это же заставило тревогу вновь закипятиться в груди. — Что-то случилось? — С опаской прошептала она Пиронике. — Понятия не имею.

***

      Тем вечером они пришли в местный спортзал, чтобы позаниматься спортом после пар. Билл всеми силами хотел вытеснить из мыслей свою дотошную влюбленность, поэтому полагал, что спорт — это в самом деле то, что помогает отвлечься. До того, как пойти в колледж он провёл здесь часть лета вместе с Диппером. Поэтому сегодня, как и в начале июня, они пошли вдвоем. Не сказать, что Диппер тоже пытался отвлечься от чего-то, но его вид не выражал какого-либо «счастья». Быть может, у него были свои причины, либо же она была у друзей и вовсе общей. Тут как посмотреть.       Тренировка длилась два с половиной часа. Они вышли из спортзала с приятной обессиленностью и решили зайти в ближайшую кофейню, чтобы взять кофе. Диппер взял кокосовый раф, Билл — классический капучино. Они стояли возле остановки, переговариваясь о чём-то своём, пока речь не коснулась Мэйбл.       Диппер покрутил в руках одноразовый стакан с интересным дизайном и хмыкнул с какой-то не присущей ему досадностью. — Мы с Мэйбл обожаем кофе. — Зачем-то озвучил он. — Часто приходили сюда после школы, а потом выслушивали нотации от дяди Стэна, потому что ночью не могли заснуть из-за кофе и просто рубились в монополию. Бывало, что до раннего утра. А ещё Мэйбл громко возмущалась, потому что не любила проигрывать. — Он издал хриплый смешок.       Билл слушал его внимательно, словно боялся что-то упустить, что касалось самой Мэйбл. Вольно-невольно, но аспекты её жизни и в частности её прошлое ему теперь было важно. — Я хотел спросить у тебя. — Помрачнел Билл, заходясь в беспощадно наступающем нервозе, когда Диппер посмотрел на него. — Если бы Мэйбл вдруг объявилась — какой бы была твоя реакция?       Пайнс медленно моргнул, пытаясь найти подвох в этом вопросе. — Ты смеёшься. — Пожал плечами парень. — Разумеется, я буду счастлив. Я не видел свою сестру уже столько времени. Иногда я думаю, что она не просто уехала, а пропала, лишённая воли и возможности вернуться. Поэтому… да. Я был бы рад. И ни за что не отпустил бы её снова. — Диппер отпил немного кофе. — Всё ещё не хочешь рассказать мне обстоятельства её исчезновения? — С чего ты вдруг так заинтересован?       Билл чуть не поперхнулся. — Да так. Вспомнил, как продвигались наши поиски полгода назад. Если бы я мог знать чуть больше — возможно, это дало бы нам маленький шанс помочь ей? — Он намекал ему, но Диппер как будто не понимал его, либо же не хотел понимать. Не подозревал. И в то же время чувствовал, что что-то не так. — Обстоятельства. — Холодно повторил Пайнс. — Уверен, что если бы я знал наверняка, то поделился бы. — Он натянуто улыбнулся другу. — Дело в том, что я и сам не до конца понимаю этих обстоятельств. Чувствую только, что что-то случилось. Мэйбл бы не бросила нас. Она не поступила бы так.       Билл судорожно думал над тем, сказать ему или нет. В сердцах он хотел, чтобы Диппер догадался сам, однако если он даст ему слишком много пищи для размышлений, то не будет ли это предательством по отношению к Мэйбл, чьё доверие для него очень много значит? — Ты знаешь… она… — Замялся Билл. — Что?       «Ближе, чем ты думаешь». — …очень красивая.       Диппер улыбнулся. Искренне.       Он помнил, как Сайфер говорил то же самое, когда складывал листовки с объявлением у выхода из типографии. — Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь сказать это ей лично.

