Дьявол в обличии ангела

— Что? — недоумённо спросил Мустафа, испуганно смотря на стражника и вскакивая со своего прежнего места. Раб сжался под взглядом правителя, боясь накликать на себя беду. Нефес застыла, не веря словам слуги. Как такое возможно? Что это значит? Зачем всё это? Что теперь будет с ними?.. — Почему они подняли восстание? Как посмели?! — закричал новый правитель, панически хватаясь за голову. Нужно было что-то решать. Пытаться помешать янычарам. Созвать пашей, их войско. Противостоять неверным. — Повелитель, они хотят, чтобы на престол взошёл кто-то из сыновей Хюррем султан… — услышав это, девушка незаметно усмехнулась. Мустафу янычары не почитали, считали слишком мягким и управляемым султаном, который поддаётся манипуляциям собственной матери. Та ведь нашептала ему, чтобы он убил своих братьев на рассвете, а также надоумила на такие поступки, о которых он ей недавно рассказал. Махидевран коварна и мстительна, она сделала это всё только ради власти и поражения Хасеки. Кто знает, что она захочет сделать дальше? Нефес благодарила Аллаха только об одном, что падишах не послушал свою валиде и помиловал шехзаде Мурада, однако также нужно было выручать Мехмеда, Селима, Баязеда и Джихангира… Султан резко развернулся к стражнику и махнул рукой. — Созови пашей. Прикажи подготовить своих воинов. Пусть защищают дворец! Барбароссе скажи, чтобы немедленно явился! — мужчина почтительно поклонился правителю и поспешил выполнять поручения, напоследок бросив: — Как прикажите… — когда раб скрылся за дверью, падишах устало вздохнул, опасаясь того, что может случится. Он так долго к этому шёл, а сейчас из-за предателей может лишиться всего! Он боялся, боялся, что так случится… и вот этот страх наяву. Была надежда, что Мустафу примут, как и всех правителей до этого, но, видимо, не суждено. Значит, нужно бороться за трон! И в этом ему помогут паши и беи! Нефес медленно встала со своего места. Её бровь изогнулась в недоумении, когда она глядела на задумчивого падишаха. Она вопросительно позвала его: — Мустафа? — Иди в свои покои, Нефес. Не выходи оттуда, это небезопасно… Оставь меня, — девушка развернулась и поспешным шагом вышла из покоев, даже не поклонившись. Могла ли она принять его сторону? Сражаться за него? Нужно было подумать. Однако его поступки с братьями портят всё мнение о нём. Были ли они виноваты в том, что султан любил больше его? Был более милостив? Это от них не зависело. Мустафа понимал, что с такой благосклонностью к младшим братьям он не сможет сесть на престол. Его не выберут наследником, поэтому он решил брать дело в свои руки. Потом появилась Нефес… и как Мустафа сказал: «появился новый повод для вражды — ты». Султанша быстро вышла из покоев и направилась к Малкочоглу Бали бею. Конечно, она не собиралась отсиживаться в покоях. Девушка была полна уверенности, ей нужно было узнать всё, и мужчина всё расскажет ей. Скажет о шехзаде, и о восстании. Теперь ведь он служит ей… так что нет смысла скрывать это. Госпожа завернула за поворот, туда, где находилась комната хранителя покоев. Осторожно, не слишком громко, она постучала в дверь и принялась ожидать. Пока мужчина открывал ей двери, она огляделась по сторонам, чтобы, не приведи Аллах, её не увидели, а то будет беда. Не гоже султанше во дворце встречаться с другими мужчинами, кроме шехзаде или султана. Это противоречит многим правилам… Спустя минуту дверь отворилась, из-за чего девушка сразу выпрямилась и гордо подняла голову. Из дверного проёма показался Бали бей. Увидев султаншу, он слегка удивился. Его брови нахмурились, взгляд стал более внимательный. — Госпожа? — Нефес улыбнулась и кивнула. Она ещё раз огляделась по сторонам. и после того как окончательно убедилась, тихо сказала: — Мне нужно поговорить с тобой, Бали бей, — мужчина отошёл в сторону и склонился в поклоне, давая проход наложнице. Она немедля зашла, опасаясь, что их увидят, а после того как Малкочоглу запер двери на ключ, развернулась и недоумённо, с долей волнения спросила: — Ты можешь объяснить, что происходит? Восстание, из-за чего оно? Как это произошло? — Госпожа, всё очень просто, — лукаво произнёс мужчина. Нефес потихоньку закипала. Раз просто, пусть рассказывает, а не держит интригу. Она хочет знать абсолютно всё! — Не тяни, рассказывай! — Бали бей долго смотрел на госпожу, прожигая ту своим проницательным взглядом, не торопясь говорить о случившемся. Султанша тяжело дышала, намереваясь поскорее узнать, в чём дело. И то, что она услышала, на миг затуманило разум… — Восстание было устроено… шехзаде Селимом, — девушка дёрнулась как от удара и отступила на шаг назад. Сердце забилось чаще, а в голове всплывал лишь один вопрос: «как?» Нефес опустила голову, не веря своим ушам. Она медленно перевела взгляд обратно на хранителя покоев, который довольно, как ни в чём не бывало, смотрел на султаншу. Она ничего не понимала. Он ведь заперт вместе со своими братьями. Как так получилось? Ответ был лишь один, всё устроили его сторонники… Рустем паша, наверняка сам Бали бей, и много