Наш протест - это любовь!

Утро началось никак. Ничего необычного. Поел и переоделся в школьную форму. И вообще, почему у этой формы такие цвета, будто это для работников кофейни? Коричневые такие цвета, ну как кофе.. да похуй, неважно. Директору видимо поебать на всё. И почему то Химицу не пришла утром, перед школой.. В классе, (перед началом первого урока). — Миш, утречка. — подошёл к брюнету. — Что-нибудь узнал про вчерашнее? — шёпотом спросил Николя. Миша молча повертел головой. "Нет" — Боже.. Костя.. — парень закрыл лицо ладонями. — ..пойдём сегодня к матери Кости? — Хорошо. — А ты чего себе новые очки не купил? — поинтересовался у Миши. На его лице не было очков, как он без них собирается читать? — Ещё нет, сегодня линзы по этому и одел. — американец показал указательным пальцем на свои глаза. — А. — произнёс Николя. — Понял, хах. — выпрямился и виновато почесал затылок. Дзы-ы-ы-ынь!!! А вот и звонок на урок послышался. — На перемене ещё поговорим. — напоследок сказал Миша перед тем, как Николя побежал к своей парте. В классе были все, кроме Кости. Кэтрин Винтерс тоже была, но до неё у Николяши не было дело. Оба королевские павлины, но на деле те ещё обкусанные курицы. Со всеми желаниями и целями. И местью. На сегодня хватит Китти-тян - матеша важнее. . . . — Миш, купим что-нибудь? — парни стояли у входа магазина. — Не выйдет, у меня сейчас не особо много карманных денег. — объяснил Миша. — Ну.. — грустно протянул. — Ладно, пошли в метро, в следующий раз купим! — Только в следующий раз не тряси с меня все деньги. — Миша улыбнулся, что его холодным образом не подходило. — Ой, ну не знаю, подумаю. — саркастично ответил Николя. Школьники потопали в токийское метро, по пути обговаривая путь по домам. Всё же тот раз с Мишей и очками не хотелось бы повторить. В метро. — Может будешь ходить на боевые искусства? Чтобы отбивать нападавшего. — предложил свою идею Коля. Миша обдумал предложение своего парня. — А до него как мне дойти до кружка без синяка? — Ну, значит буду тебя провожать, как мать своего сыночка. — Николя посмеялся. — Чур я тогда твоя мама. — подмигнул брюнет. — Шалун. — со страстью посмотрел на Мишу. В какой-то момент они стали обсуждать внешность людей в вагоне метро. — Вот он похож на того … из ДжоДжо. — Коля смотрел на блондинистого мужчину в метро. — Дио? — уточнил американец. — Во, да! А эта похожа на.. Кэтрин. — после этого Николя сделал паузу. — Кэтрин? Ну, волосы такие же.. — Вдруг она за нами следит? — предложил свою бредовую мысль. — Спокойно, скоро приедем уже. — утешил светловолосого. Николя затих. Вскоре они приехали домой к Кёске. Поговорили с его матерью, старались её поддержать в сложное время. "Полиция с этим сейчас разбирается." Хоть что-то хорошее, но всё же .. Сколько времени это займёт? Может ли Костя к тому времени погибнуть? А ещё его держат в заложниках ради какой-то цели? Цель и кто.. Кто мог это сделать? . . . По радио играла музыка, наигрывая знакомую мелодию. Вентилятор охлаждал комнату. Николя дописал домашнюю работу, и вот-вот чернила в ручке кончатся. Целых три страницы домашней работы по математике. — Чтобы он подавился страницами с такими заданиями.. — Николя пожелал всего наилучшего учителю. Закрыл тетрадь, что веяло деревом и чернилами и направился на кухню. Налил воды в стеклянный стакан, выпивая всё до последней капли. — А что сегодня с Химицу.. — вспомнил о рыжей соседке, что обычно к нему заходит в класс, чтобы принести обед. Поставил стакан. — Что если … — глаза Николя расширились от осознания. Быстро обулся и помчался в дом Ито. Ну прям спортсмен, хоть в спорт идти с такой скоростью бега. Химицу.. Химицу! Хими-тян! Только не она. Только.. Три раза постучался в входную дверь. Он не мог ждать.. Дверь открыл отец Химицу, по виду мужчина был тоже ошарашен.. — Химицу дома? — тяжело спросил у Ито. — Нет. — зелёные глаза Ито дрожали. — Вы знаете где она? Отец Химицу ответил всё тем же "нет". Глаза Коли изображали шок. Осознание того, что он опоздал как и с Костей.. — Ито, вы же шутите, да? — голос дрожал. — Будь это шутка, я бы в этом не участвовал. — мужчина вздыхает. — Анохин, говорим об этом завтра. — дверь закрывается перед носом Николя. — До завтра значит.. — в истерике уходит от дома подруги детства. Единственная, кто была в курсе происходящего. Единственная, кто проявляла материнскую любовь. Единственная. Неповторимая. Слёзы катились по щекам. Холодный сентябрьский воздух, что спасали от холода - это тёплые слёзы. — Я-я во всём виноват.. — сквозь слёзы прокричал. — Если б-бы меня н-не было.. — слёзы душили горло, невозможно было говорить. Руками вытирался от своих же слёз. — П-прости… Х-Химицу.. прости.. К-Костя.. — упоминание их имён сделало всё только хуже. Восемнадцатилетний школьник рыдал на улице, в сентябре, ночью. Его вечно что-то губит, он точно знает, что не доживёт до двадцати. Мама прости, я точно уверен, что не доживу до двадцати. Меня никто не будет ждать с работы. Синие волны.