***

— Что? — Мрачно выплюнул Билл, смотря на Пиронику, как истребитель на воздушную цель противника.       Девушка лениво посмотрела на кузена, а затем вернулась взглядом к сериалу. После учебного дня хотелось немного полениться, поэтому по возвращению домой она включила телевизор, взяла еды из холодильника и устроилась на диване с пледом на коленях. «Билл пришёл не вовремя», — подумала она, вздыхая. Походу со скуки приплёлся к ней в квартиру, намеренно дождавшись её возвращения.       Разговор был почти ни о чём. Ровно до тех пор, пока Пироника не упомянула Мэйбл. — «Мэйсон» был в колледже, кстати.       В голове Билла это звучало как «ты всё пропустил». Отторгая эту мысль, он глухо усмехнулся и потёр пальцами переносицу. — И почему ты молчала? — В конце концов выдал он.       Пироника безразлично пожала плечами. — Ну, так ты бы сразу и примчался. Преподы бы не поняли твоего прогула, а затем внезапного появления. Считай, я сэкономила тебе время и не испортила настроение. — «Спасибо». — Пожалуйста. — Всё также безразлично бросила Пироника, не отрывая взгляда от телевизора. Настоящей удачей на сегодня, пожалуй, было то, что она успела на предпоследнюю серию одной из любимых мелодрам. Сейчас было сложно сосредоточиться на том, что не устраивало кузена. Мэйбл не хотела его видеть? Хорошо, она уважала её решение, а значит и Биллу помогать не собиралась. Однако…       Он не стал её донимать. Открыл бутылку содовой и уныло уставился на экран телевизора, где происходила сцена, в которой уныния было куда больше, чем у него самого.       Звук рингтона оживил его. Он медленно потянулся к телефону под раздраженные шипения кузины, которая требовала тишины во время её сериала. Тем более, что драма той сцены начала зашкаливать настолько, что глаза Пироники покраснели. Как будто она сдерживалась от слёз и прочих комментариев.       Увидев имя, всплывшее на дисплее — содовая пошла в не то горло. Билл поперхнулся, удивленный настолько, что почти подумал о галлюцинациях. Пироника раздражалась всё больше из-за лишнего шума, поэтому он, всё ещё откашливаясь, подорвался с места и поплёлся в зал, чтобы ответить на звонок, пока Мэйбл не передумала. — Да? — Собственный голос удивил его не меньше напавшей на него необъяснимой тревоги. Всё, что связывало с Пайнс, волновало его против воли, и он не всегда мог распознать, когда переживал из-за того, что у него были чувства к ней. Полагая, что «мертв», Билл ошибся — чувства его не покидали. Обострились, едва он услышал её голос. Он мысленно ругнулся, когда понял, что пальцы, прижимающие телефон к уху, подрагивают. — Привет. Ты не занят? — Нет. — Поспешно ответил он. — А ты… ты как? Мэйбл.       Она поджала губы. Слышать собственное имя всё ещё было непривычно. Казалось, будто имя Мэйсон и вправду было её настоящим, вторым. Она создала персонажа и слилась с ним так, будто была вынуждена отыгрывать роль парня на сцене столько, сколько было нужно. Однако она не думала, что это прекратится. Пьесы всегда заканчивались, вечных не существовало, а значит… всё хорошо? — Я в порядке. — Озвучила девушка. В её голосе слышалась улыбка. — Прости, что не связывалась с тобой последнюю неделю.       «И даже больше». — Подумал Билл. — Я не знала что можно ответить на твоё письмо, так как отвечать по сути было не на что. Ты не задавал вопросов, изложил свои мысли на бумаге, и я всего лишь хотела обдумать всё. — Спокойно объяснила Пайнс. — На самом деле я тоже скучаю по тебе.       Её слова согревали.       Он не заметил, как улыбка растянулась на его лице сама собой.       Всё внутри переполняло его счастьем.       Он не знал, когда в последний раз чувствовал себя настолько глупо и одновременно радостно. — Я готова поговорить с тобой. — Добавила она прежде, чем он смог что-то сказать. — Ты… когда сможешь прийти? — Сейчас. — Сейчас? — Удивилась та. — Да. — Тише добавил Сайфер. — Я устал умирать от ожидания.       Мэйбл молчала, видимо, смущенная, но не позволила ему этого понять. — Хорошо. — Завершила она, и разговор прервался.       Билл опомнился, остановился.       Оказывается, успел с десяток кругов нарезать по залу за столь короткий диалог.