других пашей, беев и знатных людей. Нефес не была глупой и понимала, что Селим переманил на свою сторону многих людей, в том числе и подданных братьев. — Что? Как такое возможно? Он ведь сейчас под замком! — заголосила девушка на все покои, и тут же пожалела об этом, вспомнив о том, что их не должны были слышать, видеть. Поняв свою ошибку, она тот час попыталась успокоиться. Вдохнув и выдохнув, она принялась ждать ответа. Мужчина спокойно ответил: — Распоряжение об этом было дано перед этим. Когда вы приехали в столицу, Михримах султан сообщила, что шехзаде Мустафа так и не уезжал в свой санджак, также сказали, что повелитель не мог принять сыновей, так как он сильно занят. Шехзаде Селим много подозревал Мустафу, а новость о том, что он не уехал, полностью развеяли сомнения об обратном. Тогда он подозвал к себе меня и отдал приказ раздать янычарам золото и быть на готове. Если на престол взойдет Мустафа, то перевернуть дворец вверх дном, — Нефес не перебивая слушала, и с каждым словом всё больше удивлялась и удивлялась проницательности мужчины. Предугадал всё наперёд и устроил такое. Не каждый осмелился бы на такое, но он смог. Взял врага хитростью и умом, похвально. Переиграл старшего брата в этих интригах! Девушка усмехнулась своим мыслям и задумчиво промолвила, всё ещё поражаясь таким действиям: — Всё продумал… — Шехзаде Селим прекрасно понимал, что если на трон взойдёт шехзаде Мустафа, а теперь — султан Мустафа Хазретлери, то и его и братьев казнят. Их должны были убить на рассвете, однако теперь врагам будет не до этого… их ожидает тяжёлая ночь, — султанша согласно кивнула и выпрямилась. — Селим очень умён, это достойно похвалы… как бы… чтобы эта ночь не стала тяжёлой для нас… — Что вы имеете ввиду? — с вопросом произнёс Бали бей, не понимая, почему она так считает. Госпожа вздохнула, сложив руки за спину, придавая себе значимости. От такого жеста Малкочоглу напрягся и склонил голову. — Мустафа войско пашей и беев созвал. Нам нужно оборонятся. Надеюсь, воинов достаточно и мы не потерпим поражения… — Янычар более чем достаточно. Я позаботился обо всём, — Нефес хотела вздохнуть, однако кое о чём вспомнила. Она резко дёрнула головой в сторону, её взгляд стал обеспокоеным. — Подожди! Ещё кто нибудь знает о причастности Селима к восстанию? — хранитель покоев кивнул и оголосил имена причастных к бунту: — Рустем паша и Аяс паша. Мы все на стороне шехзаде, — Нефес подумала сразу о Хюррем султан. Она ведь не оставляла бы дворец без присмотра. Аяс паша и Рустем верно служили ей, и девушка уверена, что они преданы ей до сих пор. Госпожа значит тоже имеет отношение к этому. Почему, зная о том, что её сыновья в опасности, она не приезжает? Правильно, она знает всё, как и Михримах. Сестра шехзаде не могла быть не в курсе. С матерью они вместе плетут интриги, и Нефес за это их не осуждает. Она сама такая… Девушка добродушно улыбнулась. — Хорошо я поняла тебя… надеюсь повода для переживаний не будет… — мужчина качнул головой в знак «вы можете не волноваться». После этого он принялся объяснять свой план действий дальше: — Госпожа, во время бунта я освобожу шехзаде, и мы все будем сражаться против султана Мустафы. — И я буду! — резко выдала она. сделав шаг вперёд. Бали бей отрицательно помотал головой, как только услышал это, и настоятельно порекомендовал: — Госпожа, не нужно этого делать…вам лучше будет пройти в подвал как и всем остальным, — Нефес хмыкнула, но ничего не ответила. На её душе также была точка и боль за сына. Когда Махидевран султан сказала о том, что Мурада заперли в комнате, как и остальных, девушка места себе не находила. Хотела поубивать каждого в гареме! Чтобы ей отдали сына! С этим грузом на душе тяжёлой жить. Каждый миг ты переживаешь за судьбу своего ребёнка… это так тяжело… — Я ещё боюсь за шехзаде Мурада! — султанша закусила губу и опустила голову. Как он сейчас там? Как без неё? Махидевран султан разлучила её с ребёнком. Теперь на её душе большой грех, и она его никогда не искупит, хоть сто раз будет молить Аллаха о прощении… — Во время бунта прикажу перенести его в безопасное место, не волнуйтесь, — поспешил успокоить госпожу Малкочоглу. Нефес благодарно посмотрела на него. — Я надеюсь на тебя Малкочоглу. Прошу не подведи… — мужчина гордо поднял голову и серьёзным голосом заверил: — Я буду служить вам госпожа. Сделаю всё, чтобы не разочаровать вас… — Нефес улыбнулась и также ответила на такую речь: — Клянусь своей жизнью… когда это всё закончится, вы с Михримах обретёте покой. Вы поженитесь, и я помогу вам в этом… — Бали бей при упоминании госпожи замер на секунду, но через миг его глаза засияли пламенем. Он расцвёл на глазах. Улыбка мужчины была уже совсем другой, не такой, как прежде. Будто он вспомнил то, что так дорого ему. Так оно и было. Михримах дорога ему. Для него она бесценна… — Спасибо вам, госпожа… я благодарю Аллаха за то, что она сейчас в Старом дворце и ей не приходится переживать то, что переживаем мы, — султанша усмехнулась. — Мы переживём и тогда заживём счастливой жизнью…