***

      Жаркая ночь, алкоголь, шикарная девушка в его постели. Гидеон придерживал за талию оседлавшую его блондинку. От талии он спустился ниже, к её чёрным чулкам на подвязках, жадно сжал её бёдра, поднимая похотливый взгляд на партнёршу, связь с которой поддерживалась, наверное, года три, если его не подводила память. Она выгнулась с особой грацией, вытянула руки, уложила на его грудь, точно кошка.       Он поцеловал её. Больно кусал за губы, тем самым притягивая лицо девушки к себе. — Ты всё также хороша, Николь. — Похвалил он. — Мне нужна была эта разрядка.       Накрашенные красной помадой губы вздёрнулись в лёгкой ухмылке. — А что, с твоей домохозяйкой уже совсем скучно? — Поинтересовалась она, склонив голову. Спутанные волосы опустились к лицу, обрамляя его, придавая ей шарма. — Она доска в постели или… не может тебя возбудить? Поэтому ты пришёл?       Гидеон долго не отвечал. Его голубые глаза вперились в её лицо с откровенным раздражением. Вероятно, он пытался выдавить ответ, слышать или озвучивать который не желал. — Она сбежала от меня. — Всё же ответил он, больнее сдавив пальцами бедра девушки, на что та поморщилась. — Дома не убрано, еды не наготовлено. Мне надоело жрать в забегаловках и кафешках, пока эта дрянь где-то развлекается… — Прошипел он. — И кроме того… у меня давно не было секса из-за её отсутствия. — Тебе повезло. Ты же знаешь, я скрашу любой твой вечер. — Сладко прошептала Николь.       Гидеон закатил глаза, будто ему было неинтересно. — Скоро мне нужно будет уехать. — За ней? — Да. — А не к лучшему ли такая перемена? — Взъелась Николь, отстранившись. Она всё ещё сидела на Глифуле, но выражала искреннее недовольство. — Пока Мэйбл жила с тобой — я видела тебя только раз в неделю. Это ничтожно мало. Разве я не заслуживаю большего? — Ты же знаешь, что я люблю её. — Невозмутимо отрезал Глифул.       Николь прыснула и зло, недобро улыбнулась. — Хах, то есть поэтому ты здесь? Развлекаешься со мной, потому что любишь эту девчонку? Это вообще хоть что-то значит? — Она сощурила глаза, слезла с Гидеона и откинулась спиной на соседнюю подушку. Настроение было испорчено. — Это измена. И я шла на поводу твоих интрижек, но сколько это будет продолжаться? Ты же понимаешь, что я могу встретить другого мужчину?       Эти слова были равносильны красному платку, полетевшему в морду быка. Гидеон резко набросился на Николь, сжав горло той настолько, что она могла издавать лишь сдавленные кряхтения. Её широко распахнутые глаза смотрели на Глифула, который казался до безумия одержимым. — Никакого другого мужчины не будет!.. — Шипел он, брызжа слюной. — Ты поняла меня, Николь? Только посмей… Посмей — и я убью тебя, места живого не оставлю. Попробуй только трахаться в этой постели с кем-то, помимо меня, и я клянусь… ты очень пожалеешь…       Он резко оттянул назад руку, позволяя ей дышать. До этого девушка двумя цеплялась за его, царапая, умоляя жестами. Теперь же вдыхала в лёгкие кислород полной грудью, откашливалась. Прокручивала воспоминания с похожими ситуациями, когда Гидеон не раз грозился сделать это с ней, если она предпочтёт другого. Он держался за свою драгоценную Мэйбл, но при этом спал с другими, не давая жизни ни одной из них. Что это, если не безумие? Чокнутый, помешанный на потребностях собственник. — Я… я поняла.       Гидеон скривил губы от отвращения, когда услышал слёзы в её ответе. Не вытерпев, замахнулся и ударил Николь по лицу кулаком. Она дёрнулась, не удержалась и упала с края кровати, на противоположную от Гидеона сторону. Левую щёку запекло. От боли, вызванной ударом. И тогда она зажмурилась, перестала шевелиться, лишь бы не разреветься ещё больше.       Очередная попытка уговорить его порвать с Пайнс стала провальной.       Он всегда будет предпочитать её.