***

Нефес быстрым шагом шла по гарему, то и дело оглядываясь. Наложницы перешептывались между собой, на их лицах была паника, волнение. Видимо, они уже получили новости, хатун даже не обратили внимания на идущую с хальвета госпожу. Да и это хорошо. Вряд ли теперь они её любят, после того как разнеслась весть о том, что Мустафа берёт её в свой гарем. Все сразу поняли. Наверняка и Хюррем султан теперь знает… но Нефес уверена, что госпожа поймёт её положение… Султанша зашла в свои покои, и её сразу встретила обеспокоенная Фарья хатун. — Госпожа, слава Аллаху вы вернулись! С вами всё хорошо? Султан Мустафа не тронул вас? — наложница прошлась по комнате, и медленно села на тахту. — Нет. Всё хорошо… — служанка последовала за ней. По лицу Нефес можно было понять, что что-то не так, и это взволновало рабыню ещё больше… — Султанша, вы обеспокоены восстанием? — девушка отрицательно помотала головой — Мустафа всё рассказал мне. Он предатель. Настраивал братьев против друга. Пытался подставить и убить, — Фарья прикрыла рот рукой. — О Аллах защити… это ужасно! — даже мысли об этом ужасали, пугали. Поднять руку на родных братьев — это огромный грех, за который рано или поздно придётся расплачиваться. Остаётся султану молиться, чтобы расплата была не такой жестокой… Нефес подняла взор на служанку. Она кивнула в сторону другой комнаты и приказала: — Подготовь мне платье поудобнее и достань саблю, — рабыня недоумённо посмотрела на неё. — Вы будете сражаться? — Да, буду. Принеси мне всё, что я тебе сказала, — Фарья почтительно поклонилась и поспешила выполнять приказ, оставляя госпожу наедине со своими мыслями. Можно ли простить того, кто вставил нож в спину? Да и не только тебе, твоим близким. Заслуживает ли человек второго шанса? Нефес задавалась этим вопросом. Если ты сильный, то должен быть милосердным, справедливым. Однако можно быть таким во дворце Топкапы? Можно ли прощать? Когда султанша приехала во дворец, она не знала пощады. И сейчас не знает, но нужно… выбрать сторону, чтобы беспощадно сражаться за будущее Османской империи. Аллах подскажи, что делать? Как быть? Из раздумий девушку вывела Фарья. Она уже подготовила платье и достала саблю. Красное платье с золотыми узорами на краях и рукавах. На ткани были драгоценные камни, переливающиеся на свету и красиво блестящие. Корону госпожа решила не надевать. Зачем? Она будет только мешать в бою. Посмотревшись ещё раз в зеркало, султанша вернулась на тахту с мечом в руках. — Фарья, иди поспи. Я тоже немного отдохну, — её голос уставший, немного осевший. — Как прикажите… — рабыня поклонилась и ушла спать в комнату, где раньше был шехзаде Мурад, а Нефес сидела на тахте, положив саблю на дорогу обивку. Вскоре усталость взяла своё и девушка заснула…

***

Госпожа проснулась от громких, резких криков, которые доносились из гарема. Слышался бег рабынь, которые пытались хоть как-то убежать от опасности. Нефес прислушалась к звукам и осторожно взяла меч. В её голове проскользнула очевидная мысль: началось… янычары уже во дворце…